"Инкубационный период желтой лихорадки" Часть II. Глава 2 Индивидуальная резистентность.6


                                                                                                   6.
Ступив на землю, он поводил лучиной по сторонам надеясь разглядеть, что находится вокруг. Со всех сторон давила абсолютная чернота. Вытянув руку вверх, он не нащупал потолка хотя, как ему показалось, не такой уж длиной была лестница. Дима попытался нащупать её, но безрезультатно. В груди стало нарастать лёгкое ощущение тревоги. Он сделал несколько шагов куда-то и только сейчас осознал, что помимо мрака, его окружала и абсолютная тишина. Дима поднял лучину вверх. Потолка не было видно. Ничего не оставалось как украдкой двигаться дальше.

Не зная сколько он так прошёл, Дима не на шутку обеспокоился не только тем, что ничего не видно, но и тем, что он до сих пор не подошёл к стене погреба. Решив вновь обвести светом лучины вокруг, он излишне сильно дёрнул руку и огонёк погас. Дима встал как вкопанный и задержав дыхание, и закрыв глаза, изо всех сил напряг слух. Ничего кроме тишины не раздражало его уши. Он открыл глаза и через какое-то мгновение стал различать очертания вокруг. Удивительным образом всё вокруг стало проясняться. Пусть и не полностью, но теперь он хотя бы мог различать линию леса, неровности земли и траву под ногами. Бросив взгляд по сторонам, он увидел вдали контуры избушки. Вокруг неё не горело никаких огней. Вспомнив в избушке кого и, соответственно, в какой избушке он находился, Дима понял причину отсутствия стен в погребе. Но вот куда делось ограждение с факелами, он не знал.

Посмотрев ещё раз на небо, он отметил про себя, что на нём не было ни одного источника света, ни звезд, ни Луны. Не было даже какого-нибудь клочка медленно плывущего облака. Отсутствие млечного пути его уже не удивило. Небо как такового не было вообще. Просто сплошная чернота. Тем не менее видно было как в полнолуние. Он вспомнил, что из печи небо было просто усеяно звёздами. «Куда же вела труба? – подумал он и тут же возник другой вопрос. – И где сейчас нахожусь я?» Дима вспомнил, что старуха предложила ему оба пути для выполнения её просьбы. «Значит оба они вели в одно и тоже место, но только по-видимому была одна маленькая деталь, – зло сжал он зубы, – видимость как в тоннеле».

Вспомнив про первое задание, он стал смотреть по сторонам в надежде хотя бы понять где может находится кладбище. Тут он вспомнил, что старуха сказала, что тропинка к ней лежит через это самое кладбище. Он вернулся к избушке. Её стены вплотную прилегали к земле. «Чертовщина какая-то», – поплевал он через левое плечо. С трудом рассмотрев тропинку, которая была одна и вела от дома к лесу, он хотел уже было пойти по ней, как его осенила ещё одна мысль. Когда он поднимался в избу, та сторона что с дверью, практически упиралась в лес. Сейчас же до леса надо было идти и идти. Дима вновь поднялся по ступенькам к двери. Она была наглухо закрыта, как и все окна. Поколотив кулаком в дверь, он ничего не изменил. Та осталась заперта и ответила ему лишь тишина. У него даже возникло ощущение, что в избе никого нет. В избе на этой стороне, там, где он оказался. Он догадывался, куда он попал, поскольку такая мёртвая тишина могла быть лишь в одном месте. Именно поэтому ему хотелось быстрее попасть обратно.
Дима пошёл по тропинке, весь превратившись в напряжённый комок нервов. До леса он дошёл быстро, несмотря на то, что тот казался существенно дальше. Он и представлял собой старое кладбище. Между раскиданными в хаотичном порядке могилами, заросшими травой и то тут, то там огороженными покривившимися заборами, в черноту неба стремились мохнатые ели и извилистые дубы. Сквозь мёртвую тишину могил петляла тропинка. Дима постоял в раздумье несколько секунд и так ничего и не решив, как он завлечёт то, о чём говорила старуха, ступил на территорию кладбища. Единственное что он точно знал, это не сходить с тропинки иначе дороги к ней он скорее всего может не найти. Собственно, и кладбище расширяло свои границы за счёт заплутавших здесь путников. Но если верить старухе, та тварь которая здесь завелась остановила этот процесс землеустройства.

Дима, затаив дыхание, осторожно и неспешно шёл по тропинке. На всей территории кладбища ряд молодых деревьев были повалены. Среди них он заметил невысокие ели с толщиной ствола под обхват ладони. Они были явно срублены и обтесаны от сучьев. «Когда же здесь были в последний раз»? – подумал он, как до его ушей донёсся непонятный звук, не то шуршание, не то хлюпанье. Он остановился, как вкопанный, поняв, что это единственный звук, который он впервые услышал в окружающей обстановке. Дима слишком громко, как ему показалось, сглотнул и прислушался, задержав дыхание. Неопределённой природы звук исходил откуда-то справа. Дима, решив, что если через несколько шагов он не увидит причину звука, то понапрасну он рисковать не будет, и сошёл с тропинки. Сделав ещё несколько шагов, он обернулся и облегчённо выдохнул, различив в этом сумрачном свете узкую полоску тропинки. Источник света так и оставался непонятным, но сейчас это волновало его меньше всего. Он отметил для себя причудливо изогнутой формы дерево, ствол которого практически закручивался в спираль. Дима сделал ещё несколько шагов по направлению к источнику звука. Обернувшись он отметил для себя ещё одно дерево, ствол которого практически стелился по земле, затем образуют изгибом круг, устремлялся вверх. Путь к тропинке пролегал между ними. Осторожно продвинувшись он различил впереди какое-то движение. Подойдя к ближайшему надгробию, он спрятался за ним. Взгляд упал на кинжал, клинок которого медленно съедала коррозия. Дима посмотрел по сторонам и только сейчас обратил внимание, что повсюду были разбросаны элементы доспехов и части амуниции. Дима взял подмеченный им кинжал, заткнул за ремень и всмотрелся в непонятную ему впереди возню.

Спиной к нему, метрах в десяти от скрывавшей его каменной плиты, кто-то сидел и рылся в земле, разбрасывая её по сторонам, периодически сменяя свои действия то ли на рычащие, то ли на хлюпающие звуки. Диму осенило, из чего выбрасывал землю сидящий впереди, и понял причину доносившихся до него звуков. Сердце замерло, дыхание перехватило и ему впервые за последние годы действительно стало страшно. Еле-еле выдохнув, он присел и под ним предательски треснул сухой сучок. Дыхание вновь перехватило. Дима округлил глаза, вслушиваясь в каждый звук. Вокруг царила тишина. Отсидевшись, он осторожно поднял голову. По другую сторону надгробия, на морде, напоминавшей кошачью но гораздо крупнее, на него смотрели огромные жёлтые глаза с вертикально вытянутыми зрачками.

Дима похолодел от ужаса, чуть не вскрикнул и подался назад, но тут же инстинктивно оскалил рот и подавшись вперёд, заорал на существо. Практически одновременно существо зарычало на него. Только из-за ярости, вырывавшейся из груди Димы, он частично сжёг наполнивший его сосуды адреналин и сохранил способность мыслить и контролировать свои действия. То, что смотрело на него, по-видимому не ожидало такой реакции и слегка втянуло голову. Дима, учуяв резкий запах, исходивший от твари, понял, что именно её он должен заманить к старухе в избушку и бегом бросился назад.

Тропинка должна была быть практически за ним. Но её не было. Сзади раздавалось рычание. Он бросил взгляд назад. Человекообразное чудовище бежало за ним. Дима нёсся вперед, судорожно шаря взглядом в поисках тропинки. Он догадывался, что то, что его преследует всеядно и явно не побрезгует свежатинкой. Дима вспомнил про деревья причудливой формы. Перед ним их не было. Метнув головой налево, направо, он ещё раз посмотрел налево. Убегая он ушёл от них вправо. Тропинка могла извиваться как угодно. Нужно было вернуться к деревьям. Это означало сближение с преследующим. Дима рискнул.

Резко повернув налево он взглядом вырвал из обстановки одну из срубленных елей. Схватив её на бегу, Дима контролировал сближение с существом, которое бросилось ему наперерез. Впервые он поверил, что можно умереть от страха. Не задумываясь «почему и как»?, неожиданно пришла мысль сменить тактику. Он бежал к деревьям, чудовище хотело просто схватить его сбоку набегу. Дима старался не смотреть на человекоподобную громаду шерсти, желающую освежевать его. Боковым зрением он видел сближение и сердце его готово было разорваться от ужаса.

Когда до столкновения остались считанные секунды, Дима встал, как вкопанный и занёс руку с елью, направив заострённый конец в сторону твари. Та остановилась, поняв, что преследуемый встал и резко повернулась к нему с диким рыком, тут же сменившимся на вопль. Мгновением раньше, Дима, поняв, что существо прекратило движение, тут же выбросил вперёд руку с елью, орудуя ей как копьём, в направлении головы чудовища и тут же отдернул руку назад. Фактически заточенный конец ствола угодил в правый глаз монстру, повернувшемуся к Диме. Попасть помогли огромные глаза чудовища. Существо инстинктивно взметнуло лапы к морде. Дима тут же нанёс очередной удар стволом в пах. На этот раз вопль и повреждения были не столь значительны для врага, но тот опять же инстинктивно опустил лапы. Секундой раньше Дима уже отдернул руку и вновь замахнулся, чтобы покалечить второй глаз. Третий выпад существо отбило правой лапой и всей массой двинулось на него. В результате отражения удара ствол в руке Димы отклонился вправо. Он тут же схватил его левой рукой и резко выпрямив обе руки изо всех сил попытался нанести удар в левую часть туловища противника. Тычок был бы мощнее если бы существо одновременно не полоснуло когтями по левому предплечью Димы. На его счастье они были короткие, как у человекообразных обезьян. Удары тем не менее были ощутимыми для обеих сторон. В очередной раз взвыв от боли, тварь машинально нанесла удар по голове Димы кистью левой лапы. Этого хватило чтобы он выронил из рук импровизированное оружие и упал на землю.

В момент падения он отчётливо почувствовал тяжесть чего-то в правом кармане куртки. «Пистолет», осенило Диму. На его извлечение и приведение в боевую готовность не хватало секунд. Дима лишь успел посмотреть по сторонам. Справа сзади он заметил оставленный когда-то давно топор. Существо бросилось на лежащего Диму. Он откатился в сторону, выхватив из-за ремня кинжал и тут же вонзил его в левый бок твари. Ржавый и не совсем острый металл, а также густая шерсть твари, не дали полностью клинку погрузиться в её тело. Та, в свою очередь, хотела располосовать ему лицо, но Дима подставил под удар уже раненную руку. Очередная вспышка боли пронзила тело. Существо отпрянуло в сторону пытаясь достать кинжал. Дима сделал несколько кувырков через бок, встал и выхватил из кармана пистолет. Снимая с предохранителя, он направил пистолет на тварь и тут же нажал на спусковой крючок, забыв, досылал ли он патрон в патронник, надеясь на лучшее. Надежда не оправдала себя. Прозвучал щелчок. В этот момент существо кинуло в сторону Димы, вытащенный кинжал. Брошенный им камень был бы более эффективным оружием, но Дима отпрянул в сторону и превозмогая боль в левой руке дослал патрон в патронник. Чудовище ринулось на него. Дима направил в сторону противника пистолет и ещё раз нажал на спусковой крючок. Боёк ударил по капсулю. Осечка. Страх пронзил тело Димы.

Он положил пистолет на землю и схватил примеченный ранее топор. Левое предплечье вновь пронзила боль. От чудовища его отделяло несколько шагов. С яростным криком Дима взмахнул топором, но неожиданно резко присел и насколько хватило сил нанёс удар в область левого бедра врага. Тот с вытянутыми вверх лапами взвыл в очередной раз и чуть не рухнул на землю. Удар наносился силой фактически только одной правой руки. Не мешкая Дима взмахнул топором и на этот раз обрушил его на тело твари. Удар пришёлся на левую ключицу, но его сила погасла за счёт приложения к топору опять же только одной руки.

Пока нанесённых увечий было достаточно чтобы остановить натиск твари. Та отпрянула и не пыталась атаковать. Но она преграждала Диме путь. Он воспользовался мгновеньями замешательства, бросил топор, присел, положил пистолет обратно в карман, схватил топор и бросился к заветным деревьям огибая по кривой дуге раненную тварь. Не смотря на повреждения противника, он быстро оценил мощь чудовища, свои раны и силы, и принял решение бежать, заманив врага, как и предполагалось изначально в избушку к бабке.

Через считанные секунды он услышал яростный крик, обернулся и увидел, что существо, опираясь уже на все четыре лапы, бежит за ним. Преследователь уже не нёсся так, как прежде. Дима же бежал стремительно. Достигнув долгожданных деревьев, он сразу пробежал между ними и практически тут же увидел тропинку. Свернув на неё, он помчался в направлении выхода. Где-то за спиной прозвучал отчаянный вопль. Дима обернулся. Тварь существенно отстала, но была в поле его видимости. Дима сделал ещё несколько шагов и рухнул на землю. Подняв голову, он посмотрел в сторону преследующего его чудовища. Оно вновь яростно прокричало, изо всех сил ринувшись в сторону Димы. Опираясь на топор, он встал на ноги и тяжело передвигая ноги, продолжил бег. Тварь немного сократила расстояние, продолжая изрыгать ярость из пасти. Дима отступал, периодически смотря на преследователя и усиливал темп, когда расстояние между ними критически сокращалось. Пару раз он падал, но тут же вставал и с удвоенной скоростью пытался вырваться вперёд. Когда впереди стал виден просвет выхода, Дима, представив, что в таком обманном темпе, придётся держать чудовище на расстояние ещё какое-то время, заманивая его в избушку, изо всех сил прокричал: «Бабка, давай быстрей сюда, мы почти у выхода!» Он посмотрел назад. Существо по-прежнему преследовало его на безопасном расстоянии.

Добежав до выхода, он к свой радости, увидел старухину избушку, которая стояла практически у кромки деревьев, входом в неё с противоположной стороны. Необходимо было чтобы существо сразу же вбежало в дом. «А ну-ка избушка, повернись к лесу входом! – крикнул он и добавил после секунд тишины, – Давай поживей!» Изба заскрипела и стала поворачиваться. Дима посмотрел назад. Чудовище рычало, с каждым скачком сокращая расстояние. Дима лишь крепче сжал рукоятку топора. Он вновь посмотрел на живую избушку. Та практически завершила полуоборот. Ступени скребли по сухой траве, ведя в чёрную мглу помещения через уже открытую дверь. Дима ещё раз посмотрел назад. Существо было настолько близко, что он мог рассмотреть отталкивающее выражение морды, искажённое яростью.

Не дождавшись когда избушка закончит свой поворот, Дима взбежал по ступенькам и споткнулся на половине. Избушка остановилась-таки. Посмотрев со страхом назад, он увидел, как с кладбища выбежало чудище и остановилось прямо напротив него. Дима швырнул в него топор. Существо увернулось. Дима стал быстро заползать по ступенькам в избу. Монстр бросился за ним. Дима вполз в помещение. Освещение через окна и дверь было скудным, но достаточным для того, чтобы различать очертания обстановки. Дима бросил взглядом по сторонам. Старухи нигде не было или он её не заметил. В полу он заметил всё тот же открытый люк. Встречаться в замкнутом пространстве с тварью он не желал. Дима услышал, как та карабкается по ступеням и тут же сиганул в пасть люка.

Встав на землю, он полуприсядем стал семенить, надеясь как можно быстрее выбраться из-под избушки. Не успел он сделать и нескольких шагов как услышал из избы такие вопли страха и отчаяния, что даже сердце «упало в пятки». В избе лязгнуло что-то металлическое, вопль не смолкал. Дима нашёл в себе силы пробраться дальше. Вопли перешли в визг, а затем внезапно в ор агонии. Сверху что-то затрещало, как будто еловые ветки бросили в костёр. Дима почувствовал, как от ужаса у него округляются глаза. Он протянул руку в верх и ощутив пустоту, разогнулся и обернулся.
Первое что бросилось в глаза, это огромный сноп искр, вырывавшихся из трубы на крыше. Через несколько секунд их сменил густой дым и потянуло горелым и зловонным. Все звуки стихли. Сердце Димы бешено колотилось до тех пор, пока он не услышал, как скрипнула дверь и чавкающее: «Ну где ты, добрый молодец?» Дима не ожидал, что он испытает столько радости от этого голоса.

Поднявшись по ступенькам, он зашёл в освещённый парой лучин дом и увидел, что за столом сидит старуха, держит в руках какой-то сочащийся кусок мяса и жадно его поедает. «Будешь?» – ухмыльнулась бабка, протянув ему кусок. Дима лишь покачал головой и сел на широкую лавку. «Ну что же ты как не родной? – рассмеялась старуха. – Располагайся, отдыхай. Отвёл ты душу бабке, значит не дурак-таки». Дима слишком устал чтобы что-то говорить. «Вижу чай ранен, изнемог? – улыбнулась бабка и вонзив в мясо зубы, выдрала кусок и начала яростно жевать, окрашивая подбородок в бордовый. – Ложись на печку, она как раз теплая». Дима мотнул головой и растянулся на лавке. Старуха вновь рассмеялась и продолжила отрывать кусок за куском. Дима не дождался окончания трапезы и провалился в сон под её чавканье.





Рейтинг работы: 0
Количество рецензий: 0
Количество сообщений: 0
Количество просмотров: 20
© 16.05.2018 Petr-Akov
Свидетельство о публикации: izba-2018-2275326

Метки: мигранты, мистика, государство, коррупция, сказки,
Рубрика произведения: Проза -> Остросюжетная литература












1