Проблема "другого" в социально- психологическом аспекте


Проблема «другого» в социально-психологическом аспекте.Данная тема выносит на поверхность неоднозначное и многослойное, часто ускользающее от рефлексии понятие «другого» в контексте взаимоотношений индивида и государства, личности и общества, субъекта и культуры, и, в общем смысле, внутригрупповых и межличностных отношений.
Поднимается ли вопрос о социальном восприятии, идеологическом контексте, выработке норм и ценностей, во главу угла ставится личность и связанное с ним понятие личного пространства. Но стоит попытаться обсудить эту тему, и доводы не покажутся подобранными произвольно. Поскольку человек идентичен самому себе, а для другого – чужой, то человек для себя наполовину чужой. Эта постановка вопроса верна и для межгрупповых и межэтнических контактов.
Личность идентифицируется посредством принятия общественных и культурных критериев. Также, как и общность людей обозначается зачастую через оценки представителей иной общности.
Но, поскольку точкой отсчета становится личное пространство, следует рассмотреть его компоненты, такие как личностные особенности и культурные нормы. К личностным особенностям, вероятно, следует отнести черты характера, способствующие контакту, а также черты, ведущие к изоляции и напряженности во взаимоотношениях. К личным особенностям также можно причислить субъективные аспекты восприятия, стереотипы, проецируемые вовне нежелательные черты характера.
Зачастую в роли «другого» выступают представители иных социальных слоев, национальностей, а также государство, идеология, чужая культура. Ведь формированием стереотипов, ценностей и идеалов успешно занимается государственная идеология посредством социальных институтов. Однако по отношению к государству, идеологии, культурным нормам индивид также проявляет известную активность, утверждая свое достоинство в отстаивании своих, идущих вразрез с государственной политикой, взглядов. Казалось бы, эта вариативность выбора заложена в самой культуре, с открываемыми ей нравственными ориентирами или попросту зовущими к свершениям идеалами.
В этом смысле общественные и государственные институты по мере моральной и юридической компетенции опосредуют культурные нормы и ценности и формируют условия и тем самым задают способ коммуникации, который опосредуется личным выбором.
И все-таки, убедительных взглядов, описывающих происходящее, ждать не приходится. Если таковые появляются, они находятся в русле идеологических предпочтений, таких, как доминирование либеральной модели общественных отношений, открывающих наиболее широкие условия для реализации возможностей индивида и взаимообогащения культур. Но декларирумые политические приоритеты, такие, как уважение дистанции между людьми, внимание к особенностям менталитета, политика интеграции, зачастую натыкаются на непонимание. Ведь стадия интеграции в любых видах отношений предполагает появление «парной идентичности», т.е. нового субъекта действия, «мы». Но при различии в ожиданиях, придирчивой избирательности этот процесс тормозится, неудовлетворенность в согласии и эмоциональном контакте приводит к дискридитации этой благородной идеи. Таким образом, весь спектр различий убеждений, приоритетов, несоответствие ожиданий и установок, система стереотипов является тем комплексом причин, которые приводят к появлению суровых новообразований.
Но остается еще следующая нерассмотренная тема. Это проблема обесценивания идей и принципов, заложенных в любом мировоззрении. Доминирование ценностей потребления, связанная с ними идеология успеха и финансового благополучия отодвигает на обочину культуры истоки протестантизма и идей просвещения. Похоже, мало кого может взволновать подоплека идей Лютера в эпоху становления Капитала.
Но обратимся к не менее важной теме обезличивания институтов власти. Это обезличивание может предстать перед наивным индивидом в смутно осознаваемом ощущении отчуждения, неизбежно появляющимся вследствии надиндивидуального характера и не психологичности социальности. Власть, и связаннные с ней институты зачастую предстают перед нами в виде лишенных субъективных признаков символов, атрибутов, идеологии. То, без чего мы не можем жить и себя идентифицировать, неизбежно становится общим знаменателем, подменяя связывающие общество идеи функцией, законом, униформой, ролью. В своем роде это можно считать отображением ситуации подмены искренности маской, что девальвирует значимость и придает людям ощущение свободы и иногда, уже на государственном уровне, снимает чувство ответственности. Ведь, для того, чтобы действовать, влиять, функционировать, производить впечатление, нужно отодвинуть и забыть культурные истоки, то, что вдохнуло жизнь в мировоззрение и двигало цивилизацией.
С этим обстоятельством связано и явление унификации как следствие попыток популяризации идей. В сфере общественных коммуникаций во главу угла ставится доходчивость, убедительность, доступность восприятия. Потребность в опыте качества подменяется функциональностью. Эффект яркого и безотказного впечатления средств массовой культуры засоряет ростки сопереживания и размышления. Попытки обольщения становятся общим тоном, и даже если и не раздражают, не приводят к преодолению отчуждения.
Обсуждение данной проблемы подводит к поиску личных особенностей, проясняющих способы реагирования и типы взаимоотношений между партнерами, группами, субъектом и обществом.
В каком бы виде не предстал «другой», схожими являются виды взаимообмена: готовность получать и готовность отдавать находятся в различных соотношениях, что подчеркивает разрыв или близость ожиданий. Конечно же, схожесть мироощущения и убеждений также свидетельствует о высокой совместимости.
По-видимому, в отношении к партнеру и к обществу (государству) существуют схожие типы мироотношений. Как со стороны окружающих, так и со стороны государственных институтов человек надеется получить принятие его личности, заботу о своем благополучии, участие в своих проблемах. В иных случаях человек чувствует себя отверженным, угнетенным, он зачастую вступает в конфликт с законом и окружающими. Эти полюса взаимоотношений можно увидеть в динамике развития личности как прообраз власти, опеки, авторитета.
Следует добавить, что основной доминантой взаимоотношений является поиск любви и свободы, прослеживающийся во взаимных ожиданиях. Воздействие культуры уже не столь явно, но опосредованно эти стремления можно обнаружить во многих явлениях общественной жизни: от политики экономических свобод, выдвижения условий лояльности, политкорректности до либерализации семейных отношений и т.д.
Приходится признать, что зачастую отношение к «другому» выступает и как способ самоутверждения. Проявляется это и в идеологической линии. Ведь для западного обывателя многие страны «третьего мира» представляются мрачной тиранией, удушающей привычные нам политические свободы. Но не стоит далеко ходить, чтобы осознать, как любое наше осуждение кого-либо и чего-либо возвышает нас в собственных глазах.
В этих противоречивых социо-культурных и межличностных процессах можно проследить общие основания. Итак, можно обозначить проблему «другого» как некий фундамент социального восприятия, скрепляющий открываемые личности и любой общности смыслы через возможности самоутверждения, самопознания, не избегая затруднений и изломов, поиска экзистенциальных ценностей, со-бытия, моральной ответственности.
* * *















Рейтинг работы: 0
Количество рецензий: 0
Количество сообщений: 0
Количество просмотров: 13
© 29.11.2018 Айвис Гришко
Свидетельство о публикации: izba-2018-2426394

Рубрика произведения: Разное -> Философия



Добавить отзыв:


Представьтесь: (*)  
Введите число: (*)  











1