ЖЕЛНА…МИШЕНЬ ДЛЯ БРАКОНЬЕРОВ!


ЖЕЛНА…МИШЕНЬ ДЛЯ БРАКОНЬЕРОВ!
ЖЕЛНА…МИШЕНЬ ДЛЯ БРАКОНЬЕРОВ!

…Мои встречи с желной в приобской тайге происходят постоянно! (Хотя больше всего черного дятла я слышу, но не вижу).
В последний раз это было тринадцатого мая 2015 года на пойменном берегу обской протоки Сырой Аган. Я отдыхал возле воды, любуясь отражениями кучевых облаков, весенней листвой тальников, цветами золотой калужницы. Только что на другой стороне поймы трубно-голосисто прокричали лебеди-кликуны, низко летевшие над протокой. До этого в молодых осинниках я видел и фотографировал большого пестрого дятла, молча и неподвижно гревшегося в одиночестве на ярком и уже жарком майском солнышке.
И вот…желна!
Большая крупная черная птица с красной шапочкой на голове подлетела бесшумно. Но, усевшись высоко на осиновую ветку позади меня, решила «спеть» для путешественника свою извечную печальную мелодию. Обернувшись, я желну не увидел: ее закрывал ствол другой, ближайшей, осины. Когда я направил туда телеобъектив, моя черная подруга вдруг взмахнула большими сильными крыльями и быстро помчалась над разлившейся протокой в сторону Оленьего острова…В полете она тоже громко кричала!
Лебединая музыка и эта жалобная песня желны словно приветствовали в этом мае меня в пойме любимого Сырого Агана!
В диктофонных записях моих прежних лесных путешествий немало упоминаний о черном дятле, аборигене здешней тайги. Вот начало сентября, верховое клюквенное болото недалеко от автомагистрали Тюмень-Сургут! Оно на Оленьем острове…И, собирая спелые ягоды, слышу в стороне ЛЭП-500 неподражаемые крики желны! Другой сентябрь. Кедровый бор в тайге между обскими протоками Сырой Аган и Девкина. Набиваю свой рюкзак кедровыми шишками, валяющимися во мху, в кустиках багульника у подножия темно-зеленых великанов. И издалека, за шершавыми смолистыми стволами, подает голос одинокая желна! Она кричит долго, с перерывами, словно жалуясь на свою судьбу. Предчувствуя долгую дождливую осень и суровую морозную зиму, когда с громким стоном лопается кора на стволах берез и даже белка не высунет носа из своего гайна.
Видел я не раз следы зимней работы черного дятла и на Оленьем острове, и на острове Пим, и в этих вот сосно-кедровых борах возле Девкиной протоки. Валяется крупная щепа, ствол гнилой березы во многих местах пробит насквозь длинным клювом-долотом желны. «Лечение» дерева произведено… на совесть! Весной и летом вредители тайги уже не напакостят другому, живому, зеленому другу!

…Да, мало кто из поэтов и писателей посвятил черному дятлу столь проникновенные слова!
Я в нынешнем мае, наблюдая за несколько тяжелым волнообразным полетом столь близко приветствовавшей меня желны, вспомнил и давний эпизод. Тогда, в году 1987-1988, я стоял на высоком берегу речки Малый Юган, что течет мимо поселка Угут, и увидел на другом ее берегу крупного черного дятла, усевшегося на вершине кедровой сухары. Была середина августа, поспела черная смородина, заросли которой тянулись и тянулись вдоль берега реки. Оторвавшись от сбора крупных сочных черных ягод, я стал наблюдать за желной, подавшей мне звуковой сигнал-привет в виде своего заунывного крика. А потом решил и сфотографировать птицу, обычно держащуюся подальше от человека (браконьеры часто делают ее своей мишенью).
Черный дятел не улетал, словно позировал мне. До него было метров сто-сто двадцать…В окне видоискателя моего «Зенита» он отчетливо вырисовывался. После двух десятков щелчков затвора птице это надоело слушать, и она с недовольным криком ретировалась вдоль берега на восток, против течения реки. Потом, печатая на фотоувеличителе черно-белые снимки желны, я любовался ее тонким профилем, красивыми очертаниями птичьего тела, где и крупная голова, и тонкая шея, и длинный клюв, и жесткий хвост- ее незаменимый упор в работе по стволу- все отлично гармонировало!
С большим пестрым дятлом, тоже северянином, черный дятел не особенно конкурирует: ему под силу самая большая работа на самых крупных больных деревьях!
На моем компьютере немало цветных снимков дятловых «сеансов лечения»! Это и кучи крупной щепы, и огромные дупла, где гнездятся и сама желна (и ночует там же зимой), и клинтух, и мохноногий сыч, и галка, и сизоворонка, и зеленый дятел, и вертишейка, и даже…скворец и большая синица! В качестве убежищ эти дупла используют белки, куницы, летучие мыши, осы, шершни и т.д. Биологи утверждают, что некоторые из птиц- те же клинтух и мохноногий сыч- очень тесно связаны с желной, поскольку она является почти единственным «поставщиком» их мест гнездования.
Так что «птичьи домики» черный дятел строит и предоставляет всем желающим …БЕСПЛАТНО!!! (В отличие от двуногих олигархов из рода человеческого). Посему в естественных биоценозах значение желны огромно.
Кстати, ястреб-тетеревятник, куница и рысь, крупные змеи охотятся на желну и ее птенцов, сокращая дятлово поголовье. Однако в Красную книгу черный дятел занесен только в Курской и Липецкой областях, Северной Осетии.
А ведь и там в лесах водится немало муравьев-древоточцев, жуков-ксилофагов (короедов, усачей, березовых заболонников и др.). И, по-видимому, тамошние вредители леса только рады столь малому присутствию у себя черного дятла!
Из Сети: как сообщают биологи Мальчевский, Пукинский, в Ленинградской области из 12 зарегистрированных случаев гибели желны в восьми птицы были застрелены браконьерами и одна сбита машиной!
То есть и хищный зверь, и человек одинаково повинны в уменьшении популяции черного дятла! А двуногий убийца с ружьем, карабином и винтовкой, пожалуй, даже опередил первых!?
…Так что от всей души пожелаю моему голосистому черному другу никогда не попадаться на мушку браконьера и в ястребиные лапы!
Вл.Назаров
Нефтеюганск
2006 год.





Рейтинг работы: 0
Количество рецензий: 0
Количество сообщений: 0
Количество просмотров: 15
© 07.11.2018 Владимир Назаров
Свидетельство о публикации: izba-2018-2407342

Рубрика произведения: Проза -> Рассказ











1