Химера. Проект 15. глава 1. Начало.


Химера. Проект 15. глава 1. Начало.
ИГРЫ В БОГА РОЖДАЮТ ЧУДОВИЩ
В биологии - организм, состоящий из наследственно различных клеток или тканей; частный случай мозаицизма. Химерами также называют животных или растения, разные клетки которых содержат генетически разнородный материал, в отличие от обычных организмов, у которых каждая клетка содержит один и тот же набор генов. Возникает в результате мутаций, рекомбинаций, нарушений клеточного деления. Химеры могут быть получены искусственно при пересадках тканей у животных или при прививках у растений.
Большая советская энциклопедия 1979 год.
Создание оружия невиданной разрушительной силы заставило ведущие страны мира начать гонку вооружений. Вскоре поняв, что армия, кроме мощного технического потенциала должна иметь ещё и идеальных бойцов, учёные этих стран взялись за реализацию программ универсальных солдат. Предполагалось сделать следующее: вывести требования, которым должен соответствовать воин для современной войны, а так же разработать специальные методики и тренировки для достижения этих требований. Но боевая практика показала, что в реальном бою, противоборствующие стороны с одинаковыми ресурсами, имеют ничтожное преимущество перед противником. Тогда возникла идея о живучести человека в смертельно-экстремальной обстановке. Секретные лаборатории заработали в совершенно новом, неисследованном направлении. Практиковалось всё, от замены внутренних человеческих органов на органы животных - пытаясь тем самым повысить выносливость, замещением некоторых частей тела на искусственные - для устойчивости при травмах, пересадками разных частей тела от сильного организма к более слабому - повышая тем самым физическую силу, и даже шаманские обряды - что-то типа заговоров от всего. Здесь тоже была своя гонка, гонка за бессмертием. В конце восьмидесятых годов прошлого века, в разгар перестройки, в СССР к стадии завершающих экспериментов двигался проект под кодовым названием "Химера".
ПРОЛОГ
Начало двадцать первого века ознаменовалось вспышками новых эпидемий, порождённых человеческой цивилизацией. Некоторые из них до сих пор не поддаются ликвидации. Откуда они, эти новые штаммы вирусов и гибридных бактерий? Сколько ещё скрыто от нас в секретных бункерах военных лабораторий? Как будут развиваться события при утечке какого-либо возбудителя? И как поведут себя люди, когда на них обрушится смертельное заболевание, перерастающее в эпидемию? Возможно всё случится именно так, как описано ниже, а может уже случилось.
Раннее июльское утро встречал безжизненный город. Воздух дрожал, искажая маревом восходящее красное солнце. Не было слышно ни пения птиц, ни шума транспорта, ни людских голосов. Редкие выжившие предпочитали объединяться в отряды, чтобы защищаться от бедствия обрушившегося на них. Странное заболевание захлестнуло полис, превратив заразившихся в обезумевших каннибалов. Эпидемия захватила город за считанные дни, погрузив его в хаос. Теперь хозяевами на улицах стали они, бешеные, пожирающие всё на своём пути. Заражённые где по одиночке, где небольшими группами рыскали по опустевшим дворам и проспектам в поисках пищи, которой так же являлись и живые люди. Начальные попытки правительства локализовать эпидемию, полностью провалились. Было решено создать охраняемую войсками карантинную зону.



НАЧАЛО
Шёл тысяча девятьсот восемьдесят седьмой год, был сентябрь, вечер. Тяжёлые низкие тучи нависли над землёй. Мелкий дождь моросил не переставая уже вторые сутки, превращая открытые участки местности и грунтовые дороги в тяжёлое месиво. Промозглый, холодный ветер шумел в кронах сосен и елей, раскачивая деревья на фоне тёмного неба. В небольшом промышленном городе Сосновогорск, расположенном в самом центре Сибири, жизнь текла как обычно. Люди спешили с работы, попутно забегая в магазины, чтобы успеть отовариться на оставшиеся талоны. А как же иначе, ведь до конца месяца оставались считанные дни и не факт что нужный товар был на прилавках. Взять не успел, талон пропадал и его можно было выкинуть. Но были чудаки, которые их собирали. Они свято верили что смогут обменять купоны потом, когда станет получше, на очень нужную им вещь. Причём вещь у каждого была своя. У молодёжи это плеер или вообще видеомагнитофон, у пожилых почему-то всегда телевизор и именно цветной. Тогда ходила такая байка по Союзу, кто соберёт тысячу талонов и принесёт их куда скажут, а это место обязательно будет на складе или рядом, то выберет себе что хочет, ну доплатит там чуток и всё, нужный предмет (мечта) в кармане. Как такое могло произойти в городе со статусом ЗАТО (закрытое административно-территориальное образование), где полки ломились от всяких излишеств? После горбачёвской конверсии оборонки в стране сняли с некоторых городов положение закрытых. Товары тут же исчезли из магазинов, взамен появились талоны на продукты и предметы первой необходимости как и везде по стране того времени.
Около восьми вечера, на территорию химкомбината, через проходную, не снижая скорости пронёсся уазик с армейскими номерами. Автомобиль промчался по широкой заводской дороге к цеху, обнесённому высоким бетонным забором и затормозил у ворот. Посигналил. Большая сварная рама, из труб и решёток, дёрнувшись, со скрипом и лязгом поползла влево открывая проезд. Внедорожник заехал внутрь. Там уже ждал офицер в длинном плаще стоя в центре асфальтовой площадки. Уаз подъехал к ожидающиму. Из машины выскочил лейтенант с папкой в руках, подошёл к офицеру, козырнул.
- Здравия желаю товарищ майор, вам пакет из штаба округа. - доложил он.
Офицер отдал честь в ответ. - Хорошо. Где он?
Лейтенант открыл молнию на папке и достал оттуда большой серый конверт с сургучной печатью.
- Наконец то. Где расписаться? - офицер в плаще вынул ручку из внутреннего кармана.
- Вот здесь, и вот тут. Разрешите идти? - захлопнув папку и вытянувшись, спросил лейтенант.
- Свободен. - спокойным голосом ответил майор засовывая конверт под плащ.
Лейтенант сел в машину. Уаз рыча мотором резво развернулся разбрасывая по сторонам веер брызг и выехал за ворота. Когда автомобиль, натужно воя движком, скрылся за пеленой дождя майор глубоко вдохнул влажный, холодный воздух и широким шагом прошел по асфальтированной площадке обратно в цех.
Зайдя внутрь он нажал на кнопку, закрывающую ворота, потом прошёл по тёмному цеху освещая себе путь фонариком до дальней стены на которой было собрано панно из дсп плит и надавил на одну из них. Плита отошла в сторону, за нею появилась бронированная круглая дверь со штурвалом посередине. В центре штурвала располагался кодовый замок. Майор нажал комбинацию цифр. Штурвал крутанулся и дверь с шипением приоткрылась. Через щель в проёме блестнула полоска света. Офицер потянул дверь на себя. За ней оказался длинный коридор со множеством дверей, ярко освещённый люменисцентными лампами закреплёнными на высоком потолке. В конце коридора был широкий проём, ведущий в тёмное помещение, в глубине которого угадывались операционные столы. Над проёмом нависала массивная заслонка. Офицер закрыл круглую дверь, заблокировав её нажатием кнопки на стене и пройдя по коридору до конца свернул вправо зайдя в небольшой кабинет. Он повесил мокрый плащ на вешалку у двери, бросил конверт с мокрыми пятнами на стол, отодвинул стул и опираясь на столешницу руками медленно опустился на него. Посидел немного обхватив голову руками. - "Третьи сутки толком не сплю" - пронеслось в голове. Потом достал из ящика стола складной нож, раскрыл его и сорвал лезвием печать. Из конверта майор достал сложенный пополам лист бумаги. Он развернул его. Текст был написан перьевой ручкой, что означало документ особой важности. Офицер придвинул ближе настольную лампу и углубился в изучение содержимого. В письме сообщалось что спец-груз будет доставлен автозаком через десять часов в сопровождении колонны в составе одного урала со взводом вооружённой охраны и двух уазов от МВД и военной прокуратуры. Что за груз не уточнялось. Ждать оставалось совсем недолго …
***
Майор прибыл в Сосновогорск неделю назад на транспортном самолёте, по специальному вызову. Стотысячный город связывала с большой землёй железная дорога и небольшой аэродром. Ещё рядом проходило шоссе, по которому курсировали междугородние автобусы, но они останавливались только по требованию. Городок был закрытого типа и охранялся военным гарнизоном неопределяемым родом войск. Два предприятия, химический комбинат и сталелитейный завод работали на оборонку.
В аэропорту его встретили два дюжих молодца в чёрных плащах и в шляпах. На глазах тёмные очки. Они препроводили оторопевшего от такой встречи майора в чёрную волгу, стоящую неподалёку и там разъяснили, что мест в гарнизоне нет, что это ненадолго и возможно на днях его определят в дом офицеров и поставят на довольствие. Что ему пока выделили комнату в общежитии химкомбината, куда его потом и отвезли.
В пять утра за ним заехали те же суровые дядьки в чёрном уже на служебном бобике и повезли на новое место службы. Ехали долго, зачем-то петляя по пустынным улицам то ускоряясь, то еле тащась по унылым дворам. Наконец один из них сказал что подъезжают. Но вместо гарнизонного КПП он увидел заводскую проходную. Ворота были открыты. Не останавливаясь машина проскочила пост, промчалась по территории завода, подъехала к цеху, огороженному глухим высоким забором и остановилась напротив ворот. Майор стал разглядывать через окно объект. Поверх забора, по всей его длине, торчали кронштейны, на которых через изоляторы висела колючая проволока с прикрученными к ней проводами идущими к фонарям освещения висящим на крюках на тех же кронштейнах, это означало что колючка при включенном освещении становилась под напряжением. Две застеклённых смотровых вышки стояли на противоположных углах периметра. Окна на них затемнены, из-за чего не было видно есть там кто или нет. Водитель посигналил. Ворота дёрнулись и начали со скрежетом отъезжать в сторону открывая проезд пока не остановились издав при этом натужный визг. Машина въехала на огороженную территорию и через закатанную асфальтом внутреннею площадку подрулила к цеховым воротам. Люди в чёрном вышли и попросили о том же майора. Офицер с непонимающим видом, крутя головой во все стороны вылез из автомобиля. Вошли внутрь цеха. В помещении стояла тишина, тусклый утренний свет пробивался через грязные цеховые окна. Запах плесени и пыли витал в прохладном воздухе. Ни одного рабочего не было видно. В помещении находились только длинные ящики с землёй на столах-каталках и стеллажи вдоль стен с какими-то склянками, коробками. Всё вокруг было покрыто пылью. Они прошли через цех и остановились у дальней стены около высокой панели, сделанной из ДСП плит, скреплённых алюминиевыми уголками. Панель была раскрашена цветными красками составляя панно на котором на фоне колхозных полей изображались, довольный рабочий в белом халате с распахнутыми руками сжимающими колбу и пробирку в каждой и улыбающаяся колхозница в косынке и комбинезоне держащая в руках сноп пшеницы. Над ними надпись большими красными буквами "СЛАВА СОВЕТСКИМ ХИМИКАМ". Человек в чёрном надавил на одну из плит. Под ней что-то щёлкнуло и плита плавно отошла в сторону. За ней оказалась поблёскивающая сталью бронированная круглая дверь со штурвалом посередине и кодовым замком на нём. Человек в чёрном нажал комбинацию цифр, маховик сам крутанулся и дверь с лёгким щелчком поддалась вперёд приоткрывшись.



Внутри оказался длинный коридор с высоким потолком. Сверху лился свет от ламп дневного освещения. Коридор заканчивался широким входом в помещение, в полумраке которого угадывались операционные столы. Вдоль стен находились проходы закрытые дверями разной окраски. Слева, из ближнего входа, к ним на встречу вышел пожилой грузный человек в белом халате.
- Доброе утро. - сказал человек приподняв руку в знак приветствия.
- Здравия желаю товарищ полковник. - вытянулся один из штатских.
- Здравия желаю Валерий Иванович. Вот вам пополнение. - сказал второй слегка толкнув офицера в спину.
- Майор? И голова седая. - покачал головой человек в халате. - Как зовут?
- Дроздов Дмитрий. - майор вытянулся в струнку.
- Василий. - обратился к одному из штатских Валерий Иванович. - Я же просил молодого специалиста. А вы кого привезли?
- Кого просили. - ответил человек в чёрном. - Все критерии учтены. Двадцать семь лет. Работал в Анголе врачом в составе международного медицинского корпуса. Специалист по вирусологии.
- Да, порой внешность обманчива. Да раслабьтесь уже молодой человек, мы не на плацу. Ну что Дима, можно я вас так называть буду? - протянул руку человек в халате. - Извините конечно что я вам возраст накинул. Ненароком подумал что мне другого специалиста привезли.
- Ничего. - ответил Дмитрий рукопожатием. - Я же не какая-нибудь дамочка на это обижаться.
- Вот и славненько. Меня зовут как вы уже слышали Валерий Иванович. Я заведующий этой лабораторией. - он обвёл рукой вокруг себя - Вообще я ещё заведующий кафедрой в университете, больше теоретик чем практик. Но как говорится "пария сказала надо". - профессор вздохнул. - Пойдёмте, я вас ознакомлю с местом вашей теперешней работы. А вы ребята свободны. Да, и не забудьте в следующий приезд газеты свежие завезти. Только не "Правду" и "Известия", там читать нечего. Одно и тоже пишут.
- Какие тогда товарищ полковник? - озадачились люди в чёрном.
- "АиФ", "Огонёк", "Комсомольскую правду" можно. Ну давайте идите.
Дверь за ними мягко закрылась издав шипящий звук.
"Шлюзовая дверь. Как в эпидемиологических боксах в институтах." - подумал Дмитрий.
Они зашли в комнату из которой вышел профессор. В длинном, прямоугольном помещении выкрашенном серой краской, в дальнем углу стоял массивный синий несгораемый шкаф, с правой стороны вдоль всей стены находился узкий стол и четыре стула. Над столом висел большой щит, сделанный из светлого гетинакса с прикреплёнными к нему тумблерами. Под каждым из тумблеров была прикреплена табличка с названием помещения и номер.
- Вот здесь ординаторская. - начал экскурсию Валерий Иванович. - Вообще-то это пункт управления нашей лабораторией, но мы её называем ординаторской. Здесь у нас находится сейф, вон тот синий шкаф. В нём мы храним результаты исследований. Вот этот щит - профессор указал на тумблеры. - Это собственно щит управления всем этим хозяйством. Ну это стол и стулья. Как видите ничего лишнего. Пройдёмте дальше.
Они вышли в коридор.
- Я читал ваше личное дело. Вы работали в Анголе в составе нашей группы советников? - спросил полковник.
- Да, вернулся в Союз этой весной. - ответил Дмитрий.
- Как там?- поинтересовался Валерий Иванович мерно вышагивая рядом с майором по коридору.
- Жарко. - Дмитрий глубоко вздохнул. - А так война. Фронта как такового нет. Всё как в слоёном пироге. Много наших, кубинцев. Похоже заварушка там надолго.
- Знаете почему вы попали именно к нам?
- Догадываюсь. Это как-то связано с моей специализацией?
- Совершенно верно. Вы эпидемиолог, а наша лаборатория занимается как раз проблемами вирусной и бактериальной инфекции. Нет, мы не создаём бактериологическое оружие. Мы работаем над перспективной вакциной. Прививаем ею животных для опытов. У нас такой профиль. Наша задача наблюдать и отмечать всё что с ними происходит. Лабораторная работа. Лечить здесь никого не придётся.
Они зашли в следующую дверь. Профессор открыл щиток находящийся рядом с входом и щёлкнул выключателями. Сверху вспыхнули ртутные лампы. Помещение оказалось огромных размеров. С половину футбольного поля, не меньше, высота наравне с цеховой крышей. Посередине помещения, тускло поблёскивали прикрученные к бетонному полу, вертикально стоящие узкие цилиндрические стальные клетки в количестве пяти штук. Дверцы у них были приоткрыты. В дальнем углу, составленные друг на друга, виднелись другие клетки разных размеров и конфигураций.
- А это наш полигон. Вот эти конструкции, стоящие вертикально, для будущего эксперимента. Собственно весь этот комплекс и был построен для него. Видите напротив нас ещё дверь? Это утилизатор биоматериала.
- Крематорий? - оживился Дима.
Профессор улыбнулся:- Угадали.
- Можно посмотреть?
- Конечно.
Они подошли к массивной металлической двери с небольшим застеклённым окошком посередине. Профессор щёлкнул выключателем. Дмитрий заглянул внутрь. Там, под тусклым светом, на решётчатом поддоне лежали изуродованные трупы собак и ещё каких-то мелких животных.
- Но вы же мне сказали что не проводите опытов с заражением.
- Это не совсем заражение. Пройдёмте в процедурную я вам кое-что должен объяснить.
Они вышли в коридор и проследовали в дверь напротив. Там действительно была процедурка. Вдоль выбеленных стен стояли стеклянные шкафы с разными препаратами. Посередине деревянный стол выкрашенный в белый цвет и пара белых стульев.
- Присаживайтесь. - предложил полковник отодвигая стулья. Они сели за стол. - Я хочу посвятить вас в то, ради чего мы здесь. До проведения основного эксперимента в котором вы участвуете, остались считанные дни. То что я вам расскажу идёт под грифом НСС.
- НСС? - майор вопросительно посмотрел на профессора.
- Да. Наивысшая Степень Секретности. Самый высокий уровень доступа. Неразглашение до конца жизни. Сейчас я вам дам кое-какие документы, вы их подпишите. После двух часов дня сюда прибудет курьер. Он привезёт провизию, гражданскую одежду для вас и заберёт эти бумаги. - профессор указал на невысокую стопку листов лежащих на столе. - Это отчёты последнего исследования, копии. Оригиналы находятся в сейфе в ординаторской. Мы с неё начали нашу ознакомительную экскурсию. Документы с собой?
- Да. Паспорт, военный и партийный билеты. - сказал Дмитрий и полез во внутренний карман плаща.
- Не доставайте. - Валерий Иванович поднял руку тем самым останавливая Диму. - Нужно будет сдать их курьеру. Ничего не должно быть при себе что подтверждает личность. Сами понимаете. Если будет утечка и произойдёт заражение мы можем здесь все погибнуть. Если милиция первой обнаружит наши тела, то нас не должны будут опознать органы МВД. Это секретный проект, который курирует Министерство обороны или точнее ГРУ.
Дмитрий снял фуражку, протёр взмокший от услышанного лоб платком и положил головной убор на стол - Жарко у вас здесь. А форма? Форму тоже надо сдать?
- Не обязательно. Завод работает на оборонку, поэтому военные здесь не редкость. С этого дня вы не сможете отсюда никуда отлучиться до конца эксперимента. Конечно можно выйти наружу и прогуляться по внутреннему дворику, но за забор ни шагу. - доктор улыбнулся. - Вообще-то здесь у нас есть всё для проживания.
- А эти двое? Они вас по званию называли. Кто они?
- Это кураторы. Они курируют работу лаборатории, отчёты о которой идут на самый верх. Они в курсе всего. Этот эксперимент очень важен для нашей страны, да и для вас тоже. После его успешного завершения вам будет открыта дорога в любой исследовательский институт на руководящую должность. Плюс премии, награды.
- А если не успешного?
- Будем проводить ещё, пока не добьёмся положительных результатов.
- Но почему именно я?
- Вы были в Анголе. Вы там работали как советник в составе противоэпидемиологической бригады в военном госпитале?
- Не совсем так. Меня и ещё нескольких специалистов послали туда с миссией от ООН в составе международного медицинского корпуса. Там нас расположили в большом пятиэтажном здании на окраине города Дондо на берегу реки. С нами работали чехи, поляки, восточные немцы. Были ещё финны, испанцы. Все сносно говорили по русски, даже начальник охраны полковник Солонго. Мы лечили только гражданское население, это был наш приоритет.
- По моим данным там на ваш госпиталь напали. Вы держали оборону против УНИТЫ почти сутки, пока не подошли кубинские части.
- Да. Но это была не УНИТА. - Дмитрий попытался поудобнее устроиться на стуле.
- Тогда кто же?
- Как нам потом сказали, это были партизаны, работающие на УНИТА.
- Наёмники? - оживлённо спросил профессор.
- Они самые. Зверьё в человеческом обличье.
- Как же вы продержались столько времени?
Майор на секунду задумался, потом достал пачку сигарет. Повертел её в руках. Вопросительно посмотрел на профессора. Тот кивнул, вытащил из ящика стола пепельницу в виде человеческого черепа и поставил на столешницу. Дмитрий достал сигарету, прикурил от спички. Потряс спичкой туша огонь и аккуратно положил её в черепок.
- У нас была охрана, - начал он после глубокой затяжки. - Батальон пехоты НПЛА. На нашу больницу напали ночью. Завязался бой. Нас, иностранных специалистов собрали на верхнем этаже госпиталя, выдали каждому по пистолету, по две обоймы патронов и приказали не высовываться. Бой шёл до рассвета. Наёмникам так и не удалось пробиться к зданию. Часов в пять утра всё стихло. С нашей стороны были ощутимые потери. Мы предложили медицинскую помощь, но нас даже не пустили осмотреть раненых.
Профессор побарабанил пальцами по столу. - Там вы столкнулись со странным явлением, с людьми, которых было очень трудно убить. Как их называли аборигены?
- Жамби. - Дмитрий жадно затянулся. - Они появились позже. Когда совсем рассвело. Вышли из джунглей в одних набедренных повязках, в руках вместо оружия массивные палки с костяными набалдашниками. Они не боялись выстрелов и по мере приближения к позициям переходили на бег. Мы всё это видели с верхних этажей. К нам в комнату залетел полковник Солонго с выпученными от страха глазами и начал кричать о срочной эвакуации. Нужно было быстро спускаться вниз и через чёрный выход бежать к реке, там уже стояли моторные лодки. Госпиталь был поделён на две половины, которые соединялись только одним переходом на пятом этаже, как раз с той комнатой в которой мы находились. Это было так построено специально, чтобы эвакуироваться с минимальными потерями. Забежали ещё несколько солдат. Двое побежали вперёд, мы за ними. Полковник схватил меня за рукав и крикнул:- " Бегите что есть сил! Не останавливайтесь ни за что! На нас надвигается проклятие этих джунглей! Это не люди, это духи! " - и перейдя на шёпот сказал:- " Не говорите ни кому о жамби. И других предупредите. ". - " Почему? " - спросил я. - " Тогда вас из страны не выпустят. " - ответил полковник. Он отпустил мой рукав, крикнул что-то на ангольском и махнув мне рукой сказал: - "Прощайте."
Майор достал вторую сигарету, прикурил от окурка. Бычок затушил в пепельнице, с силой прижав и покрутив его.
- Я побежал за остальными. - продолжил он. - Мы выскочили на улицу, я оглянулся. Наши позиции были смяты. Жамби костяными набалдашниками добивали раненых. Страшные крики умирающих, автоматные очереди, всё смешалось. Они уже врывались в здание, когда один из жамби посмотрел в нашу сторону и сильно стукнув несколько раз по земле своей дубиной, взвыл как какое-то дикое животное и бросился за нами. К нему начали со всех сторон присоединяться остальные. Мы бежали со всех ног, но они всё равно нас быстро настигали. До берега оставалось ещё метров двести. Кто-то из наших начал отставать. Они кричали что бы мы их не бросали, но солдаты с криками на ломанном русском орали: "Вперёд или буду стрелять!". Тех, кто отставал, жамби сбивали с ног и своими дубинами разбивали головы. Тут же кто-то из них падал рядом на колени и руками разламывал череп выскребая оттуда мозг и с жадностью его пожирал. Когда жамби начали настигать нашу группу, несколько солдат бежавших рядом с нами остановились, повернулись и что-то крича открыли огонь. Я оглянулся. Как я уже говорил, у нас всех были пистолеты. Я хотел применить оружие, но меня кто-то сильно толкнул прикладом и на плохом русском крикнул:"ВПЕРЁД!". Пришлось подчиниться.
- Вы видели характеры ранений жамби? Реакцию на попадания пуль?
- Да, я обратил на это внимание. Человек на время застывал, иногда падал, но через несколько секунд поднимался снова. Военные старались попасть в голову. Убить их можно было только попав в неё.
- Почему так грубо вели себя с вами их военные?
- Это не грубость. За нас они отвечали головой в прямом смысле. Когда мы добрались до лодок, в них уже находились местные ребятишки. Они помогли нам погрузиться. Солдаты все остались на берегу. Их было человек десять. Они открыли автоматный огонь по наседавшему на них противнику. Стреляли, пока у них не кончились патроны. Мы уже отчалили, когда солдат окружили эти твари. Трое успели застрелиться, скорей всего они оставили по последнему патрону, остальных буквально порвали на части и тут же, побросав свои палицы, начали пожирать ещё живых, истерзанных солдат. Следом появились партизаны. - Дима затушил окурок.
- Как в это время вели себя жамби?
- Мне показалось что ими руководил или точнее сказать управлял один человек. Он первым вышел к реке и жамби сразу же перестали рвать мясо с убитых и встав, покорно склонили головы. Он что-то крикнул и они начали собираться вокруг него. Потом следом выскочили наёмники и начали кричать нам на ломаном английском чтобы мы повернули назад. Мы не стали подчиняться. Тогда по нам открыли огонь. У одной лодки пробили бензобак, ещё несколько человек получили ранения разной степени.
- Как же вы спаслись?
- Когда мы прилично отплыли от берега, то услышали сухие щелчки. Жамби и наёмники начали падать как подкошенные. Мы остановили наши лодки. Как нам потом сказали, это работали кубинские снайперы. На берегу началась паника. Через четверть часа всё было кончено. Минут через десять на берег вышли огнемётчики в специальных костюмах и противогазах. Подтянулись ещё какие-то люди в газ-масках и серых комбинезонах. Они стали упаковывать в чёрные мешки тела жамби, которые там валялись. Через несколько минут послышался свист лопастей и скоро над ними завис вертолёт. Мне показалось что это был наш, советский, в смысле наших специалистов. Он приземлился на берег, мешки быстро погрузили и машина поднялась в воздух. Огнемётчики потом там всё сожгли напалмом.
- Простите за нескромный вопрос. Седина у вас появилась после тех событий?
- Да, после этого.
- Что же было потом?
- Нас отправили в Луанду. По прибытию туда, разместили в гостинице. Потом дознаватели опросили нашу группу, точнее что от неё осталось, что мы видели необычного. Я предупредил всех своих что бы молчали о жамби. Потом мы подписали какие-то бумаги и через три дня нас отправили домой.
- Но вы прибыли на родину только через три месяца?
- Да. Меня задержали для помощи в локализации эпидемии холеры. - Дима опять заёрзал на стуле.
- У меня есть другие сведения, что всё это время вы были на Кубе.
- Я дал подписку о неразглашении.
- Подождите минуточку. - Полковник встал и вышел из комнаты. Вернулся через минуту держа в руках серую папку.
- Прочтите.
Дмитрий взял папку, осторожно открыл её и увидел те самые документы, которые он подписывал. Здесь были ангольские бумаги, а так же с Кубы.
- Теперь вы понимаете что нас курирует серьёзная организация. Сейчас можете смело рассказывать что было с вами после.
- Вы знаете наверное больше меня? - улыбнулся майор.
- Ну что вы. Далеко не всё. Мне хочется услышать, как говориться, от первоисточника. - ответил улыбнувшись в ответ профессор.
Дмитрий захлопнул папку, отложил её в сторону, собрался с мыслями и начал рассказывать.
- После эвакуации нас разместили в казарме. Это потом нашу группу расселили в гостинице. В казарме нас продержали три дня. Всё это время с нами работали дознаватели, ведь погибли люди, подданные других государств. Тела наших коллег собирали по кусочкам. В конце третьего дня, нас стали вызывать по одному к следователю. Я пошёл первым. Зайдя в офицерский домик где расположилась допросная я увидел что за столом сидело трое человек, один из них был переводчиком. Они предложили мне сесть, дали какие-то бумаги и попросили их подписать, пояснив что в них написано. Там описывался сильный взрыв в нашем госпитале, в результате которого погибли некоторые члены нашей команды, поэтому их тела были в ужасном состоянии. Я конечно подписал. Следом стали вызывать остальных. Ближе к вечеру за нами приехал автобус. Когда мы отъезжали, то услышали серию мощных громовых раскатов, это подрывали наш госпиталь. Не буду останавливаться на том что было дальше, ничего значимого не произошло, только когда я вылетел домой на небольшом самолёте, со мной летело ещё пять человек, он изменил курс и приземлился не в Египте, как было запланировано, а на базе кубинского контингента. Один из пассажиров, наш соотечественник, мне сказал что бы я не беспокоился и прошёл с ним на базу. После этого он стал моим доверенным лицом. На Кубе я работал в закрытой лаборатории. Жили на прилегающей к ней территории огороженной забором. За ограждение было строго запрещено выходить. Вот этот человек и был моей связью с внешним миром.
- Как его звали? Говорите, не волнуйтесь.
- Сергей, Сергей Витальевич. Фамилии не знаю.
- Как же, как же. Он мне знаком. Фамилия Ильчин. Он тоже куратор по научной линии. Сейчас работает с первой лабораторией. Что же было дальше?
- Мы там занимались изучением останков жамби. Препарировали их, сверяли карты крови и биохимию с другими людьми. Вывод был сделан такой: в крови огромное содержание токсинов природного происхождения. Идентифицировать яды так и не смогли. Предположительно это комбинация отрав вводимых постепенно в определённый отрезок времени. Препарация мозга ничего аномального не выявила. Похоже из людей просто сделали автоматы, запрограммированные на убийство. Так же загадкой осталась их живучесть. На месте ранений, кроме ранений в голову, зарубцевавшиеся раны, пули найденные в телах были покрыты налётом, изолирующем их от организма. Напрашивался вывод: комбинация ядов мощно усиливает метаболизм, а при ранениях нужна энергия и восстановительный материал. Поэтому жамби и пожирали людей, так как лучшего для быстрой регенерации человеческого организма не найти. Месяца через два нас отозвали в Москву. Перед вылетом разрешили искупаться в Атлантике.
- Вы случайно не знаете, что в переводе значит жамби? - спросил Валерий Иванович.
- Знаю. Жамби это зомби по таитянски.
- Да, зомби. - задумчиво произнёс профессор. - Есть ещё один вопрос. У вас была создана вакцина?
- Было произведено четыре вида. Их отправили в Союз. Что с ними было дальше я не знаю.
- Заработала третья лаборатория. Там делают что-то типа противоядия и возможно из вашей вакцины. Где она находится даже я не могу предположить.
- Чем занимается первая?
- Повышение интеллектуальных способностей с помощью препаратов. Мы занимаемся другими разработками. Наш приоритет живучесть. Сейчас мы посмотрим фильм, он для служебного пользования. Там есть видеозапись допроса американского солдата, единственного выжившего в операции по захвату острова. Его рассказ больше похож на бред. После просмотра я предоставлю документацию по нашей вакцине, что бы вы имели представление с чем нам предстоит работать. А сейчас подпишите вот эти бумаги.
После подписания всех необходимых документов профессор провёл его в жилой блок. Там было три помещения, два спальных с несколькими кроватями и одно побольше, типа кают-компании. В этой комнате посередине стоял прямоугольный стол окружённый стульями. Возле стены на тумбочке стоял импортный телевизор, а рядом с ним чудо техники того времени, видеомагнитофон. Полковник достал из ящика кассету.
- То, что вы сейчас увидите, выходит за рамки простого, привычного понимания вещей. Здесь, на этой плёнке запись допроса капрала американских войск, захваченного в джунглях во время войны во Вьетнаме. Он сам сдался северянам и был этому рад. Его сочли сумасшедшим, так как он нёс какую-то ахинею. Через две недели пребывания в плену, капрала передали нашим советникам, которые вывезли его в Союз. Он до сих пор жив, сменил гражданство, имя. Живёт в Москве. Так же здесь записаны недавние опыты из первой лаборатории. Запись наших экспериментов тоже есть, но на другой кассете.







Рейтинг работы: 0
Количество рецензий: 0
Количество сообщений: 0
Количество просмотров: 12
© 10.11.2018 Павел Янг
Свидетельство о публикации: izba-2018-2410163

Метки: Россия, зомби, боевая фантастика,
Рубрика произведения: Проза -> Роман











1