Путевые заметки олима (продолжение)


Автобус, не снижая скорости, (так, что закладывает уши), рисует ромашку,
описывая полукруги и дуги вьющихся серпантином улочек Маале-Адумима,
чудом вписываясь в повороты и развороты закатанного в асфальт и дорожную плитку
узкого пространства пути, густо усеянного припаркованными на обочине автомобилями
и летящими навстречу лихачами,
ловко протискиваясь между препятствиями, как резвый угорь в зарослях морской капусты,
а мысли мои, будто встревоженные пузырьки в початой бутылочке «спрайта»
,от утомительной тряски, резких торможений и лихих виражей —
вспениваются в голове и шумно плещутся перед глазами
вереницей быстро меняющихся образов и картин…

Чужая речь как назойливая реклама лезет в уши, но не проникает в сознание,
остаётся на обочине души, скучающей по живому задушевному общению.
Малопонятые надписи на фоне пальм и лиц афро-американской наружности,
уже не смущают взгляд, но по-прежнему не несут никакой смысловой нагрузки,
предавая окружающему пространству некую бутафорную экзотичность (сюрреальность)...

Трудно оценить однозначно, по одним лишь первым впечатлениям, что плохо и что хорошо,
когда всё вокруг прибывает в быстром движении, в резкой смене настроения
от томного восхищения до утомлённого сомнением раздражения…



Но, помимо всего позитивного и достойного внимания,
в виду постепенного привыкания к хорошему,
в основном выпячивается, бросается в глаза то, что не вызывает положительных эмоций,
напрягает, злит, оставляя неприятный осадок в душе.
Самое первое и самое глубокое разочарование любого «олима»
прибывшего на «землю обетованную», состоит в запоздалом понимании,
что тут его явно не ждали и здесь он нафиг не нужен никому
(впрочем, как и в тех местах, откуда родом...).

Вообще складывается стойкое ощущение, что после массового завоза эфиопов
и ввиду окончания арабской интифады, необходимость в русской алии (массовой репатриации)
утратила всякую актуальность, и дальнейшие потуги в этом направлении,
призваны лишь обеспечить работой сотрудников «Сохнута»
(Еврейского агентства репатриации).



«Никаён» («уборка» – транслит с иврита, в более широком смысле «грязная работа»)
давно уже перестал быть предметом вожделения зубных техников из России,
ибо их серьёзно потеснили бородатые «алладины» с ковриками в подмышках,
а «корзина адсорбции» (государственное пособие репатриантам)
призванная поддержать иллюзию финансового благополучия олимов,
не изменяясь в весе со времён большой алии, усохла ввиду инфляции до размеров фигового листа,
если не сказать больше - кукиша.

Невольно вспоминается грустный сидур («история, сказание» – транслит с иврита),
о том, как Буриданов хамор («осёл» – транслит с иврита, в более широком смысле «лох»)
с голоду сдох между двух корзин с провизией, не решаясь с какой начать.
Образно говоря, такими «корзинами» (помимо корзины адсорбции)
для Буриданова олима являются «бесплатный» ульпан («студия» изучения иврита)
и авода. («работа», точнее её безутешный поиск).

Формально, хорошую работу, без хорошего знания языка, не найти.
Но даже и формально, за пять месяцев отпущенных на изучение иврита приемлемых знаний не обрести.
Особенно при том формальном преподавании, которое практикуется в некоторых Иерусалимских ульпанах.

За все студии, естественно, не скажу, а вот ульпану Мороша у Кикар Сафра на Шавтей Исраэль 22
низкий поклон с кисточкой и особо его бессменному клоуну Арье ….
Бывший москаль, отсидевший за откос от службы в Израильской армии, это вам не Морфей из «Матрицы»,
Ося Бендер отдыхает…
Поэтому, как говорится, «слиха» («извините» – транслит с иврита) – нет худшего лиха для ходаши олима,
чем повстречать на своём пути бывалого олима с большой алии,
15-ти лет как «баарец» (живущего в этой земле).

В лучших традициях «дедовщины» этот бородатый паяц в вязаной кипе
по капле выдавливал у новоявленных «поднимающихся» надежды о быстром овладении языком
и как следствие – обретением нормальной работы с достойной оплатой
.Это и в самом деле были слишком наивные чаянья;
ведь даже с отличным знанием языка репатрианту в Израиле без протекции нормальную работу не найти.
«бдикат кенут а кешер» («проверка подлинности чувств» – транслит с иврита) к местному наречию,
я, к сожалению, не выдержал.
Плюнув на клоунады Арье, со вздохом взялся за вторую корзинку с сочным названием авода.



Говорят, дважды в одну воду не ступишь, а вот – в одну и ту же лужу – почему нет?

05.06.2011





Рейтинг работы: 5
Количество рецензий: 1
Количество сообщений: 1
Количество просмотров: 18
© 10.07.2018 Леонид Володин
Свидетельство о публикации: izba-2018-2314288

Рубрика произведения: Проза -> Очерк












1