Лётчик Владимир Минеев


Лётчик Владимир Минеев
Владимир МинеевПолковник Чечель
9 мая 2008 года на Украине под Белгород-Днестровским упал маленький самолёт "НАРП". Пилот Владимир Минеев и пассажирка, агроном местного совхоза, погибли. Я расскажу немного об этом лётчике и историю нашей дружбы...

Лет 12 по выходным я "подрабатывал" в нашем Николаевском аэроклубе "Икар" инструктором по парашютной подготовке за "бесплатно". Это давало возможность самому регулярно отдаваться своему второму, после полётов, любимому делу - парашютным прыжкам. Как-то летом на аэродроме я увидел "мужика" в камуфляже, стоящего возле самой полосы, и снимающего на видеокамеру взлёты и посадки самолётов ЯК-52 и АН-2. Я спросил у Геннадия Ивановича Кустова, Мастера Спорта СССР и Начальника ПДП: "Что это за "клоун", почему не знаю?"
"Да, это бывший "вояка", капитан 1 ранга в запасе Минеев с Одессы, летать хочет научиться..." Его желание вызвало у меня лёгкую улыбку. Как мы говорим: "Начинать летать, как и играть на скрипке, нужно начинать как можно раньше, чтобы вовремя понять, что это не твоё дело." Тем не менее я подошёл, стал рядом. Мужик продолжал снимать, не особо обращая внимания на меня. Но после моих нескольких профессиональных замечаний по посадкам, понял, что я тут в аэроклубе "не хухры-мухры" и что-то соображаю. "Минеев Владимир Станиславович, начинал службу на Балтике в Морской пехоте, закончил в группе Альфа, хочу научиться летать." - представился он. Я назвал себя и сказал: "У меня эпизод связан с вашим родом войск, чуть с полковников не разжаловали"...

И я рассказал, как в далёком 1987 году Командующий, поставив задачу на ЛТУ нам, командирам полков, добавил: "В этих учениях, впервые. будет принимать участие разведгруппа Морской пехоты. Т.е вам надо удвоить бдительность и быть готовым к различным диверсиям с их стороны." Мы указание Командующего приняли к сведению, но не особо "напряглись", своих "лётчиских" задач хватало, от которых,собственно, и зависела оценка за учения. Для моего полка это практический пуск крылатой ракеты на Каспийском полигоне и бомбометание боевыми бомбами на полигоне Северного флота.

Три дня "отвоевали" в целом нормально, но оказалось, члены разведгруппы, которых мы и в глаза не видели, условно "взорвали" все самолёты на стоянках и побывали практически во всех кабинетах моего штаба. То же было и в соседнем полку. Нас сделали, как "пацанов". Командующий "топал ногами", но изменить ничего уже было нельзя. Владимир "скромно признался: " Так это был я, мне тогда за эту операцию капитана досрочно присвоили." И рассказал в деталях, как всё это было. Но он рано обрадовался. Я ему тут же рассказал, как на следующий год мы всю эту разведгруппу взяли. И вот как это произошло:

Командующий ВВС Балтийского флота Пётр Иванович Гончаров на следующий год, после постановки задачи на учения, нас предупредил, что больше мы так легко, без взысканий не отделаемся, если нас снова "взорвут". (на первых учениях нас просто отечески "пожурили"). Вышли мы с Александром Ивановичем Гусевым, командиром соседнего 342 полка РЭБ, дислоцирующегося также на нашем аэродроме Остров, с кабинета, чешим "репы" и говорим: "Командующий просто так слов на ветер не бросает, второй раз, если "обложаемся", нас не простят. Надо что-то делать..."

Не буду перечислять все меры, которые я принял как командир полка. Назову лишь одну. Своим матросам срочной службы я пообещал отпуск 10 суток без учёта дороги, если они хоть что-нибудь заметят, помогающее задержать бойцов разведгруппы. Эта мера дала свой результат. Сначала Начальник Разведки полка капитан Егоренков мне доложил, что через район полётов нашего аэродрома прошёл АН-12 и предположительно в 60 километрах над лесом сбросил парашютистов. А на следующий день мои матросы-механики прямо со стоянки увидели постороннего мужчину в свитере и камуфляжных штанах, выходящего с деревенского магазина. Сама деревня располагалась за рекой в 200 метрах от рулёжной дорожки и находилась немного выше, но магазин был со стоянки виден хорошо. Я тут же эту информацию передал полковнику Гусеву. И вот Алексадр Иванович едет рано утром на службу на служебной машине и видит, идёт по дороге мужчина в свитере и камуфляжных штанах... Гусев среагировал мгновенно. Машина резко затормозила. Они с водителем выскочили. "Ваши документы? По условиям учений бежать не имеете права." Тот вынужден был сдаться. В общем, одного бойца разведгруппы задержали. И хотя на "допросе" он ничего не сказал, нам этого было достаточно. Я доложил Командующему и спросил разрешения поднять самолёт АН-2, который был на штате моего полка. Можно было поднять и боевой, но тогда мы могли спугнуть условного противника. Командующий дал "Добро", и с АН-2 мы обнаружили лагерь посторонних людей в лесу в 12 км от аэродрома. Весна, лес был редкий, и как следует замаскироваться им не удалось. Подняли мы с Гусевым весь личный состав гарнизона "в ружьё". Оцепили широким кольцом лагерь и взяли всех остальных пятерых бойцов разведгруппы во главе с командиром...

"Я знаю этот случай, - сказал Владимир Минеев - но я в это время был уже в Афгане" В общем, такой возможности поговорить и пообщаться мы пропустить не могли. После окончания прыжковой смены и полётов продолжили разговор в ближайшем от аэроклубе баре...

Володю после окончания Военно-Морского училища направили служить в Группу Советских Войск в Германии. Но сначала он прошёл полугодовую подготовку под Владивостоком на острове Русском. Причём, мы, говорит, практически до последних дней не знали звания друг друга. Матросы, офицеры, мичманы были в одинаковых робах и выполняли одну боевую задачу. Там же Володю познакомили с "азами" управления всеми видами транспорта, в том числе самолётом АН-2 и вертолётом МИ-2. Но мечта летать у него зародилась раньше. Его дядя был бортинжнером самолёта ТУ-154 и много рассказывал о полётах.

По возвращении в Германию служба у лейтенанта Минеева "не пошла". Всё началось с идеи "облагородить" стол матросов подчинённого ему взвода. На озёрах летала и паслась "куча" диких уток. А после учений у Володи осталось неизрасходованными 3,5 кг взрывчатки. Он долго уговаривал командира роты, капитана, не сдавать взрывчатку на склад, когда её можно использовать с пользой для общего дела. Капитан долго упирался, но в конце концов сдался. Тем более, жили они вместе в офицерском общежитии, и Володя накануне оказал ему услугу. Капитан взял его "личным шофёром" на день рождения к своей любимой женщине. По дороге они купили подарок, раритетный "Паккард" белого цвета. На заднее сиденье положили 300 роз и дарственную на машину. После чего, всё это было вручено Хильде, любимой женщине капитана. Розы выгрузили, капитан с Хильдой сели на заднее сиденье, где минуту назад лежали розы. И поехали в ресторан отмечать праздник... В роли"шафера" и личного шофёра выступал Минеев.

В назначенный день Володя с командиром роты на резиновой лодке отплыли метров 50 от берега. Капитан начал ладить взрывное устройство, а Минеев разбрасывать во все стороны хлеб для привлечения уток. Потом выплыли на берег, разматывая за собой провода. Метрах в 10 от берега Володя сказал: "Хватит" - и предложил залечь. Но капитан сказал: "Давай подстрахуемся, тянем на всю длину." Они потащили провода дальше. А наверху на бугорке находилось несколько служебных помещений связистов, стройбата и других обеспечивающих частей. Из одного здания выскочил боец, подбежал и спросил: "Мужики, а что это вы хотите делать?" Поскольку что-либо скрывать не имело смысла, Володя чистосердечно ответил: "Да сейчас небольшой подрывчик сделаем, чтобы уток половить." Боец тут же убежал, а они продолжили разматывать провода на всю длину. Метрах в 300 от берега попался окопчик, там и залегли. Когда начали готовиться к заключительной части "операции", Минеев "краем глаза" увидел, что из помещений на пригорке начали почему-то выскакивать люди и куда-то бежать. "Тревога что ли?" - успел подумать Володя, как капитан замкнул клеммы. Сначала над озером появился маленький бугорок воды и раздался лёгкий шлепок. А потом возник взрыв колоссальной силы, всё озеро вышло из берегов. Минеев с капитаном все в грязи, водорослях и утином пухе никак не могли понять, в чём дело... Оказалось, в озере с войны топили все неразорвавшиеся боеприпасы. Именно они и сдетонировали...

За это ЧП капитану объявили объявили "служебное несоответствие", а лейтенант Минеев, по молодости лет, отделался строгим выговором. Прошёл месяц. Матросы взвода, которым Володя наобещал жареную утятину, стали над ним подтрунивать. Самолюбие молодого лейтенанта было задето. Он день и ночь думал, как восстановить свой пошатнувшийся авторитет, и придумал. Но сначала надо было уговорить командира роты. Капитан выслушав скептически Володин план, участвовать в нём наотрез отказался, но "добро" дал. План заключался в следующем:

Уток загоняют в протоку, впадающую в озеро. Снизу до этого протягивают сеть метров сто длиной, и кладут её на дно. А сверху такую же сеть закрепляют на деревьях. Потом обе сети одновременно поднимают, и утки в ловушке. В назначенное время восемь бойцов в гидрокостюмах и ластах, с маскировочными ветками деревьев на голове, начали с тихими возгласами "кря-кря," гнать уток со всех концов озера к протоке, где был набросан хлеб. Остальные бойцы сидели в засаде и ждали команды. Когда уток набралось огромное количество, обе сети одновременно сомкнулись... План удался... Но когда всем скопом стали этих уток тащить, оказалось - "силёнок" у взвода не хватает. "Ничего,- сказал Минеев, - я сейчас". Тут же сбегал в автопарк и за две бутылки водки пригнал БМП. Зацепили трос, начали тянугь и, "о ужас", машина вдруг за считанные минуты ушла в мягкую землю по кабину. Местность- то болотистая. Однако Володю это не смутило, он же одессит. Сбегал в танковый полк и с немецкими "камрад" договорился о помощи, пообещав за это половину "утиного улова". Приехал танк, зацепил БМП, начал тянуть на длинном тросу. Но земля, которая на вид казалась прочной, тоже не выдержала, разверзлась, и танк увяз в ней по башню... Минееву показалось, что он видит "кошмарный сон". Потом целые сутки потребовались, чтобы с помощью траншеекопателя, крана, понтонов и прочей инженерной механизации вызволить технику из болотистого плена.

Поскольку инцендент был "громким", скрыть его не удалось, доклад пошёл на самый верх. Когда Командующий Группой Советских Войск в Германии услышал второй раз фамилию "Минеев", изрёк он буквально следующее: "Уберите этого лейтенанта куда-нибудь подальше так, чтобы я его долго не видел..." Приказ был немедленно исполнен - Володя "загремел" в свою первую Боевую Службу, причём, сразу на 8 месяцев. Вернулся уже в Кронштадт на подводной лодке. Но и тут его " приключения" на этом не закончились. Когда в ресторане они обмывали возвращение, его непосредственный командир Володю "подначил": "А спорим, что ты вон с той балериной из кардебалета не переспишь!" На что Минеев ответил: "Да я с ней не только пересплю, я на ней женюсь." И пьяный полез на сцену делать предложение руки и сердца. По дороге свалился в оркестровую яму, а когда выбрался рядом стоял уже патруль...

На третьи сутки ареста его вызвал Начальник гауптвахты: "Минеев к Вам пришли". "У меня тут нет никого знакомых"...ответил Володя. "Как это нет. Жена пришла..." Так Владимир женился. Через год родился сын, Кирилл, но рос, в основном, без него. Папа практически всю службу провоевал в "горячих точках" планеты.

Развал Союза застал Минеева офицером группы "Альфа" в России. Поскольку подразделение Володи отказалось выполнить приказ Ельцина штурмовать Белый Дом, как он сам сказал: "Я еле успел унести ноги на Украину, где была вся моя родня." Там его нашло Руководство Вооружённых Сил Украины и предложило поступить к ним на службу. Володя колебался, до пенсии оставалось три года. Но так получилось, что в Главном Штабе в Киеве в качестве экзамена его попросили озвучить боевой путь Степана Бендеры, причём сделал это полковник, который учился вместе с Минеевым, курсантом был двоечником, и Володя всегда выполнял за него контрольные работы, чтобы не тянуть отделение назад. В итоге, Минеев прямо в кабинете снял свои офицерские погоны со словами: "Я в такой армии служить не буду".
Затем Минеева с учётом его боевого опыта пригласили работать Начальником охраны к одному из самых богатых нефтяных магнатов города Одессы. Деньги платили немалые, всё вроде бы было хорошо, но мечта о небе не оставляля. И тогда Володя сказал себе: "Может офицер "на дембеле" позволить себе заниматься любимым делом"? Сам себе ответил: "Может". Ну, а дальше уже было делом "техники". Он убедил нефтяного магната купить для фирмы самолёт АН-2. Причём сам нашёл такой, который стоил всего 20 тысяч долларов. Дальше его надо было научить на нём летать, соответственно оплатив обучение. После чего, согласно Бизнес - плана, самолёт должен был приносить деньги. Направлений применения было несколько: возить аквалангистов на Тендровскую Косу, вокруг которой на небольших глубинах лежит 14 боевых кораблей и различных судов, включая броненосец "Потёмкин", переименованный в "Чесму", немецкий эсминец, остатки двух галер 13 века, бронекатер "Колхозник" и др. Второе направление бизнеса - планировалось возить свежую рыбу из семейства осетровых с Кинбурнской Косы к столу в рестораны городов Одессы и Киева. Или использовать самолёт в противопожарном варианте, кроме этого осуществлять выброску парашютистов и т.д. "Фантазии" у Володи хватало...

Именно на этапе обучения полётам мы с ним познакомились и сразу подружились. Мне импонировало его желание летать. Ради полётов он был готов на всё. Второе, что его выделяло. Володя был "гусаром" в самом лучшем смысле этого слова. Непревзойдённый рассказчик, "ухажёр" за женщинами (платонически - смеюсь), шеф-повар, которым мог гордиться любой ресторан и многое-многое другое... В общем, находиться с ним в одной компании было одно удовольствие...

Но с практическим обучением полётам возникли сложности. Начальник аэроклуба, который обучал Минеева пилотировать АН-2, усмотрел в нём " конкурента" и не торопился "делиться секретами" лётной науки. Я, когда это понял, предложил Володе походить ко мне на тренажёры ТУ-22м3, СУ-24, КА-27, где я работал лётчиком-инструктором сразу на всех трёх. Полетал на них с Минеевым, поделился некоторыми нюансами пилотирования летательных аппаратов вообще, т.к. несмотря на огромную разницу, есть общие моменты в пилотировании каждого самолёта или вертолёта,и общие принципы распределения внимания на приборы. После этих полётов, я определил, что Володя обладал средними способностями, как лётчик. И чтобы не было двусмысленности в этом вопросе скажу так:

Когда мы поступаем в лётное училище, проходим жесточайшую медицинскую комиссию и психологический проф. отбор. Мы его называем "психанализ". На нём выявляется наличие качеств и способностей, необходимых будущему лётчику. Если вы психанализ прошли на тройку, вас не возьмут в училище, будь вы даже золотым медалистом. Но если вам поставили за психанализ "пять", вас возьмут даже с двойкой на экзамене, разрешат его пересдать. Но даже это не даёт гарантии, что из вас получиться лётчик. На земле - это одно, а реальный полёт - совсем другое. Для примера - только на нашем курсе по "нелётной" списали семь человек, а ведь они сдали психанализ на 4 и 5. Ребята взяли по три вывозных программы, но так и не смогли вылететь самостоятельно. Уходили от нас они со слезами на глазах. Одевали шлемафон, делали большой свой портрет и понимали, что они больше никогда не сядут за штурвал самолёта...
Далее, на мой взгляд, всех лётчиков можно условно разделить на четыре группы: Первая - "Лётчики от Бога" - их на все Вооружённые Силы еденицы... Таким был Тимур. Во второй - "Сильные" лётчики, обладающие отличной техникой пилотирования. Таких, на мой взгляд, процентов 25-30. Сразу оговорюсь,чтобы не вдаваться в глубину этого вопроса, отличная техника пилотирования и надёжность лётчика - это разные вещи, хотя между ними и есть сложная связь. Но зависит она прежде всего от индивидуальных психологических качеств конкретного лётчика. Третья группа - Лётчики со средней техникой пилотирования, таких процентов 50 -60, как, наверно, и водителей на дорогах. И к Четвёртой группе относятся "слабые" лётчики, которые просачиваются на лётную работу, несмотря на жесточайший отбор. В основном, они летают на простых типах летательных аппаратов или сидят на правом кресле в двух штурвальной авиации без всякой перспективы стать командирами кораблей.
Минеев обладал средними лётными способностями и это нормально...

Почему, рассказывая о Володе, касаюсь таких вопросов? От них напрямую зависела его дальнейшая судьба как лётчика... Так получилось, что пришлось нам от аэроклуба отделиться и создать свою Николаевскую Областную Федерацию Авиационных Видов Спорта. Свой самолёт АН-2 Володя передал нам. На нём мы и летали, на нём же шло его дальнейшее обучение. Но перерывы в полётах, смена инструктора сказались на результатах. Минеев никак не мог залетать уверенно, без ошибок. Формально он летал командиром, но на правом сиденье обязательно сидел его инструктор Николай Григорьевич Бондарь ( бывший командир эскадрильи самолётов ТУ-22м3), для подстраховки. Мы понимали, что так долго продолжаться не может. Стали держать "методический совет", из трёх человек. Геннадий Иванович Кустов - Президент нашей Федерации, Николай Григорьевич Бондарь - его зам по лётной подготовке, и автор этих строк. К тому времени, я тоже начал летать на АН-2, но опыт на нём на тот момент имел минимальный. Тем не менее, я понял, что Володя потерял уверенность в своих силах, и это одна из причин его нестабильной техники пилотирования. Поэтому предложил, чтобы Минеев на очередную выброску парашютистов полетел со мной. Он имел значительно больший налёт на этом самолёте по сравнению со мной, и я не буду давить на него своим "авторитетом". На том и порешили...

В очередном подъёме ребята-парашютисты "вышли" на высоте 3500 метров, мы остались с Володей одни в кабине. ОН - командир, я - его правый лётчик. Снижаемся, заходим на посадку. Вижу он волнуется. Впервые летит с лётчиком, который ниже его по квалификации, и как он думает, не сможет исправить его ошибку. В итоге, к полосе подходим высоко, с большим перелётом. Но я к тому времени уже 37 лет провёл за штурвалом и вижу, что посадку ещё совершить можно, АН-2 это не ТУ-22м3 с посадочной скоростью 300 км/час - поэтому не вмешиваюсь. Но Минеев на высоте 1 метр вдруг принимает решение уходить на второй круг. Ну, "уход на второй круг - это не ошибка, а грамотное исправление расчёта на посадку, а при Сталине, когда платили за налёт, добавляли:"и лишняя кружка пива". Я опять не вмешиваюсь. Володя даёт взлётный режим и почти сразу вводит самолёт в разворот. Усилием воли я подавил желание выхватить у него штурвал, видел, что скорость хотя и близка к эволютивной, но ещё позволяет не вмешиваться. В общем, Володя выполнил повторный заход на посадку, сел с двумя козликами, но сам...

Потом, когда Володя стал летать на Л-410, АН-30, ТУ-134, он мне как-то признался: "Вася, если бы ты тогда вмешался, я бы навсегда потерял уверенность в себе как лётчик". А я в свою очередь открыл ему "секрет", чем определяется квалификация инструктора. Классный инструктор вмешивается в управление лишь тогда, когда лётчик сам уже не в состоянии исправить свою ошибку. А до этого инструктор даёт "полную свободу", иначе лётчик свою ошибку не прочувствует...

Не буду описывать его дальнейший лётный путь. Скажу лишь следующее. Суметь в 45 лет закончить Кировоградскую Академию Гражданской Авиации, не имея до этого никакого авиационного образования - это надо очень любить небо, иметь колоссальные организаторские способности и умение добиваться своей цели. Расскажу лишь о двух эпизодах, которые, думаю, будут интересны всем:

Как-то Володя мне позвонил в четверг и спросил: "Вась, можешь со мной на три дня поехать "водки попьянствовать? Очень надо." "Могу", - ответил я, ничего не спрашивая.
Взял жёну, выехали на Аджигол, есть такое место на Днепрово-Бугском лимане. Палатки, удочки, "море водки", мясо для шашлыка, солёные огурчики и т.д.... Хотя водка не моя "стихия" - смеюсь, но ради друга чего не сделаешь... Три дня пролетело как один. Там Володя и поведал повод для такого "банкета".
Сразу скажу, об этих событиях СМИ не "вещало" и я не претендую на достоверность информации в деталях. Но факт утечки радиации на Южно-Украинской АЭС был. Володя тогда работал сразу на трёх должностях: Начальником Службы Безопасности Полётов, Начальником Поисково-Спасательной Службы и лётчиком в авиакомпании UM Air airlines (Южные авиалинии Украины) в Одессе, на самолёте Ан-30. Они сделали 14 проходов над атомной станцией, делая её снимки сверху. Володя на борту был не как лётчик, а как контролирующее, руководящее лицо. Когда проверили, сколько рентген они хватанули, экипаж сразу отстранили от полётов и отправили в санаторий в Трускавец. Но медсестра, которая выписывала им направление, почему-то только одному Минееву посоветовала: "У тебя есть друг? - Есть,- ответил Володя. Тогда вместо санатория езжай туда и напейся."
Володя так и сделал. Спустя две недели мы повторили "вояж". Результат: правый лётчик умер через три месяца. Весь остальной экипаж списали с лётной работы, включая командира. К полётам допустили одного Минеева. Начальник ВЛК Гражданской авиации под "пытками" выбил у Володи признание, что он делал не "так, как все. А когда узнал, перевёл медсестру, которая дала ему тот совет, из Ирпеня в Центральный госпиталь в Киеве.

За год до своего последнего полёта он как-то нагрянул к нам в гости в Николаев, как всегда без предупреждения. Мы этот вопрос обговорили заранее в самом начале нашей дружбы, и у него часто так получалось, что он сам не знал, где окажется и где будет ночевать. Угощение, которое он привёз, прилетев на ТУ-134, в этот раз с Еревана, превосходило по вкусу всё, что было до этого. Три бутыля отборного вина Цинандали, Саперави и Хванчкара, которое Володя взял прямо с завода (правда, половину пришлось отлить "неподкупной" таможне) овечий сыр, зелень, мясо барашка, лаваш, специи, "кучу" кондитерских сладостей и фруктов...и ещё много всего...

"В честь чего такой праздник?" - спросил я.
"Меня в составе трёх экипажей отправляют в Лондон переучиваться на "Боинг"- был ответ. Далее Володя, никого не подпуская к кухне, приготовил такие блюда, что мы с женой еле отползли от стола... Кстати, изумительно готовить он научился, работая шеф-поваром в Марсельском ресторане во Франции, выдавая себя за немца Вилли.(Был такой факт в его "героической" биографии). Причём сам он с гордостью подчёркивал: "Я там прошёл путь от рубщика овощей до шеф-повара и могу вкусно приготовить блюда любой кухни". В общем, улетел он в Лондон. А недели через две вдруг позвонил из Москвы. Спрашиваю: "Ты как там оказался?"
"Да, что- то скучно стало. Решил со своими пивка попить. Договорился со знакомыми пилотами за коньяк, ребята выполняют рейс Лондон - Москва и через четыре часа летят обратно, и я с ними." - Да, этом эпизоде я сразу узнал "Гусара-Минеева".
Но полетать Володе на Боинге не удалось. Из-за организационных мероприятий из этой авиакомпании пришлось уйти.

В 2007 Минеев на АН-30 командиром корабля дважды летал на Северный полюс на Российскую полярную станцию. А 31 декабря после обеда их самолёт с ДС с аэродрома Североморск-1 подняли на ледовую разведку. Во льдах застрял сухогруз, надо было срочно помочь ему выйти на "чистую" воду. Экипаж был сборный. Самолёт и пилоты украинские. Штурман и остальные члены экипажа, включая двух женщин-фотографов, Россияне. Экипаж нашёл судно, выдали ему рекомендации, как выйти из ледового плена, и полетели обратно. Но аэродром посадки закрыло туманом. Прозвучала команда, следовать на запасной Архангельск. Произвели посадку в 23.10. Пока зарулили, зачехлили самолёт уже 23.30. Залетают на КДП к диспетчеру с "ошарашенными" глазами с просьбой, скорей дать машину доехать до города, чтобы успеть встретить Новый год. Диспетчер: "Какая машина? Все уже пьяные и отмечают... Вы обречены встречать Новый год со мной".
"Но, у нас же ничего нет, ни выпивки, ни закуски. Всё осталось в Североморске."
"Зато у меня всё есть",- сказал диспетчер. И с этими словами, с гордостью, выложил на стол две бутылки водки 0,7 "Жириновский", две печёных картошки и селёдку. Вот такой "роскошный" ужин приготовил себе Архангельский диспетчер на Новогоднюю ночь.
"Под эту закусь и выпивку мы и встретили Новый 2008 год." вспоминал Володя. " В час ночи всё было уже съедено и выпито.
"Минеев, ты самый спортивный,- диспетчер перешёл на начальственный тон. Вниз по тропе 3 километра деревня, вторая изба справа, баба Аня. Без самогона не возвращаться."
Приказ был получен. Володя со штурманом, взяв по ведру, отправились на поиски бабы Ани. Когда нашли... "Какой самогон? - вещала баба Аня. Новый год, всё давно раскуплено."
"Но нам сказали без самогона не возвращаться."
"Тогда ждите,-сказала баба Аня,- аппарат ещё горячий." Через четыре часа Минеев со штурманом принесли на КДП два ведра самогона и в подоле солёных огурцов, банку баба Аня давать наотрез отказалась. Диспетчер сразу поставил одно ведро в сейф со словами: "Это на завтра. А то сразу выпьем."

Через три дня пришёл приказ вернуть самолёт на Украину, т.к. вышел срок на регламентные работы. В Депропетровске, на таможне, одна вальяжная дама, которой было 26 лет, посмотрев на Володин паспорт, сказала фразу, о которой потом пожалела: "Минеев, Вам по паспорту 47, а выглядите на все 58." (Она же не знала, в каких "суровых" условиях полярной ночи экипажу пришлось провести первые три дня Нового года).
"Мадам, но я же не говорю, что Вам по паспорту 35, а выглядите на все 44". - отпарировал Минеев. (Мадам не знала одесситов, они обид "не прощают").
"Как 35, мне всего 26." ответила дама.
"Вот видите, у нас у обоих было тяжёлое детство. И время нас не пощадило." Этими словами Володя окончательно "добил" даму... она расплакалась...

Приведу ещё факт, который характеризует Минеева как друга. Володя от кого-то узнал, что я в своё время сильно огорчился, когда при увольнении из армии не смог выкупить свой ЗШ-5, в котором я не только летал на трёх типах летательных аппаратов, но и прыгал в нём на всех "показухах" и юбилейных прыжках города Николаева. База насчитала за ЗШ такую "астрономическую" сумму, что мне за него надо было отдать всё своё выходное пособие, которое офицеру положено при уходе из рядов Вооружённых Сил. Так Володя на Одесской барахолке "7 километр" нашёл такой ЗШ, выкупил его и подарил мне на день рождения с надписью на нём: "Ни одна победа в бою не стоит жизни твоего ведомого". Эрих Хартман (лучший ас Германских Люфтваффе - 375 побед).

А за два года до этого произошло следующее событие. Нефтяной магнат, который в своё время приобрёл для Минеева самолёт АН-2, погиб в мафиозных разборках. Его зам, принимая дела, обратил внимание на контракт, где Минеев обещал, что АН-2 будет "приносить деньги". Но деньги почему-то не шли. Причём особой вины Минеева не было. Авиационный бензин непредсказуемо подскочил в цене. Кто мог такое предвидеть? Или когда мы стали летать за рыбой на Кинбурнскую Косу, при первом же взлёте оттуда помяли 59 орхидей, которые, как оказалось, занесены в "Красную книгу". За них от Лесхоза нам пришёл штраф 6 тысяч гривен. Кто ж мог знать, что они там растут, и к тому же такие "дорогие". Противопожарный вариант самолёта руководство города Николаева заинтересовал, но денег на него мэрия выделить не нашла. На парашютных прыжках мы тоже много не заработали... Ну, и так далее.

Короче, Минеева обязали заплатить 20 тысяч долларов за самолёт. В противном случае - под суд. Денег Володя таких, естественно, не нашёл. Его арестовали и пока шло следствие, посадили в камеру с чеченскими террористами. Ясно, что это было неслучайно. Когда Минеев переступил порог камеры, там сидело четверо. Володя, спросил "пахана": "Я думаю, вы знаете, кого к вам прислали?
"Пахан", кивнул.
"Ты ж понимаешь, пока вы меня удавите, я как минимум двоих с собой утащу? Оно вам это надо. Давайте я вам лучше улучшу условия вашего содержания в камере. У вас же есть связь с "волей"?
В общем, через две недели письмо на абсолютно правильном английском языке было в Международном Гаагском суде. А ещё через несколько дней Володю привели к Начальнику тюрьмы на допрос: "Тот "буквально" попросил: " Минеев, мы тебя переведём в " люксовскую" камеру, только не пиши писем больше в Гаагский суд...
Володя отсидел пол-года. Потом компания заплатила деньги, его выпустили под залог 30 тысяч долларов. Компания посчитала, что лучше пусть Минеев, хотя и медленно, но работая, отдаст эти деньги, чем он будет просто сидеть в тюрьме. Часть денег залога заплатила жена.

В общем, дальше над Володей постоянно висело - ему надо зарабатывать деньги... Именно это обстоятельство, я думаю, и толкнуло его на необдуманный поступок. Он взял самолёт "НАРП" на Николаевском авиационном заводе и полетел по совхозам договариваться насчёт проведения хим. работ по уничтожению сельскохозяйственных вредителей. На бумаге всё это выглядело законно, но на самом деле Володе не следовало заниматься этим делом. Хим.работы даже на таком простом самолёте как "НАРП", требуют опыта и высокой квалификации пилота, потому что в таких полётах, лётчик права на ошибку не имеет. Полёт проходит на минимальных скоростях и вблизи у самой земли.
9 мая 2008 года, после обеда, посадив с собой молодую женщину-агронома местного хозяйства, Володя взлетел, чтобы она ему показала поля, которые надо опылять. Полёт без необходимости проходил на предельно-малой высоте. За лесопосадкой, через которую они "перепрыгнули" вдруг неожиданно возникла линия электропередач. Володя дёрнул штурвал на себя. Самолёт потеряв скорость, свалился на крыло, ударился о землю, взорвался и сгорел...
Если называть вещи своими именами, Володе не хватило профессионализма... Память вновь и вновь возвращает меня к тому полёту, когда у меня хватило выдержки не вмешаться в управление, и он почувствовал уверенность в себе как лётчик. Владимир Минеев прошёл по этой дороге до конца, потому что беззаветно любил небо, и ушёл в небеса, как многие пилоты до него. Но это не останавливает тех, кто идёт следом... 





Рейтинг работы: 0
Количество рецензий: 0
Количество сообщений: 0
Количество просмотров: 35
© 12.08.2018 Василий Чечельницкий
Свидетельство о публикации: izba-2018-2337448

Рубрика произведения: Проза -> Приключения











1