Князь Рюрик


Князь Рюрик
Князь Рюрик

От автора.
Князь Рюрик – основатель нашего государства.
Он заложил фундамент РОССИИ.
Текст повести основан на доступных исторических данных. Данные, дошедшие до нас из глубины веков дискуссионные, но неоспоримо достоверны, что князь Рюрик основал государство РОССИЯ – СВЯЩЕННУЮ РУСЬ.
Имена героев этой повести – древнеславянские. В связи с тем, что восприятие их читателю затруднено, я привожу их список в предисловии.
Белояр - староста деревни.
Драговит, — сын Божены и Белояра?
Божена – жена Белояра и Огнеслава.
Снежана - дочь Божены и Белояра.
Веснянка – дочь Божены и Белояра.
Избор – житель деревни.
Огнеслав – предводитель племени чуди….

Готлиб король южнобалтийских (прусских) славян.
Гостомысл - новгородский старейшина восточных славян.
Рюрик - сын короля.
Эфенда – жена Рюрика.
Áгния – сестра Рюрика + жена Драговита.
Синеус – сын короля.
Трувар – сын короля.
Далибор – воевода короля.
Вадим храбрый - соперник Гостомысла и Рюрика.

Князь Рюрик


Широко ты Русь по лицу Земли
В красе царственной
Развернулася! У тебя ли нет
Богатырских сил, Страны святой,
Громких подвигов? Уж и есть за
Что, Русь могучая, стать за честь
Твою против недруга. За тебя
В нужде сложить голову.
Иван Никитин.

Жарко натопленная изба старосты деревни Белояра укладывала спать своих обитателей. Сын – парень лет семнадцати, гладил пушистую кошку, которая блаженно прикрыв глаза, мурлыкала. Женская половина дома недавно улеглась. Слышался шепот сквозь смех.
—Драговит, — окликнул сына отец, — принеси на ночь дров, небо проясняется, к утру будет холодно.
—Принесу, тятя, сейчас сбегаю, только оденусь.
Драговит, набросив зипун, вышел во двор. Через неприкрытую дверь в избу ворвался холодный воздух и чуть колыхнул занавески, взбодрил лучины.
—Закрывай дверь, не лето, чай, — проворчал отец и подумал: «Молодо-зелено, ничего жизнь научит».
Погасили лучины, тепло печи и тишина умиротворения властвовали над миром.
Яростный стук в ворота разбудил Белояра. Кого к нам нелегкая принесла, — недовольно прошептал он, но злобный лай собак встревожил его и погнал во двор.
Открыв ворота, он узнал хозяина крайней избы Избора, тот кричал так, что невозможно было ничего разобрать.
—Зачем кричишь, скажи, что случилось?
—Чужие вои (воины) напали, грабят, убивают.
От неожиданности, Белояр не сразу понял, какую страшную весть принес этот человек.
—Какие вои? — недоуменно переспросил он, но тут же уловил крики и плач людей, — входи скорее, закроем ворота.
Избора била нервная дрожь, он закрыл лицо руками:
— Там убивают. Боги спасли меня, Жену и детей отправил в гости к отцу, может, спасутся. Ты спасай своих….
Вбежав на крыльцо, Белояр закричал:
— Драговит, вставай, будем биться, меч мне и шит.
Драговит тер глаза кулаками, предрассветный сон еще владел им. Он никак не мог взять в толк, то, что ему приказали.
—Вставай, сынок, смертишка за нами соскучилась.
Стук в ворота и голоса, жаждущие добычу, пробудили парня скорее, чем крик отца. Через несколько мгновений мужчины выбежали во двор, держа в руках мечи. Женщины обращались к богам, мальцы истошно кричали…. Отец взглянул на сына и сказал:
—Поди, оденься, один зипун на тебе, холод скрутит тебя скорее чем вороги.
Драговит смотрел через щель в частоколе и видел, как бородатые люди мечами бегут к их усадьбе. На снегу лежат бездыханные тела, горят избы.
—Я не успею, тятя, они уже здесь.
Белояр помолчал, оценивая свое незавидное положение.
—Да, сын, уже не успеешь. Слушай меня, через скотный двор беги и предупреди соседнюю деревню, расскажи обо всем и обязательно поведай, что предводитель этих ворогов Огнеслав, я узнал его, сейчас он будет здесь.
—Тятю…!
—Беги, перебил его отец, беги, сынок, спаси других людей, а мы этих задержим.
Драговит, топтался на месте, не решаясь уйти.
За воротами послышался насмешливый голос Огнеслава:
—Белояр, вот мы и встретились, помнишь, что я тебе это обещал.
—Да встретились, и эта встреча будет последней, — громко ответил Белояр и тихо приказал сыну, — беги, сынок, беги, спасай людей.
—Для тебя последней! — смеялся Огнеслав, — не послушал ты меня тогда, не отдал Божену. Я пришел за ней.
—Почто кривду молвишь? Если пришел за Боженой, то почто убиваешь людей, отнимаешь нажитое? Хочешь, сразимся за Божену, пусть смертный бой будет межу нами, пусть Боги рассудят.
Белояр оглянулся, Драговит все еще не решался покинуть отца и Избора.
—Сынок, беги!
Драговит стоял перед отцом, не проявляя желания уходить. Тогда Белояр приказал Избору:
— Уведи его.
Драговит упирался. Огнеслав, услышав последние слова Белояра, расхохотался.
—Сына спасаешь? Не получится, нет у тебя сына, Драговит моя кровь.
—Кривду призвал на помощь, Огнеслав, твою кровь знахарка вытравила. Не захотела Божена жить с твоим бременем.
Избор изо всех сил потянул юношу за руку, вскоре они скрылись на заднем дворе усадьбы.
За воротами воцарилось молчание, затем злобный оскал:
—Не надо было это тебе говорить! Спас бы сына, теперь его догонят, приведут ко мне. Божена придет за ним! Если не придет, сожгу его заживо!
Белояр видел в щель, как от толпы, которая стояла у ворот, отделилось два всадника, Огнеслав торжествовал:
—Скоро приведут сюда твоего гаденыша. Открывай, а то сожжем все, не пожалеем и твою семью.
—Я открою, но вызываю тебя на поединок.
Не открывай! — крикнула Божена, — лучше смерть, чем оказаться в его лапах.
Белояр оглянулся, за его спиной стояла Божена и их две дочери.
—Мы должны спасти детей, — тихо сказал Белояр и опустился перед ней на колени, спаси детей.
Божена тоже опустилась на колени, обняла мужа, — я не смогу его терпеть, это зверь.
Удары в ворота становились все сильнее.
—Наши дети еще не жили на этом свете, спаси их.
По напором атакующих воев, сломался запор, ворота распахнулись. Огнеслав и его вои ворвались во двор, но Белояр и Божена, остались безучастны к происходящему, обнявшись, они продолжали стоять на коленях.
Огнеслав пришел ярость. Движением руки, он приказал разорвать объятия. Его мечта свершилась, лютый враг повержен, Божена всего лишь в шаге от него, он ее властелин. Но этого ему показалось мало, он протянул ей кинжал со словами.
— Убей мужа, или я убью твоих детей, я сожгу их заживо.
Божена не выдержала напряжения и повалилась без чувств. Используя замешательство, Белояр выхватив меч, пытался убить Огнеслава, но копье его охранника пронзило его насквозь.
—Вот и закончился наш спор, — усмехнулся Огнеслав и бровями показал своим воям схватить Божену, и вскоре к ней притащили ее плачущих дочерей Снежану и младшую Веснянку.

***
Избор заставил бежать Драговита и вскоре они скрылись за деревьями. Высокий снег не давал быстро идти. Они все дальше уходили от деревни, и казалось, что им удастся беспрепятственно уйти, но Избор понимал, что следы в снегу обязательно приведут к ним погоню и не ошибся. Два всадника настигали их. Беглецы затаились за кустарником, но погоня уверенно шла по следам. Избор натянул тетиву лука. Смертельный посвист стрелы стал последней песней одного из всадников, второй повернул коня в обратном направлении. Избор опять торопил юношу:
— Идем скорее, второй приведет за собой еще несколько воев и тогда нам не удастся убежать.
—Почто бежать? Они на лошадях все равно догонят нас.
—Если поспешим, то не догонят, мы должны успеть к болоту. Лед болота выдержит нас, но лошади на нем провалятся. Прошли спасительный берег болота, но шли со сторжкой, лед трещал под ногами. Позади, послышались крики и гиканье, погоня бодрила лошадей.
— Идем скорее, надо уйти как можно дальше, чтобы стрелой не достали.
Спешка их подвела, лед под ногами треснул и сломался и Избор вмиг оказался по пояс в болотной жиже.
—Уходи, меня уже не спасти. Прощай, отомсти за нас Огнеславу. Клянись!
—Если останусь жив, я найду его и убью!
—Уходи.
Нет, я постараюсь тебя спасти.
Пока выламывал тонкую ветвь, Избор погрузился уже по грудь. Стрелы погони падали близко, но не причиняли им вреда. Избор ухватился за ветку, но ноги Драговита скользили, сил у юноши не хватало вытащить грузного мужчину.
Уходи, через бульканье жижи приказал Избор и болото сомкнулось над его головой. Драговит погрозил погоне кулаком и пошел дальше.
Наброшенный почти на голое тело зипун его мало грел, холод пробирал до костей. Из-за кустарника показался спасительный берег. Драговит забыл про осторожность и побежал к нему, но лед опять треснул. Боги хранили его, в болоте остались лишь сапоги. Босой и мокрый он упал на пригорок. Солнце поднималось над верхушками елей.
Ночью туман обратился в иней. Деревья леса стояли в торжественной тишине рассвета. Тишина и покой. При восходящем Солнце, искрящиеся льдинки инея, создавали неповторимую картину зимнего леса, все дышало волшебной красотой.
Драговит не замечал красот, он уже плохо воспринимал реальность, но желание жить толкало его вперед. Зипун изорван, портки в болотной жиже по колени. Мороз обжигал тело, его босые ноги избиты скрытыми под снегом кореньями и старой травой. Там, где ступали его ноги, на снегу алела кровь, но тревожная мысль гнала и гнала вперед. Он остановился на миг, чтобы перевести дух.
—Стоять нельзя, за мной погоня. Они настелют гать и перейдут болото. Отдых позовет смерть.
Перед его глазами всплыла страшная картина. Среди горящих изб лежат тела убиенных, люди бегут к лесу, конники гонятся за ними, ловят. Девушек и парней вяжут, пожилых и слабых убивают. Это видение отняло у него последние силы, ему уже не страшен холод и боль в избитых ногах, покой настиг его быстрее погони, тьма, будто жижа болота, сомкнулась над ним.
***
Старейшина восточных славян Гостомысл охотился на медведя. Слуги нашли его берлогу, оставалось только доехать к берлоге и выкурить зверя. Едущие впереди слуги, вдруг засуетились и устремились в одно место.
—Узнай что там? — приказал старейшина ближнему помощнику.
Помощник не успел двинуться с места, как к ним подбежал слуга.
—Там отрок, замерзает, прикажи помочь.
—Вы, что без приказа не знаете что делать? Помогите, я подъеду.
Отрок лежал укутанный в тулуп. Глаза его открылись.
—Кто таков?
—Огнеслав сжег деревню Белояра, убил людей.
—Опять Огнеслав, — мрачно проговорил Гостомысл, — Видимо избежать брани с племенами Чудь не получится, опят война, опять кровь. Подталкивают их на войну финны.
Вокруг отрока стояли воины, слуги, все поняли, что грядут плохие события.
—Возвращаемся в Городище, не до медведя,— тихо, но тоном приказа произнес старейшина.
Невеселые думы охватили старейшину.
—Не получилась охота, вместо радости в душе забота, и гадания, кто друг, кто враг, кто станет в один строй с нами, кто пойдет на военный союз с финнами и чудью.

***
Через несколько дней Огнеслав привез Божену и ее дочерей Снежану и Веснянку в свой замок. Он окружил их заботой и лаской. Божена старалась не смотреть на Огнеслава, но все время, вспоминала слова мужа:
—Наши дети еще не жили на этом свете, спаси их.
Прошло несколько дней, дети привыкли, на их лицах засветились робкие улыбки. Божена старалась не думать о близости с этим зверем, но понимала, что этого не избежать. Пришел тот вечер, когда это должно было свершиться.
Огнеслав подошел к ней и тихо, даже мило сказал.
—Божена, сегодня я жду тебя.
Божена в страхе отстранилась и даже выставила вперед руки.
—Нет! Не бывать этому!
Лицо Огнеслава вспыхнуло яростью, он шипел словами:
—Ты заметила, Снежана и Веснянка стали улыбаться, приняли подарки? Ты хочешь, чтобы я их отправил к смердам работать в земле?
Божена опустила голову.
—Когда-то давно, ты меня взял силой. Я приду, но жестокости от тебя не хочу.
—Драговит, чей сын?
—Божена опустила голову и едва слышно прошептала:
—Он сын Белояра.
Огнеслав уловил в ее голосе неуверенность, но переспрашивать не стал.

***
Драговит поправлялся, стали затягиваться раны на ногах, молодость побеждала. Хозяйка-знахарка всей округи, не отходила от него. В детстве она пережила такую же беду, ее родителей убили. Долго скиталась по чужим людям, пока ее не приютила старуха. Людская молва приписывала старухе доброе и злое, ее боялись и проклинали, но приходили за помощью. Все, от мала до велика, называли старуху ведьмой. Но она не только не отказала в помощи девочке, а еще и передала дар исцеления и предвидения. Девочка повзрослела, сила влияния на людей у нее оказалась еще сильнее, чем у старухи.
Когда Драговит окреп, она сказала ему:
—Зови меня Знахаркой. Как звали меня в детстве, я забыла, все меня так зовут.
Она присела на край топчана, где лежал Драговит, и приказала ему рассказать ей все, что он пережил.
По мере его рассказа, глаза сужались, казалось, что она бросится драться с кем-то неведомым. Драговит, привыкший к ее доброте, не смог сдержаться, спросил:
—Знахарка, что с тобой?
Не сразу ответила она, ей потребовалось время, чтобы вернуться в себя.
—Я знала Огнеслава, вместе играли и бегали в лес за шишками. Его отец, был самый богатый в деревне. Ему было мало того чем имел. Сильный и злой, он решил отнять у нас маленький участок земли. Мой отец, корчевал деревья, чтобы мы имели хлеб. Он не мог уступить этот участок ему, ссора переросла в драку. Отец избил отца Огнеслава и прогнал его. Ночью, он ворвался в нашу избу с мечом, убил отца и мать. С ним был Огнеслав. Деревенские мужики хотели их тоже убить, но они ушли к финнам. Огнеслав пошел по отцовским стопам. Говорят, что я могу все, целить и убивать. Если бы я это умела убивать, Огнеслав стал бы первым….
Драговит, потрясенный ее рассказом, некоторое время молчал, затем убежденно сказал:
—Я поклялся ему отомстить, только бы ко мне вернулась сила.
—Силы, я тебе верну, но их будет недостаточно, он зол и хитер, ни перед чем не остановиться.
—Я убью его в честном бою или сгину сам. Клянусь!
—Я попрошу Гостомысла приставить тебя к опытному воину. Ты всему научишься.
—Я не хочу ждать.
—Тот, кто торопится, быстро умирает. Ты моя надежда, надежда на то, что мои отец и мать будут отомщены. Твои родители не найдут успокоения, пока Огнеслав топчет землю. Только так мы победим этого страшного человека.
Разговор Драговита и Знахарки воскресили последние минуты расставания с отцом, он вспомнил слова, которые кричал Огнеслав. Они обожгли его:
— Драговит моя кровь.
Знахарка уловила изменение настроения юноши.
—Ты мне не все рассказал.
Драговит поднял глаза на Знахарку, они таили в себе тоску.
—Огнеслав кричал…, — Драговит сглотнул слюну, сделал паузу, будто сомневался говорить или не говорить.
—Говори не молчи, это самое важное.
Огнеслав кричал:
— Драговит моя кровь.
Драговит опять замолчал и с надеждой взглянул на Знахарку.
Отец ответил ему:
— Кривду призвал на помощь, Огнеслав, твою кровь знахарка вытравила. Не захотела Божена жить с твоим бременем. Это ты была знахарка?
—Может да, а может, и нет.
—Как это?
—Я не знаю твою мать, и я не одна знахарка на этом свете. Обещай мне, что все, что вспомнишь или случиться с тобой, ты не станешь скрывать, и ничего не будешь делать без моего ведома.
Глаза юноши погасли в сомнении, но он с решимостью сказал:
—Обещаю, мы победим его.
Знахарка ушла, но вскоре вернулась и подала ему чашу с отваром.
—Пей, это зелье успокоит душу твою и ослабит боль.
Драговит выпил, его охватила истома, глубокий сон покорил его, заставил забыть об Огнеславе и его словах.

***
В укрепленное Городище потянулись возки. Пришло время определиться, как жить дальше. Обширный двор Гостомысла едва вместил всех прибывших старейшин родов. Все обсуждали нападение на деревню Белояра, смерть многих ее жителей и его самого. Ожидание затянулось, наконец, в дверях замка появился Гостомысл в сопровождении стариков. Среди них был отрок, которого поддерживали под руки. Гул недоумения прокатился в толпе.
—Почему среди мудрецов отрок, малец еще.
Кто-то пошутил:
—А он стал мудрым в малолетстве, зачем ему седые власы?
Вспыхнул веселый смех.
Гостомысл услышал сова шутки и поднял руку, призывая присутствующих к порядку. Шум быстро стих. Гостомысл начал говорить:
—Кто-то из вас сказал, что малец стал мудрым в малолетстве, зачем ему седые власы? Я отвечу на этот вопрос. Седые власы появляются не только от мудрости, а и от пережитого горя. То что пережил этот отрок, за несколько дней, многие не переживут и за всю жизнь. Он расскажет, как его хотели убить, как Избор, утонул в болоте, спасая нас, как этот малец, тонул в болоте и замерзал в снегу.
Гостомысл повернулся к Драговиту и продолжил:
—Расскажи людям, как все было, и кто верховодил убийством.
Драговит смущенно молчал, из толпы послышались подбадривающие крики:
—Говори, все плохое уже позади.
Драговит собрался с силами и крикнул:
—Я убью Огнеслава, убью! Клянусь!
Толпа встретила его слова усмешками:
—Мал еще, подрасти….
Гостомысл пресек смешки в самом начале:
—Сегодня смеетесь, а завтра может статься, будете валяться в снегу. Мы уже много раз собирались, и говорили о том, что надо объединиться, надо иметь свое войско….
Гостомысла перебили выкриком:
—Кормить войско ты будешь?
Войско не только надо кормить, но еще и вооружать. Это мы будем делать вместе, если кто не согласен, тот не будет иметь защиты и с ним могут поступить также, как поступили недруги с деревней Белояра. Послушайте рассказ сына старосты села Драговита.
По мере развития рассказа, тишина становилась все устойчивее. Закончив рассказ, Драговит опустил голову, слезы текли по его щекам. Гостомысл, тихо спросил:
—Вы этого хотите?
Тяжелая тишина еще стояла несколько мгновений, но прервана она была не согласием, а вопросом:
—Создашь войско и поставишь по дружиннику у каждой избы?
—Нет, дружинники не будут охранять каждую избу, они будут охранять рубежи наших земель. Будет избран воевода, который будет в ответе за наше спокойствие и мирный труд. Если ворог будет знать, что рубежи охраняются, то поостережется их нарушить. А если кто-то посмеет это сделать, получит отпор.
Людей охватило смятение. Страх соглашается соглашаться, жадность сковывала язык. Наконец позвучал вопрос:
—Что надо отдать, чтобы мы имели войско?
—Для того, чтобы ответить на этот вопрос, надо решить, сколько воев будет в нем.
—А сколько надо?
—Для начала надо десять сотен.
—Кто будет воевать в этом войске?
—Тот, кто захочет.
—А если не захочет?
—Тогда будем без войска.
—Если захотят смерды, кто ниву будет лелеять?
Гостомысл выждал пока, толпа накричится и поднял руку.
—Криком делу не поможешь. Каждому из вас дадут длинную и короткую палочку. Длинная палочка означает согласие, короткая несогласие. Если согласны с тем, что будет войско, в суму бросаете длинную палочку, если нет, бросаете короткую. Бросать сразу две одному человеку нельзя. Понятно?
Мужики закивали бородами. По толпе пошли люди с сумами.
—А если я не брошу ни одой палки? Что будет? — завизжал маленький мужичок с горбом.
—Тебя побьют большой палкой, лучше бросай, — подсказал мужичку сосед.
Наконец, принесли сумы к Гостомыслу.
—Подойдите, мужики, считать будем.
Толпа сгрудилась у стола.
—Чудно! — тряс бородой мужик в лисьем малахае.
Гостомысл приказал высыпать палочки из сумм на стол и стал их раскладывать. Толпа затаив дыхание, следила за процессом. Мало кто мог считать, но глаз от кучек с палочками не отводил.
Гостомыс раскладывал палочки по десять штук в каждой кучке. Кучек оказалось поровну, но длинных палочек оказалось больше на две штуки.
—Что будем делать? — обратили люди свои бороды к Гостомыслу.
—Будем созывать войско.
—Подождите, я свою короткую палочку не бросил.
—И я тоже.
—Поровну.
—Как теперь быть?
—Теперь все решит моя длинная палочка! — громко выкрикнул Гостомысл, — будет войско.
—Так нельзя! — кричали одни.
—Можно! — кричали другие.
Толпа кричала все сильнее, кое-где начались кулачные бои, полетели шапки….
Нетерпеливые пошли к своим возкам.
На телегу взобрался лютый враг Гостомысла Вадим храбрый.
—Не дам ничего для войска! Не дам! Придумали, людей от нивы отнимать….
Гостомыс удрученно смотрел, как рушится его надежда на сильную дружину….

***
Годы текут, будто вода в ручье, никому они неподвластны, не повернуть их вспять….
Недавний отрок, почти мальчишка превратился в статного молодца. Мягкий пушок бороды уже красовался на его лице. Знахарка любовалась им. Из рассказов юноши, она знала, что с его матерью остались две сестры Веснянка и Снежана. За прошедшие годы, о них, как и его отце, не было никаких известий. К Знахарке приходили люди и разных мест, она осторожно интересовалась, где находится Огнеслав. Долгое время ей ничего узнать не удавалось, тогда она стала спрашивать о Божене и о детях. Оказалось, что она живет у племени Чудь. Передать им весточку удалось не сразу. В городище заехал купец, который менял на меха мечи, копья, ткани…. Знахарка спросила у него:
—Куда путь держишь?
—Кто же тебе скажет о своем пути? Сейчас открою тебе тайну, а завтра мне по голове.
Знахарка пытливо взглянула ему в глаза. Купец не выдержал ее взгляд, но продолжал упорствовать.
—Ты поедешь к чуди, в городище Вага. Там найдешь замок Огнеслава. В этом тереме живет Божена и две ее дочери Снежана и Веснянка. Передашь Божене на словах, что сын ее жив и живет в Городище Гостомысла. Передашь так, чтобы об этом слышала только Божена.
Подавленная воля купца не сопротивлялась, но он не собирался ехать к чудям.
—Ты все понял?
Понять то я понял, но эта поездка опасна и трудна.
—Я дам тебе серебра столько, что все окупится и тебе много останется. Часть серебра передашь Божене, скажешь, что от сына.
Купец не удержался, хитро улыбнулся.
—Дура-баба,— подумал он, — зачем мне кому-то отдавать серебро? Оно и мне пригодиться.
—Я знаю, о чем ты думаешь.
—Думаю, как все устроить? — быстрее, чем нужно ответил купец.
—Нет, ты радуешься, что легкая добыча попадет тебе в карман.
Купец смутился и даже испугался.
—Нет! Нет! Я сделаю, как ты сказала.
Знахарка опять тягуче посмотрела в глаза купца. Он съежился, затрясся:
—Сделаю все, как ты сказала.
—Не сделаешь, умрешь лютой смертью. Берегись.
Знахарка бросила в возок два мешочка с серебром.
—Один Божене! — властно прошелестел е голос.
Знахарка ушла, купец крутил головой, чтобы найти, у кого спросить об ушедшей женщине. Вскоре подошел дружинник и стал осматривать меч. Купец, кивнул в сторону уходящей женщины, спросил:
—Что за баба?
—Ты, похоже, хотел ее обмануть. Хорошо, что она не превратила тебя в лягушку, — пошутил дружинник.
Купец в страхе округлил газа.
—Ведьма!?
—Да, самая настоящая ведьма, все ее боятся.

Прошла зима, пришло лето, к воротам замка Гостомысла подошли две девушки. Охранники заулыбались им и мило вопрошали:
—К кому такие красавицы? Может, у нас остаетесь, накормим и обогреем.
—Мы ищем Драговита.
Парни с копьями сразу стали серьезными, они увидели, что к ним идет Знахарка.
—Что с матерью Боженой?
Пришло время удивляться девчонкам.
—Ты откуда нас знаешь?
—Брат ваш Драговит рассказывал, что вы есть и какие вы. Идемте в замок.
По дороге к замку, она повторила вопрос:
— Что с матерью Боженой?
—Мама умерла, как только узнала, что Драговит жив. После ее смерти Огнеслав отпустил нас.
—Отец где?
—Убили люди Огнеслава. На наших глазах, его охранник ударил тату копьем.
—Идем в дом, скоро вернется Драговит, обрадуется.

***
Король прусских славян Готлиб находился в тревожном смятении. Он получил весть о том, что войско данов (датчан) вторглись в западнославянские земли и движутся к городу Рерик. По его сведениям даны, многочисленны и хорошо вооружены. Готлиб понимал, что войскам, находящимся в городе, не устоять. Чтобы призвать помощь, нет времени. Король созвал совет, на котором обрисовал ситуацию, из которой не было выхода, все говорили, но мало кто слушал. Наконец, слово взял старший сын Рюрик.
—Отец, разреши поведать вам свои мысли.
—Молви.
—Если ждать пока город осадят, то это верная гибель.
—Что предлагаешь, закричали все и разом.
Готлиб поднял руку, призывая своих военачальников умолкнуть.
—Каждый получит слово, а сейчас будет говорить Рюрик.
В наступившей тишине, чуть сорвавшимся голосом он заговорил:
—У нас нет времени, чтобы собрать войско, нет времени, чтобы на помощь пришли к нам верные союзники.
—Мы это знаем, — заговорили нетерпеливые военачальники.
—Для того чтобы собрать войско и пришли союзники, надо задержать рать данов.
—Как это сделать?
—Надо устроить засаду. Даны ударят в лоб и когда их войска застрянут в битве, ударить в левое и правое крыло неприятеля.
—Где взять столько войска? — задумчиво спросил Готлиб.
—Надо создать ополчение….
—А оружие? — перебил сына отец. На защиту города встанут с топорами и рогатинами.
—Сколько мы сможем продержаться?
—Главное их остановить, чтобы даны стали лагерем. В этом лагере наши вороги должны забыть об отдыхе. Для этого надо создать конные отряды, которые будут их жалить, подобно пчелам. Надо продержаться до прихода войск восточных славян.
—Не скорое это дело, но другого выхода у нас нет, — заключил Готлиб. Мои сыновья Синеус и Трувор отправляются к Городищу восточных славян к старейшине Гостомыслу.
Король повернулся к сыновьям.
—Синеус и ты Трувор подберите самых лучших лошадей и лучших воинов идете к Гостомыслу, но идете разными путями. Если одного постигнет неудача, второй дойдет. Не теряйте времени. Утром в путь. Ты Рюрик командуешь конницей, ты знаешь что делать, я устраиваю засаду.
—Разреши еще молвить, отец.
Готлиб кивком разрешил говорить.
—Надо бы сделать так, чтобы, до сечи никто не мог покинуть город без твоего повеления….
Король движением руки прервал речь сына.
—Об этом я распоряжусь. Тот, кто попытается покинуть город, будет караться смертью. Думаю, что наши тайны не станут ведомы ворогу.
—Не обязательно покидать город, достаточно метнуть через частокол стрелу с тайным знаком, — обронил воевода Далибор.
—Как это не допустить? — насторожился король Готлиб.
Воевода Далибор ответил не задумываясь, будто заготовил решение загодя.
—Всех, кто приблизится к частоколу, ловить и пытать огнем
—Так тому и быть, — подытожил король. Да, не отвернутся от нас боги.

***
Перед закатом Солнца братья собрались на берегу моря, чтобы согласовать действия и попрощаться.
Свинцовые волны лениво накатывались на высокий берег. Иногда шум слабого прибоя нарушали крики чаек. Выглянувшее из-за туч Солнце бросило лучи на низкие облака. Багрянец заката вселял в души братьев неосознанную тревогу, страшные предчувствия заползали в душу.
Рюрик первый сбросил с себя тень тревоги.
—Пришла пора прощаться. Свидимся еще или нет, кто знает?
—Мы еще повоюем, — уверенно сказал Синеус.
—Поменяемся мечами и дадим, друг другу клятву мечи вернуть.
Рюрик подал свой меч Синеусу, Синеус передал свой Трувору, Рюрик вложил в ножны меч Трувора. Братья обнялись, затем каждый из них пошел к своей малой дружине.

***
Король Готлиб выбирал место для засады, но ему сообщили, что даны, опасаясь засады, движутся берегом моря, избегая леса. Стало ясно, что в ближайшем окружении его измена.
—Кто и как сообщил данам о планах, по защите города? Если данам стало известно о засаде, то они знают и том, что Трувор и Синеус пошли к Гостомыслу за помощью.
Готлиб приказал слуге, срочно найти воеводу и передать, что король хочет его видеть. По возвращению в замок, он мысленно перебирал всех, кто был на совете, но ничего не мог для себя прояснить.
В дверь постучали, король разрешил войти.
Рюрик стремительно вошел и от самой двери начал говорить:
—Отец, данам известны наши планы.
—Я знаю, но как ты об этом узнал?
—Пришел ко мне человек, который видел, что воевода разрешил выпустить дружинника Бродека за ворота.
—Кто этот человек?
—Воин из твоей дружины.
—Ко мне его.
Вошел бородатый дружинник, которого Готлиб узнал.
—Что поведаешь, Бруш?
Бруш топтался в неловкости и молчал.
—Говори, раз пришел, — подбодрил дружинникам король.
—Далибор уезжал на два дня, приехал смурной.
—И что с того?
—Все было бы хорошо, но когда сошел снег, приезжал к нему дан. О чем говорили, не знаю, так как разговор был на датском языке. Тогда я не обратил внимания на то, что дан дал ему кожаный мешочек, хотя подумал, что золото дает.
—Почему ты пришел сейчас, а не тогда?
—Тогда даны не шли нас убивать.
Вошел слуга.
—Готлиб, воевода пришел.
—Зови, но сначала уведи Бруша через другой выход, да так, чтобы он и воевода не встретились.
Далибор вошел, на лице тревога.
Не давая Далибору слова сказать, король обрушился на него.
—Все ли мои дружинники на месте?
—Ты меня подозреваешь?
—Ты предложил пытать огнем, тех, кто покусится на тайну нашего совета.
Воевода побледнел, но старался держать себя в руках.
—Спрашивай, что знаю, скажу без пыток огнем.
—Куда послал дружинника? И где он?
—Я никого, никуда не посылал. Попросился Бродек, отпустить, его мать старушка преставилась.
—Он вернулся?
—Нет, не вернулся, ныне обещал приехать.
—С данном встречался?
—Встречался.
—Зачем?
—Это мой лазутчик, приносил сведения о данах.
—Тебе приносят сведения о данах, но мы о них ничего не знаем, они знают о нас все.
—Это он сообщил, что даны выступят в поход на нас.
—Помню, ты говорил, — согласился король, но почему он дал тебе мешочек, что было в нем?
—Да, он давал кожаный мешочек, в котором были семена редких цветов.
Готлиб задумался, он получил ответы на все вопросы, но:
—Эти ответы проверить нельзя. Как поступить с воеводой?
Ситуация уже не терпела отлагательства, диктовала свои условия.
— Медлить нельзя, враг все ближе, надо сменить воеводу.
Готлиб взглянул на Далибора, он казался спокойным и смотрел ему прямо в глаза.
—Стража.
Вошли два воина с копьями, поклонились.
—В темницу его, пыток не применять.
Воевода вскинул глаза на короля, хотел что-то сказать, но промолчал, покорно отдал воинам меч и кинжал.
Когда Рюрик остался с отцом наедине, он спросил:
—Правильно ли ты поступил, отец?
—Другого выхода нет. Если выясниться, что нет на нем вины, будет опять воеводой.
—Как будешь выяснять?
— Найди этого дружинника, у которого преставилась мать. Он нам многое скажет.
—Но войско без головы.
—С головой, войско, ты его голова, не теряй время, думай, как встретить непрошеных гостей. И еще. Отряды Синеуса и Трувора, возможно, погибли. О них тоже знают даны.
—Этого быть не может, они ушли много раньше, чем об этом узнали даны, так как ушли ранним утром следующего дня. Их тропы никому не известны. Этого не может быть еще и потому, что убить всех воинов из их отрядов, нельзя, кто-то остался в живых и вернулся бы.
—Будем надеяться на лучшее, а сейчас не теряй времени и готовься к битве и не забудь найти дружинника. От него зависит судьба воеводы и наши судьбы тоже.

***
Посольский отряд Синеуса двигался медленно. Путь пролегал через чащу леса. Крепчал мороз, пошел снег. К утру его выпало по колено. Это было не последнее препятствие. Снег скрыл болота. Потеряли лошадь с провиантом. Положение стало почти безвыходным. Вернее был один выход, вернуться назад. Перед Синеусом стояла трудная задача, дойти к восточным славянам и привести помощь, но выполнить эту задачу нельзя, как нельзя и вернуться. Синеус взял с собой двух воинов, остальным приказал возвращаться.

***
Трувору удалось до снегопада пойти большую часть пути, так как выбрал путь вблизи побережья моря. Это увеличило расстояние, но ускорило движение. Рыбацкие поселения указывали ему путь, за умеренную плату снабжали провиантом. Долгожданный частокол Городища показался из-за вековых сосен. Увидев вооруженных людей, стража поспешила закрыть ворота. Когда дружина Трувора приблизилась к воротам, над частоколом появилась бородатая голова.
—Кто такие? С чем пришли?
—Посольство от короля Готлиба, пришли с миром.
Голова помолчала и скрылась.

Гостомысл ощутил первые признаки приступа болезни. Заговоры и травы Знахарки уже перестали помогать. Стук в дверь прервал невеселые думы старейшины. Ему не хотелось никого видеть. Стук повторился, он звучал настойчиво и требовательно.
Гостомысл поморщился и крикнул:
—Входи.
Вошел Драговит. От недавнего мальчишки не осталось и следа.
Гостомысл, забыв о своей болезни, пригласил подойти:
—Ты стал настоящим молодцем, прошло несколько лет, как мы нашли тебя, они сделали тебя сильным и мужественным. Я очень рад за тебя. С чем пришел?
—Прибыло посольство от короля Готлиба.
Гостомысл вскинул брови. Он не скрывал удивления.
—Что могло случиться, если король обратился к нему. Не надо спешить и подумать. Вот что сделай, сынок. Дружину посольства обезоружь, но обогрей и накорми. Это сделает их сговорчивее. Приведешь ко мне посла, но только по моему приказу.

После долгого ожидания дружину впустили, но приказали отдать стражникам мечи и копья. Трувор приказал своим воинам повиноваться, а после чего их разместили по жарко натопленным избам. Мясо медведя окончательно погасило в них тревогу.

Гостомысл позвал Знахарку, которая теперь жила в его тереме.
Она вошла спокойная, ее глаза внимательно изучали его лицо, в руках чаша с наваром.
—Выпей, это ослабит боль.
—Мне не до лечения….
—Выпей!
Гостомысл торопливо выпил отвар.
—Не знаю, что мне делать, печалиться или радоваться.
—Радуйся, приехавшие люди будут тебя о чем-то просить, но ты их просьбу выполнить не сможешь.
—Чему тогда радоваться, если посольство уедет ни с чем?
—Потому что все изменится, твои желания начнут исполняться.
—Мудрено говоришь. Скажи яснее.
—Говорю то, что вижу, другое мне не открыто.
Гостомысл тепло и даже с нежностью взглянул на Знахарку.
—Благодарствую! Почему ты мне помогаешь мне без корысти?
—Корысть обезоружит помощь, она будет без пользы. Такая помощь - обман ради корысти. Я ем твой хлеб, живу в тепле, делаю то, что мне надобно. Твое слово «благодарствую» и есть лучшая оплата. Я пойду, князь.
—Я не князь.
—Ты князь, если король поклонился тебе.
—Живи в моем замке всегда, даже если я умру. Благодарю тебя.
Знахарка ушла, боль вспыхнула, но утихла, едва заявила о себе.

***
Трувор проснулся, лучины потрескивали. Тишина и покой, но тревожно на душе:
—Захочет ли Гостомысл помогать нам? Мы привезли подарки. Народ дружественный, но сможет ли он отрядить войско? Если да, то, как скоро оно отправиться к городу Рорик? Снарядить войско дело непростое, долгое. Хорошо если войско сможет выступить к весне. Сможет ли отец выдержать осаду до лета? Раньше помощь не поспеет. Сегодня Гостомысл примет меня, и все решится.
Свет слабо проникал в избу, но это означало, что наступил день. Трувор оделся, осмотрел оружие, нашел его в хорошем состоянии. Раздался стук в дверь. Он разрешил войти. Через низкий проем двери прошел статный молодой человек, поклонился.
—Утро доброе послу.
—Пусть оно будет добрым всему нашему славянскому народу.
—Я пришел сообщить, что твоей встречи со старейшиной не будет. Гостомысл болен.
Трувор пытливо взглянул на собеседника, пытаясь понять истинную причину отказа.
—Я приставлен к тебе, чтобы ты не чувствовал себя в заточении. Зовут меня Драговит. Мы можем съездить на охоту.
Посол не слушал Драговита, он размышлял о своих дальнейших действиях:
—Надо точно выяснить, болен ли Гостомысл или нет. Если он не болен, то придется возвращаться ни с чем, а это означает падение города и подчинение данам.
Драговит, видя, что его не слушают, в растерянности замолчал. Неловкая пауза длилась недолго. Посол задал вопрос, глядя в глаза собеседнику:
—Скажи мне, Гостомысл болен или это только отговорка?
Драговит понял, почему так себя ведет Трувор и ответил, не отводя взгляда:
—Гостомысл болен и сколько его болезнь продлится, не знаю.
Трувор удовлетворено кивнул головой, но Драговит счел нужным добавить:
—Нам хитрить нет нужды, мы очень хотим дружбы с вами. Об этом много раз говорил старейшина: «Нам, славянам, надо объединяться. В этом наша сила».
—У вас нет войска, чем станете помогать?
—Малые дружины есть, но все решает Гостомысл.

Проходили дни, Трувор и Драговит сдружились, на охоте завалили кабана, упражнялись во владении мечом. Баня восхитила гостя. Возвращаясь с очередной охоты, у замка увидели людей. Трувор узнал брата Синеуса. Радостные объятия прервались видением. По недавно выпавшему снежку шли девушки. Они иногда обращали свои румянее лики на иноземцев, говорили о чем-то, смеялись.
Братья заворожено смотрели им в след до тех пор, пока они скрылись за воротами. Видение исчезло, Трувор и Синеус одновременно повернулись с немым вопросом к Драговиту.
—Это мои сестры Снежана и Веснянка.

Трувор и Синеус остались одни. Братья обсудили ситуацию и поняли, что помощи не будет, можно и нужно возвращаться, но уехать без встречи с Гостомыслом нельзя. Это оскорбит его и надолго осложнит отношения между славянами. Нашлись еще две немаловажные причины. Синеус и его люди нуждались в отдыхе и возникшие сердечные дела братьев. Желание увидеть сестер Драговита стало тайным и непреодолимым желанием.

***
Гостомысл не стал ждать полного выздоровления, позвал к себе послов. Они вошли с поклоном уважения и небольшой надеждой на успех. Гостеприимный хозяин пригласил гостей за стол широким жестом руки.
—Прошу!
Усевшись напротив послов, он коротко спросил:
—С чем пожаловали?
Синеус посмотрел на брата, как бы уступая ему первенство. Трувор несколько мгновений молчал, выбирая слова для ответа.
—Беда у нас, даны теснят. В листопад шли к городу Рорику. Нам самим не отбиться, отец послал нас за помощью к вам.
Гостомысл ударил кулаком по столу, лицо загорелось негодованием.
—Не смог я объединить людей и создать войско. Его попросту нет.
—А что есть?
—Если сможете платить, то можно нанять людей, но воины они плохие. Собрать их дело долгое.
—Как мы понимаем, помощи не будет?
—Я сказал все, — Гостомысл развел руками.
—Утром мы уходим.
—Я понимаю ваше состояние, но мы не можем справиться даже воеводой чуди, Огнеславом. Ограбит деревню и уходит. Чтобы его остановить, надо охранять рубежи, но охранять некем. Мало того, есть еще мери и мурома, и каждый хочет урвать у соседа что-нибудь.
—Почему не создаете воинство?
—Люди не понимают, что придет и их черед, их тоже ограбят. Жадность первый порок наш, второй это люди, для которых плохое это хорошо.
—Как понимать, плохое, для них хорошо?
—Да так, им хочется сесть на мое место, играют на жадности людей, настраивают охотников рыбаков против любого решения.
Трувор и Синеус переглянулись, Синеус не выдержал, посоветовал:
—Изловите, в темницу их, если не поможет казнить.
—Так можно поднять людей на бунт. Этого им и хочется, тогда они точно сядут на трон.
—Что же делать? — Трувар пожал плечами.
—Есть одна мысль у меня, — Гостомысл опустил голову, но чтобы исполнить ее у власти должен быть человек не из нашего племени, человек с твердой рукой хорошо обученной дружиной.
Братья опять переглянулись, Гостомысл понял это по-своему.
—Оставайтесь, правьте нами.
Братья опешили. Первым вернул себе возможность думать, был Трувор.
—Даже, если ты не лукавишь, то это невыполнимо. У нас нет золота и серебра, а главное нет дружины. К тому же, нам пора спешить домой.
—Нет, я не лукавлю и докажу это.
Гостомысл позвал слугу.
—Найди Драговита, пусть скоро идет сюда.
—Он за дверью.
—Зови.
Драговит вошел, остановился у двери, ожидая приказа.
—Проходи, садись, для тебя есть важное дело.
Драговит сел на скамью у стола. Переводя взгляд то на одного то на другого, пытался понять причину вызова.
Гостомысл показал на него.
—Это Драговит, мой помощник. Я хочу послать его к королю послом и дать поручение.
—Какое? — вырвалось у Драговита.
—Пойдешь послом к королю и будешь просить у него наместника, который будет властвовать над нами.
Молодые люди молчали, уж очень крутой поворот принял разговор.
Молчите? Значит согласны! Так тому и быть.

***
Рюрик обложил лагерь данов, прижал их к морю. Выйти на простор врагу трудно, с одной стороны море, с другой поросшие густым лесом холмы. Численный перевес датских войск, все же позволил начать наступление на город, но чем ближе они подходили к крепости, тем ожесточенней становилось сопротивление славян. Постоянные беспокоящие нападения изматывали врага славян. Воинский дух данов ослаб, воины стали роптать, требуя возвращения, но сражение все же состоялось у стен города Рорик. На помощь к дружине Готлиба пришло ополчение. Сеча шла с переменным успехом, но общая картина битвы складывалась в пользу датчан. Они прорвали строй славян, казалось, что победа близка. Готлиб, спасая положение, бросил в сечу запасной полк и повел в бой свою дружину. Натиск был настолько силен, что даны побежали. Победные крики огласили окрестность. Воины не сразу заметили, что Готлиб пронзенный стрелой лежит бездыханный. Рюрик преследовал врага, а когда вернулся, печальная весть ждала его.
Рюрик стал на колени у тела отца, но он уже ничего не мог сказать, вечность поглотила его. Несколько дней хоронили убитых. Отца Рюрик привез в город, чтобы похоронить короля со всеми почестями. Он давал распоряжения на правах наследника, но тут же понял, что это уже не так.
Преданные люди сообщили Рюрику:
—Бывший воевода Далибор захватил власть в городе. Он велел тебе и братьям покинуть королевство иначе будет повод расправиться с вами.
—Не решился отец казнить Далибора, а жаль, с горечью подумал Рюрик.
Чтобы прояснить обстановку, он встретился со своей дружиной, но почувствовал, что она устала от войны. Позже ему донесли, его дружина получила много серебра и практически присягнула новой власти.
Единственной радостью было то, что вернулись братья Синеус и Трувор. Семейный совет решил принять предложение Гостомысла. Братья вернули друг другу мечи и приняли в свое братство Драговита. Предстояло проделать тяжелый путь на Восток. Рюрик основательно готовился к переходу. За день до отбытия, он и его братья и Драговит собрались, чтобы обсудить готовности к походу. Синеус и Трувор, доложили, что поход можно начинать. Утром следующего дня обоз тронулся в путь. На возках восседали жены и дети дружинников, которые остались верны Рюрику. Среди них сестра братьев Агния. Неожиданно, приказав Драговиту двигаться дольше, Рюрик, сопровождаемый братьями, свернул к лесу. Спустя некоторое время, они вернулись, их седельные сумки были набиты чем-то тяжелым.
—Зачем в лес ходили? — спросил их Драговит у Рюрика.
—Перед битвой, на случай падения города, мы с отцом спрятали все запаса золото и серебра. Теперь оно послужит нам. Ты, Трувор и Синеус будете охранять это богатство. Никто, кроме вас, не должен знать об этом.
—Дружинники, скорее всего, догадались, — усомнился Драговит.
—Они ничего не знают, — ответил Рюрик, — но думаю, что догадываются. Поэтому каждый из вас будет пристально следить за их поведением. Даже о самом малом сомнении я должен знать.

***
Гостомысл слабел и понимал, что осталось жить немного. Он надеялся, что до его кончины Драговит успеет вернуться с дружиной и братьями Синеусом и Трувором. Его надеждам не суждено было сбыться, смерть стояла у его изголовья. Он подозвал помощника и приказал собрать вече.
По Городищу пошли бирючи и кричали, что Гостомысл созывает вече, чтобы перед смертью проститься с народом.
Много жителей Городища собралось у ворот его замка. Гостомысл вышел на лобное место сам, начал говорить:
—Славяне, я последний раз обращаюсь к вам, обращаюсь потому, что и в могилу я унесу надежду на то, что вы выполните мою волю. Если вы выберите другую дорогу или, как не раз это было, ничего выбирать не захотите, то, — он замолчал, чтобы набраться сил, затем слабеющим голосом продолжил, — если не захотите услышать меня, то народ наш ждет горе и гибель.
Народ заволновался, гул прокатился по толпе. Вадим храбрый взобрался на телегу, закричал:
—Не слушайте вы его, болезнь затуманила его голову. Много лет жили и проживем еще без его советов.
На Вадима зашикали, но он не хотел заканчивать свою речь, тогда здоровенный детина снял его с телеги.
—Молчи, а то под телегу загоню.
Говори, говори, Гостомысл, — закричала толпа.
—Драговит ушел с послами к братьям славянам. Он донесет королю Готлибу мою просьбу прислать наместника.
—Толпа опять заволновалась.
—Зачем нам король?
—Своего изберем, своего.
Вадим храбрый почувствовал, что ситуация изменилась, опять вскочил на телегу.
—Славяне, придет к нам король, обложит данью, вот тогда почешемся. А Гостомыслу все рано лежать в могиле.
—Заткните рот этому болтуну, пусть Гостомысл договорить, — вскричала толпа.
Вадима опять стащили с телеги. Гостомысл продолжил:
—Да, наместник короля обложит данью, но зато будет охранять наши рубежи. Огнеслав и его хозяева финны больше не будут грабить наш народ, больше не будет свары с чудью, мери и муромом. Выбирайте, свой путь, крепкая власть объединит народы, вы станете сильными.
Гостомысл закашлялся, его увели. Утром весть о его смерти уже летела по городищу.
Вадим храбрый стал обходить своих сторонников, чтобы захватить власть, но ему резонно отвечали:
—Охолонь, еще тело Гостомысла не остыло. Надо похоронить
его ….
Едва похоронили старейшину, как поползли слухи, что Драговит с дружиной стоит лагерем близ городища.
Вадим собрал толпу и стал торопить народ.
Братья славяне, надо избирать своего старейшину, медлить нельзя, Драговит уже близко. Если мы этого не сделаем, то королевский наместник закует нас в кандалы, из которых нам не выбраться. Толпа колебалась, а Вадим все больше стращал народ.
—Придет король, станет головы рубить.
—С Драговитом дружина, он-то поснимает головы скорее короля. Послушаем, что скажет наместник короля.

***
Городище встречал пришельцев настороженно. Во главе дружины ехал Рюрик, чуть позади, Драговит, Трувор и Синеус. Вооруженная дружина в доспехах и при оружии произвела впечатление на население городища.
—Первым едет, наверное, князь!?
— Хороша дружина, крепкие молодцы, видно сразу удальцы.
—Кони, кони то какие!?
Вид дружины охладил горячие головы, и только Вадим храбрый пытался поднять сторонников на восстание, но не нашел отклика.
Толпа все прибывала к замку Гостомысла. Рюрик взошел на крыльцо, поднял руку.
—Я князь Рюрик, сын короля Готлиба. Прибыл к вам по просьбе старейшины Гостомысла. Теперь я ваша власть. Я приветствую народ и прошу принять меня, как единственного вашего правителя.
Рюрик снял шлем и поклонился. Народ ответил сдержанным гулом, но ответил небольшим поклоном.
—Первым моим помощником будет Драговит, его приказы исполнять как мои. Он ваш и потому вы скорее поймете его и меня. Моя власть будет крепка, неповиновения не потерплю. Меч мой тяжел, рука крепкая.
Продолжить свою речь Рюрик не смог. Из толпы вышел Вадим и обратился к нему:
—Ты пришел на нашу землю, взошел на первую ступеньку крыльца власти, а уже стращаешь народ. Ты пришел не сам, а принес власть короля. Ему будем дань платить. Мы свободный народ, ни перед кем и никогда не гнули спину. Уходи!
Часть толпы откликнулась одобрительным гулом.
Рюрик терпеливо выслушал Вадима, затем дождался тишины и твердо произнес:
—Я пришел на Вашу землю по зову Гостомысла. Я знаю, что он умер, и власть над славянами никому не принадлежит. Теперь я ваша власть, единственная власть, нет выше меня никакой власти, королевской тоже. Дань платить будете, но только мне. Я ваш князь!
—Куда подевался король?
—Мой отец убит в битве с данами.
Вадим отступил в смятении, но поверженным себя не считал.
—Гостомысл решил? Нет, это мы на вече должны решать.
—Драговит рассказывал, как вы решали. Решали, решали, а Огнеслав, как грабил вас, так и грабит. Я положу этому конец.
Одобрительный гул опять овладел толпой. Послышались крики:
—Вадим, пошел вон, надоел уже. Огнеслав должен ответить за все.
Рюрик сказал в толпу:
—Расходитесь славяне, все будет хорошо.
На пороге дома его встретила Знахарка.
—Пожалуй, князь, теперь это твой дом. В этом доме всегда царило добро. От этого дома начинается тяжелый, но великий путь, и ты его начинаешь. Добро пожаловать!
Знахарка подала князю на рушнике каравай хлеба, густо посыпанный соль. Князь с поклоном принял дар.
—Хлеб и соль - это исток и достаток жизни нашей, пусть он будет истоком жизни новой.
—Родина твоя Пруссия, теперь правь Руссией.
—Русь! Русь! Русь! — торжественно повторил князь Рюрик.

***
Течет и течет ручеек времени, он незаметен и быстр. Три зимы, со снегопадами, злыми метелями и душными и влажными летними днями канули в лету. Рюрик и его помощники объезжали деревни и веси, накладывали дань, и тем самым раздвигали пределы княжества.
Над головой Рюрика и его дружины шумели вековые деревья, Весеннее солнце едва пробивалось сквозь листву деревьев. В некоторых местах тень скапливалась едва ли до темноты. Рядом с Рюриком ехал Драговит. Разговор шел о количестве собранной дани.
—Чтобы сильными быть, надо расширять свои пределы. Чтобы быть сильным надо иметь большую, хорошо вооруженную дружину. Дружинникам надо платить серебром. Где его взять? Собрать дань, продать купцам, — Рюрик сам ответил на свой же вопрос.
—Мы уже достаточно расширили пределы, но серебра все же не хватает, — заметил Драговит.
Не все платят дань, уходят в леса.
—Придется увеличивать дань? — спросил Драговит.
Увеличивать нельзя, восстанут.
—Что же делать?
Рюрик подумал и ответил:
—Я много говорил с купцами, они поведали мне. Что есть племя кривичи. Старейшина сидит в городище Изборск. Есть еще племя веси. Они собраны вокруг городища Белоозеро. Эти племена надо взять под свою власть. Для этого нам надо собрать много дани. Трувор сядет в Белоозере, Синеус в Изборске. Когда мы подчиним себе мери и муром и другие племена, мы станем сильными, что бы строить города. Вместо нашего Городища построим Новый город. Из Нового города мы станем управлять своими землями и защищать их.
Драговит давно хотел завести разговор своей женитьбе, но не решался. Рюрик находился в хорошем настроении, и сам начал говорить о будущем Драговита:
—Не пора ли тебе завести жену?
—Пора, но боюсь, что могут появиться препятствия.
—Кого же ты боишься?
—Тебя.
—Меня, почему?
—Хочу жениться на твоей сестре, а ты откажешь.
Рюрик с прищуром и усмешкой посмотрел на собеседника.
—Агния смелее тебя. Она мне призналась, что хочет тебя в мужья.
Неожиданное известие смутило Драговита, он некоторое время молчал, затем нерешительно спросил:
—Что ты ей ответил?
—У меня, кроме тебя нет знакомых принцев, да и не отдал бы ее за них. Лживы они и вонючи, бани не знают.
Рюрик закрутил головой, будто ощутил смрадный дух, и плюнул в сердцах.
Драговит терпеливо ждал решения, Рюрик искоса взглянул на него и издевательски спросил:
—Что делать станешь, если не отдам ее тебе.
—Я ее украду.
—А мой гнев?
—Мы с Агнией остудим его.
—Как?
—Запремся в моей избе.
—Знаю, давно об этом мечтаете.
—Вернемся, женись.
—Можно вопрос, князь?
—Наследник нужен, а его нет.
—Будет наследник, когда не знаю.

***
Огнеслав приказал собрать все население своего городища Заволочье. Его слова: « К нам идет ворог» передавалось из уст в уста, и вскоре на площади перед его замком собралась огромная толпа. Огнеслав вышел на крыльцо в сопровождении вооруженных дружинников.
—Народ мой, я позвал вас к себе для того, чтобы сообщить о том, что к нам идет ворог. Идет Рюрик с дружиной. Он поработит вас, наложит непомерную дань, для себя и для короля, отца своего.
Огнеслав сделал паузу, чтобы понять реакцию народа на свои слова. Народ угрюмо молчал, лишь из глубины толпы послышались отклики:
—Брать у нас нечего, ты все забрал.
—Иди сам к нему навстречу и останови его.
Огнеслав знал настроение жителей своего городища и прилежащих к нему весей, он ожидал, что люди откажутся его поддерживать.
—Не хотите защищать себя? Силу против своего народа применять не стану, но если кто-то пойдет за мной, тот будет платить половину дани. Кто не пойдет, у того за долги отниму избу, выгоню в лес.
Подачка и угроза подействовали.
—Обманешь!?
—Нет не стану обманывать, сразу дам грамоту.
—Давай грамоты.
Дружинник, Огнеслава стал раздавать бересту, которая давала право на уменьшенную дань. Когда раздача бересты закончилась, народ закричал:
—Что делать?
—Когда ворог подойдет к городищу, надо всем выйти к нему навстречу и сказать: «Уходи, мы не хотим твоей власти!»
—Только и всего?
Настроение народа улучшилось.
—Веди, Огнеслав, веди, дадим ответ ворогу.

***
Дружеский разговор Рюрика и Драговита прервал вестовой, который прибыл от дозорного разъезда.
—Разреши, князь, слово молвить.
—Молви!
—Все городище Заволочье во главе с Огнеславом вышло к нам навстречу. Вооружена толпа рогатинами, топорами. Дружина Огнеслава во всеоружии.
—Сколько их?
—Пять семь сотен.
—Сколько мечей в их дружине?
—Десять десятков, есть ли запасной полк, проверяем.
Рюрик задумался.
—Бросить против них дружину не хотелось бы. Начинать управлять народом с помощью меча, значить посеять ненависть к себе.
—Что делать будем, князь, — забеспокоился Драговит.
—Говорить будем с народом, если не поймут, дружина сделает свое дело.

***
У ворот городища Заволочье густо посеян народ. Увидев толпу, Рюрик усмехнулся.
—Зачем Огнеслав вывел народ? Вывел для того, чтобы мы его посекли и тогда он поднимет против нас все племя. Этого допустить нельзя.
—Если не получится уговорить, придется сечь, — сказал Драговит с сожалением.
—Казначея ко мне, тихо приказал Рюрик
Драговит понял князя:
—Это правильно, но надо много серебра, — много серебра?
—Зато мало крови. Серебро предложишь после того, как откажутся от пяти мер семян ржи. Возьми малую дружину и скачи к городищу. Говори с народом, обещай пять мер ржи на дым (семью), если отвергнут, меру серебра на дым. Тем, кто захочет, может стать дружинником князя, моим дружинником. Кто не повинуется, будет платить большую дань на четверть. Кто будет нас воевать, тот будет казнен.
Драговит с сотней дружинников приблизился к толпе на расстоянии полета стрелы, затем остановил дружину.
—Далее я поеду один.
Командир сотни попросил:
—Возьми меня и десяток воинов.
—Согласен, едем к народу.
Люди приготовили колья, рогатины, топоры и молчаливо ждали. Драговит поднял руку, его отряд остановился.
—Народ, я посланник князя Рюрика, который не хочет, чтобы пролилась кровь и предлагает вам подчиниться воле его. Тот, кто повинуется, тот получит пять мер семян ржи на дым, кто откажется от этого, тот будет платить дань на четверть выше. Если кому-то захочется воевать нас, тот будет казнен. Самых сильных и ловких, князь приглашает в свою дружину.
Толпа не ожидала того, что князь будет с ней мирно говорить и даже обещать дать рожь.
—А как обманешь? — вырвалось из толпы.
—Рожь получите сразу, как только обоз приедет сюда. Это будет через два дня и две ночи.
—Не верим, — упорствовала толпа, — если бы это сказал сам князь.
Драговит отправил гонца к Рюрику. Вскоре князь и малая дружина двинулась к народу. Огнеслав, понял, что проигрывает и приказал лучникам метать стрелы. Драговит слегка раненый в десницу приказал отойти назад и сообщить князю, чтобы он не приближался. Стрелы перестали угрожать рати. Рюрик подъехал к Драговиту.
—Ранен?
—Царапина.
Рюрик подозвал к себе командира сотни.
—Возьми стяг и двух дружинников, скачи к народу и попроси его выслать ко мне уважаемых людей для переговоров. Скажи, что они ранили моего помощника, пролили кровь. Я не хочу этого.
Посланникам князя преградил путь Огнеслав с малой дружиной. На помощь послам бросилась две сотни войска Рюрика. Первые удары мечами, первая кровь. Сражение разгоралось, с обеих сторон пришла помощь, но перевес был на стороне Рюрика. Окруженная дружина Огнеслава сдалась. Огнеслав пытался бежать, но путь ему преградил Драговит.
—Остановись, Огнеслав, пришла пора ответить за все зло, которое ты причинил людям, за смерть моего отца, за страдания моей матери.
—Ты станешь мстить своему отцу?
Драговит вспомнил, все, что ему запретила помнить Знахарка.
—Я слышал ваш разговор с отцом, слышал и то, что мать вытравила твой плод. Кривдой хочешь прикрыться и спастись? Не получится!
—Кто мог вытравить плод? Нет, знахарок в городище и округе, нет! И не было! Ты мой сын!
Сомнение черной змеей вползало в сердце Драговита, но он пытался противостоять словам Огнеслава.
—Даже если ты мой отец, то и это не спасет тебя, много зла ты принес людям. Едем к князю, он определит твою участь.
—Нет Драговит, тебе придется со мной сразиться.
—Что отец готов убить сына?
Огнеслав будто споткнулся в своих мыслях.
—Убить сына….
—Едем к князю, или тебе придется биться с сыном, я этого не хочу. Я не знаю, кто был моим отцом, поэтому убивать тебя не стану. Даже если ты не мой отец, и я убью тебя, то, как жить с тем, что я убил, возможно, отца. Ты сможешь жить с тем, что родил и убил сына?
Драговит замолчал, он понимал, что бежать Огнеславу от себя некуда. А Огнеслав искал выход и не находил его.
—Народ, который был под моей властью, не станет поддерживать своего бывшего правителя, он меня растерзает.
Огнеслав взглянул на Драговита и увидел черты Божены, и вдруг понял, что не сможет поднять меч не ее образ.
— Кода мы были детьми, Божена пыталась остановить меня в сотворении зла, я не слушал ее. Отказ стать моей, заставил взять ее силой, а когда она стала женой Белояра, я взбесился, подобно зверю убивал все, что пыталось сопротивляться. Божена была права, надо было остановиться, теперь я потерял власть, потерял все. Сын хочет моей смерти. Зачем мне такая жизнь?
Натура повелевать, и покорять толкала его к действию, заставила сомневаться в своих недавних мыслях, поднимало его душу на бунт.
—Просить о пощаде я не могу, убить тебя тоже, давай разъедемся в разные стороны и забудем все.
—Этого я сделать не могу, — твердо произнес Драговит, — Я дал клятву убить тебя.
—Понять тебя не могу. Ты дал клятву убить меня, а ранее говорил, что убить меня не сможешь.
—Да я говорил такое, потому, что за тебя просила Знахарка. Она сняла мою клятву забвением.
—Какая Знахарка?
—А та, что вы в детстве играли вместе, та, у которой ты и твой отец убили родителей. Помнишь?
Огнеслав, слабо и задумчиво кивнул в знак согласия.
—Едем, она ждет тебя.
—Он стала знахаркой?
—Да, она просила тебе не мстить. Без ее ведома, ничего не предпринимать. Она заставила все забыть, но ты прошлое мне открыл заново. Я все вспомнил. Едем, к князю.
Огнеслав погрузился в воспоминания о детстве и будто увидел маленькую девочку, которая пряталась под топчаном. Он ее пожалел, не выдал отцу, который расправлялся с ее родителями.
—Может, надо было уступить Божене и свернуть в сторону добра? Божена, моя Божена была бы жива и рядом со мной. Она пришла спросить меня, зачем я жил, зачем убил столько людей, Зачем.
Драговит терпеливо ждал. Он боялся того, что Огнеслав просто уедет, а он не сможет ему препятствовать, ни силой, ни мечом. Спас положение подъехавший Рюрик с охраной.
—Драговит, почему ты его не убил?
—Может так случиться, что он мой отец. Позже, я все расскажу.
—Почему раньше не рассказал?
—Знахарка смогла заставить все забыть. Он открыл мне прошлое сейчас.
—Его я прикажу казнить все равно, или меня не поймет народ.
—Я прошу не делать этого сейчас, так как об этом просила Знахарка.
—Согласен, казнить его при народе еще полезнее. Взять его!
Огнеслав не сопротивлялся и бросил благодарный взгляд на Драговита.
В городище Заволочье раздавали рожь….

***
Вадим храбрый подговорил своих сторонников, вооружиться, закрыть ворота и не пускать Рюрика в Городище. Причиной для бунта стало недовольство населения большой данью. Вадим собрал у себя волхвов.
—Кудесники Богов, что будет с князем Рюриком?
—Сказать сразу нельзя, надо смотреть в небо.
—А если не смотреть в небо, получить серебро?
—Серебро не скажет ничего о судьбе Рюрика.
—Тогда должны сказать вы, — Вадим вытащил из пазухи кожаный мешочек, развязал его и высыпал на ладонь серебро.
Волхвы оживились.
—Что и когда говорить?
Вы, поутру идете в людные места и вещаете, что князь Рюрик, пришел с чужой земли, чтобы отнять все у жителей Городища, и передать нас датскому королю. Датский король свиреп как медведь-шатун, рубит головы за малейшую провинность.
Волхвы шли и кричали:
—Слушайте люди, слушайте славяне беда у ворот.
Вскоре вокруг волхвов стала образовываться толпа, она ширилась и наполнялась слухами, о том, что войско датского короля идет к городищу и, что Рюрик его сын. Они хотят загнать в леса и заставить на себя работать. Кто не повинуется, рубают головы.
За волхвами бежал юродивый. Его душераздирающий крик слышан был издалека:
—Смерть, смерть, кровь несет в суме князь.
За юродивым шли люди и шептали людям в толпе:
—Затворяйте ворота, не пущайте злодея, не дайте пролить кровь из страшной сумы.
Вокруг замка Рюрика собралась толпа, рубили топорами ворота. Кто-то кричал:
—Ведьму, ведьму ловите и в реку ее.
Знахарка взяла в руки кинжал и приказала охранникам приготовить луки и стрелы, затем вывела через скотный двор сестру Рюрика Агнию, Снежану, Веснянку и недавно прибывшего гонца от князя.
Сначала она обратилась к гонцу:
— Скоро веди Агнию и сестер Драговита к князю. Скажи беда, пусть он спешит, иначе он найдет пепелище.
Добрые кони унесли беглецов. Ворота трещали, но держали.
—Метайте стрелы через забор, — приказала Знахарка.
После первых стрел толпа отхлынула, затем крик юродивого:
—Кровь, кровь из сумы.
Толпа взревела и опять бросилась на штурм ворот. Стрелы отрезвили наступающих.
—Предать огню! — покатилось по Городищу.

***
Стражники, которые охраняли ворота Городища, первыми поняли, что бунт набирает силу. Чтобы восстание не смогло запереться, они порубили навесы ворот и сбросили их на землю. Закончив работу, они поспешили скрыться со словами:
—Придет князь и без труда ворвется в Городище.
—Горе нам, смерть восставшим.

***
При подходе к Городищу, воины Рюрика увидели дымы.
—Князь, Городище горит.
—К воротам, может там еще наши стражники, отроют.
Дружинники вихрем ворвались в Городище, и, сметая все на пути, поспешили к замку Рюрика. Осадившие замок восставшие, бросились в рассыпную, кого настигла стрела, кого рассек меч…. Задыхающихся в дыму Знахарку и челядь, выводили на свежий воздух.
Подъехавший Рюрик стал искать сестру и ее подруг.
—Они ушли через задний двор, еще до нападения на замок. Где они сейчас не знаю.
—Князь они здесь, они здесь! Нашлись! — прокричал подбегающий Драговит
Объятия, слезы радости не закрыли собой желания их встречи.
Драговит, обнимая Агнию, сказал:
—Ты моя жена.
Они вместе подошли к Знахарке. Агния уткнулась ей в грудь, просила:
—Сделай так, чтобы мы были счастливы.
Знахарка улыбнулась и молвила:
—Вы уже счастливы, и все будет у вас хорошо. Драговит, ты хочешь сказать мне многое, говори, не молчи.
—Привез я тебе Огнеслава.
—Где он?
—Сейчас прикажу, приведут.
Огнеслав подошел, не поднимая глаз.
—Подними взгляд, — жестко сказала Знахарка.
Огнеслав повиновался.
—Уходи.
—Знахарка, я его не могу отпустить без воли князя, запротестовал Драговит.
—Пусть идет.
Огнеслав вдруг забился в конвульсиях, стал неестественно смеяться, иногда кричать, что-то несвязное.
—Его жизнь теперь будет хуже смерти, ему будут отказывать в милостыне даже друзья.
—Скажи, Знахарка, он отец мой?
—Да, твоя мать хотела вытравить плод, но я не позволили ей это сделать, как и не позволила наложить на себя руки.
—Что же мне делать? Он же мой отец!
—Ты один, кто даст ему милостыню.

***
Со всего Городища сгоняли людей, которые приняли участие в бунте.
Рюрик смотрел на толпу, в нем зрела ярость.
—Тем, кто звал на бунт, вырвать языки. Тем, кто взял меч в руки, рубить руку.
Толпу увели, остался только Вадим храбрый.
—Подведите ближе, приказал Рюрик.
Вадим пал на колени и пополз к князю.
—Пощади….
Рюрик брезгливо поморщился.
—Казнить при народе, отрубить голову.

***
Трувор и Синеус вернулись и походов за данью. По их рассказам, не все шло хорошо. Кое-где усмиряли огнем и мечом, но дань собрали.
Рюрик обнял братьев и пригласил за стол.
—Выслушайте то, что я скажу, — Рюрик замолчал, чтобы видеть реакцию братьев.
—Говори, не томи….
—Ездить за данью в Беоозеро и Изборск всегда будет опасно, придется подавлять бунты. Чтобы это избежать, я отдаю в управление Белоозеро Синеусу, Изборск Трувору. Стройте из городищ города, будьте там хозяевами. Это не означает, что вы полностью отложились от меня. Часть дани вы будете присылать нам, если случиться свара, каждый придет на помощь каждому.
—Мы хотели предложить тебе такое решение, но посчитали, что тебе это не понравиться.
—Как я понял, вы согласны, а если согласны, то не след туда ехать без жен. Трувор женится на Снежане, Синеус на Веснянке. Я ничего не перепутал?
—Нет, не перепутал.
—Подбирайте себе дружины и в добрый путь.

***
Ручеек времени быстротечен. Прошли годы. У Драговита подрастал сын Олег. Рюрику такое счастье не давалось. Жена его Эфанда стыдливо прятала глаза, но от этого наследник не рождался. Рюрик задумал начать строительство Нового города, но постоянные волнения в племенах заставляли откладывать эту
затею. Рюрик течение нескольких лет исправно получал дань от своих братьев, Их редкие встречи были искренне радостны и желанны. Десять лет минуло с той поры, когда Синеус и Трувор сели Белоозере и Изборске. Городища строились и ширились, Защитная стена предала им вид городов. Строительство требовало все больше средств, что привело к увеличению дани. Сначала вспыхнул бунт в Белоозере. Воспользовавшись тем, что дружина князя была в походе, недавно построенный замок Синеуса осадили восставшие жители города. Синеус попробовал прорвать осаду, но это удалось ему частично. Добрые кони унесли только Веснянку, детей и ее слуг. Синеус храбро сражался, но силы оказались неравны. Удар топора пресек его жизнь.
Рюрик мрачно слушал приехавшую Веснянку, но ее рассказ ничего не сообщил о судьбе брата.
Наскоро собрав дружину, Рюрик бросился на помощь Синеусу. Воинственный запал жителей Белоозера постепенно сошел на нет. Многие понимали, что придет Рюрик и расплата неминуема.
Дружина Рюрика осадила Беоозеро, но вместо битвы, распахнулись ворота и через них стали выходить люди. Они просили пощады и выдали ему всех зачинщиков бунта.
—Где князь Синеус?
Вместо ответа к ногам Рюрика бросили несколько человек, со словами:
—Они убили его.
Рюрик выслушал рассказ о гибели брата, помрачнел лицом:
—Убейте их, — приказал он толпе.
Когда с убийцами брата было покончено, Рюрик начал суд над зачинщиками.
—Зачем бунтовали?
—Князь брал дани так много, что не на что стало жить. Ходили, просили его брать меньше, но он не стал нас слушать.
Из толпы вышел человек и поклонился Рюрику.
—Разреши молвить, князь.
—Молви.
—Дань была большой, слов нет, но эти люди хотели стать во главе племени и получать эту же дань. После смерти князя жителям Болоозера не стало бы легче.
—Они не боялись, что приду я с дружиной?
—Эти люди заменили князя, но дань не уменьшили, взяли все, что хотели, но хотелось еще. Жадность помешала уйти с богатством. Скор ты, князь.
—Какую казнь они заслужили? — спросил князь.
—Казнить и миловать это удел князя, — человек поклонился и попросил, — разреши уйти.
—Ты теперь будешь помогать моему наместнику. Как зовут?
—Сильвестром кличут.
Рюрик оторвал взгляд от Сильвестра и обратил его на зачинщиков бунта.
—Где та дань, которую вы собрали?
Зачинщики молчали, за них ответил народ.
—Ничего не пропадет, все вернется к тебе.
Рюрик задумался, не хотелось ему казнить этих людей, но поступить иначе он не мог.
—Повесить.
Несколько дней провел князь в Белоозере. Он не мог решить кого оставить наместником, но в конце концов, оставил управлять племенем жену Синеуса Веснянку, в помощь ей определил Сильвестра.


***
Рюрик выбрал место для строительства Нового города и приказал заниматься строительством Драговита. Потянулся рабочий люд реке, застучали топоры…. В это благостное время пришло печальное известие, скончался князь Трувор. Рюрик вызвал к себе Драговита.
Драговит вошел к князю, не подозревая о большой потере, но вид Рюрика подсказал, что произошло что-то плохое. Вместо приветствия он спросил:
—Что случилось, князь, на тебе нет лица?
—Скончался Трувор.
Помолчали, затем князь продолжил:
—Едешь в Изборск моим наместником.
Известие оглушило Драговита, он долго не мог ни чего сказать.
—Что молчишь?
—Известие страшное, а тут еще и наместничество. Не ожидал.
—Ты мне здесь нужен, Новый город надо строить, но нет такого человека, который заменил бы там брата.
—Когда выезжать?
—Подготовка должна быть скорой, а то не воспользовались бы смертью брата бунтари. Если такое случиться, пощады у тебя не должно быть. Нам надо строить Новый город, для этого надо собирать дань. Наладишь все, поставь верных людей вокруг своей сестры Снежаны и возвращайся.
В Изборске Драговит узнал, что Рюрика родился сын. Назвали его Игорем.

***
Ручеек времени неудержим. Он мчится, изменяя все вокруг, заставляя рождаться детей, и подводит к небытию проживших свой век людей.
Гонец из Городища принес печальную весть. Князь Рюрик тяжело болен, он призывает Драговита к себе.
Рюрик, увидев прибывшего друга и помощника, взглядом показал, чтобы тот подошел и присел подле.
—Ты остаешься старшим в моих владениях, но дать тебе звание князя я не могу. Твой сын Олег князь, он заменит меня до той поры, как подрастет мой сын Игорь. Ты опытен и достаточно мудр, поэтому будешь смотрителем и сумеешь направить сына на правильный путь. Мы никогда не обманывали друг друга, надеюсь, что не обманешь и ты меня.
—Я никогда не стремился к власти, и отнимать ее у сына не стану. Твой сын Игорь будет князем всего того, что ты создал.
—Позови Олега и прикажи собрать народ, я объявлю о своем решении.
На выходе из покоев Рюрика, Драговита остановила Знахарка. Она обняла его и прошептала:
—Сдержишь слово, сбережешь Русь.
Олег вошел в опочивальню, князь лежал с закрытыми глазами. Олег постоял у входа и собирался уйти, но голос Рюрика остановил его:
—Подойди и слушай меня. Мой сын Игорь князь, но передать ему свою власть я не могу, мал еще.
Рюрик умолк, будто он прощался с властью, переживал последние мгновения ее силы.
—Я передаю тебя власть над тем, что я создал, передаю власть над Русью. Береги Русь, расширяй ее пределы и никому не позволяй над ней глумиться. Рука твоя должна быть щедрой для Руси, меч твой должен карать ее врагов.
Олег попытался что-то сказать, но Рюрик слабым движением руки остановил его.
—Ничего уже изменить нельзя. Ты должен вернуть власть князю Игорю, как только он будет способен управлять Русью. Вынесете меня на крыльцо к народу.
Собравшаяся толпа гомонила и вмиг смолкла при появлении Рюрика и Олега. Рюрик привстал на локоть и стал говорить:
—Передаю власть над Русью князю Олегу. Повинуйтесь ему, как повиновались мне. Берегите Русь. Мой меч теперь его.
Рюрик подал меч Драговиту, он поднял его над головой и передал Олегу.
Рюрик упал на подушки в изнеможении. Олег сделал шаг вперед, его голос возвысился над народом:
—Русь будет могущественной.
Собрав последние силы, Рюрик сказал:
—Твои слова вещие.



Историческая справка.


Вещий Олег—князь новгородскийс879 годаивеликий князь киевский с882 года.
Князь Игорь Рюрикович – 882 -945. Великий князь киевский.

ПЕСНЬ О ВЕЩЕМ ОЛЕГЕ А. С. Пушкин
Как ныне сбирается вещий Олег
Отмстить неразумным хазарам,
Их села и нивы за буйный набег
Обрек он мечам и пожарам;
С дружиной своей, в цареградской броне,
Князь по полю едет на верном коне.
Из темного леса навстречу ему
Идет вдохновенный кудесник,
Покорный Перуну старик одному,
Заветов грядущего вестник,
В мольбах и гаданьях проведший весь век.
И к мудрому старцу подъехал Олег.
«Скажи мне, кудесник, любимец богов,
Что сбудется в жизни со мною?
И скоро ль, на радость соседей-врагов,
Могильной засыплюсь землею?
Открой мне всю правду, не бойся меня:
В награду любого возьмешь ты коня»
«Волхвы не боятся могучих владык,
А княжеский дар им не нужен;
Правдив и свободен их вещий язык
И с волей небесною дружен.
Грядущие годы таятся во мгле;
Но вижу твой жребий на светлом челе.
Запомни же ныне ты слово мое:
Воителю слава — отрада;
Победой прославлено имя твое;
Твой щит на вратах Цареграда;
И волны и суша покорны тебе;
Завидует недруг столь дивной судьбе.
И синего моря обманчивый вал
В час роковой непогоды,
И пращ, и стрела, и лукавый кинжал
Щадят победителя годы…
Под грозной броней ты не ведаешь ран;
Незримый хранитель могущему дан.
Твой конь не боится опасных трудов;
Он, чуя господскую волю,
То смирный стоит под стрелами врагов,
То мчится по бранному полю.
И холод и сеча ему ничего…
Но примешь ты смерть от коня своего».
Олег усмехнулся — однако чело
И взор омрачился думой.
В молчанье, рукой опершись на седло,
С коня он слезает, угрюмый;
И верного друга прощальной рукой
И гладит и треплет по шее крутой.

«Прощай, мой товарищ, мой верный слуга,
Расстаться настало нам время;
Теперь отдыхай! уж не ступит нога
В твое позлащенное стремя.
Прощай, утешайся — да помни меня.
Вы, отроки-други, возьмите коня,
Покройте попоной, мохнатым ковром;
В мой луг под уздцы отведите;
Купайте; кормите отборным зерном;
Водой ключевою поите».
И отроки тотчас с конем отошли,
А князю другого коня подвели.
Пирует с дружиною вещий Олег,
При звоне веселом стакана.
И кудри их белы, как утренний снег
Над славной главою кургана…
Они поминают минувшие дни
И битвы, где вместе рубились они…
«А где мой товарищ? — промолвил Олег, —
Скажите, где конь мой ретивый?
Здоров ли? все так же ль легок его бег?
Все тот же ль он бурный, игривый?»
И внемлет ответу: на холме крутом,
Давно уж почил непробудным он сном.
Могучий Олег головою поник,
И думает: «Что же гаданье?
Кудесник, ты лживый, безумный старик!
Презреть бы твое предсказанье!
Мой конь и доныне носил бы меня».
И хочет увидеть он кости коня.
Вот едет могучий Олег со двора,
С ним Игорь и старые гости,
И видят — на холме, у брега Днепра,
Лежат благородные кости;
Их моют дожди, засыпает их пыль,
И ветер волнует над ними ковыль.
Князь тихо на череп коня наступил
И молвил: «Спи, друг одинокой!
Твой старый хозяин тебя пережил:
На тризне, уже недалекой,
Не ты под секирой ковыль обагришь
И жаркою кровью мой прах напоишь!
Так вот где таилась погибель моя!
Мне смертию кость угрожала!»
Из мертвой главы гробовая змия,
Шипя, между тем выползала;
Как черная лента, вкруг ног обвилась,
И вскрикнул внезапно ужаленный князь.
Ковши круговые, запенясь, шипят
На тризне плачевной Олега;
Князь Игорь и Ольга на холме сидят;
Дружина пирует у брега;
Бойцы поминают минувшие дни
И битвы, где вместе рубились они.






Рейтинг работы: 0
Количество рецензий: 0
Количество сообщений: 0
Количество просмотров: 11
© 10.05.2018 Александр Золотов
Свидетельство о публикации: izba-2018-2270654

Рубрика произведения: Проза -> История












1