Грушинский


Поеду на Грушинский фестиваль. Кто-то приезжает на неделю раньше. Специально берут отпуска. Святое. Народу будет как всегда не протолкнуться. Временный палаточный городок с названиями "улиц". Комары, водка, солнышко лесное, дружба. Шашлыки, купание, и музыка, музыка, музыка. Гитары, гитары, гитары. И пение, пение, пение. С утра и до утра. Другая Россия. Третья или четвертая, десятая, что выросла из оттепели и ушла в тайгу. Получены карты и кроки, лыжи у печки стоят. В прошлом году встретил знакомую пару из Сургута, рядом парень молодой с девушкой. Не узнаешь? - спрашивают. - Юрка? Двадцать пять лет, назад познакомились. Юрка, тогда грудничок с соской, слушал, как родители у костра на гитаре играли и пели вместе. Много знакомых. И с внуками уже приезжают. "Где в каких краях встретимся с тобою".

На самом деле нет никаких "других Россий". В силу некоторых обстоятельств мы стали много политизировать самые обычные вещи, бытовые отношения, естественные явления. Да, люди живут в разных социумах, по своим профессиональным интересам, в политизированном варианте, это стало называться "в другой реальности". Мы придумаем, потом верим в то, что придумали, и в конце доказываем, что так и есть на самом деле. Но стоит выйти за пределы города, столицы нас ждет приятное удивление - "а они как мы", "они, оказываются, умеют говорить". Возвращаясь "в суету городов"  снова становимся прежними, оденем броню с шипами и будем биться "за урожай". Кто-то умет быстро "раздеваться-переодеваться". У кого-то получается с трудом и тогда появляются мифы про "глубинку", про "москвичей", про "чудных зверей".

Патриотизма, в хорошем, неполитизированном смысле там всегда в избытке, который можно охарактеризовать одной искренней фразой - любовь к Родине через природу, глубокое такое чувство, бездонное, бессловесное. Никто и не специально. Как запах, как вибрация. А на поверхности гитары, гитары, гитары. И каша есть. Упрекнуть Грушинским - это как наградить орденом почетного легиона. Это как папуас, который смеется, глядя как белый человек читает книгу.

Там воздух, которого больше нет нигде на Земле. В санатории предупреждают, что первое время будете постоянно хотеть спать. Неравная система восстанавливается. Дышишь и не можешь надышаться. С тех мест не уезжают, очень редко. Да, проблемы есть, но природа дороже денег. Есть и другие места в России, где по-своему что-то, чего нет нигде. А творчество? Сколько там талантливой молодежи, делающих первые шаги на одном квадратном метре. Это наш потенциал, а не три топа, два прихлопа на фанерном "субботнем вечере". 

Есть те, кто считают бардовскую песню безвкусицей полуобразованных людей в телогрейках у костра, не умеющих ни петь, ни играть. Это другой жанр. Вот пришел зритель на концерт, сидит в кресле, хорошая акустика, микрофоны, динамики, рядом также чинно сидят соседи. А вот лес, поляна, дым костра, птички щебечут, омуль в озере кувыркается и песни под гитару, рядом, без границ. Не только уши и глаза, а все тело, природа, где музыка как завершающий аккорд состояния человека. У костра не поют смоков, битлов, бетховена, киркоровых и попсу, не потому что не умеют, не знают слов, а потому что с природой это не гармонирует - вот откуда взялась бардовская песня, она передает состояние человека через природу. Где голос и исполнение не так уж важны, хотя, я бы не сказал, что они не умеют играть и петь.

Когда вы оказываетесь вне цивилизации весьма ощутим контраст между природой и синтетической оболочкой, которой окружил себя человек и потребность в живом звуке, как "энергопитании" возрастает в разы. Помню, как давно, летом на Севере, ребята меня будили посреди ночи и просили сыграть и спеть что-то из бардовских песен, магнитофон был как-то не к месту.

Когда-то Грушинский тоже хотели прибрать к административным рукам, типа, че по лесу бегаете, давайте в зале, в костюмах, пинжаках. Как-то не пошло. Не идет песня этого жанра в зале. Да и на улице. Нет природного сопровождения, и потому "не звучит", сразу же вылезают недостатки. В зале бард пытается компенсировать, заменить оркестр-природу "завыванием", динамиками, а зритель безуспешно пытается сидеть в кресле как у костра. Дискомфорт - физический, слуховой, зрительный, музыкальный. Ведь это доверительные песни, все делает природа, человек становится ее частью и под ее аккомпанемент только разговаривает, следует, а не ведет. Слушатель также становится частью природы. Конечно, этот жанр не может нравиться всем. И не должен. Потому, что как любое искусство, оно раскрывает что-то запертое в человеке, и не всем это нравится. Да и привыкли люди к отдыху с удобствами, где гитара действительно лишняя. Не все барды понимают данный аспект, не чувствуют момента, что и меня раздражает. Про себя иногда думаю, иди в лес и там пой, а здесь люди работают.





Рейтинг работы: 0
Количество рецензий: 0
Количество сообщений: 0
Количество просмотров: 15
© 12.08.2018 Сергей Петрович
Свидетельство о публикации: izba-2018-2337505

Рубрика произведения: Проза -> Миниатюра












1