ПРАВО ИСКУШАТЬ. часть 3. Майстрим.


Автор Владимир Кочкин.

Часть 3. Колдовать просто. 


Магии столько же лет,
сколько и человечеству.
Елена Блаватская

ГЛАВА 1. ВРОДЕ БЫ, ДЕЛО ПОШЛО НА ЛАД

1.
Летом мне нравится лежать на пляже и смотреть в небо. Порой представляю, как пронзает меня эргонить, словно бы исходящая из глубин Земли. Я наполняю её значимостью Высшего разума... Ничего необычного не делаю. Всего лишь заставляю себя поверить в то, что наполнить эту эргонить волшебством всемогущества нужно самому Высшему разуму Земли. Ему, прежде всего, ему, а я лишь якобы неприметный помощник в его грандиозных действиях.
Затем - вот где казуистика! - я проявляю свои желания. Сначала исподтишка, словно бы они не мои вовсе. Следом, секунд через пять-десять, нагло сам вершу самое необычное, самое удивительное колдовство. Силой мысли я делаю эргонить все толще и мощнее, заставляю стать видимой для себя. Уже воочию ощущаю, как энергия мощным потоком проходит сквозь меня и вижу, как вонзается она в небо длинным, изогнутым, призрачным хоботом. Я подхватываю хобот взглядом, с лёгкостью вожу им по небу и кончиком, словно ластиком, начинаю стирать облака. Минута, нет облачка. Еще секунд десять - нет второго. Еще четверть минуты и я взглядом, словно ножом, разрезаю надвое большое облако и небольшим усилием воли заставляю половинки мчаться в разные стороны.
Порой сдвигаю кончик хобота на чистую часть неба, придаю ему другую значимость и, затаив дыхание, жду результата. Словно младенец радуюсь, когда в небе появляется белесая точка, растёт, набирает белизну. Вскоре, на этом месте плывет небольшое облачко.
Мое облачко!
Всякий раз я чувствую себя не просто сильным - могучим! Неизменно появляется страх. Холодный. Чуждый. Первобытный... Не мой страх! Я так бояться не умею.
Страх - предупреждение, Высший разум интуитивно вник в ситуацию: словно бы говорит, пока тактично - уймись! Энергетический хобот медленно истончается, теряет силу, вскоре исчезает совсем.
Не единожды мечтал, а вдруг найдется колдун не из пугливых: сомнет взглядом смерч, усмирит бурю, "бешеного зверя" - цунами, заставит расплескаться на почти безобидные волны. Не раз думал, уверенно и нагло: люди еще научатся управлять этой самой сильной земной сущностью - Высшим разумом. И этого же страшился.
Этого же боюсь сейчас.
Стоит человеку осознать свою колдовскую силу, он не утерпит её применить. Вот только, история свидетель, не всегда человек использует даже более приземистое - власть, ради улучшения жизни других людей. Ведь не секрет, многие и многие из племени людского о всемогуществе мечтают не того ради, чтобы к лучшему изменить мир, а для того, чтобы для себя, любимого, обрести заветное блюдечко с золотой каёмочкой, на котором жизнь преподнесла бы разом все тридцать три удовольствия.

Если мир представляется свалкой из нечистот - брезгливость вызывает. Отсюда желание, гадкое вдвойне - ещё больше напакостить!
И гадят!
Отгородиться от всех “каменной стеной”, построить за ней уютный мирок для себя, любимого - мечта многих.
И строят, с надрывом!
И зубами скрежещут в злобе непомерной: за “стеной” - трава не расти!
Втайне, в глубине души, и они мечтают о смысле жизни и счастье, о спокойствии и надёжности бытия, а то и о подвигах во славу отечества. А скажи им о том, раскрой глаза - рассмеются зло! Пакостить примутся ещё более остервенело, а стену постараются возвести многократно выше и более железобетонистей.
Где бы слово такое найти, чтобы и их пронять обеспокоенностью за судьбы мира, чтобы и они смотрели на мир, как на отчий дом, оставленный в наследство не совсем заботливыми предками.
Доброму хозяину в своём доме работы невпроворот: ремонтировать и переделывать, убирать мусор и смывать грязь. Добрый хозяин не оглядывается по сторонам, в надежде, что кто-то другой закатает рукава - он делает! Добросовестно и основательно.
Увы, добрых хозяев становится меньше. Всё больше алчных глаз, ртов в зверином оскале - хочу! Не трудовых мозолей, не служения Родине, не совести мучений - благ!

2.
Вроде бы, дело пошло на лад.
Одно беспокоит: слишком заумно подал материал в предыдущих частях книги, слишком информационно. Читателю важен стремительно развивающийся сюжет, быстрое узнавание характеров героев через их действия и диалоги, возможность полюбить кого-то из них, а кого-то возненавидеть.
Паша избегает встречи со мной.
Маги меня не беспокоят. Делают вид, что я для них словно бы не существую.

Вот случай, афоризма к этой
главе не припомню подходящего.
Разве что... перефразировать поговорку:
язык мой - враг твой.

ГЛАВА 2. В МОИХ РУКАХ СМЕРТЕЛЬНОЕ ОРУЖИЕ.

1.
Мне хочется рассказать вам страшную историю!
Вспомнил статью "Режь своего друга! А сам потом повесишься...", которая опубликована была в “Комсомольской правде” 25 марта 2005 года.
Вот Вам очередная "сказочка",(надеюсь, любимая газета не будет против, если перескажу её). В деревне Краснопольское под Нижним Тагилом жили-были два хулигана - Ромка Седеня и Стас Уткин. Отсидели за воровство и в страхе держать стали местную пацанву. Воровали. Бузили. А когда они убили сторожа детского сада, Сергея Шешукова, местные не выдержали, скрутили злодеев. Всемером вершили суд.
"Комсомолка" пишет:
"...сельский "приговор" обжалованию не подлежал. Мужики дали Стасу нож.
- А теперь режь друга. Как сторожа убивал, - заставляли мужики.
От первого удара Ромка закричал страшно. Стас старался бить не насмерть. Ромка понял - прикинулся мёртвым, затих.
Стас обернулся к мужикам и враз побледнел, когда увидел, что они протягивают ему верёвку и показывают на пенёк.
- А теперь ты повесишься!
Пенёк захватили с пилорамы. Стасу ничего не оставалось, как набросить петлю на шею. "Судьи" лишь выбили подпорку из-под ног пацана. Постояли, посмотрели, как корчится повешенный. Покурили. Потом наклонились к Ромке, а тот дышит! Добили тем же ножом...".
"Судьи" приговорены к разным срокам - от 3,5 до 8,5 года. За них просила вся деревня. Письма писали коллективные, но... Решение обжаловано, пишет "Комсомольская правда", однако приговор оставлен без изменений.
- Этих парней всё село ненавидело, чуть ли не с пелёнок! - рассказывали журналистам сельчане. - Их уже пытались учить! Они 77-летнюю бабу Маню изнасиловали. Мы их связали верёвками и гнали с десяток километров до ближайшей деревни, где есть участковый - своего-то нет. А милиция сказала, что бензина у них нету до городского СИЗО везти! И они на следующий день вернулись в село! А бабуля-то на следующий день померла от стыда. Никакого заявления от неё на радость милиции не было. Так смерть старушки этим супостатам с рук и сошла. А те, кто сейчас сроки получил - нормальные мужики. Юрий Перевозчиков - учитель, двое в Чечне служили...
"Судья" Николай Суздалов уверен, что в селе теперь будет порядок.
- Не понимаю! - жестко сказал он журналистам. - Почему, если милиция не может навести порядок, мужикам этого не дают сделать? Вот у нас в Краснопольском воровать, насиловать, грабить больше не будет повадно никому. Каждый пусть знает!
Как бы не так! За год, пока велось следствие по тому делу, из этого села пятеро осуждены за воровство. Подонки вольготно себя почувствовали. Те, кто активно противостоял им - в тюрьме! Тем, кто мог бы им противостоять - "руки укоротили"! А те, кто закон блюсти должен, по-прежнему далеко.
То полбеды.
Беда - такие Ромки и Стасы есть в каждой деревне, в каждом селе, в каждом городском дворе. Трижды беда - противостоять им боимся. Потому, как учёны: по судам затаскают, коль отпор дадим. А если фингал воспитательный поставить тому, у которого родители... (сами впишите, кто) - стопроцентно посадят. А то и... (сами впишите, что... как... сколько раз... чем... насколько больно... где деньги на лекарства брать... и т.д.).
Так рождается страх.
Страх порождает терпение. Рабское и великомученическое, оно порождает образ бытия - сверхподлость! Ибо тот, кто совестлив, но позволяет подлости торжествовать, еще более подл, чем тот, кто исподтишка живет подлостью.
Не пора ли нашим депутатам дать наказ, чтобы ненамного - всего лишь чуточку! - изменили законы. Чтобы в суде применение насилия к подонку было смягчающим вину обстоятельством.
Нет, не утонет Россия в крови, не захлестнут её самосуды. Народ российский не столь жесток. Иного добьемся: те, кто подл, бояться начнут собственной подлости, а дети - наши любимые дети! - получат возможность ВЫРАСТИ ЛЮДЬМИ.
Чем не закон: если в течение пяти лет ни один из выпускников класса не попадает в тюрьму, классному руководителю и учителям, которые преподавали в этом классе, выплачивать разовую премию, равную их годовой зарплате. А если ни один из выпускников школы в течение пяти лет не попадает в тюрьму, и администрации этой школы, и всем её учителям выплачивать разовую премию, равную годовой зарплате... Не смейтесь, такие школы есть.
Сегодня уже многим людям не все равно, каким будет для человечества день завтрашний. Вскоре, их будет многократно больше. Тысячекратно больше! Они смогут привлечь "под свои знамена" тех, кто мается от скуки, не зная, куда приложить с пользой для отечества и планеты всей "буйну силушку".
Да, смогут!
Иначе человечеству - грош цена!!!

В России реальная власть у коррупции и организованной преступности, которые давно уже подмяли под себя парламент, партии, СМИ, прокуратуру, суды и отчасти общественное мнение.
Во всём мире, во всех странах люди информируют полицию о готовящихся преступлениях, о любых нарушениях законов, (доносительство в почёте даже), лишь в одной стране - в России! - это называется стукачеством и считается делом подлым. А в результате, преступный мир имеет больше возможностей процветать. Начальник смело может быть хамом, вор - более удачливым, водитель на дороге - пьяным... (Продолжите сами).
Преступность "братается" с чиновниками. Нагло и самоуверенно "доят" как страну, выкачивая в собственные карманы её богатства, так и народ: с помощью завышенных цен, нищенских пенсий... (Продолжите сами).
Только коррупционных средств с лихвой хватило бы на то, чтобы старики нашей страны жили не безбедно, учителя и воспитатели получали достойную зарплату, а рабочие преподносили бы её жёнам с гордостью за свой труд.
На коррупционные деньги можно было бы заасфальтировать улицы самых отдалённых деревень, чтобы и деревенские девчата могли щеголять в туфельках, а не в резиновых сапогах грязь месили. Можно было бы открыть медпункты, почты, библиотеки восстановить, клубы отстроить - глядишь, не пришлось бы разъяснять деревенским мужикам, (и не только им), что не пьянством единым жив человек. В свинарниках и коровниках кондиционеры поставить, а кур шоколадом кормить, чтобы яйца шоколадные несли... - простите за неуместную шутку.
На эти деньги можно было бы вылечить тысячи детей-инвалидов, чтобы и они познали счастье.
На эти деньги... (Продолжите сами).
Не учли часть бюджета, которая разворовывается с особым воодушевлением и размахом. И особо безнаказанно!
Не надоело считать?!
Вот задачка сложней. Количество людей на Земле, так полагаю, Вы знаете. И знаете количество россиян. Вычислить процентное соотношение жителей нашей страны к населению планеты - не проблема. Вопрос наитруднейший: отчего плохо живём, если нам принадлежат около 40 процентов мировых полезных ископаемых?! Отчего как сыр в масле не катаемся, когда у нас пахотных земель - раздолье, океанских просторов - необъятно, озёр и рек - не счесть?
Вижу недоумение в глазах Читателя: зачем об этом знать будущим колдунам?
Нужно!
Чтобы делали мир добрым и справедливым, чтобы видели зло и стремились побеждать его! Чтобы любили Родину, учились её защищать от подлости.

2.
В сопровождении "телохранителей", ни на шаг не отстающих, я медленно шел по едва приметной тропинке сада, как вдруг, в мгновение одно, очутился в замке магов около Паши.
Ох, как я испугался!
Схватил себя за нос, проверил на месте ли уши, провёл рукой по волосам, окинул взглядом тело, пересчитал пальцы на руках.
Вы бы не менее испугались, будь на моём месте.
Телепортацию предметов и животных мы освоили в мире магов лет семь назад. Нам впервые позволили менять реальности сада магов. Паша на первом занятии переместил слониху со слонёнком из саванны в наши "широты", где урок шел, а у нас зима была, мороз под двадцать.
- Всё ты делаешь через пень на колоду, сяк-наперекосяк, - проворчал Колобок и потребовал: - Немедленно верни животных на место!
- Куда спешить? - легкомысленно заулыбался Паша.
- Замёрзнут! - рявкнул маг. - Лечить придётся.
- Шутишь, да? - заулыбался Паша. (На практических занятиях Колобок допускал панибратство, но лично я на "ты" не обращался ни к одному магу).
- Ещё пять-десять минут и будет не до шуток! - грозно произнёс маг. - В животных сохранены почти все земные программы. Не только заболеть могут, но и умереть от переохлаждения.
Паша подозрительно посмотрел на Колобка. Последующие несколько секунд он старательно морщил лоб, зачем-то надувал щёки и сжимал кулаки. Вскоре, с шумом выдохнув воздух и вытерев тыльной стороной ладони со лба несуществующий пот, растерянно пробормотал:
- Далеко они, метрах в сорока, не ощущаю.
В следующий миг слониха со слонёнком появились непосредственно перед нами. Неподвижные, словно и впрямь замёрзли. Слониха была без хобота, (хорошо, хоть кровью не истекала). А слонёнок предстал альбиносом.
- Курсант Карась Павел! - рявкнул Колобок.
- Я! - вытянулся в струнку Паша.
- Немедленно восстанови экспонаты!
- Я... я не умею, - жалко пролепетал Паша.
"Экспонатам" Колобок вернул прежний облик лёгким движением руки, резко повернулся в нашу сторону, нахмурился и, вскинув указательный палец, ужалил Пашу синей искоркой-наказанием.
Слониха со слонёнком исчезли, а маг "расщедрился" на очередную нравоучительную лекцию. Минут десять говорил о глупости нашей, благодаря которой мы, в будущем, можем "наломать дров".
- Здесь, в нашем мире, ошибку легко исправить, - холодно вещал он. - На Земле слону хобот редкому хранителю под силу восстановить... Не ухмыляйтесь и глаза удивлёнными не делайте. Да, я обучу вас владеть телепортацией вещей и животных на Земле.
- На Земле-е-е?! - пропела Эвелина.
Маг восторг её - и наш! - тотчас свёл на нет:
- К сожалению, столь масштабно пользоваться телепортацией на Земле вам не доведётся. Может, разрешу, и то разочек, вареники поесть, чтобы сами в сметану макались и в рот прыгали.
- Всего-то?! - вырвалось у Эвелины.
Колобок посмотрел на неё с усмешкой.
- Если в реальной земной жизни телепортировать слона на Северный полюс и обратно, Высший разум потеряет столько энергии, что ему, возможно, придётся ликвидировать какой-то из своих миров. Вдумайтесь, всего лишь этим простым действом, Вы убьете в Высшем разуме целый мир, возможно обитаемый.
В нашем мире вам позволено применять любую телепортацию только во время обучения и только при моём присутствии. Через три месяца за вами останется право телепортировать лишь себя и друг друга, сколько угодно раз.
- Замечательно! - захлопала в ладони Эвелина.
- Не вижу ничего замечательного, - вскинул брови Колобок. Потребовал: - Радость моя, обоснуй мне, неразумному, этот всплеск положительных эмоций!
- Мне Катю искать не придётся, а подруге меня, - сказала Эвелина, глядя на мага невинным взглядом блондинки из знаменитых анекдотов. - Мы друг дружку будем к себе телепортировать.
Колобок, обхватив своими толстыми короткими ручками свой весьма округлый живот, согнулся аж под прямым углом. Он трясся и издавал звуки, больше похожие на плач грудного ребёнка. Смеяться прекратил вмиг. Резко разогнулся. Лицо - серьёзнее не бывало. Мы притихли, в ожидании "бури", а Эвелина попыталась втянуть голову в шею, отчего тройной её подбородок, (как выразился однажды Паша), стал ещё тройнее.
- Вы напрасно ухмылялись, - заговорил маг спокойно. - Свою первую телепортацию животных Павел провёл с оценкой отлично. Не думаю, что у кого из вас она получилась бы столь блестяще.
- Зачем было наказывать? - пробурчал Паша.
Колобок проигнорировал этот выпад.
- Вряд ли вы захотите в нашем мире перемещать друг друга, - заговорил он с довольно доброй улыбкой. - Телепортировать самого себя - безопасно. Человек подсознательно ощущает себя целым и неделимым. Эрготело другого хранителя он не может охватить разумом полностью. Ошибки, во время обучения, неизбежны. Ошибки после обучения - возможны. Если кто-то кого-то телепортирует в нашем мире без носа, руки или ноги, на Земле его, если от шока проснётся тотчас, ожидает реальная боль. А если здесь, в нашем мире, при телепортации у хранителя будет повреждён жизненно важный орган, на Земле он может не проснуться.
- Можно безопасно как бы телепортировать друг друга, - возразила Эвелина.
- Как бы, или телепортировать?! - заинтересовался маг.
- Чтобы послать Кате тайный сигнал, хватит доли секунды. Она тотчас сама перенесётся ко мне, а со стороны это будет выглядеть так, словно я провела телепортацию.
- Этим его можешь обмануть, - ткнул Колобок пальцем в сторону Паши, - но не меня!
- Сеть ложного воздействия, если накину её на Катю, даже Вам сразу не распознать, - робко улыбнулась Эвелина. - В этом случае видимость моей телепортации будет стопроцентной.
- Хм... - промычал маг. И заулыбался радостно. - Солнышко моё, рад за тебя, только что ты сделала открытие. Не важно, что ему, возможно, не найдётся практического применения - значим факт свершения. - Он вскинул голову и торжественно произнёс: - Птичке Эвелине объявляется эксблагодарность!..
Полагаю, теперь понятно стало, отчего я, как только появился перед Пашей, схватил себя за нос и даже пальцы на руках пересчитал.
- Хватит плясать передо мной! Прижмись! - сердито прикрикнул на меня друг.
Я сделал шажок вперёд.
- Ближе!
Моя грудь уперлась в его объёмный, выпуклый живот.
Паша торопливо начал создавать вокруг нас магический кокон защиты.
- Ты идиот! - прошипел я. - Что, позвать не мог?! Зачем потребовалось...
- Ага, только твоих уголовников тут не хватало! - перебил он. - Не мешай! Сейчас, секундочку, ещё пару блокировок поставлю - поговорим!
Кокон магической защиты стал видимым обычным зрением, озарился мерцающим светом, а вскоре - всполохами микромолний.
"Ба-а-а! - мысленно вскричал я. - Это же Кокон Отражения!
- Ты мне мешаешь! - сердито сказал Паша. - Замри! Шелохнуться не смей!
"Чтобы создать эту идеальную защиту, - напряжённо думал я, - нужно быть, по крайней мере, хранителем пятнадцатого года обучения. Да, подпитка извне идёт. Кто помогает Паше, столь могущественный в магии?!".
Паша посмотрел мне в глаза. Странно посмотрел. То ли жалостливо, то ли умоляюще. И выпалил:
- Ты, вот что, не вздумай в своей книжонке мои координаты сообщить!
- Паша, что за шиза очередная...
- Прежде чем зубки показывать, выслушал бы! - рявкнул друг.
- Всё, молчу, - ухмыльнулся я. - Молчу и внимательнейшее внимаю.
Бес противоречия не давал мне сосредоточиться.
- Счастье, если отделаюсь инфарктом, могут и ногами вперед вынести, если назовешь в книге мою фамилию и мою деревню - на полном серьёзе заявил Паша. - А то загремлю в психушку, с потерей памяти.
- Обоснуй! - потребовал я. Понял, разговор серьёзный.
- Хранитель тайных знаний, раскрывший их людям без ведома и разрешения на то магов, подлежит наказанию на Земле... - Длинный перечень болезней и бед, которые могут обрушиться на беднягу, не умеющего держать язык за зубами, Паша перечислять не стал. А вот заключительную фразу этого пункта устава хранителей выдал: - Хранитель, разгласивший сведения о себе, а так же допустивший утечку информации, которая нанесла непоправимый вред миру магов, подлежит уничтожению.
- Паш, а при чем здесь я?!
- Как ты не понимаешь?! Высший разум бесчувственнее чурбана! Он таких дел натворить может - маги не расхлебают!
- Обоснуй! - снова потребовал я.
- Высшему разуму предопределено выравнивать эргополя М-контроля и он будет делать это, пока не сформирует с помощью тебя Кокон Созидания.
- И что?
- Ты что, тупой?! До тебя ему, о чем бы ты ни писал, не дотянуться. Пока новая программа в него полностью не внедрится, не вытеснит прежние установки, он будет гасить всех хранителей, кого в книге своей ты рассекретишь.
- Пожалуй, ты в чём-то прав, - задумчиво произнёс я.
- Уважь, уж! Имя мое можешь сохранить. Внешность можешь описать, какая есть. А вот название деревни моей не упоминай и фамилию мою забудь. И о других... пусть будут - Игорь из Москвы, Костя из Кирова, Ольга из Кемерово... Город - не деревня, в которой все на виду - назвать можешь!
- Спасибо, что надоумил.
- Вов, в твоих руках смертельное оружие. Одним нечаянным словом любого из нас можешь стереть в порошок. Ты уж поосторожнее будь со словами.
- Паш, а я не сотру мир магов, рассекретив его?! - брякнул я. Друг посмотрел на меня удивленно, а я торопливо выпалил: - Если предположить, что программа Высшего разума, защищающая меня, войдет в противоречие с охранными программами мира магов, то, как последняя, она способна разрушить предыдущие, противоречащие ей программы.
- А ты с рогаткой против танка воевать не пробовал?! - издевательски ухмыльнулся Паша. И нахмурился. - Вообще-то, рациональное зерно в твоих словах есть. Сдаётся мне, небольшую нестабильность в мире магов ты можешь вызвать своей книгой. Не более, чем если бы магу щелбан поставил таракан.
- Даже если так, то вся затея с книгой - мышиная суета. Маги тормознут меня прежде, чем наступит в их мире малейшая нестабильность. Незыблемость его они ценят превыше всего.
- Нечего раньше времени труса праздновать! - сердито осадил меня Паша.
- Не труса праздновать! - возмущённо отозвался я. - Паш, предосторожность никому ещё не...
Договорить не успел. За сферой Кокона Созидания появилось слегка увеличенное, размытое, едва узнаваемое лицо Как Дела. Он пытался заглянуть внутрь сферы, хотя... Верховный маг, и тот, не смог бы подслушать нас.
Как Дела резко взмахнул рукой, Сфера исчезла.
- Козел ты после этого! - сжав кулаки, зло прокричал Паша. И я кулаки сжал, но запоздало чуть: дошло, что наш разговор маги должны воспринять, как продолжение той ссоры. Но и друг допустил ошибку. Видимо, предыдущий театральный гнев показался ему малоубедительным: вдруг заорал истошно, демонстрируя магу истерику: - Ну и пиши свою идиотскую книгу, лижи им задницы! Будь коз...
На меня маг не обратил внимания. Даже взглядом не окинул. Исчез, вместе с Пашей.
"Как бы беде не быть?" - подумал я встревожено. А в следующую секунду, спохватившись, провопил возмущённо: - Сам козёл! Не тебе, придурку, меня учить!
Как артисты, мы продемонстрировали полную бездарность.
Рядом, материализовались мои "телохранители" - ба-а, прежде "крыс" в замок не пускали.!
Я телепортировался в сад. "Крысы" тотчас появились передо мной, злые невероятно.
- Егерь, перестань дёргаться! - угрожающе процедил сквозь зубы уголовник. - Смотри, на подлянку напросишься, если без предупреждения туда-сюда козликом скакать станешь!
- Пошёл ты... - отозвался я, почти беззлобно. - Будешь надоедать, сам тебя урою!
Лишь после полудня, (по времени мира магов, конечно же), удалось в таверне переброситься несколькими фразами с одним их умерших. Узнал, что за свое своеволие Паша три минуты висел на столбе позора.
Легко отделался!

...человек, себя совсем не любящий, – страшен.
Владимир Леви.

ГЛАВА 3. УМНЫЙ ПОЙМЁТ, ДУРАК ПОТЕШИТСЯ.

1.
Кто такой колдун?
Ответ прост: это человек, который способен ввести объекты живой и неживой природы в измененное состояние без применения технических, либо подручных средств.
Не важно, как он это сделает: с помощью собственной энергетики или сил Тонкого мира, заговором или гипнозом, злым словом или ласковым, мыслью или всего лишь воображением.
Тогда... влюбленный шепчет девушке одно и то же слово:
- Люблю!
Повторяет и повторяет. А подруга-то, глянь, входит в измененное состояние. Млеет от восторга, да все больше. Что ни говори, чушь сказанул автор.
Нет, не чушь! И это - тоже! - колдовство. Причём, настолько сильное, что не каждый настоящий колдун способен его одолеть.
Достаточно одного слова:
- Ненавижу!
И для кого-то рушится мир. А жизнь теряет смысл.
А мы оправдываем, порой, и это, самое жестокое колдовство. А дураком называем того, кто из-за слова единого, в порыве необузданного эгоизма, покончил счёты с жизнью.
Мать успокаивает плачущего ребенка, гладит по голове, говорит слова ласковые - да, и это колдовство: древняя магия материнства.
Если мы равнодушно произнесём слова: "спасибо", "благодарен Вам" - они трансформируются в квелые мыслеформы, которые никому, кроме сущностей-мусорщиков не нужны, но если мы наполним их теплом своей души, если искренне постараемся передать собеседнику это тепло - это магия.
Мы видим красиво сделанную вещь. Мы говорим, что человек вложил в неё душу. Мы рассматриваем произведение искусства, восторгаемся, автора называем гением и тоже утверждаем, что он вложил в свое творение душу. И мы правы. Вот только, слова эти утратили для нас истинный смысл. Большинство не подозревает даже, что когда человек с любовью делает свое дело, он накладывает на результат его эргоинформационную матрицу состояния своей души. Он колдует!
Зритель подсознательно считывает эту матрицу. Она активно влияет на состояние уже его души. Так рождается чудо приобщения к творчеству, чудо возникновения в зрителе тонких вибраций, которые наполняют его душу энергией жизни. А если по-другому взглянуть, и тут вершится колдовство.
Открытые знания всегда просты. Мы не задумываемся, что кто-то, когда-то, использовал их впервые.
Уж что-что, а художника, который первым изобразил на стене пещеры силуэт мамонта, соплеменники считали колдуном. И были правы.
Вспомнилась забавнейшая история.
Одному моему знакомому, большому любителю "зеленого змея", жена раз, а то и дважды в год, покупает бутылку водки. Причем, самую лучшую. Вернее - самую дорогую, которую она, исходя из цены, считает лучшей. Все остальные дни в году беспощадно пилит его за алкоголизм. И ничего, он терпит. Лишь отшучивается. Свою дражайшую супругу, (толстую и некрасивую), готов на руках носить.
Однажды она вернулась домой с подарочной коробкой.
- Солнышко мое, - промурлыкала нежно, - отдохни сегодня, расслабься, сделай для себя праздник.
Когда мужик вытащил из коробки бутылку, у него отвисла челюсть, дышать перестал. На горлышке красивой бутылки был завязан воздушный, огромный, оранжевый бант.
Это ли не магия?!
Если бы был такой орден - любви и уважения, я бы вручил его этой умной даме... Нет, не так - замечательной, лучшей из лучших, женщине. Нет, уж лучше так сказать - Женщине!
Бывает по-другому. Вроде ценит жена мужа, а слова ласкового не скажет.
- Ты же знаешь, что я тебя люблю, – обиженно заявит в ответ на упреки.
- Где твои проявления любви?! – зеленеет от злости муж.
- Дети-то, откуда?! – бросает она с вызовом, а бантиком складывает собственные губки, гнев праведный изображая.
Тот случайный попутчик до Москвы, (купе сближает людей), когда мы вышли покурить в тамбур, обнял меня, затряс судорожно и пьяно промычал в ухо:
- Ты не жалей меня, понял! Не смей жалеть! Я счастлив! - И запричитал, уливаясь слезами: - У меня крутая тачка. Девки прыгают в неё, как кузнечики. Работа престижная. Деньги - навоз, лопатой гребу! Только дома счастье моё "в консервной банке"! Только дома...
Я заботливо уложил его спать. Жалостливо подумал: "Тем, у кого дома счастье в "консервной банке", не стоит завидовать, даже если девки прыгают в крутые тачки, словно кузнечики!".
Мне хочется вкратце рассказать еще одну житейскую историю.
Когда мы учились быть наставниками, Колобок дал Паше задание:
- В твоем городе живет очень сильная колдунья, О том, что она колдунья, не подозревает даже, но она настолько сильно меняет реальности, что многие, хотя бы раз пообщавшись с ней, становятся чуть счастливее на всю оставшуюся жизнь. Через месяц нам доложишь, в чем секрет её обаяния.
- Я тоже не прочь быть чуточку более счастливым на всю оставшуюся жизнь, - заулыбался Паша.
Колобок к этой его вольности отнёсся почти снисходительно.
- Учти, у неё второй уровень, - свёл он брови к переносице. - Мне не хотелось бы, чтобы она изменила тебя самого, даже к лучшему. Считай это более важной частью задания - ты обязан оставаться беспристрастным наблюдателем.
Вторую часть задания Паша блестяще провалил. Он и сейчас готов, как тогда, широко, по-мальчишечьи распахнув глаза, восторженно прошептать:
- Ах, какая это женщина! Вы бы знали, какая это женщина!
На выходные он уезжал в Новосибирск искать подходы к объекту внедрения. К концу третьей недели получил приглашение побывать у колдуньи на даче. Чем Паша её поразил - не знаю, но она пригласила его на вечер поэзии, который устраивала для избранных раз в год.
- Ты читал там стихи? - с улыбкой до ушей допытывался я.
- А что, раз деревенский, только лаптем щи умею хлебать! - отмахнулся он.
- Ты же в поэзии ни в зуб ногой, она тебя в два счета раскусить должна была. Второй уровень, это...
- Отстань, а! - отчего-то злился он. - Больше не о чем говорить, что ли?!
Это со мной он так, перед группой - словоохотливей не было! В деталях описывал тот вечер поэзии.
Пока остальные гости занимались приготовлениями к празднику, Паша с тринадцатилетним мальчиком, Серёжей, сбежали на маленькое озерцо, что было неподалеку от дачи - карасей потаскать на удочку.
- У тебя замечательная мама. Людей, более приятных, чем Лидия Петровна, мне встречать еще не приходилось, - сказал Паша.
- Тетя Лида мне не мама, - отчего-то помрачнел Сергей.
- А Андрей Михайлович?
- Отец, - неохотно ответил мальчишка и замкнулся в себе. До поры до времени замкнулся, пока Паша не применил магическое воздействие - колдуну, да мальчишку не разговорить.
Выяснилось, что вырос мальчик в неблагополучной семье: отец постоянно приходил домой пьяным. Мать вопила на мужа, упрекала, что он ей жизнь сгубил. А сама, когда прикладывалась к бутылке, орала непристойные песни. Случалось, куска хлеба в доме не было. Серёжа пристрастился воровать. Чем бы дело кончилось, нетрудно представить, если бы отец однажды не ушел на ежегодную встречу институтских друзей.
- Хоть опохмелят там, - буркнул жене, потирая трехдневную щетину.
Так и ушел: не бритым - лезвия прикарманил кто-то из бывших собутыльников, в мятых брюках - утюг пропит был вечность назад, в рубашке, которой соседи постеснялись бы мыть пол.
Домой не вернулся.
- Вот скажи, разве могла я его отпустить? - спустя полгода оправдывалась перед Серёжей Лидия Петровна. - У меня муж в автомобильной аварии погиб: ЗИЛ на встречную полосу выскочил. А тут еще большее горе увидела... Мы ведь любили друг друга, к свадьбе готовились, а потом узнала я: у сокурсницы, у мамы твоей, от него будет ребёнок, то есть ты. В беде его я виновата. Глупая была, проклятье отцу твоему в спину бросила.
Серёжа с удивлением обнаружил, что отец способен улыбаться, что глаза его могут быть добрыми, а однажды услышал его заразительный смех.
Тётя Лида, а почему ты такая? - спросил он.
Она поняла вопрос. Ответила, на секунду задумавшись:
- Я счастье плету из лучиков света. В мире и так много зла: незачем множить его и пускать в людские души.
И снова у них был длинный разговор: тетя Лида о том говорила, что большинство людей не умеют быть счастливыми.
- ...А мамку мы вылечили, - улыбаясь во весь рот, рассказывал Серёжа моему другу. - Жениха ей нашли и замуж выдали. Только она, как бросила пить, такой серьезной стала - не подступишься. Все боится, как бы я хулиганом не стал. Ой, Вы её, дядь Паш, видели.
- И кто же она?
- Та красивая дама, в сиреневом платье, у которой в глазах словно бы звёздочки мерцают, - произнес мальчик с затаённой нежностью. И добавил, пряча за снисходительной усмешкой истинные чувства: - А тот, кто все время улыбается, мой отчим. Мы теперь дружим домами.
- Она фея, - восторженно говорил нам Паша. - Как у настоящей феи у неё есть волшебная палочка, это фраза: “Я счастье плету из лучиков света!”.
Вот и вся история, которую я хотел рассказать первоначально. Но она будет не полной, если не досказать остального.
- Курсант, ты не выполнил вторую часть задания, - грозно заявил Колобок. - Более того, даже сейчас ты ведешь себя неподобающим образом.
- Я не могу не быть человеком, - отозвался Паша, гордо вскинув голову.
Колобок взметнул указательный палец. Огромная искорка-наказание, к тому же синего цвета, впилась в плечо друга.
- За что?! - раненым медведем взревел он, загибаясь от боли.
- За то, что думать разучился! - расхохотался маг, отнюдь не весело.
- Зато не научился предавать, - прохрипел Паша.
- Предать можно только совесть! - рявкнул Колобок.
Не иначе, черт дернул за язык, (шучу), один из нас спросил:
- Почему стал возможным такой большой выброс проклятья?
- На этот вопрос тебе ответит курсант Карась Павел, - холодно произнёс Колобок.
У Паши нижняя челюсть ходуном заходила от унижения.
- Откуда я знаю, - буркнул он.
- Ты вел её, значит, обязан знать о ней всё! - сурово заключил Колобок и снова ужалил друга синей искоркой-наказанием.
Хуже нет, когда он перестает улыбаться.
- Сам-то знаешь хоть?! - обиженно выкрикнул Паша и заполучил третью искорку-наказание, фиолетовую, самую болезненную.
- Инквизитор, который контролировал эту часть города, умер. Три месяца, восемь дней, семнадцать часов и сорок шесть минут его некем было заменить, - отчеканил Колобок и окинул нас тяжелым, давящим взглядом. Вряд ли кто посмел в это время моргнуть, не говоря уж о том, чтобы шелохнуться. А маг прошипел змеёй: - Проклятье успело врасти в проклятого! Более того, оно успело внедриться в его жену и в еще не родившегося ребенка! Следующий Инквизитор смог исправить содеянное Лидией Петровной только спустя много лет, когда у неё погиб муж. Он предопределил ей встретиться с бывшим возлюбленным и пробудил в ней прежние чувства.
Остальная часть проповеди мага свелась к тому, что мы ведем себя, как стадо баранов, не стремимся учиться с полной отдачей, на заданиях не желаем расставаться с собственными чувствами и амбициями, влюбляемся в своих подопечных, как последние идиоты и если не перестроим собственные сознания, то в реальной работе на Земле станем в стократ чаще виновниками проявления того или иного зла.
Минуты через три Колобок, не прощаясь, исчез. А на следующий день, он заявил весело:
- Слушайте меня больше. Совсем без человечности вам тоже быть нельзя. Только сейчас, только в период этого обучения я выдвигаю вам такие чудовищные требования. И буду выдвигать. Но, как бы ни пытался я превратить вас в бездушных роботов, сопротивляйтесь, оставляйте в себе маленькую частичку себя. Она должна стать вашим внутренним Контролером, живым и не менее сильным, чем вы сами, но она десять раз должна подумать, прежде чем вмешиваться в холодную и трезвую работу вашего рассудка. Об этом я должен был сообщить вам через полгода. И обязан был похвалить тех, кто не сломается, не откажется от человечности полностью, вопреки моим указаниям. Извините, не выдержал.
- Ну и где же тут обещанные тайные знания?! - словно наяву, слышу голос возмущённого Читателя.
А разве не о них мы только что говорили?!
Не каждый заметил маленькую особенность: стоит тайным колдовским знаниям перейти в разряд открытых и они перестают быть колдовством с нашей, житейской (обывательской) точки зрения. Превращаются в обыденность. Все проще и проще становится использовать их любому человеку.

2.
Ба-а, мне за усидчивость медаль пора давать: часов пять любимое креслице продавливал, клавиатуру терроризировал.
Перерыв.
Полчаса - не меньше!
Я активизировал "взгляд", отправил его на кухню. Убедившись, что в электрочайнике есть вода, небольшим усилием воли создал силовую точку на кнопке, придавил её. В наглую, игнорируя категорические наказы Колобка, сквозь дверцу телепортировал из холодильника на кухонный стол ветчину, початую пачку сливочного масла и пару яиц. Сладко потянулся. Хотел встать, но коротко пискнул факс, а на неприглядной панели замерцал красный сигнальный огонек.
Разыгравшийся аппетит оказался слабей любопытства. Ткнул указательный палец в поверхность кнопочки-опознавателя и... весь набор душераздирающих звуков услышал: как только медленно начал выползать первый лист, резанул уши привычный вопль мартовского кота, следом раздался такой грохот, словно лист сделан был из каленой жести и его правила молоточками орава визгливых гномов.
Стоило одновременно придавить две заветные кнопочки, моргнуть не успел, факс беззвучно "выплюнул" страниц десять и отключился. Я перебрал листы, разложил их по порядку и оторопел. Челюсть чуть не до пола отвисла, а глаза на лоб полезли - точно не вру!
Огромнейшими и жирными буквами на листке, который выполз из факса первым, было написано: "МАГИ И ЧЕЛОВЕЧЕСТВО".
Замахнуться названием таким, да тему не раскрыть - позор.
Другое обеспокоило. Мне - и только мне! - поручено написать азбуку магии, в которой ни слова не должно быть о магах. Стало быть, и в книге, которую писать вызвались мои добровольные помощники, ни слова не должно быть ни о магах, ни об их мире. А тут, всего лишь в названии... С жадностью вчитался в текст, озаглавленный словом: "ПРЕДИСЛОВИЕ", и ощутил, как волосы на голове шевелятся, стремясь дыбом встать.
"Ох, и старательно магам лижут задницы эти бумагомаратели! - вскоре брезгливо думал я. Треть послания не прочитав, итог подвёл: в такое моё авторство маги не поверят".
М-да...
Гм-м...
Чем меньше листов оставалось прочесть, тем больше в глаза взглянуть хотелось автору... или авторам послания. Для того, хотя бы, чтобы удостовериться - в здравом ли уме?
"Маги всегда заботились о человечестве!" - писали они.
Чем воинственней земная держава, тем сильнее её правителям и генералам хочется "заботиться" о человечестве - у магов амбиций в стократ больше!
А что прикажете делать с таким вот ребячеством?!
"Предлагаю сыграть в занятную игру, - советовали эти недотёпы. - Изначально утвердитесь в мысли, что данное произведение вымысел, плод моей фантазии. Я убеждать вас буду в его правдивости, а вы твердо стойте на прежних позициях, упрямо твердите и твердите себе самому: сказка, бред, фантастика, отсебятина. Когда дочитаете книгу до конца, думать начнёте иначе. А поверить в реальность описываемых событий вы себя заставите сами...”.
А тут... - ой мамочки-папочки! Это ж какую фантазию надо иметь, чтобы представить мага патрулирующим необозримые просторы воздушного пространства Земли на летающей тарелке. Это - "из другой оперы". Даже новички-хранители, (в первую очередь этим интересуются), знают о том, что маги используют для полетов над Землей эргокапсулы, а не банальные, в основном транспортные, разведывательные и наблюдательные тарелки с летчиками-инкубами. А эргокапсулы обычному человеку не увидеть, даже если перед носом висеть будут.
Ложь.
Грубая, никчемная ложь! А эти непризнанные гении тут же заявили:
"Однако, начнем, пожалуй. Ради тех, кому истинные знания дороже догм...".
Озадачили меня сторонники таинственной незнакомки, ох и озада-а-ачили! Хоть пальцы от затылка не убирай: чеши да чеши, до кровавых мозолей.
Последняя страница послания уныния лишь добавила.
"...предстоит безжалостно врезать, - потрясенно читал я. - Пусть не бейсбольной битой – информационной, но кому-то станет больно, обидно, горестно. Особенно тем, кто "праведной" жизнью стремится заработать пропуск в Рай!”.
Каково, а?!
Инстинктивно место одно на теле, сверхчувствительное к боли, прикрыть захотелось. Да не одной рукой - двумя, как это делают футболисты.
Дебилизм... - чистой воды дебилизм!
Рано обрадовался... - рано пташечка запела, как бы кошечка не съела... рано, рано два барана постучали в ворота, тра-та-та... Тьфу ты, глупости в голову лезут - делать то что? Забот больше нет, кроме как дебильные тексты своих добровольных помощничков править, проще самому писать книгу-прикрытие!
И тут, я радостно рассмеялся. К тому же, прохрипел пару строк из какой-то песенки.

- Я хулиган, я хулиган,
Есть у меня один изъян...

Вспомнить не могу, где и когда песенку эту слышал... Ах да, это ли важно. Главное, контуры и поля "моей игры" вырисовались. По всему выходило, что быть предстоит мне в ней для магов крайне строптивым и битым. Не простят они мне... - нет, не простят!
И пусть!
На косе у смерти в поддавки поиграть времени у меня предостаточно. Маги против слова сказать не посмеют, пока не сформируется Кокон Созидания. После ритуала открытия знаний ни один из них - ни один! - не вправе малейшее замечание мне сделать, о чем бы ни писал. Эту информацию, полученную от таинственной незнакомки, я посчитал второстепенной, а ей цены нет!
А подумал я, (за пару секунд до того, как рассмеялся и напел те строки), вот о чём: "Ай да молодцы помощники, ай да аналитики - гениальнейший ход! Как я сразу не понял их намерений? Мне предстоит маскироваться, а для этого "тихий омут" не самое безопасное место! А вот увести их по ложному следу... - да, из-за озлобленности маги не сразу поймут, (а может, и не поймут вовсе), чем я на самом деле заниматься буду".
И в самом деле, что меня, что Пашу, не только отдельные хранители, но и некоторые маги, (хотя бы, Как Дела), едва ли не придурками считают. Тем лучше, тем проще ввести их в заблуждение. Поверят - еще как поверят! - что из-за вредности, из-за тупости, затмившей инстинкт самосохранения, я решил поглумиться над ними.
И лживая лесть в тему будет. И дибелизмы. И наивный юмор. И небрежность в изложении. Маги шуток не воспринимают, своеволие пресекают, за малейшую халатность жестоко наказывают. Даже невольные прегрешения и ошибки хранителей бесят их. Значит, суждения их обо мне и моей дальнейшей деятельности будут не столь объективными, а это может лечь мне козырной картой.
И в другом я не прав! А почему, собственно, слова те ребячество?! Разве сам не утверждал некогда, что если в книге нет элемента игры, (интриги, небольшой нарочитости, а то и скандальной фривольности), если она не способна заставить читателя плакать, либо смеяться, то она недостойна называться произведением. Мои добровольные помощники, надеюсь, не обидятся, если и ту их идею нагло слямзю. Мне ведь тоже предстоит убеждать и переубеждать, а лучше способа... - нет, не выдумать.
Давайте представим, что и моя книга, которую пишу для вас, плод фантазии. Я постоянно буду убеждать Вас в правдивости каждого слова, а вы твердо стойте на своих позициях: сказка, бред, фантастика, отсебятина. Ни на минуту не забывайте: СКАЗКА, БРЕД, ФАНТАСТИКА, ОТСЕБЯТИНА! А я постараюсь, изловчусь, трижды вывернусь наизнанку, чтобы от неверия вашего к концу чтения следа не осталось: лишь малюсенькое сомнение, что автор кое-что все же высосал из пальца, но и эта малость вполне может быть правдой.
А что если... хм, худа не будет, да и мне легче так разговор с Вами вести. Слямзю-ка я еще одну идейку у моих тайных добровольных помощников. Как там дальше они пишут... - где же? Ах, вот! Уж больно понравилось:
"...На Руси любят легкое, развлекательное чтиво. Умный поймет – дурак потешится...".
Все верно, умный - поймет!
Будет, будет Вам развлекаловка. Забавных случаев, как говаривала моя бабушка, воз и маленькая тележка - есть что порассказать. А заодно и о серьезном поговорим и поспорим.

Все болезни от нервов,
один сифилис от удовольствия.
Старинная медицинская мудрость

ГЛАВА 4. НЕ ТАК ВСЁ ПРОСТО.

1.
Стать колдуном легко. Достаточно сказать себе: "Я колдун!" и поверить в это. Безоговорочно поверить! Тотчас, словно бы сами собой начнут появляться знания и умения. Вдруг осознаешь, что тебя засосала эта "трясина" и уже, как не барахтайся, не выбраться. Да и не хочется. Потому что становится невероятно интересно жить.
Высший разум передает знания не только от конкретного умирающего колдуна-хранителя преемнику, но и сам, самостоятельно, делится ими с теми, кто очень хочет познать неведомое. Важно лишь сообщить ему, что Вы хотите заполучить. Сколько и что он подарит Вам, зависит опять-таки от силы вашего сознания и... - да, от магов, которые отчеркнули уровень разрешенных к передаче колдовских знаний.
Бывает так, что у человека малейшего помысла нет колдовать, а Высший разум резко, в одно мгновение награждает его необычными, колдовскими способностями. Происходит подобное чаще, когда человек побывал в коме, когда единолично распоряжалось телом и душой подсознание.
Мне дано ПРАВО ИСКУШАТЬ, в полной мере воспользуюсь этим.

Каких только глупостей и открытий у меня не было в начале "тропинки". Лет двадцать назад была забавная игрушка - обыкновенный кубик с точками на гранях.
- Ты - мой оракул, будешь предсказывать будущее! – накрепко сжав кубик в кулаке, наполняя его своей внутренней энергией, твердил и твердил я, как бы знакомя с собой. Затем бубнил четверть часа - минуты бы хватило! - что если выпадет при бросании кубика одна точка на грани – плохо. Две – грустно. Три – ни шатко, ни валко. Четыре – жить можно. Пять – мне не грозят неприятности. Шесть - ох, чаще бы выпадала шестёрка! – полная гармония.
Следом, я вытянул перед собой кулак, раскрыл ладонь и обратился к тем силам, которые помогают колдовству. Подчиняясь интуиции, выплеснул в пространство, в никуда, энергию, которую накопил, потребовал у неведомых и могущественных сил помогать мне всякий раз, как только активизирую кубик. В ответ почувствовал огромный встречный поток неведомой энергии, как бы пронзающий все тело.
Знать не знал, ведать не ведал, что обращаюсь к Высшему разуму.
Кубик исправно служил мне недели две. Каждое утро бросал его на стол, спрашивая, таким вот образом, насколько удачным будет день: оракул мой ни разу не ошибался. Затем потерял его, причем таинственно. Вечером положил в карман брюк, а утром, как не искал, не нашел. Хотел воссоздать, но интуитивно почувствовал, что делать этого мне не следует.
Спустя полтора десятка лет я смог "распечатать" этот кусочек памяти. Оказалось, умершие сохранили Сферу Действительной Реальности, в которой отображены были мои странные лишь на первый взгляд поступки. В ней моё изображение словно лунатик встало с кровати среди ночи, достало из кармана кубик и, выбросив его в форточку, снова легло спать. Возможно, сам Высший разум, которому надоел я несерьёзной игрой, подтолкнул к тем действиям.
В замке магов объяснили механизм взаимодействия человека и Высшего разума весьма доходчиво.
- У каждого есть канал связи с Высшим разумом, – менторским голосом говорил мне маг в кабинке для индивидуальных занятий. – Иначе быть не может. Он – это прежде всего единое энергоинформационное поле всех людей. А вот каким будет этот канал, односторонним или двухсторонним, слабым или сильным, зависит не только от Высшего разума, но и от человека. Что делать, если тебе необходима большая сила, чем он даёт?
- Попросить, - ляпнул я.
- Не отзовется, - усмехнулся маг. - Нужно потребовать, этим активизировать канал связи!
- А как? - почувствовал я вольность.
- Перед тобой лежит иголка, возьми ее, – приказал маг. Когда исполнил повеление, он сказал: – Прикоснись к коже руки острым концом.
В том мире у меня нет физического тела. Могу испытать боль, если только сам пожелаю ощутить ее, либо это сделает маг. С тупым равнодушием я ткнул иголку в руку. Лучше бы этого не делал. Словно раскаленное железо приложил к коже - взвыл!
- Только так, - усмехнулся маг, - одна единственная, ничтожно малая клеточка твоего тела может заявить о себе твоему разуму.
Выбирая любые направления своей деятельности, всего лишь этим простым действом, каждый человек в той или иной степени активизирует канал связи с Высшим разумом и подключается к определенным его программам. Порой, доходит до абсурда. Высший разум начинает чуть ли не подсовывать нужную информацию. Наугад открываешь книгу и именно в ней, именно на этой странице, находишь нужные сведения. Бывает, только вспомнишь кого-то, и он встречается в тот же день, хотя до этого год не виделись.
Не надо идеализировать Высший разум и приписывать ему что-то божественное. Да, он сверхчудо. Но, по сути своей, он всего лишь мощнейший компьютер, с еще не изученными полностью возможностями. Это наше коллективное детище, но живет он в большей степени вопреки нам, по своим законам. И частично, всего лишь частично, по программам, которые ввели в него маги.

Лет пятнадцать назад я догадался, как лечатся животные. Когда начинал болеть, закрывал глаза и представлял, что в слюне формируются именно такие ферменты, которые лучше всякого лекарства победят болезнь. Сглатывал слюну и, что удивительно, помогало... И сейчас помогает.
Вычитал где-то, что силой желания, силой воли человек может приостановить приближение старости. И я, мужчина в рассвете сил, делил свой возраст пополам, каждое утро говорил себе – мне 18 лет, хотя было уже 36. Мне 18, хотя стало 37. Мне 19, хотя...
Этой теме в мире магов были посвящены двенадцать двухчасовых лекций. Оказалось, не зря делил я свой возраст пополам. Не напрасно внушал себе, что мне меньше лет, чем на самом деле. Когда сознание изо дня в день, из месяца в месяц, из года в год вдалбливает подсознанию установку на молодость, ему ничего не остается делать, как вспомнить, каким было тело в те далекие годы. Ему лень "лепить" его не по истинной программе старения, заложенной в человека матушкой-природой - настолько мощной, что, казалось бы, ей невозможно противостоять, но - но! - программа вынуждена идти на уступки. Воздействие не отменяет законы старения, всего лишь замедляет разрушительное воздействие программы на организм. Постепенно, исподволь, превращается в новую программу – замедленного старения.
У меня появилась возможность раскрыть этот секрет магов. Уже около девяноста лет они проводят опыты с отдельными представителями человечества, в основном с женщинами. Результаты их - поразительны. Дамы, которые согласились участвовать в этом тайном эксперименте, и сегодня, (в сорок, в пятьдесят, в шестьдесят лет), выглядят красотками.
Не поверили?
Они не на другой планете живут: красоту, и привлекательность не прячут - присмотритесь.
Почему бы Вам ни присоединиться, это допустимо.
Формула для расчета возраста - изобретение магов. Она проста, как всё гениальное.

Возраст = 18 + (Реальный возраст - 18) : 2

Колдовства - на пять секунд. Раз в сутки по пять секунд - больше не рекомендуется! - нужно прошептать или произнести мысленно:
- Мне... лет. (Расчетных лет!).
И представить при этом, как чистая, омывающая каждую клеточку тела волна, (энергетическая, огненная, воздушная, морская, от пронизывающих тело излучений космоса...) - проходит сквозь Вас от макушки до пят и стекает бесследно в землю.
В магии даже огонь способен заморозить.
Все что угодно можно представить, было бы воображение. Хоть пристальный взгляд зелёненького инопланетянина, который жаждет помогать Вам в этом благом деле. Хоть целебное дыхание дракона Тай, простирающего крылья над всем миром, (которого - сами же выдумали). Важно поверить, что эта волна, (взгляд, дыхание...), вымывает из организма все вредное, замораживает все, что мешает внедрению новой, замедленной программы старения.
Через год помогать вершиться этому чуду можно раз в неделю, через 10 лет - раз в месяц. А если научитесь в самом себе создавать дубль-сознания и поручите одному из них управлять процессом самоомоложения организма, о самовнушении можно забыть, само проявится.
Не поверили?
Почитайте о тех, кто силой мысли победил смертельную болезнь. И о тех, кто допустив уныние - всего лишь уныние! - преждевременно умер.
Одно но! - это программа замедления старения, а не омоложения. Она даёт возможность выглядеть и быть моложе своего возраста, но если Вам уже 50, к примеру, она поможет преодолеть лишь дальнейшее старение, сохранить
дальнейшее здоровье. Хотя... и тут стоит верить в чудо.
Возможно, Вы придумаете формулу куда интересней. С заумными таблицами. Со всевозможными поправками и коэффициентами. Учтёте в ней фазы Луны, активность Солнца, воздействие чёрных дыр Вселенной на размножение сусликов, алгоритмы суеты людской... Работать не будет. А если и будет - хуже.
Не только в самовнушении тут дело. Хотя оно - всего лишь оно! - способно творить чудеса. В данном случае действует программа, которую маги внедрили в Высший разум. А сотворили они эту программу на основе именно этой формулы. А это, согласитесь, многое значит.
Всплеск эмоций при колдовстве этом не канет бесследно. Высший разум подхватит их, вберёт в себя. При этом ведомо ему станет Ваше желание. А вот что он даст Вам взамен, насколько подхлестнёт Ваше подсознание сопротивляться старению организма, зависит не только от него. Насколько сильным будет сознание человека, настолько и приоткроется ему это благо.
Решающий фактор - Вы.
Человек, который начинает всего лишь притворяться, что ему меньше лет, чем на самом деле, невольно начинает вести себя так, словно он и в самом деле - уже! - стал моложе. Не стоит сдерживать себя и, тем более, стыдиться малейших проявлений вернувшейся молодости. Ну и что с того, что сверстники ходят с клюкой, днями просиживают лавочки перед домом: хочется танцевать - танцуйте, хочется делать глупости - делайте, хочется горы свернуть - дерзайте.
Прежде возвращается не ощущение молодости, а удовлетворённость от слаженной работы внутренних органов. Желудок, вдруг, бурчать недовольно начнёт, требуя более калорийной пищи, чем геркулес и манная каша, а запоры и невольные пукания пройдут словно сами собой, незаметно. Дыхание ровным и спокойным станет - без одышки! - а печень не отзовётся болью на лишнюю стопку праздничной водки. Сердце тряпочкой сырой трепыхать не будет, коль без палки пройдёте всё те же, (лжеспортивные), сто метров. А затем, медленно, почти незаметно, начнут разглаживаться морщины на лице, мускулы твердеть, а лишний жир сам собой куда-то начнёт исчезать.
Это закономерный процесс. Наберитесь терпения - бойтесь не быть молодым.
Я колени готов преклонить перед женщиной, которая в семьдесят лет может сделать мостик. А уж если на шпагат... - согласитесь, в мире этом она не колдунья даже - маг!
В этой методике есть лишь одно, но очень важное ограничение: запрещается представлять себя моложе 18 лет. Нельзя вытаскивать из памяти подсознания сильные программы, отвечающие за становление организма, иначе он, уже привыкший к размеренной и спокойной жизни, может не справится с ещё одним выбросом "гормонов юности", с ускоренным метаболизмом. Хотя... в критической ситуации, когда, как барону Мюнхаузену, предстоит самому себя вытащить "из болота за собственные волосы", и это сочтётся, как плюс.
Колдуном стать просто. Труднее лелеять, беречь в себе человечность. Главное не знания, (хотя именно их предстоит по крупицам собирать всю жизнь, переосмысливать, делать неотъемлемой частью своего мировоззрения), а отношение к знаниям и жизни. Для любого колдуна всегда наступает момент выбора: либо он продолжает тешить свое тщеславие, либо зажигает в своем сердце огонь любви к людям. В первом случае колдун может стать мраком, (о них расскажу ещё), во втором - настоящим колдуном.
Жаль, некоторые колдуны делают окончательный выбор после смерти.

Людям даже подумать не дают о том, что древние колдуны слыли наиболее уважаемыми людьми: философами, мыслителями, первооткрывателями, лекарями... Цивилизация не без их участия развивалась.
Магия не случайной гостьей, а полноправной хозяйкой была в древних храмах. А их жрецы слыли не меньшими посредниками между людьми и богами, чем сегодняшние священнослужители.
На Руси, до принятия христианства, когда Велесу люди поклонялись, колдовские знания были в почете: князья волхвовали. Людей заставили это забыть.
Значимость колдовских знаний принижали, выставляли на посмешище деятели всевозможных религий и концессий, а властьимущие, которым выгодно было на религии опираться, преследовали тех людей, которые осмеливались овладеть хотя бы крохой тайных знаний. Костры средневековой инквизиции по сей день горят в душах людских, разъедаемых страхом.
Струной страха звенят в душах многих и многих людей слова былых и сегодняшних церковных проповедей. Церковь, на протяжении столетий, исподтишка, внушала людям убийственно непререкаемую мысль: магия и колдовство - зло!
Дурную славу колдунам принесли страхи людские перед любым неизведанным, необычным. И... людские фантазии. (Кто-то рассказал захватывающую историю о колдуне, от которой кровь стынет в жилах, и мне хочется - что бы такое выдумать?).
И те, кто притворяется колдунами, вносят свою лепту в опорочивание колдунов. Им хочется поднять свое эго, возвыситься, выделиться из толпы хотя бы таким экстравагантным способом и они, не задумываясь о последствиях, сыплют угрозы, сочиняют сказки о якобы собственном всемогуществе.
Нельзя не вспомнить о самых обычных людях, которые не собираются быть колдунами, но, может в последней надежде, (чтобы отомстить обидчику, излечить, отвадить от скверной привычки любимого человека, влюбить в себя... - тысячу причин можно привести), используют в повседневной жизни заговоры. Хотя бы, заговоры знаменитой Степановой. А в её книгах такое, тако-о-ое... Волосы дыбом, как почитаешь!
А потому, для многих людей слово "колдун" ассоциируется с образом вечно хмурого мужика, а слово "колдунья" - с завистливой и вздорной старухи: уж ежели смотрят на людей, то - исподлобья, если и думают о чем, то как бы напакостить.
В семье, как говорится, не без урода! Есть и злые колдуны. Есть и завистливые. Есть и мстительные. И все же, среди колдунов гораздо меньше людей способных на зло.
Колдуны обладают более широким кругозором. Больше понимают человека. Чаще сочувствуют, сопереживают и стремятся помочь. А настоящие колдуны, тем более, живут ради торжества добра, а зло творят добра ради, либо для того, чтобы зло не осталось безнаказанным.
Тайные знания - это, прежде всего ответственность, а она дисциплинирует.
Увы, сегодня даже настоящие колдуны вершат ведовство втихомолку: боятся открыться, чтобы избежать гнева людского, осуждения... Нет, не так! Опасаются они, прежде всего, отрицательных эмоций людей, которые Высший разум может трансформировать в направленный посыл, предназначенный уже самому колдуну. По воздействию он сравним с родительским проклятием. Этот ответный удар называют "возвратной волной".
"Возвратные волны" канут когда нибудь в лету. Для этого малость нужна - вера людей в то, что колдуны - в большинстве своём! - борются со злом, а добро преумножают.
Уверен, пройдет когда-нибудь по улице юноша со значком "Я КОЛДУН!" и старушки не будут плеваться ему вслед, а девушки проводят восторженными взглядами. Ибо знать будут, что он, как человек, причисливший себя к колдунам, не пройдёт равнодушно около творимого зла.
Истинному колдуну незачем бежать от действительности, создавать иллюзии. Для него в настоящей реальности дел невпроворот: свалки нравственных отходов не так-то просто разгрести!
Творчества для настоящего колдуна - хоть отбавляй! Невозможно перестраивать мир, делать его добрее и лучше без полёта мечты.
Твёрдости духа... - куда ж без неё?!
Друзей... - их попросту не может не быть! Причём, не для трёпа пустого - истинных! Таких, кто не побоится прикрыть собой, спасти... вытащить... невзирая на страх.
Эмоций... Любой настоящий колдун живёт ими, широко и открыто впитывая в себя отражения мира, искренне радуясь красоте его, восторгаясь мудростью природы, сострадая, сопереживая, сочувствуя... щедро омывая мир собственной душевной болью, а то и слезами.
Настоящему колдуну можно по-доброму позавидовать. Ему не может не улыбаться счастье. Даже беды свои - вот парадокс! - он воспримет, как проявление счастья: смог осознанно в беду шагнуть... не струсил... можно гордиться собой.
Так будет!
Так будет потому, хотя бы, что колдунам вскоре предопределено быть на Земле Вершителями.

Мне хочется сказать будущим колдунам: в добрый путь!
Большая дорога начинается с тропинки, важно сделать первый шаг. Вот только, простите, я не указатель на перекрёстке жизненных дорог, от советов воздержусь. Истинным будет тот путь, который каждый выберет сам.
В выборе этом может быть лишь один диктатор - собственная совесть. Главное, чтобы у будущих колдунов душа была чистой и светлой, а в глазах - неистребимое желание бороться за право человека жить на Земле счастливо.
Не бросайтесь зубрить первые попавшиеся под руку заговоры. Гораздо более сильными колдовскими инструментами могут быть воля, твёрдость духа, честность, порядочность, оптимизм. Чтобы стать настоящим колдуном, не обязательно постигать какие-то тайные знания. Я уже говорил, но могу повторить хоть тысячу раз - все мы колдуны и маги!
ВСЕ МЫ, В ЭТОМ МИРЕ, КОЛДУНЫ И МАГИ!!!

2.
Снова затишье. Маги меня не беспокоят. Даже если прохожу мимо, не здороваясь, не замечают этого.
Давно пора начать их нервировать, чтобы собрать хоть какую-то информацию, а я... - да, обливаюсь холодным потом, не решаюсь сделать "первый шаг".
Трусоват стал, однако.

О, Доблестный, рвешься ты в бой, осмелев.
Но прежде чем ринуться - дело бойца
Намерения вражьи постичь до конца.
Фирдоуси.

ГЛАВА 5. МАГ ИСЧЕЗ... - ЧТО БЫ ЭТО ЗНАЧИЛО?!

1.
Самое время сказать, что такое сознание и подсознание с точки зрения магов. Без этих знаний говорить о колдовстве всё равно, что воду в ступе толочь. А мне хотелось бы, пусть не углублённо, пусть поверхностно, но так рассказать о том, чтобы даже Фома Неверующий, (если среди моих читателей такой найдётся), хоть чуточку да поверил. И не только поверил бы, но и попытался колдовать. И не только колдовал чтоб, а влил в душу человечества хотя бы немного своего душевного тепла.
Пожалуй, ликбез наш лучше всего начать с утверждения, что каждая живая клетка обладает сознанием. Это звучит кощунственно, но... Нет, не будете Вы оспаривать тот факт, что любая живая клетка, хоть в человеке, хоть в животном, хоть в насекомом, и тем более клетка какой-то бактерии, вынуждена добывать себе пищу и защищаться. А для этого ей - согласитесь! - необходимо ощущать, осмысливать действительность и всякий раз, в зависимости от обстоятельств, принимать конкретные решения. А это функции сознания.
Каждая живая клетка имеет подсознание. Основой подсознания клетки является эргоинформационное поле генетической наследственной программы клетки. Но если наследственная программа проявляет себя частями, как некое определенное информационное воздействие в каждый конкретный миг времени, то подсознание клетки вобрало в себя развертку всей этой программы по временной оси. Оно помнит, как нарождалась клетка и знает, когда ей предстоит погибнуть, (разделиться на две клетки). И помнит обо всех опасностях, которыми подвергались когда-либо клетки предшественницы, вплоть до тысячи, а возможно и до миллиона поколений. На вооружении у него готовые методики, (программы и подпрограммы), как этих опасностей избегать.
Чуть упрощенно излагаю, уж простите.
Сознание и подсознание играют в жизни клетки более серьёзную роль, чем все её программы и подпрограммы. Они - живые сущности. Как любому живому существу, им свойственно совершать поступки и ошибаться. И это - согласитесь! - функция сознания.
Сознания и подсознания клеток дерева, создают энергоинформационное поле дерева, (ЭИП). Оно решает, в какие стороны дереву раскинуть ветви, сколько вырастить плодов для продолжения рода, когда включить какую-то защитную подпрограмму, но это не совсем осознанные действия - по сути своей, тоже программа, которая запускает в действие другие многочисленные программы и подпрограммы. Говорить о какой-то сознательной деятельности дерева нельзя.
Совокупность эргоинформационных полей живой почвы, трав, грибниц, мхов, кустарников, деревьев, насекомых и даже животных и людей, (на некоторой замкнутой территории), формируют единое энергоинформационное поле леса, (ЕЭП), которое может осознать себя и обрести разум.
Да - разум!
Это не совсем чуждый человеку рассудок, ибо разумностью лес, по сути своей, заражает человек. Не напрямую, косвенно - через Высший разум Земли, ему выгодно наделить лес интеллектом.
Разум леса несколько иной, чем у человека, оперирует и руководствуется другими критериями, но опытный колдун может найти с ним общий язык. Вот только, не с каждым колдуном лес захочет разговаривать. Это очень сильная сущность, её почти невозможно подчинить себе. Только она, сама, решает, кто достоин... - нет, не дружбы. Тут нечто другое... - доверительность, что ли.
Попытайтесь, возможно, вам повезет. Хотя бы ради того, чтобы стать ходячей энциклопедией по лекарственным травам, стоит рискнуть. Колдовской прием тут один, очень прост. Нужно подойти к любому дереву, приложить к стволу ладони и представить, что разум леса концентрируется в этом дереве. Следом нужно как бы передать в дерево эргоинформационный слепок с самого себя.
Не знаете, как это делается, и шут с ним. Просто скажите:
- Здравствуй лес, это я!
Лес сам снимет с Вас эргоинформационный слепок, как моментально снимает его с каждого человека, который попадает в зону действия его разума. Но - крайне важно! - чтобы инициатива исходила от вас, лишь в этом случае возможен контакт.
Не падайте в обморок, если услышите внутри себя голос леса. Я не знаю, что именно он будет вам говорить, зато знаю стопроцентно - это ваша тайна, тайна двоих. Не стоит посвящать в неё всех, тем более людей посторонних. Иначе можно лишиться благосклонности леса.
Лес никогда не передаёт человеку знания, которые его мало интересуют. Лес никогда не откроется тому, кто не верит в его разумность, хотя бы на уровне веры в сказку.
Чаще лес говорит с помощью образов и чувств, а не слов - на уровне интуитивного восприятия. А с обычными людьми, особенно на первых порах, посредством эмоций.
Впрочем, даже непосвященному, (было бы желание и умение определённое), в лесу всегда можно найти переводчика. Того же лешего, к примеру.
Раньше, в древние времена, общаться с лесом было намного проще. У каждого леса был свой бог, который явиться мог путнику в грозном обличье сказочного героя и строго спросить за плохое к нему отношение. Приняв облик человека, лес мог запросто посидеть у костра с мужественным охотником или искателем приключений. Рассказать о своем житье-бытье. Послушать забавные рассказы гостя. А то и помочь, явив сказочный подарок: волшебный лук, который не знает промахов; посох, приносящий удачу; бальзам, залечивающий раны.
Раньше у каждого старого дерева, пожившего на веку, была душа - подселенная сущность, которая могла явиться человеку в том или ином облике. У каждой реки, долины или горы были свои богини и боги. Они и сейчас есть, но люди перестали в них верить и уже не имеют они той силы, что была им некогда дана воображением людским. Жаль, что так произошло. Жить рядом со сказкой интересней.
Подходя к лесу, я всегда говорю:
- Здравствуй дедушка лес!
А, уходя, (особенно от души, если уношу домой корзину грибов, либо когда душа звенит от восторга), кланяюсь и благодарю:
- Спасибо, дедушка лес!
Лесу не важно, хоть миленьким назови, лишь бы искренен был в своих чувствах... Ан, нет. В словах "отец" и "дедушка" более глубокий смысл: в собственном отце и в своём дедушке - мои "корни", опора. Называя лес дедушкой, я как бы провожу параллель родства с ним. Словно говорю: ты и я - "одной крови".

Лес - сильнейшая энергоинформационная сущность, готовая с любым поделиться, безвозмездно к тому же, своей энергией. Но он будет трижды благодарен Вам, если не только забирать будете, но и щедро одарите его своей любовью.
Увы, сегодня взаимоотношения человека с лесом намного сложней. Чем сильнее становится сознание людей, тем более мощным делается Высший разум. Как следствие, преумножаются способности леса. А это уже прямая угроза благополучию человечества. Мы привыкли смотреть на лес, как на нечто неодушевленное. Лес же не только способен регулировать численность обитающих в нем насекомых, птиц и животных, но и постепенно обретает способность созидать.
Да, созидать.
Пока не всякий лес проявляет активную враждебность по отношению к человеку, но с каждым годом леса все больше и больше начинают от человека защищаться. Если мы и впредь будем продолжать относиться к лесам столь же варварски, ЕЭП лесов найдут сотни способов постоять за себя. Это могут быть, кроме клещей, еще какие-то насекомые, несущие в себе людские болезни, а то и смертельный яд. Съедобные грибы, деликатес, из-за которого не жаль намотать сотню километров на колеса личного автомобиля, вполне способны превратиться в страшную по воздействию отраву. А то и обратятся леса в места, угнетающе воздействующие на психику и здоровье человека.
Собственно, так оно и есть, уже сейчас. Увеличивается количество людей, которые близко не подойдут к лесу летом - аллергия!
Я бы не советовал отдыхать жителям Северо-западного района Челябинска в километровой зоне леса, которая примыкает к городу около лыжной базы. Этот лес по-прежнему охотно впускает человека в свое энергоинформационное поле. (Не так-то просто ему изменить заложенные природой и Высшим разумом параметры). Он все еще дает заряд бодрости и положительной энергии, но излучения его в этой зоне уже не те, а в некотором спектре более вредны, чем полезны. Повинны в этом больные деревья и тонны мусора, который отравляет почву.
Неряхи и хулиганы, возразите Вы.
А я бы в первую очередь ткнул пальцем не в того, кто бесцельно вонзил нож в дерево, оторвал от березы кусок коры для розжига костра, сжег пустую пластиковую бутылку, образовав ядовитый дым и пепел - что взять с недоумков? А вон в ту благовоспитанную дамочку, которая часами способна вещать о прекрасном, но даже не подумала захватить в лес пакет, чтобы унести с собой часть мусора. Как же, ей унизительно нагнуться и убрать за кем-то грязь... Ей унизительно протянуть руку помощи другу, к которому пришла в гости!
Лес у этой лыжной базы отражает злые, недобрые мысли человека. А коль источник этой заразы - человек, то в него он обратно, не разбираясь в кого именно, стремится сие впихать - хоть этот мусор заберите обратно!
К счастью, не всю негативную энергию отражает. Процентов на пять-двадцать, в зависимости от загрязнённости. Но и это ужасает.
Раньше, всего каких-то пятнадцать лет назад, у этого леса не было такой функции. Он впитывал в себя всю негативную энергию и сбрасывал её в землю.
Что случилось?
Что?!
Уже не один год я задаю себе этот вопрос. Увы, ответить на него не могут даже маги.
Возможно, земля пресытилась? Как свалка мусором, переполнена негативной энергией. Отторгает излишки... А может, больна земля?! Лечить уже её надобно!
М-да...
Если не хотите испортить настроение, пропустите полстраницы. Вот только, закрыть глаза и не видеть - не панацея от бед.
И город - сущность! Такая же живая сущность, как лес. Его ЕЭП, (единое энергоинформационное поле), складывается не из бездушных коробок домов, а из природы, которую мы давим, душим ограничениями, топчем, травим... - откровенно насилуем.
Город мстит нам болезнями: жадно впитывает не только положительные эмоции, но и нашу боль, наши страхи, наше безумие, вбирает в себя информационногнойность, а затем внедряет в подсознание людей свои программы, в которых концентрирует именно эту нашу боль, именно эти наши страхи, именно это наше безумие. А внедряет их прежде всего в наиболее слабых представителей племени людского. А наиболее слабые... - да, дети и старики, они страдают прежде всего.
На наше счастье, процессы такие идут медленно, но они ускоряются с каждым годом, как ускоряются темпы нашей жизни, как ускоряются процессы мышления. Не исключено, на родной планете человеку вскоре придется жить в скафандре. И не только оттого, что загрязним до невозможности окружающую среду. Мы загрязняем еще и эргоинформационную среду Земли, что гораздо более чревато неприятными последствиями.
Наверное, не одну главу можно было написать, посвященную каждому ЕЭП: озера или реки, поля или луга, моря или океана. В каждой такой главе можно пугать Вас до полусмерти, криком кричать: человек, что же ты творишь?! Как можно быть таким слепым и не разумным?!

Сознание более-менее изучено земными учёными. Даже о том догадываться начали, что поведение человека производной является от биохимических реакций в организме. Мозг разложили на составляющие. Не далёк день, когда знать будут, куда ЧИП вставить, чтобы превратить человека в полуробота, которым нетрудно управлять с помощью искусственных спутников Земли и идентификаторов личности в "поумневших" личных браслетах, которые в будущем отчасти заменят сотовые телефоны.
Впрочем, я не силён в подобном прогнозировании. Мне рисуется более приземистая картина. Щёлкнул начальник цеха компьютерной мышкой, рабочий превратился в придаток к станку. Нажал социальный работник кнопку на клавиатуре, тот же работяга становится примерным семьянином. Придавили в полиции другую, тайную кнопочку - забился трусливо под кровать... В свою очередь, кнопочки такие, тайные, будут и для начальника цеха, и для социального работника, и для полицейского, и для...
Уф, нет предела фантазии!
Только подумайте, какие перспективы открываются. На работе не придётся мучительно поглядывать на часы - когда же закончится эта чёртова смена? Муж не на "рогах приползёт", не бросят его мешком у порога собутыльники, а с цветами домой вернется, с улыбкой радостной. Осыплет женушку словами ласковыми, словно лепестками роз. И детям найдёт время сопли утереть, и сказку перед сном почитать.
Вечером безбоязненно можно будет гулять по самым тёмным улицам. Морду набить попросту никто никому не сможет: во-первых, не будет причин драки затевать; во-вторых, программы в живлённых ЧИПах не позволят человеку вести себя антиобщественно. Никто, ни у кого, ничего не сможет украсть. А молитва будет сродни оргазму... Нет, что Вы, это отнюдь не страшно. По сравнению с тем, о чём мечтают вояки, что в сверхсекретных лабораториях творят и вытворяют, это не более чем детские страшилки.
Или страшно?!
Простите мою иронию. Знаю, случись выбирать, каждый из Вас избрал бы безумие сегодняшней жизни, чем добропорядочное "муравьиное счастье".

Сознание человека земными учёными более-менее изучено.
А подсознание?
По сей день - "тёмная лошадка". Маги, и те, сравнивают свои сведения о подсознании с айсбергом. Большая часть знаний о нём скрыты в океане неведения.
Напрашивается такое сравнение: душа человека - два водителя в одной машине, (в теле, то есть). Один, (сознание), постоянно кричит:
- Желаю это! Желаю то!
И рулит!
Другой водитель, (подсознание), терпеливо нажимает нужные кнопочки, дергает рычаги управления, переключает скорости. А ночью, когда сознание спит, торопливо ремонтирует организм, подчищает, настраивает, смазывает...
Представили?
А сейчас, забудьте! Я привел это сравнение только потому, чтобы впредь ни у кого не возникло искушения настолько все упростить. Это понятие - для дилетантов.
Земные учёные отвергают главное - наличие у человека души... Ох, так и хочется дать читателю совет мудрый. С этой строчки - очень прошу! - начните контролировать правую руку. (Левши - левую!). А лучше примотайте её к туловищу... чем нибудь примотайте. Если в каждом последующем абзаце Вам захочется хотя бы раз покрутить пальцем у виска, косо глядя в сторону автора... - ой, к чему преувеличивать, дырку в голове не просверлите. Всего лишь мозоль натрёте. Возможно, две - на виске, и на пальце.
Шучу!
А если честно, только сейчас понял - время тяну. Страшусь этой темы. Боюсь, что вы, зевнув, а то послав автора туда, куда Макар телят не гонял, захлопните книгу и я не успею сказать наиважнейшего.
Смеха Вашего опасаюсь и иронии.
Холодным потом обливаюсь - вдруг не поймёте меня, не так поймёте?!
А больше всего боюсь... - собственно, так и будет! Ещё не дочитав книгу до конца, многое забудете. Да-да, забудете. А вспомните о том, о чём я не помышлял писать.
Выдумка, скажете.
Как бы не так. Глаза, по установке подсознания, могут рисовать иллюзии. Забавный случай произошел в США в середине прошлого века - нет примера более поразительного. Когда по радио транслировался в виде прямого репортажа роман Герберта Уэллса "Война миров", по всей Америке началась паника. Позже многие слушатели постановки заявили, что марсиан видели собственными глазами.
Даже с той информацией, которая идёт от нашего мира, подсознание порой творит фокусы. Глаза наши - вот где чудо! - не иначе, как микрокомпьютеры по обработке информации. В сознание поступает лишь малая часть того, что фиксирует взгляд.
В качестве примера просится исторический факт - слепота народа. Не удивительно ли, индейцы Нового Света не видели в море каравелл испанцев. Смотрели на них и... не видели! Бухта первозданно пустой им казалась.
Удивлены?
В точности так же на интересной лекции мы не услышим посторонних звуков, не запомним опоздавшего, крадущегося вдоль стены к свободному месту, забудем о запахе краски от свежевыкрашенных рам, перестанем ощущать... - хотя бы зуд в том месте, который извечно мешает быть внимательными.

Для сознания первичны биохимические реакции в теле человека, а они медлительны. Если бы сознание частично не задействовало в мыслительных процессах подсознание, его память и уникальные способности к детальному и дотошному просчёту обстоятельств, (пресловутую интуицию), человек вряд ли бы смог стать разумным - он не успевал бы реагировать на возникающие экстренные ситуации, требующие быстроты в реагировании.
Для подсознания первично эргоинформационное поле человека. В нём процессы формирования первичных корпускул, на которые записывается информация, проистекают сверхускоренно. Почти мгновенно, по сравнению с тем, как почти такие же корпускулы формируются в живом носителе информации нашего материального мира - в мозге.
Всю поступающую от нашего мира информацию подсознание тотчас помещает в резервное хранилище - в собственную долговременную память. Но если Вы полагаете, что на этом приключения информации в подсознании кончились, то глубоко заблуждаетесь. Информация немедленно дублируется. Копии рассылаются в подотделы подсознания. Их не менее четырёх десятков. Словно разные министерства в громаднейшем государстве, подотделы трудолюбиво дубль-информацию перерабатывают. Один подотдел занят запретами - решает, какую информацию можно пропускать в сознание. Другой вырабатывает программы и программки, затем переправляет их в следующий подотдел, чтобы тот, на их основе, вёл диалог с сознанием. Ещё один подотдел подсознания часть программ грубо навязывает сознанию - мы приобретаем привычки, нас порабощают потребности и мучают желания. Ещё один подотдел создаёт не столь надёжную долговременную резервную память - то, что человеку дозволено вспомнить... Подотделы настолько шустро работают, что сознание не ощущает насилия. Видит мир ограниченно, радуется куцым мыслям, и млеет от собственного величия.
Мозг, по сути, является носителем программ, среди которых испуганным мотыльком мечется разум, выискивая нектар познания. Чем сильнее сознание, тем больше информации предоставляет ему подсознание. Уж поверьте, мыслительные процессы директора завода на порядок выше, чем у уборщицы.
Для обычного человека, не для колдуна, огромное количество информации из Тонкого мира и о Тонком мире почти недоступно. Кое-что подсознание маскирует, стирает, а то и выдаёт за нечто другое по "приказу" Высшего разума. Так, современный человек не видит домового. Не может его быть, значит - его нет.
В большинстве случаев, Тонкий мир человеку не позволяет видеть само сознание. Тут - свои заморочки. Чтобы информация о Тонком мире проявилась в сознании, она должна быть им затребована. Информация эта не может быть востребована сознанием, если человек не подозревает даже о существовании Тонкого мира. Замкнутый круг.

2.
Стоило прошептать простенькое заклинание вызова мага, он тотчас появился передо мной.
- Здравствуй Володя, как дела? - произнёс холодно.
- Добрый день! – с радостным блеском в глазах, поприветствовал я... скажем так: самого нелюбимого мной мага.
Колобок вреднее, требовательней, чаше остальных карает, но его уважают хранители. Как-то, Колобок жестоко и не справедливо наказал меня. Рассвирепев, в порыве жалости к собственной, драгоценной шкуре, я "накатил" на Пашу:
- И за что только ты его любишь?!
Друг спокойно возразил:
- Его есть за что любить. За талант. За веселость. За шутки. За острый язык. За то, что он живчик, в то время как остальные маги ни рыба ни мясо. А то, что свирепствует иногда, не так уж страшно. Согласись, без этих его буйств мы бы со скуки сдохли.
Уж простите, отвлекусь чуток. Язык чешется рассказать, как умеет Колобок свирепствовать. К тому же, другой такой возможности часиками нашими похвастаться больше не будет.
Часы - в главной аудитории. На стене, за трибуной для мага, на двадцатиметровой высоте туман клубится. Либо плывут слева направо белоснежные облака. На фоне тумана, (облаков), объёмная полуреальность - двухголовый, пузатый дракон размером с годовалого слоненка, а если хвост учесть, шеи и головы, длиной с большегрузную фуру будет. Живой - натурально! И чешется порой, и фантом-огнем плюется. И крыльями машет - летит якобы.
Перед драконом, метрах в десяти от клыкастых голов, почти на одинаковом расстоянии друг от друга одиннадцать объёмных изображений. Внизу шесть животных, раз в пять больше обычных: медведь, лось, тигр, волк, лиса и заяц. Улепетывают от дракона со всех ног, словно бы по земле. Вверху пять птиц, увеличенных многократно: сова, гусь, утка, голубь и воробей. Оглядываются, вскрикивают испуганно, когда дракон поворачивает в их сторону одну из голов.
Полагаю, первоначально на Земле в сутках было двадцать часов. Это потом, гораздо позже, ввел кто-то в обиход современный циферблат. Иначе, зачем бы они, часики такие, древним магам понадобились?
К часам с драконом мы привыкли, полюбили даже, и прекрасно в них ориентируемся. С удовольствием новичкам объясняем, что если голова дракона, которая подальше расположена, вытянута к самой нижней фигурке - означает, что уже минуло шесть утра. А когда она на самом верху - скоро будет шесть вечера. А другая голова, ближняя, более жадная, которая через каждые семь целых, две десятых минуты по земному времени вздрагивает, и, клацнув зубами, выпустив клуб дыма, устремляется к очередной жертве... - да, она изображает минутную стрелку.
Что?..
Что неясного?! Отщелкивает она 7,2; 14,4; 21,6 и т. д. земных минут. В часе древних магов, если по этим часам судить, 72 минуты.
Как минет половина суток головы стремительно к нижней фигуре устремляется, к медведю, заставив его довольно громко изобразить "медвежью болезнь": древние маги своеобразно юмор понимали.
Как точное время узнать?
Весьма просто! Если дракон не чешется, не оглядывается, в аудиторию кровожадно не всматривается, точное время рог на его лбу показывает. Между ближайшими фигурками, либо животных, либо птиц, тень от него падает. Видишь?..
Ах, земно-о-ое! Что проще - пропорцию составь... Новичок хлопает глазами, понять не может, удивляется, а мы с хохоту покатываемся.
Сколько из-за этих часов хранители искорок-наказаний заполучили, не счесть. История эта давно приключилась, лет семь назад, но её до сих пор вспоминают. Колобок был в самом наилучшем настроении, шутил и смеялся беспрестанно, как вдруг замер на секунду, мило улыбнулся всей аудитории и рявкнул:
- Курсант Ги де Льяз!
Новенький, (хотя, какой же он новичок, года полтора, как у магов пребывал), резко вскочил от неожиданности такой и тут же сел. Маг ужалил его искоркой, да такой, что Гильязов, (Ги де Льяз), подпрыгнул и, потеряв равновесие, (а может и сознание), повалился на более хлипкого соседа. А тот, вместо того чтобы магическую защиту поставить, или хотя бы представить на миг, что бугай этот не тяжелее воздушного шарика - так бы и было! - запищал испуганно. Колобок и ему врезал искоркой. Досталось тем, кто захихикал. Молния унеслась "на галерку", в последние ряды аудитории, откуда раздалась тихая реплика:
- Ну, всё, Хиросима начинается.
Этого Колобку показалось мало. Он наслал чесоточное заклинание на двух девушек с пятого ряда, посмевших обменяться взглядами, а Фёдора, молодого хранителя из Ижевска, который попытался нейтрализовать это его заклинание, превратил на час в мерзкую полуметрового роста жабу.
Прежде чем продолжить лекцию, Колобок посмотрел ласково на побледневшего Геннадия и нежно, медовым голосом заключил:
- Ты вполне способен одновременно слушать меня и часиками любоваться.

Темы, которые вел Колобок, невозможно было не знать на отлично. И всё же, его многие и многие хранители не только уважали - любили. Чего не скажешь о другом маге, которого большинство хранителей откровенно презирают. Прозвище у него - Как Дела.
К кому бы он ни подходил, о чем бы ни спрашивал, первый вопрос был неизменным – как дела? Так и прозвали, не мудрствуя лукаво.
У магов нет имен.
Маг – и все!
Ан нет, тут я не прав. Имена у них есть, но тайные. Порой настолько заковыристые, что обычный человек, если услышит случайно, вряд ли сможет запомнить. Язык сломает, челюсть вывернет, прежде чем выговорит. Имя мага мы узнаем только после его смерти, когда душа его уносится в мир Рунного посоха.
Скрывать собственные имена не прихоть - необходимость. Любой колдун, более-менее сведущий в магии, зная имя мага, с помощью несложных заговоров может подчинить его себе. Не совсем, конечно, об этом и речи быть не может.
Маги в курсе того, что всем им мы дали прозвища. По этому поводу они нравоучений нам не читают, но и обращаться к себе по прозвищу не позволяют.
Как-то Эвелина назвала Колобка сударем.
- Сударыня! - нахмурился он. - В слове "сударь" сколько букв?!
- Шесть, - удивлённо произнесла наша "дюймовочка".
- Ровно столько минут быть тебе на столбе позора! - холодно сказал маг. И недовольно проворчал, когда Эвелина исчезла из класса: - Делать мне больше нечего, кроме как в каждом обращении выискивать элементы скрытного внедрения в моё сознание!
Даже кличка может быть для мага отчасти опасной, если прилипла к нему основательно... Ой, не удержусь, расскажу и эту историю.
Обычно экс-благодарности объявляются магами раз пятнадцать-двадцать в год. Позапрошлый год оказался особо урожайным. Отличились двадцать шесть хранителей. Одним из них был весельчак Дима из Саратова. Используя всего лишь слово "рыба", как кодовое, он сотворил дюжину снотворных заклинаний, "растворил" их в так называемом "тумане хорошего настроения" и наслал волшебство на мага. Эксперимент решил поставить: пройтись по лезвию бритвы и не порезаться.
Магическое вторжение маг почувствовал сразу же, но, как ни крутил по сторонам головой, как ни вслушивался в свои ощущения, как не сканировал аудиторию, понять не смог, от кого оно исходит.
И мы насторожились, ощутив магию. Но выявить, кто колдовал, не смогли. Полчаса, а точнее, если судить по магическим часам на стене - да, по тем самым, о которых только что рассказал, - тридцать четыре минуты Рыба чуть ли не спотыкался на ходу, клевал носом и зевал беспрестанно. Заметьте: лишь ради того подвергал себя мучениям, чтобы выявить "агрессора".
- Весельчаку Дмитрию объявляется экс-благодарность! - торжественно объявил он после того, как разгадал сей "ребус".
Экс-благодарность дорого стоит – отменяет десять наказаний, какими бы они ни были. Сам же Рыба захочет ужалить Диму искоркой-наказанием, ан нет, не вылетит из пальца искорка. Захочет другой маг приклеить его на столб позора - столб не примет провинившегося. Только и скажут маги - раз, и еще раз, и еще восемь раз:
- Благодарность аннулирована.
Если бы Рыба сразу раскусил ту хитрость, быть бы Димулечке нашему на столбе позора. На неделю, а то и на месяц разучился бы смеяться. Таков закон нашего извечного соперничества. Не мы его выдумали, не нам отменять.
Впрочем, нам нравится эта опасная игра - она делает нас сильнее. К тому же, нет ничего приятней, чем "щелкнуть по носу" мага.
На моем счету шесть экс-благодарности - на одну больше, чем у Паши. Ох, как это его нервирует! Ради того, чтобы отличиться, чтобы догнать меня, он несколько раз побывал на столбе позора - возможности не рассчитал.
Большинство хранителей считают, что Паша и я истратили свои экс-благодарности бездарно, на придурь. Пусть и впредь заблуждаются: тем, кто в проблемах дальше собственного носа не видит, очки не помогут. Когда маги бурно реагируют на необъяснимые, (с точки зрения здравомыслящего человека), порой откровенно-идиотские наши поступки, они раскрываются с самой неожиданной стороны.
Тайной являются в мире магов фамилии, и даже отчества хранителей. Кроме имени, разрешены в общении прозвища: собственно, они официально признаны в мире магов. Так сделано для того, чтобы хранители учились непрерывно держать под контролем собственное сознание, выявляя элементы скрытого внедрения в него. И для того, конечно же, чтобы кто-то кого-то не смог разыскать на Земле.
По нелепым законам магов, (а может в чем-то и справедливым), не более трех друзей могут знать земной адрес и ФИО любого хранителя. Остальные, если и выведают что случайно, проснувшись, тотчас забудут.
В первый год, как попал в мир магов, я любил бродить по их саду, Каждое свободное мгновение для этого использовал. Кто-то обозвал меня Егерем. Прозвище прилипло, стало более значимым, чем имя - особенно для умерших. Против этого я не возражал. А вот Паша... ха, ему досталось прозвище Карась. Как он злился! Как возмущался! Как стремился исправить "великую несправедливость": сам себе придумал тысячу кличек. Но - увы! - прозвище Карась привычным стало для магов, а против них, говоря словами же Паши, не попрешь. С тех пор любимую поговорку: на то и щука, чтобы карась не дремал, друг возненавидел.
Однако, пора продолжить разговор по существу, не отвлекаясь на отступления.

Бессмысленно идти с магами на конфронтацию, когда есть возможность поиграть в растерянность. Спрятал я в тайник до поры до времени вступление моих добровольных помощников. А вот три главы, которые факс чуть позже выдал, (вводные, можно сказать, в них слащавой лести магам на порядок меньше было), оставил на столе. Для маскировки, чтобы не разоблачили тотчас моих недотеп-помощников, насовал в них спешно, куда надо и не надо, любимых своих и Пашиных жаргонных словечек, разбил длинные, заковыристые предложения, кой-где изменил манеру письма. И титульный лист изготовил другой. Огромными буквами отпечатал на листе: "АЗБУКА МАГИИ".
Не раз, и не два, перед тем, как выйти из кабинета, клал на стопку листочков волос со своей головы, предварительно активизировав его. Конечно же, он не мог говорить. Зато "вопил от боли", (на "волне" работы моего сознания), когда касалась его чужая воля. Уж этот-то вопль я в полукилометре от дома слышал. Ощущал, то есть.
Когда возвращался, все лежало на своих местах, но след оставался. Остаточная магия витала в кабинете, словно запах духов экстравагантной красотки в будуаре. По ней понял, что наблюдатели пользуются силой одного и того же мага. Что этот маг, скорей всего, и есть мой куратор.
Убедиться в этом решил, данная информация таинственной незнакомке пригодится.
- ...Ох, столько проблем с этой книгой, столько проблем, а подсказать некому! - разводя руки в стороны и изображая полную дебильность, выдал я заранее заготовленную фразу.
- Почему некому? - расплылся в самодовольной улыбке Как Дела. - Обращайся, я помогу!
- Спасибо! Огромнейшее спасибо!!! - провопил я, глядя в глаза мага взглядом преданной собачонки, (ха, видел бы меня кто из хранителей!). - Неужели Вы готовы тратить на меня личное время?!
- Я буду с тобой, пока не отвечу на все твои вопросы, - заявил маг.
За фразу эту я готов был его расцеловать. Такой оплошности от него не ожидал. Любые, самые идиотские вопросы могу задавать. Могу терзать ими мага, (точнее - его копию), до тех пор, пока не проснусь, он будет отвечать - обещал!
Не обещал одного - не наказывать. Но этого... хм, стоило ли опасаться? Пока пишу книгу, под защитой Высшего разума.
- Вот скажите, как, каким образом объяснить читателю, что мысль материальна? - задал вопрос, ответ на который был для меня абсолютно неинтересен.
- Материально все, что существует, - пожал плечами Как Дела.
- А как объяснить про критическое количество первичных элементов живой материи, при котором возникает стабильное эргоинформационное поле, способное осознать себя?
- Об этом твоим читателям зачем знать? – удивился маг.
- Иначе не объяснить мне, как зародился Высший разум Земли, и что представляют собой его подпространства?
Как Дела нахмурился, пристально посмотрел мне в глаза и рявкнул:
- Курсант, ты задаешь вопросы, на которые сам обязан знать ответ!
Я мысленно расхохотался: ещё разговор как следует не начался, Как Дела вспылил.
В неофициальной обстановке, хотя бы в кабинках для индивидуальных занятий, маги обращаются к хранителям довольно вежливо - по именам. Если хотят подчеркнуть свое недовольство или превосходство, если унизить хотят - не до куртуазности! - произносят сначала кличку, а следом имя хранителя. Но, если особо раздражены чем-то, если на место хотят поставить зарвавшегося хранителя, не прибегая к наказаниям, в чести у магов хлесткое слово "курсант".
- Знать и объяснить доступно – большая разница! - подобострастно посмотрел я магу в глаза. И выдал заведомую ложь: - А Вы славитесь, как самый лучший лектор из всех магов.
- Вопросы не имеют отношения к той задаче, которую тебе предстоит выполнить, - потеплел голос мага. - Задавай по существу!
- Если я не приведу в книге чего-то необычного – не смогу заинтересовать читателя! – с жаром выпалил я. - К тому же, без знания подосновы колдовства читатель не поверит в его приемы!
Во взгляде мага любопытство мешалось с откровенной скукой. Он не прочь был поговорить со мной. Но объяснять, да еще разжевывать, да в рот вкладывать очевидное... - это было выше его сил.
- Отвечаю на вопрос, что такое подпространства Высшего разума? – неохотно заговорил он. – Есть Земля, а есть память о Земле.
Вот уж, действительно, краткость сестра таланта. Мог добавить хотя бы примера ради, что коль на Земле есть океан, то в памяти Высшего разума может быть точно такой же океан. Да не один, а хоть сотни тысяч. И все они, как настоящий земной океан, материальны, ибо состоят из вполне материальных элементов Тонкого мира, хотя и существуют в ламиропидных слоях памяти Высшего разума... Эк загнул! Это же повод понудить полчаса, добросовестно разъясняя то, к чему у читателя вряд ли появится интерес. Так что, забудьте слово это - “ламиропидные”. Во-первых, так полагаю, об устройстве памяти Высшего разума расскажу ещё, но своими словами. Во-вторых, не о каждом жаргонизме мира магов следует в книге этой говорить.
- А о том, что подпространства могут делиться, дробиться, расслаиваться, как объяснить? – спросил я со всей серьёзностью.
- Особенности подсознания Высшего разума, - пожал маг плечами.
- А как объяснить, что такое мыслеформа?! – спросил я так напористо, словно это был наиглавнейший вопрос моей жизни. - Да так объяснить, чтобы читатель зримо представил, что она из себя представляет!
- Разве земные физики могут описать внешний вид элементарных частиц? – удивился маг моей тупости. – Мы всего лишь знаем, что мысль материальна. Напиши, что техника создания мыслеформ отработана природой до совершенства. Как только человек закончил мысль и отложил ее в памяти, в тот же миг рождается в готовом и законченном виде мыслеформа. Мысль развивается, дополняется – появляется следующая, более сложная мыслеформа.
- Согласен, но не совсем. Я при желании вижу внутренним зрением мыслеформы.
Как Дела посмотрел на меня так, словно решил насквозь проткнуть взглядом.
- Курсант! - рявкнул он. - Ты ведешь курс по теме "Заговоры" и эту информацию должен знать на отлично!
Снова повёлся он: на "тупость" мою повёлся. Значит, и на грубость поведётся!
- Да пойми ты, дурья голова! - вскричал я. Тут же изменился в лице. - Ой, простите, вырвалось! Ради всего святого, простите, я не хотел Вас обидеть! Знаю я, все это хорошо знаю! Сформулировать не могу столь же образно, кратко и доходчиво, как это умеете делать Вы!
Уф, не ужалил искоркой, не изменился особо в лице. Значит, мой вводный психоблок, который заранее создал, внедрился в подсознание Как Дела, обойдя его магическую защиту.
Маг заговорил, тщательно выговаривая каждое слово:
- Напиши, что человек способен производить не выраженные, выраженные и направленные мыслеформы.
- Понял, - сказал я. - Но пояснить не мешало бы.
- Не выраженные - осколки мыслей, бред сознания, мысли по кругу, случайно всплывшее в сознании слова или образы. Не обладают большой эргоёмкостью. Через несколько минут или часов распадаются. Представляют интерес для сущностей-мусорщиков.
- Понял! - мотнул я головой так усердно, что случись подобное на Земле, пробил бы подбородком грудную клетку.
- Любая выраженная мыслеформа - почти сущность, - вбивал он в меня очередную банальность. - Их трудно назвать живыми. В них действуют всего лишь с полсотни примитивных программ. Самая сильная - нравиться сущностям. Их предназначение - быть для них пищей.
- Понял, - подкрепил я успех радостной улыбкой.
- Выраженная мыслеформа тотчас, как только народилась, уходит в подпространство Высшего разума. Если Высший разум не вбирает её в себя, она выбрасывает в земное пространство фантом-образы. Их может быть до полусотни. Проявляются они в транспортных узлах решеток эргоинформационного поля Высшего разума, причём, в разных местах Земли.
- Понял. Вот только, читателям моим потребуются дополнительные разъяснения. Зачем она это делает?
- Так мыслеформа заявляет о себе. Она словно бы кричит: вот она я, вкусная и полезная - Где вы, те, кому нужна?
- По-о-онял. - протянул я, в очередной раз подражая дебилу.
- Фантом-образы мыслеформ могут быть в миллионы, а то и в миллиарды раз больше, чем они сами. Колдуны видят их, а не саму мыслеформу. С помощью фантом-образа любая сущность-хищник, в том числе подсознание человека, может вырвать мыслеформу из подпространства, притянуть к себе и поглотить.
- Выраженная мыслеформа, как морковка в грядке. Пока не вырвешь, видишь только ботву, - решил я добавить образности.
- Нашел с чем сравнивать, - фыркнул маг. - Данное сравнение больше подходит к направленной мыслеформе. У неё один единственный фантом-образ. Высвечивается он только перед подсознанием того, кому предназначен.
- Ну вот, Вы же за минуту всё по полочкам... Вы же в миг...
- Володя, ты преувеличива...
- Рад, бесконечно рад, что именно к Вам обратился за разъяснениями! - перебил я. - Ох, у меня к Вам тысяча вопросов!
Как Дела кисло улыбнулся.
Подустал он от меня. Что и требовалось. Чтобы усыпить его бдительность, я задал еще вопросов пять, ничего не значащих, порой откровенно глупых, ускоряя и ускоряя темп.
Следующую абракадабру я произнес с еще большим напором. Стремительно. Резко. Хлестко... Надо же было замаскировать как-то заклинаньице, в вводный психоблок брошенное, словно семя в благодатную почву - оно обязано было мага подвинуть на невольное откровение.
- Как?! Доступно объяснить! Мыслеформы могут! Мгновенно перемещаться! Притягиваться и отталкиваться! Как?! Способны сами! Внедряться в человека!
- У тебя же написано, как... – начал было говорить Как Дела. Тотчас перевёл разговор на другое: - Приведи пример ученого, которого опекают разведка и контрразведка. Сам он тоже конспирируется. Утечка информации исключена. Затем выясняется, что его тайной разработкой занимаются чуть ли не в каждой развитой стране. Спецслужбы ищут предателя. Невдомёк им, что повинен в утечке информации сам учёный. И ему это невдомёк.
- И как объяснить это читателю?!
- Объясняется просто. Учёному тесно в рамках секретной лаборатории. Ему хочется славы, признания. В мечтаниях он выступает перед коллегами с лекциями. Его мыслеформы становятся направленными. Уже не Высшему разуму они предназначены, а тем специалистам, которые работают над той же проблемой.
Подловил я мага. Сама по себе фраза: "У тебя же написано как..." почти ничего не значит. Не он один мог интересоваться шедеврами моих добровольных помощников. Зато её магическая окраска... А вот тут, похоже, без пояснений не обойтись.
Маги учат нас маскировать колдовство. Так вершить магию, чтобы след от неё всякий раз был другим. Дело это хлопотное, требует дополнительных затрат времени и внутренней энергии. Короче, не всегда нужное. У магов же, всякий раз, маскировка колдовства срабатывает сама собой, в автоматическом режиме. Они не задумываются даже над подобными мелочами. Создали некогда в себе ещё по одному, дополнительному дубль-сознанию, поручили ему эту работёнку и... о том забыли.
Для одного и того же колдовства такое дубль-сознание использует один и тот же настрой. Когда Как Дела сказал ту фразу, он понял, что сказал лишнее. Одним этим активизировал защитное дубль-сознание, выставив его напоказ.
Уже не сомневался, что мой куратор - Как Дела!
Замечательно, что он из мира магов за мной приглядывает. Расчудесненько, что любит чужими руками жар загребать. Вот только, колдуны, которые меня опекают, не хранители даже, простые смертные. Слабые колдуны, откровенно говоря... Стоп! Их как-то и кто-то готовит для работы той? В некоторых вопросах не совсем дилетанты.
Кто?!
А главное - как?!
Выходит, утечка информации поставлена магами на поток. Зачем тогда возня с ритуалом открытия тайных знаний... Позже обдумаю, решил я. Пора маскироваться, уводить разговор в сторону!
Маг продолжал разглагольствовать:
- ...когда человек напряженно думает над какой-то проблемой, он может притянуть к себе столько схожих мыслеформ, что они способны прорвать барьеры подсознания и пробиться в сознание. А так же...
Я перебил его самым наглым образом.
- У остальных почему не прорываются в сознание? – задал самый нелепый вопрос. Увидев, как глаза мага начали наливаться бешенством, торопливо выпалил: - Извините, ради всего святого извините, я знаю ответ, но... - И снова: - Мне очень! Важно знать! Ваше мнение!
Уф, заклинание снято!
О вводном психоблоке можно было не беспокоиться. Не пройдёт 10 секунд - самоуничтожится. Даже если Как Дела будет анализировать наш разговор, не найдет подвоха.
С кем-то другим из магов этот фокус вряд ли бы удался, но у Как Дела ещё лет семь назад я обнаружил в защите слабинку: невероятно больное самолюбие. А вскоре ещё одну открыл слабость: падок на лесть. И все же... - ох, знали бы Вы, как я боялся, что он объявит мне благодарность! Колени от страха дрожали!
- Невозможно вылить бочку воды в стакан: есть лишь один способ - нарастить стакан до размеров бочки, – сердито ответил Как Дела.
А мне осталось нанести последний штрих в нашем разговоре.
- А как объяснить, что целевые мыслеформы таких пророков, как Будда, Иисус Христос и Магомед могут существовать вечно? Кстати, какие они из себя, и как взаимодействуют с земным миром?
- Молекула ДНК ничтожно проста по сравнению с их... - Маг произнёс это спокойно. Вдруг, словно подзатыльник получил от вездесущего Рунного посоха, вздрогнул и заговорил гневно: - Ты не должен знать об этом! Кто сказал?!
- Умерший один, из города, – выдал я заранее заготовленный ответ. И смиренно попросил: - Вы не могли бы рассказать свое видение книги, это очень поможет мне.
- Кто сказал о тайном?! Отвечай! – потребовал маг.
Не ответить нельзя.
- Слава. А кличка... вспомнил, смешная такая, Поцелуйчик.
- Когда?!
- Полтора года назад.
Как Дела остолбенел на пару секунд.
- Он не говорил тебе об этом! – провопил гневно. – Мы узнали бы и приняли меры!
Ну да, как же! Поцелуйчик мог придумать какую-то особую, известную только ему, защиту. Да и в программах магов сбои бывают, даже в охранных. Мне ли не знать!
И не докажет он, что Слава мне ничего не говорил. Ни один маг не сможет спросить его об этом. И наказать за болтливость не сможет. Потому как исчез он из мира магов чуть более месяца назад. Звездочкой душа его унеслась на Землю и вселилась в младенца: ищи ветра в поле.
И мое сознание "потрошить" не будет: не вправе. К тому же, не настолько важны эти сведения. Всего полвека назад они не были тайными для хранителей.
Поцелуйчик Слава об этом должен был знать, в мире магов прожил он не менее трёхсот лет. О целевых мыслеформах пророков рассказал мне, конечно же, не он... впрочем, имя этого умершего вам ни о чём не скажет, а вот ему навредить моя болтливость может.
- Вот уж не думал, что это знание засекречено, - посмотрел я на мага недоумённо. - Не смотря на то, что Вы обещали быть со мной, пока не ответите на все мои вопросы, не буду настаивать на продолжении разговора о мыслеформах пророков.
Как Дела остолбенел от такой моей наглости.
- Да ты...
А я опять перебил. Воспользовавшись его секундной заминкой, издевательски, откровенно тупя, умоляюще пролепетал:
- Расскажите пожалуйста свое видение книги, которую пишу?
И тут - ой, мамочки-папочки, что бы это значило?! - маг исчез.

Чудес не бывает: из одной мухи можно
сделать только одного слона.
Антон Лигов.

ГЛАВА 6. МАГИ НАМ НЕ ЛГУТ.

1.
Любое одноклеточное и многоклеточное живое существо, будь то человек или животное, птица или рыба, растение или простейший микроорганизм, (и даже не имеющий клетки вирус), образует собственное ЕЭП. (Единое Эргоинформационное Поле). Именно его маги называют подсознанием.
Внутри ЕЭП, как самостоятельная программа, отвечающая за умение мыслить, чувствовать и определять отношение к реальностям нашего мира, всегда нарождается сознание - сущность в сущности. Вот только, человеку повезло чуть больше, чем сообществам микробов или насекомых, птицам или животным, и куда больше, чем отдельным деревьям. Постепенно эта программа стала кое в чём доминировать. Частично, всего лишь частично, всего лишь в том, что касается нашего мира, подчинила себе подсознание и заставила его работать на себя.
Человек научился сопоставлять факты, логически мыслить и созидать.
Человек научился создавать иллюзии.
Человек обрел разум.
Мозг, это выдающееся изобретение природы, всего лишь биоприбор, с помощью которого сознание и подсознание управляют телом. Но! - мозг и сознание, тело и подсознание, сознание и подсознание не разделимы, друг без друга существовать не могут. А когда человек умирает, когда его душа оказывается в загробном мире, подсознание прежде всего воссоздает из элементов Тонкого мира мозг, точно такой же, каким был он до смерти. Затем - тело сознание и подсознание. Без мозга, (без преобразователя воли в действие), и без тела, сознание и подсознание даже там не могут обойтись.
Всего лишь дважды, (можно сказать - повезло), я видел, как проявляет себя душа на том свете: жутковатое зрелище, не для слабонервных. Вспыхивает метрах в полутора от земли яркая красная искра, от которой шарахаются во все стороны умершие и хранители. Секунды через две проявляется на ее месте окровавленный сгусток. Если не знать, не поймешь сразу, что это мозг. Еще секунды две проявляются нервы - белесые ниточки обозначают контур тела. Ветер им не указ - не шелохнутся даже. Следом образуются кости и мускулы - чем не пособие по анатомии?! И вот - очередь внутренних органов. Лишь сформируются легкие и голосовые связки, дикие крики, полные ужаса, пронзают мир магов: от воплей этих можно поседеть. Уже медленно, в течение минут десяти, в судорогах и муках, разбрызгивая капли крови и сукровицы, окровавленное подобие человека обрастает кожей, волосяным покровом.
Человек, и на том свете, возрождается не без боли и слёз.

Сознание и подсознание не принадлежат нашему миру. Их почти невозможно взвесить на наших весах. Но Тонкий мир, из элементов которого они состоят, также материален, как наш. Лишь вид материи иной.
Сознание обволакивает всего лишь мозг: составляет с ним одно целое. Оно не может видеть одновременно две реальности. Живет только в одной – в той, которую воспринимает, пользуется теми органами чувств, которыми наделила человека природа.
Подсознание человека обволакивает всё тело, в том числе мозг. Разум подсознания настолько отличается от разума сознания, что многие его действия нам не понять. Уж если сравнивать, то больше он похож на компьютерный разум. Ему почти чужды чувства, для него главное, как для любой сущности, целесообразность и собственная безопасность.
Подсознание контролирует сознание. Оно хранит информацию и выдает малую часть ее сознанию, не всегда выполняя его требования добросовестно, отвечает за процессы жизнедеятельности тела и управляет им... Можно перечислять и перечислять. В нашем мире у него множество функций. Но, вот что забавно, проявляет подсознание себя в нашей реальности, (у обычного человека), в среднем, процентов на пять.
Хранители и настоящие колдуны, используя магические приёмы защиты подсознания, эту цифру могут удвоить. Некоторые просветлённые и пророки могут смело приплюсовать ещё 2-3 процента. Умершие, (в мире магов, конечно же), способны в редких случаях использовать подсознание процентов на 25. А маги... даже предположить не могу, насколько они используют подсознание. Явно не полностью: иначе не болели бы тоской.
Причина столь "небрежного" отношения подсознания к нашему миру проста. В Тонком мире для него гораздо больше опасностей, чем в нашем мире. В нём множество сущностей-хищников. Кроме хищников – чуждые, так называемые, свернутые программы, оставшиеся от погибших сущностей, которые стремятся куда-нибудь, во что-либо живое внедриться. Кроме программ – эргоинформационные вирусы. Кроме вирусов – простейшие стиратели (пожиратели) информации. А ещё, поля выравнивания. А кроме... - врагов хватает, только успевай отбиваться.
Куда проще устроено подсознание зверей. Если у человека подсознание, прежде всего, ориентировано на Тонкий мир, то у животных подсознание большей частью словно бы вывернуто в наш, материальный мир - точнее, контролирует больше его. Оно не видит ни полей выравнивания, ни пожирателей энергии, ни чуждых программ - значит, почти не подвластно им. Оно подменяет сознание, доминирует в нашем мире. Зато животные обладают мощным сознанием и подсознанием стаи, которые сливаются в сознание и подсознание вида. Это они, более высокоорганизованные, отстаивают свои права в Тонком мире, следят за развитием и выживанием особей на Земле, навязывают им инстинкты и модели поведения.

Любое живое существо, если не находится в состоянии анабиоза, обязано питаться - закон природы.
Когда человек засыпает, его подсознание создаёт двойников - дубль-сознания. Их может быть до полусотни - тотчас разлетаются в разные стороны, как пчелы из улья. Способны мгновенно переместиться... да, хотя бы на противоположную сторону Земли, способны проникать в иномиры Высшего разума.
В основном, дубль-сознания недалеко отлетают от тела. Время от времени подсознание притягивает их, выслушивает отчеты, все их охи и ахи, анализирует новую информацию и... заглатывает. Она становятся пищей. А если быть более точным в определениях, вполне подойдет такое сравнение: они, как язык муравьеда муравьями, облеплены структурными образованиями Тонкого мира, слизывай да слизывай... Мы видим в это время сны.
Не во сне создавать дубль-сознания могут только колдуны, сумасшедшие и люди одурманенные наркотиком, либо алкоголем. Пресловутые черти из страны под названием "белая горячка" ни что иное, как собственные, трансформированные дубль-сознания. Впрочем, это могут быть и сущности Тонкого мира, даже из иномиров, когда у человека открывается, (так называемый), третий глаз: он способен зреть то, что обычному человеку не положено видеть.
И в загробном мире человек никогда не покидает свое новое тело, воссозданное подсознанием из элементов Тонкого мира. И никогда не покидает тот мир, в котором находится, но это с легкостью могут делать его дубль-сознания. Они способны посещать Землю, являться во снах к родственникам.
Современные ученые, посредством зеркал, умеют вызывать дубль-сознания умерших людей, даже беседуют с ними.
Не верите?!
Почитайте книгу известного американского психиатра и ученого Раймонда Моуди "Возвращение назад".
Вызвать дубль-сознание умершего возможно только в том случае, когда он спит. Проснувшись, он скорей всего не вспомнит свой сон, в котором беседовал с кем-то из землян, в точности так же, как мы не помним всех своих снов.
Поведение дубль-сознаний зависит от того, с какой целью они создавались подсознанием и c каким настроем. Вот почему проявленные фантомы умерших людей на Земле ведут себя неадекватно: сегодня могут мило улыбаться, а завтра - шипеть от злости.
Если умерший покинул тот свет, (вселился в тело младенца), его дубль-сознание вызвать невозможно. Зато доступен его образ, сохранённый в памяти Высшего разума. Образ можно вызывать сколько угодно раз, из любой точки Земли и в любое время. Высший разум готов "штамповать" их безостановочно.
Остерегайтесь "примерять на себя" сильные образы, (используемые многократно), иначе в психушке может появиться ещё один Наполеон, Нерон, Пушкин... Образы знаменитых людей особо прилипчивы.
И в этом нет ничего таинственного. В древние времена маги не раз жили на Земле, в телах обычных смертных. При этом, крайне озабочены были собственной безопасностью. Не открою Америки: достичь её можно только в том случае, если окружающие люди будут не только преданы, но и жизни собственной не пожалеют для защиты своего Владетеля. Воспитывать, идеологию внедрять... - сил и времени затратить весьма много нужно. Покумекали маги, поломали чуток головы и, на основе программ боевой магии, создали в Высшем разуме особо варварски программу, с помощью которой стало возможным подменять в человеке образами его сознание.
Образов придумано было множество, на каждый случай - свой. Великий воин, неутомимый переносчик грузов, коварная распространительница слухов, доставляющая удовольствия, преданный слуга, неустрашимый мститель... В Высшем разуме программа та сохранилась. И по сей день, невольно, не замечая этого, кое-кто становится слугой. Кто-то мстителем. Кто-то проституткой. А кое-кто, не понимая истоков собственной подлости, сплетником, предателем... Присмотритесь: многими людьми со слабым сознанием руководят программы. Подумайте - хорошенько подумайте! - стоит ли их только осуждать за это. Они достойны и жалости.
Древние маги сделали весьма не робкую попытку превратить человеческое общество в муравейник, где у каждого человека предопределены его функции. Слава случаю, сделать это им удалось отчасти.
И в основе гипнотического воздействия толпы на человека - эта магия. Высший разум создаёт образ толпы, чтобы проще было ему "сдаивать" с неё энергию. Этот образ Высший разум навязывает каждому из толпы. А человек позже недоумевает: "Хм, в булочную пошел, в толпу митингующих случайно влился, а позови на баррикады - буром бы попёр! Лозунги их дурацкие выкрикивал, глазищами сверкал и руками размахивал, как псих последний! А ведь проблемы те меня абсолютно не волнуют...".
Знакомая ситуация?
Если разгорячённая толпа мощно и организованно требует что-то, это не значит, что она отстаивает собственные интересы. Это означает - всегда! - что кто-то умело нагнетает истерию, заводит толпу на гнев, а гнев этот направляет в "нужное русло". А руководит этим - Высший разум.
Это знали коммунисты Советского Союза, вернее, их руководители. Даже равнодушные на партийных собраниях воодушевлялись, аплодировали и страстно голосовали.
Это знают церковники. Неверующие, зайдя в церковь во время молитвы, воодушевляются, испытывают трепетное блаженство, подчиняясь воле собравшихся воедино людей.

Когда человек бодрствует, подсознанию, как заботливой няньке, кормить приходится сознание. Оно не только не добытчик - транжира. Захваченные подсознанием структурные образования Тонкого мира оно трансформирует в мыслеформы и бездумно выбрасывает их в окружающее пространство.
Да, их вбирает в себя Высший разум.
Да, за мыслеформами охотятся многие сущности, для Тонкого мира они высшая ценность.
Подсознанию от этого не легче. Оно охотится, подвергая опасностям дубль-сознания, и... утрачивает добытую тяжким трудом пищу. К тому же, чем больше сознание производит мыслеформ, тем более прожорливо. Снова усыпить сознание, либо сделать его вялым, апатичным - самый простой выход для подсознания в этой ситуации!
Позволит ли это сделать Высший разум?
Да, если сознание человека слабое, не представляет для Тонкого мира большой ценности.
Ни в коем случае, если Высший разум заинтересован работой сильного сознания. Он обяжет подсознание особо заботиться о сознании. И даже подпитку может дать подсознанию, лишь бы человек как можно меньше спал, как можно больше производил эмоций и мыслеформ.
Подсознание не особо рассчитывает на помощь Высшего разума. В процессе эволюции, оно приспособилось обходиться своими силами. Не только "наедается", когда человек спит, но и делает запасы. Оно подкармливает, а то и перекармливает структурными образованиями Тонкого мира каждую сущность, в каждой клетке тела.
Основная пища подсознания, когда человек бодрствует - излучения тела. Оно собирает дань с каждой его клетки, в точности так же, как собирает ее Высший разум с каждого человека.
Деликатес... основной источник питания... нет ничего слаще и вкуснее для подсознания. Так пишут некоторые авторы о том, почему оно отнимает энергию у подданных своих - клеток. Нет, не так. Оно вынуждено это делать - для этого заряжает "живой аккумулятор", чтобы впоследствии не остаться без жизненно важной энергии, особенно тогда, когда сознанию вздумается не спать сутки, двое, а то и больше.
Деликатесом для подсознания являются мыслеформы других людей. Есть люди, сознания которых с лёгкостью делают мыслеформы направленными. Не Высшему разуму они предназначаются, а собеседнику. А мы придумали иллюзию: ах, мне нравится общаться с этим человеком, от него исходит душевное тепло.
Подсознание другого человека, словно скупердяй над златом, порой трясётся над каждой капелючечкой собственной жизненной энергии, мыслеформы собственного сознания стремится удерживать, не отдавать даже Высшему разуму. Мы придумали ещё одну иллюзию: ах, с ним так тяжело общаться – он вампир.
Бывает, "вампирят" оба... Забавно наблюдать внутренним зрением, как мило беседуют два человека, улыбаются, а их подсознания в это время воюют, плюются сгустками негативной энергии. А то и отращивают фантом-конечности, мутузят ими друг друга. А собеседники удивляются: как же так, слова плохого не сказали, а на душе после общения мерзко.
Подсознания людей стремятся установить дистанцию: собеседники чувствуют дискомфорт, если она нарушается.
Каждый может определить насколько сыто его подсознание. Если оно испытывает постоянный голод, который по какой-то причине не утоляется неделями, месяцами, а то и годами, мы ощущаем одиночество. Это, первый сигнал о том, что вскоре не все в порядке будет у человека со здоровьем. Подсознание отнимет больше жизненной энергии у подданных своих, у клеток организма. Причем, у наиболее ослабленных. До болезни - шажочек.
Случись такое, срочно бросайте все дела, ищите живое общение, единение с природой, хотя бы кошку погладьте, послушайте ее мурлыкание. Телевизор не поможет, не спасут ни радио, ни супермодные диски с музыкой - от них исходят мертвые слова и звуки, представляющие интерес лишь для сознания.
Человек - "общественное животное". Если оградить его от людей и Тонкого мира, (хотя бы в барокамеру поместить), его подсознание будет страдать. Теребить начнёт сознание - ищи общение! А затем подсовывать станет сознанию слуховые, зрительные, тактильные, вкусовые галлюцинации, чтобы превратить хотя бы собственное сознание в фабрику по изготовлению структурных образований Тонкого мира. Подсознанию без разницы, что у людей это называется сумасшествием. Ему необходимо выжить. Вот причина, по которой невозможно отправить в дальнее космическое путешествие экипаж из одного, и даже из двух человек.
Мы все - каждый! - энергетические вампиры, и этого не стоит бояться.
Мы все - каждый! - еще и отдаем энергию своей души.

Следует признать, что я слегка оболгал подсознание. Да, подсознание ярый собственник. Да, оно гребет под себя и главное для него - целесообразность. Да, оно ограничивает возможности сознания, вместо реального мира подсовывает ему подчас сказки о реальном мире. Да, оно не дает сознанию быть сверхсильным. Но! - не забывайте, именно подсознание заботится о теле, о каждом его органе. Не сознание, в первую очередь, а подсознание контактирует с Высшим разумом, способно задействовать и его силы, если понадобятся они организму. А главное - ох, рано об этом заговорил! - только подсознание имеет доступ к информационному банку Высшего разума, о чем сознание обычных людей может только мечтать.

Подсознание человека отнюдь не такое, каким я его Вам показал. Всё сложнее. Гораздо сложнее. Не только клетки тела, каждый орган в организме человека имеет собственное сознание и подсознание. Они живут в теле, словно подданные в удивительном королевстве. Кто король и королева - понятно.
Ноготь на мизинце сам для себя владыка. Во многом, подсознание человека ему не указ.
Сердце не остановить обычному человеку усилием воли: в своём "удельном княжестве" оно почти всесильно.
В желудке живут миллиарды бактерий. Каждый вид создаёт собственное ЕЭП, (единое эргоинформационное поле). Каждое ЕЭП управляет подданными своими и заботится о них. Подсознание и сознание желудка может лишь подавить одно из ЕЭП, другому - добавить жизненной энергии.
А подсознание и сознание человека? Что могут они?!
Человек со слабым сознанием, случись что, таблетки глотать начнёт - факт! Тот, у кого сознание сильное, вполне способен волей своей обязать желудок работать эффективно: силой сознания не только микрофлору в желудке, но и его программы может менять.
Но и подобное представление - схема. Всё сложнее, гораздо сложнее. Если хотите побывать на неведомой планете, где обитают таинственные инопланетяне, (живущие по законам целесообразности) - мысленно загляните в своё тело.
Даже если Вы мысленно загляните в своё тело, одним этим проявите себя. Пусть слабенькую, но внедрите в него чуждое эргоинформационное поле. Миллиарды его обитателей тотчас почувствуют это. Окажется, вдруг, пришелец – Вы!
Тот же эритроцит "посмотрит" на Вас не как на владыку, а как на агрессора... В этом и состоит главная тайна колдовского воздействия: когда колдун лечит, он - агрессор. Он заставляет подчиниться своей воле подсознания и сознания клеток и органов чужого тела. Внедряет в них чуждые программы, которые становятся сильнее собственных.
Не морщите лоб, нет в том ничего особо заумного.
Когда у обычного человека что-то болит, он инстинктивно прикладывает к больному органу руку - разве не так? Если бы догадался дать команду - лечить! - изменил бы эргоинформационные поля больного органа: подпитку бы ему сделал. Облегчил бы этим простым действом собственные страдания.
В древности каждый человек знал это, как знаем мы таблицу умножения. Это знают животные, инстинктивно используют. Вылизывая раны, животные ещё и меняют вокруг них эргоинформационные поля, которые не только усиливают регенерацию тканей, но и подавляют ЕЭП бактерий и вирусов.
Не потому ли утратили мы эти необходимые для человека знания, что поставили себя выше природы, не потому ли, что признали своё происхождение божественным?
Сотни тысяч лет человек не ведал о божественном своём происхождении. В последние тысячелетия решил, что волос не упадет с головы без воли Бога... А вот об этом рано заговорил: не поймёте... хм, ещё и осудите.

2.
...Маг исчез.
Это было настолько неожиданно, что я растерялся. Вдруг, его голос прозвучал за спиной:
- Здравствуй Володя. Как дела?!
- Здравствуйте, – резко повернувшись, пробормотал я.
– Я в курсе твоего разговора с моей копией, - сказал маг, шагнул ко мне и положил руку на моё плечо. В тот же миг мы очутились на яблоневой аллее.
Старые, огромные яблони, с раскидистыми, почти смыкающимися над головой кронами, цвели и пахли... - ничем не пахли. И не было пчел. Ветерок не шелестел листьями. За стволами деревьев не видны пейзажи - клубился сизый туман. На небе ни единого облачка – пронзительная синева.
В недостроенную реальность перенес меня маг. А мог бы, на радость мне и себе, забросить в более привлекательное место. А уж в таверне, за кружечкой пивка побеседовать – само удовольствие! Есть же, есть хранители, которые запросто садятся к магам за стол, да еще могут заявить панибратски: подвинься, что расселся.
Мы шли и шли по желтой бесконечной дорожке, словно только-только присыпанной свежим песком. Маг монотонно бубнил, рассказывая свое видение книги. Вскоре, я устал его слушать.
Думал о своей книге. Уже не сомневался, что напишу ее. Писательское мастерство другая, но не чуждая хранителям магия. Я уже почувствовал, с каким ритмом и настроем должны "вырываться из-под пера" слова. Почти научился создавать самую таинственную музыку – музыку слов. Одна беда: те думы, что передумал за годы колдовской своей жизни, никак не хотели встать по стойке "Смирно!" и, выстроившись по важности и ранжиру, поочередно маршировать в рукопись. Они толпились, как новобранцы, галдели все разом и бестолково смотрели на меня, своего непутевого командира.
Думал о том, что данное вам обещание, сделать книгу "развлекаловкой", окажется пустопорожним. Поначалу я напрочь отмел мысль рассказывать Вам о том, как вершится колдовство. Впоследствии понял, что без этого не обойтись. А говорить о колдовстве нужно либо всерьез, либо вообще не говорить.
"Не пора ли узнать, о чем говорит маг?!" - спохватился я.
- ...ательно, это очень важно, укажи в книге, что воображением своим люди творят реальности, - услышал его монотонный голос. - От того, как они будут думать, о чём будут думать, насколько будут искренни в мечтах и стремлениях, зависит их счастье дня завтрашнего...
Словно ожгло: в миг предстала передо мной оборотная, весьма нелицеприятная сторона такой вот разговорчивости мага.
"Неспроста Как Дела явился собственной персоной и перенёс меня в иллюзию?! - обеспокоенно подумал я. - Скорей всего, хочет заглянуть в мои мысли, что-то узнать".
Контрмеры я принял. Едва маг появился передо мной, усилил псизащиту. Оказавшись в илюзорном мире, ещё и дубль-сознание создал, чтобы уже оно слушало мага, намертво запоминая каждое его слово. А сам, замаскировав сознание, усердно думать стал о том, что мага вряд ли бы заинтересовало.
Маг бубнил что-то. Я шел рядом с ним, изредка вслушиваясь в его слова, и вспоминал жизнь моей семьи, свою жизнь. На чём-то одном сосредоточиться не мог, перескакивал с одного воспоминания на другое.
Вспомнил бабушку.
Маленьким был, в пятом классе учился, когда она умерла. Запомнил больше, как суетилась около русской печи летом, чугунами гремела.
- Летом - день год кормит! - говаривала она. - Летом вьюном, зимой - с гумном!
Столовой в колхозе в ту пору не было, бабушка готовила обеды и пекла хлеб чуть ли не на всю деревню. Каждую весну появлялся у нас дома председатель колхоза. Стоял у порога, мял в руках выгоревшую на солнце бесформенную кепку:
- Авдотья, это самое, народ просит, уж не обессудь, побудь до осени поварихой, а за это тебе...
Богатой бабушка не стала - факт! Богаче становилась на уважение.
Ах, какие каши у неё получались! А супы... наваристые, выстоянные в русской печи до вкуса обалденного. А ведь приправ, каких-то особых, в деревне не было в те времена.
По вечерам бабушка лечила людей, иной раз очередь была за воротами. Даже с такими женскими болезнями, как бесплодие и опущение матки, справлялась.
Опущение матки... - возможно, в медицине сегодняшней такого термина нет. Быть может, медики скажут: то букет болезней. У меня нет времени рыться в справочниках, (пусть простит меня читатель за невежество). Одно знаю точно: деревня не город, там бабы животом своим хозяйство поднимают, в колхозе работа - не мед. Куда пошлют, туда и идут. То косить, то стога метать, то мешки таскать - надрываются, порой.
Когда меня просили немного погулять около дома, я тайком пробирался обратно, забирался на русскую печку и, сквозь щель между занавесками, замирая от страха, (обнаружат - взбучки не миновать!), наблюдал, как бабушка просила лечь на широкую лавку, покрытую свежим половиком, очередную пациентку. Она намыливала её живот обыкновенным хозяйственным мылом и делала свой таинственный массаж. После череды поглаживаний и надавливаний живота ладонями, бабушка погружала в мягкую, податливую кожу пальцы, а мне казалось, что они и в самом деле пронзали плоть. Мое воображение живо рисовало картину, как касается она кишок, раздвигает их, чтобы добраться до какой-то ужасно страшной болячки. Едва сдерживал тошноту...
В то время, ничего противнее кишок для меня не было. Может потому так, что однажды отец заставил мыть свиные кишки.
Мама бросила мимоходом:
- Пора тебе, сынок, привыкать к взрослой работе.
Бабушка не заступилась за меня: она редко кому возражала, никогда не перечила отцу, хотя в семье нашей ее слово всегда было весомо. Я успел увидеть её неодобрительный взгляд, брошенный в сторону папы, заметил, как поджала она губы, прежде чем выйти в ограду. Почему-то, она запомнилась мне больше всего такой, сердитой.
Я сидел в холодных, подернутых инеем сенях, выдавливал из скользких, исходивших паром кишок содержимое в поганое ведро, (так называлось у нас, в деревне, ведро для помоев), а затем, раз за разом, прогонял по ним теплую воду. Слез не было, но в ушах все еще стоял предсмертный визг Машки, нашей свиньи.
А какие вкусные были колбаски! Вот только, стоило вспомнить о былом содержимом кишок, чуть не бросал недоеденный кусок на стол, отодвигал в сторону. Наверное, зря они заставили меня мыть те кишки, нельзя ребенку поручать такое. Хотя... - как знать?
Ребенок в нашей деревне обязан был взрослеть рано. Моя вина - это я не воспринял реальную жизнь, как неизбежность.
Мы жили в Кировской области, в глухой деревушке. Бедно жили. Заводских игрушек почти не было. Пара сбитых гвоздями брусков, вместо колес отпиленные от жерди кругляши – вот тебе, малыш, машина! Но... мне жаль городских детей.
В городе не покататься с горы на настоящих санях. В них набивалось нас, деревенских, куча мала, чуть ли не до двадцати мальчишек и девчонок. Дух захватывало, когда скатывались с горы. Мчались так, что ветер обжигал холодом лицо.
В городе не знают, что такое ледянка. С ходу не объяснить, что это обыкновенное деревянное корытце, один конец которого заострен, а снизу наморожен лед.
Уж куда до них санкам!
Не рыли мои дети в снегу лабиринты ходов, по которым можно было бегать, не пригибаясь. К середине зимы лог на краю деревни заметало снегом. После оттепели образовывалась на его поверхности крепкая корка наста – прыгай, не провалишься. Мы отрывали там, в снежном изобилии, огромную пещеру. Из досок сооружали скамейки и столик. Делали ледяной камин, с дымоходом из снега. В выходные набивались в нее чуть ли не все деревенские дети. Даже десятиклассники сиживали там с нами, малявками. В ней было уютней, чем на улице, особенно в холод или когда завывала метель.
В этой пещере услышал я самые забавные, самые ужасные истории и сказки. В ней ел самый вкусный хлеб, поджаренный на прутике над маленьким костерком. В ней выкурил первую сигарету. В ней попробовал первый раз вино: бутылку на забаву нам обронила в снег пьяная компания, которая возвращалась из магазина.
А разве бегают городские дети босиком по проталинам?!
И не выискивают они на лугу, чуть пошла зелень, первые листики дикого щавеля. Они не пробовали десятой части "деликатесов" моего детства.
Попробуй объясни городским детям, как можно затолкать в рот огромный пучок перьев лука, (чтоб щеки распирало, чтоб в носу першило от его жгучести), впихать туда же кусок ржаного хлеба, вобрать глоток молока и медленно-медленно пережевывать... Не поверят, что это было желанным лакомством.
Мне жаль дочь, радость мою Иринку, которая не знает, как это здорово утречком сорвать тайком с грядки, (именно утром, именно тайком), холодный и влажный от росы огурец и торопливо прохрустеть им от кончика до кончика, с жадностью глотая вкуснючую мякоть. Мне жаль сына, Игоря, который гордится, что не родился в нищей деревне.
Да, деревня его отца была действительно бедной. Но, (а вот это он понять должен сам), в ней среди нищеты с улыбкой радостной жило счастье.
Летом мои дети не играли целыми днями в войнушку в лесу. Не было у них "штаба": домика на дереве, сколоченного из украденных со стройки досок. И не жгли они таких костров. А, повзрослев чуть, не бывали в ночном. Не работали на лошадях, когда волокушами вывозилось сено с логов. Не кусали их так остервенело оводы, которые слетались со всей округи на острый запах лошадиного пота. Не было у них, и никогда не будет, кровавых мозолей на ягодицах от спины лошади.
Мысленно я видел самого себя как бы со стороны: вихрастого мальчишку, с улыбкой во всё конопатое лицо, который уверен, что мир принадлежит ему, а самое большое счастье в нём, в этом удивительном мире - жеребёнок.
Хоть из колхозной конюшни, но свой жеребёнок!
Счастливчик не только приучал жеребёнка к себе, подкармливая хлебом с солью, но и, когда подрастёт, объезжал. В том свой смысл был: взрослому не сесть на жеребёнка, на неокрепшую спину.
Счастливчик мог вывести своего жеребёнка из конюшни в любое время, на любой срок, (хоть до позднего вечера). Сколь душе угодно, мог мчаться на нём по дорогам меж полей, купать его - купаясь сам. Милостиво разрешал другим ребятам кормить хлебом с солью.
Народившихся жеребят разыгрывали по жребию, на всех не хватало. Только тот допускался председателем колхоза к жеребьёвке, кто четвёртый класс заканчивал без троек, кто особо трудолюбив был летом, на сенозаготовках.
Ради жеребёнка я готов был на всё. Учил даже то, что учителя не задавали. А на сенокосе, когда управлял лошадью, запряжённой в волокуши, то и дело спрыгивал с неё, хватался за вилы, чтобы самому сено на волокуши накидать и показать собственную взрослость.
Я победил.
Тех оттеснил, кто старше меня был. Когда у Зорьки, уже старой кобылы, родился жеребёнок, ещё до того, как вышел приплод, председатель подвёл меня к ней и сказал:
- Он твой. - И добавил уважительно: - Заслужил!
Детство моё - звонкий колокольчик счастья. Он всё ещё звенит во мне, наполняя душу волнительной радостью.

Вспомнил, как увидел чудо. Блестящее, никелированное чудо... Не совсем захолустье было. И трактора и комбайны в деревне имелись. А в селе, что в шести километрах, и легковые автомобили. Но таку-у-ю... Мы, пятеро мальцов, забыв про игры и забавы, мчались вслед, игнорируя густое облако пыли. Машина остановилась у моего дома. Вышел шофер, сплюнул под ноги. Обошел авто, открыл заднюю дверцу. Выскользнула из него гибкая, подвижная женщина. Нагнулась. Взяла с сидения какой-то сверток. Развернула, на руках ее оказался ребеночек.
Она шагнула к дому, к воротам. Ноги ее подкосились, поползла на коленях, приминая траву, приподняв ребенка над собой, захлебываясь в рыданиях. А в воротах, одна нога на улице – другая в ограде, стояла моя бабушка, ладошкой прикрывая глаза от солнца, робко улыбаясь беззубым ртом.
- Спасибо Вам! - вставая, размазывая слёзы по щекам, с трудом произнесла женщина. Заговорила торопливо: - Позвольте низко-низко поклониться! Только благодаря Вам появился на свет мой Олежек! Отныне Вы моя вторая мама...
Тьфу ты! Прям, мексиканский сериал получился... сто сорок седьмая серия.
Но это было!
Было... так.

Как-то я подслушал разговор мамы с бабушкой, (невольно). Я сидел под столом, накрытым льняной скатертью по случаю какого-то праздника, (она свисала, чуть ли не до пола), и представлял, что я космонавт в кабине космического корабля, (играл, в общем), когда вошли они в дом, в грязную половину избы, (на кухню, то есть).
- ...ты же можешь, я знаю, ты можешь! - говорила с жаром мама.
- Могу, - глухо отозвалась бабушка.
- В чем же дело?! Сделай так, чтобы он никогда не болел.
- Как ты не понимаешь, он в чем-то другом может получить воздействие, более страшное.
- Но эти болезни... - неужели не понимаешь, как это несносно!
- Как не можешь понять, - сердилась бабушка, - я тебе сто раз говорила, что болезнь может быть полезной для человека. Человек порой прячется в болезнь, чтобы не сойти с ума, чтобы восстановить душевные силы.
- Я хочу, чтобы мой ребенок не болел! Сделай это!
- Бог ты мой, что за бестолковое создание! Порой удивляюсь, я ли тебя родила?!
- Ты сделаешь это?!
- Если я сделаю это, умру раньше на несколько лет - ты этого хочешь?!
- Это твой внук!
- Хорошо, если так алчешь, будь по твоему! - В голосе бабушки прорезался металл. - Он никогда и ничем не будет болеть, кроме ангины.
- Но, почему?!
- Она ему пригодится. Поверь, человек не может жить совсем без болезней. Давай-ка, берись, понесли...
Они ушли кормить козу, кур и поросёнка, которого я назвал Гошей.
С тех пор, кроме ангины, я ничем не болел.
Спустя сорок лет смог распечатать законсервированный бабушкой кусочек своей памяти. Услышал каждое её слово. Она читала надо мной весьма древний и очень сильный заговор. То нараспев, гортанно. То грубо и хлестко, словно била словами.
От голоса её, как вспомню, и сейчас содрогаюсь.

Однажды, (мы ходили за малиной, возвращались из дальнего леса), она остановилась на плотине, крутой дугой огибающей пруд, и долго, очень долго смотрела в безбрежную синь неба.
- Бабушка, пошли, - теребил я её за рукав кофты. - Я устал! Я пить хочу-у-у!!!
- Жаворонок, - задумчиво произнесла она и повернулась ко мне. - Запомни это слово.
- Я его и так знаю.
- А ты еще раз постарайся запомнить это слово. Как знать, вдруг оно тебе пригодится.
Ничего я тогда не понял, но слово это постарался запомнить, еще раз. Только в мире магов оно наполнилось для меня новым смыслом. Когда же это произошло?.. Ах, да! В тот день, когда узнал я, что в одном из домиков города магов живут "крысы", когда в последний раз увидел мразь эту - Бошика... Об этой сволочи, чуть позже, обязательно расскажу. Та ещё история!
Я вспомнил мать. Уже, будучи взрослыми, мы, дети, часто просили ее:
- Расскажи о своей жизни, о юности.
В ответ слышали:
- Что рассказывать-то, была на лесоповале.
- Расскажи, хоть что-нибудь расскажи! – умоляли мы и снова слышали это страшное слово - "лесоповал". Как дембель после армии не может не говорить о службе, так и она, до самой смерти, не могла забыть это слово.

Для людей столетие – век. Для магов - возможность свершить нечто, эпохальное, не задумываясь о старости и смерти. И вершили, не задумываясь о последствиях.
Им выгодно было, чтобы на Земле существовало как можно больше религий и они тысячелетиями помогали людям придумывать и возрождать богов. Без веры человечество никогда не оставляли. Боги появлялись и забывались, рождались и умирали религии. Что только не придумывалось... Задумайтесь: христианству всего две тысячи лет, разве до него веры - истинной веры! - не было?
В позапрошлом веке маги решили, что боги им не нужны. Рьяно ополчились против них. К несчастью моей страны, именно Россию выбрали для экспериментального полигона, решили сделать безбожной. А затем, так же легко, как начали, бросили Русь на произвол судьбы.
Поиграли и бросили.
Со своим страшным экспериментом, (сделать страну безбожной), маги изломали жизнь родных, близких мне людей.
Лес рубят – щепки летят, про них сказано! Думается, когда взорвали атомные бомбы над Хиросимой и Нагасаки, они наблюдали за этим с холодным любопытством.
Особо большой озлобленности во мне не было, когда вспоминал всё это, шагая рядом с магом. Жизнь перепутала правду и ложь, научила верить интуиции. А она, в чём-то... - даже не в чём-то, во многом благосклонна к магам. К тому же, я не маленький мальчик, который может ненавидеть только за то, что его шлепнули по попке.
Все сложней, куда сложней.
Ненависть к магам проявлялась не раз. Порой беспощадно захлёстывала: словно слепого котёнка, топила в водоворотах эмоций. Отступая, оставляла в душе тупое ожесточение.

После долгих лет советской власти в нашей стране снова возрождается религия. В сердцах людей крохотными росточками пробивается любовь к Богу. А у магов новая игрушка – колдовство. Исподволь, не одно десятилетие, внедряется в сознание людей образ положительного экстрасенса.
Положительного... Всегда ли?
Как-то, один из сослуживцев рассказал мне грустную историю о том, как три девушки решили улучшить свои и без того чудесные фигуры. Обратились к экстрасенсу. И действительно, чуть втянулись животики, чуть с бедер убралось лишнее. Через год, (экстрасенс тоже кушать хочет), повторили сеанс. А еще через год уехал куда-то злодей, в другой город перебрался. И наступил для них Ад на Земле. Что ни год, прибавляла каждая в весе килограмм по 8-10.
- Переругались, перегрызлись друг с дружкой, как бешеные собаки, - печально говорил сослуживец. - Около шести лет прошло, как полнеть начали, а до сих пор злобы полны, на людей окрысились.
- А ты не выдумал, случаем, эту историю? - спросил я.
- Если бы! - грустно улыбнулся собеседник. - Одна из них - сеструха моя. Пока не женился, отдельно жить не начал, в роли громоотвода приходилось быть. Истерики закатывала - будь здоров! Из-за неё из родительского дома ушел, а так, в четырёхкомнатной, что бы не жить.
- Из-за неё?!
- Две медведицы в одной берлоге не живут, а жена у меня та ещё штучка - с характером. Маленькая, да удаленькая. Они бы глаза друг дружке выцарапали.
Специально пару кварталов следом шел за сестрой сослуживца, жившей в Копейске, считывая информацию. Помочь... собственных умений оказалось мало. "Запечатал" тот недоносок кодирование. А в предоснове его, чуть ли не аршинными буквами, чуть ли не светятся: не придёт на следующий прием - быть жиртрестом!
Было желание найти того колдуна. И нашел бы. Такой "жиртрест" на него бы "навесил", через полгода задница в ванну не вмещалась бы. Жаль, не разрешил мне Колобок эту авантюру, хотя и вписывалась она в изучаемую тему: в любом случае, для практических занятий, подобный объект колдовства предстояло искать.
- У тебя что, в своём городе подонки кончились?! - усмехнулся он.
Толстушкам повезло. Уже через месяц после моего разговора с магом худеть начали. А вот кто помог им и как - понятия не имею. К Колобку с расспросами приставать не очень хотелось. У него семь пятниц на неделе. Может рассказать, а может... - лень стало на неприятности напрашиваться.

Мысли тяжелым, стальным обручем стискивали голову, наполняя ее болью. Не сразу среагировал, когда замерцал в сознании образ красной лампочки.
- ...Саутороваилова сетка сферы Ланкруинтиина, - монотонно бубнил маг, - представляет в данном случае ксю-писоктреальные поля...
- Ну Вы даёте! – перебил я Как Дела. – Добрая половина моих читателей имена магов Саутороваила и Ланкруинтиина, мир им в Рунном посохе, не выговорит, а вторая половина, если и прочитает, то по слогам.
- Извини, решил проверить тебя, – миролюбиво отозвался маг. - Показалось, что ты меня совершенно не слушаешь.
Пока он говорил это, я влепил своему дубль-сознанию мыслепощечину. Впервые наказал так. Оно растерянно хлопало глазенками и бормотало слова прощения. Видите ли, ему интересно стало знать, о чем думаю я. Приказал ему, чтобы впредь слушало мага и намертво все запоминало.
Кстати, удобнейшая штука это второе я. Если Вы научитесь его создавать, многое выиграете в жизни. В благодарность за то, что сотворил его и оставил жить, обеспечиваешь защитой и едой, всегда готово подменить на пару часиков. Где бы ни было, только позови, тотчас возвращается. Один изъян, то и дело норовит поведать о своих похождениях... Ха, мое дубль-сознание проявляет порой особую строптивость. Чуть выпивши, ни за что не подменит. Приходится напрягаться, создавать новое – временное, а оно не столь умно и надежно.
Как Дела продолжал разглагольствовать о светлом будущем человечества, если, естественно, в роли Сусанина будут маги. Все более воодушевлялся... Пусть токует, как тетерев на токовище. Кивать головой время от времени не так уж трудно, смогу обдумать еще кое-что.
- Зря не раскрыл защиту, – сказал маг, когда мы снова очутились в замке. - Мои доводы в этом случае были бы более обоснованными.
- Да, это так, - машинально ответил я и похолодел.
В голосе мага я уловил фальшь.
- Если есть желание продолжить разговор, вызови копию, - ухмыльнулся Как Дела и исчез.
Маги умолчать о чем-то могут и этим выставить информацию в несколько ином свете. Могут нас подтолкнуть к неверным догадкам и палец о палец не ударить, чтобы опровергнуть их. Могут изречь знаменитое:
- Информация закрыта.
Но чтобы лгать... - нет, не припоминаю, даже единственного случая. Скорей, я становлюсь чрезмерно подозрительным?!
И снова взметнулась раненой птицей мысль: "Зачем-то он подменил свою копию?!".
И... умерла.

Я понял одну нехитрую истину. Она в том,
чтобы делать чудеса своими руками.
Александр Грин.

ГЛАВА 7. КОЛДОВСТВО МОЁ БЫЛО НАГОТОВЕ.

1.
- Магия.
- Ма-а-агия!
- Ма-а-аги-и-ия-а-а!
Ради эксперимента, я по-разному произнёс это слово, но одинаково ощутил его эргоёмкость: оно словно бы вобрало в себя самые сокровенные тайны человечества. Всякий раз я чувствовал во рту солоновато-кислый привкус. Следом, на долю секунды, словно бы пахнуло прелыми водорослями и йодом.
Удивлены?
К словам я отношусь несколько иначе, чем обычные люди. Тем более к слову "магия". Это особое слово - закреплённое, живёт во мне по своим законам: вот уже несколько лет представляется огромным миром, наполненным жизнью... А ведь смех вызову. Кое-кто в очередной раз усердно покрутит пальцем у виска - мол, заговариваться начал автор. Зато человек знающий скажет, что колдуном - настоящим колдуном! - может быть только такой человек, который ощущает хотя бы цвет, хотя бы запах, хотя бы вкус, хотя бы фактуру слов. Ибо, прежде всего, колдун работает со словом.
Тут есть свой камень преткновения: тотчас найдется колдун, который выпятит грудь колесом и самоуверенно заявит:
- А у меня дар. Сила! Буду я еще принюхиваться, как пахнут слова!!!

Сам того не ведая, начал рассказывать очередную историю.
Четыре года назад я приехал в небольшой городок, неподалеку от Златоуста, отыскал в нём маленький, покосившийся деревянный домик в котором жил местный колдун. С помощью бутылки водки легко вошел с ним в контакт.
Нет, не одобряю я пьянки, когда водка пьётся ради того, чтобы выпить её как можно больше, чтоб в пьяном угаре покуролесить, а затем вспоминать свои и чужие выходки, как забавнейшие приключения. Подобное - для наивных юнцов и для тех, кто не умеет (и, скорей всего, никогда не научится) мыслить.
Где спиртное необходимо, так это за праздничным столом, чтобы человек почувствовал себя более раскрепощенным, не боялся сказать слово невпопад, пустился в пляс по первому требованию хозяев застолья.
Люблю добрую беседу, когда спиртное развязывает языки и каждое произнесённое слово приобретает какую-то особую значимость. Собственно, так и есть.
У большинства смертных только за праздничным столом душа расправляет крылья и рвётся в полёт. Под воздействием алкоголя слабеют путы, которыми подсознание опутывает сознание, человек раскрепощается, становится чуть более глупым и... более талантливым. В нём просыпается на миг, на минуту, на час, забитая, задавленная уродливым воспитанием гениальность. Человек, раскрывая душу, вместе с условностями отбрасывает защитные её психофизические функции, а собеседник интуитивно ощущает это - возникает ответное чувство, признательности... Возможно, в этом кроется проблема неискоренимости пьянства на Руси. Мы всегда и от всех ждём признательности.
Аналитическая группа была создана из хранителей, которые обучались у Колобка. Руководителем он назначил Пашу. Не удивительно, что решить проблему знакомства они предложили с помощью водки. Вывод аналитической группы мог бы уместиться в одну фразу, небрежно брошенную другом:
- Пузырь, и он твой - лепи, что хочешь!
С неохотой принял я сценарий работы с тем колдуном, но его одобрил Колобок.
И вот, мы сидим за столом в грязной, прокуренной комнатушке, обклеенной самыми дешевыми обоями, с множеством точечек от испражнений мух на них, пьём водку из коричневых от заварки и въевшейся грязи стаканов, на закуску отщипывая кусочки хлеба от зачерствевшей булки. Колдун смотрит на меня мутными глазами, мнет недельную щетину на подбородке двумя толстыми, как сардельки, пальцами и благосклонно слушает.
А я опьянел. Не столько от спиртного, сколько от усталости. Пришлось встать затемно, да три часа в электричке помучиться. От мороза за тридцать, который заставил меня бежать к дому этого колдуна. От духоты в избе. От вони из стоящего неподалёку помойного ведра и от носков собеседника. Но больше всего от нестерпимого жара, волнами исходившего от близкой железной печки. От неё и разомлел в основном. Настолько развезло, что на некоторое время перестал контролировать ситуацию.
- ...Я мог бы, при желании, придать слову "магия" любой цвет, - разглагольствовал я, беспорядочно размахивая руками. - Нет, вот тут я не прав. Слово это ассоциируется у меня, прежде всего, с образом планеты. Да, планеты, аборигены которой вовсю пользуются тайными знаниями. С помощью магии они охотятся, защищаются от бед и опасностей, создают светящиеся купола над поселениями, чтобы закрыть их от ежедневного, ни на миг не прекращающегося дождя...
- Что-то не врублюсь я, - перебил колдун.
- Планета затянута плотной пеленой клубящихся коричневых облаков, с блестками от всполохов фиолетовых молний. Вот почему слово "магия" для меня коричневого цвета.
- Ну-ну!
- Тех аборигенов нет, они плод моего воображения. Но, раз я выдумал их, то они, в то же время, как бы есть. И есть религия, которую я для них выдумал. И есть ритуалы, которые вершат они, отплясывая пляски у костров, под грохот барабанов. И есть поток магии, который - вот что самое удивительное! - проявляется подлинно в нашем, истинном мире. Я его использую, чтобы стать еще сильней. Это запретная сила - сила богов, но разве удержишься, когда знаешь, как ее вызывать и использовать для своего блага. Реальность этого - возможность черпать магию с вымышленных миров, я постараюсь тебе доказать...
- Давай-ка, выпьем, - снова перебил колдун. - За аборигенов твоих, жизнь их несладка. Не пойму только, отчего бы слову "магия" вонять гнилыми водорослями и йодом?
- Поселения эти расположены вдоль побережья океана.
- С чего бы?
- Мне проще аборигенов кормить тем, что выбросит океан.
- А потом они пляшут и магию производят? Да ты зверюга, однако.
- Эта фантазия живет во мне! - гордо заявил я, для убедительности раза три ударив себя кулаком в грудь. - Она для того придумана, чтобы на Земле мне удавалось творить более сильное колдовство.
- Так ты ещё и не на Земле живёшь? - ухмыльнулся колдун.
- Да, и в том вымышленном мире, - выкрутился я. - Иначе бы мне не удалось...
- Давай-ка, "долижем" остатки, - перебил он меня. - Ха, ха-ха, представь, тоста такого у меня ещё не было. Выпьем за раздвоение личности.
- Чьей личности?
- Сидишь ты передо мной ладненький, но хотелось бы изнанке твоей в глаза взглянуть... Что уставился, пей! Не мне тебя судить!
- Ты меня не за того принимаешь?!
- Пока того принимаю, который в гостях сидит. А там, видно будет. Да не боись ты, не спужаюсь, сам не свят. А от фантазий избавься, сгубишь себя неразумного.
- От этой своей фантазии мне отступать уже нельзя ни на шаг. Слово "магия" для меня...
Колдун щелчком сбил со стола обнаглевшего таракана и угрюмо выдавил:
- Сгоняй-ка в магазин! На сухую-то чо разговаривать!
- Не-е-е! У нас разговор впереди, серьёзный! Так вот, слушай, у меня есть желание еще "пофантазировать". Слово, любое слово живёт в собственном измерении по своим невероятным законам. Оно перекатывается во рту, от основания языка к его кончику, словно куст перекати-поле в необъятной пустыне. В конце пути оно сворачивается в плотный, почти невесомый эргетический шар. Он формируется не секунды, а десятки, сотни, тысячи часов. А то и, по собственному времени, миллиарды лет.
- Ох и ловкач, ты! - хмуро бросил собеседник.
- А так оно и есть! - воскликнул я и стушевался. - Не-е-е, я не о том, что я ловкач. О другом разговор. Вот, слушай! Чем меньше что-то, тем быстрее для него течет время, тем больше событий в нем происходит. Вот и слово любое, стоит дать ему свободу, станет жить самостоятельной жизнью. Оно не исчезнет. Превратится в мыслеформу. Она вберёт в себя не только смысловое значение слова, не только знания, связанные с этим словом, но и мои фантазии, какие-то мои знания и даже кое-какие сведения обо мне самом. Упакует всё это в себе с помощью эргополей Тонкого мира, словно генетический код в живой клетке...
- Да ты "поплыл", никак? - вскинув колдун брови. - Всё, хорош шизика изображать.
- Сам ты шизик!
- Вздремни пока. Я по соседям пройдусь. Может самогонкой удастся в долг разжиться. А то, перчатки у тебя неплохие. Могу их на самогон выменять.
- Не-е-е, слушай дальше. Любая направлена мыслеформа - посыл. Если не съедят её сущности, может мчаться в пространстве, как астероид в космосе, пока не истощится эргозащита. Рассыплется, растворится затем в Тонком мире. А может...
- Надоел ты мне, - ухмыльнулся колдун. - Всё это не более чем бред сивой кобылы! - И спросил глумливо: - Скажи-ка, любезный, какого цвета слово удача?!
- Голубого. Всегда светло-светло голубого цвета, как небо летом, в полдень, в не очень жаркую погоду. А еще оно для меня, почему-то, пахнет незабудками. А вот вкус у этого слова для меня всякий раз другой.
- Не колдун ты - фантастики начитался. А ко мне тебя привело любопытство. А может ты журналюга?! Больно складно слова из тебя выпрыгивают!
- Не-е-е, меня послали помочь тебе. Я обязан научить тебя колдовать. По-настоящему! Мне разрешили тебе открыться.
Как он смеялся! От хохота такого, подумал тогда, его гнилые зубы изо рта просто обязаны высыпаться... Ох, и врезал бы мне Колобок, примени то заклинаньице.
- Так покажи свою силу! В который раз прошу - покажи! - веселился он.
- Вот слушай...
- На хрен мне твои слова! Буду я еще принюхиваться, как пахнут слова. У меня дар. Сила! Силища! Об этом все соседи знают. Я свой талант не прячу.
- В слове большая сила!
- Ага, как же, наслышаны! - Он окинул меня презрительным взглядом, скривил губы в язвительной усмешке и заключил: - Литр водяры - до утра балаболь, силу свою показывай! Так и быть - послушаю. А "на сухую" резона нет на тебя пялиться.
- Не-е-е, разговор наш лучше на трезвую голову вести.
- Вот как?! - усмехнулся колдун, взмахнул рукой и словно бы черное полотнище взметнулось над моей головой.
Я инстинктивно отшатнулся, мгновенно перевёл работу сознания на быстродействие и отбил удар прежде, чем чернота окутала мою голову. Вполне мог бы отразить магическое воздействие в сторону, либо сжечь его своей магией, но, скорей машинально, направил его на самого колдуна. А он... бог ты мой, он же слеп! - не заметил магического вторжения.
Ан нет, заметил!
Секунд через пять колдун принялся усердно изображать рыбу, выброшенную на сушу. Раз десять распахнул и захлопнул рот, следом мясистые губы округлила обида.
- Зачем так-то? - пробормотал он. И завопил, бешено сверкая глазами: - Я не хочу быть трезвым! Зачем ты сделал меня трезвым?!
- Это ты хотел сделать меня трезвым, - сказал я.
- Я только... только-только счастливым себя почувствовал, - слезливо пробормотал он.
- Что за беда у тебя?
- Беда... есть беда. Пропасть у меня перед глазами, бездна, - тяжело выговорил он и, обдав меня облаком перегара, взорвался: - Вали отсюда, пока кости не переломал! В гробу я видел таких наставников, как ты!
Ночевал я в гостинице, в Златоусте.
Наутро приехал к своему подопечному. Он был дома, прятался за железной печкой, стоя на четвереньках, как будь-то в избе других мест не было, более удобных, чтобы играть со мной в прятки. Я ощутил страх поднятого охотниками из берлоги медведя. Как не гремел поллитровкой в стекла окон, как ни призывал его опохмелиться, ответом была тишина.
Лучше бы я о своих злоключениях не рассказывал Паше, приберёг бы слова для отчёта перед аналитической группой.
Друг раз пять обозвал меня лопухом и дважды покрутил пальцем у виска. А когда я поведал, как колдун протрезвел от собственного чародейства, Паша чуть не подпрыгнул на месте: встрепенулся и, вытаращив глаза, рявкнул:
- Покажи!
- Я не успел снять матрицу заклинания.
- Эх ты, лопух! - взвился друг. - Да он, может, гений! Может, новое что-то придумал, а ты...
- Паш, тебе зачем то пустяковое заклинаньице? - рассмеялся я. - Своих мало?
- Вечно тебя учить да поучать надо! - пробурчал он. - Представь магов в таверне - навеселе. А тут мы - раз, и протрезвили их! Это же всем хохмам хохма была!
- Они не пропустили бы примитив?
- Ты думать когда-нибудь научишься?! - всплеснул друг руками. - Главное - идея! Из любого примитива "конфетку" можно сварганить!
- Там, скорей всего, заклинания не было! - начал я злиться. - Примитив, на уровне интуиции!
- Нет, ты точно лопух! - вскричал Паша. - Когда поехал к колдуну, гляделки дома забыл! Он то, что ты примитивом назвал, вытащил из магии древних!
- Я не отразил бы её. Не сумел бы.
- А чёрная пелена развёртывания откуда?!
- В СДР посмотри! - огрызнулся я.
- Ты ещё больший лопух, дурнее паровоза! В Сферах Действительной Реальности проявление магии древних не разглядеть. Не регистрируется она Высшим разумом, пора бы знать!
- Отстань, а! - не выдержал я подобной экзекуции. - И вообще, спасибо тебе - огромное спасибо! - утешил, называется!
- Сам на "комплименты" напрашивался! Задание было простейшим: с помощью водки войти к этому алкашу в доверие, обучить его безопасным приёмам колдовства и переориентировать на добро. Я бы справился с ним в пять минут... Кончай дуться! Сам лопухнулся, а мне слова не скажи?!
М-да...
С любым человеком можно говорить до бесконечности, если проникнутся его заботами, искренне жить его болью, выражать сочувствие и стремление помочь. Я и в самом деле, как последний тупица, не сжал собственное мировоззрение до узких рамок того колдуна: воспринял его, как деревенского дурачка, как легкую добычу, да еще в разговоре выставил вперед собственное высокомерие.
Колобок при "разборе полётов" вины добавил. Начал с того, что для меня, непутёвого, целую неделю удерживалась Сфера Действительной Реальности, а я, вместо того, чтобы добросовестно изучать объект... Ох, лучше не вспоминать его голосок медовый и улыбочку приторно сладкую. Припомнил он, как я полдня просидел с Пашей в таверне, как дважды бродил по саду. Даже то припомнил, как я пускал бумажные самолётики со смотровой площадки замка.
То не слежка была - нет! Не умерший, а маг из Рунного посоха, с помощью постоянной СДР, отслеживал колдуна, чтобы мог я за ним наблюдать. Тот, кто удерживает хотя бы трёхдневную СДР, обязан держать в поле зрения и того, кому она предназначена для наблюдений.
Колобок на минуту отправил меня на столб позора. Тут не обиделся я,
другое больше задело.
Жаль было того колдуна. Он забыл истоки. А может, и не знал. Получил в наследство от Высшего разума однобокий, усеченный дар: Высший разум при передаче эргоинформационного посыла порой не так "шутит".
Не потребовал тот колдун от него большего! А не потребовал по одной простой причине - он не думал, что есть нечто более важное - знания. Не знаниями он интересовался, а возможностями колдовства. Выискивал эти возможности и интуитивно находил. А сон, в котором ясно и точно был указан адрес его учителя-наставника, воспринял, как просто сон.
М-да...
Порой человек владеет колдовским искусством, а как оно действует, понятия не имеет. Вот и лезет напролом. Еще бы, в его руках не просто сила - силища!
А тонкий мир не кисельная река с пряничными берегами. Типа - черпай да черпай, не убудет. Он наполнен сущностями. Каждая из себя что-то представляет. Вместе образуют сообщества. Бездумно использовать их опасно и глупо.
Вызывая силу, такой колдун подчинял своей воле чёрных сущностей, заставлял работать на себя их эргоинформационные поля. А сам ничего не давал взамен. И защищаться не умел.
Черные сущности слетались к нему, как воронье на падаль. Как рыбы прилипалы, они присасывались к его душе. Она черствела, съеживалась. Если и было в нем что-то хорошее, доброе, оно растворялось в озлобленности, агрессии. Ушла жена, отвернулись соседи, а собутыльники боялись даже на дармовую самогонку в гости зайти.
Всё это я знал, когда ехал к нему. И знал, что такой колдун опасен.
Одно успокаивало, когда побитой собакой, (разве что, вслух не подвывая), шел от него к вокзалу - недолго ему осталось колдовать.
Черные сущности, заполучив душу такого колдуна, постепенно начинают стирать с его памяти колдовские умения.
Каждая черная сущность, сама по себе, тупое создание, но их эргоинформационные поля не настолько глупы, чтобы "горбатится" на того, кто ничего не дает взамен. Проходит год, два... пять лет, мы видим беспомощного, желчного человечка, который обязательно будет бахвалиться своей силой: ему же надо кормить своих "квартирантов", (впрочем, уже хозяев). С пеной у рта будет доказывать, что в гневе он ужасен. Что у него сила. И... наведет на кого-то страх.
Тому колдуну-недоучке, можно сказать, повезло - у него был шанс найти себя. Не повезло в другом. Шанс этот предстал перед ним в лице другого недоучки - меня.
Больше я с ним не виделся. Как он колдует, и колдует ли, не ведаю. Встречаться с ним мне запрещено. Колобок не удосужился обосновать свой запрет.
Полагаю, память обо мне у него стерли. А так... спросил бы он меня:
- Зачем это нужно?
И я ответил бы:
- Даже Высший разум, не говоря уж о сущностях, отзывается на призыв колдуна охотней, если слова его будут более эргоемкими.
Истина проста. Сильным и независимым колдуном может быть только тот, кто умеет работать с собственным воображением. Чем богаче оно, чем ярче фантазии, чем полнее будут выражены требования, тем более мощным будет творимое колдовство.
- Недостаточно представить себе блоху, которая неистово кусает - говорю я тем, кому передаю колдовские знания в мире магов. (Это любимое мое сравнение). - Уж коль необходимо сильное магическое воздействие, представьте, что эта малюсенькая тварь обросла тысячами волосинок, каждая из которых, как трубка духового ружья, имеет начинку - ядовитое жало. Блоха выстреливает их по сторонам и каждое, как жало у крапивы, наносит вашему недругу непереносимое страдание.
Я не сторонник жестокости, отнюдь, просто сравнение это позволяет наиболее полно представить возможности магического вторжения. В мире магов меня понимают. И разумеют, что не стоит делать пакости кому-то, если сам хочешь жить спокойно. А вот на Земле...
Я многое мог бы порассказать тому колдуну!
Как старший хранитель, веду в замке магов с новичками курс: заговоры, заклинания, заклятия, создание оберегов и амулетов. Порой ученики обижаются, но я твержу и твержу им, что самое главное для колдуна - слово.
Всегда – слышите! – слово первично. Образ это всего лишь закрепленное памятью слово, или группа слов. А магическая сила... - её можно либо грубо позаимствовать, либо совершить товарообмен с сущностями на то же слово, заполненное, как кувшин молоком, искристой эргией - энергией их жизни.
Колдун каждую сущность может безнаказанно подчинить себе словом. Они вечно голодны - любую мыслеформу заглатывают с жадностью, как акулы куски кровоточащего мяса - откликаются на любой магический призыв. Нужно лишь знать, куда и кому отправить посыл: создать программу, которая внедрится в их разум, (вернее, в разум сообщества сущностей).
Кроме слова, есть у колдуна воображение, воля и сознание. Вот инструменты, с помощью которых он взламывает сейфы с тайнами природы и подчиняет её себе.
Сила слова, сила воли, сила воображения и сила сознания - можно и так сказать!
Мою душу до сих пор сжигает та, давняя, обида. Я не могу простить себе того, что не справился с таким простым заданием. И думаю иногда - сволочь Колобок! - трижды сволочь, если колдуну тому помогли, а он не рассказал мне об этом.

2.
Предстояло срочно передать Паше информацию о моём издевательстве над копией Как Дела и беседу с самим магом на яблоневой аллее. Лучший способ - передать ему то своё дубль-сознание, которому приказал запоминать разговор. Сделать это проще при близком контакте, когда головы чуть ли не касаются лбами.
Разыскал друга на перемене. Бросился к нему, распахнув объятия, а он, откуда прыть такая взялась, вприпрыжку от меня побежал - в пятом прыжке исчез, телепортировался куда-то.
Ох, и ржали уголовник и братки. С трудом заставил себя не оглядываться, не взорваться переспелым гневом.
Ведь мог бы - мог! - друг разыграть ссору. Драку бы затеял, в конце концов! Дал бы мне подзатыльник, от которого я по полу кувырком покатился! Мне секунды хватило посыл сделать. Нет, удрал... На радость "крысам" удрал!
- Егерь! - хрипло произнёс за спиной уголовник. - Давай проверим, все ли дружки твои такие трусливые?!
- Можно не проверять, - прописклявил наиболее упитанный браток.
- Это ещё почему?! - наигранно строго спросил уголовник.
- Как бы нас не заставили труселя им менять! - загоготал второй крепыш.
Юмористы, мать твою!
Непроизвольно энергию вбирать в себя начал. От избытка магии на кончиках пальцев фиолетовое сияние появилось, вскоре покалывать их начало. Чтобы сбросить магию, зачем-то создал роскошный букет роз с капельками росы на листьях и лепестках. Тотчас, (своя магия, как-никак), больно уколол палец и ладонь об острейшие шипы. Машинально избавился от колючек, всего лишь представив, что их нет. Распылить решил букет, но, увидев, как вспыхнули восторгом глаза юной хранительницы, студентки из Тамбова, неторопливо подошел к красавице, протянул цветы ей.
Уголовник и братки снова заржали... Плевать на них! В стократ важнее, чтобы букет не распался хотя бы за время перемены. Добавил столько магии в цветы, что они, на глазах изумлённой девушки, начали распускаться.
- Спасибо! - восторженно произнесла она. - Такого фокуса в замке магов я ещё не видела!
Другого фокуса она не видела. Букет взорвался в руках красавицы, осыпав её хлопьями чёрной сажи.
Не стал ей ничего объяснять и извиняться, переместился в сад. Вместе со мной, естественно, угорающие от хохота уголовник и братки телепортировались.
- Егерь! - прохрипел уголовник. - Подлянка это, злость свою на деваху беспомощную выплёскивать!
Пока резвились они, смеясь и гнусности выкрикивая, я спокойно шел по тропинке. Как поутихли чуток, повернулся к ним лицом.
Уголовник остановился в двух шагах от меня: взглядом решил сломать, не иначе. Пальцы веером. Руки синие от наколок. И на груди - синь синева. Специально, чтобы подчеркнуть собственную значимость, рубаху до пупка расстегнул и рукава закатал. Наколками своими меня удивить решил, а то и напугать - ох, наивный!
Братки бритоголовые, что за спиной у хлюпика этого глыбами возвышались, и те не выглядели смирными буйволами. Подыгрывая авторитету, беззвучно скалились.
Окончательно понял: мысли у них насчет меня не самые лучшие. Будь такая возможность, живьем зарыли бы в саду магов. Вот только слабо им против магов идти. Потому и злятся, значимость дешевую показывают.
Просканировав окрестности, я не обнаружил ещё одного соглядатая.
Оберегал меня от нежелательных контактов с хранителями еще один умерший из "крыс", маленький, щупленький старичок - соплей перешибешь, как говаривала бывало моя бабушка. Но, если по силе колдовской судить, он стократ опасней был, чем уголовник и братки вместе взятые. Талант у него невидимкой в любых ситуациях оставаться. Я от человеческой оболочки в мире магов избавиться не могу, а он то в зверя перекинется, то в дерево.
А вчера - ха, ха-ха, посмейтесь вместе со мной! - он в пень обернулся. Полагал, что этот его выкрутас я не замечу. Сделал вид, что не заметил. Полчаса на нём посидел, да еще... Нетушки, братушки-ребятушки, даже не пытайтесь уговорить на откровенность. Вдруг книга эта попадет в руки стеснительной девушки. Стыдно мне будет перед ней за действия те, не совсем учтивые.
Это он по глупости он ко мне во власть попал. Больше ошибки не совершит, хитёр.
Ещё разок поискал его внутренним зрением, снова не обнаружил. Милостиво разрешил: пусть хоть птицей порхает. И подумал, зубами скрежетнув: "Как приоткроется, его сюрприз тот ещё ждёт!".
Я улыбнулся уголовнику, как лучшему другу, и неприметно отступил от него на полшага. Улыбнулся и браткам, сделав ещё шажочек назад.
- Нам надоело с тобой по зарослям шастать, - заявил уголовник, выщерив зубы в жуткой ухмылке.
- Надоело - не ходи, - доброжелательно улыбнулся я, отступив ещё чуток.
- Сегодня ты пойдешь туда, куда хотим пойти мы, - уколол он меня холодным и острым взглядом, а я - сама доброта, снова улыбнулся приветливо. И снова от них чуток отодвинулся.
- И куда же вы пожелали путь держать? - спросил вполне уважительно.
- В таверню.
- Вас туда не пустят, - развёл я руки по сторонам.
- С тобой пустят! - ухмыльнулся уголовник.
Огромнейшее желание было искупать их сначала. Они же со мной телепортируются: маги для них "привязку" сделали, к моему сознанию. Куда я, туда и они. А в предгорье, на озерце одном, холодном прехолодном, камень из воды выступает метра на два, словно свеча. Только одному можно уместиться. Как представил, что я появлюсь на камне, а они дружно вниз посыплются, в воду ледяную... Брр!
"Ни к чему на мелочи размениваться, - подумал я. - Иначе, задуманное маги не позволят совершить. Начеку будут".
Мне не зло на них выместить хотелось. Крайне важно было, чтобы впредь поодаль находились. Иначе не только Паша, таинственная незнакомка подход ко мне не найдёт... Впрочем, что я оправдываюсь, дело-то сделано. Я описываю события прошедшей ночи, (дня у магов).
Из сада я телепортировался в горы, на относительно ровную каменную площадку, метров десять на двадцать, нависающую карнизом над глубоким ущельем. Тут же вскинул левую руку, вывернув ее ладонью к ближайшему, появившемуся вслед за мной братку. Из ладони вырвался огненный вихрь, окутал мальчишку. Раздался дикий, душераздирающий крик. Запахло горелым мясом и паленой тряпкой.
Урка и второй браток бросились ко мне. Одно не учли, колдовство мое было наготове, чтобы задействовать, доли секунды хватило. Шагу уголовничек не сделал, по пояс оказался замурованым в усеченную пирамиду из гранита. В не совсем правильную, правда, но я ведь не экзамен магу сдавал.
Урка орал что-то, нелепо махал руками, но мне было не до него. Мне бы успеть поймать шар, в который стремительно превращалось, уменьшаясь в размерах, тело второго братка, ринувшегося ко мне. Оп, шар в моих руках, чуть приплюснутый, размером с солидный арбуз, вздрагивающий от толчков изнутри. Такой же тяжелый, как арбуз, отнюдь не с братка весом. Я шагнул к уголовнику. Вложил сие творение в его трясущиеся руки.
- Смотри, не урони, - сказал весело. - В этом яйце твой приятель. Часа через два-три вылупится. И запомни, накрепко вбей в свою головушку, увижу вас ближе полста шагов от себя, пожалеете, что умерли и попали в мир магов.
Рядом появился Как дела. Пару секунд он разглядывал меня удивленным взглядом. Сказал, нахмурившись:
- Егерь, брысь отсюда!.. Свободен, кому сказал!
Я телепортировался в сад. Не сразу. Задержался на пару секунд, понаблюдал за уголовником. Сладким мне показался его страх. Он глаз оторвать не мог от обожжённого братка. Подвывая и морщась от боли, тот пытался встать. Клочьями слазила и осыпалась на каменную плиту черная, обугленная кожа, обнажая розовую, вновь нарождающуюся плоть.


Слабый человек сомневается перед тем,
как принять решение, сильный - после.
Карл Краус

ГЛАВА 8. ЭТИМ ПТИЦАМ НЕЛЬЗЯ МЕШАТЬ.

1.
Многие хранители искренне полагают, что впервые простые заговоры начали использовать в древней Месопотамии, (она находилась на месте современного Ирана). Конечно же, это не так.
Простые заговоры употребляли колдуны первобытных племён. Ими пользуются, и по сей день, колдуны некоторых народностей, которых мы, по невежеству, называем отсталыми... Ой, посмейтесь вместе со мной! Показателями благополучия для нас стали достижения прогресса, количество развлечений и еды на столе, а не внутренние богатства родственных, взаимосвязанных общими обычаями и традициями душ.
В древней Месопотамии простые заговоры всего лишь стали применяться обширно. Там дети, и те - колдовски! - умели играть со словами. Ни к чему хорошему это не привело. Каждый житель этой страны мог всесильной магией подпортить судьбу любого человека. Но и любой другой человек, озлобившись, мог наслать беду на каждого, кто не настолько уважительно к нему отнесётся, и даже на того, кто косо посмотрит. Колдовство стало развлечением и... проклятьем.
Чахнуть стала торговля Месопотамии с другими странам. Какими бы ни были честными и порядочными пришлые торговцы, причины воздействовать на них заговорами, либо проклятье наложить, находились. Возвращались они на родину больными. Но и польза была: чужестранцы войной боялись идти.
Результат, который маги планировали получить, открывая людям Месопотамии знания о заговорах, поначалу их порадовал: внешнюю людскую агрессивность они почти изничтожили, но случилось то, чего маги не ожидали: в людях произошел огромнейший всплеск внутренней, душевной агрессии. Торжествовать стали не желания людей становиться всё более добрыми, отзывчивыми, услужливыми, а лживое желание выглядеть благочестивыми. (Вероятно, именно в этом истоки услужливого восточного гостеприимства и восточного коварства).
Маги поняли, что допустили ошибку. Люди духовно не подготовленные, с примитивными требованиями и запросами к жизни, страдать могут даже от переизбытка доброты. Необходимы им и войны, и гладиаторские бои - даже ссоры по пустякам.
С помощью Высшего разума, маги заставили всех людей Месопотамии забыть о заговорах. А лет через пять создали в Высшем разуме программу, которая помогать стала вершить эту магию только колдунам.
Такое вот, небольшое вступление получилось к последующему повествованию, в котором на полном серьёзе начну вас учить колдовать.

Нет необходимости заучивать простые заговоры наизусть. Либо рыться в поисках нужного текста по записным книжкам. Простым заговором могут быть любые слова, которые пришли на ум в миг его сотворения.
В качестве примера, хотя бы этот рассмотреть можно: "Хочу, чтобы прыщи с морды сошли!".
Изначально необходимо представить, что заговор не делим. Образно, очень образно вообразить, что слова его следуют друг за другом, как за паровозиком вагончики, как сегменты гусеницы, как бусинки на сверхпрочной нити, как четки монаха... Не важно, какой образ выбрать, главное представить это образно. Так и будет.
Слово "хочу" обязательно должно стоять на первом месте. Оно ведомое.
Слово "морда" в заговоре предпочтительней, чем слово "лицо". Заострять на этом внимание, сходу, наверное, ни к чему. Чуть позже убедительно докажу, что чем проще, чем грубей слова в простом заговоре, тем лучше он действует. А вот матерные слова можно употреблять лишь в редких случаях. Лучше избегать их. И избегать скрытых матерных слов... - о них весьма убедительно скажу, когда говорить буду о вреде мата: этой темы не могу не коснуться.
Ни в коем случае нельзя говорить "...c ТВОЕЙ морды...". Превратно поймет подсознание объекта колдовства. Будет выискивать: с чьей это - твоей? Ведь слова заговора станут впоследствии как бы личными словами подсознания объекта колдовства - его программой.
И вот, я пробую слова на вкус, цвет, запах. Еще и еще, еще и еще раз, пока не возникнет единый образ заговора. При определённом навыке он собирается сам, словно кто-то подталкивает, будоражит воображение: в миг ощущаешь заговор целостным, объёмным и гармоничным.
По сути, в это время сознанием колдуна создаётся обыкновенная мыслеформа. Но! – и отличие есть, и весьма весомое: она на порядок более устойчивая и эргоёмкая.
Предположим, с созданием мыслеформы мы справились. Но, вот беда, слово "хочу" несет в себе агрессию.
Только представьте такую картину: бежит к Вам со всех ног кто-то незнакомый и орет во все горло:
- Хочу-у-у!
Наверняка приготовитесь защищаться.
А сейчас, внимание! Я говорю о самом главном, о самом важном в этом колдовстве. Стоит пропустить несколько последующих строк, или не обратить на них интереса - считайте, что вы бесполезно читали эту часть главы. Для вас она будет лишь развлекаловкой.
Любая направленная мыслеформа, (то есть та, которая адресуется кому-то), с лёгкостью достигает цели за счёт того, что в Тонком мире мгновенно появляется эргонить, связывающая подсознание колдуна с подсознанием объекта колдовства. Она не тотчас исчезает, след от колдовства сохраняется в Тонком мире порой несколько суток.
Почему?
Во-первых, эргоинформационные поля тонкого мира инертны.
Во-вторых, стирателям (пожирателям) информации время требуется, чтобы эргонить найти и поглотить.
Пока эргонить не исчезла полностью, отражённая мыслеформа может перемещаться только по ней. Тонкий мир, если объект колдовства хотя бы догадается о колдовском воздействии на него, заново восстанавливает эргонить. Используя это, объект колдовства уже сам имеет возможность нанести ответный колдовской "удар", либо вернуть колдуну его же воздействие, (даже спустя несколько лет).
Большинство мыслеформ желанная пища для подсознания! Но от тех, которые могут причинить ему вред, либо посягают на его независимость, подсознание старается избавиться.
Мою мыслеформу со словом "хочу", (то есть, мой заговор), подсознание объекта колдовства воспримет, как агрессию – отфутболит! И вернётся она... ну да, обратно - ко мне вернётся!
Как быть?
Наша затея была бы бесполезной, если бы подсознание любого человека не было наивным, словно ребенок. А какой ребенок откажется от конфеты в ярком, радужном фантике?.. Да, в том и затея!
Колдун неприемлемые для подсознания объекта колдовства слова заговора замаскирует: завернет в фальшивые эргоинформационные оболочки - в "обманки". Превратит эти слова в лакомство для подсознания.
Попробуйте почувствовать вкус, цвет, запах слова "успех"... Согласен, трудно.
Слово "кошка" явно вызовет какие-то ассоциации.
Зато достаточно сказать слово "халва"... А сейчас, малюсенькое упражнение для тех, кто еще не понял главного. Попытайтесь наполнить слово "хочу" его истинным смыслом, а затем воображением перенесите на него энергоинформационную оболочку со слова "халва".
Наш заговор подсознание объекта колдовства "прочтет" уже так:
- Халва, чтобы прыщи с морды сошли!
И... заглотит. Ему не логика нужна, не соответствия - пища.
Этим мы придали заговору привлекательный вкус, цвет и запах. Мы приготовили ядовитое блюдо, которое на вид лучше, чем настоящее.
Когда заговор вторгнется в подсознание объекта колдовства, оно съест обманку, но не в силах будет сразу раздробить, разъединить слова заговора - мы же представили, что он не делим. А минуту спустя заговор будет иметь для подсознания уже другую окраску. Он станет почти своим. Он вторгнется в подсознание и начнет работать. Слово "хочу" станет ведомым и потащит за собой остальные "вагончики-слова", сметая с пути все запреты и ограничения подсознания, противоречащие заговору. А через 24 часа, заговор "ХОЧУ, ЧТОБЫ ПРЫЩИ С МОРДЫ СОШЛИ!", станет для подсознания полностью родной программой. Он начнёт диктовать другим программам свою значимость. Чем более эргоёмким будет, тем с большим усердием станет отвоёвывать право на собственную значимость.
Когда мыслеформа превращается в программу, она перестаёт быть для подсознания пищей. Становится сущностью. Сутью. Смыслом. Как муравей муравейнику, принадлежит подсознанию. Разумной её не назовёшь, но подсознание вынуждено с ней считаться. Как вынуждено считаться с каждой своей значимой программой.
Почти все колдуны именно так маскируют истинное значение слов в простых заговорах. Вот только, после тех давних событий в Месопотамии, дано им это уменье уже Высшим разумом, как дар. Они произносят слова заговора, не подозревая даже, какая напряженная работа в это время идет в их подсознаниях.
Большинство хранителей и некоторые настоящие колдуны знают подоплеку составления простых заговоров и могут использовать эти знания осознанно. Сегодня и Вы, мой дорогой читатель, умеете осознанно колдовать. Я рассказал про это тайное знание, а Ваше подсознание, хотите вы того или нет, уже во всё вникло, систематизировало, запомнило. Ему это знание выгодно.
Вот только, данные заговоры - вчерашний день.

2.
Лишь появился в мире магов, увидел Андрея Богорада. Он подмигнул мне: мол, нужен. Слегка покачал головой из стороны в сторону: не подходи! Не глядя в мою сторону, неторопливо пошел в сторону выхода из замка. Как только приблизился к кругу прибытия, пропел в полголоса:
- Я Вам не скажу про всю Одессу,
Вся Одесса очень велика...
Я остался стоять в круге прибытия с раскрытым ртом. Друг развернулся, ещё раз прошел рядышком и, уставившись в пол, тихо напел:
- Когда в пивную он входил...
При этом, знак подал: пальцы правой руки сложил определённым образом. Понял его - как не понять! Через полчаса кто-то ждёт меня в таверне.
Минут пять я ходил по залу прибытия, всматриваясь в лица хранителей, пытаясь выявить магию слежки. Подозрительного ничего не заметил. Никто не пялился на меня слишком уж откровенно, не бросал взгляды украдкой, а всплески магии хоть и были, но не те, которых следовало опасаться.
Как обычно, заглянул в закуток Сони. На сей раз, брюлики она создавала. На столике, будь это на Земле - целое состояние. И броши. И перстни. И кулоны. И ожерелья. Камешки сверкали, переливались всеми цветами радуги. Дамы, что в примерочной кабинке столпились, про всё на свете забыли. Охали да ахали, глазища вытаращив.
Я телепортировался в город. Осмотрелся по сторонам. Ощутил смутную тревогу. Чего-то не хватало в окружающем меня пространстве, чего-то важного... Ба-а, уголовника с братками!
Обнаружил соглядатаев своих метрах в сорока от себя, на противоположной стороне озера. Не перли они напористо и нагло, взрезая воздух грудью, поглядывая на всех свысока. Тайком следили за мной, перебегая от беседки к беседке.
"Я сделал их!" - чуть не вслух, возрадовался я. И еще кое-что чуть не сделал: подмывало неприличный жест в их сторону изобразить. Сдержал порыв. Отношения с ними далее обострять не стоит, иногда полезней паинькой побыть. У уголовничков психика ранимая: чуть не по ихнему, как звезданёт в голову кровь бешеная, права качать начинают. Прут буром, как Паша говорит. А некоторые начисто инстинкт самосохранения игнорируют - вернее, вид делают, что игнорируют.
Забавным было бы, если бы они следом за мной в таверню ринулись. Понаблюдать за тем, как их выкинут из неё, было бы делом весьма уморительным, но состоится ли после этого моя встреча с кем-то - не факт!
За озером раздались гневные крики.
Двое умерших выгоняли уголовника и братков из кустов сирени. Я вслушался, активизировав слух до предела.
- ...гнездо соек, птенцы вот-вот вылупятся!
- Чо зенки вылупил?! - прохрипел уголовник. - Вали отсюда!
- Прошу вас, уходите! - умоляюще произнёс один из местных. Вполне уважительно, пояснил: - Этим птицам нельзя мешать воспроизводить потомство. Покинуть могут гнездо, птенцы не вылупятся.
- Ты, дубарилло хренов! Что, в тему не въезжаешь?! Сказано вали – значит вали!
- Не зря вам клейма недоумков на лбы поставили! - возмущённо заговорил второй умерший. - Вылезайте, кому говорят! Добром просим!
- Пошли вон, пока кости не переломал!
- На по-о-омощь! - фальцетом провопил первый.
В миг перед кустами появилось семеро местных. Уголовник вышел на дорожку - пальцы веером! Следом, трусливо озираясь, из кустов вылезли братки. Местные резко и согласованно пригнулись. Одновременно и слаженно, словно не раз отрабатывали это движение, резко выставили перед собой ладони рук. Уголовника и братков словно ветром смело: отбросило метров на двадцать, с силой припечатало к стене одного из домиков города. А умершие дружно попадали. Ответный удар, вызванный магией защиты "крыс", не нашел цель. Даже траву не примял, лёгким ветерком прошелестел в кронах деревьев и кустарников.
Умершие вскакивали с радостным смехом, обнимались. Они вели себя несколько легкомысленно. Наверное, заранее знали, что маг, чтобы суд над ними вершить, не объявится. А я, вопреки прошлым мыслям, о том подумал, что не мешало бы с "крыс" окончательно спесь сбить. Волю уголовника раздавить, как клопа вонючего. Чтобы голову в плечи втянул и впредь ни на кого не рыпался.
Не подумайте, что я жесток. Отнюдь не ради собственного удовольствия палачом возмечтал стать. Ход моих рассуждений немудрен: чем больше "крысы" будут заняты собой, тем проще будет впоследствии обвести их вокруг пальца.
Хотя, признаюсь, не вполне искренен был. К чему скрывать, иногда в радость злу зло делать. Я же не святой!

Природа дала человеку в руки оружие -
интеллектуальную и моральную силу, но он может
пользоваться этим оружием и в обратную сторону;
поэтому человек без нравственных устоев
оказывается существом самым нечестивым и диким,
низменным в своих половых и вкусовых инстинктах.
Аристотель.

ГЛАВА 9. СФЕРА НОЧИ.

1.
Казалось бы, чего проще догадаться и взять на вооружение новую методику хотя бы пять тысяч лет назад?
Увы!
Не впервой, не только обычные люди, но и маги, за обыденностью не видят простоты. Закостенелость мышления, следование старым традициям в колдовстве, не позволило магам взглянуть на эту проблему с другой точки зрения.
Хранитель смог.
Да, придумал новое направление в колдовстве не маг - хранитель. Зовут его Никита. Прозвище - Кот, (Который Очень Тихий).
Многое о нём слышал.
И о том, что только за изобретение свое он получил десять эксблагодарностей, и о том, что ему Колобок предложил стать своим помощником, а он ответил отказом, и о том, что не любит говорить о себе, терпеть не может льстивых похвал в свой адрес. И молчун, каких поискать.
Как-то, увидел Никоту в таверне. Правдами и неправдам отвоевал место рядом с ним. (И Паша рядышком присоседился). Я попытался его разговорить, языком чесал без умолку. Он молча кивал головой в ответ, а если и отвечал - односложно.
Не сдержался, спросил о тех десяти эксблагодарностях.
- Брешут, - ответил коротко.
- Слушай его больше, - вмешался в разговор другой умерший, улыбнувшись мечтательно, - его рекорд вряд ли кому удастся перебить. За год получил 7 эксблагодарностей, а благодарностей - счёту не подвластно.
- Ско-о-о-лько?!!! - округлил глаза Паша.
- Я их заработал, - отозвался Никита. - Враз по десять эксблагодарнрстей мне никто не давал.
- Расскажи! - умолял я его. - О том расскажи, как к идее той пришел!
- Мы здесь не для того собрались, чтобы обо мне говорить, - поморщился Никита и окончательно замкнулся в себе. Паша с него до конца застолья восторженных глаз не сводил.

Никита увлекся изучением колдовских приемов разных народов. Пришел к выводу, что отличаются они только внешне. В основе - богатое воображение колдуна, вера людей в его способности и помощь Тонкого мира.
Для любого народа самые лучшие колдовские приемы те, которые применяются повсеместно. (Высшему разуму легче способствовать колдовству, если вершится оно по единому, хотя бы для данной местности, сценарию).
Никита сделал простой вывод: если придумать совершенно новый обряд колдовства, внедрить его в практику, (сделать привычным для Высшего разума), будет работать не хуже, чем прежний.
Он выступил перед хранителями с двухчасовой лекцией... - в 1924 это было, а хранители и умершие до сих пор её помнят и всё ещё поражаются его кратковременному красноречию.
- ...А в малом колдовстве, - вещал он, - довольно задействовать обычные связи человека и Высшего разума. Вот почему, любому человеку достаточно поднять с земли обыкновенную гальку, сжать её в кулаке, представить, что она превращается в амулет удачи и Тонкий мир отзовется, наполнит этот камушек своей силой. Этот невзрачный камушек уже сам начнет искажать неополя Высшего разума и поможет владельцу новоиспечённого амулета обрести фортуну...
Нет, не зря, даже сегодняшние хранители умоляют магов подключить их сознание к памяти Рунного посоха, чтобы прослушать эту революционную в развитии колдовства лекцию.

Итак - дубль два! Я снова пробую слова заговора на вкус, цвет, запах. Еще и еще, еще и еще раз, пока не возникнет единый его образ... Стоп! По новой технологии, которую предложил Никита, все это лишнее. Достаточно сотворить мыслеформу, "обкатать" ее несколько раз, (запомнить), и создать в ней эргонить, (в мире магов сейчас более привычно другое название - аккумулятор).
Для того, чтобы появилась эргонить в заговоре, достаточно нарисовать воображением, что пронзает нашу мыслеформу тончайшая, но очень крепкая нить, которую не разглядит, не увидит тотчас подсознание объекта колдовства - так и будет. Осталось всего ничего - наполнить эту нить эргией - той внутренней энергией, что есть у каждого человека. А для этого, опять же, все это необходимо всего лишь представить ярко и образно.
Мозг... опля, так и просятся в рукопись ляпы! Мозг не более чем биоприбор, с помощью которого сознание и подсознание управляют телом. Но мне и впредь, да и вам тоже, удобней будет ссылаться на это короткое слово. Когда я буду употреблять его, знайте, подразумевается сознание и подсознание человека.
Так вот, мозг сам, без моего участия, если не считать моего воображения, создаст все, что бы я ни придумал. Для него это привычная работа.
Итак, мыслеформа создана. Мне предстоит поместить ее внутрь эргетического кокона (шарика, гранулы, гранпускулы, орешка... - не важно, как назвать).
Как сделать это?
Проще простого. Представляю, что такой кокон, который защитит и сохранит мыслеформу, есть. Вот он, невидимый ни для кого шарик диаметром в сантиметр, появился передо мной, завис в воздухе в двадцати сантиметрах от переносицы. А мыслеформа - малюсенький червячок, сантиметра три-четыре длиной - внедряется в шарик и уютно сворачивается в нем.
Повторюсь, мне важно лишь представить это, ярко и образно. Мозг сам, без моего участия, если не считать моего воображения, создаст этот кокон и внедрит в него мыслеформу, для него это привычная работа. А образность и масштабность нужны лишь мне - с образами удобней работать, чем с абстрактными понятиями.
Пора заняться "картинкой". В нее вложить нужно как можно больше эмоций и чувств. Отнюдь не помешают энергоинформационные оболочки слов - вкус, цвет и запах. "Картинка" обязана выглядеть аппетитно, чтобы подсознание объекта колдовства заглотило ее с жадностью.
Проявлять эмоции и чувства нам в радость, а вот эргоинформационные оболочки слов создавать... Поручите эту работу подсознанию. Скорость мыслительных процессов в нём на порядок выше, чем в сознании, не зря маги называют его в наше время эргокомпьютером.
Проанализировав полученную информацию, (за то время, пока Вы просто ублажали собственное любопытство), подсознание не только знает, но и умеет - научилось уже! - создавать даже "картинки". А то выдумало какую-то свою, неведомую Вам, технологию. А то запросило и получило дополнительную информацию у Высшего разума.
Итак, я подстегиваю воображение: "Раннее утро. Волшебный луг, чуть в дымке тумана. Запах меда и цветов. Розовый единорог. Ах, как красив он на волшебном лугу! Маленькие эльфы, сверкая полупрозрачными крылышками, маленькими ручонками вплетают в его гриву маленькие серебряные колокольчики...".
Я не случайно повторил трижды слово "маленькие". Многие колдуны любят вводить в "картинку" слова успокаивающие, отвлекающие, одурманивающие.
Создавая "картинку", я одновременно прилепляю ее слова к кокону: представляю мысленно, что его поверхность липкая для этих слов.
Мозг воплотит замысел - и это для него привычная работа.
Впрочем, я чуть повыпендривался. Создавая заговор не для интеллектуала, (и для него тоже), "картинку" можно сделать хотя бы из таких слов: "Ах, какая жирная и вкусная эта сельдь иваси! Да еще с горячей, паром исходящей картошечкой!". Её подсознание объекта колдовства заглотит с не меньшим аппетитом.
Нет тут ничего сложного. Мы проделали четыре простых действия: создали пустой внутри эргетический кокон, сотворили мыслеформу, поместили ее внутрь кокона, а его украсили нарядной, аппетитной для любого чужого подсознания "картинкой".
Осталось вообразить, что кокон сжался до поры до времени в микроточку, что наша "картинка" с начинкой ничем не отличается от обычной мыслеформы. Настало время совершить посыл.
Как?
Проще некуда. Как подскажет воображение, так и поступайте. Можно представить, к примеру, как заговор пулей срывается с места и вонзается в голову объекта колдовства. Можете не прицеливаться - не промахнетесь. Куда же ему еще деваться, коль Вы так решили - только в цель лететь, без промаха.

Если новая технология составления заговоров показалась кому-то чрезмерно заумной, пусть попытается составить заговор, размером в полстраницы, который не только держать в памяти необходимо довольно продолжительное время, но и в "обманки" одеть слов двадцать... То-то же! Уж куда проще поместить весь заговор в кокон, а кокон украсить простейшей "картинкой".
В данной технологии есть другие преимущества. Заговор, изготовленный по рецепту Никиты, можно хранить в собственной памяти – готовым к мгновенному применению! - хоть до скончания века. Можно за доли секунды снять с него дубль-заговор, который действовать будет не менее эффективно. При желании, не проблема поместить его на хранение в животное, в ту же кошку. И даже - в любую вещь. А то и вооружить им своего домового... А вот об этом, похоже, рано заговорил. И без того у многих читателей, как говаривала бывало моя бабушка, мозги набекрень.
М-да...
Впредь говорить буду о том, что приять трудно. Не старайтесь вникать. Особо не старайтесь, читайте ради любопытства, на время отбросьте в сторону скептицизм и все те заумности, которыми вас "пичкали" в учебных заведениях. А ещё лучше - смейтесь, даже... надо мной. Не так много времени пройдёт, (ещё до того, как прочитаете последнюю строку этой книги), мозг сам "утрясёт" информацию, "разложит её по полочкам", и тогда... - вот тогда, возможно, появится желание окинуть более внимательным взглядом некоторые страницы этой книги. Вникнуть на сознательном уровне. Разобраться. И... (а почему бы и нет?), покритиковать автора за то, что "тянул резину", не выложил более сложное тотчас, не "разжёвывая" простые истины.
Однако, продолжим.
Если у Вас хорошее воображение и память, можно представить объект колдовства перед собой и отправить посыл в воображаемую цель. Не волнуйтесь, по заданным приметам, (по мыслеобразу), заговор отыщет человека и внедрится в него, даже если объект колдовства будет на противоположной стороне Земли: для мысли нет преград и расстояний.
А можно положить перед собой фотографию. Только не забудьте прежде её активизировать. То есть, с помощью её создайте все тот же мыслеобраз человека.
Все остальное сделает подсознание объекта колдовства. Заглотит заговор, как бродячая собака кусок мяса с отравой - еще как заглотит! Слизнет "картинку" – вкуснятина-а-а! И... всплывет моя программа в объекте колдовства, как собственная.
Уф-ф, рассказывать долго, дел - на три секунды.
Результат будет.
Обязательно будет!
Любое требование сознания, прежде чем будет принято к исполнению, сверяется в подсознании с предыдущими запретами и установками. Только затем начинается кропотливая работа по внедрению в подсознание этого требования, но уже подправленного, урезанного, откорректированного. А если требование сознания полностью противоречит запретам и установкам подсознания - уничтожается незамедлительно. А сознанию мысль внушается, что никаких запросов не было. Вернее, стирается в нём сама мысль о былом требовании. Вожжи эти - и кнут! - человек не замечает.

ЗАГОВОР ПРОНИКАЕТ В ПОДСОЗНАНИЕ ОБЪЕКТА
КОЛДОВСТВА, МИНУЯ ЕГО СИСТЕМЫ КОНТРОЛЯ.

В этом его сила. Он рушит в подсознании все прежние установки, какими бы важными они ни были, навязывает подсознанию свою значимость.
Направленный посыл извне действовать может в десятки, а то и в тысячи раз сильнее, чем самое мощное желание объекта колдовства.

Любой человек способен создать подобный заговор. Собственно, что тут сложного?! Куда проще, чем научиться кататься на велосипеде, или на коньках. Стоит начать колдовать, впоследствии львиную долю работы возьмет на себя подсознание. Составить заговор, что в качестве примера рассмотрели, (даже новичку), пяти секунд предостаточно.
Для мозга создавать мыслеформы - обыденная работа. А научить его создавать энергетическую капсулу... - но и это ни что иное, как мыслеформа. Не словесная, правда, эргомодуль с заданными свойствами, но мыслеформа.
Мыслеформы, как элементы в детском конструкторе. Все, что угодно, из них можно собрать. Было бы воображение... И собирают. У некоторых колдунов подобных заготовок сотни.

А сейчас – задумайтесь. Только что передал вам одну из самых главных тайн колдовства.
ДАЛ КЛЮЧ.
Каждый может взять в руки это страшное оружие. Уже сейчас, всего лишь зная эти азы магии, Вы можете успешно колдовать.
КОЛДОВАТЬ!!!
Представляю, как обрадуется намучившаяся жена, у которой муж алкоголик. Как полетят в сторону ненавистного соседа огненные копья слов. Как, ради эксперимента, кто-то захочет сделать бяку своему начальнику. Как... А мне хочется ещё "плеснуть масла в огонь", чтобы возмущению Вашему не было предела.
Заговор, как и кодирование, обращает объект колдовства хоть чуточку, хоть немного, (хорошо, если немного), в зомби.
В подсознании объекта колдовства он грубо, варварски рушит предыдущие установки и требования, и, тем самым, нарушает сложившиеся цепочки мышления. Где-то, в чем-то, сознание объекта колдовства уже не сможет думать связно и осмысленно, ибо подсознание, в стремлении отыскать для него необходимую информацию, спотыкаться будет о новые, чуждые ему эргосвязи, сплетенные вокруг слов заговора.
А это страшно.
Это, своего рода, болезнь.
Еще страшней то, что заговоры начали публиковать - чуть не в каждом магазине можно купить колдовскую книжонку, где расписаны они на все случаи жизни. И покупают. И используют. И калечат, тем самым, ни в чем не повинных людей.
- И так в мире полно зла и насилия, а ты, вот сволочь... - как наяву, снова слышу я голос своего праведного, разгневанного Читателя.
- Уймись, а! – хочется осадить его. – Ничего страшного не произошло. Не для того я открываю тайные знания, чтобы весь мир дрожал в страхе.

Дорогой мой читатель, уж простите такую фамильярность, но именно сейчас, я торжественно хочу присвоить Вам ранг ЧУТЬ ЗНАЮЩЕГО. Гордитесь. Но, не задирайте нос. Ключ для того и предназначен, чтобы открыть дверь в мир магии. А там такое, тако-о-е... Уже сейчас Вы отличаетесь от обычного человека. Вы многое забыли из того, что прочитали, но Ваше подсознание - уверяю Вас! - накрепко все запомнило. Накрепко! И отныне, если против Вас кто-то применит заговор, пусть злой, пусть самый, самый страшный, Вам нечего бояться. Подсознание знает, что может скрываться за "картинкой" и будет более осторожным. Развернет ее, "схрумкает" с удовольствием, заглянет внутрь орешка (гранпускулы, кокона...), и, обнаружив враждебное послание, тотчас отфутболит его.
Заговор к тому вернется, кто его послал - к колдуну. Его поразит - с большей силой! Потому что свое, родное вернется. Нет против него защиты у отправителя. Не только угри сойдут – веснушки осыплются!
И "отфутболит" подсознание заговоры со словом "Аминь!". Но, к сожалению, только те, которые исходить будут от настоящих колдунов, а не от обычных людей. У настоящих колдунов они трансформируются в простые заговоры, даже если они этого не хотят. Если ими пользуются обычные люди, у этих заговоров несколько иной механизм внедрения. В основе его - насилие.
Защита есть и от заговоров со словом "Аминь!", но говорить об этом сейчас преждевременно. Я ведь не хохот гомерический вызвать хочу, а уразумение, хотя бы осмысливание информации, (этой темы ещё коснусь).
Это тайное знание страшно было в руках избранных. Оно, как пистолет в руках всевластного маньяка: по безоружным, да беззащитным людям "стреляй да стреляй", к тому же безнаказанно. А ежели каждый колдун будет знать, что кто-то из обычных людей, (пусть невольно, в силу новых открывшихся знаний), сам того не подозревая даст отпор, поостережется применять злые заговоры. Крайне невыгодно, да что там, опасным будет для него это действо!
Сегодня, всего лишь прочитав эту главу, защитой от простого заговора овладели Вы, завтра еще кто-то. Послезавтра – многие! Значит, колдовать с помощью заговоров вскоре будет невыгодно. (Вот чего не хватало в Месопотамии).
На подступах к Вашей душе я поставил надежную стражу, которая к тому же знает, как маскируются "лазутчики".
Каждый третий хранитель, если не каждый второй, с легкостью обойдет эту преграду, но не настоящий колдун, и тем более не колдун простой. Но если учесть, что хранителей в России раз-два и обчёлся, всего-то около полутысячи, результат защиты можно считать почти стопроцентным.
Вершите доброе колдовство. Творите только добрые заговоры. Добро, даже если отрикошетит, не причинит Вам боли, а если не будет вернувшийся заговор противоречить совести, значит не разрушит что-то важное в Вашей душе. А если добрый заговор сделает плохого человека чуточку слабоумным, но при этом переломает, искрошит в его душе установки на зло, то, на мой взгляд, выиграют все.
Не всё так просто.
Заговор может не иметь силы, если сознание колдующего более слабое, чем сознание объекта колдовства. Это препятствие просто обойти, но - увы! - это знание открывать я не вправе.
Заговор не будет иметь силы, если объект колдовства защищён более сильной магией. Такой защитой может быть амулет или оберёг. Не менее сильной защитой может быть неверие в колдовство... Впрочем, неверие - тоже магия. В основном - защитная магия. Часто, очень часто в мире магов, когда колдун исчерпал в магическом поединке силы, он выставляет "щит неверия" и этим спасает себя от дальнейшего участия в магической дуэли.
Надёжнейшей защитой от заговора может быть материнская или отцовская любовь, (даже если родителей уже нет в живых).
Заговор не проявится в подсознании объекта колдовства, если противоречить он будет каким-то, более сильным установкам в его подсознании. С помощью заговора невозможно заставить человека красть и убивать, но только в том случае, если объект колдовства не приемлет воровство и убийство. И этот запрет можно обойти, но... - уж простите! - подобные технологии открывать мне не позволит совесть.
Пожалуй, не менее ста способов защиты от заговоров только я знаю. Говорить о них сейчас, в этой книге... - уж увольте! Мне времени не хватит на раскрытие более важных тем. Замечу лишь, лучшая защита от заговора для колдуна та, которую он придумал сам. И в которую безоговорочно поверил. А для обычного человека - неверие. Либо вера в собственную неуязвимость.

Как-то соседи через стену, (живущие в соседнем подъезде), вынуждены были уехать на четыре дня в Казахстан. Они оставили дома семнадцатилетнего сына. Первая же ночь - кошмар! Громкая музыка, дикие выкрики... Мальчишку можно понять: один остался, возможность появилась оторваться по полной.
Ладно, я - почти бездельник. Жена хирургом работает, вдруг отрежет нечто нужное у пациента из-за усталости, от недосыпа. А если соседка, контролёр ОТК на режимном предприятии, выпускающем приборы для подводных лодок и баллистических ракет, пропустит брак... - беда, не иначе!
Хорошо знал этого юношу. Представить его образ перед собой - секундное дело. Первый же заговор: "Меня раздражает громкая музыка", принес плоды - грохот притих. Не удержался, создал "взгляд", отправил его сквозь стену. Увидел возмущенных его действиями юношей и девушек.
- Поздно уже, соседям спать мешаем, - смущенно оправдывался сосед.
Я правильно оценил ситуацию.
"Хочу остаться с ней", - таким был следующий заговор.
Вскоре, за стеной стал тихо.
Ах, да, спустя четверть часа предательски заскрипела кровать, но это... свято. Нужно быть последним подонком, чтобы подглядывать.

Надеюсь, смог убедить Вас, что эти знания не будут лишними. Но, мне хочется сказать еще нечто очень важное. Если – не дай случай! – кто-то будет умирать из близких людей, почему бы ни облегчить его страдания, а то и вытащить из лап смерти, с помощью заговора. Хотя бы такого:
- Хочу жить! Я выживу! Силы прибывают! Боль убивает болезнь!
Это пример создания многоступенчатого заговора. Внедрившись в подсознание объекта колдовства, он разлетается на четыре самостоятельных. Что для этого надо делать, Вы уже знаете. И уже не мне учить, как эти заговоры будут действовать.
И здесь, - обязательно! – говорить необходимо "я выживу", а не "ты выживешь". А боль может быть крайне полезна – с помощью ее подсознание больного будет выискивать болезнь и посылать туда, на "поле боя", своих незримых "воинов".
Ну и что с того, если такой заговор сломает, сомнет в подсознании смертельно больного сотню каких-то установок, зато человек, возможно, будет спасен.
Смерть трудно обмануть, если внутренняя энергия, (энергия жизни), у умирающего иссякла. Против его воли редкий колдун способен "влить" её в сморщившийся, закаменелый сосуд страдающей души, уже смирившейся с уходом. И все же, это возможно. Но с проблемой этой лучше справляются не колдуны, а родственные, сочувствующие, сопереживающие, любящие умирающего люди. И не с помощью заговоров, а посредством слов, которые наполнены "живой водой" - добрыми эмоциями и чувствами. И с помощи еще одной живой воды - слез! Обжигающих. Восстанавливающих. Залечивающих. Разъедающих своими эргополями тонкую нить эрговозврата, которая появляется в умирающем вместо эргетической нити связи с Высшим разумом.
Я, как колдун, готов поклониться таким людям низко-низко, до самой земли. Они - самые, что ни на есть, волшебники на Земле - маги!
Вершите доброе колдовство.
Если у подростка таки-и-ие угри, что на всю оставшуюся жизнь могут лицо изуродовать, стоит ли задумываться о необходимости применить заговор?! И что с того, что он сомнёт, на нет сведёт некоторые, (скорей, незначительные), программы и установки в его подсознании – нравственное здоровье дороже.

2.
Решение пришло спонтанно. Вспомнил озерцо одно, в горах. Его за пять минут переплыть можно, зато пляж - шикарнейший. Песочек не крупный и не мелкий: белоснежный, словно простыня для новобрачных. Компании три-четыре местных всегда ошиваются - скучать не придётся: в волейбол поиграть с ними можно, либо в шахматы.
Почему бы не отдохнуть?!
Пляж маленький, метров двадцать на пятьдесят. Уголовнику "пасти" меня придется в зарослях облепихи, среди обломков острых скал. Как только деревья и травы растут там... Ах, да! Маги даже цветы способны выращивать на голом камне: для загробных миров сей "фокус" не удивителен.
Еще одним озерцо это меня привлекло. Что там маги намудрили с погодой, не знаю, но днем там жара несусветная, а утром и вечером, как говорит мой друг Паша - холодрыга страшенная. А мои сопровождающие вряд ли обучены магической терморегуляции - Ад обеспечен!
"Решено, - улыбнулся я мыслям своим кровожадным. - Загляну в таверню, удостоверюсь, что там кому-то нужен и... к озерцу тому - отдыхать, да "крыс" воспитывать!”.
Ровно через тридцать минут, после того как Андрей Богорад обозначил время встречи, я вошел в таверну. Ко мне тотчас подошел умерший, жестом попросил следовать за ним. Мы вошли в общий зал и... - нет, не шок, разочарование испытал. Ожидал встретить таинственную незнакомку, а увидел Пашу. Друг сидел за маленьким круглым столиком, на котором стоял подсвечник с тремя свечами.
Ха, Паша в таверне, и без пива!
Увидев меня, друг скорчил зверскую морду и приложил палец к губам - ни звука, мол! Широким жестом пригласил меня присесть напротив, что я сделал незамедлительно. А он снова приложил палец к губам. Я удивился: никак в молчанку играть будем?!
Из-за стола напротив, кряхтя и отдуваясь, встали восемь умерших из тех, коим нравилось пребывать в образе стариков. Они оставили после себя ворохи из рыбных костей и чешуи, с дюжину пустых и не менее десятка полных пивных кружек.
Шестеро умерших окружили наш столик, двое неторопливо направились к выходу. А Паша снова приложил палец к губам.
Наш столик, вместе с нами и стариками, заскользил к стене. Она прогнулась, вспучилась пузырем, образовав маленький зальчик. Вход подернулся дымкой: призрачной, искажающей все предметы и людей за ней до неузнаваемости. Стена украсилась картинами. Появился аквариум. Еще до того, как материализовались рыбы, исчез - рыбок в таверне не жалуют, называют глазами магов, что конечно же не соответствует действительности.
Не издав ни звука, колдуны вскинули руки и, растопырив пальцы, словно бы нависли над нами. Я, Паша и наш столик в миг один очутились внутри призрачного шара, похожего на огромный мыльный пузырь. С кончиков пальцев умерших заструился к нему черный магический туман. Он налипал на шар, внутри становилось все темнее и темнее.
Сфера Ночи?!
О ней я только слышал. Полагал: сказка, еще одна легенда мира магов.
"Как Паша сумел уговорить "клан стариков" помогать ему?! - напряжённо думал я. - Маги их по головке не погладят".
Когда я вообще перестал хоть что-то видеть, Паша небрежным щелчком пальцев явил простейшую магию - зажег свечи.
- Секунд сорок для разговора у нас есть, - сказал он. В ответ на мой недоуменный взгляд, раскатисто расхохотался: - Если учесть, что в Сфере Ночи время течет раз в сто медленней, около часа в нашем распоряжении имеется.
- Нас не подслушают?! - обеспокоился я.
- Никому не дано заглянуть внутрь Сферы Ночи, никому не узнать, какие слова в ней будут сказаны, - с пафосом произнёс друг и продемонстрировал улыбку чеширского кота из знаменитого мультфильма. - Рассказывай, как поживаешь?
- Плохо.
- Что-то случилось?
- В том-то и беда, что ничего не случается.
- Не понял! - прорычал Паша.
- Я не знаю о чем писать, - сказал я, почти виновато.
- Пиши о магах.
- О магах? Я не знаю, что писать о магах.
- ?!
- Забавных и курьезных случаев тьма, но не они характеризуют магов. Описывать собственные обиды... - детскими они мне кажутся.
- Птенчик вылупился из яичка? - ухмыльнулся друг. - Стал мудрым и проницательным?!
- Нет, Паш - нет! Не прозрел я. Всё так же разумом охватить увиденное не в силах. А глубже смотреть мешает именно эта мешанина из забавных и курьёзных случаев.
- А у меня словно пелена с глаз спала, - сказал Паша проникновенно. - Каждое утро я взбирался на свой пригорок и чистил Новосибирск от выбросов негативной энергии. Часто опустошенным был после этого. Уставал страшно. О другой работе мечтал, а заодно чихвостил магов в хвост и в гриву за то, что интересных поручений не дают. И только сейчас, когда маги отобрали у меня это задание, в полной мере понял его значимость для себя.
- Какое новое поручение они тебе дали?
- А никакого. Свободен, как ветер.
- Странно это. А не подталкивают ли они тебя этим самым к каким-то действиям?
- Ну, ты даешь?! - всплеснул руками друг. - Тебе в каждом пне ведьмак чудится! Просто, им не до меня сейчас.
- Паша, не будь столь легкомысленным! То, что они освободили тебя от пригорка, каким-то образом со мной связано!
- Я фигею! - расхохотался друг.
- Да, Паш! Да!!!
- Тебе бы следователем быть - цены не было! - заулыбался Паша весело. - Может, хватит баранов тупости учить?!
- Паш, я серьёзно, а ты...
- И я серьёзно. Пригорка из-за тебя лишился, что тут не ясного. - Ехидно ухмыляясь, Паша пояснил: - Отняли его у меня, чтобы помогал я тебе книгу писать. Сам же говорил, что Верховный разрешил взять одного помощника из хранителей. Долго гадать нет надобности, кого имел он в виду.
Я пристыжено замолчал. Но мысль, какая-то мысль, жаждала народиться, Билась в сознании, словно муха меж рамами, утеплёнными на зиму. Ещё не осознав до конца, что хочу сказать, я замахал руками - всегда машу руками, когда хочу сказать о чём-то, что очень и очень меня тревожит.
- Подожди, да прекрати ты вентилятор изображать, дай размышления свои закончить, - сердито проговорил друг. - Так вот, понял я - жаль, что только сейчас это понял, иначе изначала гораздо счастливей был! - сил не было, все равно полез бы на свой пригорок. На карачках бы пополз! Ведь, сам посуди, где-то не происходили аварии, кто-то кого-то на три буквы не посылал, не поколотил, в рожу не плюнул. Тысячи жителей Новосибирска, благодаря мне, каждое утро просыпались чуть более счастливыми!
- Ты это о чём?!
- Сегодня готов я простить магам все свои обиды, если они вернут мне мой пригорок.
Забыв про назойливую мысль, я смотрел на Пашу все более удивленно.
- Попроси, чтобы вернули, - сказал для того лишь, чтобы продолжить разговор.
- Просил, - жалостливо произнёс друг. - Колобок ответил: этой работой отныне будет заниматься другой хранитель, не вздумай ему мешать.
- Тогда смирись! - сказал я.
Паша хрипло рассмеялся. Сверкнул глазищами и выдал:
- Да уж, ещё раз на поклон не пойду! Вот только, Вов, как-то по-другому я стал к магам относиться. Более терпимо, что ли. Немного другими они стали. Это... это, как с ментами! Пока не поймешь, что без них насилие захлестнет страну, волками позорными считаешь. А поймешь, жалко их становится. У них, если приглядеться, работенка грязней, чем у свинарок.
Уж кого-кого, а друга хорошо знаю. Любой разговор на себя повернет. Клещами будет вытягивать понимание и сочувствие. Вот только, не время на поводу его самокопаний идти.
Больше всего мне хотелось бездумно похохотать. И даже довести друга до белого каления - позлить его, основательно, как делал не раз, когда душой отдохнуть хотел. А если поговорить, то обо всем и ни о чем, легкомысленно перескакивая с темы на тему.
Ох, как мне мечталось расслабиться!
Хотелось, хоть на миг, забыть мир магов и их задание, но... не для того умершие создавали Сферу Ночи, рисковали собой.
Я начал издалека, как бы продолжая разговор:
- То не маги изменились, Паша. Это мы другим взглядом окинули их мир. Более широким, хоть и не всеохватывающим.
- Ты прав, - сказал Паша задумчиво. - Только правду эту трудно в себя впихнуть. Слишком многое в душу не вмещается, углами острыми её царапает.
- Я тоже готов им многое простить, но не могу спустить то, что они одобрили появление фашизма и сталинизма, посчитав их неизбежными болезнями человечества. И не могу понять, почему они не предотвратили взрывы атомных бомб в Хиросиме и Нагасаки? Зачем понадобилось им такое чудовищное предостережение человечеству?! А сейчас - ты знаешь, что творится в мире! - меня бесит их политика уклончивого вмешательства.
- А вот Акаша говорит, что в том их высшая мудрость, - усмехнулся друг.
- Паша, мне нужна достоверная информация. Об этом, и о многом другом. Я не хочу быть голословным. Маги делиться тайнами не собираются, мертвые от меня шарахаются, хранители близко не подойдут, а в книге для магов, которую вы для меня шлете, лабуда сплошная. Не поймешь, где правда, а где - вымысел. С уголовником только и общаюсь.
- А ловко ты его...
- Откуда знаешь?!
- О том в мире магов все знают. Мертвяки с тебя глаз не спускают, видели, как ты...
- Паша, не о том речь, - перебил я друга, - Выручай! Пойми, сам я эту информацию не раздобуду.
- Нет проблем! - отозвался Паша. - Денька через два её тебе скинут. Источник информации надежнейший, без лишнего балабольства согласится помочь. А знает больше, чем все хранители вместе взятые.
- Маг?! - поразился я.
- Я тебе этого не говорил. - Паша сощурился хитро и заявил: - Не маг это.
Вот озадачил! Не маг и не хранитель, выходит - из умерших?! Но разве кто-то из них может знать больше, чем все хранители вместе взятые?
Паша мастер преувеличивать, но если бывший хранитель занят был в каком-то важном проекте, многое может знать. А если в нескольких проектах... Я заулыбался радостно.
- Спасибо Паша, а то я отчаялся уже. Кстати, что тебя просили передать?
- Кто?
- Как это, кто?! Те, кто помогают мне!
- Ничего.
- Ничего?!
- Я сам решил с тобой повидаться. Вот, пошушукался с мертвяками, они помогли, встречу организовали. Обещают впредь приходить на помощь.
- Странно это, - задумчиво произнес я.
- Что ты кипятком писаешь?! - рассмеялся он.- Не лезут маги к тебе, значит все у тебя путем.
- Паш, а ты читал, что я написал?
- Не-а.
- Не интересно?
- Почем я знаю. Сказали, пока твою писанину ни одному хранителю нельзя читать ещё дней пять, пока не сформируется начальная суть Кокона Созидания.
Одна загадка за другой. Кому же я тогда главы книги своей отправляю? И тут мысль прорезалась, что прежде мухой билась в сознании: мгновенно приняла чёткие, зловещие очертания.
- Паша, а что если таинственная незнакомка работает на магов?! - вскричал я. - Что если её забота обо мне - игра!
- У тебя никак крыша поехала, - расхохотался друг и покрутил пальцем у виска.
Крутить пальцем у виска его любимое занятие.
- Да, Паша! Да!!! - с жаром заговорил я. - Соня не смогла бы изменить пропорции тел хранительниц, участвовавших в обряде открытия знаний! Это мог сделать только маг!
- Это, если хочешь знать, моя идея была баб "под одну гребенку подстричь". А воплотил ее... - Вов, не обижайся, не могу я тебе этого сказать.
- Но...
- Вот, черт! - вскричал Паша, вскакивая. - Разбегаемся!
Друг ткнул пальцем в черную, блестящую, как уголь-антрацит на изломе, Сферу Ночи и она бесследно исчезла. Даже не взглянув на меня, он куда-то телепортировался.
Я досадливо поморщился: мой разговор с магом, (на яблоневой аллее), для Паши и таинственной незнакомки так и останется неведомым - о том, чтобы сразу передать другу то дубль-сознание, не подумал даже.
Обозвав себя безмозглым кретином, я переместился к тому самому горному озеру, где решил устроить Ад уголовнику и браткам.
Пляж был пуст, ни единого человека поблизости. Но еще катился по песку футбольный мяч, а над углями костра жарился на вертеле небольшой поросенок. А на песке - пузатые бутылки с благородным сухим вином, шахматы, с десятком сделанных ходов, одежда и вещи, забытые в спешке.
Вот так сюрприз маги преподнесли! По всему выходило: своим появлением я выкинул умерших с пляжа, отдых кому-то испортил.
Стоило телепортироваться чуть поодаль, на узкую полоску песка между озером и скалой, тотчас на пляже появились человек десять, а со стороны озера завопили уголовник и братки - ха, искупал ненароком.
Стараясь не делать лишних движений, я медленно приблизился к местным, остановился шагов за десять - как камень с души сняло, не исчезли они повторно.
Ко мне шагнул один из умерших. Улыбнулся доброжелательно и произнёс серьёзно.
- Извини Володя, руки не подам. Даже пальцем прикоснуться к тебе боязно. Маги - не гуси, дразнить их дюже накладно.
- Это вы меня простите, - заулыбался и я. - Вторгся, отдых испортил.
- Это не проблема, - покачал умерший головой из стороны в сторону. - Поросёнка своего в любой части сада магов можем дожарить. Мы способствовать тебе не вправе, вот что печально. Без обиды, очень просим, отдохни сегодня в таверне. В ней общаться с тобой нашему брату не запрещено.
- Хорошо, - кивнул я головой, поджав губы.
- Подожди, не исчезай! - торопливо произнёс умерший. - Мы пошушукались, подарок тебе решили сделать. До завтра всех оповестим, это озеро будет в твоем распоряжении... Не спорь, надо же тебе где-то отдыхать, а это место для тебя любимое.
Надо же, даже это вспомнил! Напряжение нарастало. В осадок ядовитейший выпадало, делая душу уязвимой для зла.
- А это не будет способствованием?! – холодно спросил я.
- Будет, - кивнул головой умерший. - Но это действо обозначено в дне завтрашнем, неподвластно дню сегодняшнему. За неизбежность тех событий, что наступают, наказывать глупо.
- Да, конечно, отдыхайте, - пробормотал я и переместился в другое место сада магов.
Оставшись наедине, скривил губы в ядовитой усмешке. Как-то не так умершие повели себя. Словно весьма откровенно, послали меня...
Ба-а-а!
Это я ущербным стал?! Цепляться начал за каждый проступок местных, за каждое их слово, без злого умысла сказанное.
Дошло: не на мертвых во мне обида огнем полыхает - на магов. За то, что в условия такие поставили. И мысль пришла, обидная: зачем понадобилось им унижать меня?! Губки бантиком сделал, да вовремя другая мысль на подмогу подоспела: маги не причём. Это Рунный посох так среагировал на моё исчезновение в Сфере Ночи.
И тут - ох, пусть простится очередная глупость! – мне захотелось проверить, насколько опекает меня Рунный посох. Не особо раздумывая, решился на безрассудный эксперимент. Телепортировался к краю пышущей жаром пустыни. Безрассудно шагнул на горячий песок. Побрёл в сторону ближайшей дюны, не обезопасив себя охранными заклятиями.
Пустыня эта находилась почти в центре сада магов. Она не более трёх километров в диаметре, но магическое солнце в ней палит так, что к концу перехода трескаются и кровоточат губы. Воды в ней самому не наколдовать. И, каким бы большим не было впоследствии желание покинуть её, в другое место мира магов самому не телепортироваться.
В пустыне властвует чуждая и сильнейшая магия. Пугает миражами, не всегда мирными. И дракона в ней можно повстречать, и демона. Либо под землю провалиться, в гиену огненную. Либо съеденным быть заживо. Либо дня на три быть лишённым магических сил от укуса песчаной змеи. Но и в замке сказочном, если повезёт, можно очутиться. Усладить взор танцами прекрасных "невольниц". Испить не вино - само наслаждение. И, почти всегда, нарваться на коварство "гостеприимного" хозяина - казнённым быть.
В "Клуб любителей пустыни", насколько я знаю, входит не менее двухсот почивших. Раз, а то и дважды в месяц, они устраивают кошмарные соревнования: кто быстрее пройдёт это страшное препятствие. Они настолько "подсели" на этот экстремальный отдых, что не хотят видеть абсурдности происходящего. Соревнуются с непредсказуемостью, повод для торжества находят в везении.
Впрочем, часа через четыре пустыня всегда выталкивала к краю того, кто не смог её пройти - потрёпанного изрядно, но живого.
Пустыню я пересёк без всяких эксцессов. Даже губы не пересохли. Следом, на четвереньках выполз уголовничек. На его распухшее лицо, на струйку крови из носа страшно было смотреть. А братки сгинули... Где-то сгинули.
"Я же садистом прослыву!" - подумал с ужасом.

КОНЕЦ 3 ЧАСТИ.





Рейтинг работы: 0
Количество рецензий: 0
Количество сообщений: 0
Количество просмотров: 11
© 01.11.2018 Владимир Кочкин
Свидетельство о публикации: izba-2018-2402453

Рубрика произведения: Проза -> Остросюжетная литература











1