Танкист гл.9


Глава девятая

Тяжёлым, страшным для солдат Отчизны,
Жарой кровавой выдался июль.
Они сражались, не жалея жизни,
Приняв смерть от снарядов и от пуль.

Кто в танке, кто в кабине самолёта,
Кто за рулём трёхтонки фронтовой,
И не одною тысячью пехота
Сложила головы в тот страшный бой.

Но, несмотря на жертвы и потери,
Среди России доблестных солдат,
Мы отстояли, выдержать сумели !
И отступил назад фашистский гад !

Двадцатого июля, утром ранним,
Лишь солнце обозначило восход,
Идёт наш эшелон дорогой дальней
К горам Урала, на "Урал вагон завод".

В то время его "Танковый уральский"
В нашей стране так каждый называл.
В июльской жару, в мороз февральский
Завод "тридцатьчетвёрки" выпускал.

С новым орудием, с широкой башней новой,
Калибр у пушки - восемьдесят пять !
И с ней уже навовсе по-другому
С проклятым фрицем будем воевать !

Коробка передач - в пять ступенёчек,
Боекомплект - поднят до сотни аж !
И с новым танком к нам придёт наводчик.
Вольётся, так сказать, в наш экипаж !

И вот мы едем. Снова стук колёс вагонных .
Кто раны заживлял, кто отдыхал
От будней боевых, ночей бессонных,
Кто время разговором коротал.

С носа, со щёк сколупывая корку,
Как Бог помог - лицо не сильно сжёг,
После ожога отойдя чуток,
И, зачадив любимую махорку,
"Пытал" Володя Шестопалов Жорку :
"Историей порадуй нас, браток !

Скажи нам, дорогой дружище, Жорка,
Всё время я хотел тебя спросить,
В твоих рука "поёт" "тридцатьчетвёрка " !
Где так ты научился танк водить ?

Ведь это же уму непостижимо !
Ты в танке - настоящий виртуоз.
Как немец ни пальнёт по вам - всё мимо !
Иль сбит у них прицел наполовину,
Иль ты такой, "японский паровоз ?"

"Ты ври - не завирайся. Попадают !
Не раз "ловил" я вражеский снаряд.
Так влепят - уши к чёрту отлетают…
Бывает всё, товарищ старший лейтенант.

Фашист всегда прицельно бьёт, зараза.
У них подход к стрельбе ещё какой !
Уж если немец в первый раз промазал,
То следующий - на сто процентов твой !"

С махоркой замастырив "козью ножку",
Он, улыбнувшись, посмотрел на нас.
Дым выпустил и, помолчав немножко
Продолжил Жорка Мохов свой рассказ.

"Мой батя был в колхозе председатель.
И с детства меня к технике тянул.
Он сам ещё на "Эс - шестидесятом",
На первом гусеничном "руки гнул".

Так с тракториста начал я и то же.
Был "Сталинец" у меня, "Коммунар".
В колхозе все "вылазили из кожи",
Чтоб уберечь родной землицы дар.

В тридцатых годах хлеб не падал с неба,
Не падает он, впрочем, и сейчас.
Была задача - дать побольше хлеба !
И душу жгла у каждого из нас.

Кто в поле с утра до ночи работал.
Пахали, не слезая с тракторов
Как проклятые - до седьмого пота !
Не помереть от голода забота
Была одна у всех. И я готов

Был расшибиться в доску, но колхозу
Родному, что мой батя поднимал,
Помочь изо всей силы - кровь из носу !
Сколь было силы норму выполнял.

Тут хошь - не - хошь, а жизнь сама научит
И станет школой лучшею из всех.
И был я тракторист в колхозе лучший
И верил всей душой в страны успех,

Что пересилим голода обузу !
И сколько сил останется у нас
Все отдадим Советскому Союзу -
Стране, где правит наш, рабочий класс !

Танкистом, братцы, с армии я начал.
"Т-29" , "БТ-7" - вот так
Распределяли там: "Был трактористом - значит
Механиком-водителем - на танк".

Как отслужил, в колхоз я возвратился.
И тут война с японцами пришлась.
Само собой на фронт я попросился,
А главный агроном в меня вцепился,
Высоким "трудоднём" мне "пригрозился" -
"Что хочешь, только с трактора не слазь !"

Я ему: "Афанасий Алексеич,
Пусти, родной, стране помочь хочу !"
А он мне: "Без тебя как будем сеять ?
Бронь не снимать и точка ! Не пущу !"

А дальше, братцы, финская случилась.
Братишка младший мой на трактор сел.
И я опять: "Лексеич, сделай милость,
Пусти на фронт !" Ну тут он подобрел:

"Замена есть - иди, коли охота,
Но без тебя…" И начал он опять.
Вот так в шестую танковую роту
Попал я на "БТ"-шке воевать.

А в сорок первом - на "тридцатьчетвёрку".
Вот вся моя солдатская судьба",
Смоля цигарку улыбнулся Жорка,
Вдыхая дым махорочный в себя.

"И с той поры влюблён в машину эту !
Манёвренная, скорость - ё-моё !
Будь моя воля, я б сказал поэту,
Чтоб книжку написал бы про неё !

Коробка только малость слабовата,
И фрикционы слабы, ну а так:
Машина - зверь ! То, что танкисту надо !
Хороший, боевой - отличный танк !"

"Я напишу !" сказал тогда я Жорке
И всем ребятам: "Ей-Богу, клянусь !
Поэму посвящу "тридцатьчетвёрке",
Хоть сдохну, хоть в лепёшку расшибусь !"

"Ты погоди сдыхать, Сашок, ты слышишь ?
Тебя, брат, все мы поняли вполне.
Вот победим фашиста и напишешь.
Всю правду, всё как было на войне !"

Как птицы стаей пролетели годы,
Но помню я, как наш скрипел вагон
И как под перестук колёс вагонных
Парнишек в танкошлёмах запылённых,
Не по годам войною опалённых
Вёз на Урал военный эшелон.





Рейтинг работы: 0
Количество рецензий: 0
Количество сообщений: 0
Количество просмотров: 45
© 11.05.2018 Владимир Качанов
Свидетельство о публикации: izba-2018-2271447

Рубрика произведения: Поэзия -> Поэмы и циклы стихов












1