Книга о России. Введение.


«Двадцать пять тысяч километров по России за четыре недели».

Посвящяется моей жене Су, сделавшей так много, чтобы эта книга была написана...

... Коротко расскажу о структуре книги. Дневники поездки, будет предварять введение, в котором, я коротко, подведу «идеологическую базу», под наше повествование. Потом последуют дневники двух поездок в Россию, для подготовки книги для английских школьников, на английском языке. А основной частью книги, будут несколько эссе, которые я написал в разные годы, уже живя в Англии. Но размышления в этих эссе, и проблемы поднимаемые в них, будут касаться России и её жизни...
Иллюстрации для книги, любезно согласился дать мой соавтор, известный английский фотограф, Продипта Дас. После путешествий в Россию, Продипта признался мне , что из множества стран в которых он побывал и о которых сделал и делает книги, Россия стоит на одном из первых мест по впечатлению от необычности, красоты, размаха и душевности людей её населяющих...

ВВЕДЕНИЕ.
В качестве эпиграфа: “Первое сильное ощущение, когда мы встречались с людьми и просто наблюдали за жизнью России – это большая, разнообразная и сильная страна. И россияне, при всем различии взглядов и идеологий, встанут на её защиту, если начнётся война... Такого ощушения не было ещё пять лет назад...”

... Возвратившись из России, я заболел и потому не выходил из дома почти неделю. Однако, несмотря на простуду, я сходил на ББС по приглашению Севы Новгородцева, и коротко рассказал о нашей с Продиптой поездке.
С Севой, мы поддерживаем знакомстов с того времени, когда я увидел его на «Первом Русском радио, в 2004 году.
... Из здания, во внутренний дворик, вышел человек с седой гривой волос, худым, выразительным лицом, привлекающий к себе внимание, как привлекают к себе внимание люди не просто известные, а очень известные...
Тогда, Володя Эдемский, тоже ведущий на этом радио, представил меня ему. После знакомства, мы, стоя у входа, поговорили минут пять «о том, о сём». Видимо я заинтересовал Севу своими рассказами о Сибири, о том, как я попал в Англию, о моей жизни в России, и в конце разговора, он пригласил меня на завтра, на передачу «Севаобjрот», на русскую службу ВВС...
В тот день, уже после «Севооборота» Сева пригласил меня на Первое Русское радио, и я согласился, рассказывать о своих прошлых походах, о повадках зверей и птиц, для тех русских слушателей, кто скучает по Родине, по её лесным просторам, горам и долинам.
Потом, встречаясь раз в неделю, мы успели неплохо узнать друг друга, и когда я показал Севе свои рассказы о таёжных приключениях, он их похвалил и посоветовал писать об этом побольше, в том числе для западных читателей, которых, по мнению Севы, тема о необьятной безбрежной и загадочной России, заинтересует обязательно...
В этот раз, перед поездкой в Россию, я позвонил Севе, и он попросил меня отзвонится по возвращению в Лондон, и рассказать об этом нашем с Продиптой Дас, путешествии. Что я и сделал, как только немного отошёл от долгой и утомительной дороги...
Выслушав мой рассказ по телефону, он пригласил меня назавтра на ВВС, в передачу «Биби-Сева», лозунг которой – «Новости с человеческим лицом».
К сожалению, передача «Севооборот», была закрыта к тому времени на ББС, уже около года, несмотря на протесты слушателей из России. Однако она сохранилась в архиве сайта Севы Новгородцева, и я иногда захожу туда и слушаю интересные беседы с интереснейшими и талантливыми людьми, эта передеча продержалась в эфире несколько десятков лет и нашла миллионы поклонников в среде русскоговорящих во всем мире. Сева и его соведущие выработали свой метод живого разговора и свои способы подготовки к нему. И мне посчастливилось побывать в знаменитой студии, за круглым столом с четырьмя микрофонами и парой бутылок хорошего красного вина, которое помогало «восс оединению языков и сердец» беседующих.
Вот некоторые детали моих двух выступлений на «Севообороте»...
Я приходил за час до прямого эфира и Сева «потрошил» меня, когда мы садились в столовой ВВС, пили чай или кофе, и Сева, выспрашивая подробности моих приключений, незаметно составляя канву нашей беседы перед микрофонами. Потом мы садились в студии, Сева на правах хозяина разливал неплохое красное вино, после которого настроение поднималось и сухость в горле сменялась расслабленной жизнерадостностью. Уходил я после этих бесед в прекрасном настроении и чуть под шафе», что придавало особую пикантность тем «радиобеседам» ...
В этот раз, в фойе знаменитого здания радиостанции ББС, меня вышел встречать молодой человек, англичанин, с которым мы, идя по длинным коридорам ВВС, сразу заговорили о впечатлениях от России. Он жил какое - то время в Питере и совсем неплохо говорил по - русски. Я, нисколько не сомневаясь, что он поймёт меня, стал говорить о Достоевском и Толстом, о том, что на мой взгляд, в первый раз этих больших русских писателей, англичанам, надо читать в переводе, потому что для понимания всей глубины их произведений необходимо знать язык в совершенстве, особенно читая Достоевского...
В русском отделе ВВС, меня встретил Сева, как обычно подтянутый, сосредоточенный, сидя за столом, в окружении сотрудников, девушек и юношей явно нерусского происхождения. Он сразу спросил, принёс ли я фотографии о нашем путешествии, а я, немного смутившись, ответил, что фотографий нет, но ведь фотографии не будут рассказывать о поездке – это буду делать я, а у меня всё с собой, в голове.
Сева был недоволен, но согласился, и мы записали короткую программу о моих впечатлениях. Я между прочим сказал, что путешествие продлилось четыре недели и за это время мы преодолели более двадцати пяти тысяч километров: по воздуху, на автобусах, на поездах и на автомобилях, не говоря уже о сотнях километрах проделанных пешком.
Сева, уже перед микрофоном, коротко познакомил слушателей с английским детским издательством «Френсис Линкольн», с которым мы, - Продипта Дас и я, заключили контракт на создание книги на английском языке, для английских школьников. Я рассказал, очень коротко о поездке на микроавтобусе в Тункинскую долину, что рядом с Байкалом, упомянул о поездке к тиграм в Приморье, на берег озера Ханка, где их и ещё несколько видов дикой фауны Дальнего Востока выдерживают на специально оборудованной базе...
Потом, я заверил радиослушателей, что напишу большую книгу, уже на русском языке, для взрослых, о впечатлениях от этой поездке и с размышлениями о прошлом, настоящем и будущем России...
Из студии я уходил с чувством исполненного долга – первый рекламный анонс для нашей книги, состоялся. Я считаю, что о России, её чудесах, загадках и проблемах, даже сами русские знают очень мало, а уж в Западной Европе, практически не знают совсем, тем более дети. А ведь дети – это наше будущее, будущее наших отношений с Европой, и с Англией, в том числе...
... Через неделю простуда прошла, и я отправился в Ричмонд - парк, посмотреть и послушать оленей во время гона. Я, это делаю каждую осень, и по возможности снимаю на видеокамеру и записываю примечательные факты в дневнике, который уже перерос в большую статью о оленях их повадках и привычках...
Район Ричмонда в в Лондоне, один из самых красивых и богатых. И вот вглядываясь в чистые улицы, богатые витрины магазинов ресторанов и кафе, любуясь красотой и ухоженностью парка, видя аккуратных и вежливых прохожих на уютных улицах и дорожках парка, глядя на многочисленные стада диких олене, пасущихся в двадцати шагах от гуляющих, слыша крики гусей и лебедей, на парковом озере, я вдруг осознал, что мой оптимизм по поводу «светлого будущего» России, немножко экзальтирован и преувеличен. Я начал понимать, что Российская Федерация отстала от Европы, и от Англии в частности, в человеческом измерении, на несколько поколений и что это отставание может быть преодолено только ценою технологического, а потом и культурного шока, подобного Октябрьской революии или сталинской коллективизации и индустриализации...
... И тут мы плавно переходим к рассмотрению теории технологической Революции, которая потребуется России для преображения внутренней жизни и обыденной культуры. Ведь Россия до сих пор представляется необьятными пространствами дикой природы, в океане которой, то тут, то там видны маленькие островки человеческих поселений. Из космоса это наверное особенно заметно.
... Я видел карту ночного свечения Земли, и в Европе. Огни светятся почти сплошным ковром, над Западной Европой, но над Россией повисла темнота, кое - где светящаяся неяркими огоньками посёлков и городов. И сегодня, на этих громадных, «тёмных» пространствах, живут немногим менее полутора сотен миллионов человек, для половины из которых элементарные жилые удобства малознакомы, и дороги в большинстве своём представляют пыльные, каменистые просёлки, по которым, в случае снегопадов или дождей, практически невозможно проехать. Я, кстати, вспомнил, что в Иркутске, мы отложили поездку в Восточный Саян на день, потому что всю прошедшуюночь и весь день шёл первый снег, и потому, Транссибирское шоссе на сутки было закрыто для движения...
Об этой истории я расскажу позже, но этот пример показывает, как далеко ещё Россия от обыденных удобств, не только из технических и экономических соображений, но психологических обстоятельств и соображений «удобства» жизни... Горячей воды, например, нет в большинстве сельских посёлков идаже в некоторых провинциальных городков, а тёплый туалет в деревне считается чудом, верхом роскоши и цивилизации...
Тут невольно надо коснуться проблемы деревянной архитектуры, традиционной для России, и потому, очень недолговечной. Гниение и пожары, не дают людям выстроить более или менее продолжительные очаги семейного материального благополучия, что естественно отражается на мировоззрении и обычаях народа. К тому же, за последние тридцать лет разрухи и стагнации, по настоящему ничего нового или масштабного в этом смысле, не было создано, а то что имелось - или разрушено, или разворовано...
Оставляя в стороне техническое отставание, надо, также отметить «псевдофилософский», народный подход к целям и задачам реальной жизни. Социальные, военные и материальные катастрофы, особенно разрушительные в двадцатом веке, выработали в российских людях, неосознанное, своеобразное стоическое отношение к жизни, которое я и называю «философским» отношением.
Коротко, это отношение можно выразить так: «День прожит – и слава Богу... О будущем не стоит и задумываться...» Иначе говоря, многие россияне живут одним днём, и потому, каждое поколение, как бы начинает жизнь, с чистого листа.
Большое значение, для формирования такого отношения к обыденности, как мне кажется, имеет сущность православия, которое, тоже в определённой степени стоит на Христовых принципах выраженных в максиме: «Не заботься о том что тебе есть и что тебе пить... Ибо Бог позаботится об этом... если вы будете веровать в него...»
Такое отношение лишает людей воли и упорства в достижении материального благосостояния, и делает большинство верующих православных – фаталистами. Во всяком случае, многие русские не очень доверяют человеческой инициативе. И может быть большую роль в этом сыграла православная Церковь, конечно с учётом условий трудной, часто героической жизни Российского государства. Ко всему новому, в России, многие относятся с подозрением, а европейский комфорт и благоустройство хвалят, но не торопятся делать в России дела на западный манер... Но ведь известна и другая притча Иисуса Христа, о денежной единице - таланте, которые Хозяин раздал работникам и когда через время возвратился, то похвалил того работника который преумножил количество талантов, и наказал, того, кто «закопал таланты в землю». Так что, многое в жизни зависит от верного толкования слов Иисуса Христа в Евангелиях...
... А тут ещё дискуссия в газетах – строить или не строить высотку в Питере, в которой на стороне охранителей выступил министр культуры. Для меня, это очевидно показывает, уровень культуры в России, где охранители и сторонники «обратного хода», подавляют любое стремление сделать жизнь удобной, красивой и главное современной: без вонючих деревянных туалетов даже во дворах провинциальных гостинниц, без разбитых дорог и разрушающихся построек пятидесятилетней давности, потому что нового за эти прошедшие пятьдесят лет построено совсем немного и потому эти «новинки» просто не видны...
Хотя, за последние днсять лет, есть и очевидные «подвижки», в лучшую сторону: идут реставрационные работы в церковных храмах и объектах культуры, развивается сфера туризма, открывают новые парки и скверы, ремонтируются и модернизируются городские улицы и дороги...
В Питере, может быть благодаря губернатору Матвиенко и её команде, многое изменилось в лучшую сторону, например появилась замечательная «развязка» на въезде в город, на Таллинском шосссе. Ещё, появились места в городе, похожие на европейские города. Несколько таких площадок выстроили в районе Малой Охты... Однако сила сопротивления этим новым тенденциям такова, что в любой момент эти новшества могут быть осуждены «охранителями» и возврат к разваливающисмся коммуналкам и крысам на Невском, совсем не невозможен...
... Однажды, лет двадцать назад в период «либеральной диктатуры», я видел на Невском, днём, крысу, которая выскочила из подвального помещения и помчалась по тротуару, в поисках укромного уголка, и потом нырнула в щель на фасаде одного из бывших дворцов, и исчезла.
Тогда, я содрогнулся от гадливости и подумал, что при экономической разрухе, и временах наступления гражданской смуты, всегда выигрывают: в городах – крысы, а в деревне – волки. Крыс, я и до этого видел в самых неподходящих местах, например на лестничной площадке своего бывшего дома на Охте, а следы волков, и последствия их деятельности, я наблюдал под Питером, в окрестностях реки Тосно.
Там, в семидесяти километрах от «столичного» города, они, в опустевших, бывших колхозных деревнях сьели всех собак, а в окрестных дремучих лесах уничтожили почти всё поголовье диких копытных: кабанов, лосей, косуль...
Хорошо ещё что хоть на людей не начали нападать. И всё это следствие «вторичного одичания», которое установилось в период разрухи и безвременья, в России, устроенного, может быть и без злого умысла, а просто по глупости, «либеральными» деятелями и политиками. Они, в большинстве своём, стеной стоят за «экологию» очень жалеют животных, в том числе и волков (вспомните их теорию – «волки, санитары леса), но к простым людям, жертвам их придуманных реформ, часто относятся с брезгливой ненавистью.
Сегодня, эти российские «охранители», переключились на защиту «исторического облика города», в этом направлении солидаризируясь с откровенными ретроградами. А такой союз опасен, потому что хитрые образованцы, часто используют ура -патриотов, «в тёмную»...
Поэтому ещё, стрительство высотки на Охте, я считаю делом благим и общественным. Но охранители, движение которых зародилось вместе с началом развала советского общества, всегда радеют за «светлое» далёкое прошлое, в котором осталась их молодость, которую, они таким образом, на подсознательном уровне, пытаются вернуть.
Помню, как неистово спорил с редакторшей на иркутском телевидении, делая очерк о современном архитекторе, - она хотела сохранить деревянные трущобы в центре города, как исторический памятник, тогда как сама жила в сталинской квартире с трёхметровыми потолками и с большой ванной комнатой. Я так тогда так разошёлся, что наступал на неё, требуя, самой переселится в этот «исторический» центр, с грязными помойками, деревянными туалетами на улице и крысами в подвалах и на кухнях. Тогда она, уже пожилой человек, пряталась от меня за углом стола, отбивая мои эмоциональные атаки на лицемеров – охранителей, живущих в больших, благоустроенных квартирах, но требующих сохранени полусгнивших, «подкрашенных» домиков предвоенной застройки, выдавая этот «новострой», за традиционно – сибирский архитектурный стиль...
Сам, я тогда, жил в деревянной развалюхе, на краю Нахаловки, самовольно застроенного посёлка, и боролся с крысами, как мог. У меня были маленькие дети, а крысы, были неотьемлимой частью поселкового ландшавта... Я, таким образом, стал невольной жертвой некоторых сторонников «консервации» окружающей среды, называющих себя «охранителями»...
Поэтому ещё, я против разного рода сентиментальных любителей сохранения «нетронутого прошлого». Эти люди, сами пользуясь всеми благами современной цивилизации, фальшиво ностальгируют о «красивом» и «потерянном» рае. В качестве примера, можно привести некогда популярную картину Говорухина: «Россия, которую мы потеряли». Пряничное изображение идеализируемого прошлого, иногда вызывает волну естественного протеста, против лицемерных идеалов «охранников» этого прошлого.
Часто, за охранительством, скрывается целая психология привычного националистического обскурантизма... И странно, что молодые, сегодня поддерживают это движение. Но, видимо, такова социальная отсталость и подмена понятий в России, такова сила промывания мозгов и влияния «прозападных» мифов, что и молодые, сбитые с толку этой пропагандой «обратного хода», расходуют свою энергию не на улучшение или обновление жизни, а на защиту старого, но привычного строя жизни и быта.
Что касается делового центра «Охта», то создание делового Сити, это проблема, которая давно назрела в Питере, и которую надо было решать ещё сорок – пятьдесят лет назад. Ведь очевидно, что самые ярые охранители, хотели бы видеть С-Петербург, современным центром и второй столицей России. Для создания такой столицы, необходимо построить деловой Сити недалеко от центра города. И Охта, как нельзя лучше подходит этому проекту...
В районе Охты, надо построить ещё и большой торговый ценр, который бы обслуживал не только работников этого делового центра, но и всех правобережных жителей Невы. Необходимо продумать приход к этому центру метро, электричек и автобусных линий связывающих с новой «Охтой» все районы города и его окрестностей. Учитывая холодную и промозглую погоду зимой, этот центр надо укрыть разного рода прозрачными крышами и навесами, которые бы давали возможность людям быть здесь под защитой от природных капризов. Современная архитектура умеет это делать, создавая самые комфортные условия, как для южан, так и для северян... Но я отвлёкся от собственно, путешествия.
... В этот раз, подьезжая к центру Питера на автобусе по Таллинскому шоссе, увидев первую совремнную шоссейную развязку в Питере, я обрадовался и подумал, что городские власти действуют в правильном направлении. Однако, читая заметки о борьбе охранителей с «высоткой» на Охте, мне подумалось, что без шоковой технологической революции, на манер сталинских станций метро, или сталинских высоток в Москве, в России не обойтись.
Немногие, но самые активные образованцы, будут стеной стоять против всего нового и современного. Их надо победить, хотя бы один раз, чтобы и они могли увидеть преимущества современного города, в котором гармонично, усилиями архитекторов и социологов, сочетается старое и новое, дополняя друг друга и создавая комфортную жилую среду. Если этого не сделать, то отставание в уровне жизни от западных, да и богатых азиатских стран будет только увеличиваться...
Все эти шествия и митинги, против нового, за сохранение привычного старого, производят удручающее впечатление...
И всё-таки, в Санкт – Петербурге есть и противоположные примеры...
Тягостное впечатление остаётся от Мариинского театра, который по сравнению с лондонским Роял – Опера, похож на давно не ремонтируемый совхозный клуб, в который «сельские» жители ходят в сапогах и бушлатах, потому что всё внутри состарилось и обветшало и не противоречит по форме и содержанию, рабочей одежде.
Вспоминается мой опыт работы в интерьерной команде, когда сделанные нами колхозные клубы превращались в настоящие дворцы, куда как раньше уже боязно было приходить пьяным и в грязной одежде...
... Есть и европейский опыт реконструкции и реставрации, о котором я хотел бы коротко рассказать.
В конце этого лета, перед поездкой в Россию, мы путешествовали с женой на машине по Северной Англии, по Нортумберденду. В одном из крупных городов Севера Англии, в Ньюкасле, который ещё пятьдесят лет назад был задымлённым промышленным городом серо- чёрного цвета, сегодня сделали театральный и музыкальный дворец с двумя залами, в форме серебристого громадного жука, на берегу реки.
Здание это снаружи напоминает «божью коровку» размерами сто на сто метров и высотой в пятьдесят метров, а внутри является образцом современного дизайна и архитектуры, с учётом всех требований зрительских удобств и аккустики... Вход внутрь театра свободен и мы войдя в зал, посидели несколько минут разглядывая деревянные панели на стенах и сиденья из гнутого дерева, которые не «мешают» звуку и удобны для пользования. Мы с восхищением качали головами, а я невольно вспомнил затрапезный вид Мариинки и порадовался, что наконец – то, в Питере начали строить вторую сцену театра.
Там же, в Ньюкасле, мы попали в высотку, которая ещё двадцать лет назад была одним из складов пшеницы, а сегодня, перестроенная архитекторами превратилась в музей современного искусства. Такие преображенния стали нормой для Англии, и для Лондона.
Тут, в одной из бывших тепловых электростанций, с громадной квадратной трубой, переоборудовав её, открыли филиал «Тэйт – модерн», куда тысячами приходят каждый день туристы и жители Лондона посмотреть выставки и причудливые инсталяции. Работа талантливых архитекторов, с каждым годом обновляет и украшает не только столицу Англл и но и её провинции...
... Вот ещё пример - в том же Ньюкасле, лет двадцать назад построили торговый цент на окраине города, на персечении автомагистралей, который какое - то время был самым большим «магазином в Европе, и куда жители города и окрестностей приезжают на целый день, чтобы сделат не только покупки но и пообедать в недорогих ресторанах или кафе, и посмотреть кино, отдыхая между походами в роскошные совремнные магазины расположенные под одной крышей и представленные большими европейскими и американскими торговыми фирмами.
Таким образом, происходит и уравнивание возможностей городских и сельских жителей, что приводит к сглаживанию и замирению социальных конфликтов и осовремениванию сельской или промышленной глуши. Вс это сделано по подсказке социологов и социальных фиософов и разработано архитекторами и дизайнерами с участием вышеозначенных философов и социологов...
Вот бы в России такие центры построить, хотя бы по одному на каждую область! Вот было бы радости и детишкам и их родителям из глухих деревень и сельских окраин больших городов...
Но тут мы выходим на проблему социального отставания России в разработке новых идей и нового стиля жизни. Надо отметить что страны Западной Европы, сегодня представляют так называемую «машинную» цивилизацию, в которой личные автомобили и хорошие дороги, по сути, уравняли всех жителей страны в путях доступа к современной культуре и искусству и решили на основе этих основополагающих перемен, проблему сближения города и деревни. В России же, несмотря на прибавление количества личных машин, не решены проблемы дорог и даже проблемы городских стоянок.
Поэтому, современные города в России, это – «проект будущего», пока не поменяется психология российского обывателя. Как пример такой привычной, но вынужденной отсталости, предстаёт знакомая картина - за чертой официального городского центра, на задах домов, стоят жалкие коробки и коробочки, личных гаражей, которые ещё называют «ракушками». Происхождение этого термина скрыто во тьме советских ещё времён, но содержание этого слова очень точно отражает происходящее в городах и посёлках – все дворы и улицы «замусорены» такими личными и кооперативными гаражами...
... Вовремя нашей поездки по России, из окон Транс – Сибирского экспресса, мы в течении недели наблюдали по всей стране, преимущественно грунтовые дороги, которые в случае непогоды превращаются в труднопроходимые. Но это привычный ландшафт гигантской России, в которой бездорожье уже давно мешает приходу «новой» современной жизни. И конечно же, после такой многотысячекилометровой поездки по стране видно, что стрительство дорог, в будущем, по масштабам можно сравнивать с совершением новой индустриализации. Без этого, я думаю, любые попытки достичь уровня развитых стран, будут обречены на провал и Россия так и останется мировой провинцией...
Ещё один пример – теперь уже из жизни русских в Англии...
Мы с моим другом возвращались через Гайд – парк, к метро, после службы в православном храме. Шли по дорожке, разделённой белой полосой. По одной стороне шли прохожие, а по другой ехали на велосипедах и на роликовых коньках. Впереди резвилась группа молодых людей, и когда одна из велосипедисток приблизившись, засигналила, они с недоумением стали на неё оглядываться. Я по одежде и по манерам узнал русских.
Они с видимым неудовольствием посторонились, и только после следующего велосипедиста едущего по той же стороне начали понимать значение разделительной полосы. А я подумал, что русские, как все люди, не плохи и не хороши, а часто просто не привыкли к правилам, которых в России просто нет. Отсюда и недоверие и раздражение на тех, кто пытается жить по «правилам».
Но, повторяю, самое важное сейчас – это поменять отношение россиян к содержанию своей рутинной жизни...
Ведь, Мариинка призвела на меня тягостное впечатление не только интерьерами, изношенными и поблекшими, но и отношением к театральному зрелищу, когда среди спектакля из лож, сверкают вспышки фотоаппаратов, и когда по звонку мобильника из зала выскакивают поговорить с абонентом в коридоре.
... Мы, с Продиптой, прошли в зал театра раньше всех и не хотели снимать куртки в гардеробе, потому что надо было сразу по окончанию сектакля убегать и ехать на вокзал. Однако пожилая женщина - капельдинер, с нескрываемой ненавистью к нашей «некультурности», приказала нам сдать куртки, иначе она нас в зал не пустит... Во время разговора с нами она сидела, и будучи младше нас по возрасту, не постеснялась вычитывать нам абсурдные правила поведения в театре, которые придумали, такие же «служители муз». Когда, я сказал ей, что в том же Роял – Опера, люди спокойно входят и садятся на места оставляя с собой верхнюю одежду, она мне не поверила. Я понимаю. Что зимой. Когда в России минус двадцать и все ходят в шубах, эта одежда может как то мешать сидящим, но ведь была тёплая осень, и на нас были лёгкие куртки...
Ещё один сюжет. В перерыве спектакля, в уголке, за колоннами, люди в серебристого цвета костюмах (очередная мода в среде богатеньких русских) распивали со своими дамами шампанское и это было бы нормально, если бы не наличие строгих «законов», запрещающих распитие спиртных напитков, вне буфета. И где же была та «строгая дама», ополчившаяся на нас, ввиду нашей демократической одежды?..
Всё выше описанное прекликается с историей наших попыток снять и Мариинский и Академию имени Вагановой, легально, по звонку в администрацию...
Когда я первый раз позвонил из вестибюля Мариинки, секретарю Гергиева, какой - то даме с усталым голосом, то она пообещала мне, что спросит у «шефа» о данном им обещании помочь Продипте Дас, снимать сюжет для нашей книги...
Это происходило в Лондоне, как рассказвал Продипта, после концерта мира, на котором дирижировал Гергиев и в ответ на вопрос моего соавтора, маэстро обещал помочь, чем сможет...
Однако на следующий день выяснилось уже через другую даму, что Гергиев забыл об этом разговоре, и нам не разрешили даже попасть в Мариинский. Тогда, пресс – аташе театра, молодой девушке, судя по голосу, позвонил уже сам Продипта, (иностранцам, почему-то такие девушки – клерки при «шефе», доверяют больше, чем своим соотечественникам) и получил заверения, что она, (это тоже была дама, но молодая и говорящая по английски) узнает и перзвонит нам или вечером или утром следующего дня. Однако звонка мы не дождались, и в ответ на наши звонки, на другом концепостоянно бросали трубку...
В Вагановском училище, которое сегодня, кажется называется «академией танца», нас тоже встретили неласково. Какая - то девушка, с выправкой бывшей балерины, выйдя к нам, объяснила, что нам надо было согласовывать свой визит заранее и только получив разрешение приходить. Я пытался объяснить, что мы через два дня уезжаем и что хотим снять всего несколько фото, для книги о России для английских школьников, и тем самым сделать для Вагановки неожиданную «рекламу», в Англии.
Однако, девушка не слушала наших доводов, и заговорила о том что Вагановка в рекламе не нуждаеися, что её и так знают во всём мире. Мы так и ушли из училища, «не солоно хлебавши», и ворча на бюрократический произвол, ставший во многих местах уже законом жизни...
В этом привычном, местечковом самодовольстве, можно упрекнуть многих российских чиновников разного уровня. Они почему – то уверены, что жизнью России интересуются все и во всём мире. Очевидно, что это не так, но этим самодовольством, во многом объясняются провалы в информационной политике, от которого Россия проигрывает не только на кльтурном, но и на экономическом уровне.
Всё выше описанное показывает отношение к работе этих дам и их совершенную, непрофессиональную манеру вести дела. А во вторых, это показывает атмосферу жизни в театре, где даже разрешение для журналистов должен визировать «великий» маэстро...
У меня есть подозрение, что Гергиев ничего не узнал о нашем приезде, и отказ – был инициативой этих «маленьких чиновниц», которые этим продемонстрировали свою «власть, держать и не пущать»
Надо сказать, что я был в своё время, ещё до того, как он стал «великим», знаком с Гергиевым, хотя и очень поверхностно. Это было в конце восьмидесятых...
Тогда, после знакомства, он водил нас по Мариинке и показывал и репетиции балета, и репетиции оперы, которой дирижировал его тогдашний шеф, Темирканов.
Мы сидя с английской моей женой и дочерью за спинами Темирканова, во все глаза смотрели на сцену и я помню, как Темирканов в один из моментов репетиции вскочил с места, прошёл на сцену по краю оркестровой ямы держась за низ ложи и показав какой - то солистке, как нужно держать голову – в данной сцене.
Надо отметить, что сделал он это не совсем вежливо, но артистка наверное на всю жизнь запомнила это вмешательство известного дирижёра и постановщика, в «творческий процесс». Позже Темирканов возвратился в зал и продолжил репетицию. Это была постановка «Пиковой дамы» и актёры-певцы и певицы, были одеты в обыденную одежду, поэтому, всё происходящее на сцене обретало если не комический, то весёлый оттенок...
Но я помю и ещё встречу с Гергиевым, которая произошла в один из новогодних праздников лет двадцать назад, когда он с приятелем, вдруг пришёл в мастерскую нашей общей знакомой, известной Питерской художницы. Мы сидели тогда несколько часов, в скучной для него компании и я пытался вызвать его интерес, расспросами о знаменитом дирижёре Мравинском, к тому времени уже умершем.
Тогда Гергиев интересно рассказывал о нем, и его строгости, которая позволяла ему делать из оркестра настоящий творческий коллектив. Стоило Мравинскому сдвинуть брови и оркестр затихал и любое требование исполнял с благоговением...
Надо сказать, что в те времена, быть музыкантом – профессионалом, значило быть на виду, потому что народ вовлечённый в культурное строительство и осваивавший азы искусства, с энтузиазмом и страстью любил своих мастеров. Денег тогда музыкантам платили немного и потому они ценили хотя бы это социальное предпочтение. При социализме, деятели искусств, мало чем внешне отличались от обывателей, и преображались только на спектаклях или концертах. Наверное поэтому их тогда любили как «своих», горячо и нежно. На мой взгляд, это и был подлинный демократизм, к которому сегодня, ещё не приблизилась ни одна из самых демократических стран Запада...
Сегодня, в Росии всё совсем не так. Тот же Гергиев, стал фигурой недосягаемой для своих бывших друзей и знакомых. Он стал известной во всём мире персоной и его, наверное, можно сравнить с суперзвесздой эстрады, типа Аллы Пугачёвой или Киркорова. Возможно, так и должно быть, однако для меня Маэстро был и остался тем дружелюбным и любезным музыкантом, которого мы встретили ещё задолго до его большой известности.
Сам Гергиев, необычайной внутренней энергии, человек, благодаря которому, на Западе русско – советская классика стала чрезвычайно популярна, а он сам – одним из известнейших дирижёров мира. На мой взгляд, он является на сегодня одним из ярчайших представителей того мирового культурного феномена, который называется – «русская, классическая музыка»
Что касается вовлечённости в искусство народных масс, то оно поубавилось изрядно и стоит умереть последним представительницам публики ещё родившейся в СССР, и народ перестанет ходить в оперу или на классику. Ничего, ровно ничего не делается в сегодняшней России для того, чтобы эту тенденцию изменить. Оболваненные российским ТВ, публика всё больше «подсаживается» на иглу второсотной «попсы» и проамериканских бандитских фильмов прямого действия – то есть насилия неприкрытого! Такой зомбированный «народ» очень трудно потом заманить на нечто более серьёзное, чем фильмы Тарантино или Сталлоне... Люди в серебристого цвета костюмах предпочитают классике попсу или сплетни о попсе и потому, привыкают сочетать несочетаемое – и «Гамлета» посмотреть, и шампанского с пивком выпить, где нибудь в закоулочке знаменитого» оперного театра...
... Ещё забавная деталь из русской жизни. И в Москве и даже в Нижнем, мы с Продиптой видели множество многоместных длинных как драконы «крайслеров», сопровождаемых свадебными парами и их друзьями. Рядом суетятся полупрофессиональные фотографы с длинными обьективами фото и кинокамер. И обязательно мужчины в серебристого цвета, разных оттенков костюмах, которые фотографируются на фоне исторических памятников, стараясь разделить с этими памятниками хоть частичку вечности, присущей всему старинному.
В этой «моде», есть что то низменно плебейское, как это присуще буржуа в первом поколении, когда они попадают на художественную выставку или на концерт, тем паче в оперу. Им это внове и немного неловко и поэтому они норовят поскорее выпить, чтобы снять ощущение неестественности и неловкости, что в поведенческом смысле, становится некоей социальной стигмой – и эти длиннохвостые кадиллаки, и эти серебристого цвета костюмы и эти полупьяные невесты, в белоснежных кисейных платьях и фате, мечтающих поскорее бы добраться до супружеской «лежанки», которую они опробовали уже задолго до свадьбы.
Элемент пошлости и даже низкопробной моды, сопровождает этих нуворишей до самой могилы. И их разочарование «сладкой» жизнью приводит часто, к жизненной катастрофе.
В то же время, при крепчающем бюрократическом маразме, простые русские люди по прежнему полны добродушия и приветливости, в противовес разного рода мелкой чиновной «обслуги», которая делает из своих чиновных мест, кормушку и средство повышения социального статуса. Отличительной чертой такой новой поросли чиновной номенклатуры, являются цинимзм и откровенное презрение ко всем человеческим ценностям, не обусловленным дополнительными чаевыми или взятками, пусть даже «борзыми щенками». Знакомство и культ «своих» людей, опутывают страну всё больше и больше. Эта подлая привычка, делать дела и делишки через «знакомых», пришла из далёкого постимперского, советского прошлого.
... Автоматически, после нескольких лет подлинного революционного энтузиазма и неподкупности, партийная и чиновная бюрократия возродилась в Советском Союзе, и почти выкорчеванная злыми сталинскими законами, вновь расцвела в нашей стране после пятьдесят третьего года.
«Свои люди», как социальный феномен, стал необходимой деталью жизни, и во многом привёл к возрожению взяточничества и чиновного прислуживания. «Начальник» стал похож, во многом на «статского генерала». Вспомните рассказ Чехова, когда «маленький человек» чиновник, нечаянно чихнувший на лысину главы департамента, умер от тоски и ужаса...
Во многом, Советский Союз потерял волю к жизни ещё и потому, что комсомольцы семидесятых освоили этот принцип чиновной бюрократии, который и опутал Союз невидимыми путами телефонного права, сервильности и распределения по «знакомству».
Мы с Продиптой, в случае глупого немотивированного отказа чиновников, поминали изестное ещё советское «нез-зя». На нечто подобное мы натолкнулись и в столице нашей родины – Москве, в самом её сердце, в Кремле.
Купив билеты на экскурсию в Кремль и предчувствуя открывающиеся красоты и сокровища, мы подошли к металлоискателю. И вдруг получили приказание сдать наши фотокамеры в камеру хранения, потому что, как заявил один из «телогвардейцев» на входе, камеры разрешены только до семидесяти миллиметров , а у «вас, камера семидесяти двух мелиметров».
В ответ на моё возражение и просьбу увидеть администрацию, этот же человек ответил, явно издеваяясь над нашей беспомощностью «... что главным администратором для нас является президент России Владимир Путин, но если хотите, то подавайте в письменном виде, заявление на разрешение, к коменданту Московского Кремля, которое он рассмотрит в течении двух недель...»
Продипта наотрез отказался сдавать свой «инструмент» в камеру хранения, и мы ушли от Кремля, что называется «несолоно хлебавши». К несчастью, пока мы стремились в Кремль, Красную площадь тоже закрыли на какие - то манёвры или на праздненства для ВИП персон. Это нас почти уничтожило... Надо же быть такими невезучими!
Я, называю этот реликт полукрепостнического чинопочитания - «мундирной демократией» В России, всё больше и больше, зависит от чинов и мундиров, а маленький человек становится винтиком, колёсиком в государственной машине. Даже в церкви, сегодня происходит разделение на уровни веры. Подлинно верующими и «начальниками там становятся активисты, служители клира, а простой прихожанин должен ещё доказать, что он достоин общения с «посвящёнными»...
Я помню, как в одном из разговоров с молодым православным епископом, сослался на Патриарха, процитировав его. Епископ, гланул на меня строго и сказал, что то, по смыслу похожее на «вы слишком простой человек, чтобы цитировать «великого» главу русской православной церкви». Я немного растерялся, и уже потом понял, что для епископа, чины, даже в христовой церкви имеют большое значение. И я вспомнил высказывания Митрополита Антония Сурожского, который говорил, что священники, которых любят прихожане, должны быть слугами для православного народа, а не начальниками, кого верующие бояться. А мне уже от себя хочется добавить, что только на Страшном суде окончательно выясниться, кто веровал и жил как христианин, а кто делал вид, что верует. А людские чины или людская молва – на этом суде немного будут значить...
... Ещё одна особенность современной России, - множество милиционеров и охранников, которых мы видели и в Мариинке, и на вокзалах, и тем паче на Красной площади. Похоже, что человек в погонах и в униформе, стал непременным атрибутом российской жизни. Если вдуматься, то миллионы и миллионы молодых людей цветущего возраста становятся «сторожами», в стране, где воровстов стало одним из непременных атрибутов нормальной жизни. А ведь эти миллионы могли бы стать рабочими и учёными, космонавтами и хлеборобами.
«Почему это случилось? - спрашиваю я себя и нахожу ответ только в давней формуле – «сторожа нужны чтобы охранять имущество и состояния граждан обьявивших себя властителями страны...» Для меня, очевидно, что столько милиционеров и охранников слоняющихся по улицам без дела, только правоцируют взяточничество и воровство!
... Первое, сильное впечатление от «внешности» страны – Россия стала страной торговцев и покупателей. Ни в одной стране Европы я не видел такой назойливой, а иногда и нагло-лживой рекламы. Нигде я не видел столько банков и столько обменников, на центральных улицах, как в Москве и других крупных городах. И почти в каждом, особенно в мелких банках берут комиссионные или занижают курс, надеясь выманить денежки у неопытных держателей валюты...
Всё это навело меня на мысль, что работа и создание «нового продукта» – сегодня в России не в почёте. Множество людей, стараются зарабатывать деньги на деньгах, часто эксплуатируя низменные потребности или элементарное любопытство. Можно сделать вывод, что большинство людей не хотят и не умеют работать и потому «прислуживают» прихотям людей имеющих деньги...
Для оболванивания и внедрения этой позорной тенденции, служит идеологическая поддержка в виде глянцевых гламурных журналов, телерекламы и отделов в газетах и даже на сайтах интернета. Жизнь кино и поп звёзд, сегодня в России известна в самых интимных подробностях.
Жёлтая пресса отравляет сознание и воображение обывателя не хуже радиации, невидимо и незаметно проникая в человеческие души и калечит их, промывая мозги идеалами «сладкой, богатой» жизни, идеалами мира потребления. И если на Западе движения битничества и хиппи, ещё почти полвека назад, страстно выступали против подобного принижения, оскотиниванивания человека, то в России сегодня, против этого никто похоже и не возражает. Ведь все средства такой «агитации и пропаганды», принадлежат «новым русским», которых беспокоит только выгода и прибыль. В определённом смысле, они заинтересованы в том, чтобы кругозор российских людей, был на уровне «от ларька, до нашей бакалеи» - как пел Высоцкий в своё время...
Следующие из этого выводы, - только технологический шок, наподобие сталинской индустриализации, поможет России, выйти на передовые позиции в науке и в технике. Для этого, надо, как я уже говорил, занятся дорогами, и сделать тёплые туалеты в каждом российском доме.
Именно с этого уровня, на мой взгляд, начинается приобщение к современной цивилизации, и к чему стремятся, через разного рода «ускорения» и «модернизации» российские власти, кажется совсем не понимая с чего следует начинать.
А начинать надо не с «селиконовых долин», а с того, что сделать смывной туалет и горячую воду доступной в самых отдалённых, глухих уголках страны...
Как это сделать подскажут специалисты, а верховным властям надо будет отнестись к этому, как к «большой войне» с бытовой отсталостью, во время которой не щадят ни сил, ни денег!
Вслед за технологическим шоком, должен последовать шок образовательный, когда каждый взрослый человек сможет иметь университетское образование...
Вспоминается замечательный афоризм: «Знание – сделает нас свободными!»
Ну а пока, асфальтовые дороги и тёплые туалеты в каждом деревенском доме, - необходимое условие для смены стиля жизни в такой большой стране с разным уровнем жизни, как Россия.
... Всё это возможно только в том случае, если первоначальный капитализм будет заменён на сочетание частной инициативы и социалистических методов распределения производимого продукта.
Земельная рента, национализация недр, бесплатное образование и воспитание – всё это средства для поворота в сторону технологической революции...
Осуществление того, что Гегель в своей теории исторического развития называл Синтезом, единственная возможность выйти из полосы непрерывного кризиса, в котором находится страна уже более тридцати лет.
Кризис начался в эпоху чиновно – номенклатурного социализма, подготовившего Контреволюцию и продолжающегося по сию пору при существовании социальной системы по имени первоначальный капитализм. Развал государственной власти был лишь следствием развала социалистическеих отношений в экономике и социальной жизни...
Мне думается, что опыт социалистического Китая, который учёл все ошибки «старшего брата» - СССР и сегодня, не обращая внимания на кризис западных ценностей, на всех парусах устремляется в будущее может сыграть для России положительную роль.
В то время, как в беднеющей России, всё больше и больше сторонников «обратного хода», которые пытаются реставрировать первоначальный капитализм, - социализм китайского образца может помочь нам выбраться из этой «идеологической ямы»...
Надо отметить, что российские капиталисты сегодня, самые циничные и равнодушные люди – иначе им не выжить. Погоня за деньгами как идеология, сделала многих россиян злыми и завистливыми, вполне несчастными людьми. Именно от них, от русских богачей нам не удавалось получить в нашей работе по написанию книги о России ни помощи, ни понимания. Они и на нас пытались делать доход, потому что им всё казалось, что мы с Продиптой, на этой книге собираемся сделать для себя большие деньги. Тут можно сказать, что всякий судит о других по себе...
Но в России были и другие случаи и другие люди, которые, конечно, были далеки от известности и «связей» с Западом и потому помогали нам дружелюбено и бескорыстно.
Например в Москве, в бывшем Дворце Пионеров, нас встретили радушно и после встречи с Виктором Ермолаевичем Соболевым, заместителем директора Детского Ансамбля имени Локтева, нам открылись «все двери». Мы снимали и юных космонавтов, и юных танцовщиц, и юных гимнасток. Помогали нам в этом педагоги.
Мы, во время сьёмок поговорили с тренером детей – гандболистов и пообщались с руководителями шахматной секции, руководителями детского планетария и тренерами по художественной гимнатики, с хореографами ансамбля и руководителем оркестра народных музыкальных инструментов.
И все эти люди понимали значение нашей книги для знакомства с Россией английских детей и не только и как могли помогали нам собирать материал для этого. Мы договорились, что Продипта Дас, попробует связать Дом Творчества Юных с лондонскими школами, для обмена опытом.
Я некоторое время работал в Лондоне в подростковых клубах и мне кажется, что опыт работы с подростаки в Советском Союзе и сегодня в России, может англичанам пригодится. Если удастся наладить а детском уровне между Москвой и Лондоном – это будет зконтакты намечательно!
Надо, уже сегодня дописывая это предисловие сказать, что дети из Дома творчества, все-таки побывали в Лондоне и даже дали концерт в Россотрудничестве. Правда я хотел, чтобы они с английскими школьниками дали большой концерт в большом лондонском зале и познакомили бы английскую публику с русскими талантливыми детьми.
Но, как говорят «хотеть не вредно» и без поддержки гос структур, это не удалось сделать. А жаль!



2007 год. Лондон. Владимир Кабаков



Остальные произведения автора можно посмотреть на сайте: www.russian-albion.com
или на страницах журнала “Что есть Истина?»: www.Istina.russian-albion.com
Писать на почту: russianalbion@narod.ru или info@russian-albion





Рейтинг работы: 0
Количество рецензий: 0
Количество сообщений: 0
Количество просмотров: 40
© 26.05.2018 Владимир Кабаков
Свидетельство о публикации: izba-2018-2281905

Рубрика произведения: Разное -> Публицистика











1