Я БОЛЬШЕ НИКОМУ НЕ ВЕРЮ ( ДЕНЬ БРАМЫ )


Я БОЛЬШЕ НИКОМУ НЕ ВЕРЮ ( ДЕНЬ БРАМЫ )
Запрыгнет кошка на оконце.
Вода на донце. Ночь на ты.
В моей крови′ погаснет Солнце,
как свечка в центре темноты.

Листы белеют как дорога
из кокаина. Статуй глина.
Без оснований и обид,
опять безрукий инвалид,
рисует языком картину.

А я сегодня с новой ролью.
С привычной болью головной,
жду выходной. И лишь одной
играю нотой. Чистой солью.

Ведь рок не вышел из подполья.
Он - сдох! Остался только - поп.
Кричим не перепрыгнув - Гоп!
В загоне для скота раздолье.

В галоп летели мысли. Драма -
когда спиртного нет ни грамма.
Когда колотится озноб
под старой, вытертой джинсовкой.

Артподготовкой тихий стон.
Его не слышно через сон.

Опять намыленой верёвкой,
нас душит жалости петля.

И скучно, бля, у короля,
в его пустынном, тронном зале.

В подвале чище и видней.
Там звёзды - миллион огней.
Там Золушка была на бале,
не в грязном, стёганом халате.
Наюзан принц ( амфетамин )
уже в начале именин.
А я повоевал в штрафбате
с самим собой. Последний бой
проигран. Проиграл войну.

На глубину пустой души
нырял за жемчугом. Спеши!
Акулы - памяти ...

Да ну ...

Когда находишь половину, -
ты клеишь части в манекен.
Он вечно пьян. Почти без вен.
( Сжёг героином ) Камень стен.
Вода прозрачная и тину
я вижу на глубоком дне
стакана с розой на окне.

На лошадь - психику накину
уздечку логики. И пусть
опять гниёт под сердцем грусть.

И наступил сапёр на мину.
Ошибся. Это в прошлый раз,
когда текли как взгляд из глаз
и кровь из носа - два вопроса -
Что анаша и папироса -
всегда друг друга дополняют?
И что, чужого прогоняют
всегда из своего района?

Без стона вырежу язык.
Есть навык рук. Есть острый штык
воткнутый в землю.
Всё! Хорош!
Война закончена. И чтож?
Продать знамёна ни за грош?
На ложь сменить определённость?

Нет. Это слишком. Суд и вор.
Законность срока. Приговор.
Топор стандарта - палача.

Палач зарубит сгоряча
сейчас судью и прокурора.
До перебора набирай
свой веер карт. Дорога в Рай
там нарисована пунктиром.

Всем миром проще батьку бить.
Зачем нам далеко ходить,
раз есть мишени в нашем тире?

В трактире пир. Гуляет мир.
И жир течёт по пальцам цепким.
Судьба на пяльцы. ′′ - Командир,
крепи слова стандартом крепким! ′′

Стрельба в упор - уже дуэль
с тем кто вас о′бнял. Акварель
легко смывается с листа..
С моста сгоревшего я прыгну
в забвенья ре′ку. Человеку
здесь делать нечего. А кто
считаться может человеком?
Не я... Не ты... Не он...

Зато
в лото есть шансы проиграть.
И умножаются опять
остатки числ. И смысл пропавший
на переполненном вокзале,
когда билет я покупал к конечной станции.
Скелеты, встречают там. Безлюдный храм -
где ищут помощь и советы.

А эта станция - могила!
Откуда силы взять?
′′ - Кондуктор,
пробей билет - я выхожу
немного раньше! ′′
Не скажу,
что это правильно.
Наверно
пешком дойду,
коммуникабельно и чётко
как продавец который шёл
звоня в квартиры все подряд.

Всё прода′л, гад!

Когда все в ряд -
то нас не видно в общем строе.

Разроем несколько могил.
Нароем кладов. Сотни вил
стихи писали на воде.
В беде не признаётся друг,
что пустота одна вокруг.

А если что то есть, то где?

В суде уснувший адвокат.

Неуправляем самокат
привязанный за толстый трос
к автобусу.

А ночь без звёзд. А сон без снов.

Основ каркасы ломаются.
Шагают массы
по жёлтым листьям тротуара
на демонстрации.

Пожара
давно здесь не было.
Так сухо... Так пыльно... Се′ро... Красок нет...
Химеры все мечты. В ответ
на просьбу дать - дают тариф.
Наплыв продажных теледив.

Ни мёртв, ни жив. Невидим даже.
Бела как сажа жизнь. Дела
у прокурора. Не дала
жена с утра на опохмелку.
Нет денег. И сметает веник
слова следы. Из под воды
не слышен крик. Молчит старик.
Ребёнок плачет. Не иначе,
что прячется в шкафу скелет
от обезличенных хозяев,
во время плановой уборки.
( Нам здесь разборки не нужны.
Мы быть конкретными должны. )

К обеду подаются корки.
Кисель из лирики.
В подкорке
мозгов людей из пластилина,
я оставляю чёткий след -
что ничего подлее нет,
предательства.
Но ведь не бред,
что это выгодно всегда.
( Хоть иногда самим противно )

И растворяя нет и да - течёт вода
из слов и строчек.
До точек и до запятых
просчитан стих.
Хотя у них
хватает сыновей и дочек.
И Диогенами из бочек
вдруг стали наши папы, мамы.
А стёкла выпали из рамы.
И смолк вдруг крик из детских спален.

Как хорошо среди развалин!
И как тепло в костре зимой
еретика′м.
С пустой сумой
шёл нищий.
Все мы что то ищем.
И не подъехать на хромой
козе к тому кто снега чище.

На бесконечный выходной
ложится скука как работа.

Пехота шла на пулемёты -
и вся, конечно, полегла.

Повсюду дым! Повсюду мгла!

Игла находит вен дорогу,
в тревогу добавляя грусть.
И пусть!
У Бога слишком много
причин нас ненавидеть. Видеть -
легко. А вот сказать - обидеть.

И каждый вечер я ебусь
с продажной музой.

Надоело!

Есть суд и дело. Есть флакон,
в котором был одеколон,
когда с похмелья всё болело ...

И околела зависть даже.
На страже зависти - мандраж.
Наркотики дают кураж.
Всё как всегда утонет в лаже ...

Усталый бес на интерес
играет в карты, тычет в рёбра.
Шипит надежда словно кобра.
Но три сосны - ещё не лес.
Хотя в них заблудиться можно.
Неосторожные слова
в советском фильме ′′ Три плюс два ′′.
Очередной приём подкожно
покоя.
Ритм чёткий строя
и воя ночью на Луну,
всю жизнь я ползаю по дну,
то с похмела, то с перепоя.

Опять нашла медаль героя
немного поздно. Я устал.
Не верю больше в идеал.
И сознаю что всё пустое -

Слова и мысли. Буквы. Числа.
И этот странный стих без смысла.

А в окна - серость панорамы.
Ведь вечность только день у Брамы.

И был ли выбор у Адама?
В инстинке сохраненья вида -
одно либидо. Интерес -
продажа истины на вес.
Немного странная реклама
огня.
Прошу, пойми меня,
что ваши тройка, туз и дама,
побиты козырем.
Стакан,
в котором гной и кровь из ран,
на время даст немного веры,
что вашей веры, слишком серой,
на всех не хватит.
Смех не катит,
когда в крови′ адреналин.
И золотых нет середин -
когда ты в пустоте один.

Когда покупка по зарплате -
ты покупаешь хуету всегда не ту.
Смешно шуту ...
Стандартный зритель.
Покровитель и меценат не купит яд.
Но кто заплатит за товар?
И кто получит гонорар?
Пусть кто то завершит обряд.
Навар из свар. Закрытый бар.
В стакане виски.
Нет записки
на запертой навечно две′ри.

Я больше никому не верю ...

© Сергей Высокополянский





Рейтинг работы: 0
Количество рецензий: 0
Количество сообщений: 0
Количество просмотров: 13
© 03.12.2018 Сергей Высокополянский
Свидетельство о публикации: izba-2018-2430057

Рубрика произведения: Поэзия -> Декадентская поэзия











1