Sоmnium аut imрrеssiоnеm


SОMNIUM

Это был сон.
Или не сон. Или я нежданно оказался в каком-то другом измерении?
Я не знаю.

Город остался позади.
А мы, втроём, - с мамой и сестрой, - идем по мощеной неширокой дороге, окаймленной высокими темно-зелеными кипарисами.

Мы проходим то мимо оливковых рощиц, то мимо залитых ярким солнечным светом виноградников, виднеющихся в просветах между деревьями.

Вокруг - никого. Только мы трое.

- Тебе пора бы жениться, сын, - говорит мама. Скоро ты отправишься на войну, и нехорошо, если дома не останется твоего следа.

- Евгария давно засматривается на него, - говорит Максимилла.

- Кто это – Евгария? - спрашивает мама.

- Глупая рыжая девушка, дочь мелкого галльского вождя.

- Почему же глупая? – вступаю я в разговор. Разве ты можешь оценить ум или глупость человека, не сравнивая его со своим умом? А насчет её отца, ещё Цезарь сказал, что лучше быть первым в глухой галльской деревушке, чем вторым в Городе.

- Так то Цезарь! Он и внимания не обратил бы ни на эту рыжеволосую дурочку, ни на её папашу.
Признайся, она тебе нравится? Вот такая!
Максимилла корчит смешную рожицу, а потом - показывает мне язык.

SISTЕR
- Ты очень красивая девушка, Максимилла. Ты просто красавица.
Любой захочет взять тебя в жены.

Но я не хотел бы никогда расставаться с тобой, Максимилла: я хочу всегда видеть твои пепельные волосы, твои серые глаза.
Всегда слышать твой голос.
Даже, когда ты дразнишь меня, дрянная девчонка.

Обещай, что не выйдешь замуж - пока я буду в походе.

Говорят, что на берегах Теплого Моря, давным-давно, жили люди другого языка.
И на этом языке твое имя, часть твоего имени, звучит осмысленно – милла, мила.

Я очень люблю тебя, сестренка.

- Я тоже люблю тебя, брат. Я не выйду замуж, пока ты не вернешься.
Сестра протягивает руку и проводит ладонью по моей коротко стриженой голове.
- У тебя теперь военная причёска, - задумчиво говорит она.
И в её голосе слышится грусть.
- Обещай, брат, что будешь беречь себя. Что будет с этой Евгарией, если ты останешься там?

- Она выйдет замуж за какого-нибудь почтенного человека.

- За такого? Максимилла встаёт с ложа, и идет, переваливаясь с ноги на ногу, изображая пузатого почтенного господина.
Мы смеёмся.

- Ты вернёшься, брат? Ты, конечно, вернёшься.
И вы отпразднуете свадьбу.

COMES
Колонна растянулась.
Ремешок тяжелого шлема натирает подбородок.
Жарко.

Так ли уж страшны эти гунны, как об этом рассказывают?
Впрочем, какие гунны?
Бич Божий собрал под свою руку аланов, гепидов, ругов, герулов, тюрингов и прочих - разноплеменным нет числа.
Готы Валамира тоже с ним.

Скифы готовы растащить наш мир по кусочкам, чтобы потом, у своих костров, хвастаться друг перед другом пленницами, щеголять в ризах, содранных со священников вместе с кожей, пить вино из потиров.

Наша колонна подходит к Марне.
Колонну ведет комес Гауденций.
Перья страуса покачиваются на его шлеме – в такт ходу коня.
От комеса, как и от всех нас, за версту разит потом.

Кому нужны теперь изящные строфы Авсония?

Продолжение следует.
Может быть.






Рейтинг работы: 0
Количество рецензий: 0
Количество сообщений: 0
Количество просмотров: 12
© 10.08.2018 Кузьма Калабашкин
Свидетельство о публикации: izba-2018-2335671

Рубрика произведения: Проза -> Миниатюра



Добавить отзыв:


Представьтесь: (*)  
Введите число: (*)  












1