Танкист гл.18


Глава восемнадцатая

Передо мною чистый лист бумаги,
Дрожит в руке усталый карандаш.
И снова Сашка поднимает флаги
И в бой ведёт свой славный экипаж.

Ревёт движком его "тридцатьчетвёрка",
Плечом к плечу сражаются друзья,
Лёха и Юра, Вася, Гриша, Жорка,
А вместе с ними в бой иду и я.

Мне многие вопросы задавали.
Зачем ты пишешь, да и для кого ?
Тебе за это не дадут медали,
Ты этим не добьёшься ничего !

Ни денег, ни признанья не получишь
Сколько ни бейся - ты потерпишь крах.
Себя лишь только этим ты измучишь.
Ответ им всем я написал в стихах.

Я не хочу ни славы, ни признанья.
Я не хочу, чтоб в золоте рука,
Я лишь хочу, чтобы вошло в сознанье,
Чтоб до печёнок, чтоб - наверняка !

Лети мой по бумаге карандашик.
Уверенно и складно - до конца !
И вновь пишу я от имени Саши,
От имени советского бойца !

Семнадцатого февраля случилось
Событие со мной и жизнь моя
На новый, братцы, лад переключилась.
Про сей момент - история своя.

Всё началось с утра. Подъём, побриться,
Умыться - в общем "колер" навести.
И надо ж было этому случиться,
Нигде я не могу кисет найти !

Ну нет и всё ! Крутить чтоб твою душу !
Хоть пропадай, без табака - каюк !
А может его в танке обнаружу ?
И я полез в свой командирский люк.

Ура, нашёл ! Чтобы достать, нагнулся.
Достал его и, спрыгивая вниз,
На гусеничной полке поскользнулся
И полетел - вот где судьбы каприз.

На снег упал, а он, зараза, прочный.
Утоптан, что твой чёртовый бетон.
И вот те раз ! Ну, братцы, как нарочно
Я тут же заработал перелом.

Аж в двух местах, как мне потом сказали.
Боль страшная - тудыт твою копать !
Я заорал, ребята подбежали,
Меня руками стали поднимать.

Мне и смешно и больно, право слово !
До судороги мышцы все свело,
Ведь в мирной жизни - что уж тут такого ?
Ну, перелом ноги - не повезло.

А тут война, и рядом смерть гуляет,
В трёх километрах от передовой !
Через боль адскую меня смех распирает.
И ржать охота, и болит - хоть вой !

Мне Юра с Гришей наложили шину,
Ремнями Жора ногу привязал,
Подъехала с красным крестом машина.
А дальше прямым ходом на вокзал,

И в госпиталь. С меня ребята слово
Все взяли, что оттуда не сбегу,
Чтобы лечился и чтоб был как новый,
Насыпали в кисет мне табаку.

"Ты, командир, лечись. А мы фашисту
"Приветик" от тебя передадим.
Броня крепка и танки наши быстры
Поверь, ему мы спуску не дадим !"

И Юркин голос, по-мальчишьи звонкий,
И Жоркин хриплый : "Саня, всё путём !"
Мотором рыкнула разбитая "трёхтонка"
"Братишки, живы будем - не помрём !"

Погрузка раненых. На станцию прибыли.
Шум паровозов, за гудком гудок,
Мой вещмешок со мною рядом положили,
А я всё успокоится не мог !

Ну и дела ! Ведь что это такое ?
За всю войну я ранен не бывал !
И ладно бы - раненье боевое…
С танка свалился и ногу сломал !

Конфуз и глупость при идиотизме
Вселенского масштаба, вот напасть !
Кому расскажешь - не поверят в жизни,
Тьфу, одним словом, чтоб тебе пропасть !

И вот я в госпитале. Белая палата
И запах йода, что кругом стоит.
Медсёстры ходят в беленьких халатах.
С ухмылкой военврач мне говорит,

Седой майор : "Что, брат, совсем хреново ?
До свадьбы заживёт, не дрейфь, герой !
Тебя подлечим и будешь как новый.
Всё будет хорошо, само собой."

Само собой… Ну больно и обидно !
Ребята без меня идут вперёд,
А мне от боли лампочки не видно !
И что там дальше? Чёрт - ё - разберёт !

Прооперировали, гипсу наложили.
Лежу. И, как назло, нельзя курить !
А тянет так, что прямо без разжиги
Кисет наверно смог бы проглотить !

Двадцать второе февраля - мой день рожденья.
Накинул вечер темноты полог.
Курить охота до осточертенья !!
"Наши войска, сломив сопротивленье,
И, взявши основное направленье,
Освободили город Кривой Рог !"

Нам Левитан по радио вещает,
А дальше (как назло) ну боже мой (!)
Тут Клавдия Шульженко запевает :
"Давай закурим, товарищ, по одной !"

А !... Где мои табачные конфетки ?!
Всё, больше не могу, ну нету сил !
И я - один в палате на кушетке,
Свернул цигарку, ну и закурил !

Ох, как же хорошо мне было, братцы,
Махорочка - любимая моя !
Затяжечка идёт - одна на двадцать !
"И что же здесь, позвольте, вижу я ?"

Заходит медсестра и свет включила.
Да что ж это такое, вот беда !
И что за разъедрическая сила
Тебя, подруга, принесла сюда ?

"Сестрёнка, ну прости за ради Бога,
Уж очень захотелось покурить."
"Не разрешаю, даже хоть безногим !"
И строго мне : "Немедля затушить !"

Чуток глазами пообвыкши к свету
И, разглядев пришедшую ко мне,
Однако понял, братцы, битву эту
Не выиграть ни в жизни ни во сне !

И пусть её лицо скрывала маска,
Но плечи, грудь, и талии изгиб…
Короче, ну не девушка - а сказка !
И я ещё раз понял - всё, погиб !

"Давайте я стихи вам почитаю,
Твардовского. Ей-богу - наизусть !
"Я вас, больной, прекрасно понимаю."
Глазами улыбнулась мне чуть-чуть,

"О, да ! Стихи хорошие сражают
Сердца и души легковерных дам.
Что ж, почитайте. Я не возражаю,
Но вот курить я всё равно не дам !"

"Братеев… Александр… (лежу как пьяный)
Давайте познакомимся, а вы …
Вас как зовут ?" "Меня зовут Татьяна."
"Вы замужем ?" "Не замужем, увы…"

Наверно так судьба распорядилась,
Что днём, семнадцатого февраля,
Моя нога об лёд переломилась
И в госпитале очутился я,

И встретил свою медсестричку Таню,
И пусть растаял сердцем, как дурак,
Судьбу благодарить не перестану.
Как хорошо, что получилось так !

То не Амур стрелой своей опасной
Сердце танкиста, братцы, поразил,
А грамотный, осколочно-фугасный,
Прямой наводкой в грудь мне угодил !

Что мог он сделать , недомерок хилый
С моей, бронёй покрытою душой
С луком, стрелой ? Куда ты лезешь, милый ?
Боеприпасы зря переведёшь, родной !

Тут не Амур, а самоходка била,
Калибром - ну была не меньше ста !
И сердце моё вдребезги разбила,
И пала тут танкиста высота !

И я читал как мог, но вдохновенно
Твардовского ей "Книгу про бойца".
И взгляд ловил прекрасный непременно
Прекрасных глаз прекрасного лица.

Влюбился, братцы, я в девчонку эту,
С руками и с ногами, с головой,
И был готов бежать хоть на край света
За ней со своей сломанной ногой.

Не дочитав стихов, (голос сорвался)
И я, всю волю пережав в кулак,
Тут же во всём ей взял да и признался !
Иначе мне не выдержать никак.

Ведь сколько я перелколшматил гадов,
Не чувствовал, не был, не жил сильней !
Как говорят - любовь с первого взгляда.
От первых слов и до последних дней !

Через неделю мы с ней расписались.
Начальник госпиталя, седой майор :
"Вы что, ребята, проса обклевались ?
Война - вам не шутейный разговор."

Товарищ майор, верно говорите.
Война идёт. А вдруг меня убьют ?
Мы очень просим вас. Нас распишите
Здесь и сейчас. Прямо в палате тут.

Такая видно доля у солдата -
Судьбу свою в палате принимать.
Ведь смерть как неохота неженатым
На поле боя в танке помирать !"

"Эх, молодёжь…" Взглянул майор сурово
"Не молодёжь, а полная беда…"
Суровым взглядом нас окинул снова
"А, чёрт с вами ! Ну, горько уж тогда !"

И улыбнулся. Мы поцеловались,
В любви навек друг другу поклялись,
В красноармейских книжках расписались
Чтоб крепче узы брака сохранялись,
Чтоб дальше шла своим чередом жизнь !

Продолжение следует

Владимир Качанов






Рейтинг работы: 0
Количество рецензий: 0
Количество сообщений: 0
Количество просмотров: 19
© 13.06.2018 Владимир Качанов
Свидетельство о публикации: izba-2018-2296012

Рубрика произведения: Поэзия -> Поэмы и циклы стихов












1