Праздник Пасхи Исход Гл 12


Аарону с Моисеем
Иегова дал наказ:
«Этот месяц всех главнее,
Первым будет он у вас.

Укрепит народ он в вере,
Ускорение придаст.
А язычников потери -
Нам не горе, а балласт.

В этом месяце линяем
За граничную межу.
Дабы вас не ущемляли,
Сам за этим прослежу.

Час отбытья от причала
Передаст с небес гонец,
В нём конец того начала,
Где прервется, наконец,

Цепь египетских страданий...
Страж сведёт вас до земли,
Где вы, пыль стряхнув с сандалий,
Молочка б испить смогли.

Разом по Моей указке
В этот месяц - на коней…
Праздник назовётся Пасхой,
Станет он иных главней.

Обществу всему скажите:
В день десятый с дня сего
Нужно есть, сколько съедите
И не более того.

Месяца сего декаду
Завершите и к концу
Отбракуйте вы из стада
На семейство по агнцу.

Агнец должен без порока
Быть от коз или овец,
Однолеткою по сроку,
Обязательно малец.

У кого мало семейство
И агнца не съест оно -
С кем трапезничать вам вместе
Мне совсем не всё равно.

Лишь соседа ближе прочих
В дом свой надо пригласить.
(Из крестьян или рабочих? -
Мне хотелось бы спросить,

Вдруг сосед запойный, хроник,
Иль иной какой изъян?)…
Вы на то глаза закройте -
Лишь бы не из Египтян.

Египтян учили в школе:
Мерзость - за одним столом
Есть с евреем… Так тем боле
Смысла нет тащить их в дом».

(Если Бог не заговорщик,
А спасает свой народ -
Иегове кстати очень
Маркса классовый подход.

Те, кого от прокламаций
Идиосинкразитит,
Наплевать хотят на классы
И теорию элит.

С Марксом, с Энгельсом, с их свитой
Квиты мы, в конце концов.
Что касается элиты -
Плюнуть надо ей в лицо.

Бог за этих не накажет,
Надоел ему бомонд.
Иегова не промажет,
Оботрётся Фараон…)

Мяса дать всем неимущим
По числу соседских душ -
Жрец-хасид евреев учит
Мастерству разделки туш.

Не мясник, а капельмейстер
Дирижирует с крыльца:
Сколько может съесть семейство
Рассчитайте на агнца.

Как разделывать овечку,
Сообщает жрец-семит
И серьёзнейшие вещи
Он за Бога говорит:

«Не придёт пока убивец
С порученьем от Меня,
Агнец пусть сидит в крапиве
До четырнадцатого дня.

Обречен он на закланье.
Мой народ его убьёт,
На торжественном собранье
Иегове гимн споёт,

То есть Мне, потом намажет
Кровью весь дверной косяк,
Чтоб на перекладе даже
Было видно Божий знак.

В ночь сию, огонь разведши,
С пресным хлебом и с травой
Горькою, мясцо испекши,
С голенью и с головой,

С ливером ягнёнка съешьте,
Обязательно с огня...
Будет есть кто недопекши -
Пострадает от Меня.

Несварением желудка
Сыроеда накажу,
Буду гнать его пять суток
На соседскую межу,

Чистым дабы оставаться,
Срам оставить у межи…
(Впрочем, стоит ли стараться?
Всё равно не добежит.)

Всех барашек и козляток
Ешьте прямо у костра,
Ничего не оставляйте
Вы съестного до утра.

Что останется, сожгите -
Божьим не кормить собак.
Ешьте так: приказа ждите,
Ваши посохи в руках,

Чтоб в любой момент сорваться
И пуститься в дальний путь.
Пояса на чреслах ваших
Не забудьте затянуть.

Подгоняет пусть вас повар -
Всё к утру успеть доесть.
Это Пасха Иеговы,
Не едят иначе здесь.

Я, как в ночь Варфоломея,
Вдоль по Питерской пройдусь
И кого найти сумею
Из младенцев - оттянусь:

Поражу в земле Египта
Грудничков всех деревень,
Отыграюсь на элите,
Что науськивает чернь.

От убийственной машины
Их молитвы не спасут.
Над богами, Мне чужими,
Учиню свой самосуд,

Дабы знали - Иегова
Грудничков заклятый враг».
(Галахической основы
Вижу здесь зловещий знак

Ксенофобии убогой...
И позвольте мне спросить:
От лица какого бога
Учит жрец младенцев бить?)

«...Лишь в домах, в которых встречу
Агнцев кровь и груду блюд,
Малышей не изувечу -
Вижу, Пасху здесь блюдут.

Переклад дверной кровяный
Отведёт от вас беду.
Вам не сделаю изъяну,
Мимо тех домов пройду.

Не увидят ваши очи
Язв губительных Моих,
Уготовленных для прочих
Египтянок молодых.

Поражу народ Египта.
(Пока первых бью ребят,
Вы спокойно мясо жрите -
Я добавлю от себя.)

День сей памятный как праздник
Отмечайте люди впредь,
Обретите в жизни праздник.
В день сей можно лицезреть

Бога и смягчиться сердцем,
Памятуя Божий знак,
На худой конец наесться,
Расскажу подробно как.

Семь дней ешьте хлеб лишь пресный,
Всё квасное из диет
Уберите - с кислым тестом
Вы отвалите в момент.

Тесто кто месил украдкой,
Только выйдет из дверей,
Будет думать о той кадке,
Как о родине своей.

Накажу того сурово,
Не заколет кто агнца.
Или Я не Иегова?» -
Мы узнали от жреца -

«Не уйдёт кто, как все люди,
Даже если слишком пьян,
Истреблён мгновенно будет
Из среды Израильтян».

(Не убьётся, как в Париже
Гугенот в глуши времён,
Здесь, по смыслу, в касту ниже
Будет он переведён.

Плоть назад не прирастётся,
Чтоб в язычники скорей.
Будет он, как мне сдаётся,
Второй свежести еврей.)

«В первый день у вас собранье.
На папирусе затем
Надо вывесить заранье
Разблюдовку важных тем.

В седьмый день опять собранье
(Я поправлю, в день седьмой.
Слышать хуже наказанья,
Как язык ломают мой.)

В эти дни заслуги должно
Иеговы вспоминать,
Всё, рукой что делать можно -
Только пищу принимать.

Очень строго соблюдайте
Вы священный ритуал,
Кислое не потребляйте,
Чтите символы, что дал

Иегова, соблюдайте,
Люди, день опресноков.
В этот день священной даты
Из Египта был таков

Мой народ. Непросто вывел
Своё воинство Я прочь.
Помню, как собаки выли
В эту памятную ночь».

Да какие там собачки -
Всем фальцетом выть пришлось...
(Здесь, товарищи, без драчки
Как всегда, не обошлось.

Неслучайно голосили -
Чем не классовый подход,
Если люди выносили
Деток ножками вперёд?

В трауре Египет стонет,
А евреи хлеб едят...
Не могу я здесь не вспомнить
Пролетарского вождя

И его приказов зверских:
Для начала тысяч пять
Взять попов из духовенства
И, не медля, расстрелять!

Действием своим суровым
Приближали светлый миг
Что Ильич, что Иегова -
Много общего у них.

И про Бога и про Пасху
Чтобы знала детвора,
Под партийную подсказку
Текст тогда писал Ездра.)

«Вы же зла не поминайте,
Иегова, добрый Я.
День кровавый соблюдайте
Как седьмое ноября,

Ибо вам дала свободу
Моя крепкая рука».
(Берия, Ежов, Ягода
И Дзержинский - на века

След в истории забили,
Наследили со всех ног.
Разные мотивы были,
А у всех один итог.

Счастья призрачного ради
Убивают вновь и вновь.
Кровь агнца на перекладе
Умножает в мире кровь.

Дело, может быть, в опоре?
В мирозданье сваи Бог
Свои вбил, и без террора
Обойтись никак не смог,

Чтоб достичь великой цели,
А других у Бога нет…
Как писал Макиавелли,
Укрепил авторитет.

«Наблюдайте в роды ваши
День Исхода, в этот день
Без дрожжей держите квашни
В протяжении трёх недель,

Пресные хлеба лишь ешьте...»
В том, что с вечера съедим -
Пришлец ты иль житель здешний -
Здесь запрет для всех един

Без особенных градаций
Ты еврей или семит.
Что нельзя - для разных наций
Много общего хранит.

А вот что без лотереи
Можно взять – то древний жрец
Всем, кто вышел не евреем,
Обрубил пером конец,

Фалл, не в смысле безобразий,
А скорей, наоборот -
Без мольбы и эвтаназий
Перекрыл всем кислород.

Племенной Господь всех прочих
Ущемил весьма в правах,
Чем был очень озабочен
Отче наш на небесах.

Отчитал Он, как баптиста,
Дал писаке новый лист -
Всем, этнически нечистым,
Предложил жрец компромисс.

Если кто не вышел рожей,
В смысле, не от мамы той,
Выправить изъян несложно,
Есть на то обряд святой.

Неевреям, чукчам даже
К Абрамовичу всем в дом
Как войти, потом расскажем,
Мы сегодня - о другом.

Кислое кто хоть понюхал,
В смысле съел, того душа
Из Израилева круга -
Как пришла, так и ушла.

В небесах душа зависла,
Только где её предел -
Это, видимо, зависит
От того, кто сколько съел.

Кислое не виновато.
Тех не жалует Ездра,
Кто с лицом одутловатым
Позабыл, с кем пил вчера.

Для него Ивана хуже
Лев, не помнящий родства.
Для таких пасхальный ужин -
Погонялка для осла.

Для такого, извините,
Нету разницы большой -
Будет титульный он житель
Или пришлец, то есть гой.

Моисей созвал старейшин,
Как сумел, так передал,
Что ему во тьме кромешной
Голос свыше нашептал.

Грамотей он был не очень,
Пятый пунктик подкачал -
Институтов не закончил,
Даже и не начинал.

С детства был косноязычен
Моисей от вещих снов,
Но имел он голос зычный,
Что главней порядка слов.

У старейшин волос дыбом
Поднимался - что несёт…
Отжимается Шандыбин,
Черномырдин отдохнёт.

Повторю слова дословно,
Что сильней иных поэм.
Да простит мне Иегова,
Что квасного я поел.

«Отбракуйте агнцев лучших
По всем вашим по племенам,
Мастерством разделки тушек
Обеспечьте Пасху нам.

Взяв пучок иссопа, люди,
Обмочите в кровь сполна,
Быть которая в сосуде
К тому времени должна.

Переклад помажьте двери
Кровью, оба косяка
Разрисуйте в полной мере,
Видно чтоб издалека

Было. Жатву снять с Египта
Жнец прибудет, сельдерей
С кровью на дверях увидев,
Прочь уйдёт от тех дверей.

Волей Господа губитель
Не войдёт к еврею в дом.
И сынов Его обитель
Обойдёт чума кругом.

Избежите пораженья
Вы конкретно (не в правах,
Что как брага при броженье
Пузырятся в головах).

Кто из наших не чучмеки
И со скальпелем знаком,
Пасху, что дана навеки,
Исполняйте как закон.

Видя, как сняв шкуру с бяши,
Их отец пустился в пляс,
Дети спросят у папаши,
Что за празднество у нас?

То пасхальная, скажите,
Жертва. Наш Господь к нам добр,
Наших первенцев в Египте
Прочь не вымел, точно сор.

Очищенья тризну справил,
Египтян всех поразил,
А дома наши избавил
От убивцев образин».

Пал народ, спина подковой,
Поклонился. В эти дни,
Как велел им Иегова,
Так и сделали они.

(Где Павлуша был Морозов,
Что не смог бы промолчать,
Про нависшую угрозу
Куда надо настучать?)

Первенцев в земле Египта
Иегова поразил
(За подобное бандиту
Срок пожизненный грозил),

Первородное забацал,
Где двойняшки – сразу двух.
А с убийцей разобраться
Фараону недосуг.

Вопль стоял в стране истошный
На проделки Иегов.
Наблюдать мне было тошно
Сотни маленьких гробов,

Ибо не было в Египте
Дома, чтоб без мертвеца.
А семиты пляшут типа
Ламца-дрица, гоп-цаца.

Моисей глядит сурово,
Аарон с ним рядом, брат,
А над ними Иегова -
Чем вам не триумвират?

Царь сидит на валидоле -
Все рабы, Египет весь
Умоляют тройку с воплем
Прекратить над ними месть:

«Без Шенгенских виз, не медля,
Прочь катитесь с наших глаз,
Совершите, как хотели,
Что там принято у вас,

И с собою заберите
Ваших тёлок и бычков,
Избиенье прекратите
Беззащитных грудничков.

Иегове вы служенье
Совершайте, хрен бы с ним.
Мы на вас за преступленье
В Интерпол не подадим.

Скот возьмите мелкий, крупный,
Как велит вам ваш упырь,
Мы ж походим без тулупов,
Слава Богу, не Сибирь.

Опиумом для народа
Охмуряйте вы подруг,
Хоть исходом, хоть приходом
Заполняйте их досуг,

Кайф ловите вместе с ними
Богомольцы и торчки.
Вашу блажь мы не отнимем
И ментам не настучим».

Египтяне хай подняли:
От евреев все помрём!
И семитов принуждали
Погрузиться на паром.

Как философов с России
Гнали прочь большевики,
Так и этих не спросили -
В ход пустили кулаки,

Трамбовали как скотину,
Не поймёшь, где чья спина...
Захлестнула Палестину
Эмиграции волна...

Иегова в эйфории
Подавал к отправке знак,
Лично сам в Александрии
Зажигал в ночи маяк.

Уносил народ семитский
Своё тесто, дабы с ним
В путь отправиться неблизкий
Со словами: Там съедим.

И пока не скисло тесто,
В узел связаны квашни,
И на плечи - в своё место
По наитию пошли…

Всех без компаса поспешно
Моисей в путь снарядил,
Тем путём небезуспешно
Сорок лет потом водил.

Благодать в очах Египта
Для своих Израильтян
Бог припас – в ответ бандиты
Обобрали Египтян.

Дружно тронулись с надеждой,
Понесли своё добро -
Тесто связано в одежды,
По карманам серебро,

Своего дурачить плохо,
А соседа – так ничуть.
Если кто родился лохом,
Как его не обмануть?

Взять взаймы на миллионы,
Мол, подайте на сирот,
По заданью Аарона
Финансировать Исход.

А когда народ доверчив -
Не обманет лишь ленив,
Если завтра он навечно
Отбывает в Тель-Авив,

Напоследок хлопнув дверью
Так, чтоб вышибло карниз...
А виной всему, поверьте,
Царский антисемитизм.

За столом с евреем мерзость
Восседать – ну, не урод?
Благородный жулик Невзлин
Отомстил за свой народ.

Про него я слышал шёпот,
Слухом полнится земля:
Иегове слал он оптом
Грудничков за шекеля.

Когда жрец, простой как правда,
Книгу Книг в тиши верстал,
Кто-то тайно, сепаратно
Пару строк в неё вписал.

Иегова текст одобрил -
Меньше будет простаков…
(Не иначе, дух Мавроди
Пролетел и был таков...

Поддался народ на просьбы.
Кто тут может устоять -
Получить назад под осень
Больше, раз примерно в пять.

Это есть в любом народе,
Перемен же нет совсем.
Гробовые для Мавроди
Тащат люди в МММ.

Значит, не в одном Египте
Получают по шарам…
А про совесть вы спросите
Тех, кто в Думу выбирал

Как защитника-героя
И Мавроди, и жену -
Пусть воруют больше втрое,
Я же кровные верну...

Где народа миллионы?
На вопрос от простаков
Жулик в фонде Пенсионном
Будет щурится, как кот.

От лоббистов-аферистов
Страховая не спасёт…
С денег автомобилистов
Как их всех не разнесёт?)

Сыновья Израилёвы
По команде без понтов
Прочь ушли из Могилёва
И окрестных городов,

Что разбросаны в Египте
Близ Гесема, нильских вод.
Всех евреев в этой свите
Было тысяч под шестьсот

Лишь мужчин. Без экипажей,
Пишет древний Иудей,
Вместе с ними вышло также
Рода разного людей

Легион. Но кто такие?
Кто примкнул к ним под шумок?
Уголовники лихие,
Диссидентов ли кружок?

Когда люди уходили,
Чтобы старые грехи
Спрятать - МВД громили,
Дорвались, архив сожгли.

Без любых материальных
Обошлись они следов -
Ни того, как вербовали,
Ни расписок, ни долгов.

Распахнув Египта двери,
Не оставили бедлам...
Кто, скажите мне, поверит,
Что евреи были там?

Кроме Библии духовной,
Что Исход не миф, не бред,
Подтверждения иного
До сих пор в науке нет.

Шли еврейские изгои,
Шли неведомо куда.
Стадо двигалось большое
С ними, а верней, стада.

Всех их во главе процессий
На Сокхоф Господь вёл сам.
Шли они из Раамсеса
Поражаться чудесам,

Что Всевышнему в угоду
Им предъявит Моисей,
Кто явления природы
Изучил до мелочей.

С теста, что ещё не скисло,
Пресный хлеб они пекли.
Чернь гнала их коромыслом,
Приготовить не смогли

Себе пищи на дорожку.
Рацион весьма был прост -
Жили на одной картошке,
Как велел Великий пост.

Лет четыреста плюс тридцать,
Что в Египте провели -
Исторический был минус
Для Египетской Земли.

Запущения прогорклый
Вкус наметился во рту.
Как от вырванного корня
Ощутила пустоту

Та земля, но дурой круглой
Чернь Египта не была,
Для приличия всплакнула
По сынам и спать легла.

Снилось ей - Поспи покуда
Шум не стихнет у дверей,
Пока новую приблуду
Не навеет суховей…

Из Египта к жизни новой
Лихо, шапки набекрень,
Ополченцев Иеговы
Моисей увёл день в день.

Войском он своим не слабо,
Видно, мог руководить -
Шестьсот тысяч разом сабель
В Палестину отрядить.

Шли бескрайней вереницей
Домочадцы, детвора…
Набралось, считать по лицам,
Миллиона полтора.

Моисею было бденье
В эту ночь, совсем не спал.
Иеговы наставленья
На подкорку записал.

Национализм Египта
Приспособил под своих.
Чему, сами посудите,
Иегова учит их –

Не тому, как по обряду
Стяги вешать на столбы,
А тому, чтоб с ними рядом
Египтянину не быть.

Рознь великую посеял,
Дав евреям больше прав,
Так сказал Он Моисею
С Аароном: «Вот устав

Моей Пасхи. Он нетленен.
Принимайте Божью весть:
Никакой иноплеменник
Пасху ту не должен есть.

Совершая Богу Пасху,
Помнить: вилка – не кастет,
Мясо нужно есть с опаской,
Чтобы не дробить костей.

Ни друзьям и ни знакомым,
Ни открыто, ни как вор
Пищу не носить из дома,
Как не носят с дома сор.

Не в пример другим питаться
Будет избранный народ.
Всем натурализоваться
Обрезание даёт.

Даже к инопланетянам
Наш закон благоволит,
Если кончики предъявят
И покажут, где болит.

Всякий прочий отдыхает,
Вам завидует сто крат.
Необрезанный скучает,
Лишь вдыхает аромат.

А раба себе купивши
За гроши из дальних мест,
Ты обрежь. Без плоти лишней
Тоже Пасху может есть

По обряду облегчённый
Неэтнический семит».
(Что касается девчонок,
Им Господь благоволит.

Все они одной породы,
Их кромсать не суждено,
Ведь у них самой природой
Всё обрезано давно.

К ним под юбки не глядели -
Кто с тобой там Пасху ест.
Брали в жёны их евреи
Из любых доступных мест,

Но потом остепенились,
Говорили: «Мови тон –
Не на наших кто женились,
Осквернили генофонд.)

«Поселенец и наёмник
Есть на Пасху не должны.
В этом у еврея в доме
Меж собой они равны.

А иной захочет пришлец
Пасху праздновать - так что ж,
Нам еврей не будет лишним,
И его пустить под нож

Ритуальный, но всем скопом
Всем семейством в этот раз.
Как евреем стать, свой опыт
Пусть потомству передаст,

Будет тот природный житель
Воздавать евреям честь
И войдёт в Мою обитель
На шашлык, барашка есть.

Прочь отставить возраженья,
Прекратить базар-вокзал,
Попрошу без рассуждений
Выполнять, что Я сказал!

Лично Я сорву погоны
Осквернившему уста.
Лучше броситься с балкона,
Чем не выполнить устав».

В день сей вывел Иегова
Из Египта свой народ,
Наказал ему сурово.
До сих пор народ живёт

Верой строго по канонам…
Кто ж иным путём идёт
И не прыгает с балкона -
Не иначе идиот.

Из книги Лучше всех или завоевание Палестины, Исход, Гл. 12 (Персональный сайт Валерия Белова http://belovbiblevirsh.ru/catalog_02.php?id=6&opencat=1)





Рейтинг работы: 0
Количество рецензий: 0
Количество сообщений: 0
Количество просмотров: 373
© 27.10.2010 Валерий Белов
Свидетельство о публикации: izba-2010-232514

Рубрика произведения: Поэзия -> Стихи, не вошедшие в рубрики



Добавить отзыв:


Представьтесь: (*)  
Введите число: (*)  











1