Медицина


Время от времени боеготовность батальона угасала в рутине ленивой повседневности, командир взвода брал с собой двух-трёх подручных мастеров и занимал переборкой и инвентаризацией различных учётных ЗИП-ов. Хранились запчасти и разные съёмные блоки и платы на складах, начальствовал над которыми тот же прапорщик Котов. Несколько складских комнат были отведены в бывшем здании штаба возле мастерской и два бокса в галерее пакгаузов, расположенных против КПП: помещения квадратов по тридцать площади, доверху забитые массивными ящиками различной конфигурации. Причём, не в уровень потолка – до самых стропил кровли...

Потолочной переборки не предусмотрено совсем: внутреннее пространство захолустного архитектурного выкидыша казалось небольшим как гараж статистического автовладельца, и таким же ёмким, ограниченным лишь неумело сложенной подшиферной обрешёткой. Мастерам приходилось перекладывать ряды секретных ящиков с места на место, из угла в стопку, из стопки в угол, конвейером тащить наружу и запихивать обратно, вскрывая для сверки содержимого с журнальными записями командира лишь некоторые.

Алаборили тонны секретов не по одному дню кряду. Интерес инвентаризации заключался в пресловутом неравнодушии к дефицитным радиодеталям и скрытом желании пополниться запчастями. Как любой пацан любит копаться в сокровенных отцовских ящиках инструмента и кладовых с неприкосновенными запасами всякой ерунды, так и нас ничто не останавливало заглянуть в каждый номерной сундук и якобы незаметно вытащить вдруг необходимое. За любопытство своё мы были неоднократно хаяны хранителем тайника.

Соседствовало двум ремонтным пакгаузам складское помещение начальника медицинской службы Лобанова, в то время носившего звёзды майора. Небольшого роста, с заметно выпирающим брюшком, с трудом вмещавшимся в жёсткий корсет портупеи, он как-то выпросил у нашего прапорщика трёх человек для оборудования своего хранилища охранной сигнализацией. А так как в наличии нет абсолютно никакого профессионально исполненного охранного оборудования, поступила задача разработать подобную хитрую систему своими любительскими, и поныне неохотно использовавшимися мозгами.

– Не мне учить, как всё защитить? Понимал бы это дело, рассказал бы! – оправдывал свои желания Лобанов, чем ставил в тупик самого Котова.

Командир не возжелал впрягаться в это неблагодарное и малоприбыльное дело, сдаётся мне, а так как ремонтники не в прямом подчинении Лобанова – Котов особо не заморачивался. Велел выкручиваться самим, пока он искусно делает вид, что паяет хитрый прибор поиска биологически активных точек на теле человека. Намедни Лобанов возбудился иглоукалыванием и, чтобы лишний раз не мучиться плохо поддающейся теорией строения тела, ему надобилась некая хитрая электронная штуковина, которая и была заказана командиру ремвзвода.

Невиданное охранное изделие придумывали трое: Крава, Шульц и я. Другие тоже прикладывались, но только ухом, брюхом и дружеским «нахом». Мудрствовать не стали. С помощью свежезаваренного чая и небольшого мозгового штурма сообразили мизерную схему из одного силового реле с парой недефицитных второстепенных и старого звонка, откопанного среди груды хлама стеллажей мастерской. На косяках входных ворот примастрячили контактную группу (гнутую из жести консервной банки), контролирующее устройство расположили у входа на стене. Отдам должное упорству – получилось не сиволапо!

Смотрели и любовались – нет предела совершенству!

Осталось тонким проводом непрерывной длины опутать всё подкрышное пространство хранилища. Снова для удовольствия руководства пришлось ускорять соображалку, томящуюся ожиданием непредвиденного озарения. Эх, где только наша родимая не пропадала и в какие задницы не лазила!..

Отыскали командира, тот помог, не раздумывая. Выделил с десяток пустых ящиков: «Вот вам стремянка!» – мы проаплодировали сообразительности шефа и начали крепить паутину на самых недосягаемых внутренностях складского помещения.

Мотала проволоку троица безотказных: я, за неимением моложе, Вовка Шуфлин и Костя Кравченко. Помучились немало, скажу я вам: содержимое медсклада не как у ремонтников – всё упаковано в картонные короба, которые коленом не упри, ни ногой встань как на деревянные ЗИП-ящики. И лезть надо высоко под конёк, плюсуй, и пока непонятным способом.

Технология оказалась несложна, но от множества операций геморройна: очищаешь маршрут от коробок с вот-вот просроченными таблетками, следом выстраиваешь ступени из деревянных ящиков. Скрупулёзно путаешь по кровельным гвоздям провод, отступаешь в обратном порядке – разбор подручной стремянки, укладка фармацевтики. И так борешься за каждые сантиметры пространства под обрешёткой.

В общем, взяли ношу по себе и не кряхтели при ходьбе.

Начмед попутно просматривал содержимое потрёпанных временем картонных упаковок, не вмешиваясь в выполнение поставленной задачи. Вскроет ящик, пошебуршит внутри ручонками, попричитает с метафорами, выберет какой-никакой пузырёк – отложит в сторону. С мелкими пилюльками какими-то к нам пристал, дескать, не хотите ли, мальчики, витаминок пососать? Полезно, говорит – организм здоровее будет!..

Вот пройдоха: знаем мы витамины! Среди бойцов постоянно ходили слухи, в солдатскую еду подсыпают бромиды, абы жаждущие женской ласки войска меньше вспоминали телячьи нежности. Повара не скрывали, что на завтрак в чае растворяли какие-то элеутерококки, должные действовать как биостимуляторы, возбуждающие нервную систему на ратные свершения, в компоты добавляли только аскорбиновую кислоту, чтобы меньше болели – и всё! Бромом же больше пугали, казалось, ну или скабрёзно шутили, нагнетая обстановку.

Я тоже сначала принимал это за не подкреплённые слухи, так как насмотрелся на спящих в казармах бойцов, каждое утро доказывающих несостоятельность данной теории. В свете рассвета было отчётливо видно, как вооружается дружина, вздымая тонкие простынки своими твёрдыми штыками, при побудке заставляющими натягивать портки с филигранностью ювелирных дел мастеров. Если договаривать честно, Аманкулиева Лена, бессменная повариха батальона вскрыла ритуальное таинство начальника службы лекарей по принуждению поваров подмешивать в пищевые котлы некий препарат, ослабляющий потенцию. Как постоянно она пыталась этому безобразию препятствовать, но майор отшучивался, что солдатикам от таких «необходимых!» таблеток будет служба намного спокойнее.

Значит, существовала варварская методика?

Так вот в один прекрасный момент, неловко балансируя на ящиках – четверым в забитом коробками помещении тесновато, я неожиданно пошатнулся от неудачной попытки дотянуться до недосягаемого и с трёхметровой высоты рухнул на хлипкий картон. Попутно панически взвизгнув. От тревожного клича мои верные соратники сиганули на помощь, не побоюсь этого слова, как чёрт от ладана. Хорошо, что спасатели вовремя отпрянули и разбежались, потому что попытка остановить или перехватить в полёте неизвестно чем кончилась, а так довольно-таки удачно подо мною самортизировала мягкая упаковка.

Даже поверхностных царапинок не было!

Но не всё гладко: пострадавшим оказался Лобанов! Сдуру он шарахнулся в сторону и задел карманом брюк угол ящика. Справные офицерские штаны не сдержали массу хранящегося в них тела, оголив незагорелое бедро хозяина от пояса аж до коленной чашечки. Вспомнив известным сочетанием дамочек не утяжелённого моралью поведения, майор ощутил себя явно в безвыходном положении, сочетанном хихиканьем помощников. В полную глотку ржать мы не осмелились...

Запасную нитку имеет каждый солдат! Помните?

Ещё в учебке, месяца четыре назад я намотал за петлицу полметра зелёной нити, за наличие и цвет которой успешно поймал от руководителя скупую похвалу. Хоть кому-то нитки сгодились. Не стыдясь, медицина сняла рваные штаны, почесала всё, что под ними безудержно прело, и вышла сшивать штанины на воздух к воротам. Там светлее, дескать...

Спустя минуту мы засвидетельствовали визг с очередной тирадой уличного мата. Не думал раздосадованный майор, что прислонять к металлу голые чресла негоже, если трусы коротки, а хуже того садиться на пышущий жаром здоровенный сундук, выставленный под немилостивый ашхабадский нагреватель. Гадать не угадаешь, как неслабо могли прижечь нежные ягодицы штаб-лекарского тела уже успевшие раскалиться металлические уголки добротного армейского ящика.

Пока Лобанов чертыхался и путал неподдающиеся нитки, из штаба в поисках начмеда прибежал посыльный:

– Товарищ майор, вас подполковник Арефьев вызывает! – услышали мы знакомый голос штабного скорохода.

– Ступай отсюда, воин! – не сдержался майор, – Видишь, я суходрочкой занимаюсь? Доложишь комбату: меня не нашёл!

– Про суходрочку доложить? – отшутился посыльный.

– Изыди, дьявол. Кру-у-гом! Бегом марш! Шире шаг!

Минут пяток спустя снова крик:

– Чо опять плетёшься? Девками пахнет что ли? По-моему ясно сказано: ты меня не нашёл!

– Хорошо бы девками. Я лучше здесь пережду. Мне что, на медпункт идти отсиживаться?

– Пральна мыслишь, неча без дела причинные места околачивать! Заходи на склад, заодно товарищам поможешь...

Лишний помощник какая ни есть, но нам подмога. Целый час боец силился вырваться, искал подходящие причины, придумывал чепуховые отговорки, но майор держал:

– Ты тут девок вынюхиваешь или меня ищешь? Вот ищи! Кстати, бойцы, вы знаете средство от влечения к бабам?

– Никак нет, тарищ майор!

– Самое эффективное средство от полового влечения это работа! Пока человек работает, ему не до баб, значит, проблема не подпирает! А если подопрёт, солдат срочной службы всегда может совокупиться со своей правой рукой!

Он ещё острить пытался, сексист законченный! Тяготило его что-то, судя по всему? Нечто ниже поясницы прикрученное, предполагаю, коли наболевшая тема поднималась при каждом удобном случае. Либо Лобанов игло-укололся не в ту биологическую точку – не догадаешься!..

Пока инвектива обличала майора, вспомнилась хохма. На тот момент я дембелем вовсю грезил. Один давеча призванный паренёк спросил: правда ли это, что у восточных девок пилотка расположена не вдоль тела, как у наших, а поперёк? Сдавливая смех, отвечаю: соврали тебе, брат! У здешних девок не пилотка, а скорее панама, и как ни верти – не промахнёшься! Умора...

Когда с установкой охранной сигнализации было покончено, звонок при открытии дверей истошно надрывался, а мы сияли от удачного завершения задания, медицина в удивлении напрягла желваки и задала провокационный вопрос:

– А что, трещать будет только один бубенчик? На пульте дежурного даже лампочки помигать не поставите?

Мы были готовы разрыдаться от осознания, что предстоят дополнительные мытарства и придётся протягивать провода ещё в дежурку на пульт дежурного по части, но бесхитростная солдатская смекалистость как всегда начеку:

– Тарищ майор, мы не решились думать за командование! Этот вопрос вам решать с Арефьевым. Есть два варианта связи: радиоканал прокачать или полёвку вокруг всей части по забору прокидывать. Вас комбат вроде вызывал, если помните, вот и оговорите подходящий вариант...

Не знаем мы решений командования, но подобных заданий от Котова не поступало. Радиоканал без особого разрешения никто не позволит прокачать, на прокладку полёвки через всю территорию распоряжений не отдавалось...

Такой вот случился ЗНАК ВНИМАНИЯ






Рейтинг работы: 0
Количество рецензий: 0
Количество сообщений: 0
Количество просмотров: 9
© 01.12.2018 Юрий Назаров
Свидетельство о публикации: izba-2018-2428150

Рубрика произведения: Проза -> Мемуары











1