...В ОДИН ДЕНЬ


драма
Сначала Петрусь не понял, что произошло. В голове стоял гуд, уши болели и во рту ощущался привкус железа. Кровь — догадался он и тут же вспомнил: надо бежать в погреб. Открыл глаза и охнул. Кругом была белесая мгла, пропитанная страшной пылевой взвесью.
— Полюшка, — позвал Петрусь жену. Где-то рядом послышался стон.
— Здесь я… Господи, воля твоя.
Петрусь было рванулся на помощь, но тут же понял, что пошевелится не может — ноги зажало обломками.
— Полюшка, как ты? — он поворочал головой, пытаясь понять, где была дверь в кухню. Смутно возвращалась привычная явь. «Мы же обедать садились!» — вспомнил Петрусь и заметался от безысходности.
— Люди! Помогите… — пытался кричать он, но высохшее горло не слушалось.
— Что ты, Петя? — услышал он свою Полю. Голос жены вернул ему спокойствие — и то верно. «Не трусь, Петрусь», — подумал он.
— Да ничего, Полюшка, — отозвался, стараясь, чтобы голос не дрожал. — Надо же позвать кого-нибудь. Зажало меня, не вылезть самому. Ты-то сама как?
— Плохо, Петя. Плохо…
— Что с тобой? Где болит? — заволновался Петрусь, но жена больше не отвечала. Ужас снова захлестнул Петруся, но он упрятал его так далеко, как смог и снова начал звать на помощь. В голове почему-то стучала глупая присказка «они жили долго и счастливо, и умерли в один день». Он гнал ее прочь, но она не уходила и вертелась в голове как назойливый слепень жарким полднем. Он старался ее перекричать, зовя людей снова и снова.
И не заметил, как его сморило от усталости и страха.
И приснилось ему, будто он на огородишке сорняки выпалывает. И стучится кто-то в калитку. Разогнулся Петрусь, спину расправил, идет открывать. Глядит, а за воротами Костлявая стоит. С косой, в черном балахоне. «Вот оно, значит, как, — думает про себя Петрусь. — Стало быть, пришло мое время». И ведь помнит все, как есть, вернее, как было до сего дня. И что дети у них взрослые разъехались давным-давно. И внуки не отстают: старшая в Киеве учится, младший в ополчение пошел, землю родную защищать…
Стоит Петрусь против Костлявой и не знает, что делать, да что говорить. А тут незваная гостья сама и молвит:
— Я не твоя Смерть. Супругу позови.
Проснулся Петрусь, остатки страшного сна отряхивает и кричит:
— Поля! Полюшка…
И слышит, что люди вокруг него. Помогают, откапывают. Сосед Пашка подбадривает его:
— Ничего, Петр Иванович. Сейчас. Потерпи немного.
— Полюшка-то как? — Петрусь спрашивает. И видит, что Пашка глаза прячет.
— Что?! — схватил он его за рукав, перепачканный в известке.
— Нету тети Поли, Иваныч... Померла. Прости…

С тех пор снился Петрусю один и тот же сон. Будто он на огороде возится, а в калитку стучит кто-то. Подходит он, отворяет, а за воротами пусто. Больше месяца снился ему этот проклятый сон. Он уж и Богородицу просил, чтоб Костлявая и за ним пришла. Но сон не менялся.
И вот как-то копается он на огороде, слышит в калитку стук. И стоит за воротами его Полюшка — молодая и красивая, какой он ее когда-то встретил — и говорит:
— Пойдем, Петя. За тобой я.
Он и ушел.

Послесловие от автора
Говоря простым языком, в данном рассказе на́лито воды. Потому что изначально рассказ был во много раз короче. Пытливые умы вполне могут разглядеть этот его костяк и без подсказок. И автор подтвердит, что основой текста стал так называемый «грустный рассказ из шести слов», родоначальником которого называют Эрнеста Хемингуэя. Погуглив, любопытные найдут в Сети несколько достойных последователей данного жанра. А автор приведет ниже свою версию.
«Я не твоя Смерть. Супругу позови»





Рейтинг работы: 0
Количество рецензий: 0
Количество сообщений: 0
Количество просмотров: 13
© 01.11.2018 Василий Ворон
Свидетельство о публикации: izba-2018-2402677

Рубрика произведения: Проза -> Антиутопия











1