1. Циникус Лапчатый, гробы, устрицы и крутая компания



Мы думали: там шкатулка с драгоценностями.
Так думать нам помогали самые лучшие в ХIХ:
Достоевский и Толстой.
Так думали почти все наши писатели,
деревенщики, Солженицын…
А там оказался гроб с гниющими потрохами.
В 2014 году открыли гроб. Ударил запах!
В.В. Ерофеев. Как тут жить дальше?

(рассказ первый)

Это случилось в 2014 году, как в бреду, с известным сочинителем бзик идей Циникусом Лапчатым. Длинная тощая чёрная муха с большими злющими глазюками, - явно не здешняя, а залётная, иностранка, - скрипя костями, села ему на нос, развязно подмигнула и проблеяла гнусно:
-Привет тебе, дядя, от всех наших.
Циникус, приготовившись было ладонью прихлопнуть муху, скосился на неё:
-А, не узнал тебя, пардон, засранку.
-Что ж так не ласково? - усмехнулась муха.
-В прошлый раз ты оставила после себя большое свинство.
-Ну уж извини, по обычаю, придерживаясь традиций, - оскалилась муха и развела глумливо руками.
-Слазь, стерва. Ищи другое место.
-Слово даю, пречестное, - ёрничала муха, развалясь на носу, - делать больше не буду большое свинство.
-Слово она даёт, тварь. Меня, что ли, хочешь на мякине провести? - загоготал Циникус. - Как там Шеф поживает?
-Как всегда, Люцифер - лучше всех.
-Не сомневаюсь.
-Привет тебе от него.
-И ему от меня передавай. - Циникус, сощурившись, выпустив из поля зрения муху, задумчиво кивал. Муха незамедлительно воспользовалась моментом: блеснув зубами, цапнула его за нос и со злорадным жужжанием взлетела.
-Ой, - схватился он за нос, - ой, ой!
Проделав вокруг его шеи "мёртвую петлю", муха исчезла.
-Проститутка, тварь, опять провела! - ругался он, ощупывая распухающий нос.
Тогда что-то крякнуло у Циникуса Лапчатого в голове, а потом и чёрная жаба квакнула в нём и его задавила злоба. Лицо налилось кровью, отяжелело.
"Они не полюбили Наполеона, - с ненавистью подумалось ему. - Все матрёшкины - мертвецы в камуфляже. А эта страна - одно огромное кладбище с живыми трупами!"
Циникус, потеряв последние ориентиры, где попало блуждал.
Казалось бы, с кем не бывало, с кем не случалось, когда за нос нечистая сила водила?
Люди от мала до велика заблуждались во все времена, всеми красками и оттенками: рабы, императоры и цирюльники; рыцари, шуты и палачи; судьи, разведчики и папы римские; гробовщики, фокусники и садовники; артисты, свинари и взрывники; сталевары, попса и сантехники; водолазы, уборщицы и философы; ассенизаторы, эстеты и композиторы... Нет на свете, вероятно, такого человека, который раз в жизни, хотя бы самую малость, не блуждал в потёмках.
Знаменитый император Наполеон Бонапарт любил блуждать по странам и континентам, пока его императорское величество не спасло российское дворянство с мужичьём - не подсказали ему дорогу назад прямым пинком по его светлейшему заду. А то так бы и блудил, гордец немыслимый, до скончания веков.
Блуждали и блуждают целые страны и континенты, планеты и звёзды. Галактики и Вселенные тоже в движении, вопрос только: куда и зачем? Значит, есть смысл!
-Куда путь мне держать? - спрашивал он у себя, тараща глаза на тьму.
За бугром ударили тревожно колокола, к небу там поднялось багровое зарево и послышался муторный вой. Направился осторожно Циникус посмотреть, что случилось. Зашёл за бугор на Окраину: селения были охвачены страшными пожарами и в сопровождении саблезубых тигров брели, воя, с Запада на Восток, колонны вооружённых до зубов динозавров всех мастей: тираннозавров, гигантозавров, аллозавров... которые несли на кончиках своих смертоносных клыков и когтей, а также на ракетах и бомбах либеральные ценности. Кругом одни эти чёртовы бесконечные колонны динозавров, динозавров, двигающихся всё на Восток, на Восток.
Пастырь на колокольне уж яро в колокол бил, созывая народы.
Саблезубые тигры, схватив Циникуса Лапчатого, обыскали, понюхали и узнали его. Отпуская, напутствовали:
-Ты уж смотри там, Циникус, у себя на родине, не подведи. Но мы надеемся, ты нас хорошо понял?
-Я-то вас хорошо понял, - ответил он саблезубым и предостерёг едко: - Только глядите, ребята, в оба, чтобы вам там олухи матрёшкины рога не поотшибали.
Вернулся из-за бугра Циникус и шёл во тьме наугад, как слепой. Вдруг перед ним огненный куст расцвёл.
-Апокалипсис наступает, - решил он.
Протянул Циникус озябшие руки погреть на апокалиптическом огоньке, но оскалился пастью куст и зарычал.
Волчьей ягодой оказался этот куст и оборотнем. Циникус схватил с земли какую-то округлённую загремевшую деревяшку и замахнулся на него. Испугался куст и побежал. Циникус за ним.
Впереди появилось освещённое фонарём старинное кирпичное здание. Ударился о его входную дверь куст и на искры рассыпался. Рядом с дверью была табличка. Циникус разобрал на ней только первую букву "М". И сразу домыслил: морг.
"Как-то странно всё это", - думал он, озираясь тревожно.
Чёрное небо озарилось синей молнией и сотряслось от грома. Пошёл дождь. Небольшой навес над дверью не защищал. Уже через несколько минут Циникус промок и продрог. Дрожа и матерясь, он, ухватившись за ручку, подёргал энергично дверь. Пнул ещё по ней для острастки и ударил кулаком.
И дверь открылась. Повеяло сухим теплом. Даже, как ему показалось, пахло вкусно варёной картошкой и луком. Циникус осторожно вошёл в здание и встал: было темно и тихо. Темнота отливала зеленоватым чернильным блеском. С улицы сквозь шум дождя донёсся далёкий тоскливый собачий вой.
-Эй, здесь кто-нибудь есть? - позвал он.
Два фосфорических глаза засветились впереди и погасли.
Вдруг яркий жёлтый свет залил помещение.
"Что за чертовщина!" - ёжась, подумал он и покрылся синей пупырчатой кожей гуся.
-Ау, люди, тут есть хоть одна живая душа, - крикнул с надеждой он, - отзовись!
"Ау, люди... - звучало эхо, - отзовись, отзовись..."
А в руке прогремела та округлённая штуковина, с которой он гнался за кустом-оборотнем. Глянул на неё - это расписная матрёшка, в ярких красках, развесёлая такая, удалая, ну вот сейчас, кажется, в пляс радостный пустится!
Пошёл Циникус по коридору и завернул в первую попавшую дверь. В пустом просторном зале стояло на полу в ряд несколько длинных узких ящиков с надписями: сделано в США, сделано в Евросоюзе. Ящики были тёмного цвета и напоминали гробы.
-Тра-ля-ля, - сказал удивлённо Циникус, подходя к ним и разглядывая.
В ящиках подозрительно нехорошо загремело, можно сказать, зловеще загремело.
Поставив на пол матрёшку, Циникус Лапчатый скинул крышки с одного ящика, с другого - ударил тяжёлый запах. Там, вальяжно развалившись на оранжевом бархате, строили ему сладко глазки, хихикали, хрюкали, гремели костями и делали неприличные телодвижения всяческие приказы, указы от прелестного господина Запада для России, требования, нравоучения, ущемления, ограничения, запреты, обманы, использованные в 90-х диких. И тут же - вот они! - скалящиеся свежие санкции с гнилым духом тянут свои холодные бледные щупальцы для объятий.
Циникус скорее прочь, зажимая нос брезгливо двумя пальцами и ругаясь:
-Развонялись, с-суки. А наше мужичьё, сиволапое, недоделанное, и рады стараться. Хоронить, видно, собрались.
Сел Циникус на диван, стоявший у стены, и задумался: "Как тут жить дальше? Кто меня завёл сюда и заставил крякать? А я, крякнув, заблудился в потёмках своей души и попал в морг. Кто во всём виноват?".
Вспомнил он, ни с того ни с сего, самых лучших русских - Достоевского, Толстого, и решил: "Это они виноваты! Они меня завели."
Он лёг, сунул ладонь под голову и продолжил рассуждать:
"Не поняла русская аристократия духа во главе с главнокомандующим Кутузовым, а затем и с графом Толстым великого тонкого замысла, великой просветительной и освободительной миссии Наполеона, которые несли его оголтелые полчища. Ну пограбили эти оголтелые полчища города и загубили тысячи невинных душ, ну обожрались они, саранча, на дармовщинку яиц со сметаной. Но затем, если бы им не дали пинка под зад и не погнали бы поганой метлой, то приступили бы эти полчища саранчи учить уму разуму российский народ разным цивилизованным хитромудрым штучкам!"

На полу заплясала, загремела матрёшка. Неожиданно она распахнулась, и выскочил из нутра человечек, матрёшкин. Распахнулся и он, этот матрёшкин, а из него выскочил ещё один матрёшкин, похожий на первого. Следом, из второго, выскочил третий матрёшкин. Из третьего - четвёртый... Там пятый, шестой. Так и пошло и поехало: один за одним, непрерывной цепочкой, матрёшкин из матрёшкина прыг-скок, прыг-скок... И превращались в живых, настоящих людей.
Приободрился Циникус Лапчатый, на душе повеселело. С любопытством глядя на матрёшкиных, пошёл Циникус погулять среди них, послушать, узнать - чем дышат, разведать мысли их.
"Тут, скорее всего, находятся силы света и силы тьмы, - рассуждал он, - и станут биться они между собою не на жизнь, а насмерть. Интересно будет наблюдать - кто из них победит и восторжествует: свет или тьма?"
Шёл он, толкался среди матрёшкиных и слушал, о чём они говорят. Вдруг впереди человеческая фигура загорелась зелёным светом, затем, мигнув, как светофор, фигура незнакомца превратилась в Соловья с гитарой.
-"Вот... Вот... - брынчал на гитаре и пел Соловей. - Вот... Вот..."
-Привет, Соловей! - Циникус помахал Соловью рукой.
Соловей в ответ кивнул и крикнул:
-Привет, Циникус Лапчатый!
Циникус направился к нему, улыбаясь и громко говоря:
-Что-то у тебя, дружище, заело в башке.
-Не заело. Тут кругом одни дебилы. С них и этого достаточно, всё равно ни хрена не понимают.
Он опять забрынчал на гитаре и запел:
-"Вот... Вот..." - И, замигав зелёным, затем жёлтым, потом красным, превратился Соловей в ярую представительницу пшик-модерна мадам Цацу.
-Ну и ну... - удивлённо покачал Циникус головой.
Мадам Цаца, вякнув, с апломбом взглянула на него и развела руками:
-Здравствуйте, Циникус Лапчатый. Нету устриц. Санкции. А жрать-то ой как хочется! Как теперь без устриц будем жить?
-Не ожидал вас встретить... Здравствуйте конечно. Хотите отеческий совет, как выжить?
-Хочу. Очень.
-Идите на болота.
-Как на болота? - скуксилась мадам Цаца.
-А вы как думали! Только там, на болотах, можно выжить. Только там, на болотах, можно найти настоящую роскошную кухню: и французскую, и восточную, и азиатскую.
Вдруг из мадам Цацы, забулькавшей и зашипевшей, выскочил пулей Соловей с гитарой, он пробежался по инерции несколько шагов, чуть не упав, но устоял. И забрынчал, запел:
-"Вот... Вот..."
Мадам Цаца разинула рот, не зная, как на такой казус реагировать. Оглядев и пощупав себя, она с глупым выражением захихикала, а затем приняла заносчивый вид.
-Круто, ничего не скажешь! - поразился Циникус. - В Африке я наблюдал нечто подобное. Там удав проглотил крокодила.
-Это вы на что намекаете? - притопнула ногой мадам Цаца.
-Пардон, мадам. Что видел истинно, то видел.
-А мы тут с вам живём в окружении дебилов, эх, - выговорил желчно Соловей и ударил по струнам, залился: - "Вот... Вот...Вот..."
Мадам Цаца промокнула платком глаза и воскликнула рыдающим голосом:
-Ах, как теперь мне жить? Без устриц я пухну с голоду!
Слёзы плескались из глаз мадам Цацы и громко шлёпались на пол, брызгая. Опасаясь вымокнуть, Циникус отодвинулся.
Тут появился в плавках, в золотых цепях и с синими наколками на загорелом теле, лысый, толстый мужик. На пальцах тускло и тяжело горели золотые болты. Угрожающе размахивая внушительным мослом как дубиной, он обежал вокруг мадам Цацы и, икнув ей в лицо, крикнул:
-Дура, лопай буженину, запевай аперитивом, слушай Стасика и будь довольна жизнью!
Улюлюкая, гремя золотыми цепями и потрясая мослом над головой, мужик убежал.
Рьяная представительница пшик-модерна мадам Цаца презрительно сказала:
-Он вовремя смылся, а то бы я дала ему в морду. Что это был за хам? Это что, прожектёр нынешней власти?
Циникус Лапчатый, осмысливая мужика с мослом как общественное явление, долго вглядывался и внюхивался в то место, где мужик, бесследно исчезнув, оставил после себя сладкий запах буженины и вина. Наконец, Циникус облегчённо вздохнул и торжествующе сказал:
-Я его досконально разнюхал и узнал, он наш человек. Вы не пугайтесь и не ругайтесь на него, пожалуйста, мадам Цаца. Потому что он часть той волны бескомпромиссного народа, которая сметёт путинскую власть.
-Когда это случится? - встрепенулась мадам Цаца.
-Когда на столе вот у такого бескомпромиссного народа, вместо буженины и севрюги с хорошей выпивкой, окажутся второсортные кушанья и алкоголь сомнительного качества. Тогда уже ничто не в силах его будет остановить, и он бескомпромиссно сметёт эту власть.
-Но на буженине с аперитивом тоже далеко не уедешь, - сказала вредным голосом мадам Цаца и лицо её приняло упрямое ослиное выражение.
-Я вам открою историческую тайну, - успокоил её Циникус, - волна никогда не бывает одна: волна гонит волну, а за ними потом другие волны нахлынут. Ладно, так уж и быть, выручу вас, - смилостивился Циникус, - у меня с собой сушёная квакуша. Попотчую вас настоящим деликатесом.
Облизнувшись, мадам Цаца с жадным вниманием смотрела на него. Порывшись по карманам, он вытащил и протянул мадам Цаце сушёную ящерицу, говоря:
-Возьмите, мне ничуть не жалко. Погрызите лапку - и сразу жить ужасно захочется! Сума сойти как вкусна!
Отскочила и завизжала мадам Цаца. Лицо у неё от брезгливости поломалось и превратилось в зигзагообразную черту - будто паралитик провел карандашом по листу бумаги. Подобного фокуса ещё не видел в жизни Циникус Лапчатый и оторопел.
На черте возник кругляшок открытых алых губ, а из кругляшка вылетел такой дикий, оглушительный визг, что все матрёшкины всего мира сразу же прекратили свои дела и уставились удивлённо на ярую представительницу пшик-модерна мадам Цацу.
Циникус, увидев, что в руке у него, вместо лягушки, ящерица, сунул её обратно в карман и сказал:
-Пардон, мадам, не обессудьте. Квакушу, видно, дома забыл. Но зря вы отказались - ящерица ещё вкусней. Впрочем, как хотите. Тогда я вас попотчую змеёй.
Он полез по карманам искать.
Между тем, кривая черта, не мешкая, собралась в комок, а уже комок преобразовался в лицо мадам Цацы.
-Не надо! - мужицким грубым голосом вдруг рявкнула мадам Цаца, и выставила перед собою розовые ладошки. - Оставьте меня в покое. Ваших ящериц, скорпионов и пауков я есть не буду, никогда!
-Я скорпионов и пауков не ем, - возразил Циникус.
-Я знаю, вы вместе с Ужастиком скорпионов: жрёте-жрёте-жрёте-жрёте! Вы с ним пауков: жрёте-жрёте-жрёте-жрёте! Я лучше изменю свой ветреный взгляд на жизнь и уйду, может быть, в монастырь, чем буду трапезничать с вами.

Около Циникуса и мадам Цацы встал боком странный прохожий в полосатой пижаме, воротя в сторону физиономию. Неожиданно он обернулся и страшно расхохотался.
-Ба, чёрт возьми, - воскликнул Циникус, - дорогой наш Ужастик!
Ужастик, вспыхнув зелёным светом, замигал и превратился в Мистера Икса в красных очках.
-Ой, неуловимый и загадочный Мистер Икс! - закричала обрадованно мадам Цаца и захлопала в ладоши. - Вы даже не представляете, Мистер Икс, как мне приятно видеть вас!
Мистер Икс в красных очках буквально пронизывал инфракрасными лучами мадам Цацу от макушки до пяток. Раздался его ровный, бесстрастный голос:
-Я, своим личностным инфракрасным излучением, улучшил ваше мозговое кровообращение, активизировал миграцию лейкоцитов и заблокировал губительное распространение вредоносных микробов и грибков в организме. Предупреждаю: остерегайтесь цистита, жирной пищи, политики и двух соперниц - голубоглазой блондинки и чёрноокой брюнетки.
Всплеснув руками, она протянула их к Мистеру Иксу:
-Заклинаю, откройте мне имена и фамилии моих соперниц. Дайте мне их адреса и номера телефона. Я этим подколодным гадюкам все глаза их, бесстыжие, выцарапаю.
Мистер Икс шумно втянул воздух носом, поморщился и сказал:
-Жареным наносит. Чувствую, какая-то тут жуткая достоевщина разыгрывается. Я исчезаю на время, до свидания.
В груди у него проскрежетало что-то железное, он замигал и превратился в Ужастика.
-Здравствуйте, дамы и господа, - поздоровался Ужастик, задирая свой нос и глядя на мадам Цацу и на Циникуса Лапчатого как бы с большой высоты и небрежно.
-Здравствуйте, Ужастик, - снисходительно сказал Циникус.
-Тоже мне, явился... - произнесла недовольно мадам Цаца. - Не буду я, из принципа, с вами здороваться, Ужастик. Потому что нечего перед мною носы задирать.
Она глянула с таких звёздных высот на Ужастика, что у того закружилась голова, и он крикнул:
-Эй, не забывайте: чем выше заберётесь, тем больнее грохнетесь и костей не соберёте.
В голове у мадам Цацы вякнуло, и она развела руками:
-Здравствуйте, Ужастик, устриц нету. Санкции. А жрать ой как хочется! Как теперь без устриц будем жить?
-На свете есть немало вещей, которые куда крупнее и значительнее ваших мелочных, обывательских устриц, - заметил назидательно Ужастик.
-Интересно узнать, что же это могут быть за такие вещи, которые значительнее моих устриц? - холодно сказала мадам Цаца и поджала рот.
-Во-первых, чего мелочиться. Ну, хотя бы целиком запечённый в духовке крокодил. А во-вторых, для вас Россия, первым делом, это устрицы и всяческие посиделки перед телекамерой с пустой болтовнёй, - ответил Ужастик, - заболтали вот так и проворонили страну ещё в каменном веке, у костров в пещерах. А для меня, против вас, Россия - очень огромно значит! Для меня же, для моего чуткого уха Россия прежде всего это - огромный, облезлый, калеченный мамонт, которого гонят в ловушку.
-С бивнями или без? - попросил уточнить Циникус.
-Кто?
-Мамонт.
-Какая разница? - крикливо и едко ответил Ужастик, состроив препротивную физиономию, и резко выкинул, как нож, к горлу Циникуса мизинец с острым ногтем. - С одним, батенька, конечно.
Косясь на бледный ноготь, гуляющий жутковато то у горла, то под носом, Циникус для безопасности отодвинулся и изложил печально свои мысли вслух, с сомнением покачивая головой:
-Облезлый, калеченный... может быть, кастрат, - всхлипнул он и по щеке покатилась сентиментальная слезинка, - как сивый мерин, несчастный, никому не нужный. Мы, россияне, уже давно не были жеребцами и непонятно почему гордимся этим.
-Но вот эту демагогию, эту лирическую лапшу вешать, про дряхлых российских жеребцов, не надо! - хохотнула так забавно мадам Цаца, что щёки у неё порозовели и затряслись. - Хватит прибедняться. Уж кому-кому, а особенно вам на этот счёт, Циникус Лапчатый, должно быть особенно стыдно жаловаться! - погрозила она кулачком. - А вы, Ужастик, ещё вчера утверждали, что Россия - это вымирающее страшное и опасное чудовище. Но сегодня вы пораженчески заявляете про какого-то непонятного увеченного мамонта. Завтра, по всей вероятности, вы будете твердить о примиренческом импотенте ёжике, спящем в акваланге с женою. Вы непоследовательны, Ужастик. Так нельзя. Прелестный господин Запад вас может не понять и не принять.
-Европе, как и вам, я свой в доску. Господин Запад всегда готов меня понять и принять.
Ужастик, изучая мадам Цацу ледяными глазами птеродактиля, затолкал в рот свою бороду, пожевал с аппетитом и попытался её вкусно проглотить. Но, увы, увы, не получилось на этот раз, не хотела глотаться она почему-то сегодня. Тогда он выплюнул измочаленную бороду и стал костяным гребнем её расчёсывать, а из освобождённого рта зазвучал его сварливый голос:
-Вот она, знаменитая русская тройка с колокольчиками, куда нас занесла! - Он поднял руку и потряс ладонью с растопыренными пальцами, изображая тройку с колокольчиками.
-Куда занесла? - спросила мадам Цаца.
-Вот сюда, к чёрту на кулички. - И сложил он из пальцев кукишь.
-Точно, как пить дать, хрен что купишь за этот кукиш, - поддержал его замысловато Циникус. - В шахматы мы играть не желаем, зато мы любим играть в рулетку, политику и в войнушки.
-Тройка, семёрка, туз, - проговорил угрюмо Ужастик, - мозговой экстрим Пушкина.
Циникус Лапчатый на него внимательно посмотрел и хмыкнул.
-"Вот... Вот..." - брынчал и пел Соловей. - Вот... Вот..."

Ещё одна рьяная представительница пшик-модерна, мадам Шавкина, выскочила, как из подворотни, к своей крутой компашке и завизжала:
-Доколе мы, элита, цвет нации, будем терпеть тупое стадо! - указывала она пальцем на прохожих матрёшкиных. - Доколе эти образины, овощи будут определять мне, первейшей, золотой голове, избраннице, как жить! Доколе будет властвовать над нами биомусор, со своими говновыборами.
Мадам Цаца терпеть не могла, когда на публике говорили больше её и громче, и возмутилась:
-Матрёшкины никогда не были биомусором. Матрёшкины - это чистой воды генетическое отребье!
-Ерундистику городите, дорогая, - стояла уверенно на своём мадам Шавкина. - Матрёшкины - очевидный биомусор.
-Нет - отребье!
-Нет - биомусор!
-Дура, заткнись! - крикнула ультимативно мадам Цаца, выпуская угрожающе когти и наступая.
-Сама дура! - взвизгнула мадам Шавкина, пятясь наготове с когтями.
-Эх, бабы, - вздохнул Циникус Лапчатый, - только свяжись.
-Отребье, отребье!
-Биомусор, биомусор, - визжала мадам Шавкина, - дура, дура. - И залаяла: - Гав-гав!
-Ав, ав, - нетвёрдо ответила мадам Цаца и отступила, решив заткнуться.
-Гав-гав, ууууу, - завыла на небо мадам Шавкина, -ууууу, тяв-тяв. Биомусор, образины, ав-ав!
Ужастик крепко зажал уши ладонями и проревел:
-Уберите её, иначе у меня разлетится башка на части!
-Тупое стадо, образины, приматы, овощи, гав-гав. Твари продажные! Бе-е, бе-е. Говновыборы с говноколбасой. Ой-ой, что такое - не могу остановиться, гав-гав! Что за проклятие, ав-ав! Помогите, карау-ул, не могу остановиться, несёт! Тяв-тяв, гав-гав! Ой, несёт меня, несёт. Иго-го, иго-го, хрю-хрю!
Подскакивая и размахивая руками, мадам Шавкина пустилась бежать то с лаем визгливым, то с хрюканьем гадким, то с криком истошным "бесы, бесы!"
-Я её хорошо понимаю, - глядел Соловей вслед мадам Шавкиной и сумрачно улыбался своим мыслям. - У меня так тоже: как понесёт, хрен остановишься. Люблю играть у матрёшкиных на нервах, издеваться над ними. Плюнешь ядом в них, плеснёшь гадостей. Им не нравится, возмущаются, а мне - кайф, хорошо. Потом немного времени пройдёт, снова меня чёрная жаба начинает давить. И всё повторяешь: плюёшь ядом в дебилов, плескаешь гадости. Им не нравится, возмущаются, а мне - опять кайф, хорошо!
-Спешу свою бесценную лепту внести, - пропел лирическим тенором Ужастик и изрыгнул из себя в биосферу весомую порцию яда: - Зомбированная, ватная биомасса, опутанная паутиной хамства и лжи, матрёшкины представляют серьёзную опасность для всего цивилизованного мира!
-Помните, господа, - забрюзжал Циникус, - на нас возложена великая миссия потусторонними высшими силами. Мы являемся проводниками идей самого Люцифера! - возвестил торжественно он, обалдевая. - Знайте: тайное стало явным. Самые лучшие русские 19 века, Толстой, Достоевский, лгали. Нет шкатулки с драгоценностями, нет! Матрёшкины - это гробы с гниющими потрохами.

* * *

-"Вот... Вот... - голосил Соловей. - Вот... Вот..." А закончив, говорил: - А что им, всё равно дебилы. Не понимают ни слов, ни смысла, ни вкуса жизни.
Ужастик, выпячивая грудь, важно расхаживал с заложенными за спину руками. Алым пламенем вспыхивал у него на голове петушиный гребень и вместо носа торчал крепкий вороний клюв.
-Ух ты, - восхитилась мадам Цаца, - он с гребнем и с клювом, прикольно!
За спиной у Ужастика расправился ярким цветным веером хвост, и затрещал он им.
-Ах, вы только поглядите, - всплеснула завистливо руками мадам Цаца, - у него ещё павлиний хвост! Где взял, дай мне!
Напыжившись, Ужастик в голосе с трещинкой закаркал зловеще в небо. Циникус, равнодушно наблюдавший за трюками Ужастика, теперь оживился и с бодрым видом стал в тон ему каркать и дирижировать рукой.
Мадам Цаца услышала вверху стрекотание и подняла взгляд. С голубых небес, сидя со скрещенными ногами, перебирая в руке чётки, спускался странный субъект в чёрных очках и с потёртой небритой физиономии. Тело его было покрыто белой простынёю. На спине крутился пропеллер. Сложенные крылья безвольно болтались за плечами. Зависнув над головами, он дёрнул себя за нос, и раздался резкий призывный гудок.
Циникус с Ужастиком задрали лица и выжидательно уставились на странного субъекта. Он выхватил из-за пояса чёрный пистолет и прицелился в них. Циникус с Ужастиком пригнулись и побежали, закрывая головы руками. Длинная струйка воды брызнула им вслед.
Мадам Цаца на все эти выкрутасы своих приятелей, молча пожала плечами. Разглядывая странного субъекта, она удивлённо протянула:
-Ну и типок... Может, вы Ангел спустившийся с Рая? Правда, встретишь такого Ангела в глухом переулке - и от страха наложишь в штаны.
-Чем же я вам не понравился? - усмехнулся он.
-Был тут один Мистер Икс, вроде вас. Вы очень похожи на него, что мне даже подозрительно как-то. Ну ладно... Он оказался не тем человеком, за которого себя выдавал. Да и вы, - она вздохнула, - какой к чёрту Ангел! Крылья на вас бутафорные. Для полёта вы используете обыкновенные технические средства - моторчик с пропеллером. А вашей физиономии, мягко говоря, желательно бы иметь более интеллигентный вид, а не гангстерский.
-Вы меня, мадам Цаца, насмешили: ха-ха-ха. Вот такой я и есть. Я не Ангел, как вы себе вообразили. Как хочу, так и живу. Возьмите, к примеру, Ужастика: сегодня он - птица, завтра - книжный червь, послезавтра - дракон, а потом - опять Ужастик. Тоже самое и Циникус, и вы - переменчивы. Но вы никогда не сможете парить в небесах, как я, пусть даже с моторчиком.
-Кто вы?
-Я, - самодовольно улыбнулся он, - всё тот же Мистер Икс.
-Я же говорила - похож. Только там вы были без моторчика и бритые, а теперь обросли. Дайте мне адреса моих соперниц!
-Много будете знать, быстро состаритесь.
-Ну-ка, Мистер Икс, слазьте оттуда, - разозлилась мадам Цаца, - слазьте, кому говорят. Вы - несносный человек! Вы парите в небесах с фальшивыми крыльями и похожи на страшного мафиози. У меня огромное желание вам уши надрать и затолкать вас носом в угол.
-А мне охота вас за космы оттаскать, как нашкодившую девчонку, и нашлёпать по заднице.
Подпрыгивая, она кончиками пальцев касалась его, и всё пыталась схватить.
-Ну-ка, слазь... сейчас я тебе... - краснея от натуги, пыхтела она.
-Полный вперёд, - дёрнул Мистер Икс себя за ухо.
Стрёкотание усилилось, пропеллер закрутился быстрее, и Мистер Икс, чтобы мадам Цаца не достала его, поднялся чуть выше. Наклонив голову, он с хитрой усмешкой глядел на неё. Мадам Цаца напоминала ему удивлённую, большеглазую бабочку, у которой только что отвалились шелковистые крылья.
В голове у мадам Цаци вякнуло, она изменилась в лице, развела руками и, вытирая слёзы, плаксиво сказала:
-Здравствуйте, Мистер Икс. Нету устриц. Санкции. А жрать ой как хочется! Как теперь без устриц будем жить?
-Держите, - сказал Мистер Икс и метко кинул пластину травяной жевательной резинки в её сложенные лодочкой розовые ладошки. - Это всё, чем я могу вам помочь. Жвачка освежит дряблое дыхание и укрепит ваши челюсти. Сила челюстей вам очень пригодится не только для возделывания и пережёвывания политической жвачки, но и для словесных баталий. Запомните, не в устрицах счастье. Питайтесь растительной пищей, избегайте жирного и живите радостно, как корова!
-Вы дурачите меня, несносный вы Мистер Икс!
-Ни в коем случае, я на полном серьёзе. Почему, думаете, в Индии корова - Священное Животное? Да потому что корова - это прежде всего сама кротость, добродушие, простота в общении, уравновешенность, целомудрие.
-Мне надоели ваши идиотские шутки, - надулаcь она. - Все коровы - блудницы, и задирают хвосты перед быками!
-Может, в этом и есть какая-то доля истины, кто знает. Но я говорю не о европейских коровах, а о индусских. Принципиальная разница всё же ощутима, как между индусом и русом. Но не будем отвлекаться. Ни одно живое существо на земле, включая и человека, не приблизилось так близко к нирване, как корова. Вы посмотрите на неё, когда она жуёт жвачку: безмятежно-равнодушный лик с вечно тупым взглядом, направленный в беспредельное пространство. Полное отрешение от мирской суеты и невзгод жизни. Не в этом ли конечная цель человечества?
Мадам Цаца насуплено глядела на Мистера Икса. Он достал из складок простыни пластиковую бутылку с водой, сделал глоток, прополоскал рот и выплюнул. Мадам Цаца с визгом отскочила:
-Эй, вы там, наверху!
Она поглядела на образовавшуюся лужицу воды, примерно размером с чайное блюдце. В эту минуту на небе из-за облака вышло солнце, и лужица вдруг разноцветно сверкнула, как бриллиант.
-Здорово! - воскликнула она. - Неужели вы так много умеете плевать, как верблюд?
Мистер Икс ответил уклончиво:
-Не утверждаю, и в то же время не исключаю такой возможности.
Она заворожённо глядела: в лужице светилось бирюзовое небо, горело золочёное солнце, белело нежное облако, и противоречивые мысли, образы и целые философские трактаты в стихотворной форме переполняли умилительно всё её существо. Немного ещё понаблюдав это чудесное явление, так поразившее её воображение, она с блестящими глазами произнесла тихо:
-Смотрите, вы видите, как красиво сверкает ваше творение!
-А то как же! - очки на Мистере Иксе гордо блеснули. - Вы правы, в какой-то ничтожной лужице, а сколько отразилось небесной красоты и художественной правды! Похоже, прав Достоевский, гений мокрых и печёных сюжетов, когда изрекал: "Красота спасёт мир". Но заострите своё внимание, мадам Цаца: в луже отразилось громадное небо, но в громадном небе - никогда, ни за что! - не отразится крохотная лужица, даже капля её. И заметьте, если даже ничтожная лужа способна отразить в себе красоту огромного мира, то насколько корова совершенней лужи!
-Логично, не спорю. Я всё понимаю, - сказала она недовольно, - лирика там, красоты, нежные восходы и закаты с поцелуями. Словом, романтика секса на свежем воздухе. Одно не могу понять, зачем вы сюда приплели Достоевского и корову, ведь плюнули не они, а вы?
С забавным интересом взглянув на неё, Мистер Икс вынул из-за широкого пояса песочные часы, показал их мадам Цаце и сказал:
-Время не терпит. Я улетаю, прощайте. Может, больше не свидимся мы никогда. Считайте, что я - химера. И знайте: меня нет - но я повсюду! Я, совершенная пустота - но мир до последней капли мною переполнен!
Дёрнув себя за нос, он издал ртом рычащие предупредительные сигналы, после чего как лихой наездник рванул себя за уши - и раздался оглушительный треск. Поднятый пропеллером ветерок задрал подол платья на мадам Цаце. Мистер Икс заржал, газанул на всю катушку и круто взмыл ввысь. Уже через несколько секунд он исчез в далёком молочно-белом облаке и оттуда загрохотал с перекатами на всё небо голос:
-Помните: корова никогда не изрыгает проклятий, а благодушно мычит!
Мадам Цаца приставила к голове два пальца, изображая рожки, и скорчила гримасу.
-Бе-бе-бе, дурак, - дразнилась она в небо, то и дело подскакивая и показывая язык, - сам ты мычишь! Бе-бе-бе, дурак, ты корова!
Прекратив дразниться, она огляделась, вокруг всё та же суета: матрёшкины спешили туда-сюда, а кто-то праздно шатался. Она поискала глазами Циникуса Лапчатого и Ужастика, но их и след простыл. И Соловей куда-то запропастился.






Рейтинг работы: 0
Количество рецензий: 0
Количество сообщений: 0
Количество просмотров: 12
© 07.12.2018 Иван Рахлецов
Свидетельство о публикации: izba-2018-2433291

Рубрика произведения: Проза -> Рассказ











1