Студент и доцент.


Студент и доцент.

                                                                                         Студент и доцент.
                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                                Памяти Алексея С.
                                                                                                                                                                                                                    

Действующие лица: Он студент вечернего отделения, 30 лет с хвостиком , счастливо женат, двое детей. Она –семейная 40-летняя особа, доцент со стажем и с грузом жизненных забот.
Она не сразу приметила этого совсем не юного, совсем не из породы красавцев блондина с такой тонкой кожей,что он вспыхивал мгновенно, кажется, даже без всякого повода, а только от одной промелькнувшей в голове мысли. Он исправно после смены ходил на все занятия, которые начинались половина седьмого и заканчивались в половине десятого вечера. Она жалела вечерников, понимая как трудно им после работы приходить еще в университет, и сквозь пальцы смотрела на их пропуски. Но этот студент не пропускал ни одной лекции и семинара. Она, наконец, оценила его постоянство и добросовестность. Но ничего не замечала более. Глаза ей открыли работники деканата. «А вы что не знаете, что студент С….в в Вас влюблен? Он постоянно о Вас спрашивает». «Да , ну, ерунда какая… Не может быть..»,-она не поверила.
Барышни из деканата потешались над ним,подначивали его, наблюдая,как он мечется по коридору из аудитории в аудиторию. Иногда, жалеючи, бросали ему : «Да пришла уже «твоя красавица»…
Он стал часто встречать ее на лестнице, чтобы проводить до аудитории, и через какое-то время, не обнаружив его на обычном месте, она уже искала его глазами. Она уже стала привыкать к этому обязательному атрибуту своей царской свиты. Он же радовался ее привыканию.
Влюбленное сердце долго молчать не может.И однажды он сказал ей ,что увидев ее на лекции, был потрясен-какая она была красивая и усталая. «Да… подумала она , - странное сочетание». Сердце молчало, а прагматичный рассудок сразу выдал : «Так… Не надо такой измочаленной приползать на вечернее отделение, а все-таки стараться держать себя в форме».
Несколько раз он проводил ее из университета. Он рассказывал ей о первой любви, о своих самых тайных и сильных переживаниях, которые не расскажешь жене, не понесешь матери, а доверишь только самому близкому другу или случайному попутчику в поезде. Говорили они и о вере. Говорила в основном она, а он внимательно слушал, иногда ей казалось, что он ее не слышит, но эта было не так. Он просто боялся чем-то нарушить ход ее мыслей, и не смел, да, и не хотел возражать. Он был рад приобщению к чему-то новому и загадочному, видя, что этим живет ее душа. Как- то он пришел и сказал, что принял крещение. Она, конечно, поздравила его,с удовлетворением подумав ,что ее миссионерство было успешным, но посмотрев ему в глаза , поняла, судя по его смущению,и по однажды уже заданному вопросу , в какой храм она ходит, что принятие таинства- это пока еще не совсем вера, а более желание оказаться вместе с ней в своего рода «элитарном клубе», куда допуска без этого не бывает. Но его талантливое сердце быстро проходило многие этапы воцерковления,на которое иным требуются годы и десятилетия.
Однажды он поделился, что пишет стихии попросил ее прочитать на досуге. Краснея и пряча глаза, признался, что несколько стихов посвящено ей. Она по – хозяйски снисходительно распорядилась: «Неси!»
Вечером она открыла весьма затрепанную общую тетрадку и решила из любопытства все же почитать вирши работника железнодорожного депо, не надеясь ни на какие откровения,и не желая их. И по мере того, как она погружалась в написанные от руки строчки, границы ее замкнутого мирка начали раздвигаться, и она готова была впустить туда этого «чужого» – чужого мужа, чужого сына, и чужого отца, ставшего вдруг близкими родным . Не их наивность и неумелость, ни наличие затертых штампов и рифм не могли уничтожить , девальвировать, принизит ьжизнь и горение большого,искреннего, страдающего сердца.
«Только сердце мое в заточенье стенало,
На свободу рвалось, чтобы жить,
Как дитя неразумное не понимало,
Отчего запрещают любить…»
Дойдя до этих строчек, она с сожалением вспомнила все свои нравоучения, которые вынужден был со смирением выслушивать несчастный романтик от своей «духовно опытной»наставницы.Она заныкала эту тетрадочку( а он был и рад), и, нет, да и заглядывала туда -к бабочкам и цветам, росам и звездам этого тайного поэта со светлыми глазами, в которых, казалось, иногда стояли светлые слезы.
Незадолго до окончания учебы он нашел ее в особо любимом ею кабинетном закутке, где она пряталась на перемене от студентов, и тихо и бережно поцеловал ее. Он почему –то не выглядел тогда ни робким, ни неуверенным как обычно , а она удивилась тому, что не было в его поцелуе ничего, чтобы смутило ее совесть.
Два года промелькнули незаметно. Он успешно защитил диплом,настала пора расставания. На прощание он притащил не просто букет цветов, а еще огромную, тяжелую хрустальную вазу. Любящее сердце подсказало самый бессмертный подарок – выбросить жалко, разбить невозможно.
Они еще несколько лет интересовались друг другом, расспрашивая знакомых, а потом водоворот дней и событий перевел эту историю из открытой галереи жизни в запасник, куда ни она, ни он уже не заглядывали.





Рейтинг работы: 2
Количество рецензий: 1
Количество сообщений: 2
Количество просмотров: 41
© 16.05.2018 Евгения Викторова
Свидетельство о публикации: izba-2018-2274648

Рубрика произведения: Проза -> Рассказ


Эдуард Поздышев       16.05.2018   06:16:08
Отзыв:   положительный
Весьма интересно и весьма правдиво.
Евгения Викторова       16.05.2018   09:23:05

Спасибо!










1