Танкист гл.22


Глава двадцать вторая

Число двадцать второе наступило.
Июнь сорок четвёртого идёт.
В кулак единый собрана вся сила,
Чтоб вновь на фрицев в яростный поход

Пойти и разгромить вражью падлюгу,
Чтоб помнил немец, кто сильней в бою !
За каждого потерянного друга,
За каждый дом, За Родину свою !

Готовилось большое наступленье
На гитлеровца. Пусть трепещет он !
На Минск и Вильнюс было направленье
С названьем гордым - "План Багратион"!

Как Жора мне сказал : "Ахнем бригадой !"
Тут не бригада, братцы, тут сильней !
Четыре фронта собрались ударить гадов,
Всей мощью, волей, ненавистью всей !

Ударить и разбить ! Разбить и выжечь
Фашистов окончательно - дотла !
Чтоб ни одна тварь не сумела выжить,
Чтобы победа НАШЕЮ была !

Чтоб в русло нужное историю направить.
Чтобы жила, цвела Россия - Мать !
И чтоб на камне камня не оставить
От тех, кто нас хотел завоевать !

Число двадцать второе - символично.
В июне, ровно три года назад,
День в день, война, всё, что для нас привычно
На свой перекроила - страшный лад.

Всё то, что было просто и понятно,
Перечеркнула чёрною чертой.
Но Родина в беде ! И нет обратно
Для нас пути, дороги нет другой !

Как русский паренёк с агитплаката
Немецкий указатель разбивал
"Nаch Osten"... ? Врёшь, паскуда ! Нет - на Запад !
И в сердце каждого мести огонь пылал !

И танки шли в атаку, самолёты,
И била артиллерия врага,
И вместе с нами гадов бить пехота
Плечом к плечу, единой цепью шла !

На памяти солдата всё смешалось,
Частично забываешь, что и как,
Но то, что врезалось и навсегда осталось,
Об этом и пишу в своих стихах.

О том куда в боях, какая рота
Шла танковая - я не помню сам,
Но не забыть мне белорусские болота !
Хоть тресни, хоть вся жизнь напополам !

Июнь, двадцать четвёртое. Раскисло
Ну до осточертенья всё кругом,
Но надо перебраться, хоть повисни
На жилах собственных, хоть брейся утюгом !

А надо. Есть такое слово - надо !
И каждый знал : болото перейдём -
Сюрприз на блюде гитлеровским гадам
Такой, что просто жуть, преподнесём !

Их командиры знали, что болото,
Отмеченное в картах полевых,
Непроходимо даже для пехоты !
А мы на танках ! Да, браток, на них !

Таскали брёвна, укрепляя гати.
И вот, по одному, вперёд идём.
В машине - тридцать тонн. Авось да хватит,
Авось да выдержит, авось не пропадём,

Авось прорвёмся, вылезем, проедем.
Дождём и потом мокрая спина…
Мы всё равно придём к нашей Победе !
И это будет лучший день на свете,
Когда, наконец, кончится война !

Я шёл впереди танка. Чую брёвна.
Их кругляши скользят под сапогом.
Пока что аккуратно всё и ровно.
И мы идём. Идём, идём, идём…

Тихонечко, на первой передаче
Идём, вперёд прокладывая путь
По метру, по полметра - не иначе,
Иначе можно разом потонуть !

Танку - по гусеницы. Мне - вода по пояс,
Но я иду, сквозь зубы матерясь,
Грязь разгребаю, но не беспокоюсь
За Жору. Жора наш - водитель ас !

Вперёд, вперёд ! Вода по грудь доходит.
Закрыл люк Жора, чтоб не залило,
Но вроде всё в порядке. Едем вроде…
Пусть повезёт и Лёхе и Володе,
Всем нам ! Как говорят в народе :
"Авось да выплывем !", ведь всю войну везло !

По уши грязью мы в тот день умылись,
Дословно вспоминая русский мат,
Три танка наши под водою скрылись.
Лишь пушки и "ленивцы" их торчат.

Ребята вроде выскочить успели
И снова мы вперёд, вперёд идём !
К нашей святой, к нашей победной цели.
По грудь в воде, под проливным дождём…

Идти. Вперёд. Расталкивая жижу,
Устал, нет сил. Всё будто как в бреду.
Почти что ничего совсем не вижу,
Но, чуя сапогами брод, иду.

Иду и маму с Мишкой вспоминаю,
И Олю, Таню… Как всё там у них ?
И грязь с водой руками разгребаю,
Как будто из объятий вылезаю
Каких - то чёртовых тисков стальных !

Чуток передохнуть. Ну хоть немного !
В грязи, в воде по грудь - вот маета.
Но Жорке без меня... не вру - ей богу,
С места водителя не видно ни черта !

Куда ехать и как - кругом болото.
А в щели смотровые ну никак
Не разглядеть пути и не охота,
Ну смерть как неохота здесь, вот так

В болоте сгинуть, утопив машину !
И я иду. Пру всем смертям назло,
Гребя руками чёртову трясину
И, всласть ругая Гитлера - скотину,
Чтоб его, гада, враз наполовину
Снарядом нашей пушки разнесло !

И чтоб его другая половина
Осталась с головою на манер
Так и лежать. Лежи, лежи, вражина !
Для всех врагов - самый большой пример.

"Ну ты даёшь ! Нашёл, сынок, что вспомнить !
Не Гитлера здесь нужно вспоминать,
А жизнью душу до краёв наполнить
И вспомнить Олю, Мишу, Таню, мать…"

"Батя, родной ! Ты как здесь оказался ?"
Меня обняв, расцеловал отец,
Руку пожал... и я один остался…
И тут же возле уха крик раздался :
"Очнись, Сашок, мы вышли наконец !"

Я мокрый на броне лежу, а Гриша,
Тряся за плечи, мне орёт в лицо :
"Мы вышли, командир, ты что, не слышишь ?
Мы прорвались, Сашок ! Ты молодцом !

Вода пошла на спад. Ты поскользнулся
И вниз пошёл. Ну, командир, ты дал !
Я сам не знаю, как я извернулся,
Но всё ж тебя за шиворот поймал !

Мы ж сверху все, а я - на пулемёте
Сидел как раз, прям за твоей спиной.
Все вышли, целы. Всё в порядке вроде."
"Спасибо, брат. Спасибо, дорогой !

Спасибо, Гришка…" И я отключился.
Не знаю сколько так я пролежал,
Мне батя, но уже во сне приснился
И снова мою руку мне пожал,

По голове погладил, обнял снова,
"Держись, Сашка. На завтра будет бой.
Моё тебе родительское слово :
Держись, сынок. Я рядом, я - с тобой !"

Продолжение следует

Владимир Качанов






Рейтинг работы: 0
Количество рецензий: 0
Количество сообщений: 0
Количество просмотров: 21
© 04.07.2018 Владимир Качанов
Свидетельство о публикации: izba-2018-2310119

Рубрика произведения: Поэзия -> Поэмы и циклы стихов












1