В вазе стекла голубого розы стояли...


В вазе стекла голубого розы стояли...
В вазе стекла голубого розы стояли… Красные , сочные розы любви, белые розы надежды… и желтая роза измены. Одна… Аромат источали…Каждая свой… А за окном бушевала осень … Яркая, пестрая, страстная… Разгулявшийся ветер шалил, без устали срывая листья янтарные, багряные листья …, кружившиеся грустно в лучах золотых… Так было с утра…Но вот …синее небо, прозрачное небо вдруг помрачнело, не удивив никого. Оно и понятно, ведь осень настоящей женщиной была, а потому немного своенравной, переменчивой немного и чуточку капризной… А вечером внезапно дождь пошел. И был он нудным, скучным, серым…

Ночь наступила под стук тяжелых капель по стеклу. Зоя Петровна открыла форточку. Шум дождя усилился, просочился в комнату аромат увядающих листьев. Легкая грусть невесомым флером окутала душу. Она вздохнула. Опять одна. Муж внезапно отправился в командировку, а сын – в клуб.
–И хочется тебе в такую погоду выходить,– поворчала немного Зоя Петровна. Алешка засмеялся и чмокнул мать в макушку. Неожиданные слезинки заблестели предательски,– как быстро ты вырос, дубинушка,– она ласково потрепала сына по волосам.
–Мам, ну ты чего?– он заглянул ей в глаза.– Ну, хочешь, я останусь, и мы сядем и будем смотреть друг на друга?
–Да иди уже,– Зоя Петровна шутливо подтолкнула сына,– а я лягу пораньше, устала что-то, да и погода соответствует.

Зоя Петровна и правда легла рано, но уснуть не удавалось. Она лежала, прислушиваясь к ночным звукам. Фонарь , устроившийся рядом, заглядывал прямо в окно. Зоя Петровна повозилась и, решив, что именно этот фонарь и не дает ей уснуть, собралась встать и задвинуть плотные шторы. Но в этот момент залетавший свежий ветерок шевельнул легкую занавеску, Зое Петровне показалось, что та потянулась к ней , приобретая форму руки. Женщина замерла, появилось детское желание спрятаться под одеялом. Тем временем рука схватила из вазы желтую розу и швырнула Зое.
–Иззмена, иззмена, – послышался тихий шёпот, будто шорох осенних листьев, окончательно напугавший Зою Петровну.
Она вздрогнула и проснулась. Сердце билось так, словно собиралось выскочить из груди. И было ощущение, что у кровати стоит несчастье и с нетерпением ждет ее окончательного пробуждения. В дверь звонили, а на постели лежала желтая роза.
–Интересно….,– но подумать, каким образом цветок оказался не в том месте было некогда,– с ума сошли что ли, ведь звонок сломают ,– сердилась Зоя Петровна, накидывая пестрый халатик и направляясь открывать дверь. Солнце уже забыло, что совсем недавно пряталось от дождя и разгулялось так, что казалось, будто вся комната залита расплавленным золотом. И, словно опасаясь обжечься, женщина ступала осторожно. По пути она заглянула в комнату сына. Тот безмятежно спал. Она улыбнулась, даже из пушки будешь палить, не разбудишь.

В дверь ломилась Авдотья Сидоровна- вездесущая и всезнающая соседка. Хотите узнать последние новости? К ней идите и не ошибетесь. Она и про политику разумеет, знает, кого к власти можно допускать, а кого нужно повременить , и про культуру поговорит, приводя в пример нынешнюю молодежь, но особенно про то, кто с кем и когда… А потому народ опасался с ней сталкиваться, дабы не узнать, чего не хочется.
– Ты чегой-то не открывашь? Спишь что ли?– поднимаясь на цыпочки и стараясь заглянуть в квартиру, интересовалась она.
–Спала… А почему бы и не поспать?– зевнула Зоя Петровна.– А ты чего это, Авдотья свет Сидоровна спозаранку ломишься? Не спится?– спрашивала она, а у самой колени подгибались. Не зря соседка на ноги подняла. Ох, не зря! Наверное, что-то вынюхала и спешит делиться «доброй» новостью.
–Дак, проспишь всё, муха сонная!– радостно тарахтела соседка.– Вот где твой муж? Ну? Чай, не знашь ведь?
–Фу,– выдохнула Зоя Петровна,– знаю, конечно. В командировке.
–Ага! Конечно!– засияла Авдотья Сидоровна.– Я так и думала.
Зоя Петровна похлопала ресницами.
–Ну и чегой молчишь? Как эта… Как ее зовут-то…? Ааа, камбала…
–А что говорить-то?– недоумевала Зоя Петровна.
–Так спрашивай уже,– соседка даже притопнула.
-Что спрашивать?
–Вот тетеря непонятливая!– разозлилась Авдотья Сидоровна.– Да где муж твой.
–Где муж?– тупея на глазах, повторила Зоя Петровна.
–Так с профурсеткой он рыжей… Вот!– соседка довольно заулыбалась, наконец ей удалось выложить то, что так долго распирало. Да и к тому же , что очень важно, она первая принесла эту новость.– Видела их в новом этом супер-пупер… Ай, опять забыла, как зовут, открылся недавно, там еще всё такое дорогое. Я поглядеть хожу, понюхать. Ну ты поняла, магазин по-простому . Так вот, о чем это я? А… Представляешь? Она- еще сопля соплей, малолетка, но ноги от самого пупа, а платье так до пупа. Ну, ты понимаешь… Виснет у него на шее, рыжая грива, как у лошади развивается… Да,– Авдотья Сидоровна на минуту задумалась, вспоминая удивительное зрелище. Но быстро встрепенулась,–а он её… Тьфу ты! Противно даже. Он её за попу держит … Они меня не заметили, а я проследила. За ними ходила. Одевайся,– вдруг скомандовала она.
–Зачем?–Зоя Петровна вздрогнула. Её, надо сказать , совершенно не удивило, что муж загулял. Это был не первый, а очередной раз. Отличался он лишь тем, что Зоя Петровна всегда знала, с кем он и что можно ожидать. Держала руку на пульсе и принимала меры всегда именно тогда, когда следовало. А вот теперь… Теперь она не была в курсе его любовных утех, и это настораживало.
–Пойдем, покажу, где они гнездышко устроили. Это недалеко. Пешком можно… Ну!
Как во сне Зоя Петровна влезла в старенькие джинсы и ветровку и направилась за соседкой. Ей не хотелось никуда идти , но надо знать, чего ожидать от нового романа ветреного супруга. И дело, конечно же , не в любви .Ей совсем не хотелось разводов, разделов. И , если так случилось, что муж прятал новую пассию, значит всякое может быть. Над ее устаканенной жизнью нависла угроза, и надо быть во всеоружии. И всё этот сон… с розой желтой… И девица даже вроде рыжая…
Ветер подхватил их у самой двери и оказался попутным, подталкивал в спину, чтобы быстрее двигались. Авдотья Сидоровна шагала впереди, то и дело оглядываясь, не отстала ли Зоя Петровна. Временами хватала ее за руку, принуждая двигаться быстрее.
–Да куда спешить-то?– удивлялась Зоя Петровна.
–Это тебе куда…,– ворчала соседка,– а мне надо. Пока тут хожу с тобой, еще что-нибудь интересное произойдет, а я не в курсе…
Зоя Петровна только хмыкнула…
Вскоре они замерли перед огромной потемневшей лужей, в которой плавали опавшие листья, да сиротливо валялась на ней видавшая виды доска, притворявшаяся мостиком . На той стороне скучала немного вросшая в землю облупившаяся от времени сталинка. Было видно, что про этот дом все забыли, и стоять ему еще так одиноко долго.
–Тут!– выдохнула Авдотья Сидоровна.
-Где? В луже?- ужаснулась Зоя Петровна.
–Ну и темнота ты, а еще образованная вроде,– фыркнула соседка,– в доме том они,– она ткнула пальцем в неказистое здание,– кватеру не знаю, извиняй. Побоялась по доске-то идти, – она шмыгнула носом,–ну, ладноть, я пошла. А ты ужо тут сама… ,– она подумала,- только расскажешь всё. Поняла? Не отстану, так и знай!– и она потопала назад. Ветер игриво трепал подол ее цветной юбки, но Авдотья Сидоровна не обращала на эти заигрывания никакого внимания.

Стоять, как лысый тополь посреди двора Зое Петровне совсем не нравилось. Если хочет что-то увидеть, надо это сделать незаметно. Она огляделась . Чуть в стороне рос и, видимо, уже много лет раскидистый, дуб, еще не успевший потерять свое оперение, а рядом с ним устроилась потемневшая от времени скамейка, на спинке которой отдыхала нахохлившаяся сорока. Одним глазом она косила на Зою Петровну. Видимо, нежданное соседство её не устроило, да и спокойствия собственного ради, птица, взмахнув крыльями, перебралась на дуб и уже оттуда недовольно каркнула.
Дом постепенно пробуждался. Стали появляться люди. И тут , словно огонь полыхнул из подъезда. Зоя Петровна даже вздрогнула. Рыжая грива роскошных волос в солнечных лучах казалась огненной. И принадлежала она совсем юной особе с ногами, как сказала соседка, от пупа. За девицей важно выступая, будто тетерев на току, плыл муж Зои Петровны – Андрей. Барышня что-то щебетала, он соглашался. И вот он подхватил свою даму на руки и перенес через огромную лужу. Зоя Петровна даже ахнула. Домой даже килограмм картошки из магазина отказывается принести, ссылаясь на хондроз.
–Ну, ничего, я тебе устрою, фазан ты хвостатый,– Зоя Петровна мстительно сжала губы. Правда, что и как она сделает, пока не ведала сама, но… придумает.
Тем временем пара ничего вокруг не замечала. Воркуя , они приближались к автомобилю. Зоя Петровна передвинулась за ствол дуба, дабы не быть замеченной.
–Ты скоро разведешься, дорогой?– вдруг услышала Зоя Петровна и вся превратилась в слух.
–Скоро, солнце мое. Я уже и заявление в суд подал. Только бы жена раньше времени ничего не узнала…
–Пусть знает,–беспечно махнула рукой барышня…
–Ты не понимаешь,– Андрей Степанович как –то уж по-отечески (отметила про себя Зоя Петровна) чмокнул красавицу в лоб,– она может помешать…
–Фи… Зря стараться будет…Ты ведь не передумаешь?
–Нет, конечно! Я ведь люблю тебя! –И Андрей Степанович, поцеловав пальчики своей даме, устроил её в машине и , насвистывая что-то бравурное, уселся рядом.
–Свисти-свисти, соловей ты мой,– Зоя Петровна, нахмурившись, наблюдала, как автомобиль выехал со двора. Ждать дальше не имело смысла. Вот теперь ей всё известно, и надо срочно принимать меры. Какие только ... Вдруг, что-то больно треснуло ее по голове. Это притихшая сорока завозилась и уронила желудь. И тут Зою Петровну осенило, Алеша, сын поможет ей! Она заспешила домой, ведь, проснувшись, сын мог куда-нибудь уйти.

С Алексеем Зоя Петровна столкнулась у самой двери. Он спешил по каким-то своим делам.
–О, маман, ты чего так бежишь?!– веселые искорки вспыхнули в его шоколадных глазах.– Или маньяк гонится? Так ты скажи, я мигом…
–Ой, ну болтун же ты,– Зоя Петровна улыбнулась и , дотянувшись до вихра, потрепала,– сынок вернись пожалуйста,– попросила она,– дело важное…
–А до вечера никак? – поинтересовался отпрыск, переминаясь с ноги на ногу. Уж очень ему куда-то хотелось.
–Никак,– Зоя Петровна сдвинула брови,– дело о жизни и смерти нашей семьи.
–О-о-о! Ну , если так серьезно…
–Серьезно, очень серьезно…

Устроившись на кухне, Зоя Петровна тотчас поставила чайник, достала пирожные, конфеты. Мать с сыном любили чаевничать вдвоем, обсуждая всё, что или кто подвернется…
–Ну и?– вооружившись эклером, сын отхлебнул янтарную жидкость из чашки.
–Отец собирается уйти из семьи,– без всяких экивоков тоном сотрудницы похоронного бюро выдала Зоя Петровна.
Алексей, поперхнувшись, закашлялся.
–Мама, ты чего? Куда это он на старости лет?
–Какая старость? Ему только пятьдесят два исполнилось!
–Ну, я и говорю, старик!
–Леша! Да будь же серьезнее. Я видела её сегодня. Моложе тебя будет, рыжая – бесстыжая…
–А я-то что делать должен?! Сказать , не бросай семью? Он же меня не станет слушать.
–Не станет… Ты должен увести эту рыжую.
–Как это?
–Как-как? Маленький что ли? Объяснить тебе? Увлеки, влюби в себя …
–А если она замуж захочет? Ведь она хоче-ет… Раз за отца собралась.
–Хочет. Вот и женись на ней.
–Ну, маман, ты даешь!–сын покрутил головой.– Я не хочу жениться на ней! – он виновато моргнул.–После отца-то…
–Ничего, можно ради матери пострадать хоть немного, я ведь тебе всю жизнь отдала.
–Не всю, конечно…
–Ладно-ладно… Ну, так как? Я ведь тоже не хочу ее видеть и в качестве невестки тоже.
–Тогда…
–Ты разведешься… Сразу. Она ведь уйдет от отца, он вернется ко мне и…всё. Ну как? Поможешь родной матери?
–Она хоть красивая?
–Ничего… Ноги от пупа…,–перекривилась Зоя Петровна.
–Это хорошо…
–Но-но! Это временно. Не забывай.
–Ладно-ладно…Ну, я пойду?
–Как это?
–Пойдем сейчас, я покажу её дом…
–Сейчас прямо?– сын скроил недовольную гримасу.
–А когда же?– изумилась Зоя Петровна.- Медлить нам никак нельзя.
–Вдруг, я ее не узнаю,– принялся канючить Алексей.
–Узнаешь, таких рыжих больше нет. Волосы прямо , как огонь полыхают.
–Такая уж рыжая-рыжая? Наверное, вся в веснушках…,– натягивая туфли, ныл сын.
–Да чистая у нее кожа! Белая-белая, прямо прозрачная, даже кажется светится вся,– с затаенной завистью добавила Зоя Петровна и вздохнула то ли от того, что свое такое прозрачное время ушло, то ли жалея сына, которого отправляла в лапы этой прохиндейки, как мысленно окрестила девицу.

Вечером довольный муж вернулся из «командировки». От него пахло грехом, как определила Зоя Петровна, и чуточку чужими резкими духами. Напевая, он отправился в ванную. А потому, женщина решила, что для серьезного разговора он еще не созрел. И это радовало. Надо ведь, чтобы Лешенька успел не только познакомиться, а и влюбить в себя до такой степени, чтобы девица выбрала молодость и красоту. Зоя Петровна строго наказала сыну, чтобы он не скупился , водил ее в дорогие рестораны, дабы она поняла, что на его стороне не только молодость и все к ней прилагающееся, но и …деньги. И тогда всё получится.
А Лешенька уже успел познакомиться с Жанночкой, и тоже был весьма доволен и внешностью барышни, и легким нравом, и сговорчивостью. И уже отправлялся на первое свидание.

Жанночка тоже собиралась. Она крутилась перед зеркалом, примеряя сережки с небольшими бриллиантами. Те таинственно сверкали от излучаемого люстрой света и радовали своим блеском девушку. Это был подарок Андрюсика– так именовала она своего любовника, который покинул её совсем недавно, еще не выветрился аромат его туалетной воды. Жанночка скуксилась . Всё бы ничего, и не жадный он, и любит, но как –то пресно с ним, скучно. Староват всё-таки. Такой вывод девушка сделала именно сейчас, вспоминая того молодого аполлона, с которым случайно познакомилась, когда днем выскочила в аптеку. У Андрюсика, видите ли, желудок заболел. Да… Приходится ублажать, пока не женился, а потом… Она по-кошачьи выгнулась. Потом она получит свое и уж тогда отыграется.

Ресторан был шикарным .Жанночка наметанным взглядом обежала помещение и поняла, что он к тому же респектабельный, абы кого сюда не приглашают. Даже Андрюсик ее сюда не водил. Обидно как-то. Но ничего, всё зачтется, всему свое время. Девушка была в восторге. На ее кавалера все дамы просто шеи свернули. Жанночка видела злющую зависть в их глазах и от этого светилась еще сильнее. А Алексей был на высоте. Он умел обаять девушку, и был в ударе. Изощренные комплименты сыпались, как из линяющего кота шерсть. Лесть так и лилась и была она сладкой, словно сахарный сироп, а сердце Жанночки растекалось, будто пломбир на солнышке. Она уже забыла своего Андрюсика, лишь изредка возникал где-то далеко его укоризненный взгляд, но тут же уплывал, таял, словно корабль в туманной дымке. А вскоре даже и дымки не осталось. Алексей проводил её до квартиры, но вел себя корректно, на чай-кофе не напрашивался, хотя Жанночка уже растопилась до такого состояния, что готова была на всё. Он ушел, договорившись, что зайдет за ней на следующий день , и они отправятся на сверхмодную выставку известного художника, о котором девушка и знать не знала. Андрюсик не любил всякие мероприятия.
Всё это и не только это девушка прокручивала в своей голове, сравнивала и увы…сравнение было не в пользу любовника.
Потом была выставка. Алексей много шутил.
–Ой, вы так смешно рассказываете!– хохотала Жанночка, муслюкая рукав куртки своего героя и преданно заглядывая ему в глаза.
Ужинали уже в другом, еще более роскошном ресторане, где царил полумрак и тихо, почти интимно играла музыка. Жанночке казалось , что она звучит для них двоих. Он держал ее за руку, крепко обнимал, кружа в танце. Расставаться не хотелось, и девушка включила все свое обаяние. Он остался. В окна звезды светили, и подсматривала луна, а Алексей пообещал ей достать с неба любую и она выбрала ту самую, самую яркую… . В природе царила осень, а в душе девушки правила весна. Волшебная ночь была, как вспышка, как озарение, как будто этот первый раз может быть последним, а Жанночке бы этого не хотелось. Она грезила Алексеем , он снился ей ночами. Они встречались. А потом , когда появлялась возможность , Алексей докладывал матери о проделанной работе, она же сыну хвасталась, что отец теперь почти всегда дома. Оно и понятно, Жанночка и не прогоняла, но отстраняла, ссылаясь, то на дела несуществующие, но на головную боль. Причины разные случались, было бы желание их найти. А желание было, ибо бросать Андрюсика она была согласна только в том случае, если Алешенька на ней женится . Уж очень девушке замуж хотелось.
–Маман, ну я ведь все выполнил…Так?
–Почти,– кивала она,– женись, чтобы отец уже совсем утихомирился. А потом разведешься… Мы уже говорили об этом.
–А не боишься, что захочу с ней остаться?– лукаво ухмылялся Алексей.
–Не боюсь,– отрезала мать,– таких только использовать можно. Давай сегодня же делай предложение, а завтра я вас жду… Отец будет дома , я уж об этом позабочусь.

Андрей Степанович был рад, когда открыл дверь и увидел Жанночку.
–Ты-ы?!– ахнула девушка.
–Ты пришла!– зашептал он , не обратив внимания на ее изумление.– Как я рад,– он схватил её руки и принялся целовать,– я так соскучился, но это не очень разумно!– восклицал он тихонько.– Подожди меня на улице, я сейчас…
–О! Вы познакомились?– у возникшего за спиной Алексея рот был до ушей.– Папа, это моя невеста…
–К-кто твоя?
–Невеста. Ты рад? Вижу, не ожидал, но, думаю, я тебя порадовал,– он втащил Жанночку через порог,– идем радовать маму.

Всё случилось почти так , как хотела мама. Папа затух, увял как-то. Только поглядывал на невестку жадными глазами голодной собаки. Молодые жили весело, не ссорились. Зое Петровне никак не удавалось побеседовать с сыном наедине. Эта мерзкая, рыжая девчонка вечно крутилась рядом.
–Жанночка, сходила бы ты в салон красоты. У меня для тебя приглашение. Всё включено,– Зоя Петровна ласково улыбнулась.
-Мама, зачем ей?– вклинился сынок.– Она и так красивая.
–А будет еще лучше,– сладкая улыбка будто приклеенная сияла на ухоженном лице свекрови,–не спорь, сынок, мама лучше знает.
–И правда,– Жанночка схватила билет и закружилась в немыслимом танце,– мама знает. Вон она какая красивая. Я тоже хочу!
Эта льстивая фраза, хоть и сказанная от души почему –то сильно разозлила Зою Петровну. Она перекривилась и отправилась на кухню.
–Мама, может, и я пойду с ней?– Алексей обнял жену за талию и зарылся носом в ее волосах.
Зоя Петровна дернулась, будто её ударили. Ей хотелось закричать на него, выпустить , наконец, этого злого черта, поселившегося в ней с того самого момента, как она узнала о Жанночке. Она сжала кулаки так, что побелели костяшки пальцев, досчитала до десяти и повернулась , лучась улыбкой.
–Ну что ты такое говоришь, дорогой? Дай девочке сделать тебе приятный сюрприз.
Жанночка ускакала, а Зоя Петровна пригласила сына на кухню. Она налила чай, подсунула ему тарелочку с любимыми эклерами.
–Завтра подашь на развод,– заявила она.
–Но я не хочу!
–Как это не хочу?!– зашевелила бровями маменька.
–Не хочу и всё! Она мне нравится!
–Разонравится! Я сказала!
–Мама!
–Не мамкай. Мы договорились …Ведь так?
–Так,– повесил нос Алексей.
–Вот и выполняй.
–Не хочу я… Понимаешь?
–Понимаю. Но она не единственная на свете. Поверь, есть лучше…
–Я подумаю,– решил выторговать время Алеша.
–Думай,– кивнула, будто соглашаясь Зоя Петровна. Радостная мысль, пищавшая в голове тихонько, вдруг превратилась в замечательную идею, которую стоило претворить в жизнь и как можно быстрее.– А я уже ,кажется, придумала, как тебя развести,–сказала она себе, выставляя сына из кухни ,– мне надо побыть одной.
Накинув куртку, Зоя Петровна выскочила на улицу. Она собиралась зайти в свой любимый магазинчик, где вчера случайно подслушала разговор двух продавщиц. Черноглазая, подвижная и улыбчивая Анюта мечтала, что найдет себе подходящего обеспеченного принца обязательно. Она и заявила своей подруге.
–У меня все будет, вот увидишь.
Анюта приехала из глубинки, была всегда вежлива и услужлива, чем –то напоминала Зою Петровну в молодости, такая же хваткая, целеустремленная. И Зое Петровне она бы даже, наверное, понравилась, если бы не одно но, она не любила провинциальных девиц, была уверена, что они только и мечтают захомутать её Лешеньку. Но сейчас эта провинциальная девочка была очень кстати. Несколько потрепанная Жанночка уступала такому юному, свежему бутону, как Анюта.
Анюта работала в зале. Отозвав ее в сторонку, Зоя Петровна не стала особенно церемониться и спросила:
–Квартиру хочешь?
И без того огромные очи девушки стали еще больше. Они округлились, и теперь сама Анюта стала походить на маленького совенка.
–А вы раздаете всем желающим?– опомнившись, поинтересовалась она.
–Не всем, но тебе могу подарить.
–К-как это? За что?
–За одну ма-аленькую услугу.
–?
–Ты должна избавить меня от невестки.
Анюта дернулась и попятилась.
–Не-ет!!!– замахала она руками.– Никого убивать я не буду.
–Вот дурочка! С ума сошла? Кто тебе говорит об убийстве?
–В-вы…
–Да не убивать ее, а увести от нее моего сына. Да так, чтобы он захотел на тебе жениться, а с ней развестись… Но не вздумай сама захотеть выйти за него замуж. Поняла?
Анюта кивнула.
–И если все получится, будет у тебя квартира. Я ее уже купила, теперь оформлю документы , но отдам, когда всё решится. Согласна?
–Согласна. Я все сделаю.
–Ну, вот и чудненько. Не тяни. Надо быстро,– она вынула из сумочки фотографию сына и отдала девушке, рассказала, где, когда и во сколько он бывает и, пожелав удачи, удалилась.

– Чего она хотела?– подружка Виолетка подбежала к Анютке, как только дверь за покупательницей закрылась.
–Да так,– Анюта махнула рукой,- ничего особенного.
–Давай колись. Я же вижу… Пришла такая вся таинственная, как ты сейчас…
–Ну ладно… Только ты никому.
Виолетка приложила палец к губам.

А дома Зою Петровну ждал сюрприз. Муж принес ей розы. Крупные, упругие желтые бутоны , на которых повисли капельки дождя. И казалось, что это утренняя роса.
–Ой, красота какая!– Зоя Петровна зарделась, как дева юная, и стала похожа на огромный бант , прилепленный к свадебной машине.–Но желтые…
–Да,– Андрей Степанович потер руки,– цвет осени. Ведь она сейчас на дворе и видишь , как удачно попал под дождь. Капельки, словно слезинки…
–Чьи?– насторожилась Зоя Петровна, собрав губы в кучку.
–Да, осени же! – загрустил Андрей Петрович, но жена, изобразив занятость, отвернулась и направилась в спальню, где и поставила цветы в свою любимую вазу голубого стекла .
Ночью она долго лежала, вдыхая дивный аромат, ворочалась, ей хотелось внимания, но супруг предпочитал спать в гостиной. Ей стало душно. Она встала и подошла к окну, открыла форточку. Прохладный ветер тут же влетел и сразу же направился проверять все углы. Стало свежо. Зое Петровне это понравилось, и она снова улеглась в постель. Она затихла, намереваясь отдаться в объятия Морфея, но тут увидела, как легкая занавеска натянулась, принимая очертания человеческой руки. И эта полупрозрачная рука потянулась к Зое Петровне, словно намереваясь схватить ее. Женщина вжалась в стену, но рука, подхватив из вазы розу, швырнула в нее.
–Уйдеттт, к дррругой уйдеттт,– зашелестело, зашумело вдруг, хлопнула форточка. Видимо, ветер совсем распоясался. И Зоя Петровна очнулась. Белесое утро заглядывало в окно, за которым шумел старый тополь, а ветер, озорничая, срывал, потемневшие от дождя, листья.
–Надо же какая чушь может пригрезиться,– Зоя Петровна подошла к зеркалу и с ожесточением принялась дергать волосы расческой.
-Ничего подобного, я меры приняла,– бурчала, хмуро разглядывая свое отражение.

А Анютка взялась за дело очень умело . Подстерегла Алексея, сломала каблук, ахнула и упала. Он , как истинный джентльмен не мог пройти мимо чаровницы, попавшей в беду. Вызвал такси, привез к ней домой и потом долго лечил, поглаживая вывихнутую ножку, наслаждаясь кожей дивной, бархатной. Анютка же скромно ресницами мохнатыми подергивает, словно пытается приглушить тот страстный огонь, который уже полыхает в ее черных очах. А Алексею невдомек, что барышня играет с ним. Попался быстро в сети тонкие, сплетенные из нежности и страсти. Очаровала его дева юная. И первый раз после женитьбы не пришел домой.

–Мама!– закричал он по телефону, едва проснулся. Анютка тем временем на кухне кофе варила, но , услышав голос, подошла к двери. –Мама, я люблю! И люблю по –настоящему! Женюсь! Анюта! Анюта!– закричал, держа трубку у самого уха. Девушка заглянула в комнату, сделав удивленное лицо.–Анюта. Ты выйдешь за меня? Ну?!– и в трубку,– мама, она согласна. Как я рад! Слушай, мама, сегодня выходной и все дома, скажи, чтобы никто никуда не уходил. Мы скоро.
–Я рада, сынок, что так быстро всё получилось. Жду.

–Зоя Петровна, это Алеша был?– заглянула Жанночка. Она осунулась, образовавшиеся под глазами синяки вовсе не были ей к лицу .– Что случилось? Почему он не ночевал дома?
–Да, это Алеша,– просто сказала Зоя Петровна,– скоро придет сам всё расскажет.

Гостью с сыном встретила Зоя Петровна и что-то незаметно сунула в сумочку Анюты. Они прошли в комнату. Глупая, чуть виноватая улыбка поселилась на лице Алексея. Он держал за руку черноокую красавицу.
–Это моя невеста…,– пряча глаза от Жанны, пролепетал он.
–Твоя кто?– Жанна не сразу пришла в себя.
–Невеста…
–А как же я?! Ты же меня любишь!– ее лицо исказила неприятная гримаса.–Я ведь красивее твоей цыганки, умнее, опытнее! – почти кричала она, мрачнея от досады.– Посмотри на меня внимательно, быстро посмотри! Ты просто не видел меня со вчерашнего дня и уже успел забыть,– Жанночка отчаянно боролась за свое счастье,– из-за тебя я бросила любимого человека,– она подпустила слезу и скосила один глаз на Андрея Степановича.
–Знаешь, Жанночка,– подал голос Андрей Степанович,– а выходика-ка ты за меня. Мы ведь хотели… Я тебя люблю по-прежнему.
Зоя Петровна побледнела.
–А что?– слезы мигом высохли, и стало непонятно, были ли они.– И выйду. Я согласна.
Алексей виновато глянул на мать.
Раздавшийся звонок в дверь, прозвучал так неожиданно, что все не сразу поняли, откуда доносится звук. Первый сообразил Андрей Петрович. А через секунду привел маленькую остроносую девушку.
–Вот Аню какую-то спрашивает, говорит, видела, как к нам зашла.
–Анька, ну ты чего?!– шмыгнула носом Виолетка.– Твоя же смена сегодня,– тараторила она,– а тебя нет. Меня послали узнать…Вот я за тобой и шла. Ну, что, получилось?– зашептала она , подмигивая подруге.
–Да, замолчи ты,– шипела Анютка.
–А чего? Женится он на тебе? Ты же говорила…И квартиру тебе подарят…,–не унималась Виолетка.
–Не женится!– отчеканила Зоя Петровна.
–Мама, чем ты опять недовольна?– Алексей помолчал,– я что-то не пойму, какая квартира…О чем речь?
–Ой, какой смешной,– хихикнула Виолетка,– да мамаша твоя велела ей тебя увести у этой, –она кивнула на Жанну,–а за это квартиру пообещала…,– выпалила девчонка.
–Мама, это правда?
–Правда-правда,– Анюта сверкнула черными глазищами,– да, твоя мамаша заплатила мне квартирой.
–Не может быть!
–Может. Все документы в сумочке уже. Ну, я пошла, свою работу я выполнила,– она повернулась к подруге,– ну и дура ты, Виолетка. Такую малину мне испортила. Или ты специально? Из зависти? – догадалась Анюта.– Ну и дрянь же ты! Больше ко мне не подходи,– девушка, схватив сумочку, выскочила из квартиры. За ней, не спеша, с чувством выполненного долга, последовала Виолетка.
–Ну и ну,- после непродолжительного молчания произнес супруг,– и ради чего ты затеяла такую многоходовку?
–Я просто не хотела быть одна,– Зоя Петровна устало опустилась в кресло.
–Мама! Мы же не бездушные куклы! Мама!
–Ты ведь всё знал…
–Знал… Но ведь не всё… Не знал, что ты можешь просто купить человека…Мама!–Алексей вскочил, и входная дверь за ним с грохотом захлопнулась.
–Ну, и нам пора, дорогая,–Андрей Степанович бережно взял за руку Жанночку.
Зоя Петровна вздрогнула.
–Но она еще жена сына!
–Ты не забыла, что наш сын только что с твоей помощью отказался от нее.
–Ах, идите, все идите… Я так устала,– Зоя Петровна направилась в спальню,– утро вечера мудренее, не зря говорят.
Но сна не было. За окном стонал ветер. Лишь под утро удалось забыться. Сон был тревожный, беспокойный. Она очнулась от страшного грохота. От сильного порыва ветра окно распахнулось, голубая ваза упала и разлетелась на мелкие осколки. В маленькой лужице умирали желтые розы, издавая неприятный запах.



© Copyright: Галина Михалева, 2018
Свидетельство о публикации №218101500314 





Рейтинг работы: 5
Количество рецензий: 1
Количество сообщений: 1
Количество просмотров: 44
© 15.10.2018 Галина Михалева
Свидетельство о публикации: izba-2018-2388100

Рубрика произведения: Проза -> Рассказ


Лина Булыгина       15.10.2018   19:34:40
Отзыв:   положительный
И почему -то мне её не жалко..
Галочка, как всегда, -захватывающе, с интрижкой, красиво, интересно
Спасибо!
Добра и солнышка
Галина Михалева       16.10.2018   03:26:37

Спасибо, Линочка! Солнечной осени и всего доброго!











1