КАТАРСИЧЕСКИЙ СМЕХ


КАТАРСИЧЕСКИЙ СМЕХ

«Сопоставляя события, начинаешь понимать,
что жизнь смеётся над человеком»
Д.С.Лихачёв.


Так и хочется сыпать поговорками: «Жизнь прожить – не поле перейти»…
Катарсис древнегреческой драмы - это роковые события, жизненный урок и, в конце концов, очищение через боль. Так поступать нельзя. Жить надо иначе. Инобытие. Метафизика. Если говорить о катарсизме и катарсическом смехе в разрезе нашего времени, это – Соприсутствие, Сопричастность, Сопереживание.
Если говорить о катарсизме, это – Соприсутствие, Сопричастность, Сопереживание.
Трагическое ощущение бытия заключается в незнании последствий того или иного действия, поступка. Незнание результата действия. Чаще всего банальное нарушение нравственных законов, невоспитанность и тревожное, трагическое ожидание разрядки, наказания. Страшно. Аж жуть!
А всё бы могло быть проще. Иные сюжеты. Апокрифы К. Чапека.
Свод нравственных законов известен и ребёнку. Воспитанному ребёнку. Что же остаётся на долю писателя, поэта, критика?
Показать красоту этих законов, если ты согласен с ними.
Хотелось бы напомнить: физика изучает законы природы, этика -внутренние процессы души, метафизика изучает законы духа - вертикальная линия творчества.
Постижение космологических и не космологических законов - это боль и страх?
Боль и божий страх- мера всех вещей?
Гуманисты поставили в центре Вселенной человека. Постмодернизм, переосмысливая природу человека, отрицает гуманизм как таковой, дегероизирует человека и делает достаточно убедительный вывод: человек не мера всех вещей и не центр вселенной. Постмодернизм - поиск себя. Катарсизм - осознание и обретение себя.
Человек благородный / /- это прежде всего контроль, контроль и отфильтровывание мыслей, чувств, образов и страстей, которые проходят через него. Человек благородный прекрасно осознаёт, что сам он - лишь малая часть, делающая осознанный выбор из бесконечного жизненного потока. И именно сознательный благородный выбор и делает человека человеком благородным, творческую личность - созидателем.
Жизнь ставит проблему (разумеется, не одну), загадку, коан.
Решаешь её методом проб и ошибок. Непоследовательное, несистемное мышление. Так и нос себе не долго разбить. Страдания, вопли: «Где твоё милосердие, Господи!» Конечно же, птичку и всякую живую тварь жалко, но творческий человек не должен полагаться только на свой замечательный интеллект, неповторимые чувства и на то, что вдохновение пошлёт. Недостаточно хорошо думает тот, кто включает в процесс мышления только отдельные части тела, а не полностью самого себя + нравственный аспект.
Для творчества необходимо пограничное, медитативное, молитвенное состояние, и критерием проверки правильности решения той или иной загадки являются радость и лёгкость, как эмоциональная, так и физическая и интеллектуальная. Разрешение от бремени.
Радость - мера всех вещей и, как следствие, просветлённый, освобождающий смех, дающий внутреннюю свободу.
Радостный смех от ясности сознания, здорового духа и здорового тела.
Однако из определений катарсического смеха - смех разумный, благородный, светлый смех освобождения, поскольку человек получает духовную свободу.
Буддийская притча, рассказывающая о бродячем монахе и средневековой Японии, показывает нам образец такого смеха. Монах держал свой путь из селения в селение. О нём сообщали мальчишки и люди, оставив работу, шли ему навстречу. Нет, он ни чего не говорил, проповедь без слов, не юродствовал, а люди начинали смеяться, осознавая несправедливость и неправильность человеческих взаимоотношений.
Здесь-то и вспоминается почти христианское определение победы И. Канта: «На того, над кем я смеюсь, я уже не могу сердиться даже в том случае, если он причиняет мне вред».
Монах, по-видимому, был почитателем Будды Майтрейи - Будды Грядущего. Его обычно называют «Смеющийся Будда», легко узнаваем по внешнему виду: бритая голова, смеющееся лицо, огромный живот и мешок за плечами. Не правда ли, напоминает нашего Деда Мороза.
Иной вариант возникновения статуи «Смеющегося Будды» -воспроизводимый с тех времён образ монаха с волшебным мешком, из которого он черпал священную мудрость буддизма. Верующие одухотворяли этот образ, сделав его символом неисчерпаемых возможностей добродетели, а живот и огромный мешок монаха стали символом «безграничной души». В китайском народе его прозвали «Толстобрюхий Милэ» Майтрейя (по-китайски - Милэфо).
В книге «Смеховой мир Древней Руси» Д.С. Лихачёв обозначил: «Функция смеха - обнажать, обнаруживать правду, раздевать реальность от покровов этикета, церемониальности, искусственного неравенства».
Смех везде и во все времена имеет одни корни и одну цель, звучал ли он в Средневековой Японии или в Европе: «…смех включает в себя момент победы не только над страхом перед потусторонними ужасами, перед священным, перед смертью,- но и над страхом перед всякой властью, перед земными царями, перед земным социальным верхом, перед всем, что угнетает и ограничивает». М.М. Бахтин. Фр. Рабле и народная культура средневековья и Ренессанса, М., 1990, с.106.
«Особенно остро ощущал средневековый человек в смехе именно ПОБЕДУ НАД СТРАХОМ. И ощущалась она не только как победа над мистическим страхом («страхом божьим») и над страхом перед силами природы, – но прежде всего как победа над моральным страхом, сковывающим, угнетающим и замутняющим сознание человека». М.М. Бахтин. Фр. Рабле и народная культура средневековья и Ренессанса, М., 1990, с. 104.
«Смех свидетельствует о ясном духовном зрении – и дарует его… Сама истина,
улыбаясь, открывается человеку, когда он пребывает в нетревожно-радостном состоянии».
Л.Е. Пинский. Реализм эпохи Возрождения, М. 1961, с.174
Будда Майтрейя, Дайкоку – божество веселья и смеха в Японии, Тихе – богиня смеха
в Древней Греции, Королева Мэб – персонаж английского волшебного фольклора,
символ своевольной фантазии и очистительного смеха, шуты, в России – скоморохи и, отчасти, юродивые, карнавальные празднества Средневековой Европы и зрелища нынешнего
времени, вчера, сегодня и завтра будет востребован светлый смех, дарующий человеку надежду и любовь.
Отдельно нужно делать разговор о ПРОСТРАНСТВЕ КОМЕДИЙНОГО в современном мире, в современном искусстве и литературе.
Преследование идеологических или корпоративных целей занижает планкукомедийного жанра и возможностей смеха.


Признаки магического смеха, предвосхищения магического реализма мы обнаруживаем у Велемира Хлебникова:
Заклятие смехом
О, рассмейтесь, смехачи!
О, засмейтесь, смехачи!
Что смеются смехами, что смеянствуют смеяльно,
О, рассмейтесь усмеяльно!
О, рассмешищ надсмеяльных—смех усмейных смехачей!
О, иссмейся рассмеяльно, смех надсмейный смеячей!
Смейво, смейво,
Усмей, осмей, смешики, смешики,
Смеюнчики, смеюнчики.
О, рассмейтесь, смехачи!
О, засмейтесь, смехачи!

Возвращение к первобытным истокам - шаманство, заклятие, полумолитва. И отсюда прямая связь с магическим реализмом в литературе Латинской Америки: Маркес, Кортасар, Ж. Амаду, Эрнесто Сабато.
Эстетические задачи магического реализма разнятся, но имеют и точки соприкосновения с МЕТАФИЗИЧЕСКИМ РЕАЛИЗМОМ, и в этом просматривается несомненная преемственность.
Главная и существенная особенность метафизического реализма -мистериальный характер. Всматриваясь даже в обыкновенные бытовые действия, мы обнаруживаем сакральность происходящего, поскольку «земная действительность представляет собой отражение духовного мира». Наше слово, действия и поступки имеют мистериальный характер странничества. По этому поводу надо обязательно добавить: «Коль вы не будете фальшивить, ваш смех никогда не будет святотатственным».
«Всякая ошибка смешна» Авенариус В.П. Ошибки, возникающие в силу стереотипности, сложившихся связей, зарефлексированности, косности, неправильного воспитания, социальной несправедливости и т. д. То, что мучает человека и не даёт покоя. Неиссякаемый источник сюжетов.
Каждое духовное странствование носит идею света и покоя, приходящих изнутри в результате поиска и обнаружения ошибки.
Странствование в духовном мире имеет не только миросозерцательный характер, оно вносит гармонию в земные устроения и, прежде всего, дарует возможность самосовершенствования, когда осознаёшь связь былинки и звёзд, когда научаешься:
В одном мгновеньи видеть вечность,
Огромный мир—в зерне песка,
В единой горсти—бесконечность,
И небо—в чашечке цветка.
В. Блейк.
Из странствований, мистериального паломничества духовно зрелый и мужественный человек выносит в мир не иррациональные, не ирреальные, не инореральные, а миросозидательные и мирообновляющие идеи. «Эмоция весёлости является там, где какая-либо сильная и, вообще говоря, отрицательная эмоция: недоумение, страх, досада, отвращение, негодование и т. д. - оказывается задержанной и неожиданно разрешается». Авенариус В.П. с.427.
«О роли неожиданности в комическом красноречиво говорит один из античных мифов. Пармениск спустился в пещеру оракула Трофония, который давал ответы на вопросы среди таких ужасов, что посетители теряли способность смеяться. Пармениск перестал смеяться и страдал оттого, что лишился одной из человеческих радостей—смеха. Он обратился к Дельфийскому оракулу и по совету последнего стал искать изображение матери Аполлона-Латоны. Пармениску, ожидавшему увидеть статую прекрасной женщины, вместо матери Аполлона был показан… уродливый чурбан. Слова Дельфийского оракула сбылись: Пармениск рассмеялся!» Ю. Борев. Комическое. М., 1970, с.54
Присущая смеху взрывчатость сказывается в нарушении сложившихся ложных смысловых связей. Взрыв, разрушение стереотипа и бездушного механизма, взгляд на проблему под другим углом зрения, в другом ритме. «Смех поднимает человека над ситуацией». А. Вулис, Метаморфозы космического, М., с.108.
Смех также является и разрушительной силой, но во имя чего?
Во имя создания нового и лучшего.
Катарсический смех - налаживание новых, созидательных смысловых связей и взглядов.
Обнаружение и устранение ошибок даёт возможность человеку счастливо следовать своей жизненной дорогой, верное следование пути, дао. Разумного благая судьба ведёт, сопротивляющийся тащится и волочится сам.
По определению М.Твена: «Смех - это молния размышлений». Разряд и уж затем наступает желанный покой, безмятежность.
Пользуясь современной политической терминологией, катарсический смех - упреждающий ответ на вызов гармоническому миропорядку.
А если быть более точным: катарсический смех - это смех определяющий, предвидящий, созидающий и провоцирующий события, смех на опережение событий, приводящий в состояние покоя.
«Кто смеётся, тот спасён»,- гласит английская пословица. Уместно здесь сказать о внутреннем знании нашей души, глубинного интеллекта. Мы улавливаем, но не всегда даём себе в этом отчёт, что та или иная шутка, сказанная в повседневной жизни, как предчувствие ситуации выходит за пределы наших обычных знаний и возможностей. Мы достаточно часто сталкиваемся с таким глубинным метафизическим юмором и смехом в различных обстоятельствах (это не бессознательное и не интуиция), но редко, повторюсь, фиксируем это в памяти. «Я не могу предположить Бога без чувства юмора» А.Эйнштейн.
Смех в книгах Карлоса Кастанеды, спровоцированный доном Хуаном, смех прежде комментария, объяснения причин и даже прежде действия. Мы смеёмся, осознавая, что это сверхразумный смех.
Каким способом, какова методология приближения к сверхразумному смеху? Лишь время позволит сделать развёрнутый на эту тему разговор. Сегодня предположим несколько основных принципов.
-Творчество как молитва.
Вхождение в рабочее состояние, подобное тому, как приступает к иконописи монашествующий художник.
Буддийский принцип творчества.
Есть тут одна незадача, когда приходишь в это состояние, материализация творческого поиска представляется малозначимым, отпадает необходимость реализации творческих задач. Значит у человека и вокруг него почти всё в порядке.
- Отказ от своего «эго», от своего «Я».
Анонимность - необходимое условие в процессе работы для преодоления страха в возможной исповедальности, искренности, для объективного познания себя и общества.
- Игровой момент.
В этимологическом словаре мы находим корни понятия «Игра» -священный трепет - «восхваление и умилостивление божества пением и пляской».
Язык как магическая сила, определяющая реальность, является также ареной борьбы добра и зла.
Это в математике от перемены мест слагаемых сумма не меняется. В литературе даже такое элементарное действие, как перестановка слов, меняет не только тональность фразы, но порою и смысл.
И вот здесь мы приближаемся к ответу: так ли мы живём, как пишем, а пишем как дышим?
Для исследования проблемы, для решения той или иной задачи мы берём своё главное оружие—слово, язык.
При работе надо отслеживать как через наши органы чувств и мышления, через тело возникает слово и куда оно уходит, прибывает. Какой заряд, какую вибрацию несёт. Может быть именно тогда будем знать, будем предугадывать, «как наше слово отзовётся». Сказанное имеет прямое отношение к проверочному критерию, когда в теле, в чувствах и в проявлениях интеллекта проявляются неложные, истинные лёгкость и радость.
Идеал катарсического смеха - очищение, врачевание без боли.
Катарсический смех - естественная метафизическая сила, и он же -проводник истины.
Смех объединяет людей.
«Помогите смеяться другим. И, когда двое смеются, их бытия объединяются в этот момент» О’Генри.
Так давайте же смеяться вместе, и вместе с жизнью.

Пулькин Л.А.





Рейтинг работы: 0
Количество рецензий: 0
Количество сообщений: 0
Количество просмотров: 11
© 10.05.2018 Леонид Пулькин
Свидетельство о публикации: izba-2018-2270656

Рубрика произведения: Проза -> Статья












1