О книге Успенского...


О книге Успенского, как и о Чебурашке…
(Личное мнение)

Признаюсь, недельку в мае потратила на то, что ремонтировала старые книги, иные – буквально реставрировала. А они (книги) ждали этого момента немало лет, иные – так даже с 74-го года, ибо какая-то мерзкая рука испоганила их ещё тогда, новенькие, только принесённые из магазина: кто-то безжалостно для чего-то содрал обложку, буквально «с мясом», повредив даже страницу с портретом автора (в частности, Батюшкова).
Это в Москве ещё, на моей съёмной квартире, когда я моталась по стране в поисках себе пристанища, а личная библиотечка дожидалась меня в присутствии людей несколько странных. Часть книг украли, часть испортили, часть. Слава Богу, дождались меня в сохранности. (В том числе, кстати, и книги не мои личные, а моих приятелей-библиофилов).
Так вот пришёл момент, когда руки добрались до ремонта книжек. Конечно, теперь библиотечка разрослась числа, примерно, до тысячного в экземплярах, поэтому ремонта потребовали десятки из них. Скромно подсчитала: отреставрировала сто штук. В том числе, попавшие ко мне через посредство бывшего мужа, сынишки, отдельных моих подруг, которые, в общем-то чистили свои домашние библиотечки и кое-что отдавали мне.
Какие-то оригинальные, научно-популярные я брала, и даже перечитывала в те времена, но многие из них потребовали укрепления переплётов, подклейки отдельных страниц. Кстати, при этой работе я вполне определённо поняла отдельные типографские проблемы, а именно: как, всё-таки, недобросовестно в разные времена отдельные издательства создавали книжку.
Нередко бумага – полная дрянь, а переплёт сделан столь халтурно, что не изорваться через короткое время – он просто не мог. Даже плотные переплёты в отдельных книжных изделиях подогнаны так некачественно, что не изорваться вскорости – они просто не могли. Иногда видна грубая экономия даже дешёвенькой марлечки, используемой в переплёте: она урезана, скрепляет только срединку «корочки», тогда как края его легко рвутся и свисают бумажными обрывками.
Просто позор какой-то, а не книжное дело! Иногда это касается и ещё советских изданий. Я так понимаю, что переплётчики, вероятно, были рабочими-сдельщиками, потому торопились, гнались за количеством и буквально «чихали» на качество своей работы. Увы, увы…
Но вот когда я отремонтировала свою сотню книжек, осталась только одна: «Эдуард Успенский. Красная рука. Чёрная простыня. Зелёные пальцы. Страшная повесть для бесстрашных детей» с припиской: «Жуткий детский фольклор». Москва, издательство «Экономика» (РИО «Самовар», компания «Евразийский регион), 1992.
С толстой обложкой из папье-маше, ободранным переплётом, - не знаю, как она попала к нам, вероятно, откуда-то припёр сынок когда-то, да так и завалялась в «раненном» виде. Но я её ныне всё откладывала в сторону: что-то она не вызывала у меня доверяя своим дурацким названием, да и жутковатым дизайном первой и последней страниц обложки: чувствовалось в ней что-то загробное, чернушное, что, впрочем, оказалось оправдано годом издания книги:
такую дрянь вряд ли издали бы в стране Советов до того самого 92-го года, да ещё с расчётом на детский и подростковый возраст. Пролистала я её, попробовала прочесть иные из помещённых историй. Гадость и дрянь, это я поняла сразу, и, естественно, ремонтировать книгу и не помыслила, место её – только на помойке, но предварительно написать эти заметки о ней мне очень захотелось.
Как такую дрянь можно было предлагать российским детям даже в те, мерзенькие девяностые, годы? Как, с каким настроением вообще можно было писать такую дурацкую книгу для детей? Неужели она до сих пор присутствует на полках, например, детских библиотек? Меня при этой мысли прошибает холодный пот. И всё это – под прикрытием звания общеизвестного детского писателя России!
Матушки, это кто же у нас в приоритетах? Это кто же у нас рулит в детском просвещении и воспитании? Есть о чём думать и рассуждать!
Я, кстати, припомнила, что, по-моему, именно этот «писатель-баснописец» придумал образ-прообраз лупатого Чебурашки, навязанного нашей культуре непонятно кем. Лично я всегда была нейтральна, равнодушна к данному образу, а когда в 80-м году коллеги-сотрудники на день рождения мне подарили этого деревянного оболтуса с большими глазами я, конечно, приняла его, но позднее запихала куда-то подальше, а при переездах так и оставила в тех самых углах.
Какой-то ушастый крысёнок должен радовать меня? Странные эстетические вкусы у отдельных наших сограждан! Но хуже всего_ что они выдаются порой за всеобщие, эталонные! Мать родная! Это уже полное затмение и бездорожие было на наших культурных тропинках как в те, ещё 70-е годы, так и позднее…
И никто не воспротивился? Помню, лишь однажды кто-то в современные уже времена помянул этого Чебураху как бесполое существо, предложенное за какой-то дурашливый символ её автором (то бишь, Э.Успенским). И, в общем-то, принятое обществом!
Тут, конечно, Успенский когда-то предугадал будущий миропорядок европейской части человечества. Но прочие, почему должны умиляться новопридуманной обезьяне? болванке? Впрочем, ныне мне кажется, что автор предложил миру собственный образ: что увидел в зеркале – то и создал. Тем и порадовал соотечественников!
А теперь вот ещё и книга: «Красная рука. Чёрная простыня…» Тьху, дьявол! На какой путь он желал выводить наших детей? Нет, таким книжкам место только на свалке!
11.05.2018.
В.Леф





Рейтинг работы: 0
Количество рецензий: 0
Количество сообщений: 0
Количество просмотров: 43
© 12.05.2018 Валентина Лефтерова
Свидетельство о публикации: izba-2018-2271854

Рубрика произведения: Проза -> Статья












1