Тревоги


Тревоги
В один декабрьский день вызывает меня комбриг Гончаров Николай Яковлевич, встречает в дверях кабинета, жмёт руку, протягивает военник и говорит: «Курсант Назаров, вы переводитесь в запас, можете убыть на родину! В течение месяца вам надлежит встать на учёт по месту жительства!» Хотелось ему на шею броситься, расцеловать аки отца родного, но вдруг: «Тревога! Рота, подъём! Форма одежды номер четыре!» Пришлось вскакивать, надевать форму и бежать в общий строй!

«Тревога» в самаркандской учебной бригаде связи мероприятие бесподобное! Оно всегда неожиданно и пуще прочего строго к нормативу, когда устраивается младшим командным составом роты. Порядок реагирования на вероломные нападки противника оттачивался под опекой ротных дрессировщиков и проверялся заранее. С тумбы, а чаще выбегая на взлётку, дневальный коротким окриком оповещал казарму о мероприятиях, в известной песне прямо названных «труба зовёт!»

Сержантские тревоги проходили без вооружения, но торопиться следовало живее, чем от вводных командования бригады и рот. Иначе словишь роскошный наряд вне очереди под руководством того сержанта, который за сутки выбьет из тебя всякую нерасторопность. Спешка хороша не только при ловле блох, усвоить надо, отсюда вывод: сноровись в учебном процессе, реже попадайся на глаза сержантам и тебя будут меньше шпынять на нежелательные хозяйственные работы.

На первых порах внезапные сборы проходят суматошно, но со временем сопутствующие действия приобретают смысл и чёткую упорядоченность. Успеваешь беспощадные нормативы выполнять, правильно наматывать суконные портянки перед прыжком в сапоги, на ходу одеваться, застёгиваться и подгонять безучастных тугодумов. Оправляешься в строю, пока подразделение ровняется в шеренги. Поначалу бывало, суёшь ноги в сапоги, подготовленные с заранее скатертью разложенной поверх голенища портянкой, не утруждаясь её наматыванием на ногу, и тотчас выбегаешь в общий строй. В пылу усердия такой замысел помогает выиграть скоротечное спичечное время, но помогает до первых «сбитых ног». Гонки усиливают вероятность набить мозоли в походных местах, особенно лодыжках и над пяткой, отчего пересиливаешь дополнительные истязания. В запарке не замечаешь, как рвутся волдыри, рана начинает неимоверно жечь, а ты подковыливать как подранок или старая кляча в охвостье обоза. Добредёшь до кубрика, стянешь сапоги, глянешь ноги – плакать хочется! В тамошних климатических причудах даже небольшая царапина загнивает в одночасье, но хорошо намотанная портянка и ноги от потёртостей прекрасно сохраняет и на любом марш-броске не комкается!..

Другое дело всеобщая тревога – сама неожиданность!

Начальство как бы не знает, что о внезапности плановой неожиданности личный состав учебных подразделений обычно оповещается за пару дней, так как сплетни работают недопустимо лучше всякой секретности. Таинственный ореол конспирации окружает лишь головы командования бригадой.

Итак, ранним утром минут за ...надцать до неизвестного времени начала вражеской атаки, когда на горизонте воссияла вражья дружина, по казарме начинают шнырять дневальные и будить сержантский состав. Сержанты тормошат тормозящих в таких случаях курсантов, а просыпаются и те, кто успевает выполнять нормативы в любых условиях побудки. В полном безмолвии и без включения основного освещения сонная рота готовится к сполохам набата. Под сурдинкой тайны натягиваются шаровары, накидываются и застёгиваются хэ-бэ, после чего полуодетая солдатня как ни в чём не бывало укладывается в кровати дожидаться указанного часа нападок агрессора.

Бойцам, ранее замеченным в своей нерасторопности, додремать быстротекущее время уже не дают – неволят досиживать на табуретах. Светомаскировка выдерживается идеально, видимых сует на территории учебной войсковой части нет абсолютно никаких, тишина звенит – хоть ухо выколи! Эх, записать бы эту тишину да врубить на полную!

Ничто не держит в тонусе так, как своевременные разведданные и вот – тревога! Бригада одновременно вспыхивает всеми окнами умиротворённых сном казарм, и строевой плац оживает множеством цепочек вооружённых солдат. Цепи рвутся на короткие звенья, синхронно выстраивающие квадраты подразделений. Горнист не успевал губы оторвать от постылой дудки, а батальоны в полном составе и псевдобоевой экипировке красуются против трибуны. Коэффициент ИКД (имитация кипучей деятельности) шкалит пределом значений, Устав Вооружённых Сил рдеет в удовольствие!

Комбриг появляется на парадной трибуне последним и в зависимости от результата отсыпает подчинённым похвалы за приятно высокие показатели боевой подготовки. Чествование непричастных, осуждение невиновных, звёзды, значки, лычки и отпуска с увалами в город прямо пропорциональны удовлетворению комбрига в эти благоприятные моменты.

Частенько и так выполняются нормативы по боеготовности, которые от заковыристой солдатской сообразительности безжалостно урезают те же командиры.

Не возьмусь раскрывать, какие вводные ставят основной массе военных связистов, два года службы уверили меня, что ремонтники средств связи любую планово начавшуюся военную кампанию должны тихо пересидеть, ожидая нежданных восстановительных работ и давя дрожь в скрюченных коленях. Ну и в предчувствии лишний раз не попадать под горячую руку вездесущего начальства. Одно другому не мешает. Примером родная учебка: коль скоро тревожная сумятица непредсказуемо перерастала в учения с маломальской имитацией прокачки радиоэфира, ремвзвод уединялся в учебном подвале и скрупулёзно штудировал устав, пока в войска придёт спокойствие...

О, воин, службою живущий, читай устав на сон грядущий и даже утром ото сна восстав, штудируй воинский устав!

Первый КАРАУЛ





Рейтинг работы: 0
Количество рецензий: 0
Количество сообщений: 0
Количество просмотров: 9
© 01.12.2018 Юрий Назаров
Свидетельство о публикации: izba-2018-2428082

Рубрика произведения: Проза -> Мемуары











1