Как меня в комсомол принимали...


КАК МЕНЯ В КОМСОМОЛ ПРИНИМАЛИ

Тут намедни дата круглая случилась, и я подумала: ёлки-палки, пришло время рассказать о моём вступлении в оную организацию! Дело было осенью, потому как четырнадцать лет мне стукнуло на летних каникулах. Но едва начался новый учебный год, старшая пионервожатая школы (была такая официальная педагогическая должность, если помните!) дала мне отмашку: мол, шевелись, не медли!
Надо сказать, что к тому золотому времени моя идейность зашкаливала, просто перехлёстывала через край! Никто меня к этому особенно не призывал, ни дома, ни в школе, но во мне уже начал выпрастываться из пелёнок поэт, и несмышлёная романтическая натура почему-то решила, что именно в комсомоле заложен фантастически прекрасный потенциал светлого будущего. Сейчас объяснить умом я это вряд ли сумею. Но факт остался фактом. Наивному подросточку казалось, что в этой волшебной организации находятся исключительно замечательные, абсолютно выдающиеся люди, а обычной ученице первой четверти восьмого класса там, конечно же, не место.
Однако день принятия был назначен, и я села писать заявление о вступлении, почти уверенная, что всё это дохлый номер, и никто меня в комсомол не примет, пусть даже и круглую отличницу, никогда не нарушившую школьной дисциплины... Но надежда всё же теплилась, и надо было убедить необыкновенных комсомольцев, что я не посрамлю их доверия, если таковое будет оказано.
Короче говоря, пошла писать губерния, то есть я начала составлять исторический документ. Не буду живописать подробности стиля и слога (да и не помню уже толком!), но вся сила тогдашнего, находящегося на ранней стадии развития литературного дарования была, безусловно, вложена в этот полуторастраничный, написанный аккуратным, еще детским почерком опус. Могу сказать только, что получилось нечто среднее между знаменитым, заученным наизусть отрывком «Чуден Днепр при тихой погоде...» и «Интернационалом»! Это творение было передано на рассмотрение в школьный комитет комсомола, возглавляемый здоровенным десятиклассником, отличником спортивной подготовки, и, кажется (да, точно!), учебы.
Настал этот самый день, точнее, вечер. Темнело. Я, наглаженная (белый верх, чёрный низ, красный галстук, пылающие щёки), трясущаяся от волнения, стояла перед заветной дверью и ждала своей очереди и участи. Несколько одноклассников уже были удостоены высочайшей чести. Моё внутреннее напряжение достигло апогея.
И тут я услышала за дверью смех. Нет, гогот. Нет, дружное ржание. Как будто над неприличным анекдотом. Тогда я абсолютно ни во что не врубилась. Уже много позже до меня дошло, что читали вслух моё заявление. Но тогда, повторяю, я, на мое смешное счастье, этого не поняла. Дверь открылась, меня пригласили войти. У тамошнего народца были слёзы на глазах (от хохота, не от восторженного умиления). Предводитель поглядел на меня с любопытством, как на дикаря с бусами и копьем, и странным придушенным голосом (видно, чтобы опять не заржать!) начал задавать мне вопросы. Я с перепугу рассказала всё, что знала: и про многочисленные составные части марксизма, и про заповеди комсомольца (или как это тогда называлось, вот склероз!) и собиралась говорить ещё долго и горячо, но мне успели на вдохе закрыть рот, сообщив, что я принята в передовой отряд советской молодёжи. Врулили значок, и, кажется, красный билет (по-моему, их выписывали заранее). Я была невероятно счастлива и горда.
На следующий день в перерыве между уроками ко мне подошла одноклассница, член выше упомянутого комитета, девочка практически подкованная и происходившая из коммерчески очень продвинутой семьи. Хорошая девочка, между прочим... Комитет ей был нужен, как балерине трактор, но для будущей хорошей биографии скромная пометка «член комитета комсомола» была отнюдь не лишней. Так вот, эта самая комсомолка спросила меня тихонько: «Слушай, а зачем ты написала такое заявление? Ведь есть нормальный образец! Все списали оттуда, и всё...» Я даже не нашлась, что ей ответить, промямлила нечто невразумительное...
Вот так закончилась эта «опупея».
Моя идейность постепенно и как-то незаметно рассосалась, уступив место тому самому холодному прагматизму, который демонстрировали сверстники.
А нынче мне просто очень жаль это наивное дитя с чёрными кудряшками и застенчивой улыбкой... Я вспоминаю, как во мне убивали эту наивность, и какой ценой приобретался жизненный опыт... А, впрочем, как у всех... Так что с прошедшим юбилеем, други... За сим остаюсь искренне ваша...






Рейтинг работы: 10
Количество рецензий: 2
Количество сообщений: 2
Количество просмотров: 69
© 31.10.2018 Эмилия Песочина
Свидетельство о публикации: izba-2018-2401526

Рубрика произведения: Проза -> История


Геннадий Ростовский       04.11.2018   19:48:32
Отзыв:   положительный
Геннадий Ростовский (01.11.2018 21:49:50)
(Ответ пользователю: Игорь Донской)
Ага, много Вам известно о моих так называемых "комсомольских убеждениях".
Я, может быть, побольше Вашего знаю обо всём плохом, что было - не в комсомольской массе, а в среде комсомольских функционеров. Да и комсомол со своими вожаками был разным - 20-ых годов, годов предвоенных, послевоенных, хрущёвских, брежневских, горбачёвских...

Из моей форумной темы К 100-летию комсомола https://www.chitalnya.ru/commentary/19342/
Эмилия Песочина       07.11.2018   20:28:55

Я думаю, Геннадий, что дискуссия с Вами на тему политических убеждений и приверженностей будет совершенно бесплодной. Поэтому помолюсь о моём прекрасном украинском отечестве и о ВСЕХ людях, там проживающих, а также о стране российской и ВСЕХ её жителях...
"Cпаси, Господи, люди Твоя, и благослови достояние Твое, победы православным христианом на сопротивныя даруя, и Твое сохраняя Крестом Твоим жительство."
Аминь.
Валентина Гай       31.10.2018   08:32:57
Отзыв:   положительный
Но ведь не убили же в нас эту святую наивность, как ни старались. Иначе не писали бы мы сейчас стихов, не пели бы песен, а просто ели бы и спали, как "убитые".) Всё хорошо. Мы живы, пока в нас живо! Успехов! И новых шедевров! Как приятно их читать! Спасибо!
Эмилия Песочина       31.10.2018   15:49:01

Валечка, Вы правы абсолютно! Она, наивность эта, никуда не делась, а просто перешла из одного вида в другой... Как же радостно мне читать такой теплый отклик, встречать такое живое понимание! Спасибо Вам, дорогая! Надеюсь, что однажды у нас с Вами появятся новые совместные шедевры! По крайней мере, мои стихи всегда к услугам Вашей музыки! Всех благ!









1