Сказ о «Коломенском» и хранителях Руси


Расскажу вам друзья, я про «Дьяков овраг»,
Документам истории внемля,-
Как пытался извечно-заклятый наш враг,
Изничтожить славянскую землю…
* * *
Как прекрасна в «Коломенском» летняя ночь!
И не хуже, чем ночь близ Диканьки!
Там лишь чёрт попытался луну увол′очь,
Что бы вывернуть мир наизнанку!

Ну, так это у Гоголя пред Рождеством
Накосячил чертяка с испугу.
Я же вам расскажу без утайки о том,
Как и где встретил брата и друга...

Догорал летний день в золотистом огне,
Для влюблённых сол′овушки пели.
Захотелось пройтись в парк «Коломенский» мне,-
На носу был шестой день недели…

Прихватил я, на скорую руку с собой
Карандаш, лист бумаги и краски.
Ах, как лился с небес в душу цвет голубой,
Как всем солнышко строило глазки!

Вот и парк: блещут златом церквей купола,
Расцветает сирень вдоль аллеи.
Наполняет лужайки, смеясь, детвора,
И пищит, ни о чем не жалея.

Подошел к дубу я, а на нём старый друг,-
Ворон чёрный, кричит, что есть мочи,-
"Каррр дела, каррр живешь? Ты зови, если вдруг,
Чёрт прижмет, не помянут будь к н′очи!"

И довольный собою крылатый мой брат,
Прохрипел задыхаясь от смеха,-
"Не поверишь, как видеть тебя был я рад,
Ну, дружище, желаю успеха! "

Незаметно спустился я в "Дьяков овраг",
Лес дремучий пел песню тоскливо.
Неуютно мне было на первых порах,
Но собрался я в′овремя с силой.

Слухи ходят, что будто разлом здесь времён,
Чудеса происходят, бывает:
Толь проскачет отряд чужеземных племён,
Толь кикиморы носятся стаей.

А, однажды,- сам видел, русалка одна,
У ручья обнажённой лежала.
От её нежных песен притихла луна,
Ну, а мне, как всегда было мало!

Подошел я, пленённый её красотой,
К ней поближе - ну, дивное диво:
Говорит мне она - "Парень, ты непростой",
Поедая очами игриво.

"Знаешь, милый, попомни мои ты слова,
Вижу дар у тебя я поэта:
Не пойдёт, если кр′угом твоя голова,
Знаменит станешь ты этим летом."

"На пути ты стоя′щий, смотри, не забудь,
Ждёт тебя испытаний немало."
Словно пчёлка ужалила слева мне в грудь,-
Я поверил, что время настало.

Что стою я на грани крутых перемен,
Что собой я не волен, отныне.
Почему не попал я русалочке в плен?
Не ломала бы ноша мне спину!

Я отвлёкся, прости друг-читатель меня,
Зрю я «Г′олосов» снова овражек:
Под-до мной содрогнулась, внезапно, земля:
Я и сам не подпрыгнул, чуть даже.

Зря смеётесь: зелёный сгустился туман,
Я ему с недоверием внемлю:
Ни уму неподвластный, ни сердцу изъян,
Разъедать стал округу и землю.

Искривилось пространство, озноб ледяной,
Словно змейка промчался по телу:
Чёрт его побери, я утратил покой,
Но по-прежнему выглядел смело.

Вдруг у камня-коня в разноцветье огней,
Вниз открылась бездонная яма:
Из нее вышла тварь - огнедышащий змей,
И полезла на землю упрямо.

Вслед за нею страшилищ таких легион,
С диким визгом и огненным взглядом,
Попытались пролезть,- с неба гром, словно стон,
Зазвучал оглушающе рядом.

Сквозь туман слышу ворона голос: - "Браток,-
Крест твори! Не теряй веры в Бога!
Я в обличье своем настоящем далёк,
Но спешу,- задержи их немного".

" На пути, ты стоящий, и ада вратам,
Помешать распахнуться ты должен.
Род людской не святой, и за ним по пятам,
Тени смерти витают тревожно".

"Раз в сто лет открывается этот портал,
Лезет нечисть на матушку-землю.
Испытаний, для нас, час нелегкий настал:
Кто мы есть, где мы есть, ну, и с кем мы".

"Сотвори крест святой, сердце небу открой,
Сколько жить нам — на все божья воля!
А уж, как - нам решать, примем с нечистью бой,
Русь спасём... Или крест в чистом поле!"

Возле камня-коня раздалс′я шелест крыл,
Вниз роняя разящие стрелы:
Над конем боевым ворон яростно взмыл,
Превращаясь воителем смелым.

Изрыгнул пламя змей, в лютой злобе попёр,
На церквушки и землю родную.
Ворон-воин взметнул боевой свой топор,-
"Не для вас мы храним Русь Святую!""

"Славен тот, кто готов за неё жизнь отдать,-
Нет для воина лучшей награды!
С молоком дух свободы вскормила в нас мать!
Прочь обратно исчадия ада!"

А, у д′евичья камня, восставши из снов,
Вниз бросала священные в′оды,
На извечных, для рода людского врагов
«Берегиня» славянского рода!

И замешкалась тварь, заспешила в проем
Потускневшего, сходу, портала.
И пронзил её витязь разящим копьём..
О′жил мир - наваждение спало!

Дуб могучий, как прежде, небесную гладь,
Приобнял сводом веток могучих.
Восседая на них, ворон черный опять,
Взглядом мерил свинцовые тучи.

А они со свирепо-звенящей тоской
Уплывали за край небосвода.
Перезвон колокольный даруя покой,
Мир подлунный наполнил свободой.

Как прекрасна в "Коломенском" летняя ночь!
Церкви блещут искрящимся златом,
Отгоняя нечистое, чуждое прочь:
Что прекрасней, быть может, ребята?

Янэк Жалвинский.





Рейтинг работы: 0
Количество рецензий: 0
Количество сообщений: 0
Количество просмотров: 17
© 15.09.2018 Янэк Жалвинский
Свидетельство о публикации: izba-2018-2363202

Рубрика произведения: Поэзия -> Эзотерические стихи











1