Твои глаза, как Дикие Джунгли


Твои глаза, как Дикие Джунгли
Прими мои руки, Гроза! Я чувствую новую веру,
С которой встаёт по утрам из могил моя несвятая любовь…
Обрушь на меня небеса.
Подобно Милосской Венере,
Дарю свои руки Тебе навсегда, чтоб жестом не выразить слов.

Последнюю просьбу прими. Признаньем последним утешься,
Мой голос возьми и пропой о Судьбе, ведущей к исходу безумств,
Что в мареве тихом парит,
В расцветшем тумане черешни...
Слова я Тебе отдаю для того, чтобы скрыть отражения чувств.

Омытая в ливне душа к Тебе вырывается, будто
Ты можешь её растворить, возвращая так долго искомый покой.
В том истины нет ни гроша...
И я уж которое утро
Прошу, забери мои чувства, чтоб сила была не показывать боль.

Мне стать бы, как Ты, грозовой, хотя бы на каплю-иную!
Обрушься на сердце моё, омовенное тёмно-багровой слезой,
Тогда я, быть может, тоской
Тебя, дорогая, миную,
И двинемся мы на окраину шторма одной небывалой тропой.


— Ёбаная очкастая! Что ты со мной сделала?! — я зарычал, цепляясь за одежду, которая казалась слишком неудобно сидящей на мне. Ебанутая сволочь! Я знал, что это слишком подозрительно, что она сделала мне чай! Как я мог так сглупить, выпив его?..

— Ох, расслабься! Всё не так уж и плохо! Эрик приказал мне сделать это! Ты знаешь, как он любит добиваться своего. Мы ничего не знаем о теле Дэна, как он реагирует на самок, и, похоже, он выходит только тогда, когда ты рядом. Поэтому мы решили провести эксперимент, в котором ты будешь властным пассивом, как ты и хотел! Я создала специальную сыворотку, которая принесет в твоё тело больше крови омеги, чтобы у тебя началась течка! Ты единственный, кто может сделать это, потому что большинство моих предков — беты, а Дэн больше альфа. Нужно посмотреть, из-за окружающей ли среды активность, скрытая в его крови, более очевидна. Кроме того, я видела, как ты смотришь на его тело. Ты никого не надуришь, Валерка, — объяснила Стася, толкая меня и позволяя мне упасть в траву.

— Ты, ебанута…

— Валера, — из коричневой палатки внезапно раздался голос и хлопнул бумагами по грязному столу Стаси, — ты знаешь, что это единственный способ заставить его выйти. Мы не знаем почему, но он видит только тебя, не замечая нас. Он не придёт, пока мы здесь, поэтому мы вас оставим, чтобы провести эксперимент. Мы хотим знать, как он отреагирует на течку. Мы хотим знать, каких генов у него больше — альфы или омеги. Мы хотим завоевать его доверие, стать ближе и изучить его более детально. Мы должны видеть, влияет ли окружающая среда на его психику, чтобы активировать даже самые древние гены, и сможем ли мы их использовать, чтобы вылечить такие вещи, как бесплодие и другие болезни. Тогда, надеюсь, мы сможем вернуть его в цивилизованный мир и сделать из него прекрасного молодого человека. Мы можем многому научиться, благодаря ему, — Эрик взял в руки чашку с чаем и вылил его, чтобы убедиться, что Стася случайно его не выпьет.

— Это ради науки, Валера! Кстати об этом, когда ты в последний раз спал с кем-то, а? — они завизжали мне в ухо. Если бы я мог, я бы вырвал им носы, но всё, что мне хотелось, — сорвать с себя одежду. Черты, используют моего внутреннего омегу против меня.

— Из всего, с чем я сталкивался, это — самое херовое! Вы в своём уме?! — я зарычал, цепляясь за галстук на шее. Бля, почему я всегда завязываю его так туго!

— Ты выживешь. Может быть, будешь лучше, чем сейчас? — предположил Эрик; ухмылка украшала его гладко выбритое лицо, и он развернулся и ушёл точно так же, как и пришёл.

— Стася! Выпусти меня, сейчас же!

— Прости, коротышка! Ты слышал босса! Ты собираешься помочь нам в новом приключении! Это всё ещё включено в твой контракт! — сказали они, и я взглянул на них.

— Мой контракт?

— Нет времени на это! Я собираюсь уложить тебя спать прежде, чем ты сбежишь, — прошептали они, начиная выискивать что-то в своём древнем ящике.

— Спать? Спать?! Как я, блять, могу заснуть, пока вы, засранцы…

— Нашла! — завизжали они, пока шприц цинично покоился в их руках. — Ах да! Пока не забыла: если это сработает так, как я думаю, то в нём ничего не будет, кроме инстинкта. Он может быть немного жесток, а потом послушен в своих действиях, но после всего — придёт непонимание. Основываясь на наших исследованиях, это потому, что омега, альфа или бета внутри нас управляют нами в такие моменты. Так что, если он сделает что-то необычное, знай: это его внутренняя активность пытается заполучить его через инстинкты. А теперь, моя дорогой, время для сна! — они жутко промурлыкали, подводя иглу к моей шее. Как, чёрт возьми, я до этого докатился. Почему я ничего не могу сделать, чтобы противостоять ей?! Эта проклятая течка… Почему омега внутри меня ничего не делает?! Я вздрогнул от ощущения погружения иглы в мою шею, чувствуя, как протекающая в моих венах жидкость успокаивает меня.

Не спать! Сопротивляйся! Не… Спать…

— Нет… Не… Могу… Заснуть…

Моё сердце владеет тобой...

Ты пришёл в мой дом, затворил окно, не пуская дожди за собою.
Чтоб отбросить страх, разогрел вино, жаль, вино оказалось злое,
Потекло оно, как огонь в крови. Ты сжимал беспокойные руки,
Словно долго ждал, чтобы час пробил. Ты пришёл рассказать мне о муке,
О тяжёлой мгле на своей душе. Рассказать, что вино перестало
Быть отрадой, и, среди всех мужей лишь тебе одному его мало.

Ты бежал к утру, не смотря назад, в мой заброшенный дом за рекою.
«Все твердят, что я направляюсь в ад!..». Что ж, тогда – я пойду за тобою.
Ты пришёл в мой дом и упал к ногам, от недуга отвары глотая.
«Знают все, что в душе у меня зола!». Хорошо, если есть – не пустая...

«Откажись! Зачем ты проводишь дни, всё грустя обо мне, но прощая?
Видно людям всем – я профан в любви и боюсь раздавать обещанья».

Поднимись с колен, милый, добрый друг, я тебя утешать не устану.
Ты пришёл ко мне – ты открыл сундук. Я тебе подарю его тайну.

Можно жизнь пройти, о судьбе кричать и заветного счастья не встретить...
Если сердцу есть, для кого стучать – можно всё пересилить на свете!
Ты пришёл в мой дом. Оставайся здесь, сможешь ты от обид отогреться,
А когда уйдёт за порог болезнь, для меня пусть стучит твоё сердце.

В первый раз, когда я встретил Дэна, я падал.

Тогда начался дождь в таких жарких джунглях — он лил как из ведра. Я настраивал свой 3DM передач, когда этот сукин сын, Нил, подошёл сзади и застал меня врасплох, оставив меня беззащитным, и столкнул с ветки дерева, на которой я стоял. Я помню ветер в волосах, бьющийся мне в спину, пока я смотрел на всё отдаляющуюся и отдаляющуюся ветку. Я умру в полёте. Какой прекрасный способ покончить с собой. Я закрыл глаза, готовясь к удару, как вдруг меня оттолкнули в другую сторону. Я что, врезался в дерево? Но нет, я не мог, я больше не падал. Чья-то рука была обвернута вокруг моей талии, пока дождь и ветер продолжали избивать моё тело. Что за хуйня происходит?

Я удивленно распахнул глаза, когда увидел загорелую, мускулистую мужскую грудь перед носом. Скользя по его телу взглядом, я наткнулся на густые и влажные коричневые локоны, пересекающие лицо мальчишки. У него была мощная челюсть; капли воды медленно стекали ему на шею. Красивые зелёные глаза уставились на меня, поедая живьём. Я был подчинённым взглядом этого существа. Я не осознавал, что мы укрылись где-то, пока огромные капли не перестали стучать по моим щекам. Я оторвал свои глаза от него и ахнул, увидев, насколько высоко мы забрались.

— Что за дерьмо?! — я бессильно воскликнул, прижимаясь руками к неизвестному мужчине, чтобы убедиться, что я не упаду. Как мы, блять, попали сюда? Это было ещё выше, чем там, где я был с Нилом. Подождите… Этот ублюдок пытался убить меня! Мой внутренний монолог прервало внезапно тёплое прикосновение к моей дрожащей коже. Я посмотрел вниз: его руки прикасалась к обнажённой части моего живота. Что за…

— Кто ты, блять, такой?! — я зарычал, смотря вниз и замечая, что мы сидим на ветке дерева. Довольно широкой ветке. Я слез с его рук, покраснев, когда понял, что он держал меня, как принцессу. Я попятился к стволу дерева, издавая очень мужественный писк, когда, развернувшись, обнаружил его прямо у своего лица.

— Ч-что… Что ты делаешь?! Почему ты так… близко?! — плевался я и пятился, когда он продолжил пододвигаться ещё ближе. Наши носы столкнулись, когда он, наконец, остановился, смотря на меня своими зелёными глазами. Из его груди выскользнуло некое урчание; скользя взглядом по моему телу вверх и вниз, он остановился на руке. Я позволил ему. По какой-то причине, его прикосновения не чувствовались столь неестественно на моей холодной коже. Рукой я ощутил, насколько его ладонь была теплой. Он, осмелюсь сказать, был зачарован ею, поднося мою мокрую конечность к лицу для дальнейшего изучения.

Кем был этот парень? Почему он выглядел столь… удивлённым? Если кому и надо удивляться, так это мне! Он ходит вокруг да около, подбирает людей и раскачивается на лозах. Я дрожал от его прикосновений и, попытавшись сохранить хладнокровие, как и раньше, закатил рукава рубашки. Хуй с этим холодом, такими темпами я умру от переохлаждения.

Моё тело трясло так сильно, что я побоялся, что упаду с ветки, но парень, казалось, не замечал этого и двигался всё ближе; тепло его тела согревало меня самым красивым способом. Вздохнув, я положил голову ему на плечо, свободной рукой неуверенно проведя по второму и замурлыкав в тепле. Мы сидели так несколько секунд, тишину нарушало лишь его тихое сопение и едва слышимое мурчание. Конечно, это продолжалось, пока я не открыл глаза, замечая очень, очень большую деталь, которую я не заметил ранее, в данный момент была приспущена, но в ней были хорошие семнадцать сантиметров. Я отпрыгнул назад, больно ударившись головой.

— Блять! — я зарычал, схватившись руками за голову. К счастью, я не почувствовал тёплую жидкость, так что кровотечения не было. Однако, из-за того, как мальчик смотрел на меня, моё дыхание ускорилось в считанные секунды. Он смотрел, как хищник, наблюдающий за своей добычей… Но с каких это пор я стал добычей? Его глаза были затуманены, но всё ещё предельно сосредоточены, наблюдая за мной; я не мог отвести взгляда от их захватывающей зелени, даже если бы захотел. Его глаза готовы были сожрать меня живьём, и я не уверен, дрожал я от холода или от его взгляда. Мне нужно взять контроль над собой прямо сейчас!

— О-ой… Ч-чёртов с-с-сопляк! Где, б-блять, твоя од-дежда?! — я пытался твёрдо спросить, но челюсть так дрожала, что, казалось, я заикаюсь. Он склонил голову, смущение украсило его лицо, а изо рта вырвался небольшой скулёж. В этот момент он напоминал мне растерянного щенка, небольшая ухмылка растянулась на моих губах, но я быстро напомнил себе о происходящем. Он подошёл ко мне ещё ближе, глядя на меня своими золото-изумрудными глазами, которые отражали его эмоции так же ясно, как если бы он рассказал о них вслух. Он был озадачен, но любопытство взяло своё, и он прислонился ухом к моей груди. Что за…

Он издал мягкий, урчащий звук, а его руки сжали мокрую ткань моей белой рубашки. Он простоял так несколько секунд, прежде чем поднять голову и фыркнуть, хватая меня и прислоняя к его груди. Я замялся на мгновение, откровенные слова выскользнули из моего рта и были заглушены его грудной клеткой. Чёрт возьми, этот сопляк сильнее, чем я думал. Он вновь заурчал, запуская пальцы с любопытством в короткие волосы моего андерката. Я замер, позволяя ему позиционировать меня так, как он хотел, — на грудь. Он опять заурчал, его тёплые руки двигались всё выше и выше, пока окончательно не остановились. Сначала я не понял, чего он хотел, но в конце концов до меня дошло. Его сердце бешено колотилось в груди, эхом отдаваясь в моём ухе.

Было ли это из-за меня, или из-за того, что он перенёс меня на дерево? Мой вопрос так и остался без ответа; мы простояли так ещё несколько минут. Голове стало жарко от его очень крепкой груди, капелька пота на его коже вовсе не отталкивала, как обычно бывало, что сильно меня удивило. Почему я не чувствую желания оттолкнуть его? Я медленно отошёл назад, чтобы рассмотреть паренька полностью. Скрючившись, он сидел на ветке дерева, как обезьяна: колени подогнуты, а руками он балансирует свой вес. Странно в этой позе было то, что он удерживал себя не ладонью, а тыльной стороной руки, костяшками. Разве это не больно? Человеческое тело не было предназначено для переноски всего веса на суставы, так как это делает он, при этом не цепляясь ни за что?

Благодаря свету, который появился за несколько секунд до того, как дождь начал затихать, его кожа казалась золотой. Это был ровный загар, поэтому я не мог предположить — загорал ли он голышом или сразу таким родился? Это было забавнее и лучше, чем моё бледное лицо. Его волосы свисали патлами и едва касались плеч, они выглядели достаточно чисто, учитывая обстоятельства, и имели тёмно-коричневый оттенок. Свисающие прядки выглядели шелковистыми и заманчивыми, но я мог только представить, как запускаю в них пальцы. Он издал гортанный звук и, наклонив голову, потянулся вперёд, ковыряя мою рубашку. Он знает, что такое одежда?

— Что? Ты спрашиваешь меня, что это? — спросил я, со вздохом потянув грязную и рваную рубашку. Она была от нового бренда. Он прочистил горло и вновь потянул за неё.

— Что? Ты хочешь её? — усомнился я и начал стягивать рубашку с себя, разрывая её ещё больше, когда она застряла на руках. Мальчик встревоженно заурчал и, как только я снял рубашку, выхватил её из моих рук, закусил подол и потянул. Пару секунд я был в замешательстве, пока, наконец, не понял. Он что, подумал, будто рубашка напала на меня?

— Эй! Ты, сопляк… Это рубашка. Она не сделает тебе больно! — крикнул я, хватаясь за рубашку; как какое-то перетягивание каната. Как только рубашка вернулась в мои руки, я отбросил её, позволяя ей медленно упасть с дерева. Теперь я намусорил тоже. Здорово. Я повернулся к мальчику и вздохнул. Время для знакомства, что ли.

— Я Валера. Валера, — я медленно повторил, указывая на себя, а затем на него, — ты — дерьмовый сопляк. Дерьмовый сопляк, — наверное, не стоит давать ему имя Дерьмовый Сопляк, но ко мне пришла мысль, что у него вообще его нет. Могу же я дать ему его прямо сейчас.

— Валера. Дерьмовый сопляк. Валера… — начал я, указывая на человека, которому соответствует правильное имя, как он вдруг открыл рот и заговорил.

— Дэн. Варера, — он указал сначала на себя, потом, коверкая имя, на меня. Его голос был неправильно использован, не гладок, как мой, когда дело доходило до устной речи. Но чёрт меня побери, если это меня не заводит.

— Нет, нет Варера. Валера! — Дэн. Это его имя? Однако, кто его ему дал?.. Он растерянно глазел на меня пару секунд, прежде чем проскользнуть взглядом по моему телу.

— Валера, — промямлил он, и я кивнул.

— Я Валера, ты — Дэн, — ответил я и не мог не заметить пронзившую его дрожь. Только я хотел прокомментировать это, как по всему лесу раздался выстрел. Дэн вскочил и, прежде чем я успел осмыслить происходящее, обвил руками по обе стороны мою голову и прижал к себе настолько близко, что между нами остались жалкая пара сантиметров. Какого хера…

Раздался ещё один выстрел — и Дэн зарычал; звук, исходящий из его рта, напоминал звук, который издают дикие кошки, для которых это было, как бы, естественно. Он продолжал смотреть через оба плеча, стараясь найти источник шума, когда я понял, что этот сопляк пытается защитить меня. Хотя, это нелепо, учитывая, что я тут с пушкой. Говоря о пушках… без сомнения, Эрик пытается найти меня — мы договорились стрелять дважды, если потеряем кого-то, и один, чтобы показать, что всё в порядке и нужно возвращаться в лагерь.

— Эрик… — я зарычал и начал искать пистолет в кармане, но, благодаря властным рукам Дэна, это было довольно-таки тяжело сделать. — Эй, отвали! — потребовал я и толкнул его, но безрезультатно, Дэн лишь прижал меня сильнее и посмотрел дикими глазами. — Дэн, отцепись, — сказал я вновь, и на этот раз он, казалось, признал своё имя и позволил мне оттолкнуть его. Я вытащил свой пистолет и, быстро указав на небо над головой, нажал на курок. Бедный Дэн выглядел так, словно наложил в штаны, при этом урча и пряча голову в моих коленях. — Этот маленький засранец, я клянусь… — ядовито сказал я, пуская руку в каштановые волосы и успокаивающе поглаживая его голову. Спустя несколько секунд он сел и посмотрел на пистолет в моей руке.

— Эрик, — промямлил он, смотря на пушку в моей руке, а потом вновь на меня.

— Нет, нет. Не Эрик. Пистолет. — сказал я и поддержал сопляка, чтобы увидеть его. — Пистолет. — повторил я, в то время как он продолжал смотреть. С небольшим ворчанием, он потянулся, чтобы схватить пушку, но я быстро отдёрнул руку. — Нет, это очень опасно. Ты можешь выстрелить и, скорее всего, попасть в меня, — я хмыкнул, положив пистолет в чехол, прежде чем уставиться на звук выстрела. Там был свет, дым, и, без сомнений, пожар начался из-за Эрика, который захотел отвезти меня домой. Вздохнув, я обернулся; дикий мальчишка всё ещё смотрел на меня со странным выражением лица.

— Ладно, сопляк, как нам спуститься отсюда? Мне нужно пойти туда, — спросил я, указывая в сторону дыма; его глаза следили за моими движениями, будто понимая, чего я хочу. Он издал странный звук и, схватив одну из лиан, начал тянуть её, пока не счел её приемлемой. Он протянул руку, и я схватился за неё, быстро обернув руки и ноги вокруг тела Дэна, прежде чем он вскочил, плавно перепрыгивая с лианы на лиану, пока я обхватил его, впиваясь ногтями со всей силы в его кожу; страх падения с такой высоты поглощал меня. Он взглянул на меня на секунду и, словно почувствовав страх, уткнулся в мой затылок, что-то ворча. Он успокаивал меня, пока мы продолжали наш путь. Я неосознанно смотрел, как колышутся его волосы и как мы пролетаем через джунгли. Он, должно быть, сам отрезал их, к тому же они выглядят немного длиннее моих. Наверное, я восхищался, как мышцы на его трицепсах рябило, когда я осторожно сжимал их. Я чуть не застонал от ощущения тёплых мышц, но вздрогнул, когда понял, насколько восхитительны мышцы под моими ягодицами. Я знал, что меня привлекают стройные парни, но, блин, он тоже был ничего. Я старался не обращать на такие мысли внимание, как вдруг Дэн начал спускаться всё ниже и ниже, приближаясь к земле.

— Ладно, отпусти меня, четырёхглазой не нужно видеть меня в такой компрометирующей позе. Для меня это ничем хорошим не закончится, — приказал я и вздохнул, когда он посмотрел на меня сверху вниз, приземляясь с мягким стуком. Я указал на землю и заёрзал, показывая, что хотел бы опуститься. Он, кажется, начал понимать, осторожно опуская меня на землю, прежде чем присесть. Он делает это вновь — опирается на костяшки, как горилла! Конечно, это должно быть больно.

— Разве тебе не больно делать это, Дэн? — спросил я, а он лишь поднял голову и склонил её, несомненно, узнав своё имя, но не поняв остальных слов. Я указал на свою руку и попытался скопировать его позу, морщась и показывая, как покраснел мой кулак после этого. Он казался сбитым с толку, начиная быстро изучать мою руку и сравнивать со своей, и, действительно, его кости немного отличались. Какого хера?..

— Я нашла его! Валерка, мой дорогой, я знала, что ты вернёшься! — я вдруг услышал крики и Станиславу за листвой. Дэн вскочил из-за внезапного шума, загораживая меня в очередной раз и рыча на человека перед нами. Стася медленно моргнули, затем ещё раз, ещё раз и ещё раз, а затем восторженно завизжали.

— Новый испытуемый, блять, да! — закричали они, танцуя на месте даже после того, как Дэн грозно зарычал.

Иисус Господь, Стась, у меня нет времени на это дерьмо. Нет, ты не сможешь ставить ебучие эксперименты на нём, и, Дэн, перестань рычать, — я зарычал на последней части, которую наверняка понял Дэн. Он не понимал моих слов, но осознавал интонацию. Я встал и в знак извинения потрепал его волосы, пока Стася смотрели на нас с восхищением.

— Ты дал ему имя! Это так мило! Эрик, посмотри, какого котяру к нам занесло! — заорали они; я застонал, когда внезапно появился Эрик и его тупые блондинистые брови. Он выглядел удивленным, но не принимал никаких мер против голого мужика, в настоящее время сидящего между моих ног, всё ещё рычавшего, хоть и не так громко, как раньше. Его голубые глаза прожигали меня своим невысказанным вопросом; я вздохнул в восьмидесятый раз за час. Я даже уже не знаю.

— Нил пытался убить меня, — начал я, полагая, что это будет самым лучшим вариантом для начала.

— Что?! — зарычала Стася; Эрик выглядел слегка удивлённым.

— Что ты имеешь в виду, Валера? — обеспокоенно спросил Эрик, двигаясь вперёд и пытаясь дотронуться до моего плеча, но будучи перехваченным Дэном. Он громко зашипел на командора и ударил его в ноге, пока тот, наконец, не оглянулся. Я думаю, это довольно мило, как сильно мальчишка пытается защитить меня, отчего что-то внутри меня растаяло, я начал медленно, успокаивающе поглаживать его по голове в надежде успокоить. Казалось, это немного помогло, он перехватил мою руку и осторожно придвинул её к своей щеке.

— Я имею в виду, он пытался убить меня. Пока я настраивал свой 3DM передач, потому что после обеда он начал неправильно стрелять, будто его кто-то испортил. В тот момент я был на ветке, когда внезапно появился Нил, а в следующий момент, я уже знал: я падаю. Этот парень, Дэн, вдруг прилетел на лозе, и теперь мы здесь, — сказал я, пожав плечами и поглаживая большим пальцем ладонь Дэна. У Стаси, казалось, была готова идти пена изо рта, пока Эрик был просто зол, что я мог умереть. Он вздохнул и посмотрел на мальчика, всё ещё сидящего между моих ног, а затем тоже присел и протянул ему руку.

— Я хотел бы поблагодарить тебя за спасение моего друга. Теперь у тебя есть моё уважение и благодарность, — сказал Эрик с небольшой улыбкой, пока мы все наблюдали, как Дэн с интересом обнюхивает протянутую руку, прежде чем вернуться в свою позу и упереться головой в мой пах, отчего я чуть ли не упал.

— Эй, ты что делаешь? Я из-за тебя сейчас упаду, сопляк! — зарычал я, наблюдая, как Дэн отскочил и, скуля, посмотрел на нас всех, а затем быстро исчез в темнеющем лесу. Я услышал нытьё Стаси о главной потере всей поездки и вздохнул. Я не хотел пугать его. Блять, я только начал к нему привыкать.

— Как ты думаешь, он вернётся? — промямлили Стася, когда мы возвращались к лагерю.

— Конечно. Ты что, не видела, как он смотрел на Валеру? Он совершенно точно очарован нашим ворчуном. Дэн, скорее всего, вернётся в течение нескольких дней, — уверенно ответил Эрик, на что Стася радостно завизжали. Он серьёзно так посмотрел на меня? Засыпая, я думал лишь о ослепительных изумрудных глазах и о всех эмоциях, которые там умещались.

И, естественно, Эрик был прав. Мальчишка пробрался в лагерь, осмотрел все палатки, пытаясь найти меня, вызвав переполох у живущих здесь женщин. Мне пришлось вытащить его оттуда до того, как его изобьют до полусмерти; было забавно наблюдать, как их лица меняются из-за понимания, что он не хотел этого делать. Весь лагерь вскоре познакомился с ним, ведь, конечно, всем хотелось встретиться с «Диким Человеком, Пойманным Сильнейшим Человеком». Дэну было довольно-таки неуютно, так что он часто убегал или прятался между моих ног, чтобы уйти от посторонних глаз.

В конце концов, Стасе удалось связаться с ним, она давала ему уроки человеческого языка, а также проводила медицинские тесты. Мне приходилось сидеть рядом с ним, иначе Дэн вновь скрылся бы от этих сумасшедших задниц. Когда он приходил, он следовал за мной, куда бы я ни пошёл, и пытался подражать мне. Стася предположила, что Дэна вырастили гориллы, объясняя его многие тенденции, а также почему при ходьбе он опирается на костяшки.

Мало-помалу он учился языку, умел задавать простые вопросы и говорить с людьми. В большинстве его предложений был мат, что Эрику не нравилось от слова совсем. Обычно он уходил, когда заходило солнце, но иногда, когда я ложился спать, он елозил и засыпал рядом со мной. Однако, прошло несколько недель — и он перестал появляться. Мы все были в недоумении, но он перестал приходить совсем. Однажды, он вернулся, но совсем ненадолго, чтобы лишь сказать, что ему нужно защитить сестру, у которой был ребёнок. Было очень одиноко засыпать вот так, одному, но я клал на всё это хер, наслаждаясь ночами, когда он появлялся. Конечно же, я не знал, что Эрик и Стася уже придумали план.

Отравилась моя непогожая ядом прощаний,
Молит небо, чтоб смыло дождём все тревожные сны.
Только верить отныне так сложно небес обещаньям.
Не настала зима, а душа снова просит весны.

Отравилась моя непогожая, тянется к чаю,
Упивается им, словно самым дурманным вином,
И вокруг ничего, кроме горечи не замечает,
Чёрной горечи, в чашке осевшей на самое дно.

Я бы обнял её, но она – ледяная шкатулка,
Разобьётся в объятиях, выпустит птицу души.
Я б отринул её, но она вновь приходит без стука,
Понимая прекрасно, что нам друг без друга не жить.

Мы прощаемся вновь, мы встречаемся каждое утро,
Нам становятся рёбра для сердца больного тесны.
Отравилась любовь, загляделась небес перламутром,
В ненаставшей зиме всё просила, просила весны...

Агрх… Какого хуя у меня ощущение, будто моё тело горит? Вот значит, что такое течка? Сильное жжение?

Когда мне надоело ныть, я открыл глаза, вздрогнув от яркого света, который неожиданно стал слепить меня. Я скрючился, чувствуя мягкие травинки, впивающиеся в спину. Сначала я понял, что я голый, мой обнажённый зад скользит по мягкой траве, ровно как и ноги. Какого хрена… Когда я успел раздеться? Кстати, где, бля, …

Воспоминания о наркотиках в чае ударили меня, словно поезд, и я резко открыл глаза, но снова закрыл, благодаря яркому солнцу. Я, должно быть, на солнце, ну, по крайней мере, теперь я знаю, что сейчас день. Через несколько секунд красные пятна в глазах ушли, и я вновь их открыл, чтобы увидеть прекрасные изумрудные глаза, смотрящие на меня с любопытством. Я узнал их сразу же: это те самые глаза, которые уже битую ночь преследуют меня в моих мокрых снах, с того самого дня, когда я впервые увидел их. Дэн.

Он был ближе, чем когда-либо прежде. Его голова была в дюйме от моей, я слышал, как он тихо мурчит. Этот звук был словно музыка для моих ушей; я всхлипнул, когда его лицо приближалось всё ближе и ближе. Подожди… Я не могу…

— Дэ-эн… Я… Меня накачали наркотиками. Я… — я шептал, изучая его сжатую челюсть и суженные глаза. Путаница осела на его невероятно красивом лице. Он издал странный гортанный звук, поднимая руку и поднося её к моему рту. Лёгкое прикосновения опалило моё тело огнём, и я резко выдохнул, заставляя его быстро убрать руку от внезапного шума.

Когда его тело, словно охлажденная, целебная мазь перестало прикасаться ко мне, я заскулил, тщетно хватаясь в тени руками, пытаясь найти его. Глаза Дэна были комично распахнуты, когда он смотрел, как я извиваюсь перед ним; его тело скульптурно напрягается, когда он пытается понять, как справиться с этой ситуацией. Уважаемый, блять, я просто хочу его трогать! Почему это так больно? Он снова хмыкнул, животные звуки выпадали из его рта, когда он медленно, на костяшках, приближался ко мне. Боже мой, посмотрите на его мышцы.Я просто хочу чувствовать его руки на себе, чтобы он обнимал меня настолько крепко, будто бы не никогда не хотел выпускать. Я не знаю, откуда пришла мысль, но это было неоспоримо. Его мышцы медленно перекатывались под гладкой, загорелой кожей; блестящие капельки пота, которые должны быть мне противны, выглядели на нём абсолютно восхитительно.

Он подкрался ещё ближе, склонился, чуть ли не соприкасаясь носами и прожигая своим хищным взглядом. Его урчание отдавалось в ушах.

— Валера… Помочь дерьмо… Ты нуждаться ебаться? — ну, он пытался, а я энергично закивал головой, стараясь не засмеяться над его словарным запасом.

— Ты можешь… помочь мне? — мягко спросил я, приподнимая руку, чтобы провести по его щеке. Он отпрыгнул от прикосновения, но тут же вернулся, просовывая лицо в мои руки. Внезапная волна тепла пронзила меня, и я, закрыв глаза от боли, ахнул. Какого хуя он такой горячий! Он захныкал, упираясь носом между моим большим и указательным пальцем, его руки обхватили мои, нежно потирая тыльную сторону. Вдруг, словно по сигналу, его глаза расширились, а тело словно застыло, изо рта вырвался низкий рык. Казалось, он что-то учуял, как вдруг начал обнюхивать мою руку, поднимаясь всё выше, пока, не достигнув шеи, не остановился на несколько секунд. Что за…

Прежде чем я смог осознать, что происходит, он укусил меня там, где шея встречает моё плечо. Я думал, точнее ожидал, что это будет больно, но всё, что я почувствовал, так это потребность ощутить его горячий рот на моей коже.

— Дэн! Пожалуйста! — вскрикнул я, плотно обвивая руки вокруг его плеч, и он начал лакать, оставляя мокрые следы на моей коже. Его движения были резкими и жестокими, его нос отчаянно втирался мне в шею, укусы и мокрые следы украшали моё горло. Я чувствовал, как выделяется запах через пахучие железы, наполняя воздух пьянящим ароматом. Дэн пытался вылакать весь запах настолько быстро, насколько он мог.

— Дэн! Пожалуйста, так жарко!.. — закричал я от удовольствия, пока его рот вылизывал мою кожу. Все его прикосновения приносили приятное тепло по всему телу, извиваясь в животе и требуя освобождения. Я посмотрел вниз и увидел, насколько член Дэна был твёрд и агрессивно красен от постоянного трения о мои бёдра; смазка была везде. Во рту пересохло, когда я смотрел и понимал, насколько сильно я хочу этот великолепный член. Собрав все силы, которые у меня были, я протянул руку и кончиком пальца коснулся его, находя удовлетворение в задушенном визге парня. Дэн на секунду отстранился, скуля и дожидаясь указаний.

— Валера… Больно… Я чувствую себя странно, — пробормотал он, облизываясь во всех сладострастных из всех возможных способов. Он тяжело дышал, всё лицо было покрыто слюной, стеклянные глаза тонули в похоти, но не были уверены, что с ней делать. Это стало последней каплей: моя рука скользнула вниз, играя с моим членом, наконец, сбивая жару, давая некоторое облегчение. Я застонал при первом прикосновении, медленно сгибая пальцы и замечая, как Дэн зачарованно смотрит на меня, прежде чем взглянуть на свой стояк.

— Хах… Всё нормально, Дэн… Это естественно — реагировать таким образом… Сейчас ты чувствуешь страсть ко мне. Это всё та чёртова сыворотка, которую дала мне… мхм… Стася, — объяснил я, щёлкая большим пальцем по головке, взвизгнул от удовольствия, прежде чем вновь успокоиться. Дэн растеряно смотрел на меня, медленно пододвигаясь ближе.

— Страсть? Что такое страсть? — спросил он, на что я ухмыльнулся, тяжело вздохнул и убрал руки от члена. Этого не достаточно. Я застонал и поднялся, становясь на четвереньки, медленно, чувственно подполз к нему. Он сглотнул, не зная, как реагировать, пока я направлялся к своей цели: дыхание сбилось и, подув на его член, я выгнулся от нежных прикосновений к своей спине.

— Абсолютная необходимость получить чей-то член, — я вздохнул, прежде чем лизнуть истекающий кончик его члена, наблюдая, как его лицо исказилось во всех эмоциях, когда я начал обсасывать головку.

— Ты когда-нибудь…хах… занимался сексом? — пробормотал я, находясь рядом с его членом, прежде чем вобрать его во всю длину. Дэн вскрикнул, скуля и отчаянно двигая бёдрами, фактически трахая мою глотку.

— Валера! Ах… Нет… Я не знал, это можно чувствовать… Ах! Хорошо! — попытался он сказать, но был прерван волной удовольствия. Я мрачно рассмеялся рядом с его членом, испытывая нечто, похожее на гордость, что я буду его первым. Я выпустил его член с мокрым хлюпаньем, оборачивая свою ладонь вокруг него и неторопливо поглаживая.

— Ох, Дэн, мы только начали. Подожди, пока не вставишь в меня этот прекрасный член. Бля, я даже не помню, когда был мой последний раз, — я застонал, вбирая в рот его член ещё раз. Несмотря на моё воздержание, я был на самом деле огромным фанатом членов. Любой мой партнёр знал, что это правда. Дэн не мог пошевелиться, парализованный наслаждением, которое мог дать ему только я. Я откинулся, ловя воздух ртом; мои бёдра ныли от пустоты внутри меня. Я нуждался в нём… внутри меня.

— Дэн, — крикнул я, толкая его на спину и забираясь сверху. Он смотрел на меня сквозь полуприкрытые глаза, тяжело задыхаясь, когда я поднёс руку к его лицу. — Я не могу ждать больше, Дэн. Мне нужен твой горячий член внутри меня прямо сейчас, — пробормотал я и поцеловал его, наслаждаясь его моментальным ответом; прижимая наши лица вплотную, Дэн проскользнул языком в мой рот. Пока он отвлёкся, я наклонился и, взяв его пульсирующий член в руки, подвинул ближе к своему отверстию и медленно сполз на него. Дэн издал приглушённый визг, пока я потрясено выдохнул. Бля, я чувствую каждое его движение внутри меня, он такой большой. Его член продолжал скользить внутри, пока я чувствовал, как моё удовольствие удваивается. Через несколько медленных вдохов, я начал двигаться, почти не поднимаясь с него и падая обратно.

— Валера! Безделушка… Йо дурак утка!.. — закричал Дэн, хватая меня за бёдра и останавливая меня на мгновение; всё тело дрожит, перед глазами — темнота, лишь его тонкая, зелёная радужка глаз. Что за…?!

— Дерьмо!.. — попытался выдохнуть я, но Дэн оказался быстрее, перекатываясь и вновь вставляя в зверином темпе; его яйца били по моей заднице достаточно сильно, чтобы начало жечь. Я вскрикнул, мой разум был задурманен из-за ощущения чистого экстаза и того, как выворачивало все мои внутренности. Дерьмо! Я кончил на наши грудные клетки, выгнув спину и поджав пальцы, в то время как он продолжал атаковать мой анус своим чудовищным членом. Я не успел отойти от оргазма, как снова кончил; я испуганно воскликнул, когда Дэн резко перевернул меня на живот.

— Дэн! Подожди!.. — закричал я, но был приглушён его языком, когда он потянул мою голову в сторону, чтобы дотянуться до губ. Его поцелуй был прямо-таки грешным, он был неопытен, но всё же пытался перенять инициативу даже в поцелуях. Хотя, я не против. Увлечённо, я обсасывал мокрую конечность, закатив глаза от удовольствия, когда он вновь двинул бёдрами. Несмотря на мою сверхчувствительность и то, что я кончил уже дважды, мой член всё ещё гордо возвышался, не щадя моего живота с каждым грубым толчком альфы.

— Дэн… сильнее… сделай меня своим, чёрт побери! — я плакал, чувствуя странное ощущение на кончике его члена. Он что… становится больше? Я чувствовал, как он растёт внутри меня, а толчки кряхтящего Дэна становятся всё короче и тяжелее.

— Ва… алера… — вскрикнул он и неожиданно не смог вытащить член; его горячая, густая сперма оказалась внутри меня. Дэн низко зарычал, отделяясь от моего рта с громким хлюпаньем, и укусил в плечо. Я удушающе выкрикнул, всё это было для меня слишком: его член внутри меня и его же зубы на моём плече. Он повалил меня на землю, давая мне переждать оргазм, прежде чем окончательно успокоиться. Мы лежали так спокойно в течение нескольких минут, тишину нарушало только наше дыхание и шум природы вокруг.

— Дэн? — прошептал я, когда он, наконец, отпустил моё плечо, слегка зализывая рану.

— Хм? — пробормотал он, нежно уткнувшись мне в шею, прежде чем спрятаться в волосах.

— Пожалуйста, не оставляй меня больше, — пробормотал я в траву, надеясь, что он не услышит, но черт с ним и его супер-слухом.

— Никогда, mi amor, — он промурлыкал мне в ухо, пытаясь вытащить свой член; мы оба были удивлены, когда поняли, что он застрял. Подождите, он только что говорил по-испански? — Esto no es Bueno, no? (Это не хорошо, нет?) — пробормотал он и на этот раз я точно знал, что он сделал.

— Эй! С каких это пор ты говоришь по-испански?! Кто, чёрт возьми, научил тебя этому?! — спросил я, чувствуя, как вся моя спина покрывается, в сексуальном смысле, мурашками от его произношения. Я не могу функционировать, когда он говорит по-английски, а теперь он говорит ещё и по-испански?! Убейте меня.

— Stasya descubierto que soy mejor en español, por lo que ella tenia un soldado desde el campo que habla español fluentemente me enseñe. (Стася обнаружила, что я лучше говорю по-испански, так что она нашла солдата из сельской местности, который свободно владел испанским и научил меня) — пробормотал он, и я почувствовал, как его член вновь твердеет, вызывая новую волну возбуждения и опережая чувства.

— Ты, маленький сопляк!.. — не успел я проныть до конца, как почувствовал, как он лизнул нижнюю часть моего уха, а затем укусил за мочку.

— ¿Te gusta cuando te hablo español? Tú estás temblando por lo que debe hacer es страсть (Нравится, когда я говорю по-испански? Ты дрожишь, так что должно быть, это страсть), — прошептал Дэн, я почувствовал, как его рука движется к моему члену и играет с кончиком. Дерьмо, этот ребёнок становится смелым. — ¿Listo para la segunda ronda, papi? (Готов ко второму раунду, папочка?) — он замурлыкал, и я отдался своим чувствам и желаниям, позволяя удовольствию контролировать меня.

Отныне всё, что было создано, растает
И будет выпито до дна сырой землёй,
Глотнём и мы. В последний раз перелистаем
Что было тленно и проето было тлёй.

Ничто не выживет, до пепла пропылает
И возродится изо мрака. Мы весну
В три слоя савана и мглы запеленаем
И придадим неугасимому костру.

Для нас с Дэном в мой холодный и ветряный Сентябрь, ставший нашим жарким Сентябрём! 13 Сентября 2018 года...





Рейтинг работы: 0
Количество рецензий: 0
Количество сообщений: 0
Количество просмотров: 84
© 13.09.2018 Человек Дождя
Свидетельство о публикации: izba-2018-2361936

Рубрика произведения: Проза -> Эротика










1