Приемыш (Сказка о советской Золушке, книга 1)


Ищенко Г. В.2013 г
anarhoret@mail.ru

                                                                            ПРИЕМЫШ

      Когда на тебя ополчилась жизнь, можно сломаться, можно озлобиться, а можно остаться человеком и драться за свое счастье и место под солнцем, пусть это будет даже солнце другого мира и другой Вселенной. Потеряв свою семью, вырванная из привычной жизни трагическим стечением обстоятельств, Ирина Волкова принимает предложение покинуть свой мир и стать ученицей мага в другом. Старая Райна Албени перед лицом смерти пытается выковать из девочки оружие своей мести. Ненависть переплавляется в любовь, дружба соседствует с предательством, соединяются миры и прокатываются истребительные войны, перекраивая границы королевств. Время начала действия - конец шестидесятых.

                                                                                  Глава 1

      До двенадцати лет Ирка Волкова жила так же, как жили многие девчонки ее возраста в семьях со средним достатком. Родители неплохо зарабатывали, жили дружно, без ругани и ссор, и их единственный ребенок ни в чем не нуждался. Год назад отца сбил насмерть пьяный водитель – и мир рухнул. Мать горевала сильно, но недолго. Уже через два месяца она подошла к дочери и, пряча глаза, сказала, что решила выйти замуж.
      – Пойми, родная, – говорила она Ире, – мне одной не вытянуть тебя на свою зарплату. Да и тяжело в доме без мужчины. Много такой работы, которую мы с тобой не сможем сами сделать, да и вообще...
      Ошарашенная неожиданным известием дочь молчала, и мать, не видя явного протеста, усилила нажим:
      – Это замечательный человек и хозяин хороший. Работает слесарем в ЖЭКе и очень неплохо зарабатывает. Увидишь, он тебе понравится.
      Поначалу веселый и внешне симпатичный отчим ей действительно понравился, хотя Ира и не одобряла такой скоропалительной свадьбы. И к ней он отнесся по-доброму, всячески демонстрируя свое расположение. Николай не так уж и много зарабатывал в своем ЖЭКе, но каждый день находил себе работу на стороне, умудряясь делать ее в рабочее время, а после, отдавая выручку жене, не упускал случая рассказать о том, как тяжело ему достаются деньги.
      – Сам о себе не позаботишься, – говорил он главным образом для Иры, – никто о тебе заботиться не станет. Поэтому и приходится калымить, чтобы вы у меня ни в чем не нуждались.
      Иной раз он приходил после таких левых работ слегка выпивший. Ире это не нравилось. Раньше в их семье никто не пил, и ей передалось презрительное отношение отца к выпивохам.
      – Не обращай внимания, родная, – говорила мать. – Это бывает нечасто, да и сколько он пьет? Для такого мужика пара рюмок – это пустяки.
      Со временем такие случаи участились и, судя по состоянию отчима, дело уже не ограничивалось двумя рюмками. Вскоре он начал приносить водку домой.
      – Магарыч! – пояснял Николай, ставя на кухонный стол четвертушку водки. – Предлагают от всего сердца, почему же не взять? Мы с тобой, мать, вечерком пропустим для аппетита, да и по мужскому делу одна только польза!
      Поначалу мать отказывалась, но потом начала составлять ему компанию, а на упрек дочери ответила:
      – Понимаешь, дочка, мы и пьем-то чуть, и я не вижу в этом ничего страшного. Ты хоть раз видела меня пьяной? Николай на работе очень устает, и ему необходимо расслабиться. Ты у меня уже почти взрослая и все должна понимать.
      Постепенно четвертушки стали сменяться поллитровками, а мать, которая начала быстро спиваться, перестала оправдываться перед дочерью. Вечерами Ира старалась быстрее поужинать и скрыться в своей комнате. Мать с отчимом после распития очередной дозы уже не дожидались, пока она заснет, и еще засветло выполняли свои супружеские обязанности в большой комнате, которая служила им спальней. Лето стояло жаркое, и дождей почти не было, поэтому девочка вечерами начала уходить из дома и возвращаться, когда взрослые уже спали.Постепенно мать перестала готовить и вообще выполнять по дому хоть какую-то работу, а потом ее уволили из парикмахерской, после того как она отхватила ножницами клиенту кусочек уха. Поднялся скандал, и матери не помогла даже «Красная Москва», которая не смогла полностью отбить запах перегара. Николай подсуетился, и жену приняли уборщицей в его ЖЭК. И ей, и отчиму стало уже недостаточно вечерней дозы, и по утрам они отправлялись на работу, приложившись к бутылке. Закончилось все ожидаемо: вначале за пьянку уволили мать, а через несколько дней и Николая. Первое время он еще пытался устроиться на работу или калымить, используя старые связи, но работник из него уже был никакой, поэтому скоро дома не осталось ни копейки, и в ход пошли вещи, которые взрослая часть семьи распродавала, чтобы обеспечить себя выпивкой и какой-никакой закуской. Теперь почти каждый раз после выпивки возникали пьяные ссоры, которые уже несколько раз заканчивались драками. Соседи пытались воззвать к совести дебоширов и пару раз вызывали участкового, но с таким же успехом можно было разговаривать с мебелью. Ира с ужасом наблюдала, как из квартиры одна за другой исчезли все ее вещи, вся зимняя одежда и вообще все, что еще можно было продать. Когда девочка пришла домой и не обнаружила ни одной из своих любимых книг, она впервые за все время расплакалась навзрыд. Мать услышала ее плач, зашла в комнату и принялась плакать вместе с ней, размазывая слезы по опухшему лицу и противно дыша на дочь перегаром. Точку во всем этом поставил бутерброд с колбасой, которым угостила Иру одна из сердобольных соседок. Девочка давно уже питалась только хлебом, на который мазала маргарин, и соседки, глядя на ее осунувшееся лицо, тяжело вздыхали и совали ей время от времени бутерброды, булочки и фрукты. Вот и сегодня Анна Петровна вручила Ире завернутый в газету бутерброд, когда девочка из-за начавшегося дождя возвращалась домой раньше обычного. Подавив в себе желание съесть его тут же на лестнице, она зашла в прихожую, переобулась и пошла к себе. Отчим уже давно не заходил в ее присутствии в комнату, поэтому девочка села за письменный стол и, развернув бутерброд, начала есть. Ира так и не поняла, что Николай забыл у нее сегодня. Скорее всего, он просто уловил запах полукопченой колбасы. Девочка успела один раз укусить бутерброд, когда покачивающийся отчим ввалился к ней, широко распахнув дверь.
      – Родители сидят на одном хлебе, а эта неблагодарная тварь закрылась у себя и жрет мясо! – заорал он. – Дай сюда!
      Иру всю скрутило от ненависти.
      – На, подавись! – крикнула она, бросив ему в лицо остатки злосчастного бутерброда. – Сволочь! Это из-за тебя мама стала такой! Гад, алкоголик! Ненавижу!
      В следующий момент она от сильной затрещины свалилась со стула и ударилась головой об одежный шкаф. На шум в открытую дверь детской заглянула мать. Увидев лежащую дочь, она закричала что-то неразборчивое и изо всех сил толкнула мужа. Пьяному Николаю этого оказалось достаточно, и он упал, больно ударившись о стол.
      – Ах ты, стерва! – заорал он на жену, с трудом поднимаясь на ноги. – Убью гадину!
      Испугавшаяся и немного протрезвевшая мать метнулась прочь от впавшего в пьяную ярость мужика. Тот бросился в погоню, которая завершилась на кухне. Уже немного пришедшая в себя Ира услышала грохот бьющейся посуды и сильный, полный боли мужской крик. Все завершил глухой удар упавшего на пол тела. Поднявшись на ноги и придерживаясь за стену рукой, девочка вышла в гостиную и увидела, как из кухни выскочила мать и, завывая от страха, бросилась вон из квартиры. Уже заранее зная, что увидит что-то страшное и непоправимое, девочка тем не менее дошла до кухни и заглянула в приоткрытую дверь. На полу лицом вниз лежал отчим, а из-под него вытекала, постепенно увеличиваясь в размерах, большая лужа крови. Рядом валялся похожий на кинжал кухонный нож, который отец сделал на своем заводе из напильника.
Видимо, Ира потеряла сознание, потому что следующим, что она увидела, был потолок гостиной. Она лежала на тахте, а в комнате были люди в милицейской форме. В углу, где раньше был телевизор, на стуле сидела мать, которая обхватила голову руками и тихо раскачивалась из стороны в сторону. Рядом с ней на планшетке что-то писал их участковый.
      Перед тем как милиция закончила работу, тело отчима положили на носилки и куда-то унесли. Когда уходили, забрали мать, а руководивший осмотром места преступления старший лейтенант отпустил понятых и обратился к подошедшей Анне Петровне:
      – Мы уже закончили. Вы не могли бы как-то организовать уборку силами соседей? Я понимаю, что неприятно, но не девочке же такое убирать? Сейчас уже поздно, а завтра ею займутся те, кому следует.
      – Я все уберу сама, – успокоила его женщина. – Я хотела у вас узнать, можно ли взять Иру к себе.
      – Этот вопрос не ко мне, – ответил офицер, – но если вы не приходитесь девочке родственницей, то вряд ли вам ее отдадут.
      Уже был час ночи, а Ира никак не могла заснуть. Завтра ее заберут в детский дом, и больше не будет своей семьи, даже такой ущербной, какая была до сих пор.
      Когда участковый собрался уйти, он задал ей вопрос, остались ли близкие родственники.
      – Живы родители отца, – ответила девочка. – Только им уже много лет, а после того как мама вышла замуж за Николая, они с ней поругались и больше не поддерживают с нами отношения.
      – А больше никого нет?
      – Есть еще тетя, но у нее для меня нет условий. Мы с ней уже об этом говорили.
      Тетка приезжала два месяца назад, когда мать была еще во вменяемом состоянии, но уже было видно, к чему все идет. Она тогда матерно поругалась с мамой, после чего пришла в комнату к племяннице и, прижав ее к себе, говорила, вытирая текущие из глаз слезы.
      – Вот ведь дрянь, прости господи! Всегда была такой бесхребетной. С кем поведется, от того и наберется. Уж не знаю, что твой отец в ней нашел! Кончится это плохо, а для тебя, скорее всего, детским домом. Я бы тебя с радостью забрала к себе, но просто некуда. Ты же знаешь, как мы живем. Трое мальчишек и муж, и все в двух маленьких комнатах. Да и зарплата у моего Петра маловата, а я пока не могу работать. Ты уж крепись, милая. Если будет совсем невмоготу, лучше сама сходи в милицию. Детский дом гораздо лучше того, что я у вас увидела. А ведь лучше не будет, Ира, будет только хуже! Ничего, пять лет – это еще не вся жизнь. А там станешь самостоятельной, да и я, когда младшие подрастут, пойду работать и смогу тебе помочь. А наше государство заботится о детдомовских: и работу предложат, и общежитие дадут. Ты девочка умная и красивая – не пропадешь!
      Она знала, что Надежда говорит правду и действительно ее жалеет.
      – Может, на ночь пойдешь к нам? – оторвав ее от воспоминаний, предложил участковый. – У меня дома есть где переночевать.
      – Спасибо, дядя Леша, – поблагодарила она. – Я сегодня и здесь переночую. Вы не беспокойтесь. Не скажите, что будет с мамой?
      – Посадят однозначно, – вздохнул он. – Все квалифицируют как пьяную драку с превышением пределов необходимой обороны. Твои показания следствие приобщит к делу, так что, может быть, срок немного скостят.
      Захотелось пить, и Ира отбросила махровую простыню, которой укрывалась летом, и прошла на кухню. Из всей посуды остались только старый эмалированный чайник и две алюминиевые кружки. Девочка налила в кружку воду из чайника и присела на табурет, стараясь не наступать на то место, где раньше была лужа крови. Шум за спиной заставил ее испуганно вздрогнуть и обернуться. Над тем местом, где раньше лежало тело, теперь отчетливо была видна радуга, свернутая в двухметровый круг. В самом центре круга чернело небольшое пятно. При взгляде на это разноцветное чудо у девочки закружилась голова. Было такое чувство, как будто она перегнулась через перила и смотрит в глубокую пропасть. Головокружение усиливалось еще и из-за того, что разноцветные полосы вращались с большой скоростью. Пятно шевельнулось, притянув к себе взгляд. Всмотревшись, девочка увидела крошечное изображение женщины, одетой в очень длинное темное платье. Внезапно изображение начало стремительно расти, пока не превратилась в настоящую старушку, а радужный круг за ее спиной сжался и исчез. Ира во все глаза смотрела на гостью. Лицо женщины с тонкими, некогда красивыми чертами было все испещрено морщинами, а густая грива волос, собранная сзади в обычный конский хвост, белела сединой. Она была одета в черное бархатное платье, подолом которого за малым не мела пол, а голову покрывал небольшой берет из той же ткани. Ира не увидела на ней украшений, если не считать высокого стоячего воротника с кружевными вставками и золотым шитьем.
      – К тебе можно зайти? – услышала девочка.
      Хотя губы гостьи были сжаты, у Иры почему-то не возникло ни малейшего сомнения в том, что говорила именно она.
      – Конечно, можно, – ответила девочка. – А зачем вы спрашиваете, если уже зашли?
      – Так получилось, – на лице старушки появился намек на улыбку. – Врата нельзя долго держать. Ответь на вопрос: здесь недавно пролилась кровь?
      – Да, – ответила Ира. – Сегодня моя мать зарезала отчима. А почему у вас не открывается рот?
      – Я не знаю вашего языка, а ты – моего. Пока мы можем разговаривать только так. Ты дворянка, девочка?
      – Не знаю, – сказала Ира. – Я похожа на папу, а Волковы – это дворянская фамилия. Только у нас уже пятьдесят лет нет никаких дворян. Отец мне ничего об этом не говорил. Раньше за дворянское происхождение можно было пострадать, а сейчас уже не наказывают. Но все равно это не то, чем принято хвастать.
      – Тонкие черты лица, большие глаза, лебединая шея, – гостья внимательно изучала девочку, – стройная фигура и тонкая кость. В тебе, вне всякого сомнения, течет благородная кровь. Ответь мне, девочка, ты счастлива?
      – Я так счастлива, что впору сдохнуть! – ответила Ира. – Мне в жизни уже настолько все безразлично, что я даже вас не боюсь, кем бы вы ни были. Вы ведь ведьма?
      На этот раз гостья улыбнулась по-настоящему.
      – Кем меня только не называли! – сказала она. – Называли и так, только все это неправда. Я принадлежу к знатному роду и владею тайными знаниями. В остальном я обыкновенная женщина. И я не служу темным силам, хотя временами они служат мне. Главное в нашей жизни, девочка, это не средства, а та цель, для выполнения которой они привлекаются. Злом можно творить добро и наоборот. Но об этом можно поговорить потом, если ты примешь мое предложение.
      – А что вы хотите мне предложить?
      – Я тебе предлагаю уйти в другой мир и стать моей ученицей. Я сделаю тебя богатой и сильной. Ты больше не будешь следовать обстоятельствам, ты их будешь творить сама по своему разумению.
      – Так вы из другого мира? Как же можно путешествовать из мира в мир без космических кораблей?
      – Мне непонятно, о каких кораблях ты говоришь, но мне не нужны никакие корабли. Используя магию, я хожу сквозь пространство.
      – Магия – это волшебство?
      – То, что промелькнуло у тебя в голове, не магия, а выдумки. Магия – это наука. И это сила, причем во всех мирах.
      – А я смогу вернуться обратно?
      – После того как я научу тебя прокладывать врата и ты мне поможешь, сможешь вернуться.
      – Тогда я согласна. Только подождите минутку, я возьму с собой фотографию папы!
      Ира бегом бросилась в свою комнату и, открыв ящик письменного стола, схватила лежавшую сверху черно-белую фотографию отца. Через минуту она уже снова была на кухне. Желание бежать из мира, который ополчился на нее без всяких причин, охватило девочку с такой силой, что ее бросило в дрожь при мысли, что гостья может уйти без нее. Но старушка по-прежнему ждала ее на кухне, с интересом рассматривая алюминиевые кружки.
      – Интересный металл, – сказала она. – Они дорогие?
      – У нас это один из самых дешевых металлов, – ответила девочка. – Но он очень легкий и не ржавеет. Если хотите, их можно забрать с собой.
      – Возьмем! – решительно сказала старушка, забирая обе кружки. – Ты готова? Тогда не будем терять время! Отойди подальше к двери, я буду открывать врата.
      – А как мне вас называть? – спросила Ира, послушно делая два шага назад.
      – Называй Райной. А теперь немного помолчи, мне нужно сосредоточиться.
      Старушка не говорила заклинаний и не размахивала руками, но посередине кухни возник слабо светящийся белесый вихрь, который постепенно рос и уплотнялся. Внезапно он раскрасился всеми цветами радуги, став копией того, который исчез полчаса назад.
      – Иди первая прямо в центр, – приказала Райна. – И поспеши, потому что мне трудно долго держать врата.
      На мгновение Иру охватил страх, и она невольно замешкалась, но потом сделала над собой усилие и с закрытыми глазами шагнула в радужный туман. В последний момент недовольная ее нерешительностью старушка подтолкнула девочку в спину, в результате чего та с ускорением выскочила из такого же вихря в каком-то большом полутемном помещении с высоким сводчатым потолком. Почти тотчас же вслед за ней появилась и сама Райна, после чего врата исчезли, и стало еще темнее.
      – Где мы? – оглядываясь по сторонам, с невольным испугом спросила девочка.
      – Это единственная уцелевшая башня в замке, – прозвучал в голове ответ Райны. – В ней я занимаюсь искусством. Слугам сюда вход запрещен.
      – Так мы будем жить не здесь?
      – Нет, конечно. Пойдем, я покажу замок и познакомлю со слугами. Только ты не сможешь с ними общаться, пока не выучишь наш язык.
      – А ваша магия поможет его выучить? А то у меня с языками не очень. По английскому еле поставили четверку.
      – Магия в учебе не помощник, поэтому тебе все придется учить самой. Ничего, память у тебя хорошая, а мы ее еще усилим кое-какими отварами. Только сначала мне нужно тебя изучить. Мы очень похожи внешне, но внутренне можем сильно отличаться. Мне нужно выяснить, что для тебя может оказаться вредным или смертельным. Это мы сделаем в лаборатории. Иди за мной.
      Ира поспешила за Райной, которая, несмотря на преклонный возраст, очень быстро передвигалась, высоко поднимая ноги, чтобы не зацепиться за неровности на стыках каменных плит пола. Старуха подошла к одной из стен и открыла неприметную с виду дверь, через которую они вошли в коридор и по полого спускающейся лестнице перешли в небольшой зал. Из этого зала анфиладой шли пять точно таких же. Везде было пусто и грязно.
      – Это нежилая часть замка, – объяснила Райна, видимо, прочитав ее мысли. – У меня осталось слишком мало слуг, чтобы поддерживать порядок во всех уцелевших помещениях.
      – А здесь есть и не уцелевшие? – спросила Ира. – Кто-то штурмовал ваш замок или было землетрясение?
      – Меня это никогда не интересовало, – равнодушно ответила Райна. – Когда я его заняла больше полувека назад, здесь все уже был таким. Скорее всего, замок разрушили при штурме, земля здесь на моей памяти никогда не тряслась. Пойдем быстрее. Это в твоем мире уже ночь, а у нас сейчас время обеда. Я уже проголодалась, а еще нужно разобраться, что тебе можно есть, а чего нельзя.
      «Кто бы знал, как проголодалась я!» – подумала Ира и тут же услышала смешок старухи.
      Похоже, что та читала все мысли девочки. Приятного в этом было мало.
      – Когда выучишь язык, мне не нужно будет лезть в твои мысли, – сказала Райна, – а пока терпи, иначе мы не сможем общаться. Позже я научу тебя, как можно закрыться. Я не причиню тебе вреда, но в нашем мире достаточно других мастеров, которым нечего делать в твоей голове!
      Пройдя еще двумя коридорами, они вошли в небольшое темное помещение. Райна что-то сделала, и комната осветилась сильным, слегка мерцающим светом. Он исходил из подвешенного под потолком большого, прозрачного шара размером с футбольный мяч.
      – Радужные демоны, – уловив вопрос в мыслях Иры, ответила Райна. – Безобидные и полезные, если умеешь с ними общаться. У вас такого нет?
      – У нас вместо демонов электричество, – ответила Ира. – Тоже полезная вещь и безопасная, если не совать пальцы в розетку. Это и есть ваша лаборатория?
      Посередине помещения стоял большой стол, заставленный лабораторной посудой и каким-то устройством, похожим на самогонный аппарат, а у одной из стен возвышался стеллаж с ларцами и стопками книг. Больше в лаборатории не было ничего, кроме четырех стульев.
      – Сейчас мы тебя посмотрим, – бормотала Райна, копаясь на столе, в том месте, где были сложены стеклянные шары самых разных размеров. – Вот он где! Для анализа мне нужна капля твоей крови. Быстро подойди к столу и дай руку. Не бойся, больно не будет. Ну же!
      Не слишком поверив в безболезненность процедуры, Ира все же поспешила выполнить приказ. Умирать от пищи хотелось еще меньше, чем от голода. Старуха проворно схватила протянутую руку и тут же ее отпустила.
      – Уже все? – удивилась девочка. – А где же кровь?
      – Присмотрись внимательней к моей руке, – буркнула Райна, – и больше доверяй своей наставнице, то есть мне. Если я сказала, что не будет больно, то вовсе не для того, чтобы тебя успокоить. Когда будет нужно терпеть боль, потерпишь.
      Присмотревшись, девочка действительно увидела ярко-красную капельку, которая плыла в воздухе сантиметрах в пяти от морщинистой старушечьей ладони. Перенеся каплю крови к большому прозрачному шару, Райна стряхнула ее на его поверхность. Шар мгновенно приобрел розовый цвет и начал слабо светиться. В его глубине закопошился клубок каких-то почти прозрачных существ.
      – Астральные паразиты, – непонятно сказала Райна. – В крови разумных много силы, которой они питаются и при этом познают сущность пожираемых объектов. В нашем случае будет достаточно одной капли крови. А теперь помолчи и даже поменьше думай, а то ты мне мешаешь сосредоточиться. Все, прочла. Слава богам, наша пища для тебя полностью подходит и мои зелья должны действовать. Но все-таки мы различаемся, и довольно сильно. Ты не сможешь зачать ребенка ни от одного мужчины нашего мира, хотя это не помешает тебе заниматься с ними любовью. А для зачатия придется прогуляться в свой мир. Что ты так покраснела? Нечего здесь стесняться – самое обычное дело. В деревне девчонкам твоего возраста юбки задирали не по одному разу, а дворянки расстаются с девственностью на год позже. Как только готова рожать, так чаще всего сразу же и выдают замуж.
      – Я еще не готова, – запротестовала красная как маков цвет девочка.
      – Вполне готова, – осмотрев ее, сделала вывод Райна. – Да что ты так волнуешься? Я не собираюсь подкладывать тебя парням. Мне, наоборот, нужно, чтобы ты от них держалась подальше, иначе какая учеба? Ты правильно делаешь, что не хочешь рано рожать, потому что такие ранние старятся к тридцати годам, да и сами роды не всегда бывают удачными. Ладно, я совсем заболталась, а в трапезной стынет обед. Пошли быстрее! По пути я тебе кое-что расскажу. Сначала давай определимся с тем, как тебя называть. У тебя в голове по этому поводу какая-то каша из разных названий. Как тебя чаще всего зовут?
      – Ира или Ирина.
      – Значит, будешь Риной. Есть у нас такое имя у дворянок. А как название рода?
      – Фамилия по отцу Волкова.
      – Это слишком длинно и неблагозвучно. Ты будешь у нас баронессой Риной Волк из Ливены. Это одно из соседних королевств. Там уже много лет усобица, и все режут друг друга. Особенно много крови льется на западе, вот и скажешь, если спросят, что бежала оттуда. Ни один нормальный человек не поедет это проверять, а выходцев из тех мест в нашем королевстве не будет. Там все роды вырезали друг друга до последнего человека, а если кто и остался, сюда ему хода нет. С тобой решили. Теперь по моей челяди. У меня сейчас всего двое слуг. Кухарит и убирает мои комнаты Лая, а по остальному хозяйству остался только Гарт. Лет им примерно столько же, сколько и мне. Их родовые имена тебе без надобности, они их, наверное, уже и сами забыли.
      – Так вы столько лет живете в этом замке только втроем?
      – Двенадцать лет назад были еще слуги, но они презрели свой долг, обворовали хозяйку и подались в бега. Далеко, правда, не убежали.
      – А что вы с ними сделали?
      – Натравила болотников, чтобы упокоили слуг и вернули золото. В трясине они гниют.
      – Разве можно убивать людей за кражу?
      – У тебя в голове столько всяких глупостей, что устанешь чистить, поэтому запомни сразу, что в нашем мире для слуг за предательство существует лишь одно наказание – смерть. А вот способы умерщвления у всех разные, мой еще далеко не самый страшный. Все, уже пришли. Это у нас трапезная.
      Трапезная представляла собой помещение раза в три больше покинутой квартиры, слабо освещенное, с низким потолком, который в нескольких местах поддерживался каменными колоннами. По всей трапезной в беспорядке стояли столы из потемневшего почти до черноты дерева. Стулья были только возле двух столов, за одним из которых сидели двое. На этих столах были расставлены блюда, от которых так пахло жареным мясом и свежим хлебом, что Ира чуть не захлебнулась слюной.
      – Садись за мой стол и ешь, а то сейчас грохнешься в обморок. Со слугами я тебя познакомлю потом.
      Ира села на первый попавшийся стул, пододвинула к себе тарелку с уже остывшей кашей и наложила в нее же горячее, мелко нарезанное мясо из большого блюда. Хлеб тоже был еще теплый и прямо таял во рту. Стараясь лучше пережевывать пищу и не сильно чавкать, девочка быстро очистила тарелку и осмотрелась вокруг более внимательно. На столах, помимо каши и мяса, лежали какие-то фрукты и мелко нарезанная, остро пахнущая зелень и стояли высокие кувшины из темного металла. Она больше не могла есть или пить, поэтому перевела взгляд со столов на слуг. Высокий крепкий старик, которого Райна назвала Гартом, неторопливо ел кашу и овощи, почему-то не притрагиваясь к мясу. У него были резкие черты лица и белые, собранные сзади в конский хвост волосы. Лая была на голову ниже его и гораздо полней. У нее были грубые черты лица, а свои еще не до конца побелевшие волосы служанка просто отбросила назад и сколола гребнем. Она, в отличие от Гарта, больше ела мясо. Слуги, как и Ира, закончили есть раньше своей госпожи, но встали из-за стола только после нее. Райна сказала им несколько отрывистых слов, в которых девочка услышала свое новое имя, и показала на нее рукой, после чего слуги поклонились им обеим и занялись уборкой столов.
      – Пойдем, я покажу твои покои, – сказала Райна. – Мои находятся рядом. Лая там уже убрала и положила все, что нужно. Если будут вопросы, обращайся только ко мне. Когда осмотришь свои комнаты, зайдешь в мои. Я должна тебе многое рассказать о себе и о мире, который теперь будет твоим.

                                                                                   Глава 2

      Знакомство с новым жилищем не заняло много времени. Покои девочки состояли из двух небольших комнат, расположенных вагончиком. Самая дальняя служила спальней, и ее большую часть занимала кровать, размерами раза в два больше оставленной на Земле тахты. Сверху она была застелена выцветшим, но еще крепким гобеленом. Девочка присела на край кровати, а потом легла на спину. Лежать было мягко, и нигде ничего не давило. Кроме кровати в спальне находились три сундука, поставленные в ряд у стены. Откинув крышку у одного из них, она обнаружила в нем подушку и тонкое шерстяное одеяло. Во втором лежала верхняя одежда, которую Ира решила посмотреть позже, а третий был пуст. Первую комнату она окрестила гостиной. Ее меблировка состояла из небольшой кушетки, круглого стола и пары стульев. У одной из стен тоже стоял сундук, пока еще пустой. Стена возле кушетки была завешена гобеленом с изображением охоты на какого-то зверя. На столе стояли наполненный водой кувшин из темного металла и такой же металлический кубок. Двери в комнатах имелись, и их можно было закрыть изнутри на надежные засовы.
      После плотной еды на не спавшую большую часть ночи Иру навалилась сонливость, но девочка сделала над собой усилие и поплелась в комнаты Райны. Хозяйка встретила ее на пороге, покачала головой и отправила спать, показав перед этим, где находится то, что здесь было вместо туалета. Сил хватило только добраться до кровати. Ира даже не полезла за одеялом и подушкой и заснула, не разбирая постель, благо во всех помещениях замка было тепло. Она проспала оставшуюся часть дня, всю ночь и, проснувшись утром, не сразу поняла, где находится. Солнечные лучи проникали сквозь арочные окна обеих комнат, и было светлее, чем в послеобеденное время. Лежа на огромной кровати в комнате с непривычно высоким потолком, Ира в подробностях вспоминала события вчерашнего дня и заново прощалась и с матерью, и со своей квартирой, и вообще со всем, что ей было близко и знакомо в прошлой жизни. Сами собой потекли слезы, а когда она выплакалась, сразу стало легче. В животе заурчало, и захотелось есть. Сколько же это она проспала? Девочка не видела в замке ничего похожего на часы, но, судя по солнцу, уже давно надо было вставать. Прежде всего Ира решила посмотреть, что за одежду ей оставили. Вчера она заметила, с каким плохо скрываемым неодобрением Лая смотрела на ее голые коленки. И хозяйка, и служанка – обе носили платья с длинными подолами, и ей тоже не стоит выделяться. В сундуке оказалось пять платьев примерно одного кроя, сшитых из облегающего лифа и длинной пышной юбки, с расширяющимися к низу рукавами и поясками в тон ткани. Пересмотрев все платья и полюбовавшись красотой ткани и богатством отделки, Ира со вздохом отложила три из них в сторону: лиф в них крепился шнуровкой на спине, и она не могла надеть такие наряды без посторонней помощи. Два оставшихся платья застегивались спереди на что-то, отдаленно напоминающее пуговицы. В голубом платье эти застежки были искусно выточены из кости в виде рыбок, а в темно-зеленом их сделали из тяжелого желтого металла.
      «Вряд ли это бронза, – подумала Ира. – Наверное, Райна не врала о том, что у нее много золота, если из него даже сделали пуговицы. И что надевать?»
      Живот опять требовательно заурчал, и она, больше не раздумывая, сняла свое платье и надела зеленое. Ну и что с того, что на нем золото, зато не такое маркое, как голубое, и немного короче. Уложив остальную одежду обратно в сундук, Ира быстро направилась к местному санузлу. Сделав свои дела, она все смыла водой из оставленного для этих целей ведра и умылась под тонкой струйкой воды, которая лилась из отверстия в стене и по желобу стекала в отверстие туалета.
      «А чем же подтираться, когда понадобится? – подумала девочка. – Неужели этим?»
      Возле туалета низко, чтобы легко было достать, на веревке висел большой ком шерсти, по виду похожей на овечью. Закончив знакомство с удобствами и помахав руками, чтобы стряхнуть с них воду, она поспешила к покоям хозяйки. Райна была у себя и встретила Иру на пороге.
      – Ну и горазда ты спать! – усмехнулась она при виде девочки. – Мы уже давно позавтракали. Иди в трапезную, Лая еще должна быть там. Вижу, что платье моей младшей сестры пришлось тебе впору. Ты в нем просто красавица, нужно будет только поправить прическу. Но это все потом. Покушаешь и приходи ко мне. Не поговорили вчера, сделаем это сегодня.
      Жилая часть замка состояла из нескольких, расположенных рядом помещений, поэтому Ира быстро нашла трапезную, хотя вчера не пыталась запомнить дорогу. Служанка одобрительно на нее посмотрела, поклонилась и молча поставила на стол тарелки с кашей и мясом и пузатый кувшин с питьем. Кубок и нарезанный хлеб на столе уже были.
      «Наверное, это серебро, – подумала девочка, взяв в руки кубок. – Металл такой, как у серебряных полтинников, которые когда-то были у отца».
      Ира никогда не пила сидра, но один раз ей дали попробовать шампанское, поэтому, выпив половину бокала сладкого, слегка пенящегося напитка со вкусом и запахом яблок, поняла, что это не компот, а что-то слабоалкогольное. Не став пить дальше, она принялась с аппетитом есть уже остывшую еду, время от времени ловя на себе сочувственные взгляды Лаи. Очистив тарелку, девочка приветливо улыбнулась служанке, не зная как ее можно поблагодарить словами, получила в ответ такую же добрую улыбку и поспешила в комнаты Райны. Выспавшись и утолив голод, она теперь спешила утолить свое любопытство.
      – Вот теперь ты похожа на благородную леди, – одобрительно кивнула хозяйка. – Садись на этот стул, разговор у нас с тобой будет долгим. Я расскажу тебе о нашем мире и о той его части, в котором мы живем. Ты узнаешь историю моей жизни и поймешь, зачем я тебя сюда привела. Может быть, что-то из рассказанного тебе не понравится. Не спеши делать выводы и судить. У нас здесь своя жизнь, имеющая очень мало общего с той, которую ты вела у себя дома. Я не собираюсь тебя обманывать и водить за нос. Мне нужна не обманутая или запуганная помощница, а сознательная и верная последовательница. А теперь слушай.
      Из рассказа Райны Ира узнала, что предки тех, кто сейчас населял эти земли, пришли сюда четыре сотни лет назад.
      – Незадолго до их прихода здесь жили сильные народы, которые создали могучие королевства, – говорила хозяйка. – Жившие здесь маги были мастерами тайных искусств, нам в этом до них далеко. Но однажды они заигрались с силами, которым нет места в нашем мире. Что именно с ними случилось, доподлинно никто не знает. Когда сюда пришли первые кайны, готовые мечами отвоевывать себе право на жизнь, оказалось, что воевать уже не с кем. В такое трудно поверить, но здесь не было ничего живого, кроме травы и деревьев. Погибли не только люди, но даже мелкие звери и птицы, и только их кости хрустели под ногами пришельцев. От деревень остались лишь зарастающие бурьяном поля и дичающие сады, а города превратились в обожженные огнем развалины. Сохранились лишь отдельные замки.
      – А насекомые сохранились? – спросила Ира. – Они очень живучие. Тараканов чем только ни травим, а они все равно плодятся.
      – О насекомых не знаю. Нет о них упоминаний в легендах, а письменных источников не сохранилось. Все сгорело в войнах, в которых сошлись наши предки, чтобы поделить наследство прежних. Так у нас стали называть тех, кто здесь жил до нас. Образовывались и рушились королевства, и к костям бывших хозяев этой земли прибавилось немало останков кайнов. Постепенно установились границы новых владений, люди начали строить дома и налаживать жизнь, а в леса и поля стали возвращаться звери и птицы. Были попытки прибрать к рукам то, что осталось от дворцов и крепостей прежних, но в них стали исчезать люди, а из заброшенных подземелий иной раз выползали такие существа, которых удавалось уничтожить только силами мастеров, потому что обычное оружие этих тварей не брало. Со временем перевелась нечисть и перестали пропадать люди, но дурная слава у замков осталась. Они и сейчас стоят пустыми, хотя иные нетрудно привести в порядок. Мы живем в одном из них. Я заняла его вместе с моими людьми во время бегства.
      – А от кого вы бежали?
      – Чтобы ты поняла мой рассказ, я должна хоть немного рассказать о нашем народе, о его верованиях и о том королевстве, где мы все находимся. Четыре сотни лет назад мой народ обитал далеко на востоке. У нас было единое королевство, которое простиралось от морского побережья до огромной пустыни на юге на сотню дней пути. На севере стеной стоял великий лес, населенный многочисленными племенами дикарей, а на западе простирались степи, в которых лишь изредка можно было встретить кочевое племя. Не имея опасных соседей, мои предки не уделяли внимания созданию сильной армии, за что однажды и поплатились. Мы так и не узнали, что привело на наши земли пришельцев, которые в одну из ненастных ночей во множестве высадились в наших бухтах с сотен гребных судов. Они не стали с нами разговаривать и сразу же взялись за мечи и копья. Это была не война, а бойня. Все побережье было залито кровью, а король пал одним из первых, защищая столицу. На наше счастье, пришельцы не сразу двинулись вглубь страны и тем самым дали нам возможность собраться и уйти. У нас было много скота, поэтому удалось многое увезти.
      – А почему вы не стали сопротивляться?
      – К пришельцам постоянно прибывали новые корабли с подкреплением. Это был не обычный набег, это было вторжение воинственного и сильного народа. У нас было много оружия, но слишком мало людей, которые умели им пользоваться. Исход возглавили пять... назовем их герцогами. Это наиболее близкое по смыслу из известных тебе понятий. Они же потом стали первыми королями в новых королевствах. Двигались в единственно доступном направлении – на запад в степи. До этих мест шли целый год. На зимовье остановились на берегу большой реки в самом сердце степей. Зимы у нас не слишком холодные, но все равно было много погибших, особенно детей, а стада сократились вдвое. С весной опять тронулись в путь. В пути нам помогали кочевники, которые вели отряды от источника к источнику, с ними потом расплатились скотом. Придя на опустевшие земли прежних, люди занялись своим любимым занятием: стали захватывать все, до чего смогли дотянуться их руки, а после с оружием в руках пытаться отнять то, что удалось захватить другим. Мелкие столкновения и войны длились пять лет, сильно уменьшив и так не слишком большую численность кайнов. Наконец образовались пять королевств, короли которых сумели договориться о границах и прекратить кровопролитие. Мы с тобой находимся в самом сердце захваченных земель, в королевстве Тессон, которым правит король Аниш Третий. Со всех сторон нас окружают земли четырех соседних королевств. Теперь несколько слов о религии. Во всех королевствах верят в одних и тех же богов, которых насчитывается пятнадцать. Я не буду о них подробно рассказывать. Тебе это сейчас не нужно, а позже, когда научишься читать, прочтешь о них сама. Каждому богу строят свой храм. В небольших городках или крупных селах жрецы договариваются между собой и ставят общих храм, в котором для каждого бога есть свой алтарь. Раньше жрецы разных богов не враждовали, но семьдесят лет назад те из них, кто прославлял бога воинов Ашуга, начали утверждать его верховенство среди прочих, применяя для этого силу оружия. При этом они уничтожали магов, объявив их неугодными Ашугу, причем в первую очередь ополчились на мастеров. Магия в нашем народе была всегда. Маги лечили, влияли на погоду, увеличивали плодородие земли и поголовье скота. И еще они принимали участие в войнах, используя свое искусство. Ты ничего не знаешь о магии, поэтому я остановлюсь на этом чуть подробней. Человек очень слаб и в магии почти ничего не может сделать только своей силой. Если долго тренироваться, можно научиться лечить людей, создавать иллюзии и двигать легкие предметы. Большинство этим и ограничиваются, но есть еще мастера. По силе они превосходят остальных магов и умеют привлекать для выполнения своих задач либо демонов из других миров, либо астральные существа. И тех, и других совершенно не интересуют люди и их дела, за исключением тех случаев, когда человек или его сила могут служить кормом. Поэтому редко удается заставить выполнить приказ, чаще договариваются и что-то дают взамен или привлекают одни существа, чтобы с их помощью подчинить себе других.
      – А как становятся магами? – спросила Ира. – И почему их нет у нас?
      – Я совсем не знаю вашего мира, чтобы делать выводы, – покачала головой Райна, – но, судя по тебе, вы от нас почти не отличаетесь. Главные причины, которые мешают человеку развить свои силы и ими управлять, – это боль, страх и ненависть. Обычно эти чувства быстро проходят, но вот следы от них остаются и постепенно накапливаются. Все начинается с рождения, когда мать начинает выталкивать свой плод из чрева. Младенец, которого вырывают из самого удобного и безопасного для него места, испытывает сильный страх, усиливающийся болью из-за самих родов. Если потом не снять родовые последствия страха и боли, они остаются с человеком на всю жизнь и не только мешают ему в магии, но могут стать причиной тяжелых болезней. В семьях потомственных мастеров их жены рожают детей в подогретой воде, где роды переносятся намного легче и матерью, и ребенком.
      – А что делать мне?
      – В первую очередь меня не перебивать. В свое время я тебе об этом расскажу. Теперь вернемся к жрецам Ашуга. Поначалу они сводили счеты с теми из мастеров, кто был выходцем из простонародья, но, когда им стал покровительствовать отец нынешнего короля, они посмели поднять руку и на знать. Мой отец был очень богатым человеком и имел большие земельные владения, в твоем мире его назвали бы маркизом. Наш замок располагался в самом центре земель маркизата Афрем, возле города с тем же названием. Наша семья сотни лет давала королевству мастеров, причем способности к магии были в основном у женщин. Когда на нас напали, вся семья находилась в замке. У отца была большая дружина, и мы бы отбились от псов Ашуга, но с ними к замку пришли и королевские войска. Отцу вменяли в вину участие в заговоре против короля, а это плаха, лишение всех земель и титулов, как для него, так и для всех нас. Никакого заговора, конечно, не было, а все подстроили жрецы, которым нужно было заполучить в свои руки мою мать и ее младшую сестру. Ну и заодно меня с моей сестрой, так как и у нас были немалые способности, которые мать еще только начала развивать. Отец остался защищать замок, чтобы дать нам время уйти вместе с немногими верными слугами и казной. Мы ушли подземным ходом в расположенный недалеко от замка лес. У жрецов Ашуга была своя магия, и в погоню за нами выпустили каких-то тварей. Если бы не моя мать, никто бы из нас оттуда не спасся. Она попросила о помощи в одном из самых жутких из известных ей миров. Нужно было заплатить, и она пожертвовала собой, отдав тварям очень лакомую плату – жизнь и силу опытного мастера. Две стаи тварей схлестнулись между собой. Преследовавшие нас чудовища были растерзаны, и пришла очередь жрецов. Я так и не узнала, чем все закончилось, потому что сестра матери погнала нас всех прочь от места побоища. Вскоре натолкнулись на одну из засад, устроенных воинами короля. Чтобы дать нам уйти, моя тетка повторила то, что до нее сделала мать. Слуги поймали носившихся без всадников лошадей, и мы начали уходить верхом. В этот день все было против нас. Конь под моей сестрой попал копытом в нору сурка, из-за чего он сломал ногу, а моя младшая сестра – шею. Из всей семьи спаслась одна я. Мы долго уходили лесными тропами, пока не набрели на этот замок, где и остановились. Первое время, пока не утих шум и обо мне не забыли, мы старались как можно реже его покидать. Поблизости есть три небольшие королевские деревни, но за продуктами я посылала слуг в более отдаленные места. Со временем нас перестали искать, и можно было уже не прятаться. Местные с настороженностью встретили появление хозяев у древних развалин, но я щедро заплатила за их услуги, и они помогли привести в порядок часть замка и с тех пор исправно привозят продукты. Обо мне со временем узнали в находящемся неподалеку вольном городе Согде, но только потребовали заплатить в казну города и короля налог за захват земли. Такой платят все, кто захватывает свободную землю. Я заплатила, и они обо мне забыли. Одна я ничего не забыла. Не забыла гибели своего отца, того, во что превратились моя мать и тетка, и безвременной смерти любимой сестры. Все эти долгие пятьдесят лет я копила в себе силу и выращивала ненависть. Начинающему магу очень трудно самому овладеть мастерством. В магии, как нигде, очень важен опытный наставник, а моими наставниками были только наши семейные книги. Сколько раз я была на краю гибели, сколько страшных шрамов мне потом пришлось сводить с тела! И сколько их еще осталось в моей душе! Я обрела силу слишком поздно и уже не успею совершить задуманного. Я знаю, что мне осталось жить год или чуть больше, поэтому моя цель – успеть за это время вырастить из тебя мастера. Это очень сложная, почти невозможная задача, но я попробую. В крайнем случае доучиваться будешь уже без меня. А потом ты отомстишь за меня и за гибель моей семьи. У меня в подвалах очень много золота. Его гораздо больше, чем ты сможешь истратить за всю свою жизнь, даже если учесть то, что у магов она длиннее обычной. К привезенному золоту добавилось то, которое я отыскала под развалинами одной из башен. Именно им соблазнились слуги, которым надоело сидеть со мной в этом замке.
      – Так дали бы им часть золота и отпустили!
      – Какой же ты еще ребенок! Ты думаешь, что мне стало жаль золота? Нет, их просто нельзя было отпускать. Рано или поздно, вольно или невольно, но они бы меня выдали, а то еще и вернулись бы сюда с ватагой за остальным золотом! Я не призываю тебя не верить никому, просто знай, что на одного человека, которому можно открыть душу, приходится сотня таких, которые тебя предадут. Поэтому всегда смотри, кому и что доверяешь, а лучше без нужды не доверяй никому!
      – И кому же вы думаете мстить, если прошло уже столько лет?
      – Не бойся! Я не безумная старая карга, обозленная на весь свет. Мстить нужно немногим. Во-первых, жив еще старый король, хотя он старше меня на десять лет. Я очень надеюсь, что придворные маги не зря едят свой хлеб, и он еще проживет до тех пор, пока ты войдешь в силу и нанесешь ему последний визит. Следующий на очереди – это верховный магистр ордена псов Ашуга. Он тоже очень стар и почти не покидает столичного храма. Было бы неплохо развалить этот храм и похоронить под его развалинами и старого пса, и прочую собачью свору! Средство для этого я давно нашла. А больше некому мстить. Выполнишь и будешь свободна. Можешь жить здесь, можешь вернуться в свой мир или уйти в какой-нибудь другой. Все, что есть в этом замке и его подвалах, будет твоим. Твоими станут и собранные за века знания семейства Афрем. По-моему, это достаточно щедрая плата за год усердного труда и убийство двух старых мерзавцев, которые зажились на свете!
      – Я в своей жизни еще никого не убивала, – призналась Ира, – и не знаю, получится ли.
      – А тебе не придется убивать самой. Если действовать по моему плану, ты останешься в стороне. И в любом случае это будет еще не скоро. Для нормального человека нет ничего приятного в том, чтобы отнять чью-то жизнь, но в нашем мире часто приходится убивать. Этому учат даже дворянок. И ты научишься, если будешь здесь жить.
      – И когда мы начнем учиться магии?
      – Сегодня уже займешься языком. Пока будешь учить слова, а потом я покажу, как правильно складывать фразы. Остальное придет само, когда будешь разговаривать с нами или деревенскими. В последнюю очередь будешь учить грамоту. Я сделаю для тебя напоминалку и заварю сбор для улучшения памяти. Он сильно облегчит запоминание слов.
      – А что за напоминалка?
      – Это простое магическое устройство, которое будет диктовать слова. За один раз в него не впихнешь весь язык, только сотню слов, а когда их выучишь, запишу другие. Зубрежку можешь совмещать с изучением замка. Только не лезь в подвалы пока: там у меня приготовлены пакостные сюрпризы для любителей чужого золота. Сейчас разгар лета, так что днем можешь прогуляться возле замка. Только никуда от него не уходи, потому что это опасно делать без оружия и знания языка .
      – А я смогу носить свое платье возле замка? А то в тех, которые мне выдали, можно ходить только по ровному полу, а в лесу я их запачкаю. А платьев всего два, остальные я не смогу надеть из-за завязок на спине.
      – Носи, но старайся в нем никому не показываться. В этом мире оно просто неприличное. А платья с задней шнуровкой тебе поможет надеть Лая. Когда научишься языку, возьмем тебе в деревне служанку.
      – Я хотела спросить... – нерешительно сказала Ира. – Вам было очень трудно сходить в наш мир?
      – Тебе из него нужно что-то забрать? – догадалась Райна. – Что именно?
      – Платья вы мне дали, но у меня нет обуви. Эти туфли почти сношены, а на то, что носит Лая, страшно смотреть. Я случайно увидела, когда она повернулась. Это не туфли, а какие-то сундуки. И еще у меня совсем нет сменного белья. Я спешила и о нем не подумала. Да и не осталось у меня дома ничего приличного. И еще я бы хотела купить хотя бы несколько книг.
      – С обувью тяжело, – призналась Райна. – Кожа – это не материя, ее с помощью магии долго не сохранишь. Деревенские делают очень грубую обувь, а ехать за ней в город далеко, и не хочется о себе напоминать. К тому же ты еще не знаешь языка. А запасные нижние рубашки сестры должны где-то храниться, я поищу. У тебя есть деньги на покупки, или подойдут наши?
      – Денег у меня нет, – вздохнула девочка, – и на ваши у нас ничего не купишь. Но я знаю, где живет один человек, который может хорошо заплатить за редкую монету. У него дома большая коллекция разных монет, есть даже золотые. Я с ним познакомилась, когда отец ходил по какому-то вопросу и взял меня с собой.
      – И какие монеты ему нужны?
      – Чем древней монеты, тем дороже они ценятся, а таких, как ваши, у нас вообще не будет. Нам нужно только получить деньги и сделать покупки, а потом уйдем обратно, а он пусть ломает голову над тем, откуда они взялись.
      – Он сумасшедший?
      – Он коллекционер. По-моему, они все немного чокнутые. Так что насчет этих врат? Их трудно делать?
      – Первый раз было трудно. Пройти второй раз по образу будет намного легче.
      – Ой! А нашу квартиру, наверное, опечатали! И замок пришлось ломать: я же оставила дверь запертой! Если мы в нее попадем, то наружу все равно не выйдем: замок наверняка уже поменяли.
      – Из чего сделаны ваши двери?
      – Там дерево вот такой толщины.
      – Через такую дверь мы с тобой всегда пройдем, – успокоила Иру Райна. – Неужели ты думаешь, что деревяшка задержит мастера, который шагает через миры? Ладно, я подумаю, что и как лучше сделать, а ты пока походи по замку, только не лезь к разрушенным башням. На голову уже ничего не упадет, но можешь поломать ноги. А я пока пойду готовить напоминалку. Язык для тебя важнее всего остального. Прежде чем заниматься магией, ты должна хоть как-то научиться общаться. И отвар сварю, он тебе сильно поможет.
      «Обязательно куплю кеды, – подумала Ира, зацепившись каблуком за неровность пола. – И каблуки-то совсем маленькие, а ходить все равно неудобно. А в лесу будет еще хуже. Куплю даже две пары, если хватит денег. Надо спросить у Райны, какие здесь зимы. Только как разговаривать, если не можешь оценить температуру? Ой, обязательно нужно забрать папины часы!»
      Когда начались вынос и продажа вещей, Ира спрятала наручные часы отца, чтобы и их не постигла печальная участь быть проданными за бесценок. При уходе она о них в спешке забыла, а сейчас вдруг вспомнила.
      Девочка бродила по замку часа два. Нашла его полностью обвалившуюся часть и незапертый вход в подвал, но и не подумала к нему приближаться. Она верила старухе. Если та сказала, что это опасно, значит, так оно и есть, и рисковать собой просто глупо. Из окон можно было, не выходя наружу, хорошо осмотреть окрестности замка. Он был со всех сторон окружен не очень густым смешанным лесом, вырубленным только возле самых стен. Никакого рва не было, как и крепостных стен, хотя сама стена замка толщиной с метр вполне могла сойти за крепостную. Внезапно Ира почувствовала, что хозяйка хочет ее видеть, и поспешила на зов.
      – Долго идешь! – недовольно сказала Райна, увидев спешащую Иру. – И платье могла надеть свое: в нем сподручней лазить по камням, а Лая твои коленки как-нибудь переживет. Когда идешь в таком наряде, особенно если спешишь, обязательно придерживай руками подол, а то так недолго и грохнуться. То ли эти полы клали криворукие работники, то ли они покоробились за прошедшие века.
      – Я спешила, а на каблуках здесь не побегаешь, – начала оправдываться девочка, – А о платье я как-то не подумала. Но я ходила осторожно и вроде ничего не запачкала.
      – Держи напоминалку, – не слушая ее оправданий, сказала Райна, передавая небольшой стеклянный шарик молочно белого цвета по размерам раза в два больше теннисного. – Здесь сотня самых распространенных слов. Чтобы услышать, нужно просто слабо сжать шар в руке. Когда слово уже выучено и хочешь перейти к другому, опять его сожми, но на этот раз посильнее. Понятно? Попробуй при мне.
      Ира попробовала работать с шаром по указаниям своей наставницы, и все получилось. Шар голосом Райны называл местное слово и тут же давал его перевод. Сильное нажатие меняло слово на следующее.
      – А как вернуться к слову? – спросила она, наигравшись с шаром.
      – Никак. Слово повторится, когда ты полностью прослушаешь все остальные, поэтому будь внимательна и листай тогда, когда уверенна в том, что запомнила. Потом можно просто повторить. А теперь пей отвар. На вкус он не слишком приятный, но память должен усилить.
      Говорить о том, что коричневая гадость не сильно приятная, мог только тот, кто его ни разу не пил. Отвар был попросту отвратительным, но девочка стойко допила и вернула Райне кубок.
      – И когда это должно подействовать? – еле сдерживаясь, чтобы не выплеснуть выпитое вместе с завтраком, спросила Ира. – Долго ждать?
      – На людей этого мира действует через половину свечи, – ответила Райна, – а как подействует на тебя, посмотришь сама.
      – А что это за мера? Так измеряют время?
      – Обыкновенная мера, – пожала плечами наставница. – В любом храме можно купить свечи. За сутки таких свечей сгорит два десятка, если жечь их одну за другой. Так время и меряют, если в этом есть нужда. Отсчет ведется либо от восхода солнца, либо от его заката.
      «Значит, свеча горит чуть больше часа, – сообразила девочка, – при условии, что сутки здесь не сильно отличаются от наших. Ну что же, подождем с час и посмотрим, не зря ли я пила эту гадость. Ой, а она ведь слышит мои мысли!»
      – Конечно, слышу! – посмеиваясь, сказала Райна. – Но я не в обиде, вкус у этого напитка действительно неважный.
      – Ой!
      – Что «ой»? Что ты чувствуешь?
      – Странное ощущение, – прислушиваясь к себе, сказала Ира. – Как будто прозрачная голова, а мысли прямо летают. Я пойду учить слова. Интересно, что получится.

                                                                                Глава 3

      Слова запоминались легко, и на каждое уходило не больше двух минут, но Ира тратила в два раза больше времени, чтобы уж выучить наверняка. У нее был горький опыт изучения английского, когда вроде бы заученные слова на следующий день вспоминаются через одно. К обеду она успела выучить их три десятка, чем и похвасталась Райне:
      – Завтра я буду знать первую сотню, а дней через десять уже смогу хоть как-то общаться, и можно будет заняться магией.
      – Тебе не терпится? – с улыбкой спросила хозяйка.
      – Интересно, – призналась девочка, – и немного страшно, в основном из-за тварей.
      – Завтра тебе придется отставить язык. Сегодня ночью мы идем в твой мир, а завтра будешь отсыпаться.
      – А почему ночью?
      – Подумай сама, прежде чем задавать глупые вопросы. Моя ученица должна уметь соображать головой, а не всецело полагаться на наставника.
      – Извините, – сказала Ира, которой стало стыдно за справедливый упрек. – Я как-то не подумала о разнице во времени.
      – Ты испытываешь неудобство, из-за того что не знаешь, как ко мне обращаться. У вас женщину моего возраста молодые не называют по имени, а ваших отчеств у нас нет. Можешь называть меня госпожа Райна. Я чувствую, что тебя в этом обращении что-то коробит.
      – Слово «госпожа». У нас последние господа были пятьдесят лет назад. Потом начали строить бесклассовое общество, все стали равны, а само слово вызывает какое-то неприятное чувство.
      – Глупости! – отрезала Райна. – Люди никогда не смогут быть равными ни по способностям, ни по положению. И у вас тоже должны быть те немногие, кто управляет, и все остальные. Ты просто этого не видишь по молодости лет и из-за отсутствия опыта. А сказать можно все. Да и ты теперь не там, а здесь. А здесь слово «господин» просто подчеркивает привилегированное положение человека. Если ты меня так называешь, это не говорит о том, что я твоя хозяйка, ты сама теперь дворянка и госпожа Рина. Так к тебе все и будут обращаться, так что привыкай заранее. Можешь еще называть меня словом «мастер». Это обычное обращение ученика к наставнику. Все, пошли обедать.
      – Вы чем-то недовольны, мастер? – робко спросила Ира идущую рядом хмурую Райну, заодно попробовав на язык новое обращение. – Это из-за меня?
      – Отчасти из-за тебя, отчасти из-за того, что я не знаю, какую одежду надеть в твой мир. Если там все носят такие короткие подолы, я у себя ничего не найду.
      – У матери в шкафу еще остались два платья, а вы с ней одного роста. Они свободные, так что должны подойти. А что не так со мной?
      – Мне не понравилось то, как быстро и сильно на тебя подействовал мой отвар, – объяснила Райна. – Сейчас в этом для тебя одна польза, но если и все остальные зелья будут действовать так же, мне нужно быть очень осторожной. Да и наши яды могут оказаться для тебя еще губительнее. Ладно, не бери в голову, я это потом проверю.
      На этот раз Ира, помимо традиционной каши с мясом, попробовала еще и фрукты, которые, несмотря на свой необычный вид, на вкус оказались обыкновенными яблоками.
      – Когда покушаем, сходим с тобой в подвал, – предупредила Райна. – Посмотришь монеты. Ты лучше меня знаешь, что нужно, значит, тебе и выбирать.
      Подвал не был одним большим помещением, а представлял собой путаницу коридоров, в которых кое-где виднелись двери в помещения самого разного назначения. Ира видела даже двери с забранными решетками окошками.
      – Тюремные камеры, – объяснила Райна. – Кое-где можно встретить останки узников. Все это еще от прежних, мы подвалами почти не пользуемся. А вот и наше золото. Не забегай вперед, сейчас я обезврежу проход. Все, теперь можно заходить.
      Райна первой зашла в небольшое помещение, в котором стояли три маленьких сундука. Ира поспешила за ней, чтобы не задерживаться одной в темном коридоре. Райна положила в нишу в стене шар с радужными демонами, которые освещали им дорогу, и откинула крышку одного из сундуков.
      – Здесь монеты, которые я нашла в тайнике под разрушенной башней, – сказала она. – По-моему, они очень древние. Сколько уже прошло времени, как погибли хозяева замка, а они, скорее всего, об этом золоте не знали. Во всяком случае, эти монеты сильно отличаются от тех, которыми пользовались сами прежние. Выбирай, что нравится, и бери с запасом.
      – Здесь одно золото, – растеряно сказала Ира, вытаскивая из сундука жменю монет, которые ощутимо давили на ладонь. – И почему они красные?
      – Чем плохо золото? – спросила Райна. – Твой знакомый его не возьмет?
      – Оно слишком дорого для меня, – пояснила Ира. – У нас девчонки не таскают в кармане золото. Даже антикварные серебряные монеты могут вызвать вопросы. И у него может не оказаться денег на такую покупку.
      – Ты подбирай подходящие монеты, а, если заартачится, разговаривать буду я. Серебро мы тоже можем взять. У меня оно отложено наверху для расчета с крестьянами.
      – Как же вы с ним будете разговаривать без знания языка? Мысленно? Так это вызовет еще больше вопросов.
      – Ты все время забываешь, что имеешь дело с магом, – пожала плечами Райна. – Никто из тех, с кем я буду общаться, не заметит, что я молчу. Управление людьми – это одна из основных способностей магов. Именно поэтому нас многие не любят.
      – А почему вы тогда не удержали своих слуг, вместо того чтобы топить?
      – Легко что-то внушить человеку на короткое время, – ответила Райна, – а вот на длительное это сделать гораздо труднее. А если внушение противоречит желаниям самого человека, оно разрушится еще быстрее. Мне нужно было регулярно обновлять заклятие, пока они из-за внутреннего разлада не сойдут с ума или просто потеряют интерес к жизни. Поэтому маги стараются долго людьми не управлять. А вот расположить к себе человека на непродолжительное время, отвести ему глаза или заставить во что-то поверить – это можно. Так ты выбрала?
      – Да, – ответила девочка. – Только они отливаются красным.
      – Это из-за освещения, наверху будут желтые. Если все, тогда пойдем. Нужно еще посмотреть серебро.
      В своей спальне Райна открыла стоявший на столе у окна ларец и высыпала на стол десятка два монет.
      – Посмотри, здесь есть что-нибудь подходящее?
      – Вот эти подойдут, – Ира отобрала пять наиболее потертых монет. – Они еще к тому же отчеканены по-разному, нет ни одной одинаковой.
      – Серебро многие чеканят, – объяснила Райна. – Это разрешается, главное, чтобы не жульничали с весом. Вот право на чеканку золотых монет имеет только королевское казначейство. Держи этот кошель, сложишь в него монеты, чтобы не растерять. Чем ты думаешь сейчас заняться?
      – Переоденусь и погуляю вокруг замка, а заодно поучу слова.
      – Неплохо, – одобрила Райна, – только я тебе советую долго не гулять, а лучше немного поспать, чтобы ты в вашем мире не была сонной.
      – Попробую, – неуверенно сказала девочка. – Я днем засыпаю с трудом, а тут еще выспалась на день вперед.
      Ира пришла в свои комнаты и переоделась в короткое платье. Стараясь не терять время, она чуть ли не бегом направилась к ближайшему выходу из замка.
      «Да, в такой обуви только ходить по лесу, – подумала девочка, очищая свои туфли от набившихся в них сосновых иголок и мха. – Какая учеба, если нужно все время чистить ноги? Ой, гриб!»
      В трех шагах от нее рос самый настоящий подосиновик. Ира до умопомрачения любила собирать грибы, и в этом вся пошла в отца. Она первый раз выехала за грибами вместе с родителями, когда на заводе, где работал папа, выделили для своих грибников два автобуса. Они тогда набрали два ведра маслят и потом дома до самой ночи счищали со шляпок тонкую липкую пленку. В тот год соленые маслята всю зиму не сходили с их стола.
      «А может быть, он ядовит? – мелькнула мысль. – Нужно показать Райне. Мясо каждый день, да еще на обед и на ужин, быстро надоест».
      Ножа с собой не было, и она просто оторвала гриб от грибницы. В покоях Райны не было, и Ире пришлось побегать по замку, пока она не нашла свою наставницу в лаборатории, где та готовила какой-то отвар.
      – Мастер! – ворвалась она в лабораторию. – Этот гриб не ядовит?
      – Потише носись, – проворчала Райна. – И орать можно было бы не так громко: я чуть не оглохла. А если бы не слышала твои мысли еще раньше воплей, могла бы вообще остаться заикой. Зачем тебе эта гадость?
      – Почему гадость? – обиделась Ира. – Отличный гриб! Если пожарить и есть с кашей, будет очень вкусно! А еще их солят и маринуют. У вас их разве не едят?
      – Не помню, чтобы дома их хоть раз готовили. Когда появятся деревенские, я их спрошу. Положи его на стол и иди отдыхать, а я проверю на яды. Много запомнила слов?
      – Я их еще совсем не учила, – смутилась девочка. – Как увидела гриб, так обо всем забыла. Сейчас поучусь и лягу.
      Поучиться получилось, а вот заснуть – нет.
      – Надо было сказать мне, – проворчала за ужином Райна. – Я бы тебя усыпила. А теперь будешь ходить сонная и хлопать глазами.
      – Давайте не будем ждать ночи, а отправимся сейчас, – предложила Ира. – Там у нас должно быть раннее утро. В гости или за покупками еще рано, но я бы хотела сначала посмотреть, что еще можно забрать из квартиры, да и вам нужно примерить одежду матери. А потом еще дверь...
      – Можно и сейчас, – согласилась Райна. – Если поела, беги переодеваться в свое, и пойдем в башню.
      Переход в квартиру занял несколько минут и ничем не отличался от того, что Ира уже однажды видела.
      – Первый раз я сюда пришла по следу крови, – сказала Райна, выходя из кухни в гостиную, – а сейчас шли по образу, а это гораздо легче. И след от врат еще держится.
      – А что случится, когда он исчезнет? – спросила Ира. – Мы не сможем сюда попасть?
      – Сможем. Я без труда проложу путь в любое место, где уже была. Давай собирай то, что хотела. Хоть здесь и раннее утро, но не будем зря терять время. Где платья твоей матери?
      – Сейчас принесу! – девочка открыла почти пустой одежный шкаф и сняла с плечиков платье. – Вот оно. Второго почему-то нет на месте. Когда наденете, я застегну сзади молнию. А в этом зеркале можно посмотреть, как оно будет на вас сидеть.
       – Зеркало я бы тоже забрала, – задумчиво сказала Райна, рассматривая свое отражение в большом, почти в полный рост зеркале. – У нас нет таких больших и чистых. Помоги мне переодеться, собирать вещи будешь потом.
      Совместными усилиями поменяли платье, а заодно и нижнюю рубашку, которая у Райны была слишком велика и не влезала под платье матери.
      – Какой срам! – высказалась старушка, оглядывая свои наполовину голые ноги. – Как можно ходить в таком виде?
      – Это еще длинное платье, – успокоила ее Ира. – Когда выйдем на улицу, вы увидите намного короче. Есть платья на две ладони выше колен. К такому все уже давно привыкли, а на вас еще и неплохо смотрится.
      – Ты думаешь? – Райна покрутилась перед зеркалом, рассматривая себя со всех сторон. – Ладно, на какие только жертвы не приходится идти ради дела. Тебе помочь с вещами?
      – Нет, я сама, – Ира не уходила, с сомнением глядя на обувь наставницы. – Мне кажется, что ваши ботинки под это платье не идут. Слишком они большие и грубые. У матери есть туфли, которые ей стали малы. Она их почему-то до сих пор не продала. Я думаю, что из-за того, что это подарок отца и единственная вещь, если не считать наручных часов, которая от него осталась. Давайте попробуем их примерить.
      Туфли подошли почти идеально. Они были немного широки, но хорошо держались на ноге и весили раза в три легче прежних.
      – Вот теперь хорошо! – обрадовалась девочка. – Если бы еще сколоть волосы узлом на затылке, никто вообще не обратил бы внимания. Но я так делать не умею.
      – А чем плоха моя прическа?
      – Такие прически у нас носят только молодые. Ладно, это уже не очень важно. Вы отдохните, мастер, а я пока соберу все, что хотела.
      Понимая, что уже вряд ли когда вернется из того мира в эту квартиру и уже зная, что ей может пригодиться в новом мире, Ира медленно обошла комнаты и кухню, складывая все, по ее мнению, полезное в две большие хозяйственные сумки. С кухни в них попали жалкие остатки посуды, терка, мясорубка и несколько пачек спичек, из ванной – зубная щетка, три банки зубного порошка и несколько кусков хозяйственного мыла, а из своей комнаты она забрала оставшееся белье, махровую простыню и припрятанные часы. Немного подумав, добавила коробку цветных карандашей, пачку бритвенных лезвий и все общие тетради, которые были в столе.
      – Как у вас дела с бумагой? – спросила она у наставницы.
      – Очень дорогая, – ответила Райна, – а в замке ее уже давно нет. За ней нужно посылать в город, а кого я пошлю?
      – Тогда, если продадим монеты, купим еще тетрадей. У нас бумага очень дешевая.
      В большой комнате она не нашла вообще ничего полезного и только забрала и уложила вместе с сумками снятые вещи Райны.
      – Может быть, придется уходить быстро, так пусть все будет вместе, – сказала она наставнице. – Я положу вещи в низ своего одежного шкафа на случай, если сюда кто-нибудь зайдет. Давайте еще ваш берет, он вам сейчас не нужен. Все, я готова. Осталась одна прихожая, но я и так знаю, что там ничего нет. Вот запасной ключ от двери. Можно попробовать, вдруг замок не меняли.
      Они вышли в прихожую, где Ира вставила ключ в дверь и в два оборота открыла замок. Прислушавшись и не услышав шагов или разговора, она отворила дверь, сорвав при этом закрепленный снаружи лист бумаги с четким оттиском печати.
      – И что теперь делать? – спросила она, чуть не плача. – Первый же, кто увидит, позвонит в милицию, и мы уже не сможем сюда прийти. Забирать вещи и таскаться по городу с мясорубкой?
      – Закрывай замок и ни о чем не беспокойся! – приказала Райна. – Я сделаю так, что до вечера никто ничего не увидит.
      Она приложила ладонь к порванной бумаге и та сразу же соединилась в месте разрыва в одно целое.
      – Пошли быстрее! – заторопилась Ира. – Нельзя, чтобы меня здесь видели соседи. Если квартиру опечатали, то меня наверняка ищет милиция.
      – А я здесь для чего? – сказала Райна, успокаивающе положив ей руку на плечо. – Никто тебя не увидит, но поспешить не помешает.
      Девочка ожидала, что Райна будет ошеломлена городом, но она невозмутимо шла по проспекту, заполненному тысячами машин и толпами пешеходов.
      – Лучше было бы проехать автобусом, но у нас совсем нет денег, – виновато сказала Ира. – Придется идти пешком. Это не очень далеко – всего две остановки. Как вам город?
      – Много людей, много повозок, много шума и вони, – высказалась Райна. – Всего слишком много. Я и раньше не любила многолюдства, а за время жизни в замке совсем отвыкла от людей. Твой знакомый будет дома?
      – Он инвалид и, по словам отца, редко покидает квартиру. Если что, придется немного подождать.
      На звонок им открыла молодая, привлекательная женщина лет тридцати.
      – Вы к кому? – спросила она Райну.
      – Извините, – сказала Ира. – Иван Никифорович дома? Мы пришли по поводу его коллекции.
      Женщина смерила Иру взглядом и посторонилась, пропуская их в просторную прихожую.
      – Подождите минуту, – сказала она на этот раз обеим. – Я предупрежу отца. – Вернулась она почти сразу и пригласила гостей следовать за собой.
      Хозяин принял их в кабинете и сразу же узнал Иру.
      – Вы дочка Игоря Волкова, – сказал он. – Имя, кажется, Ирина? А вашу спутницу я вижу впервые. Чем могу быть вам полезен? И почему вы, Ира, пришли ко мне без отца?
      – Отец погиб год назад, – сделав над собой усилие, почти спокойно ответила Ира, – а мы с моей бабушкой к вам по делу, связанному с вашей коллекцией. Мы хотели бы вам продать несколько старинных монет.
      – А почему говорите вы, а не ваша бабушка?
      – Она немая. Но она вас прекрасно понимает и сможет показать свое согласие кивком. И она полностью доверяет мне в этом деле.
      – Покажите монеты.
      Он долго рассматривал сначала золотые, а затем и серебряные монеты, достав из ящика письменного стола большое увеличительное стекло, потом оставил их на столе и, повернувшись к гостьям, спросил, как к ним попало это богатство.
      – Моя бабушка нашла их на чердаке своего дома, – начала врать Ира. – Хотела продать золото, а ей посоветовали обратиться к настоящему коллекционеру. Сказали, что так она выручит больше, чем просто продав металл по весу. Скорее всего, монеты остались от ее мужа, который умер пять лет назад.
      – Врешь и не краснеешь, – посмотрел ей в лицо Иван Никифорович. – В любом другом случае я бы попросил вас обеих покинуть мою квартиру. Если принесенные вами монеты не подделка, они стоят огромных денег. У меня их нет и никогда не будет. Но вот то, что вы принесли... Я просто никогда ничего подобного не видел. На подделку не похоже, да и какой смысл в такой мистификации?
      – Иван Никифорович! – Ира подняла глаза от пола и тоже посмотрела ему в лицо. – Чем угодно могу поклясться, что монеты подлинные. Я в отчаянном положении и нуждаюсь в деньгах. Сами монеты не имеют для меня никакой ценности. Я готова их продать за те деньги, которые вы дадите сами. Надеюсь, что мне их хватит.
      Несколько мгновений девочке казалось, что коллекционер выставит их вон, но он лишь тяжело вздохнул, выдвинул ящик стола и достал из него обычный почтовый конверт, который протянул Ире.
      – Здесь все, что у меня отложено на пополнение коллекции, – сказал он. – Всего двести сорок рублей. Не знаю, хватит их тебе или нет, но больше все равно дать не могу.
      – Я не рассчитывала получить такие деньги, – обрадованно сказала Ира, когда они очутились на улице. – Мне вообще показалось, что он хочет нас вытурить. Спасибо, что вмешались.
      – Я на него не влияла, – покачала головой Райна. – Он почти не сомневался в подлинности монет, но ничем и не рисковал. Свои деньги в любом случае вернул бы, просто продав золото. Его так захватила загадка наших монет, что решил забыть об осторожности. Он очень увлечен этим делом, хотя я такого не понимаю.
      – Коллекционеры все такие. Хорошо, что все деньги десятками, сотню мне, скорее всего, не разменяли бы. Могли бы позвать милицию.
      – Почему?
      – У детей не должно быть таких денег, – объяснила Ира. – Это не слишком большая зарплата работника за тридцать дней. Могли подумать, что деньги украдены.
      – Странное у вас общество, – высказалась Райна о социализме. – Давай, раз есть деньги, быстрее покупать все, что нужно. Чем быстрее вернемся, тем лучше отдохнем. Кроме того, сама говорила, что в квартиру могут прийти.
      – Да-да, – заторопилась Ира. – Вот, кстати, «Спорттовары», с них и начнем.
      В «Спорттоварах» она купила себе две пары кедов, одна из которых была на вырост, две пары хэбэшных трико и несколько наручных компасов. Потом был обувной магазин, где купили две пары туфель на Иру и одну – на Райну. Вторую пару девочка опять брала на размер больше. Добавив к покупкам нижнее белье, две рубашки и кучу полезной мелочевки, она решила, что больше не сможет унести, но по пути домой все-таки не удержалась и купила два будильника и резиновые сапоги, а почти у самого дома в магазине канцтоваров взяли толстую кипу тетрадей, авторучку и несколько флаконов чернил. Нести это пришлось уже самой Райне.
      – Столько всего хочется, и деньги еще есть, а взять не получается, – сокрушалась Ира. – Я и это с трудом допру до дома.
      – Ничего страшного, – успокоила ее сама тащившая тяжелую сумку Райна. – На первое время у тебя все есть, а там, может быть, сходим еще раз. Деньги есть, поэтому будет проще обернуться.
      Когда заходили в подъезд, на лавочках сидели старушки, но ни одна из них не обратила на Иру внимания. Они поднялись на свой третий этаж и с облегчением сложили сумки с покупками на пол. После того как Райна сказала, что в квартире никого нет, девочка открыла дверь, уже не заботясь о сохранности наклеенной бумаги. Дверь заперли изнутри и сложили все сумки и узлы на кухне. Туда же Райна с трудом принесла снятое зеркало. В последний момент Ира вспомнила про коробку, в которой у матери хранились иголки разных размеров и несколько катушек с нитками, и добавила ее к куче барахла.
      – Ничего не забыла? – в последний раз спросила Райна. – Тогда я открываю врата, а ты кидай в них все, что купили. Посуду хорошо замотала? Значит, не должна побиться. Последним занесем зеркало. Только не споткнись на стыках плит, а то стекло будешь убирать сама.
      Эвакуация прошла успешно, и обе путешественницы, оставив все вещи в башне, поспешили в свои покои досыпать остаток ночи. Проснулась Ира позже обычного и, встав с кровати, обнаружила все свои вещи на полу в гостиной. Наверняка, пока она спала, Райна приказала Гарту заняться вещами, избавив ее от необходимости таскать их самой. Раскладывание по сундукам пришлось отложить на потом. Райна, почувствовав, что ученица уже проснулась, погнала ее на завтрак.
      – Мастер, вы разобрались с моим грибом? – спросила Ира, увидев, что Райна закончила завтрак. – Или принести другой?
      – Разобралась, – отозвалась наставница. – Не знаю, есть ли в нем что-нибудь полезное, но вредного точно нет.
      – Тогда я совмещу изучение языка и сбор грибов. А потом мы их пожарим и добавим в кашу или съедим просто так. Чужие здесь не ходят, так что грибов должно быть много.
      – Смотри, не уходи далеко от замка! Если тебя кто-нибудь увидит в твоем платье, могут быть неприятности. А то еще и заблудишься.
      – Не беспокойтесь, мастер, я надену спортивный костюм и возьму с собой компас, так что буду в штанах и не заблужусь. Да и не собираюсь я уходить далеко от замка.
      Первый же поход в трико оказался последним. В лесу росла трава с семенами, которые мертвой хваткой цеплялись за штаны, и на то, чтобы их потом очистить, у Иры ушло больше часа. Собранные подосиновики были пожарены Лаей и с удовольствием съедены.
      – Очень недурно! – сделала вывод Райна. – Странно, что их не готовили у нас дома. Собирай и дальше, мясо действительно уже надоело.
      Разобрав все вещи, девочка взяла в руки часы отца и задумалась. Как определить время и сколько часов может быть в здешних сутках? Результатом этих раздумий стали примитивные солнечные часы, состоящие из одной длинной и относительно ровной палки, которую Ира, приложив усилия, прочно вогнала в мягкую лесную почву. Определив момент, когда тень от палки была самая короткая, она отметила это положение камнем и перевела стрелки часов на двенадцать. На следующий день при том же положении тени часы ушли вперед на двадцать минут.
      «Ну и ладно, – подумала Ира, заводя оба будильника и выставляя их по наручным часам. – Буду каждые три дня переводить стрелки на час назад. Зато теперь всегда буду знать время».
      Она отдала Райне один из будильников и научила им пользоваться. Та восприняла новшество без энтузиазма.
      – Не вижу от них большой пользы, – сказала она расстроенной таким отношением к подарку девочке. – Я всю жизнь оценивала время на глаз, а если жить по твоим часам, их нужно покупать и слугам. Но пусть стоят, мне их тиканье не мешает. Только заводить и переводить стрелки будешь сама.
      «Как там говорил папа? – думала Ира, возвращаясь от наставницы. – Ага, инициатива наказуема исполнением. Как раз про меня. Дикие они здесь. Ничего, у меня руки не отвалятся, зато теперь можно будет планировать время».
      Благодаря рвотному зелью, которое для нее ежедневно варила Райна, девочка легко запоминала свои сто слов в день. Она попросила хозяйку готовить отвар пораньше, чтобы принимать его натощак. Так и пить было легче, и завтрак не пропадет, если все-таки не получится удержать в себе выпитое. Недавно прошли дожди, поэтому грибов было много, и Ира каждый день после завтрака, захватив с собой напоминалку, отправлялась в лес. Руки у девочки при этом были заняты большой плетеной корзиной и купленным складным ножом, поэтому она с благодарностью взяла принесенный служанкой поясок с двумя кармашками. В один из них отправилась напоминалка, а в другой – компас и папины часы, которые были пока велики для ношения на руке. Сегодняшний день был третьим после их возвращения с покупками. Ира позавтракала, поменяла платье и в приподнятом настроении пошла в лес. Она уже знала, где возле замка больше всего грибов, и первым делом обходила эти места. Обычно грибов было много, и за какой-то час корзина набиралась с верхом, но на этот раз ей не повезло. Обобрав одну поляну, Ира пошла на другое место и не нашла там ни одного гриба. То же было и в следующем месте по ее маршруту. Недоумевая, кто мог собрать ее грибы, девочка выбежала на поляну и чуть не вляпалась в большую, еще дымящуюся вонючим паром кучу навоза. Шагах в пятидесяти от нее жрал грибы тот, кто ее наложил.
      – Ах ты скотина! – закричала Ира на здоровенного лося, который поначалу никак не отреагировал на ее появление. – Пошел прочь!
      Лось поморщился от громких звуков, съел еще один подосиновик, укоризненно посмотрел на жадину и пошел куда послали. На этой поляне удалось сорвать с десяток грибов, но корзина не наполнилась даже наполовину. Решив поискать грибы дальше от замка, она вынула компас, определилась с направлением и пошла в сторону от поляны, на ходу зубря слова. Выбранное направление оказалось неудачным: грибов почти не было. Расстроенная девочка решила вернуться, но, видимо, ушла в сторону, так как вскоре попала в густой ельник, через который раньше не шла. Пройдя еще немного, Ира остановилась как вкопанная: впереди, перегораживая ей дорогу, стоял крупный волк и скалил зубы. Она испуганно попятилась и чуть не упала на спину, зацепившись ногой за выступающий из земли корень. Волк зарычал и двинулся к ней.
      «Они же вроде летом не нападают? – подумала Ира, борясь с навалившимся страхом. – Где же взять палку? Стоит повернуться, и он точно прыгнет! Вот что стоило взять нож побольше?»
      За спиной волка в кустах раздались тявканье и скулеж.
      «Господи! – похолодела девочка. – Да это же волчица! А там у нее, наверное, волчата! Она меня сейчас порвет просто так, на всякий случай. Даже собаки со щенками часто какие-то бешеные, а тут волки!»
      Наступив ногой на лежавший сук, она присела и схватила его в руки, бросив на землю корзину с грибами и свой ножик. Выставив перед собой кривую, но длинную и прочную на вид палку, она продолжала пятиться назад, осторожно ставя ноги, чтобы, не дай бог, не грохнуться. Волчица, не переставая рычать, следовала за ней по пятам, но нападать вроде не собиралась. Когда лес стал редеть и потянуло дымом, волчица повернулась и скрылась в подлеске.
      «Это куда же меня занесло? – подумала девочка, с облегчением опустив палку. – Деревьев почти нет, повсюду торчат пни, пахнет и дымом. Наверное, вышла к деревне. И как теперь добраться до замка? Деревенские должны знать, и я смогу объясниться, но как там появиться в моем платье?»

                                                                                 Глава 4

      Она достала компас и дождалась, когда успокоится стрелка. Замок находился на юге, а дымом тянуло с севера. И как его искать? Единственная уцелевшая башня была высотой всего метров двадцать, многие деревья и то выше. Можно пройти в ста шагах и ничего не заметить, а она не Чингачгук и изучила лишь небольшой кусочек леса с восточной стороны замка. Крестьяне часто возят Лае продукты и должны были за полвека вытоптать хорошую тропинку, вот только начинаться она должна где-то у деревни. Или это не та деревня? Райна говорила, что их здесь три. Хочешь не хочешь, а придется выйти к людям. Хозяйку замка здесь уважают и побаиваются, так что, может быть, и ей ничего плохого не сделают. Ира очистила подол платья от колючек и двинулась к невысокому холму, из-за которого ветер приносил запах дыма. У его подножья девочка увидела узкую тропинку и пошла по ней. Огибая холм, она лицом к лицу столкнулась с невысоким полноватым мужчиной лет пятидесяти на вид, одетом в штаны и рубаху из грубой ткани, похожей на виденную в родном мире мешковину. Он удивленно уставился на Иру, уделив особое внимание ее коленкам. При этом лицо у него покраснело, а в глазах появилось какое-то неприятное выражение, которое чуть было не заставило ее броситься прочь. Остановило только понимание того, что взрослый мужчина при желании легко ее догонит.
      – Я дорога дом где не знать помощь, – начала она подбирать из известных слов просьбу о помощи.
      Не дослушав, мужчина быстро шагнул вперед, схватил Иру и, повалив на землю, навалился на нее сверху. Дикий страх заставил рвануться изо всех сил, но она не смогла даже шевельнуться. Попытка закричать тоже провалилась: насильник накрыл ее рот своим и зачем-то засунул в него язык. Сильные руки задрали платье и сорвали трусы, порвав их надвое. В низ живота что-то ударило, вызвав сильную боль, а потом эти удары повторялись раз за разом, пока наконец все не закончилось, и ее не отпустили. Слезы застилали глаза, а когда Ира их вытерла рукавом, довольный мужик уже натянул штаны, развернулся и пошел в том направлении, откуда появился. Она стянула то, что осталось от трусов, и побежала прочь от холма в лес. Слезы лились не переставая, а тело била дрожь омерзения. Вспомнив чужой слюнявый язык у себя во рту, Ира остановилась и согнулась в рвотных спазмах. Оставив на мху свой завтрак, она побежала дальше, не особенно думая о том, куда бежит, лишь бы оказаться подальше отсюда.
      «И это то, о чем мы тайком мечтали с Веркой?! Боже, какая мерзость!» – мелькнула первая связная мысль, когда она наконец остановилась: сил бежать больше не было.
      Опустившись на мягкий мох, она сжалась в комок, обняла руками колени и опять зарыдала. Такой ее и нашла Райна вместе с сопровождавшим ее Гартом. Не дожидаясь приказа, старик взял девочку на руки и отнес в замок, который, оказывается, был совсем близко. Иру внесли не в ее комнату, а в лабораторию Райны и усадили на стул.
      – Уйди! – приказала хозяйка Гарту, после чего обратилась к ученице: – Я тебя предупреждала? Вот стоили твои грибы такого? Впрочем, с тобой сейчас говорить бесполезно. Снимай платье, сейчас буду тебя чистить. Понести ребенка у тебя не получится, но это еще не повод, чтобы оставлять в себе всякую дрянь. А потом займемся и твоим женишком! Все забыли и обнаглели? Ну так я им о себе напомню! Что сидишь? Эх, придется и это за тебя делать. Вот послали боги ученицу! Ну взял силой какой-то мерзавец, так отчего так убиваться-то? Поверь, он у нас еще пожалеет о том, что родился. Если успеет, конечно.
      Ира не слушала, что ей говорит старуха, к слабости добавилось безразличие и жутко захотелось спать.
      – Не спи! – Райна приподняла ее голову и поднесла ко рту кубок. – Выпей, это поможет.
      Выпитый отвар был неприятным на вкус и пощипывал язык, но почти сразу же оказал на девочку волшебное действие. Куда-то ушло безразличие, но ему на смену уже не вернулись терзающие ее до того боль и отчаяние, наоборот, возникло и окрепло желание увидеть, что задумала наставница, а вместе с ним прибавились силы.
      – Сможешь идти? – спросила Райна, складывая в одну из захваченных из квартиры хозяйственных сумок какие-то камни. – Нужно добраться до башни.
      – Дойду, – собственный голос показался ей чужим, низким и хриплым.
      Когда они зашли в башню, Райна закрыла дверь изнутри на засов и спичками разожгла несколько факелов, закрепленных на стенах в специальных держателях. Еще не стемнело, но все окна в башню были тщательно заложены камнями.
      – Здесь нельзя использовать радужных демонов, – объяснила она Ире, хотя та ничего у нее не спрашивала. – При проведении ритуала призыва они просто освободятся и удерут.
      В свете факелов на полу башни стала видна сложная многоугольная фигура, выложенная вмурованными в пол камнями.
      – Прислонись к стене, – посоветовала Райна, – будет легче. Стульев у меня здесь нет. Как-то не тянет оставаться в этом месте надолго. Ничего, я все сделаю быстро. Сейчас выложу камни Сорга, и можно будет проводить ритуал. Представь лицо своего обидчика! Эк тебе не повезло! Надо же было нарваться на мельника. Это еще тот жеребец. Свою жену загнал в могилу, а теперь, как приспичит, идет валять деревенских девчонок. А те и рады: какая-никакая, а денежка, да и любительниц этого дела среди них хватает. Что, не веришь? Ну и зря. Это ты к такому оказалась не готова, да еще завела его своими ногами. Вот все так и получилось. А он и рад, что не пришлось переться в деревню, да еще платить. Если бы он тебя поймал возле мельницы, еще и сыну дал бы попользоваться. Привыкай к тому, что во всех мирах правит сила. И ваш мир в этом не исключение, что бы тебе там ни говорили. Поэтому тебе нужно стать сильной. Тогда такие вот мерзавцы станут перед тобой пресмыкаться, как они пресмыкаются предо мной. Знал бы он, что ты моя ученица и благородная дама, никогда бы такого не совершил, наоборот, на руках донес бы до замка. Но нам его незнание без разницы, а за твою боль он сейчас получит сполна.
      Говоря это, Райна быстро вытаскивала из сумки и выкладывала в вершины фигуры принесенные камни. Закончив с этим делом, она поспешно отошла подальше и начала ритуал. Она не танцевала, не пела заунывным голосом заклинания и не жгла свечей, а просто молча стояла, закрыв глаза. Сначала призрачным голубым огнем загорелись сами камни, а потом этот огонь начал быстро растекаться по линиям фигуры до тех пор, пока на полу башни не засветился весь рисунок.
      – Пора! – сказала Райна, открывая глаза. – Приди!
      До крика наставницы в башне не было никого, кроме них двоих, сейчас же в центре фигуры появилась огромная ящерица. Она вся была покрыта блестящей чешуей, отсвечивающей багровым светом догорающих факелов. Чудовище внимательно осмотрело фигуру, присело по-собачьи на задние лапы и вопросительно посмотрело на Райну. Ира не слышала, о чем наставница говорила со Страшилой, как она про себя окрестила чудовище, но, когда они закончили, тварь утвердительно кивнула и посмотрела на девочку, как той показалось, с сочувствием.
      – Выведи его из фигуры! – приказала Райна. – Не бойся, он тебя не тронет.
      Девочка на ватных ногах приблизилась к голове Страшилы, которая возвышалась над полом на высоте ее роста. Ящер наклонил голову набок и усмехнулся, показав свои треугольные зубы размером с хороший кухонный нож. Ира посмотрела в его большие зеленые глаза с вертикальным зрачком и уже больше не отводила от них взгляд. Куда-то ушел страх и появилась уверенность, что перед ней друг. Неожиданно для самой себя она решительно вступила в фигуру и ласково провела рукой по гладкой теплой чешуе на шее ящера. Из полуоткрытой пасти выскочил длинный розовый язык, который лизнул волосы девочки. Выйдя за пределы фигуры, Страшила повернул к ним голову и внезапно исчез.
      – Повезло, – вытирая пот со лба, сказала Райна. – Я не могу приказывать таким как он, только просить совершить услугу взамен на что-то. У меня было что ему предложить, но плата не понадобилась. Случилось то, что бывает очень редко: ты ему чем-то понравилась, и он предложил тебе свою дружбу и отомстит бесплатно. Но я бы на твоем месте не спешила соглашаться. Если согласишься, сможешь в случае необходимости призвать его на помощь без какой-либо платы. Но у такой дружбы есть и оборотная сторона. Если твоя помощь потребуется ему, ты не сможешь отказаться, а он тебя найдет в любом из миров.
      – А что ему может понадобиться от такой, как я?
      – Откуда мне знать? Они разумны и имеют свой язык. Ты его не сможешь выучить при всем желании: не для человеческого это горла. Но если примешь его дружбу, сможешь говорить с ним как со мной. А услуги могут быть самыми разными. Видела его лапы? Такими только рвать на куски рыцаря в латах. А если ему потребуется выполнить тонкую работу? Да не здесь, что не так уж трудно, а в его мире? Потому и говорю, что хорошо подумай. Я могу сделать так, что ты увидишь все, что сейчас видят его глаза, он разрешил, только я бы тебе этого не советовала. Как бы сильно тебя ни обидели, не стоит на такое смотреть. Я и так могу тебе сказать, что мельник будет умирать долго и страшно. Его сына я попросила не трогать. Тебе он ничего плохого не сделал, а людям нужна мельница. Так что ты решила?
      – Не буду я на это смотреть. А дружбу, если предложит, приму. Надеюсь, что, пока у меня не будет силы, мои услуги ему не понадобятся.
      Ящер вернулся в башню так же внезапно, как до этого исчез. Не заходя в фигуру, он вопросительно посмотрел на Иру и наклонил голову набок.
      – Как ему сказать, что я благодарна и не останусь в долгу? – спросила девочка Райну.
      – Так и скажи. Только нужно обращаться к нему и смотреть прямо в глаза. Он поймет.
      – Я тебя благодарю и принимаю твою дружбу! – сказала Ира, подойдя вплотную к Страшиле. – Если понадобится помощь, приходи. Только я пока еще совсем ничего не умею.
      – Это ничего, маленький друг, – прозвучал у нее в голове его голос. – У тебя еще все впереди, а мне пока твоя помощь не нужна. Мне понравилось имя, которое ты для меня придумала. По этому имени можешь меня вызывать, если понадоблюсь. Твоя наставница расскажет, как это можно сделать. Она недовольна твоим решением, но знай, что я постараюсь сделать так, чтобы ты никогда о нем не пожалела.
      Страшила прыгнул в фигуру и исчез. Факелы уже давно прогорели, а сейчас погасла и фигура, и стало совсем темно.
      – Пошли, я отведу тебя в спальню, – сказала Райна. – Скоро закончится действие отвара, и тебе опять станет плохо. Лучше, если ты в это время уже будешь спать. Если не получится быстро заснуть, я помогу. Обопрись на мою руку и пойдем. Камни я заберу завтра.
      Помощь наставницы не потребовалась, потому что едва голова Иры коснулась подушки, опять навалились безразличие и усталость, и девочка провалилась в похожий на обморок сон. Ира легла намного раньше обычного, поэтому проснулась тоже рано и долго лежала, вспоминая все случившееся. Сильных переживаний почему-то не было, и она почувствовала омерзение лишь тогда, когда начала вспоминать все в подробностях. Решив, что глупо растравливать начавшую заживать рану, Ира сходила в туалет и умылась, а когда возвращалась к себе, ее перехватила Райна.
      – Зайди ко мне, – распахнула она дверь. – Раз уж все равно не спишь, расскажи, для чего ты вчера поперлась на мельницу. Садись на мою кровать, все равно еще в ночном.
      – Я не виновата, – принялась оправдываться Ира. – Обычно я быстро набирала грибы на своих полянках возле замка и никуда от него не удалялась. А тут приперся лось и слопал все мои грибы, да еще и нагадил!
      – Твои, значит, – засмеялась Райна. – Я думаю, лось тоже не был в восторге от того, что одна девушка повадилась рвать его грибы. Ладно, продолжай.
      – Я не захотела возвращаться с пустой корзиной и решила немного пройти по компасу, а потом вернуться, но налетела на волчицу с волчатами, и та погнала меня до выхода из леса, где я на мельника и наскочила. Я попробовала попросить помощь...
      – Понятно. Пока ты составляла фразу из своего куцего словарного запаса, он завелся от твоих коленок и уже не слушал твоего блеяния. Так?
      – Так.
      – Отсюда делаем выводы. О своем платье, каким бы оно тебе ни казалось удобным, нужно забыть. Не стоит своим видом провоцировать мужчин. Это у вас девицы могут ходить полуголые, наши мужчины к такому не привычны. Если бы ты была не моя ученица, а девчонка со стороны, я бы этого мельника даже не осуждала. И пока не научишься говорить, к людям лезть нельзя. Мало того, помимо разговора, существуют определенные нормы общения, которые ты не знаешь. Все это будем учить. Иначе любой поймет, что, несмотря на внешность и наряды, ты не имеешь отношения к дворянству, а к самозванцам у нас очень суровое отношение. И не посмотрят на то, что женщина. Если ты еще не оставила свою затею с грибами, собирай их там, где собирала раньше, а если не хочешь делить грибы с лосем, возьми у Гарта арбалет и убей. И тебе он не будет мешать, и добудешь мясо. Если не умеешь пользоваться, он научит. Это должна уметь любая дворянка, тем более если она из Ливены. И запомни еще следующее. Если вдруг потеряешься недалеко от замка, просто сиди и жди помощи. Если тебя долго не будет, я приду. Мы с тобой связаны, и я всегда смогу тебя найти, конечно, если ты не слишком далеко. Вчера я тебя именно так и нашла. Напоследок хочу сказать, что начну с тобой заниматься, не дожидаясь, пока ты меня переговоришь на языке кайнов. У тебя все тело и так было забито всякой гадостью, да еще вчерашний день добавил. Так что готовься. У тебя что-то еще?
      – Мне нужно забрать корзину и нож. Я их оставила возле волчьего логова.
      – А место найдешь?
      – Я помню примерное направление и расстояние, а там приметный ельник.
      – Тогда после завтрака сходите с Гартом. Я ему скажу и предупрежу, чтобы непременно взял арбалет. Волчица с детенышами – страшный зверь. Тебе еще повезло, что она просто отогнала, могла и порвать.
      – У меня была палка!
      – Не смеши. Палка у нее была! При желании она загрызла бы тебя даже с охотничьим копьем. Иди и через половину твоего часа приходи в лабораторию пить отвар.
      – А еще говорила, что от часов нет пользы! – пробурчала Ира, заходя к себе, и явственно услышала у себя в голове смешок Райны. – Нет, нужно бросить все силы на этот язык. Надоело, что у меня не голова, а проходной двор!
      Когда позавтракали, Ира вместе со старым слугой сходила за корзиной и ножом и быстро все нашла. Волчица им не показалась, и ее щенков тоже не было слышно. Наверное, она увела детенышей из места, где появились люди. На обратном пути зашли на грибные поляны и заполнили корзину. То ли лось сегодня припозднился, то ли он застеснялся и ушел кормиться на другое место, но грибов опять было много. Едва они вернулись, как прибыли подводы из ближайшей деревни и с мельницы. Оказывается, от них была проложена не тропа, а настоящая дорога, по которой нормально ездили крестьянские телеги. Мужики привезли продуктов втрое больше обычного, занесли в замок и, низко кланяясь, удалились, не взяв платы. Сын мельника привез подводу с мукой, все перетаскал в замок и под конец бухнулся в ноги Райне.
      – Смилуйтесь, госпожа! – плакал взрослый мужик. – Уж не знаю, чем вас разгневал отец, но клянусь, что за собой вины не знаю!
      – Встань! – велела хозяйка. – Виноват был твой отец, а в чем, то тебе знать не следует. К тебе претензий нет, иначе ты бы тут не стоял. Иди с миром.
      – Вот видишь, – сказала она Ире, – в этом все люди. Если их не трогать, они очень быстро все забывают, причем в первую очередь, конечно, добро. Но стоит о себе напомнить... А я ведь в свое время сделала для них немало хорошего. Не из-за них самих, конечно. Просто решила, что такое не помешает с соседями, и, когда будет нужно, вспомнят. Они и помнили, только очень недолго. Приходится время от времени освежать память. Хорошо, что привезли много молока и сметаны, а то я уже соскучилась по молочному, хотя в моем возрасте это вредно. Чему ты удивляешься? Так оно и есть. Молоко – это пища детенышей. В зрелом возрасте от него больше вреда, чем пользы, а уж в моем... Но иногда очень хочется.
      – Так ведь оно быстро испортится!
      – А магия для чего? У нас с ее помощью и продукты хранятся, и крыс с мышами я ею же отпугиваю. Это бытовая мелочь, подвластная всем магам, я в разговоре с тобой об этом даже не упоминала.
      – А кто этот мужик, который таскал мешки, а потом бился головой об пол?
      – Это сын того поганца, который сделал тебя женщиной.
      – Как женщиной?!
      – А что тебе непонятно? Теряя девственность, девушка превращается в женщину. У вас разве не так?
      – Не знаю. У нас молодых женщин часто зовут девушками.
      – Ладно, закончим этот разговор, тебе сейчас не стоит об этом думать.
      – А когда вы начнете со мной заниматься?
      – С завтрашнего дня будешь принимать настойки, которые я для тебя готовлю. Прежде чем чистить твою духовную сущность, нужно почистить тело. Попьешь два дня и посидишь без мяса. И в лес ходить не придется.
      – Почему нельзя в лес?
      – Потому что придется постоянно бегать очищать кишечник, а в лесу этим заниматься неудобно.
      – А после этой чистки?
      – А вот потом настанет черед магии. Есть возможность развить ее в себе без больших усилий. Я бы с тобой так и поступила, если бы у меня были десять лет. Увы, этого времени у меня нет, поэтому мы пойдем другим путем. Он очень быстрый, но, как всегда в таких случаях, имеются и недостатки. Самый главный заключается в том, что тебе придется вспомнить и пережить все то плохое, что ты испытала в своей жизни, начиная с момента рождения. А это, можешь мне поверить, очень нелегко. Но зато ты будешь полностью готова к обучению за три декады.
      Следующие два дня Ира зубрила слова и бегала в туалет. Есть совсем не хотелось. Не то что мясо, она даже кашу запихивала в себя с трудом. К тому же нормально заниматься можно было только полдня, к обеду очищающий экстракт выводил из организма весь отвар для улучшения памяти, а обучение обычным способом почти ничего не давало. И самочувствие было хуже некуда.
      – А чего ты хотела? – Райну даже удивила ее жалоба на головную боль. – В тебе слишком много всякой гадости, которая находится в разных частях тела, главным образом в кишечнике, печени и местах скопления жира. Теперь все это идет в кровь, отсюда и боли. Ничего, скоро все пройдет.
      На третий день Ире уже не давали настойки, и к обеду она чувствовала себя почти нормально, хоть и похудела килограмма на три.
      – Пятьсот слов ты уже выучила, – сказала девочке Райна, отдавая ей заряженную новой порцией слов напоминалку. – Выучишь еще столько же, и займемся составлением предложений, а остальные слова доучишь потом. Сегодня учишься только до обеда. Сам обед для тебя переносится на более позднее время. Поешь после наших занятий, если будет такое желание. Иногда при чистке духовного тела люди начинают блевать, а мне такое в лаборатории не нужно.
      В этот день Ира родилась заново. Как всегда, все началось с питья очередного то ли отвара, то ли настойки. Они почти не различались на вкус и все были одинаково противные. Потом Райна погрузила ее в некое подобие сна. Сначала Ира находилась в уютной теплой пещере. Она не чувствовала своего тела, знала только, что оно есть. Постепенно стенки пещеры начали сближаться и куда-то ее выталкивать, рождая смутное беспокойство. Когда ее с силой сдавило и начало толчками двигать по узкому проходу, беспокойство переросло в панику. Она попыталась рвануться, но не смогла даже открыть глаза. Наконец давление стало таким сильным, что перехватило дыхание. Миг – и сквозь сжатые веки в глаза ударил режущий свет, а тело обрело вес, который не давал нормально двигаться. Кроме того, здесь царил жуткий холод. Было так плохо и страшно, что она не выдержала и закричала. И все сразу закончилось. Она сидела на стуле, туго обмотанная простынями.
      – Для чего это, мастер? – спросила она, кивнув на ткань.
      – Для того чтобы ты не покалечилась сама и не покалечила кого-нибудь из нас, – объяснила Райна. – Ты так рвалась, что мы бы тебя не удержали. Сейчас размотаю, уже можно. На сегодня мы с тобой закончим. Есть хочешь? Если нет, тогда иди еще немного поучись и раньше ложись спать. Завтра продолжим.
      Весь следующий день был посвящен младенческим обидам. То не дали вовремя есть, то оставили мокрую в постели, и она начала замерзать, то почему-то перестали реагировать на ее крики. Обиды были мелкие, но их было много. Потом ей разрешили ползать и сразу появились ушибы. Они были не сильные, но она исправно ревела, пытаясь привлечь к себе внимание. А потом начали резаться зубки, и Райна прервала сеанс.
      – На сегодня достаточно, – сказала она. – И так прошли достаточно много. Тебе нужно хоть немного поесть и рано вечером лечь спать. Во сне процесс продолжается.
      Спала Ира не просто много, а очень много, засыпая уже в пять-шесть часов вечера и просыпаясь при этом в свое обычное время. Она не понимала, как можно снять страх, пережив его вторично, но полностью доверяла Райне. Когда была выучена первая тысяча слов, по утрам начались занятия по составлению предложений, причем правил было мало, Райна учила в основном на примерах. На дневных занятиях у Иры прорезались уже все зубы и начались проблемы с животиком. А потом она серьезно простудилась и пришлось даже вызывать скорую. Девочка медленно разматывала свою жизнь, как оказалось, полную неприятностей и огорчений. Через неделю таких занятий Ира похудела килограммов на пять, и Райна была вынуждена сделать перерыв.
      – Ты очень плохо ешь, – сказала она на возражения девочки. – Посмотри, на кого стала похожа! Лая на тебя вообще не может смотреть без слез. Отдохни несколько дней, набери вес, заодно позанимайся словами, а потом продолжим.
      Отдых длился пять дней. Ира отъедалась и учила слова. Она почти вернула вес и значительно продвинулась в изучении языка. Девочка уже свободно разговаривала со слугами, лишь иногда делая ошибки в составлении фраз, на которые ей сразу же указывали, заодно объясняя, что из сказанного неверно. Она была не против занятий языком, но душе хотелось разнообразия. Не то чтобы она так рвалась снова переживать все свои прошлые горести, тем более что впереди были смерть отца и насилие, но осознание необходимости этого для приобщения к магии и желание стать сильной заставили просить Райну продолжить занятия. Осмотрев и пощупав Иру, наставница решила, что можно продолжить при условии, что ее ученица все-таки будет нормально питаться.
      – Если не будешь есть, – сказала она, – придется или опять делать перерыв, или пить отвар для аппетита. Времени у нас с тобой не так уж и много, а отвар... Аппетит он тебе придаст, но сам ничуть не вкуснее остальных моих снадобий.
      Ира пообещала, что будет есть хорошо, но такое легче было обещать, чем выполнить. Сейчас она была уже старше и обиды были серьезней. Девочка почти все забыла, а теперь опять сжималась от боли и страха, когда мать избила ее за порезанные ножницами деньги. Тогда отец впервые с ней сильно поругался.
      – Ты соображаешь, что сделала?! – орал он на жену. – Ну залез ребенок в шкатулку и порезал три десятки, так ей же всего пять лет! Объясни и накажи, если считаешь нужным. Но так бить по пояснице, да еще девочку, это надо быть вообще дурой! Ты мать или кто? Хочешь, чтобы она потом всю жизнь с чем-нибудь маялась?
      – Так ведь последние деньги, Игорь, – плакала мать, сама напуганная тем, что наделала. – А до зарплаты еще больше недели. И как жить? А она их так искромсала, что в сберкассе не возьмут.
      – Займем! – отрезал отец. – А потом отдадим. У нас должна быть хорошая премия, так что как-нибудь выкрутимся. И попробуй ее еще хоть раз так ударить! Думаешь, наши предки были дураками, что лупили детей розгами да линейкой? Больно, но безопасно. А ты ее рукой изо всех сил!
      Ира после этого случая две недели боялась матери, но потом все как-то забылось. Дальше был детский садик и вражда с одним мальчишкой, который то ли ее из-за чего-то невзлюбил, то ли, наоборот, оказывал внимание в такой извращенной манере. Последней каверзой, после которой мать перевела ее в другую группу, была история с куклой. Игрушек в садике было мало, и воспитатели не возражали, когда дети приносили свои. Отец ей тогда подарил небольшую куклу, в которую девочка просто влюбилась. Она могла играться с ней часами и очень неохотно давала только одной девочке, с которой дружила. И вот этот гаденыш улучил момент, вырвал куклу из рук Иры и оторвал ей голову. После этого сеанса девочка очнулась вся в слезах.
      – Это хорошо, что ты все так эмоционально переживаешь, – сказала Райна. – Хорошо для очистки, тебе пережить всю свою жизнь будет нелегко.
      До четвертого класса у нее не было в школе больших проблем. Училась на отлично, учителя не придирались, а с одноклассниками были нормальные отношения. А в четвертом классе она влюбилась. Это сейчас она могла думать о той любви с усмешкой, тогда ей было не до смеха. Все было всерьез, с терзаниями, ревностью и слезами в подушку. И закончилось это чувство так же внезапно, как и возникло. Ира совершенно случайно подслушала разговор предмета своей страсти с приятелями, когда они обсуждали девчонок. Она тогда ушла с красными от стыда и злости щеками и дала себе зарок никогда не влюбляться в этих козлов. А через год убили папу. Когда она переживала это вторично, Райне пришлось пичкать девочку своими снадобьями, чтобы хоть как-то поддержать. Даже очнувшись в очередной раз и уже понимая, что это все в прошлом, она все равно продолжала рыдать взахлеб и отказываться от пищи. Пришлось опять срочно делать перерыв. Райна хмурилась, но молчала. А сегодня она пришла в спальню Иры, обняла ее, прижала к себе и впервые уже не мысленно начала успокаивать, говорить ласковые слова, которые девочка понимала через одно.
      – Я ведь тоже потеряла всю семью, – говорила она, целуя Иру в макушку, – и прекрасно понимаю каково это – остаться одной. Но и так терзаться – это тоже не дело. Посмотри, на кого ты стала похожа! Худющая, под глазами круги, глаза красные и опухшие. Пойми, ты сейчас снимаешь старую боль, но вместе с тем зарабатываешь себе новую, которую опять придется переживать. И к чему мы придем? Мало того что мы с тобой теряем время, которого у меня и так осталось немного, так ты еще гробишь свое здоровье. Тело и душа – это единое целое. И терзая свою душу, ты ослабляешь и тело, что обязательно вызовет болезни.
      В конце концов Ире удалось справиться с хандрой и пережить уже однажды пережитое горе. Сеансы возобновились. Последний этап ее жизни пестрел неприятностями, связанными с домашними пьянками матери и отчима. Переживать такое было неприятно, но эти воспоминания, к ее удивлению, почему-то затрагивали слабо. А убийство отчима, после того как она отошла от шока, вообще вызвало что-то вроде удовлетворения. Бегство от волчицы и встреча с мельником не завершили работу по очистке. Как и предупреждала Райна, пришлось еще раз окунуться в переживания, связанные со смертью отца, которые она испытала уже здесь.
      – Слава богам, что мы наконец закончили! – подвела итог Райна. – И наш язык ты уже знаешь неплохо. Теперь, прежде чем мы займемся магией, тебе нужно будет немного отдохнуть и отъесться. Но чтобы не терять зря время, я буду тебя обучать всему тому, что должна знать и уметь молодая дворянка. Пока будут только этикет, геральдика, наш счет и грамота. Когда окрепнешь, я дам тебе еще несколько уроков танцев, а Гарт научит обращаться с кинжалом и арбалетом. Все это нужно изучить быстро, так что без отвара не обойтись. И не нужно так морщиться, ты уже должна была к нему привыкнуть. Позже нужно будет дать старосте деньги, чтобы купил для тебя верхового коня. Ты ведь не умеешь ездить верхом? Я так и думала, потому что у вас на улицах не было ни одной лошади, одни повозки.
      – А когда магия?
      – А магией займемся дней через десять.

                                                                            Глава 5

      Еще никогда в своей жизни Ира так не уставала от учебы, как за последние десять дней. Райна взялась за нее всерьез, пичкая девочку заумными, ненужными и просто глупыми, с ее точки зрения, знаниями, причем в таком объеме, что если бы не отвар, она не выучила бы всю эту галиматью и за год.
      – Ты должна мне верить, – убеждала ее Райна. – Стала бы я тратить оставшееся время на изучение того, что не нужно? В твоем мире это, может, и ерунда, но в нашем от знания геральдики или от того, как обратиться к вышестоящему, будет зависеть твоя жизнь. Да, это скучно, но совершенно необходимо. И потом я даю тебе только самое важное. Ты должна знать еще много мелочей, на изучение которых у нас совершенно нет времени, поэтому мы это отложим на потом. Если успею, то научу, если нет – будешь учиться сама. Незнание некоторых вещей могут списать на то, что ты родом из королевства, где в последние годы творится такое, что на многие условности, составляющие образ жизни других дворян, там просто плюют. Им не до того, только бы выжить. Но лучше на это особенно не надеяться, а заниматься в полную силу. Ты не изучаешь правила стихосложения не потому, что они вряд ли пригодится, а потому что для тебя наш язык не родной, и нужно на нем поговорить лет десять, чтобы слагать стихи. А вот нашу судебную систему и свод наказаний для дворян я вдолблю в твою красивую голову, хочешь ты этого или нет. Я не для того трачу на тебя последний год жизни, чтобы ты бездарно погибла. И дело даже не в моей мести, хотя это для меня очень важно, а в том, что каждый человек должен после себя кого-то оставить. Так получилось, что у меня нет своих детей, поэтому я оставлю после себя тебя и постараюсь передать тебе все, что смогу. А твое дело – только учиться, интересно тебе или нет. Потом сама скажешь спасибо.
      Ира зубрила записанное Райной в напоминалки и в десятый раз перелистывая книгу благородных родов королевства, стараясь запомнить вычурные гербы и нелепые лозунги. Вся жизнь дворянского сословия жестко регламентировалась кучей правил. Если некоторые из них имели какой-то смысл, то остальные были откровенно нелепыми. Но все имеет свой конец, закончилась и эта зубрежка. Райна погоняла Иру по всему тому, что давала выучить, и сочла ее знания удовлетворительными.
      – Пока с этим закончим, – объявила она, сделав ударение на слове «пока». – Ты восстановила вес и неплохо выглядишь, поэтому с завтрашнего дня начинаем заниматься магией. Но эти занятия будут только до обеда. Потом сделаем небольшой отдых, и я буду учить тебя тем танцам, которые ты должна знать. Неплохо бы еще научить играть на таре, но у нас нет инструмента, и я не уверена в том, что сама смогу хоть что-то сыграть, не то что кого-то научить. Будем считать, что тебе в твоей Ливене просто не смогли найти учителя. После танцев за тебя возьмется Гарт. Он сейчас не в том возрасте, чтобы самому прыгать и скакать, но показать и объяснить сможет. Отнесись к этому серьезно. Сильная и тренированная женщина сможет положить из арбалета двух, а если у нее будет время, то и трех противников, а кинжал в умелых руках – страшное оружие. Не всегда будут условия или время пустить в ход магию, так что умение владеть оружием может оказаться очень полезным. Еще он тебе покажет несколько приемов, с помощью которых женщина сможет противостоять мужчине, а то и двум. В них нет ничего сложного, весь секрет только во внезапности и скорости выполнения. Для того чтобы ими пользоваться, нужно иметь развитое тело и так вдолбить приемы в голову, чтобы выполнять их не задумываясь. Я помогу укрепить твое тело, но тренироваться тебе придется самой. Да и вообще настраивайся на долгий и тяжелый труд. Тебе еще очень повезло: другие на такую подготовку потратили бы годы.
      Может быть, Ире и повезло, но легче ей от осознания этого факта не было. С утра она сидела с Райной, которая делала с ней что-то, что время от времени вызывало дикие боли в спине. В такие моменты она проклинала все на свете и обзывала себя дурой, идиоткой и вообще... Райна начинала суетиться, вливала в нее очередной экстракт, водила руками вдоль позвоночника, и боль на время отступала.
      – Извини, – говорила она Ире, – но нужно терпеть. Если делать все быстро, то только так, на другое у меня просто нет времени. Это не будет продолжаться долго, еще несколько дней, и я пробью канал. Тогда и боли стихнут.
      Отлежавшись немного после обеда, девочка шла вместе с наставницей в трапезную, где был самый ровный пол, и там занималась танцами. Танцы были довольно сложными и совершенно не походили ни на один из тех, которые знала Ира, поэтому для ускорения обучения опять приходилось глотать гадостный отвар. Чтобы не пить эту дрянь только ради танцев, она опять взялась за изучение слов.Уже ближе к вечеру девочка попадала в руки Гарта. Когда-то старик был профессиональным воином и, по словам Райны, одним из лучших. К обучению молодой госпожи он подошел очень ответственно. Первые несколько дней она только училась стрелять из арбалета. Сначала стрельба производилась из положения лежа, причем по мере роста мастерства ученицы Гарт устанавливал мишень все дальше и дальше. Потом начали отрабатывать стрельбу из самых разных положений. Ира удивлялась силе старого воина: за одну тренировку ему приходилось взводить арбалет раз пятьдесят, да еще бегать за болтами. И проделывал он это с видимой легкостью. Первая попытка самой зарядить арбалет провалилась – у нее просто не хватило сил.
      – Ничего страшного, госпожа Рина, – утешил ее Гарт. – Просто вы еще очень молоды и мало тренировались. Пока будете только стрелять, а когда я вас приведу в форму, тогда дойдет дело и до зарядки.
      Подобные заявления настораживали, но деваться было некуда, и она продолжала усердно тренироваться. Когда, по мнению Гарта, Ира достаточно овладела арбалетом, он решил перейти к следующему этапу обучения. К концу тренировок у девочки из-за тяжелого арбалета просто отваливались руки, поэтому она обрадовалась окончанию тренировок. Как оказалось, ее радость была преждевременной.
      – Ваше тело совершенно не пригодно для боя, – заявил Гарт. – Мышцы слабые, гибкости тоже нет. Я скажу госпоже Райне, и она приготовит мазь, а Лая будет втирать ее в ваше тело. Это нам сильно поможет. Вы быстро станете гибче, да и мясо нарастет. А без мази я с вами и за полгода не управлюсь, слишком уж вы еще молоды.
      – А чем будем заниматься кроме тела?
      – Когда вы сможете нормально двигаться, я научу вас десятку приемов, которые обычно изучали дамы семейства Албени, а потом будем учиться работать с кинжалом.
      – Албени – родовое имя госпожи Райны?
      – Да. А она вам разве не говорила? Ее полное имя Райна Албени маркиза Афрем. Маркизатом ее семья владела три поколения, до этого у них были владения на юге.
      – А что за сложности с кинжалом?
      – Любым оружием нужно уметь владеть, иначе от него мало толку. Я вас научу правильному удару из разных положений. Как бить в кольчугу или в сочленения полных доспехов, как метнуть кинжал или отвести им меч.
      – А разве можно с кинжалом против меча? – удивилась Ира.
      – Можно. Не всегда длинный клинок дает преимущество, например, он неудобен, если бой ведется в тесном помещении, или если вам удалось быстро сократить дистанцию с противником. Можно даже некоторое время продержаться, уходя с линии удара и отводя меч противника кинжалом в сторону. Конечно, подобное требует хорошего владения телом и кинжалом. Такого мастера я из вас вряд ли сделаю, но и совсем беззащитными вы уже не будете.
      Сегодня утром сеанс с Райной начался необычно.
      – Снимай с себя все, – велела наставница, – и садись, как я учила, на этот коврик. Так, спинку прямее, руки на колени. А ты взрослеешь. Грудь начала расти, и округляешься в нужных местах. По нашим понятиям ты уже девушка, а не девчонка, какой себя считаешь. И не надо так краснеть. Я вижу, что ты еще совсем зеленая и не знаешь того, что давно пора знать. Обычно дочь обо всем узнает от матери. Твоя мать почему-то тебе ничего не рассказала, так это сделаю я. Я просто боюсь, что свою неприязнь к одному поганцу ты перенесешь на всех мужчин, а так нельзя!
      – Все они козлы!
      – Все, как я и думала. И твой отец тоже козел?
      – Причем здесь мой отец?
      – А притом, что он такой же мужчина, как и все остальные. И у него постоянно была близость с твоей матерью, из-за чего ты, собственно, и появилась. Твоя же мать от него не шарахалась? Наоборот, ее притягивали его ласки и то, что у тебя вызывает неприязнь. А теперь послушай меня. Женщина без мужчины несостоятельна. Ты можешь стать сильной и не испытывать потребности в мужской силе. Но сила в жизни женщины – это не главное. Любовь и верность мужчины значат для нее гораздо больше! Да и детей без мужчины у тебя не будет. Проживешь всю жизнь бесплодным деревом, как прожила я. И что в этом хорошего? То, что я сказала о женщине, относится и к мужчине. Боги сделали так, чтобы мы дополняли друг друга. Ты испытала отвращение и боль только потому, что тебя взяли насильно, да еще без всякой подготовки. Тогда все так и бывает. Поверь, что близость с желанным мужчиной, когда женщина к ней готова, приносит только радость. Тебе такое еще рано, но я просто не хочу, чтобы ты выращивала в себе отвращение к парням. Потом от этого будет труднее избавиться, а я могу просто не успеть сказать все, что нужно. А теперь посиди в таком положении, я буду заканчивать начатое.
      Наставница зачерпнула из баночки какую-то мазь и начала круговыми движениями снизу вверх втирать ее в спину Ире вдоль позвоночника. Смазав шею, она втерла остатки мази в затылок. Некоторое время ничего не происходило, а потом вдоль позвоночника словно разлился жидкий огонь. Он поднимался выше и выше, и, когда добрался до затылка, в голове что-то взорвалось, и Ира оказалась без тела. Оно осталось сидеть внизу, заботливо поддерживаемое Райной, а сама девочка болталась где-то под потолком, но как ни старалась себя увидеть, ей это не удалось.
      – Не вздумай паниковать, – раздался спокойный голос наставницы. – Ничего страшного не случилось, просто твой дух ненадолго покинул тело. Оставайся спокойной и просто пожелай вернуться в тело. Этого будет достаточно.
      Спокойный голос Райны подавил нарождающуюся панику, а выраженное желание вернуться в тело было мгновенно выполнено.
      – Сразу не вставай, нужно немного посидеть, – сказала наставница. – Вот из-за таких моментов опасно самостоятельно заниматься даже началами магии. А дальше без учителя будет еще хуже. Можешь представить, каково пришлось мне.
      – А что мы сейчас сделали?
      – Мы с тобой уже много чего сделали. Очистили твое тело от всякой дряни. Физическое и духовное тела связаны, поэтому улучшилось состояние и духовного тела. Потом убрали, как бы это лучше выразиться... Вот у тебя в голове есть очень подходящее, какое-то трескучее слово – стресс.
      – А что это такое?
      – А ты разве не помнишь? По твоим воспоминаниям это реакция человека на боль, испуг или злость, то есть как раз то, от чего ты с моей помощью избавлялась. Этим мы способствовали свободному течению силы в твоем теле. Потом я пробила пробки в твоем основном канале, который идет вдоль позвоночника. Самой тебе на это могли потребоваться годы. А сегодня я вывела твой дух из тела. В дальнейшем ты такое сможешь проделывать сама. Это позволяет брать силу не только через тело, но и напрямую. Кроме того, иногда бывает полезным пройти сквозь стены и что-то посмотреть. Только не удаляться далеко, потому что можно потерять связь с телом. Я удалялась шагов на триста, а потом начал расти страх, и я сразу вернулась.
      – И что дальше?
      – Дальше будут четыре этапа. Первый – это обучение управлению своей силой и своим телом. Изучив это, ты сможешь быстро вылечить себя от болезни или раны, изменить внешность или стать немного быстрей. Без первого этапа невозможен второй – управление телами других людей. Освоив это, можно лечить других или, наоборот, наслать болезнь, подчинять себе людей или внушать им нужные тебе мысли и чувства. Третий этап – это управление предметами и их свойствами напрямую, используя только свою силу. Это передвижение предметов, создание холода или жары, длительное хранение продуктов и кое-что еще по мелочи. Последний этап – это управление астральными существами и демонами и вызов жителей иных миров. Особняком стоит магия иллюзий, которую можно изучать на любом этапе.
      – А можно с нее начать?
      – Кажется, я поторопилась назвать тебя девушкой! – рассмеялась Райна. – Какой же ты еще ребенок!
      После того как Ире в первый раз удалось выйти из тела, занятия с наставницей стали интереснее. Танцы закончились, и теперь Райна все время использовала для того, чтобы научить Иру управлять своей силой.
      – Пойми, – втолковывала она своей ученице, – мало уметь влиять на свое тело. Намного труднее научиться тому, где, что и как менять, чтобы вызвать нужное тебе изменение. Когда тело здоровое, лучше в него вообще не соваться, особенно когда мало опыта.
      – Разве плохо стать быстрее? – не согласилась Ира.
      – Только когда без этого никак. Любой выход за пределы нормы возможен лишь на короткое время и чреват паршивыми последствиями. Поэтому мы это попробуем, но в дальнейшем используй только в самом крайнем случае.
      С магией иллюзий у девушки не возникло никаких сложностей. Как только она поняла сам принцип, так дело и пошло. Плохо, что зеркала отражали только реальное содержание, а не то, что наколдовала Ира, поэтому она не смогла посмотреть на саму себя с кроваво-красными глазами и длинными клыками кровопийцы. Райна отреагировала на ее вид очень странно. Когда Ира как ни в чем не бывало зашла в ее спальню в этом образе, наставница с такой скоростью метнулась к стоявшей у стены стойке с мечами, что ее изображение оказалось смазанным. Видимо, у стойки она осознала, кого увидели ее глаза, потому что выпустила рукоять меча и, повернувшись к ошарашенной девочке, сказала:
      – Никогда больше так не делай, если не хочешь, чтобы я тебя ненароком не прибила! И откуда ты можешь знать о шурах?
      – Я о них и не знаю, – ответила Ира, только сейчас ощутив дрожь страха. – У нас таким был граф Дракула. Ну тот, который вампир. Кровосос, одним словом. А кто такие шуры?
      – Тоже кровососы. Их сейчас редко можно встретить. Очень быстры, очень живучи и очень опасны. Поэтому, если не повезет встретиться, постарайся сразу убить и не вступай ни в какие разговоры!
      – А на них действуют серебро и чеснок?
      – Никогда о таком не читала. А как они, по-твоему, должны действовать?
      – Неважно. Наши вампиры, в отличие от ваших шуров, это вымысел, хотя кое-что и сходится. А оборотней у вас нет?
      – Превращающихся в зверей? Нет, такое только в сказках.
      – У вас живет кто-нибудь еще, кроме людей и шуров?
      – Нет, это мир людей. И шуры здесь раньше не жили. Их сюда притащил кто-то из магов из другого мира. Кровососы начали быстро размножаться, но королевства впервые за триста лет объединились, и их почти всех вырезали. А может быть, уже и всех. Я давно о них не слышала.
      После занятий магией приходилось идти заниматься к Гарту. Каждый раз перед этим нужно было полностью раздеваться, после чего Лая обмазывала ее всю приятно пахнущей и немного щипающей кожу мазью и с усилием втирала ее в тело. Первый раз, когда она массировала уже заметно подросшие груди, Ира ощутила какое-то томление и во второй раз попросила служанку не трогать грудь.
      – Госпожа Райна велела втирать везде, – ответила Лая. – Наверное, госпожа Рина, мой массаж вас просто возбуждает. Если вам это не доставляет удовольствия, я просто не буду трогать соски.
      Мазь оказала на Иру волшебное действие. Она перестала так уставать после занятий с Гартом, а мышцы очень быстро укрепились и начали увеличиваться в размерах. Да и упражнения на растяжки уже не сопровождались непременной болью, как это было раньше. Тело постепенно приобретало еще более привлекательные формы уже не из-за роста жировой ткани, а из-за мышц. Единственное, что немного расстраивало, так это то, что она начала раздаваться в плечах.
      – Не расстраивайтесь, госпожа Рина, – попыталась утешить ее Лая. – Это некрасиво только у тех женщин, у которых узкие бедра, а у вас они будут на загляденье! С такими бедрами только рожать и рожать! И животик какой аккуратный!
      Ира рассматривала ставший совершенно плоским живот, который перестал провисать даже после плотного обеда, и гадала, красиво это или нет. А потом голову посетила неожиданная мысль.
      «А чего это я так пекусь о красоте? Ведь никакие мужики мне и на фиг не нужны! Мне нужна сила, поэтому больше никаких визитов к зеркалу Райны. О том, что и где должно вырасти, пусть думает выбирающий для меня упражнения Гарт».
      Иру раньше очень привлекала медицина. В пятом классе она даже решила, что станет врачом. Поэтому то, что они сейчас изучали с Райной, было особенно интересно. Райна дала ей на изучение три большие книги в толстых кожаных переплетах с латунными уголками. На толстых серых страницах первой книги было много иллюстраций в виде контура человеческого тела и его органов с описанием способов влияния на каждый из них и списком побочных эффектов. Отдельно приводились различные болезни, их симптомы и способы лечения. Во второй книге рассматривали лечение различных ран, а третья была посвящена изменению собственной внешности.
      «Увеличить, что ли, глаза и ресницы? – думала она, рассматривая таблицы точек воздействия и примечания к ним. – Что-то меня опять куда-то не туда несет. Хотя интересно, как бы реагировали на глаза в пол-лица?»
      – У тебя маловат резерв сил, – заметила наставница. – Будем увеличивать, а то ты не сможешь ничем заниматься, кроме лечения. Для этого утром до завтрака и вечером за два часа до сна будешь заниматься созерцанием, а днем будем вдвоем делать дыхательные упражнения.
      Незаметно для самой себя Райна так привыкла к будильнику, что мерила время только в часах. Она же натолкнула Иру на мысль, которая позволила почти полностью отказаться от перевода стрелок. Любопытная старушка исследовала механическое чудо и сразу же разобралась в назначении всех органов управления, кроме одного.
      – Для чего служит вот это? – указала она на непонятную деталь.
      – Ой, как же я могла про нее забыть! – обрадовалась Ира. – Это же регулятор скорости хода. Сейчас мы его поставим на минимум и посмотрим, что будет показывать будильник. Может быть, его вообще не нужно будет переводить.
      Переводить все-таки пришлось, но только раз в десять дней и только на двадцать минут.
      Прошел месяц упорных занятий. Ира уже неплохо изучила свой организм и знала, что делать при появлении у нее любой из известных здесь болезней или ран средней тяжести. При тяжелых ранениях маги себя не лечили, так как было невозможно обеспечить нужный уровень контроля своих сил. Если болезнь была неизвестной, ее можно было лечить только по набору симптомов, хотя такое лечение считалось менее действенным. Об изменении внешности у нее был серьезный разговор с Райной, которая советовала с этим не играть.
      – У тебя очаровательное лицо, – сказала она девочке. – Поменяешь в нем что-то, да еще кривыми руками, потом сама будешь плакать. Маги на собственном опыте убедились, насколько для человека важен его собственный вид, его индивидуальность. Внешность меняют только те женщины, которые обижены природой. Знаешь, как делать, и этого довольно.
      Ира согласилась с доводами Райны, но все равно увеличила себе длину ресниц и сделала их чуть гуще.
      «По-моему, здорово получилось! – думала она, рассматривая в настольном зеркале свои большие серые глаза, опушенные густыми длинными ресницами. – Но больше ничего править не буду. Райна права: мне нечего жаловаться на внешность. Спасибо, папа!»
      Тело у нее обросло мышцами, которые при напряжении становились твердыми как камень, а груди увеличилась вдвое и теперь неприлично торчали, натягивая одежду. Все-таки не стоило их мазать этой мазью. Вчера ей даже удалось три раза подряд самой взвести арбалет.
      – Хватит вам мазаться этой мазью, госпожа Рина, – сказал Гарт. – У вас сейчас великолепно развитое женское тело, а больше мышц для вашего возраста и не нужно, иначе нарушаться пропорции, и вы станете походить на мужчину. Такого ни одной женщине точно не нужно. А недостающая сила сама придет с возрастом. Тело мы вам развили, пришла пора заниматься боем.
      Занятие борьбой Ире понравились. Она без отваров быстро запомнила все движения и теперь каждый день выполняла их часа по два, добиваясь автоматизма в выполнении и скорости. Увидев, что госпожа скоро освоит все приемы, Гарт, для того чтобы немного разнообразить монотонность тренировок, начал показывать упражнения с кинжалом. В магии, помимо упражнений, способствующих росту резерва, начали изучать лечение других. Теорию Ира запомнила быстро, остановка была за подопытным материалом. Гарт отвез деньги старосте ближайшей деревни, и вскоре им привели двух кобыл и привезли две телеги с сеном и овсом.
      – Раньше мне лошади были без надобности, – говорила Райна, осматривая покупку, – а теперь, когда появилась ты, пригодятся. Завтра Гарт приведет в порядок упряжь, и мы с тобой съездим в деревню. Тут недалеко, так что как-нибудь выдержишь. А по дороге я тебя буду учить посадке и управлению лошадью. В деревне достаточно недужных, на них и потренируешься. Надо будет еще захватить серебра. Раздадим каждому на выздоровление, тогда в следующий раз и ездить не понадобится – сами прибегут.
      Езда на кобыле, которую девочка назвала Ладой, не вызвала никаких затруднений. Кобыла была спокойная, даже флегматичная, и управлять ею было легко. Правильную посадку Ира освоила сразу, а для сильного и тренированного тела получасовая поездка на лошади была пустяком. По возвращении она не чувствовала ни боли, ни усталости.
      Костюма для верховой езды у Иры, естественно, не было, поэтому она надела еще новое трико. Райна осмотрела свою ученицу и принесла ей широкий, шитый золотом ремень и бархатный берет в тон костюму. После недолгих раздумий на пояс девочке повесили длинный кинжал в красивых ножнах, а берет украсили золотой заколкой с зелеными камнями.
      Деревня располагалась вдоль дороги, которая начиналась у крайних изб и шла в сторону ближайшего города. Почему-то все избы находились по одну сторону от дороги, а с другой стороны была просто обширная вырубка. Лес свели шагов на триста от дороги.
      – А почему там одни пни? – спросила Ира Райну, когда они выехали на дорогу и направились по ней к дому старосты.
      – Потому что лодыри, – ответила наставница, имея в виду жителей деревни. – Лес вырубили для своих нужд, да чтобы разбойники незаметно не подобрались, а вот выкорчевать пни и что-нибудь посадить им уже неохота. Это же еще придется следить за посадками и оберегать их от потравы зверями. Лес-то рядом. У них за деревней ближе к реке были луга, которые и пустили под пашни. И пни корчевать не нужно, и вода под боком, да и лесной живности там намного меньше.
      В деревне их обеих встретили с большим почтением. Было видно, что местных раздирает любопытство, откуда она появилась. До дома старосты добраться не успели, потому что он прибежал к ним сам.
      – Что угодно высокородным? – почтительно спросил высокий, худой старик, сгибаясь в поклоне.
      – Здравствуй, Миран, – сказала Райна. – У нас к тебе разговор. Молодая госпожа Рина хотела бы сделать для вас доброе дело. Вы нам как-то привезли обоз продуктов и не взяли платы. Вот она и подумала помочь вам по-соседски. Если у вас в деревне есть недужные, она их сейчас вылечит и платы за это не возьмет. Есть такие?
      – Как не быть, госпожа Райна! – старик выпрямился, и Ира смогла его хорошо рассмотреть. – Таких почитай наберется четыре руки.
      Больных набралось не только на четыре руки, но еще и на три пальца. Двадцать три недужных для начинающего мага – задача непосильная, поэтому половину больных, собравшихся в очереди у дома старосты, Райна вылечила сама, потратив на это полчаса. Ира возилась намного дольше, но в результате исцелила всех. Только в одном случае ей пришлось просить помощи у наставницы, в остальных она справилась сама. Конечно, люди не выздоровели моментально, но все почувствовали себя лучше, а полностью избавиться от ран и болезней должны были уже через несколько дней. Каждому пациенту Ира вручила по серебряной монете, даже трем мальчишкам, которых привели их матери. Провожали их всей деревней, и было видно, что люди выказывают уважение уже не столько к знатности их рода, сколько к ним самим.
      – Приятно делать людям добро? – усмехнулась Райна, глядя на довольную ученицу. – Прекрасно тебя понимаю, но имей в виду, что такое можно делать лишь изредка. Тогда запомнят и оценят. Если начнешь часто оказывать благодеяния, сочтут, что так и надо, и быстро усядутся на голову. Это в природе людей. К хорошему привыкают быстро, а добро помнят недолго, да и то не все.
      – Я еще потому довольна, что все получилось с лечением, – немного смутилась Ира. – Хоть я все делала дольше вас.
      – Опыт, – пожала плечами наставница. – Все придет со временем. А ты готовься, что скоро набегут из двух других деревень. Как только узнают, что мы с тобой сошли с ума и лечим бесплатно, так и появятся. Хотя, наверное, продукты все же привезут.
      – Я бы сейчас легко вылечила мать, – вздохнула девочка.
      – А толку? – возразила Райна. – Я в твоей голове прочитала хорошую поговорку. Это про то, что свинья лужу найдет. Твою мать кто-нибудь заставлял пить вино? Она это начала делать по слабости характера, поддавшись на уговоры мужа. Я ведь правильно поняла твой рассказ? Вот видишь. Ей нужен был мужчина, и она вышла замуж за первого, кто подвернулся. Есть такие женщины, которые лишь отражение своих мужей. Пока она была с твоим отцом, все было хорошо, да и то, наверное, что-то могло быть, о чем ты не знала.
      – Я бы могла на нее повлиять. Мы ведь это сейчас начнем изучать?
      – Будем мы это изучать. С завтрашнего дня и займемся. Только ты, видимо, невнимательно меня слушала. Не сможешь ты своим искусством изменить человека. Можно заставить во что-то поверить на непродолжительное время, но даже самый сильный маг не сможет добавить ума, если его нет, поменять характер или сделать добрее. К худу или к добру, но в наших душах не властен никто, кроме нас самих. Хватит об этом, ты мне лучше скажи, когда ты родилась? У нас здесь тоже принято отмечать день рождения, а я не знаю твой.
      – А я вообще не знаю, как здесь считают дни. Наверное, это попало в те мелочи, которые будем изучать потом.
      – Я это как-то упустила, – смутилась Райна. – Дни считают просто. Есть четыре сезона, которые можно назвать так же, как и ваши. Я их тебе с таким переводом и давала. Самый большой по продолжительности сезон – это лето, в нем двенадцать десятков дней. Зима, наоборот, самая короткая – всего шесть десятков и еще пять дней. А весна и осень имеют одинаковую продолжительность по восемь десятков дней. Для учета времени есть календари. В них имеются пластинки, обозначающие дни, которые перекладываются из одной части в другую. У нас такой стоит в комнате Гарта. Календари есть у всех дворян, купцов и у многих состоятельных горожан, а так же в храмах. Остальным это особо и не нужно. Так что с твоим днем рождения?
      – Я его не смогу назвать. Когда сюда попала, не считала дни, поэтому могу приблизительно сказать, что живу здесь три месяца. Я родилась в марте, так что мне уже тринадцать с половиной лет. А привязать свой день рождения к вашему календарю я смогу только тогда, когда опять попаду в наш мир.
      – Спросишь у Гарта, когда приедем домой. Он должен был отметить тот день, когда ты появилась в замке. Тогда будет нетрудно посчитать. Да мы уже и приехали. Ноги-то не болят с непривычки?
      – Да нет, все нормально.
      – Вот и выезжай на своей кобыле каждый день хоть ненадолго. Скажешь Гарту, и он научит тебя надевать сбрую. Седлать лошадей по-прежнему будет он, но тебе необходимо знать, как это делать. И еще надо обязательно научиться ездить галопом, хотя твоя кобыла не предназначена для такого аллюра.

                                                                             Глава 6

      – Забирай эти книги, – Райна указала рукой на толстую стопку книг на столе своей гостиной. – Изучать будешь в таком же порядке, в каком я их сложила. Как только изучишь очередной раздел, сразу же будем заниматься практикой.
      – А что здесь? – с любопытством спросила Ира, листая верхнюю книгу.
      – В верхней описано, как оказывать мысленное воздействие на людей, птиц и животных.
      – А разве можно влиять на птиц?
      – Можно воздействовать на любое живое существо. Чем умнее создание, тем оно легче поддается магии. Собаки, например, могут выполнить довольно сложную работу, чем часто и пользуются, а вот кошки являются исключением. Они почти не поддаются магии, не любят магов и не живут рядом с ними. Ты у нас видела хоть одну кошку? А помнишь, когда мы зашли к старосте, из дома вылетел кот, который чуть не сбил тебя с ног? Кое-где с их помощью определяют магов.
      – А птицы?
      – Ими не очень сложно управлять. Только мелкие птицы управляются на небольшом расстоянии, и им ничего не внушишь надолго, потому что почти сразу все забывают. А вот ворон очень часто используют, например, для передачи посланий. Я думаю, что с декаду продержится сухая и теплая погода, так что у тебя будет время попрактиковаться. Когда начнутся дожди, птиц будет трудно найти. Вторая книга посвящена предметной магии. Она проще в выполнении, но требует больше силы. Думаю, что у тебя уже многое должно получиться. Только не вздумай практиковаться без меня. Неопытный маг может заработать магическое истощение. Оно не смертельно, но очень неприятно.
      – А в третьей книге что?
      – Там описываются стихийные духи. Я тебе о них вообще не говорила. Дело в том, что эти духи очень своенравны, да и ума у них немного, поэтому маги их очень редко используют. Людям они не подчиняются, но их можно натравить на кого-нибудь обманом. Устроить на море бурю или где-нибудь землетрясение. Только нужно самому вовремя убежать подальше, чтобы не попасть под раздачу. Даже если ты никогда не будешь использовать этих созданий, все равно будет нелишним изучить их особенности, так как есть астральные существа, которые управляют стихийными духами. С ними и пытаются договориться, если тебе нужно изменить погоду. Когда ты все это освоишь, настанет черед высшей магии. Надеюсь, что мы с тобой уложимся в три декады. Если будет нужен отвар для запоминания, скажешь.
      – Постараюсь обойтись без него, – Иру непроизвольно передернуло. – Сколько я его уже выхлебала, а все равно пью, как в первый раз. Неужели нельзя его сделать не таким противным?
      – Может, и можно, – пожала плечами Райна, – но нельзя.
      – Это как?
      – Помнишь, я тебе говорила о вреде выхода за пределы нормы для наших тел? Это касается и отвара. Он не такой уж безвредный, поэтому и применяется только тогда, когда без него трудно обойтись. А тем, кто применяет, приходится терпеть его вкус. А теперь представь, что этот вкус вдруг стал бы приятным. Велико искушение выучить все, что хочешь, почти без труда, потратить месяцы там, где другие тратят годы. А потом наступит расплата. Насчет себя можешь не опасаться. Не так уж долго ты его употребляла, а весь возможный вред я сняла с помощью своей магии. Но ведь не у каждого под боком имеется мастер, сильные маги – это вообще большая редкость, тем более что многих из них убили псы Ашуга. Все, иди учиться. Если чего-нибудь не поймешь, сразу обращайся ко мне.
      Ира набросилась на принесенные книги, как изголодавшийся на деликатесы. Она все больше входила во вкус изучения того, чего по понятиям ее мира в природе не существовало. Магия манила своими возможностями, обещанием силы и независимости. И еще ей просто было интересно. Сегодня она наколдовала в трапезной несколько больших ваз с розами. Потраченное на подготовку время не пропало даром: розы получились как настоящие. По трапезной волной пошел одуряющий розовый аромат, заставивший Лаю застыть на месте, а Гарта удивленно поднять брови. Одна Райна продолжала есть, посмеиваясь над шалостью ученицы.
      – Ой, откуда такая прелесть? – всплеснула руками Лая, подбежав к одной из ваз.
      Естественно, что попытка взять один из цветов успехом не увенчалась. Вообще-то, можно было бы наколдовать и иллюзию материальности, но для Иры это было еще сложно, и она решила пока ограничиться видом и запахом.
      – Я не магичила с иллюзиями уже лет сорок, – засмеялась Райна, – вот Лая и забыла. Кажется, я тоже создавала цветы, но не такие, а проще. Такая прелесть реально существует или это твоя выдумка?
      – Это розы, – ответила Ира, которую немного смутило разочарование служанки. – В моем мире это одни из самых лучших цветов. Но стебли у них все в шипах.
      – Так и должно быть, – кивнула наставница. – Красоту нужно защищать. Это и тебя касается, сейчас ты, осваивая магию, отращиваешь свои собственные шипы.
      Гарт теперь вел занятия только с кинжалом, хотя девочка все равно каждый день, после обязательной разминки, повторяла разученные упражнения. У Иры не было большого желания отрываться от занятий для прогулки верхом на Ладе, но Райна настояла на своем. Выезд получалось сделать уже перед самым ужином, поэтому Ира ограничивалась получасовой ездой рысью, временами с большим трудом переводя кобылу в галоп. Каждый раз Лада поворачивала к девочке голову, глядя с таким укором, что юной наезднице поневоле становилось стыдно. Когда теория ментальной магии начала укладываться в голове, она сразу же попробовала применить ее к ленивой кобыле. Результат превзошел все ожидания: кобыла преисполнилась энтузиазмом и показала такую прыть, что Ире стоило больших усилий удержаться в седле. Начали проводить и опыты под руководством наставницы. Райна контролировала каждый шаг своей ученицы, объясняла то, чего не было в книгах, и несколько раз уберегла Иру от серьезных ошибок. В качестве подопытных использовали птиц, своих лошадей и даже лося, который опять разгуливал возле самого замка в поисках грибов. Ира даже хотела на нем прокатиться, но наставница отсоветовала.
      – У тебя нет опыта им управлять, – объяснила она. – Он тебя, конечно, повезет, но куда? Попрется в чащу, и не первая, так вторая ветка тебя с него смахнет, а мне потом придется сращивать тебе кости.
      С птицами работать не понравилось. Крупные куда-то подевались, а мелочь вроде воробьев исправно садилась ей на плечи, но при этом не испытывала никакого уважения, и после подобной дрессировки частенько приходилось чистить одежду. С людьми было сложнее. Под рукой не было никого, кроме слуг, а ехать с этой целью в деревню Райна запретила, хотя Ира и сама не рвалась.
      – Пожалуются в город королевскому наместнику, – говорила она ученице. – Деревни королевские, так что он просто обязан будет отреагировать, и твоя учеба обойдется нам очень дорого. Можешь попробовать что-нибудь безобидное на слугах, но только так, чтобы они сами этого не заметили. Пусть, например, Гарт почешет нос. Только будь осторожна с Лаей и обязательно смотри, чем она занята. А то вмешаешься, когда она шинкует овощи, и оставишь ее без пальца, а нас – без служанки, пока я не восстановлю ей руку. Здесь главное – понять принцип и заучить все рекомендации, все остальное придет с опытом.
      Поначалу предметная магия давалась туго, но вскоре случился прорыв: ей удалось сдвинуть одну из нескольких спичек, которая, повинуясь ее воле, вяло ползала по столу, пока Ира не устала. Через неделю она уже легко гоняла десяток спичек, устраивая на столе спичечные хороводы, а еще через два дня сдвинула полный коробок. А на следующий день закончилось лето, и пошел первый, пока еще теплый дождь, предвестник целой череды дождей, которые зарядят на два месяца и сделают дороги королевства непроезжими. За первым дождем последовал второй, за вторым – третий. Конные прогулки пришлось прекратить. Лесная дорога раскисла не сильно, но все равно из-под копыт Лады летела грязь, а с деревьев сыпалась грязная морось. Зато повсюду полезли грибы. Их было так много, что можно было таскать корзинами, не отходя от замка, а лось обожрался и метил поляны жидким калом. Ира собирала грибы и отдавала Лае, которая их сушила в печи и развешивала на кухне на веревочках. Запах от них исходил просто обалденный. Дальнейшие грибные заготовки прекратил Гарт.
      – Поймите, госпожа Рина, – уважительно, но вместе с тем твердо, сказал он, – на ваши грибы ушло слишком много дров, а я не могу сейчас заготавливать другие: все отсырело, и почти постоянно идет дождь. Да не расстраивайтесь вы так, еще несколько дней, и грибов не будет.
      Пожав плечами, Ира отнесла корзину в кладовку и, забыв про грибы, с новой силой навалилась на учебу. Предметная магия давалась ей все лучше и лучше. Девочка научилась замораживать и кипятить воду, правда, пока только в небольшой, захваченной из дома керамической чашке. Вот заклинание, обеспечивающее сохранность вещей и продуктов, ей пока не давалось. Пришлось обратиться за помощью к Райне. Оказалось, что в книге была ошибка.
      – Потому и говорю, чтобы обращалась ко мне, – сказала ей наставница. – Писец допустил ошибку, а по смыслу ее не видно. Когда я училась сама, долго топталась на этом месте, прежде чем догадалась, в чем дело. Хотела исправить, да забыла. Смотри, как нужно.
      «Теперь мне и холодильника не нужно, – думала Ира. – Любые продукты неделю пролежат свежими, и силы на это требуется совсем мало».
      – Ты у нас теперь маг, – с удовлетворением сказала Райна. – Можно смело идти в гильдию и сдавать экзамены. Конечно, если только она еще существует. Вот освоишь еще стихийных духов, и мы с тобой сразу же перейдем к последнему разделу. Времени на все должно хватить с лихвой. Только мне придется с тобой повозиться, а тебе – потерпеть боль. Все же у тебя маловато сил для высшей магии, так что попробуем это исправить. И давай я тебе на всякий случай покажу, где храню остальные книги. А то мало ли что...
Как Ира и думала, книги хранились, в лаборатории, в выдолбленной в стене нише, на которую было наложено очень качественное заклинание иллюзий.
      – Здесь же кирпичи! – девочка потрогала стену в указанном месте, чувствуя на ощупь только неровную кирпичную кладку.
      – А ты попробуй на время снять иллюзию, – посоветовала Райна. – Только не надо ее совсем разрушать, а то потом сама же будешь все восстанавливать.
      Ира старательно проделала нужное магическое действие, и кирпичи исчезли, открыв глубокую нишу в стене, почти полностью заполненную книгами.
      – Это все по магии? – удивилась она. – Я же уже почти все прочитала, неужели это все по последнему разделу?
      – Ты получила только общие знания, какие может получить любой начинающий маг, нашедший себе наставника или обучающийся по книгам самостоятельно на свой страх и риск. Но существуют и более углубленные знания по отдельным, как правило, наиболее востребованным темам. А есть еще и семейные секреты, которые мастера не спешат делать общим достоянием. Есть такая книга и у меня. В нее мастера семейства Албени больше трех веков заносили все то новое, что им повезло найти в магии. Кстати, именно там все боевые заклятия.
      – Призыв тварей?
      – Нет, это общий раздел высшей магии, он секретом не является. Вот координаты некоторых миров – это секрет. А боевая магия основана на воздействии на организм противника. Ты можешь попытаться остановить или заморозить ему сердце, парализовать дыхание или перекрыть ток крови в голову. Применение у этих заклинаний очень небольшое, потому что человек сразу не умирает и еще может успеть нанести удар, а то и не один. Кроме того, существуют амулеты, которые полностью или частично предохраняют от таких заклинаний. В эту же книгу я записала координаты твоего мира.
      – И когда мы это будем изучать?
      – В самую последнюю очередь. Ну что ты на меня смотришь такими жалобными глазами? Рано тебе еще такое изучать.
      – А просто посмотреть?
      – Давай договоримся так. Я тебе сейчас ее отдам, но не для чтения. Будешь каждый день переписывать из этой книги в одну из своих тетрадок по два листа текста. Читаешь ты хорошо, а пишешь так, что твои каракули с трудом можно разобрать. А так и писать научишься, и попробуешь удовлетворить свое любопытство. А потом расскажешь, что удалось понять. Только не вздумай без меня что-нибудь пробовать! Тебе уже по силам открыть врата, но ты их не сможешь удержать, просто не хватит сил. Они тебя выпьют досуха и захлопнутся, а мне достанется твое мертвое тело. Ты меня поняла? Тогда забирай и пойдем, а то что-то забеспокоился лесной народ.
      – Что за народ? – спросила Ира, следуя за Райной с книгой под мышкой.
      – Это всякая лесная мелочь вроде болотников и водяных. Они у тебя есть в книге по стихийным духам. В отличие от истинных духов, они намного слабее, но это-то и позволяет их чаще использовать. Только эти духи не могут удаляться от мест своего обитания, поэтому польза от них не очень большая.
      – Они вам что-то передали? Почему же я ничего не почувствовала?
      – Потому что передали лично мне. Помолчи, кажется, дело серьезное. В направлении замка идут люди с железом, причем движутся не по дороге, как это сделали бы солдаты, а лесом, да еще со стороны Карской пущи. Наверняка это разбойничья ватага, которая собралась отсидеться в нашем замке до весны.
      – А мы?
      – Можешь обойтись без глупых вопросов? Что мы? Если они о нас знают, это только лишний повод сюда прийти. Выжившая из ума старуха и двое таких же слуг для них не противники, а какой-никакой запас продуктов у них должен быть. Да еще, возможно, удастся чем-нибудь поживиться. Поняла? Нас пустят под нож, а тебя дружно используют и тоже зарежут, потому что благородная и для них возможный источник неприятностей.
      – Сообщили, сколько их?
      – Сообщили, что много. Духи не умеют считать, все, что больше двух, для них уже много. Но у нас ватаги редко ходят меньше десятка, разве что их ополовинят королевские егеря. Будем рассчитывать на худшее и считать, что их два десятка. Сами мы с ними не справимся, поэтому мне придется обратиться за помощью. Не хотелось тратить запас, который я приберегла на черный день, но, кажется, этот день наступил. Беги к Гарту и скажи, чтобы забрал арбалеты и нес к южному входу. Они должны подойти туда. Сама будешь ему помогать, а я бегу в башню вызывать помощь. Мне нужно всего полчаса, постарайтесь столько продержаться. Если не сможете, уходите в лес и заберите с собой Лаю, а я закроюсь изнутри и постараюсь закончить ритуал. Беги, девочка моя!
      Гарт отреагировал на новость хладнокровно.
      – Пойдемте, госпожа, поможете мне донести оружие, да и сами вооружитесь.
      Оружие замка хранилось в комнате самого Гарта в двух больших шкафах. Ире он дал надеть пояс с закрепленным на нем длинным кинжалом, больше похожим на короткий меч, и еще два кинжала поменьше.
      – Эти будете метать, – сказал он девочке. – Возьмите с собой сумку с болтами и арбалет из тех, что поменьше.
      Сам он выбрал из десятка имеющихся арбалетов два самых больших.
      – Из них можно пробить доспехи на сто шагов, – пояснил он в ответ на вопросительный взгляд Иры. – Вряд ли разбойники будут в броне, но всякое может случиться. По крайней мере, из них мы сможем отстреливать врагов от кромки леса, в доспехах они или нет.
      Гарт тоже повесил себе на пояс два кинжала и закрепил за спиной короткий, широкий меч. Никаких доспехов у него в комнате не было. На вопрос Иры, почему их нет, он ответил, что все доспехи замка захватили с собой бежавшие слуги, и железо сгинуло вместе с ними в болоте.
      – Нам от них сейчас было бы мало пользы, – добавил он, поворачивая на кухню. – Наша задача – положить как можно больше разбойников, пока они не ближе полусотни шагов. Их луки отсырели, и с большего расстояния от них будет мало толку. Но в упор они нас утыкают стрелами, так что нам с ними врукопашную не драться. Отстреляемся и отступим вглубь замка. Здесь можно будет попытаться завалить еще двух-трех, а потом только уходить в лес, если их останется больше пяти. А если меньше, то может, и справимся. Сейчас предупредим Лаю, чтобы уходила, и идем прямиком к входу. Попробую, если будет время, сделать там завал из дров и бочек. И им препятствие, и нам будет где укрыться.
      Лая тоже не стала паниковать и метаться по кухне. Она молча выслушала Гарта, сняла с плиты кастрюлю с кашей и засунула за матерчатый пояс пару кухонных ножей, которые ничем, кроме отсутствия ножен, не отличались от кинжалов Иры.
      – Пойдемте быстрее, госпожа! – поторопил Гарт. – Кто его знает, сколько у нас с вами времени. Будет плохо, если мы не успеем!
      Они успели, но в самый последний момент. Едва только старый солдат успел сделать небольшую баррикаду из старых бочонков, как из леса, совершенно не скрываясь, вышла толпа мужчин человек в тридцать, которые не спеша двинулись в сторону замка.
      – Много! – с досадой сказал Гарт. – Не удержимся. Послушай меня, Рина! Это не люди, а волки в человеческом обличье. Не жалейте их, потому что никто из них вас жалеть не станет. У каждого из этих мерзавцев руки по локоть в крови. Сейчас вы начнете их убивать, а я буду заряжать для вас арбалеты. Стреляете вы не хуже меня, а так будет быстрее. Начинайте, времени у нас мало! Представьте, что это просто мишени!
      У Иры не получилось представить вместо людей мишени, но страх не помешал ей уложить поверх бочонка заряженный арбалет, навести его на идущего впереди толпы толстяка с большими вислыми усами и нажать на спусковую скобу. Арбалет привычно ударил в плечо, а толстяк получил болт в живот, заорал, бросив меч, пробежал несколько шагов и рухнул на землю.
      – Следующий, быстро! – крикнул Гарт, подавая заряженный арбалет.
      Разбойники не остались на месте, а схватились за луки и нестройной толпой побежали прямо к ним. Ира успела выстрелить еще четыре раза, не сделав ни одного промаха, после чего на баррикаду обрушился дождь стрел. Старик вовремя пригнул девочку, спрятав ее за бочонок, в который тут же воткнулись несколько стрел.
      – Лежи тут! – приказал он, а сам, прикрытый от стрел баррикадой, ползком пробрался к двери и успел ее захлопнуть и заложить засов, прежде чем подбежал первый из разбойников. После этого поднялся на ноги и крикнул: – Долго не продержится! Сейчас найдут или срубят ствол дерева и легко выбьют дверь. Дерево еще крепкое, но петли давно проржавели. Идем на галерею, может, из окон удастся кого-нибудь подстрелить.
      Ира молча схватила заряженный арбалет и сумку с болтами и бросилась вслед за стариком. В галерее Гарт подбежал к первому же окну, расположенному со стороны входа.
      – Положи оружие на пол, – сказал он девочке, по-прежнему продолжая обращаться к ней на ты. – Я подсажу в оконный проем, а потом подам арбалет. Болты брать не нужно: все равно не сделаем больше одного выстрела, ссадят стрелами. Прячься за выступом стены и не стреляй, пока я не заберусь. Ударим вместе.
      Он закинул Иру на основание давно лишившегося стекол окна, передал ей оба арбалета и, подтянувшись, забрался сам.
      – Бегут уже с бревном, – посмотрел он на разбойников. – Распределим цели. Я стреляю в переднего, а ты в того, кто бежит за ним. Целься, я скомандую. Давай!
      Первые два разбойника из тех, которые бегом тащили здоровое бревно, упали под ноги своим товарищам, а конец бревна пошел вниз и уткнулся в землю. Остальные не смогли его удержать, в результате чего у одного из мерзавцев оказалась переломана нога. Стоявшие в стороне разбойники разразились негодующими воплями и пустили в ход луки.
      – Разбойники не попробуют забраться в замок здесь? – спросила Ира после того, как они спрыгнули с окна внутрь галереи, на несколько мгновений опередив выпущенные стрелы.
      – Вряд ли, – ответил старик. – Им теперь проще пройти через дверь. Здесь снаружи до окон слишком высоко, да и нас побоятся. Заряжаем арбалеты и бежим к северному выходу. Не успеем, тогда придется отступать через разрушенную часть замка. Если столкнемся с ними, сразу стреляй, бросай арбалет и старайся не попасть под стрелы. Хотя в коридорах луки использовать неудобно. Если что, защищайся кинжалами. Нам главное – еще чуть продержаться, чтобы дать госпоже больше времени.
      Они совсем немного не успели. Когда до поворота коридора в сторону нужного выхода осталось всего с полсотни шагов, раздались грохот выбитой двери и радостный вопль двух десятков глоток.
      – Пытаемся прорваться на кухню! – крикнул Гарт. – Здесь они с нами справятся в два счета.
      Они смогли добежать только до кухонной двери, где столкнулись с целым десятком разбойников. Оба одновременно разрядили арбалеты, уложив наповал двух врагов, после чего остальные бросились на них с мечами в руках.
      «По-моему, это и есть крайний случай», – мелькнуло в голове Ирины, которая в следующий миг перешла в ускоренный режим.
      Движения разбойников стали очень медленными: они словно продирались сквозь толщу воды. Один бросок кинжала, второй... Она успела третьим кинжалом ударить еще двоих. Извлечь оружие уже не получилось: внезапно ослабевшая рука не смогла удержать рукоятку, а ставшие ватными ноги – тела. Девочка опрокинулась на спину, больно ударившись затылком о каменный пол. Сил не было никаких, ни магических, ни телесных. В глазах мельтешило, в виски лупила кровь, а грудь ходила ходуном и не могла уберечь от навалившегося удушья. Сквозь звон в ушах она услышала азартные крики и звон клинков. Гарт еще сражался, но не мог прийти на помощь. Возле нее остановились двое.
      – Допрыгалась, сучка, – сказал один из них. – Кто же это ее, Сол? Смотри, кончается. Давай я с ней сейчас попрыгаю, пока еще теплая, а ты покараулишь, чтобы меня случайно кто не огрел? Вы-то потешили свои сморчки, а потом порезали всех баб в обозе, а мне ничего не досталось. Сил больше нет терпеть, а эта смотри какая!
      – Сам ты сморчок! – рассердился второй. – Нашел время точить свой шишак! Кто его знает, сколько здесь еще врагов, а ты норовишь залезть на бабу! Точно дурак! Мы уже потеряли половину ватаги, а убили ли хоть кого, кроме нее? Сейчас ребята упокоят этого деда, и надо...
Что-то хлюпнуло, и ей на ноги плеснуло теплым. Мгновением позже звук повторился, и на этот раз влага попала с другого бока, намочив руку и забрызгав лицо. Следом прозвучал сдвоенный удар упавших тел. Со стороны, где шел бой, раздался полный животного ужаса крик, который резко оборвался. Оттуда же послышались шаги, и к Ире подошел уставший Гарт.
      – Что с вами, госпожа Рина? – спросил он, опускаясь перед ней на колени. – Вы вся в крови!
      – Опять госпожа! – прошептала девочка, которой стало самую малость получше. – Это не моя кровь, Гарт. Кто-то убил тех, кто ко мне подошел, это их кровь. Я просто потеряла много сил. Ты сам устал и, кажется, ранен. Садись рядом, немного отдохнем. Это ведь помощь, которую вызвала Райна?
      – Да, наверное, – ответил старик, тяжело опускаясь рядом. – Я видел, как вы метнулись к разбойникам, и сразу четверо из них рухнули на пол. Вы тоже упали, но я не смог прийти на помощь: на меня набросились двое, а силы уже не те. Я отбивался мечом, прикрываясь еще и арбалетом, но они теснили меня в угол. Атаковать я не мог, только защищаться. Там бы меня и убили, но внезапно у моих противников отлетели головы. Я успел отскочить, и меня не залило кровью. Стоит тишина, и никто больше не появляется, поэтому я думаю, что такая же неприятность приключилась и с остальной ватагой. Скоро подойдет госпожа, тогда я схожу за Лаей, а то на улице опять начался дождь.
      В коридоре раздался звук торопливых шагов, и из-за поворота появилась наставница. Увидев лежавшую и залитую кровью Иру, она вскрикнула и бросилась к ней бегом.
      – Что с тобой, девочка моя?! – причитала она, совсем по-бабьи, схватив ладонями ее голову. – Ну вот, я же говорила, что тебе еще рано этим пользоваться! Разве так можно? Я чуть не рехнулась от страха. Потерпи немного, сейчас я поделюсь с тобой силой. Где Лая, Гарт?
      – Я передал ей ваш приказ укрыться в лесу, – ответил слуга, тяжело поднимаясь на ноги. – Пойду ее найду и приведу обратно.
      – Возьми плащ, – сказала хозяйка. – На улице сильный дождь. Теперь займемся тобой. Откройся, я буду вливать в тебя силу. Легче? Все, хватит. Теперь обопрись на меня и поднимайся. Лая тебе поможет помыться и лечь в кровать. Для тебя это сейчас самое главное. Нам всем следует отдохнуть, а мне еще нужно затянуть у Гарта порез на руке. Старый стал и неуклюжий, раньше он один разогнал бы толпу разбойников, по крайней мере, если бы был в броне. Эти тела найдется кому убрать.
      Лая оказалась цела и невредима и даже не намокла, прикрывшись предусмотрительно захваченным плащом. Вернувшись в замок, она развила бурную деятельность. Первым делом нагрела воду и искупала молодую госпожу, которая шевелилась в купальне как снулая рыба. Иру растерли полотенцем, напоили горячим отваром и уложили в кровать. Для остальных был срочно приготовлен горячий обед. У старой женщины еще хватило сил собрать все оружие разбойников, сложить его в одном месте в коридоре и приставить на место выбитую дверь, подперев ее валявшимися рядом бочонками. Вся одежда, оставшаяся после исчезновения тел разбойников, была выброшена в выгребную яму, после чего Лая добрела до своей комнаты и крепко заснула. Гарт после лечения руки тоже ушел отдыхать, но перед этим еще сходил на конюшню накормить и напоить лошадей. Не дождавшись ужина, который сегодня некому было готовить, все население древнего замка забылось тяжелым сном. Спала и Райна, которую вымотали ритуал призыва и необходимость делиться остатками сил со своей ученицей. Поэтому она никак не отреагировала на сообщение одного из духов леса о том, что по дороге в сторону замка движутся конные люди с железом. Много людей.

      – Как вы думаете, сержант, далеко еще до этого замка? – спросил симпатичный молодой человек лет двадцати, носивший на шее офицерский медальон, у ехавшего рядом с ним пожилого мужчины, одетого в форму королевского егеря.
      – Скоро должны подъехать, милорд, – почтительно ответил сержант. – Будем становиться лагерем или попросим гостеприимства у хозяев?
      – Надеюсь, что старая госпожа нам не откажет, – ответил командир. – В такую погоду под кров пускают даже собак. Опять начался дождь! И вы хотите сейчас ставить палатки? Нас всего два десятка, так что в замок поместимся. В конце концов, в интересах его жильцов, чтобы мы разделались с этой ватагой!

                                                                              Глава 7

      – Если хотите, здесь можно свернуть с дороги и проехать лесом, – предложил сержант. – Это будет намного короче. А можно доехать до деревни, а потом другой дорогой добраться до замка.
      – Поворачиваем, – решил офицер. – Этот дождь уже так достал, что хочется быстрее под крышу. Да и не будет в лесу такой грязи, как на дороге.
      Маленький отряд втянулся в лес и, ведомый сержантом, быстро добрался до вырубки перед замком.
      – Как видите, милорд, я вас не обманул, – сказал сержант. – Мы... Ах, каналья!
      Его возглас предназначался собственному коню, который внезапно рванулся в сторону, едва не выбросив всадника из седла, и нервно заплясал на месте, кося испуганными глазами в сторону замка.
      – Что-то напугало Ардая, – пояснил сержант встревоженному офицеру. – Отряд, стой! Милорд, с вашего позволения, я спешусь и посмотрю.
      Он соскочил с коня и отдал его повод одному из подчиненных, а сам начал осматривать вырубку. Пройдя немного вперед, сержант неожиданно остановился как вкопанный: на земле лежала одежда и обувь человека, причем рубашку кто-то засунул внутрь колета и заправил в штаны, которые, в свою очередь, были заправлены в сапоги.
      – Милорд! – позвал он офицера. – Я вас попрошу подойти сюда. Только лучше и вам спешиться. Мой Ардай не боится крови, а здесь просто ошалел от страха, так что это место и другим лошадям будет не по нраву.
      – Что за ерунда? – пораженный офицер присел на корточки рядом с сержантом. – Такое впечатление, что тело просто испарилось.
      – Верное у вас впечатление, милорд, – кивнул сержант. – Смотрите! – Он полез в воротник рубашки и вытащил из него золотой медальон на цепочке. Развязав завязки на рубашке, нащупал и вытащил окровавленный арбалетный болт.
      – Этого человека убили из замка. Смотрите, дыра только на груди, да и лежал он головой вперед. Давайте перевернем одежду и посмотрим, что лежит снизу.
      Внизу на широком кожаном поясе висел длинный кинжал, а с другого бока был подвязан кошель с деньгами.
      – Золото, – сказал сержант, развязав кошель. – Монет тридцать. Видно, непростой был разбойник. Ба, да это же Санти-Пивной-Бочонок! Посмотрите на медальон!
      – Точно Санти! – подтвердил офицер. – По слухам, он с этим медальоном никогда не расставался. За его голову магистрат назначил сто монет золотом! Повезло им сразу же уложить разбойничьего главаря. Вы говорили, что ваш конь не боится крови, а здесь ее почти всю смыло дождем. Так что, магия?
      – Скорее всего, милорд. Иначе куда делось тело? Нужно посмотреть вокруг, один ли он здесь лежит. Мне кажется, что сегодня этим ребятам не повезло. Если бы кто-нибудь из них остался в живых, они непременно вернулись бы сюда похоронить тело или хотя бы забрать золото. По слухам, у Санти на пальцах было полно колец. Давайте посмотрим у рукавов. Смотрите, перстень! И еще один!
      – Выходит, в замке отбились, положив всю ватагу?
      – Может быть, и так, милорд, а может, их просто осталось так мало, что оставили осмотр тел на потом. Так что нам в любом случае нужно быть настороже.
      Все спешились и, оставив коней под охраной двух егерей, рассыпались по вырубке, тщательно осматривая ее в направлении замка. Долго искать не пришлось: уже шагов через тридцать чуть в стороне были обнаружены еще одни непонятные останки одежды и обуви, в которых тоже оказался арбалетный болт. Рядом валялось оружие.
      – И у этого никто не забрал деньги, – перевернув мокрое тряпье, сказал сержант. – Золота в кошеле нет, но много серебра. Ищите ребята, наверняка он здесь такой не один.
      Ближе к замку попалось два «тела», и оба тоже с оружием и деньгами, а возле самых стен нашли еще троих, причем у двоих извлекли болты, а у третьего не нашли болта и видимых повреждений одежды. Один из егерей подошел к двери, осмотрел ее и вернулся обратно.
      – Дверь выломана, – доложил он начальству. – Рядом валяется бревно. Наверное, им и ломали. Дверь просто прислонена к проему и чем-то подперта изнутри.
      – Значит, несмотря на потери, разбойники выломали дверь и вошли в замок, – сделал вывод сержант. – И в замке остались, потому что никто не трогал денег и оружия погибших. Что будем делать, милорд? Уже темнеет, все устали и промокли. Нужно или проситься на ночлег в замок, или ехать ночевать в деревню.
      – Мне не хочется сейчас тревожить хозяев, – задумался офицер. – Если там разбойники, мы окажемся в очень невыгодном положении, а если победили хозяева, которым победа не могла достаться легко, вряд ли они нам обрадуются. Но и ехать сейчас в деревню... Давайте поступим так. Это ведь замок прежних? Значит, здесь где-то должны стоять конюшни. Прежние их всегда выносили из замков. Если конюшни уцелели, попробуем переночевать в них, они для этого достаточно просторные.
      Конюшни нашлись неподалеку. На вид они были неповрежденными, а от ворот в сторону замка вела узкая, но хорошо протоптанная дорожка.
      – Здесь часто ходят, – заметил сержант. – Ворота не заперты. Подожди, Лаш, не трогай. Если в замке живет сильный маг, он мог оставить вместо замка какой-нибудь не слишком приятный сюрприз. Позовите Ола, пусть проверит.
      Подошедший на зов молодой егерь походил у ворот, но ничего не обнаружил.
      – Нет здесь ничего, – сказал он, открывая створку ворот. – Если и было сторожевое заклятие, его не обновляли, а следы от старых я не почувствую.
      Егеря тщательно осмотрели саму конюшню и несколько подсобных помещений, но обнаружили только двух кобыл и небольшой запас сена и овса.
      – Заводите наших лошадей, – скомандовал офицер. – Займем самое большое помещение. В нем чисто и сухо, так что постелем на пол палатки, на них и переночуем. Всем переодеться в сухое, а мокрые вещи сверните в узлы, завтра высушим в замке. Игаш, распределите ночные дежурства.
      – Конечно, милорд, – ответил сержант. – Я думаю, что мы можем позаимствовать у хозяев немного овса. Завтра пошлем кого-нибудь в деревню к старосте и восполним потраченное.
      – Господин сержант! – подошел к Игашу один из егерей. – Мы нашли на плитах что-то вроде пятен крови. Дождем размыло, но увидеть еще можно. Следы ведут к выгребной яме. В нее здесь сбрасывают навоз и кухонные отходы.
      – А в самой яме?
      – Так она слишком глубокая и почти пустая, там и днем-то не слишком видно. Может, подсветить факелом?
      – Ты долго думал? А если загорится этот навоз, чем будем тушить? Возьмите тонкую веревку и привяжите к факелу. Потом доложите результаты.
      Минут через двадцать с докладом прибежал тот же егерь.
      – В яме поверху набросана куча тряпья и много сапог. Подробно рассмотреть не получилось: занялась веревка, и еле успели вытащить факел.
      – Вот и нашлись остальные разбойники, – сказал офицеру Игаш. – Значит, обитатели замка все же отбились. Наверняка среди них есть сильный маг, который призвал каких-то тварей. Об этом надо будет обязательно доложить наместнику.
      – Если маг – это сама хозяйка, вряд ли она поедет в столицу, – сказал офицер. – Она не просто так забилась в эту глушь. Скорее всего, ее еще в прошлом царствовании загнали сюда жрецы Ашуга. Они тогда свирепствовали вовсю, а отец короля им потворствовал. Скольких мастеров они извели, сколько их бежало к соседям! А теперь, если придется драться, нам нечем будет отбиться от тварей. Король пытается собрать тех, кто остался, но их очень мало, да и не верят они, что все кончилось.
      – Об этом пусть болит голова у наместника. – Сержант распаковал свои сумки и достал хлеб и кусок окорока. – Будете, милорд?
      – Не откажусь. Спасибо, сержант. Поедим, и всем, кроме дежурных, спать. А завтра посмотрим что к чему. Вы правы: наше дело только доложить.

      – Ну как ты себя чувствуешь, отдохнула? – Райна внимательно осмотрела свою ученицу. – Вроде следов истощения не видно.
      – Нормально я себя чувствую, – ответила Ира. – Все как обычно, если не считать того, что побаливают мышцы.
      – Это из-за перехода в ускоренный режим. К вечеру должно пройти. Ты вчера, по словам Гарта, упокоила десяток разбойников. Это на тебе никак не отразилось?
      – Сначала было страшно и немного подташнивало, а потом я послушала, что они со мной собирались сделать, и появилась такая злость, что даже тошнота прошла. Если бы я тогда не лежала совсем без сил... Ладно, ну их. Мы сегодня будем заниматься моим резервом?
      – Сегодня придется сделать перерыв в занятиях: у нас гости. Гарт отправился утром кормить лошадей и встретил в нашей конюшне егерский отряд его величества. Они охотились за теми же разбойниками, которые нанесли нам визит. А я вчера так вымоталась, что даже не почувствовала, когда меня хотели о них предупредить. Среди егерей есть один благородный – Лар Ольгар барон Розен. Гарт сказал, что юноша производит впечатление достойного человека. Он у егерей за главного. Приличия требуют пригласить его к завтраку и оказать содействие егерям, если он к нам обратится с такой просьбой. К тому же не помешает разузнать последние новости. Много ли узнаешь у крестьян, а Гарта я последний раз посылала в город лет семь назад. Стар он уже стал для таких поездок. Тебе нужно привести себя в порядок. Задача – сразить этого Лара наповал. Тогда мне будет легче вытянуть из него все, что нужно.
      – А сколько лет этому барону?
      – Около двадцати.
      – И вы думаете, что он западет на девчонку?
      – Иди сюда, девчонка. К зеркалу иди. Теперь посмотри на себя. Это девочка? Ты говоришь, что тебе тринадцать с половиной, но любой, кто посмотрит, не даст меньше пятнадцати. У тебя формы взрослой и очень красивой женщины, вот и учись этим пользоваться. Пусть тебя пока не интересуют мужчины, это вовсе не повод, чтобы не использовать их интерес к тебе. Я как-нибудь выберу время и позанимаюсь с тобой тем, как вернее и быстрее охмурить мужчину. Считай, что это оружие, данное тебе природой. Ты отвела руки назад, натянув на груди ткань платья, и он послушно уставится на твою грудь. При этом большинство мужчин уже не в состоянии нормально соображать, все их мысли совсем о другом. Есть немало и других приемов. Даже меняя тембр голоса, ты можешь управлять их поведением. Так что оставь свою глупую блажь и перестань считать себя ребенком.
      – Это ваша мазь виновата, что они так торчат!
      – Мазь и упражнения. Ну и что в этом плохого? Скажи мне, какая девушка не хочет быть красивой? Есть ли такие вообще? А ты сама? Думаешь, я не поняла, почему ты своими ресницами поднимаешь ветер? Ты от природы очень красива, но сюда пришла хилым заморышем. А посмотри на себя сейчас! Красивая, сильная и уверенная в себе девушка! Пусть ты еще ребенок по меркам своего мира, сейчас ты живешь по другим законам. Так что не спорь и надевай платье покрасивее. А потом я тебе еще подберу украшения. Брать диадему или колье будет чересчур: такое носят только по торжественным случаям. Этот барон еще возомнит, что ты вырядилась из-за него. А вот кулон будет в самый раз. Плохо, что у тебя не проколоты уши. Серьги – это, конечно, варварство, но они сразу меняют вид женщины. Ладно, я тебе их проколю потом, пока обойдемся без этого.
      От Райны Ира ушла в смятении. Неужели наставница права, и она уже созрела для взрослой жизни? Она не чувствовала себя взрослой. Пока одевалась, волнение ушло. Райна знает, что говорит, а ее дело – слушаться свою наставницу во всем. Надо учиться вертеть мужчинами, значит, она будет этому учиться. А пока посмотрит, как на нее отреагирует этот барон. Это будет даже интересно. Выбранное платье обтянуло ее как вторая кожа. А ведь с самого начала все платья были чуть велики. Еще немного, и нужно будет шить новые. Волосы она просто расчесала, отбросила назад и сколола гребнем. За пять месяцев ее пребывания в замке они отросли почти до попы и стали заметно гуще. Когда Ира, которой надоело тратить время на уход за своей гривой, попросила Райну ее укоротить, та единым для обоих миров жестом покрутила пальцем у виска и заявила, что для благородной девушки волосы у нее еще недостаточно длинные, и о том, чтобы их укорачивать, не может быть и речи.
      Закончив чистить перышки, как называла это занятие мать, она поспешила к наставнице.
      – Великолепно! – Райна взяла со столика небольшой золотой кулон, украшенный изумрудами, и повесила Ире на шею. – Как на тебя делали, даже цепочку не надо подгонять. А вот с платьями нужно будет что-то делать. Еще две-три декады, и ты в них можешь не влезть. А ведь моей сестре было больше пятнадцати, и она не выглядела худышкой. Посмотри себе в шкатулке кольца, только не копайся, уже пора завтракать. Все помнишь о своем происхождении? Вот и отлично. Будь приветлива, но держи дистанцию. Подбородок слегка подними и не вздумай морщить лоб или щурить глаза. Ладно, барон провинциал, ему и этого будет довольно. Вот что, моя милая, для усиления эффекта ты войдешь в трапезную после того, как мы уже сядем есть. Тогда я тебя барону и представлю.

      Полученное утром приглашение на завтрак было ожидаемым, поэтому Лар, как мог в походных условиях, заранее привел себя в порядок и, оставив отряд на сержанта, отправился вслед за старым слугой через вход с еще отсутствующими дверями.
      – Милорд будет посылать своих людей в деревню? – спросил у него слуга, заводя гостя в замок. – Если да, то миледи просила сказать старосте, чтобы прислал кузнеца для починки дверей. Прошу вас сюда. Садитесь, миледи сейчас будет.
      Сев на указанное ему место, Лар с любопытством осмотрелся. Он впервые посетил замок прежних, и ему все здесь было интересно. Не так уж много таких замков, да еще относительно целых, было в королевстве. А уж те, в которых обитали люди, можно было пересчитать по пальцам. Прежние строили с размахом. В трапезной, где сейчас был накрыт стол на несколько человек, можно было без труда усадить сотню, а то и больше.
      – Миледи! – торжественно объявил слуга, который почему-то сел за один стол с гостем.
      В трапезную зашла старушка лет восьмидесяти с лицом, сохранившим следы былой красоты. Оделась она довольно скромно, а из украшений были видны только массивные золотые серьги с камнями. Она величественно кивнула Лару, который в знак почтения к хозяйке привстал со своего стула. Заняв место во главе стола, она вопросительно посмотрела на гостя.
      – Лар Стах барон Ремер, – представился он.
      – В отличие от вас, барон, я не могу назвать своего родового имени или титула, – сказала старая леди. – Враги сильны, а я одинокая слабая женщина. Поэтому разрешаю называть себя Райной. Я вижу, что вас смущает присутствие за нашим столом Гарта. Дело в том, что он служит мне уже больше пятидесяти лет, а вчера вместе с моей воспитанницей убил больше половины разбойников, прежде чем я смогла вмешаться.
      – Для этого нужно немалое мужество и воинская сноровка, – заметил Лар, с уважением посмотрев на слугу. – А где ваша воспитанница? Я слышал о женщинах-воинах, но сам их никогда не встречал. Она не из таких?
      – Нет, что вы, Лар! – рассмеялась леди Райна, назвав его по имени, что после представления уже не противоречило этикету. – У моего отца были две такие, с позволения сказать, дамы. Дрались они действительно неплохо, но, чтобы рассмотреть в них женщин, нужно было сильно постараться. А вот и моя воспитанница! Позвольте вам представить Рину Волк баронессу Камен. Она родом из Ливены, если это вам о чем-то говорит.
      – Миледи... – Лар привстал со стула и так и остался стоять, рассмотрев вошедшую юную девушку, красивее которой еще не видел.
      – Вы можете сесть, Лар! – сказала довольная произведенным эффектом Райна. – Не стоит смущать мою воспитанницу таким пристальным вниманием, она к этому не привыкла.
      Действительно, щеки девушки зарумянились, что только добавило ей прелести.
      – Давайте отдадим должное завтраку, – продолжила хозяйка, – а потом вы нам расскажете последние сплетни, которые сейчас в ходу, и о том, чем мы вам можем помочь. Наверное, надо перевести ваших людей в замок и накормить горячим обедом. Конюшни – это не лучшее место для постоя. К сожалению, жилых комнат в замке немного. У нас просто не было необходимости приводить в порядок остальные помещения, да и слуг у меня осталось немного. Но если ваши люди захотят, они смогут расчистить для себя одно из нескольких помещений, в которых раньше жили слуги и были отремонтированы окна. Там достаточно тепло, нужно только убрать мусор. Я скажу служанке, и она приготовит для них обед. Но в дальнейшем им придется заботиться о себе самим, для такого количества едоков моя служанка уже стара. Вы надолго собираетесь здесь остаться? Только, ради всех богов, не говорите, что собираетесь остаться навсегда! Рина такой жертвы не оценит: слишком молода.
      – Сколько же лет баронессе? – спросил Лар.
      – Увы, дорогой Лар, она гораздо моложе, чем кажется! Ей до совершеннолетия еще полгода, но и после его достижения у вас мало шансов, потому что она не рвется замуж. Однако мы уделяем слишком много внимания хозяевам и совсем забыли о гостях. Расскажите дамам что-нибудь интересное, а то мы здесь без общения покрываемся мхом.
      – Прежде чем что-то рассказать, позвольте задать вопрос. В замке есть сильный маг?
      – Почему вы решили, что здесь есть сильные маги и в чем причина вашего интереса? – спросила Райна. – Я понимаю, что крестьяне могли наболтать о нас в городе. Знают они о нас немного, но кое-что рассказать могли. Но делать подобные выводы на основании их рассказов...
      – Мы нашли останки разбойников, которым не удалось добраться до замка. Убиты они обычным оружием, но тела...
      – Вот жадины! – неизвестно о ком сказала Райна. – Мало им было тех, кто забрался в замок. Я как-то не подумала, что они решат прогуляться и в его окрестностях. Вам сильно повезло, Лар, что вы появились позже этой драки. Тем, кто нам помог, было запрещено трогать своих, вы в их число по понятным причинам не входили. Право, не стоит вам так бледнеть, лучше при случае отблагодарите того бога, которому поклоняетесь. Ладно, вижу, что врать вам нет смысла. Я и есть тот маг, который призвал помощь из-за грани. А теперь расскажите вы, что у вас за нужда в магах.
      – Не у меня, – ответил Лар, у которого до сих пор от одной только мысли о том, что на вырубке могла лежать и его одежда, по спине гулял озноб. – Нужда в магах появилась у его величества Аниша Третьего.
      – Припекло! – злорадно сказала Райна. – Как я понимаю, соседи?
      – Правильно понимаете, – вздохнул Лар. – Когда жрецы Ашуга при поддержке короля развязали войну против магов королевства, многие мастера бежали к соседям. Отец передал сыну трон, а тому теперь приходится расплачиваться за совершенные родителем глупости. В королевстве не осталось мастеров, даже просто сильные маги теперь редкость. И если кому-нибудь из соседей взбредет в голову напасть на Тессон, боюсь, всем нам придется плохо. Поэтому его величество издал указ об амнистии всем магам, которых обвинял его отец. Тем, кто вернется, обещаны крупные денежные выплаты из казны.
      – И многие возвращаются? – насмешливо спросила Райна.
      – Вы правы, – Лар говорил с Райной, но глаза то и дело сами соскакивали со старушки на ее воспитанницу, – пока никто не вернулся. По крайней мере, я о таких не слышал. Мастера везде хорошо устроятся, а верить сыну после того, что творил отец...
      – И не вернутся, если им не начнут отдавать назад родовые имения! – жестко сказала Райна. – А как такое сделать, не вступая в конфликт с их новыми владельцами? А тем могут помочь обиженные жрецы Ашуга. Так ведь можно лишиться короны! Вы не в курсе, как именно написан указ в части отмены обвинений в государственной измене? Чем это мотивируют?
      – Ничем. Там просто сказано, что в связи с несостоятельностью обвинений. Точно не помню, но как-то так.
      – Сколько лет вашему королю, Лар?
      – Он и ваш король, миледи Райна!
      – Ладно, пусть будет нашему, – примирительно сказала она. – Так сколько?
      – Вы даже этого не знаете! Ему недавно исполнилось двадцать.
      – Мальчишка!
      – Миледи, я бы вас попросил не оскорблять короля в моем присутствии! Я давал клятву верности и слушать такое не могу!
      – Ладно, не буду я его оскорблять. Только, молодой человек, голова у короля не только для того, чтобы носить на ней корону, ею еще иногда нужно думать! Подумайте сами о том, что он написал. Вот, например, я потеряла из-за ложного обвинения не только всю семью и положение в обществе, но и обширные земельные владения. По этой причине я не испытываю любви к королевской семье, такие же чувства будут к ней и у других мастеров. А теперь мне говорят, что меня обвиняли ложно. Из этого вытекает, что меня всего лишили незаконно, и я имею полное право это все вернуть обратно. А если этим не хочет заниматься король, я вполне могу сама отобрать свое имение у его теперешних владельцев, да еще попутно с ними рассчитаться. Жрецы Ашуга раздавали конфискованное не просто так, а своим сторонникам, которые часто сами принимали участие в захватах. Думаете, у меня на это не хватит сил? Вот и получается, что ничего умного в этом указе нет. Для меня он выгоден хотя бы тем, что я смогу не скрывать свое имя и жить в королевстве свободно. Но вот самому королевству он не принесет ничего хорошего, кроме раздора и внутренней войны.

      – Интересно, почему барон так быстро убежал? – спросила Ира. – И планы свои поменял. Я думала, что его из замка придется гнать метлой, а он со своими людьми намылился в деревню. Ваша работа?
      – Следи за тем, что говоришь. Если у меня иногда проскакивают словечки, непристойные для благородной леди, это не повод, чтобы их повторяла ты. Да, я подтолкнула барона в нужном направлении, а заодно заставила его забыть кое-что из нашего разговора. У него нет амулета, так что это было совсем не трудно сделать. Ты же видела, как он на тебя пялился. Я не хотела, чтобы он запал на тебя всерьез и торчал здесь со своими людьми, мешая нам заниматься делами. Разбойничьей ватаги больше нет, так что и ему здесь нечего делать. Приведут себя в порядок в деревне, поедят и пусть отправляются туда, откуда пришли. А нам с тобой нужно готовиться к приезду гостей. Я не могла стереть память о нас всем егерям, я и барону ее только местами подправила, так что по приезде они доложат начальству и о ватаге, и о том, как она была перебита. Если наш король всерьез обеспокоен отсутствием магов, а похоже, что так и есть, к нам очень скоро пожалует кто-нибудь от наместника. Пожалуй, все оборачивается к лучшему.
      – Вы хотите принять предложение короля? А как же замок?
      – Об этом я еще буду думать. Имение мне, естественно, никто не вернет, а в деньгах мы с тобой не нуждаемся. Хотя при случае нужно будет взять заработанную вами сотню золотых в магистрате Зарта. Не столько потому что они нам нужны, сколько для того, чтобы не давать поводов для мыслей о том, что у нас замок набит сундуками с золотом. А вот от короля надо будет потребовать за счет казны приличный особняк в столице. Не сейчас, а чуть позже, когда будем заканчивать твое обучение. Не сидеть же тебе всю жизнь в этом замке, довольно и того, что это сделала я. А так перед тобой откроются большие возможности, да и отомстить будет легче. Я хочу перед уходом сделать тебя своей дочерью. По возрасту ты мне годишься во внучки, но кому какое дело! Главное, что ты на законных основаниях унаследуешь все мое имущество и титул. Будешь маркизой Албени. С гибелью моей семьи маркизат переименовали, так что у его теперешних хозяев не должно быть к тебе претензий, а вот у тебя к ним такие претензии могут возникнуть. Это уже ты смотри сама, прощать их или нет.
      – А если я захочу вернуться в свой мир?
      – А кто тебе в этом сможет помешать? – удивилась Райна. – Ты можешь назначить управляющим верного человека, а сама ходить по тем мирам, которые захочешь посетить. Можешь даже жить в двух мирах, посещая их попеременно, только время от времени все-таки нужно появляться при дворе Аниша. Ладно, рано тебе пока об этом думать. Когда подрастешь, наберешься сил и выполнишь задуманное, тогда и будешь решать, как жить дальше. Жизненного опыта и знаний для такого решения у тебя будет больше, чем сейчас.
      – Если барон со своими людьми уезжает, может, займемся моим резервом? Или вам это будет тяжело после вчерашнего?
      – Мне это не будет тяжело, там в основном придется работать тебе.
      – А я справлюсь? Что нужно делать?
      – Думаю, справишься. Нужно будет расширить все твои каналы, по которым происходит ток силы. Я тебе в этом помогу, но главные усилия должны быть с твоей стороны. Я никогда такого не делала, но в книгах написано, что должно быть очень больно. Терпеть боль тебе, поэтому можешь отказаться. Тогда пока займемся только теорией, а к практике приступим, когда ты будешь к ней готова. Надеюсь, что я к этому времени буду еще жива. А если нет, то оставлю для тебя подробные руководства.
      – Нет, я постараюсь выдержать!
      За время своего пребывания в замке Ире неоднократно приходилось терпеть сильную боль, и она научилась переносить ее молча. Райна давно приучила ее к мысли, что за все в жизни нужно платить. Грядущая смерть наставницы страшила и заставляла торопиться. Не хотелось заниматься магией одной, да еще самыми сложными и страшными ее разделами. Но девочка никак не ожидала, что боль будет такой сильной. Она перегрызла палку, вставленную ей в рот Райной, и теперь заходилась криками и пыталась порвать ремни, которыми наставница привязала ее к стулу. Бросившая всю работу по кухне Лая зажала руками уши и тихо плакала, не в силах вынести отчаянных детских криков, которые временами переходили в вой.
      – Сейчас я тебя освобожу и помогу переодеться, а то твое трико все мокрое, – сказала Райна, когда все закончилось и Ира в полуобморочном состоянии обвисла на ремнях. – Не трогай лицо руками! Ничего страшного, просто из носа шла кровь, да и на лбу она проступила сквозь кожу. Сейчас я все уберу. Надо было взять палочку потолще, а то теперь придется лечить тебе зубы. Подожди с одеждой, сначала я тебя всю разотру мазью. Не нужно дергаться: это не та мазь, а другая. Она поможет тебе быстрее восстановить потраченные силы. Вот теперь можно и одеться. Гарт! Подойди сюда и помоги отнести Рину в ее постель. Отдыхай, милая, а я побегу приготовлю для тебя отвар, чтобы быстрее восстановить раскрошившиеся зубы.
      Ира не слышала ничего из того, что ей говорили. В ушах стоял звон, навалилась слабость, и было трудно дышать. Она словно куда-то уплывала и уже не чувствовала ни зубной боли, ни боли от многочисленных повреждений в мышцах и связках, полученных во время процедуры, когда тело билось в конвульсиях. Она не дождалась целебного отвара и провалившись то ли в сон, то ли в обморок.
      – Бедная девочка! – сказал Райне Гарт. – Без этого точно нельзя было обойтись?
      – Думаешь, я бы решилась на такое, если бы был другой выход? – ответила Райна, утирая с лица до сих пор текущие слезы. – Ей самой для того чтобы встать вровень со мной, потребовалось бы лет десять. А мне уже осталось совсем немного времени, и я не хочу, чтобы самое сложное она учила сама. Я полюбила эту девочку, Гарт, и не хочу, чтобы она погибла!

                                                                          Глава 8

      Ира лежала на застеленной кровати, бездумно уставившись в потолок. Сегодня у нее был выходной. Было непонятно, почему наставница вдруг решила, что девочке нужен отдых, сама Ира не чувствовала никакой усталости. Может быть, устала Райна? Расспрашивать о причинах такого решения не хотелось, протестовать – тоже, тем более что можно было почитать выданные для изучения книги. Прошел уже месяц со времени нападения разбойников и получения силы, но до сих пор девочку начинало трясти от одного воспоминания о том, чего ей стоила эта сила. Сейчас она ни за что не решилась бы на подобное. Если бы ее даже поставили перед выбором, пройти эту процедуру вторично или умереть, она без колебаний выбрала бы смерть. Тем, что она тогда не подохла или не рехнулась, она была целиком обязана наставнице, которая, не имея возможности избавить свою ученицу от боли, все силы отдала на то, чтобы сохранить ей жизнь и рассудок. Раньше у Райны над правым виском в волосах была темная прядь. Когда Ира через три дня поднялась с постели, она этой черноты не заметила: все волосы у наставницы были белые как снег.
      Силу она получила, много силы. Когда Ира более или менее пришла в себя, Райна провела ряд опытов, результаты которых ее поразили.
      – По силе ты сейчас совсем не уступаешь мне, – сказала она девочке, которая тогда еще не полностью отошла от шока и восприняла свои успехи совершенно равнодушно, – а скорость восстановления у тебя намного выше, и я не знаю, чем это можно объяснить. Может быть, это связано с тем, что ты из другого мира?
      Было ли это связано с инопланетным происхождением или с чем-то другим, но стоило ей утром полностью исчерпать свои силы, как к вечеру все уже восстанавливалось. Наставнице для полного восстановления требовались два дня. Со временем страшные воспоминания стали восприниматься спокойней. Она перестала с криком просыпаться по ночам и менять мокрые от пота рубашки, перестала сторониться Райну, как это было в первые дни, и проснулся угасший было интерес к учебе. Теперь очень многое, на что раньше просто не хватало сил, получалось легко и естественно.
      Не отрывая взгляда от потолка, она сосредоточилась, слегка сморщив лоб, и хлопок входной двери показал, что она послушно закрылась. Да, это уже не коробка со спичками! За последние две недели наставница подтянула у Иры знания и практику по всем разделам магии и теперь готовила ее к освоению самого сложного. В последние дни Райна учила девочку ставить защиту, позволявшую скрывать свои мысли и отражать чужие заклятия.
      – Раньше я не могла с тобой этим заниматься, – сказала она Ире. – Здесь не столько теория, сколько практика, а ее без большой силы проводить бесполезно.
      Провели с ней и краткий курс зельеварения.
      – Большинство трав у меня покупные, – объясняла Райна. – Их привозят с далекого юга, а у нас они встречаются слишком редко и имеют худшее качество. Здесь я собирала лишь некоторые из них. Все это богатство хранится под заклинанием сохранности, потому что иначе травы быстро теряют свои свойства. Запас у меня большой, тебе его хватит лет на десять.
      А вчера хозяйка отдала ей большой, исписанный ее мелким почерком лист бумаги с витиеватой росписью и чернильным оттиском печати рода Албени.
      – Это мое завещание, – объяснила она. – В нем я заявляю, что отныне ты моя приемная дочь и имеешь полное право на все то имущество, которое у меня будет на момент смерти, а также на родовое имя и титул. Для надежности эту бумагу нужно заверить каким-нибудь авторитетным лицом из окружения короля, но и без этого тебя уже никто не объявит самозванкой. Мои слуги сегодня же присягнут тебе на верность. Я им дала немало золота, но ты их все равно не прогоняй, им просто некуда идти. Они служили всю свою жизнь и, предоставленные самим себе, быстро погибнут, потеряв цель в жизни. А тебя они еще и полюбили как родную дочь. Если бы ты знала, как убивалась Лая после того раза. А Гарт мне сказал такое, чего я от него не слышала за все пятьдесят лет службы. Давай положим завещание на эту полку, чтобы ты знала, где оно лежит. Я не хотела тебя им расстраивать, но в последнее время что-то начала слабеть. Придется нам с тобой удвоить усилия. Мне страшно не хочется, чтобы ты сама осваивала врата. Там слишком много таких моментов, о которых не пишут в книгах, и незнание этих «мелочей» может стоить тебе жизни. Я начала писать свои замечания по последнему разделу магии в одну из твоих тетрадок. Это на всякий случай, потому что я все-таки рассчитываю дожить до конца обучения и помочь тебе переправиться или в столицу, или в какой-нибудь крупный город.
      – А от короля так никто и не приехал, – заметила тогда Ира.
      – Был самый разгар сезона дождей, – сказала Райна. – Пока о нас доложили и весть дошла до наместника, дороги стали совсем непроезжие. Одвуконь еще можно добраться, но любой экипаж застрянет. Да и похолодало сильно, так что, скорее всего, гостей следует ждать в начале зимы, когда подморозит, или уже весной.
      – Разве весной нет дождей?
      – Есть, но их намного меньше. А снег мы видим не каждую зиму, да и сходит он быстро, так что весенняя распутица, в отличие от осенней, намного короче. Быстро становится тепло, и дороги просыхают.
      – Рина, ты у себя? – послышался у входной двери голос Райны.
      С тех пор как Ира освоила защиту, она по настоянию Райны ставила ее постоянно, и наставница уже не могла, как раньше, читать ее мысли, мысленно общаться или узнать, где она находится.
      – Я здесь, мастер! – отозвалась девочка, поднимаясь с кровати. – Что-то случилось?
      – Случилось. К нам гости. Я их ждала позже, а они приперлись в самую грязь. Быстро приводи себя в порядок и приходи в трапезную. Лая их там отпаивает горячим отваром, пока готовится обед. Я тебя с ними познакомлю, а заодно пообедаем. И не копайся.
      Гостей было двое.
      – Личный посланник короля Аниша Третьего Фернан Гарташ граф Перн, – представила Райна низкого, полного мужчину с умными глазами и странным, никогда не виденным Ирой платиновым цветом волос. – Друг королевского наместника в провинции Верина Алан Тониш барон Сажаль.
      Другом наместника здесь называли человека, который его замещал во время отсутствия, а в обычное время использовался для важных поручений. Алан Тониш был немного моложе графа и выше сантиметров на десять, в остальном они оказались на удивление похожими. Даже цвет волос у обоих был почти одинаковым, только у барона волосы чуть-чуть отливались желтизной.
      – А это моя приемная дочь, – продолжила Райна. – Рина Волк баронесса Камен. После моей смерти она примет родовое имя Албени и титул маркизы Афрем.
      Оба вельможи почтительно приподнялись со своих мест, с любопытством глядя на девушку.
      «Да, таких грудью не проведешь! – почему-то мелькнуло в голове Иры. – Осмотрели и оценили, но реакция совсем не такая, как у барона».
      – Я рад познакомиться с миледи Риной, – наклонил голову граф. – Только разумно ли присваивать девушке титул, дающий право на маркизат, находящийся под чужим управлением? У нее могут быть неприятности. Я бы такого не сделал даже просто из опасения...
      – Пусть лучше новые владельцы имения опасаются! – отрезала Райна. – И пусть пытаются найти с ней общий язык. Оставит она им мое родовое поместье или заберет его силой – будет зависеть только от нее.
      – Вот, значит, как, – граф с еще большим интересом уставился на Иру. – У миледи большие способности к магии?
      – Миледи через два месяца станет мастером, и вам придется иметь дело с ней. Я, граф, долго на этом свете не заживусь и в связи с этим не представляю для его величества большой ценности, а вот моя девочка, которая сильнее меня, представляет. И учтите, что у нее в друзьях Зверь.
      Вот тут обоих мужчин проняло по-настоящему. Оба, что называется, вытаращились на Ирину, которая невольно смутилась и потупила взор.
      – Как же вам удалось подружиться с Тварью, баронесса? – спросил девушку барон.
      – Так получилось, – ответила Ира. – Страшила сам предложил мне дружбу.
      Оба вельможи переглянулись.
      – Значит, почувствовал, – не совсем понятно сказал граф своему спутнику. – Это мы с вами, дорогой Алан, очень удачно съездили.
      – Мы с вами еще ни о чем не договорились! – сказала ему Райна. – И не думайте воспользоваться неопытностью моей девочки, ничего не получится!
      – Помилуйте, маркиза! – всплеснул руками граф. – Никто не желает зла вашей дочери! Если верно все то, о чем вы нам рассказали, король будет с нее сдувать пылинки! И поверьте, он очень сильно отличается от своего отца, по крайней мере, от того, кого знали вы. Есть подозрения, что старый король был под контролем жрецов Ашуга. Не укладываются многие его действия в образ умного и дальновидного монарха, каким он без сомнения был.
      – Я что-то такое и подозревала. И это сойдет им с рук?
      – Не все сразу, маркиза, – сказал барон. – Его величеству в наследство от отца досталось слишком много проблем, поэтому было бы неразумно затевать сейчас свару со жрецами. Придет время, и им многое припомнят.
      – Жаль, что я этого уже не увижу, – вздохнула Райна. – Ладно, пока нам с вами готовят обед, давайте обсудим то, из-за чего вы сюда добирались по таким дорогам.
      – Да, дороги просто кошмар! – передернул плечами граф. – Как подумаю, что еще ехать обратно... Но вы правы: дело прежде всего. Давайте я вам расскажу, что вам пообещали за службу короне, а вы в ответ выскажите свои пожелания. Что-то я смогу рассмотреть сам, кое-что, возможно, будут рассматривать король или канцлер. Прежде всего с вас снимаются все прошлые обвинения. Единовременно магу в ранге мастера выплачиваются десять тысяч золотом и в последующем по сотне каждую декаду. Если мастер не имеет дворянского титула, или он очень низок, Коллегия может рассмотреть этот вопрос, но это не для вас. У вас положение и так достаточно высокое. Хотя если вы оставите затею с маркизатом, то миледи Рине могли бы присвоить титул графини. Немного ниже маркизы, но зато безопасней. Сила силой, но ни к чему множить врагов без необходимости. Если мастер выразит желание преподавать в королевской школе магии, ему за это будут доплачивать отдельно. Я вам сказал основное, остальное – это разного рода привилегии, которые не столь уж важны. Теперь ваша очередь, маркиза.
      – Единовременная выплата мне не нужна, – сказала Райна, – денег у меня достаточно. Взамен я хочу получить в столице приличный особняк и готова, если у короля не хватит денег, доплатить свои. Сами должны понять, что у меня там сейчас нет ни родственников, ни связей. Я не хочу этим заниматься или перекладывать на плечи дочери. Если не найдете ничего подходящего, постройте. Раньше весны мы отсюда не выедем. Нужно закончить обучение Рины, к тому же я, в отличие от вас, по таким дорогам ездить не буду. И нам еще надо набрать стражу для сопровождения своего имущества. И не нужно на меня смотреть с иронией, граф! Если вы сидите на простой деревянной скамье, изготовленной прежними много сотен лет назад, это еще не значит, что у нас с дочерью нет ценного имущества, о котором следует беспокоиться. И этот замок, кстати, тоже является нашим законным имуществом. В свое время я за него заплатила в королевскую казну немало денег, поэтому собираюсь позаботиться и о нем. Есть возражения? Нет? Я так и думала. Что, Лая, обед уже готов? Вот и прекрасно! Сейчас пообедаем, а потом мой слуга проводит вас в комнату, которую он сейчас приводит для вас в порядок. Извините за простоту, но мы вас сейчас не ждали. Для вашей свиты тоже выделено помещение, но там уже пусть убирают сами. После того как пообедаем мы, накормят их. Наш замок не приспособлен к приему гостей, но так даже лучше. У меня осталось не так уж много времени, и я хочу потратить его на обучение дочери, а не вас. Отдохнете, обдумаете все, что я вам сказала, и дайте ответ. Если не сможете дать сами, пусть решает король. В любом случае вам нет смысла сильно задерживаться в замке, дороги от этого лучше не станут при условии, что вы не просидите здесь до морозов.
      – Как вы думаете, что они решат? – спросила Ира Райну, когда они после обеда сидели в гостиной наставницы. – Пойдут вам навстречу?
      – Тут и думать нечего, – ответила та. – Такие вопросы наверняка может решать граф, а запросила я намного меньше того, что могла бы потребовать. Еще со старухой, которая одной ногой стоит в могиле, могли бы поторговаться, но ты для них – величайшая ценность. Я вообще не помню мастеров в твоем возрасте, потому что не успевают даже одаренные люди настолько овладеть силой до двадцати лет, а среди магов не найдешь желающих так над собой издеваться, как над тобой издевалась я. Они лучше будут наращивать силу лишние пять лет принятыми у магов способами. Я бы тоже никогда на это не пошла, но ты же знаешь... А еще и твой Зверь. Я ведь о нем специально упомянула. Дружба с ним – это большой риск для мага, но и большая сила! Найти подход к тварям других миров, в чем-то их заинтересовать или тем более подчинить – это большой труд, и не у всякого получается. А дружба со Зверем дает возможность использовать его силу не один раз и без проведения сложных ритуалов.
      – Но много ли может один Зверь?
      – Даже один твой Страшила может очень много. Он необыкновенно быстр, для него не существует преград, поскольку он легко возникнет за преградой, он почти неуязвим для обычного оружия, да и не всякий мастер может с таким справиться, по крайней мере сразу. А те, кто предлагает дружбу, часто могут прийти на выручку не одни. Теперь понимаешь? За всю историю кайнов случаев такой дружбы наберется с полсотни.
      – Тогда почему вы меня от нее отговаривали?
      – Да потому и отговаривала, дурочка ты моя, что очень тобой дорожу и хочу, чтобы ты жила! У каждой палки два конца, и такая дружба – это большой риск для мага! Я тебя не отговаривала, а предостерегла, выбор ты сделала сама.
      – А чем мы будем заниматься завтра, вратами?
      – Не терпится? – засмеялась Райна. – Конечно, вратами. Призыв тварей будет после них. Ты ведь уже смотрела книги? Никогда не поверю в то, что такая любопытная девушка, как ты, не заглянула в них хоть одним глазом. Ну и как?
      – По-моему, там все достаточно просто. Главное – знать координаты.
      – Вот поэтому я и не хочу, чтобы ты этим занималась одна. В высшей магии очень много нюансов. Кое о чем в книгах упоминают, но уже в тексте позже самих заклятий. Но молодые все поголовно торопыги и начинают пробовать, не дочитав до конца. И гибнут. А многого в одной книге нет вообще, и знания приходится брать уже из разных книг. Ты правильно сказала, что главное – это координаты. Но ты можешь открыть врата в неприспособленный для жизни мир. Маг многое может пережить, если недолго, но все равно не все. Откроешь врата в огненный мир и мигом сгоришь. Вижу, что поняла. Поэтому нужно прежде определять, можно ли сунуть свой любопытный нос в ту дырку, которую ты проковыряла в пространстве. Координаты тоже ищут по-разному. Я твой мир нашла по следу пролитой крови. Тоже, между прочим, опасный прием. Если кто-то недавно пролил чью-то кровь, нужно озаботиться, чтобы не стать его следующей жертвой. Маг тоже не всесилен, и большинство его заклинаний требует времени. Именно в этом наша слабость. Но самое главное – это не пробить пространство, а стабилизировать сами врата. Все миры движутся с большими скоростями, и, если ты этим не озаботишься, наверняка погибнешь. Наша с тобой задача не только это изучить, но сделать так, чтобы ты все выполняла, не задумываясь. А потом займемся тварями. Ты уже сейчас можешь в свободное время изучать атлас известных миров и проживающих в них тварей. По понятным причинам их там не так уж много. Очень уж опасно соваться в чужой мир, а все перспективные миры являются секретом тех, кто их нашел. Я твой мир тоже не собираюсь кому-либо открывать, и тебе этого не советую делать.

      Ответ на свои требования Райна получила уже во время ужина. Граф сообщил, что все обдумал и не видит причин их не выполнить.
      – Если его величество будет со мной согласен, – сказал он, – то для вас с дочерью к весне будет подготовлен особняк. Я даже могу прислать сюда солдат, которые помогут вам все переправить в столицу. Только, маркиза, говорю заранее, чтобы потом не было недоразумений. Ваше звание мастера будут проверять, и если подтвердят, то все наши соглашения остаются в силе. Ну, а если нет...
      – Об этом могли бы и не упоминать, – усмехнулась Райна. – Его величество в сложившейся ситуации не может позволить себе благотворительность.
      – Рад, что вы все понимаете. Хочу поблагодарить за прием и попрощаться. Завтра, до рассвета, я со своими людьми покину ваш замок, чтобы до ночи добраться до Зарта.
      – У меня будет к вам просьба, граф. Не могли бы вы своим именем заверить мое завещание?
      – Конечно, маркиза. Печать у меня с собой, так что давайте ваши бумаги.
      Утром следующего дня, когда Ира вышла из своих комнат, гостей в замке уже не было.
      – С вашего позволения, миледи, я возьму одну из лошадей и съезжу в деревню, – сказал за завтраком Гарт. – Лошади гостей съели весь овес, так что нужно возобновить запас.
      – Поезжай, – разрешила Райна, – а мы до обеда будем заниматься в башне, так что если у кого из вас есть вопросы, то говорите сейчас. Нет? Ну и прекрасно. Рина, отдохни с полчаса, потом я за тобой зайду.
      Следующие две недели были, пожалуй, самыми интересными в жизни Иры. Райна проверяла ее знания и тут же показывала, как их применять на практике. Они находили координаты миров по разным признакам, а потом наставница определяла их пригодность для жизни и выбирала наиболее безопасную точку для врат. Потом то же самое делала Ира. Семь раз врата открыла Райна и три раза это делала Ира, причем один раз в свой собственный мир, на окраине родного города. Дважды им приходилось спасаться бегством: первый раз от каких-то тварей, а второй раз от существ, похожих на людей, но с длинными ногами и двумя парами рук. И твари, и аборигены не показались опасными, но наставница решила не рисковать, и они сразу же ушли.
      – Это удивительно, но ты все схватываешь на лету, – говорила довольная Райна. – Похоже, что длительное применение отвара, помимо вреда, приносит и немалую пользу. Такой памяти, как у тебя, можно только позавидовать. Мы с тобой чуть позже еще займемся вратами, если на это останется время, а пока будем изучать призыв. Он в чем-то сходен с открытием врат, но есть и немало отличий. А астральных существ и демонов оставим напоследок. Сами приемы работы с ними очень схожи и не слишком сложны. Главное – это точно определить, с кем из них имеешь дело, и в чем-то заинтересовать, чтобы тебе служили. Это в основном и будем изучать. Тебе может потребоваться умение управлять погодой, а это делается через них. Пытаться напрямую управлять стихийными духами – это безумие. Астральные существа, как правило, не опасны, демоны, наоборот, если ошибешься, несут безумие и смерть. Но в ряде случаев без них просто не обойтись. Некоторых тварей можно заставить служить только с их помощью.
      – А дьявол существует? – спросила Ира. – В нашей религии демоны подчиняются повелителю зла, обитающему там, куда после смерти попадают души тех, кто неправедно жил. Там их всячески мучают, жгут на огне и терзают.
      – Что за бредни? – удивилась Райна. – Как можно жечь души? И терзать можно только плоть. Что касается демонов, то они живут в разных мирах и часто враждуют друг с другом. Никогда не слышала, чтобы у них был общий повелитель. Да и что такое добро и зло? К тебе заберется вор и унесет последние деньги. Для тебя это безусловно зло, а у вора на этот счет будет своя точка зрения. Все относительно.
      – А если убивают и мучают детей? – не сдавалась Ира. – Насилуют женщин и придают огню города? Что в этом может быть доброго?
      – Если рассматривать в общем, то ты права, но когда сталкиваешься с конкретными случаями, все очень сильно усложняется. Ладно, мы с тобой удалились от темы. Изучение демонов начнем с самых безобидных – радужных.
      Может быть, радужные демоны и были самыми безобидными, но наверняка и самыми хитрыми. По крайней мере, Ире пришлось с ними долго возиться, прежде чем удалось заманить несколько штук в специально зачарованный шар.
      – Молодец! – похвалила Райна. – Теперь не останешься без света. А этот шар мы повесим в трапезной. Помещение очень большое, и одного шара там маловато.
      По призыву и заклятию демонов они занимались больше теорией и разбирали разные случаи из жизни самой Райны. Практикой занялись только один раз, зачаровав одного из самых слабых демонов, с помощью которого смогли заставить духов воздуха поднять в районе замка сильный ветер.
      – Мне сейчас нечего предложить тварям, – сказала Райна, – да и неразумно вызывать их только для учебы. Приманку каждый раз приходится долго готовить, причем для разных тварей она будет своя. Ты уже знаешь ритуал, так что сможешь все проделать сама.
      Самая сложная работа, требующая не просто выполнения какой-то очередности магических действий, а виртуозной манипуляцией своими силами и творческого подхода, была у Иры при работе с астральными существами. Здесь было существенно больше практики, причем главное заключалось не в том, чтобы подчинить эти бестелесные создания, их нужно было заинтересовать и увлечь какой-то задачей. В чем-то они были очень похожи на маленьких детей. Если затея нравилась, они за нее охотно брались, а если нет, лучше было к ним с ней больше не приставать. Один раз Ира проявила настойчивость, и в наказание ее на весь остаток дня наградили сильной головной болью, которую не удалось снять магией. Пришлось помучиться, пока боль не прошла сама, а Ира запомнила, что безобидных существ, наделенных силой, не существует.
      Осень закончилась, и наступила местная зима, короткая и не слишком холодная. По ночам немного подмораживало, но днем, особенно если было солнечно, земля оттаивала и опять превращалась в грязь. Несколько раз срывался снег, но снежинки таяли, едва коснувшись земли.
      – Мы с тобой прошли всю обязательную программу, – сказала наставница. – Теперь ты мастер! Только не сильно задирай нос: реального опыта у тебя еще маловато. Проштудируй боевые заклинания из нашей домашней книги и, пока есть время, пробегись по всем разделам, посмотри, может быть, что-нибудь упустила. А вообще запомни, что хороший маг учится всю жизнь. Сначала учеба идет на чужом опыте, а потом уже – на своем собственном. Стоит только остановиться и успокоиться, и твоя ценность начнет стремительно падать.
      – Спасибо за то, что вы для меня сделали! – Ира подошла к Райне, обняла свою наставницу и поцеловала в щеку. – Вы сделали из меня мага!
      – Глупости! – Райна неохотно отстранилась от девушки и вытерла выступившие слезы. – Магом ты стала сама благодаря своей настойчивости и трудолюбию. Я тебе в этом только помогала. Смотри, ты уже выросла вровень со мной. В платья еще влезаешь?
      – С трудом, – призналась Ира. – Те, у которых шнуровка, еще можно надеть, но для этого нужна помощь.
      – Так мы и не взяли тебе служанку. Надо будет это сделать, когда поедем через Зарт.
      – А почему не в самой столице?
      – А кто тебе будет прислуживать в пути? Да и выгодней это сделать именно в Зарте. Не из-за оплаты, хотя она там ниже, чем в столице. Но я тебе не советую экономить на слугах: вернее будут. Главная причина в том, что в столице девушка будет от тебя всецело зависеть, а если еще сумеешь к себе расположить, то сможешь рассчитывать на ее верность. На будущее запомни, что слуг нелишне время от времени проверять. И надо будет сделать для нее амулет. Вот, кстати, для тебя и занятие. Мы амулетами почти не занимались, так что возьми книгу, прочитай ее еще раз и сделай их несколько штук. В качестве основы можешь взять в шкатулке кольца с камнями попроще.
      За всю зиму снег на землю так и не лег, да и морозы закончились рано. Стояла солнечная погода, и с каждым днем становилось все теплее.
      – Надо готовиться к переезду, – сказала Райна. – Через две декады дороги просохнут и следует ждать обещанных солдат. Золото подготовки не требует, немногочисленными вещами, которые мы возьмем с собой, займутся слуги, а нам с тобой нужно поставить маяки.
      – Что за маяки? – удивилась девушка. – Для чего они?
      – Это пример того, как сильные маги применяют искусство с целью улучшить свою жизнь и сделать ее более безопасной, – засмеялась Райна. – Я тебе об этом пока не говорила, просто записала все в тетради. Опасности в этом для тебя нет, так что могла освоить сама, если бы со мной что случилось. Если ты можешь открыть врата в какой-нибудь далекий мир, то почему бы этого не сделать в своем собственном? Это и выполнить проще, и сил требуется меньше. Определять условия не нужно, хотя некоторые это все-таки делают.
      – А для чего, если мир тот же?
      – Ты вышла в своем доме, а он весь в огне, а на голову рушится крыша, или тебя ждут в засаде враги. Это, конечно, перестраховка, но осторожные дольше живут. Стабилизировать врата тоже нет необходимости. Открыть их можно в любое место, где ты хоть раз была. Вместо координат используется образ места. Но гораздо проще и быстрее установить маяк. В качестве маяка используются несколько обычных камней, на которые накладываются заклинания. Если мы поставим такие в замке или возле него, то всегда сможем попасть сюда из столицы или из любого другого места. Можно будет присмотреть за своим имуществом, отдохнуть или на время укрыться в случае опасности. А маяки очень сильно упрощают и ускоряют процедуру открытия врат.
      – Здорово! Это же можно будет ходить за грибами!
      – Кому что, а этой грибы! – засмеялась Райна. – Сбегай в разрушенную часть замка и подбери камни примерно такого размера. На один маяк их нужно три штуки. Поставим по одному маяку в своих покоях и еще два в лесу недалеко от замка. Думаю, что этого хватит.
       С маяками справились быстро, а потом Ира для пробы несколько раз открывала врата в свою комнату и на одну из грибных полян.
      – А камни не разрядятся? – спросила она у наставницы.
      – Обязательно разрядятся, – подтвердила Райна. – Только это случится, если мы долго не будем ими пользоваться. При каждом использовании они заряжаются от твоих врат, поэтому желательно хотя бы два-три раза в год ходить по своим маякам просто для их зарядки.
      Сегодняшний день, который начался так же, как и многие другие, оказался для Иры, да и всех остальных обитателей замка, особенным. Незадолго до обеда к ней подошел улыбающийся Гарт и пригласил в трапезную, где их уже ждали Лая и Райна, а стол был накрыт с непривычной пышностью.
       – Поздравляю с днем рождения! – торжественно сказала Райна, надевая на голову девушки золотую диадему, украшенную рубинами. – Сегодня ты не просто стала на год старше. Четырнадцать лет – это возраст совершеннолетия для дворянки. С чем мы тебя все и поздравляем!
      – Счастья вам, госпожа, – поклонилась ей Лая. – Хорошего мужа и много детей! Мне вам дарить нечего, так я уж постаралась хоть стол накрыть по-праздничному. Ешьте на здоровье!
      – А я хотел бы подарить вам этот клинок, – сказал Гарт, протягивая Ире короткий и узкий меч в богатых ножнах. – Он очень легкий, но сталь просто великолепная. В бою не подведет и не сломается. Я его взял во время нашего бегства у одного из убитых мной жрецов Ашуга. Если мужчина пользовался легким клинком, это неспроста. Мы с вами занимались только кинжалом, теперь займемся мечом. Это может пригодиться на королевской службе.
      – Спасибо вам всем! – сказала растроганная девушка поочередно обнимая и целуя всех троих. – Раньше я думала, что у меня уже никогда не будет своей семьи, теперь я уверена в том, что она у меня есть!
      – Давайте садиться за стол, – вытирая слезы, сказала Райна. – К нам опять движутся гости. Почти наверняка это солдаты короля. Но час у нас с вами еще есть. Поэтому пообедаем, а потом подготовимся к их встрече.

                                                                                  Глава 9

      – Когда миледи думает выехать? – спросил Райну командир отряда кирасир, прибывших для сопровождения магов в столицу. – Я должен знать, устраивать нам лагерь или нет.
      – Не стоит, шевалье, – улыбнулась ему Райна. – Мы подготовились к переезду, не было только экипажей. Но у вас с собой две кареты, поэтому мы можем отправляться в путь хоть с завтрашнего утра. Можно было бы сделать это сегодня, но до ночи не успеем доехать до города. Как дорога?
      – Не сказал бы, что она очень хорошая, но кареты пройдут, – ответил шевалье. – Мы по совету коменданта Зарта впрягли в каждую по четыре лошади, так что они не замедлили нашего продвижения. У миледи много имущества?
      – Не слишком, шевалье. Три сундучка с золотом, кое-какое оружие, книги и личные вещи. Мой слуга поедет с вами верхом, а женщины будут в каретах вместе с вещами. Учтите, что мне придется на два дня остановиться в Зарте. Нужно подобрать человека, который приведет в порядок замок и будет его охранять, и сделать кое-какие покупки. И у моей дочери нет служанки. Сами должны понимать, что юной леди в пути не обойтись без помощи. Вы были в Зарте, где там лучше остановиться?
      – Там, миледи, только один постоялый двор на площади рядом с магистратом. Этот город, по чести, такая дыра! Но я в этом заведении останавливался в прошлом году. Там и номера неплохие, и готовят вкусно. А охрану мы вам обеспечим. Раз мы не будем у вас задерживаться, может быть, вы пустите моих людей в замок, чтобы не ставить палатки на одну ночь?
      – Конечно, шевалье! Вы могли бы не спрашивать: это мой долг. Комнату для вас уже приготовили, а рядом два помещения для ваших солдат. В них нет ничего, кроме лежанок, но все равно будет удобнее ночевать, чем в палатках. Мы уже отобедали, и сейчас моя служанка готовит обед для вас и ваших людей. Пока заводите лошадей в конюшню. Мы сделали небольшой запас овса, который теперь нет смысла беречь, поэтому можете его использовать. А это, шевалье, моя дочь баронесса Камен. Со слугами вы познакомитесь сами.
      – Если бы ты не закуталась в это манто, он бы свалился от удара! – пошутила Райна, когда бравый кирасир удалился к отряду. – Вот тебе еще один урок. Женская красота в первую очередь отбивает мозги у тех, у кого их немного. Заметила, что прошлые визитеры в этом смысле на тебя реагировали слабо? Они очень умные и опытные придворные, для которых превыше всего поручение их короля, а все остальное уже вторично. А барон, который командовал егерями, не умнее этого шевалье. Поэтому, прежде чем пускать в ход свое обаяние, нужно смотреть, на кого оно будет направлено. В некоторых случаях не стоит и стараться. Ладно, об этом закончим. Ты смотрела свои вещи? Ну и прекрасно. Бери только то, что нужно в дороге, остальное всегда можно забрать потом. Сможешь сама сложить в сумки, или прислать Лаю?
      – Я не безрукая, а у Лаи и без меня хватит забот с этими кирасирами. И ей еще нужно собрать свои вещи.
      – Ну как, чувствуешь себя совершеннолетней?
      – Не чувствую никакой разницы, – пожала плечами Ира. – Я как была за вашей спиной, так и осталась. Чтобы почувствовать самостоятельность, нужно пожить самой, без опеки, а я к этому не рвусь: мне и с вами хорошо!
      – Девочка моя! – Райна обняла Иру и крепко прижала к себе. – Мне так не хочется выпускать тебя из-под своего крыла! Но раз судьба дает мне возможность устроить твою жизнь, этот шанс нужно использовать. Не хотела тебя расстраивать, но лета я точно не переживу, а трогаться в путь самой, только с двумя старыми слугами, а потом еще и устраивать свою жизнь – это очень тяжело. Ты сможешь очень многого достичь своей силой и золотом, но только при условии, что окружишь себя верными и честными людьми. Один человек, как бы он ни был силен, не может противостоять судьбе. Силу или обманут, или переломят другой силой, а золото отберут. В службе королю я вижу для тебя шанс найти свою дорогу в этом мире. Это не помешает тебе в дальнейшем посещать родной мир. У тебя ведь там остались родственники и помимо матери?
      – Да, осталась ее сестра. Она бы меня тогда взяла к себе, но они очень стесненно и бедно живут.
      – Вот и поможешь им со временем.
      – В нашем мире все очень сложно. Туда не пойдешь просто так с моим золотом, мигом очутишься в милиции.
      – У вас во всех странах преследуют тех, кто богат?
      – Нет, есть еще много таких, где деньги – это главная ценность.
      – И в чем проблема? Сходишь в такую страну и поменяешь золото на деньги. Или у вас и деньги разные?
      – Разные, – вздохнула Ира. – За чужие деньги могут наказать не меньше, чем за золото. А здесь разве все деньги одинаковые?
      – У нас деньги тоже разные, но вес металла в них один и тот же, поэтому монеты других королевств принимают к оплате наряду с нашими. Так договорились еще в самом начале и до сих пор придерживаются этого договора, потому что это удобно для всех. Но твоя страна меня все больше поражает. Как можно так во всем ограничивать людей?
      – Давайте не будем об этом говорить, – попросила Ира. – На самом деле в нашей стране много хорошего. Просто я вам это не смогу объяснить. А выход я все равно найду как-нибудь потом.
      – Пошли в замок, а то ты здесь замерзнешь! Нужно будет снять медвежью шкуру над моей кроватью. Возьмем ее в дорогу и прикроем ноги. Ехать весь день, а зимних вещей у тебя почти нет.
      Рано утром кирасиры спустились в подвал и перенесли в кареты сундучки с золотом. Потом быстро погрузили сумки с вещами господ. Слуги, у которых было мало вещей, погрузили их сами. Все быстро позавтракали наскоро приготовленной Лаей кашей с мясом, после чего женщины забрались в карету, а Гарт сел на одну из кобыл, взяв вторую в повод.
      – Едем, миледи? – спросил у Райны командир.
      – Давайте, шевалье, – тяжело вздохнула она. – Поспешим, а то не успеем дотемна.
      – Мы всегда сможем сюда вернуться. – Ира взяла холодные и морщинистые руки Райны в свои ладони и поднесла их к губам. – Не стоит со всем этим прощаться.
      – Здесь прошла почти вся моя жизнь, – зябко передернула плечами старушка. – Что в ней было хорошего? Горе от потери семьи, страх и борьба за силу. Если бы не ты, я бы сказала, что моя жизнь прошла впустую. Только твое появление придало ей смысл. А возвращаться... Ты меня извини, милая, но я уже, наверное, не успею. Мне бы только пристроить тебя. Дай мне свои руки. Хорошо быть молодой, когда впереди целая жизнь и кажется, что ей нет конца. Но годы идут, и чем дальше, тем быстрее. И очень страшно и тоскливо уходить, не оставив после себя никого. Не повторяй моей ошибки. Главное для человека в жизни – это его семья, близкие ему люди. С их потерей исчезает всякий смысл в жизни. У меня не было своего ребенка, но теперь есть ты. Я просила тебя отомстить. Забудь, я тебя от этого освобождаю. Старый король действовал под заклятьем и не может отвечать за свои поступки. К тому же он и так не сегодня-завтра умрет. Вот жрецам я бы отомстила с радостью. Но одно дело разнести их храм и самой умереть под его обломками, а совсем другое – рисковать тобой. Если сможешь, не подвергая себя риску, сделать им при случае гадость, я буду рада, а если нет, то пусть эту братию судит их собственный бог. Если в мире есть хоть какая-нибудь справедливость, его суд будет суров.
      В Зарт въехали через два часа после захода солнца. Городские ворота уже закрыли, но, узнав кто едет, стражники быстро их открыли. До постоялого двора доехали по дороге от самих ворот, никуда не сворачивая. Карету немилосердно трясло на мощенной крупным булыжником городской дороге, по грязной грунтовке ехать было удобнее. Постояльцев в это время года почти не было, поэтому хозяин заведения искренне обрадовался их приезду. Радость стала еще больше, когда он узнал, что госпожа маркиза за свой счет селит унего на два дня всех своих кирасир. Постояльцам срочно выделили комнаты и подали поздний ужин. Райна потребовала, чтобы ее поселили вместе с дочерью в самом лучшем номере, что было тотчас же исполнено.
      – Не соврал наш шевалье, – сказала она Ире. – Здесь очень мило. И ужин подготовили вкусный. Пожалуй, мы с тобой не станем сильно торопиться. Завтра первым делом сходим в магистрат, а там будет видно.
      В магистрат они не пошли, а поехали на одной из карет, несмотря на то что его здание находилось на одной площади с постоялым двором.
      – Если госпожа маркиза позволит, я бы дал вам совет непременно взять экипаж, – сказал хозяин постоялого двора, с которым Райна выразила желание побеседовать. – На площади слишком грязно, и с самого утра шляется всякий сброд. Честное слово, в экипаже вам будет гораздо удобнее.
      – Так и сделаем, – согласилась Райна. – У меня к вам, уважаемый Зорес, есть несколько вопросов. Так получилось, что у моей дочери устарел гардероб и совсем нет зимних вещей. Кто в этом городе может все это быстро и качественно пошить? За ценой я не постою. Сможете найти для нас мастера? Вот и отлично. Теперь еще одно. У меня в собственности имеется замок прежних. Хоть мы и едем жить в столицу, его все равно будем посещать. Для магов нашего ранга это нетрудно. Нет ли у вас на примете человека, которому можно доверить большие деньги с целью привести наше владение в порядок и в дальнейшем его беречь и охранять? Если сможете рекомендовать такого человека, я буду вам крайне признательна. Последний вопрос – это служанка для моей дочери. Нужно найти девушку из приличной семьи в возрасте лет пятнадцати или чуть старше, у которой руки растут из нужного места. Если она будет стараться, мы ее не обидим с оплатой. Если же в ее адрес будут нарекания, то с оказией доставим обратно в семью. Сможете найти? Вот и отлично, вы просто незаменимый человек!
      В магистрате их принял сам глава, который отнесся к гостьям с огромным уважением, но без подобострастия.
      – Может ли наш магистрат быть вам чем-нибудь полезен, госпожа маркиза? – спросил он, усадив дам на низкие мягкие стулья. – Я отдал распоряжение, и сейчас вам доставят премию за голову разбойничьего главаря.
      – Вы очень любезны, господин...
      – Гарт Мариш, миледи.
      – Спасибо, – поблагодарила Райна. – Так вот, господин Мариш, нет ли у вас на примете отставного военного, которого я могла бы взять капитаном дружины моего замка? Я уезжаю, и мое имущество остается без охраны. Воевать ему там не придется, нужно только защитить замок от разбойников и бродяг. Дружину числом человек десять ему придется набирать самому. Я женщина не скупая, так что оплачу все необходимые расходы.
      – Я думаю, что знаю такого человека. Куда ему подойти?
      – Мы после вас возвращаемся на постоялый двор и больше сегодня не намерены никуда выезжать, так что пусть туда и подходит.
      По возвращении их встретил хозяин.
      – Госпожа маркиза, я вызвал к вам мастеров. Один из них шьет платья лучше всех в этом городе, а второй мастерит меховую одежду, которой и в столице не побрезговали бы. И я уже отправил посыльного за человеком, которого хотел вам рекомендовать в качестве управляющего замком, он должен вот-вот подойти.
      – Спасибо, уважаемый Зорес, – повеселела Райна. – Сейчас мы с дочерью поднимемся к себе, а чуть погодя приглашайте мастеров. Только пусть заходят по одному. А своего человека пригласите уже после них, у меня к нему будет серьезный разговор.
      – Смотри на меня и учись, как разговаривать с разными людьми, – сказала Райна, снимая в своем номере теплую одежду. – Это, конечно, не магия, но тоже необходимая наука.
      Первым их посетил мастер-скорняк.
      – Присаживайтесь, – Райна показала мастеру рукой на стул. – Мне вас рекомендовали как лучшего в этом городе. Моей дочери срочно нужна шуба. Дело идет к лету, но еще прохладно, а дорога у нас дальняя. Сшить нужно качественно, из дорогого меха, и при этом уложиться в два дня. Беретесь?
      – За два дня, госпожа маркиза, извиняюсь, ничего не получится. Но я могу вам предложить уже пошитую шубу на одну знатную даму из столицы. У нее с вашей дочерью на глаз один размер. Если подойдет и понравится, я ее вам продам, а сшить новую для той дамы еще успею. Срок истекает только через декаду. И подбор мехов на новую шубу у меня еще есть.
      – А что за мех?
      – Сангарский соболь, госпожа. Лучшего меха в наших краях не сыщешь.
      – Годится. Сколько вы хотите за работу и когда мы увидим товар?
      – Тридцать золотых, госпожа. Шубу я принесу быстро, свечу не успеете спалить.
      Второй мастер пришел в сопровождении женщины, которая должна была производить обмер клиентки.
      – Вы можете за два дня сшить на эту девушку пристойное дорожное платье? – спросила его Райна, заранее зная, что он ей ответит. – Неплохо было бы еще и брючный костюм для верховой езды, но это уже как получится.
      – Платье точно успею, – ответил мастер, поглаживая окладистую бороду, – а костюм постараюсь, но обещать не могу – слишком мало времени на пошив.
      – Постарайтесь, уважаемый, – сказала Райна. – Если работа будет хороша, я не стану с вами торговаться.
      Женщина сноровисто произвела все нужные замеры, продиктовав мастеру что-то непонятное, и они оба, поклонившись, поспешили удалиться. Последним постучал в дверь кандидат на пост управляющего. Им оказался немолодой полный мужчина с умным лицом и красиво уложенными черными волосами, уже слегка побитыми сединой.
      – Виктор Мариш, – представился он, низко поклонившись дамам.
      – Вы, случайно, не родственник главы магистрата?
      – Родной брат, миледи.
      – Не скажите, что вас подвигло на то, чтобы откликнуться на мое предложение?
      – Я очутился не в самом хорошем положении. В нашей семье у меня было свое дело, связанное с торговлей. В последний год мне не везло. Два моих каравана с товарами подверглись нападению разбойников и были разграблены, а склад с пушниной в столице был конфискован за долги. На самом деле никаких долгов за мной не числилось, но я не смог этого доказать, а когда пытался разобраться, на меня было совершено нападение, и пришлось срочно уносить ноги. Теперь сижу на шее брата, что, по правде сказать, уже надоело и мне, и ему.
      – Послушайте меня, Виктор! – сказала ему Райна. – Я маг не из последних, и вижу, что вы мне не врете, но и не говорите всей правды. Но это дело ваше. Я вам предлагаю поступить ко мне на службу. Первоначально вашей задачей будет приведение в порядок нашего замка. Он примерно на треть разрушен. Мы занимали в нем едва пятую часть, до остального не дошли руки. Вам нужно набрать бригаду каменщиков, которые разобрали бы завалы, и из полученных блоков возвели стену, отгораживающую уцелевшую часть замка от обвалившейся. Сейчас там свободный проход. В идеале желательно вообще убрать развалины. Далее необходимо застеклить все помещения и галереи и навести в них образцовый порядок. Закажите плотникам мебель, купите ковры. Ваш брат обещал найти в замок капитана дружины. Я думала поговорить с ним сама, но теперь считаю, что с этим прекрасно справитесь и вы. Его задача – набрать с десяток ветеранов, которым надоело махать мечом. Они могут быть с семьями. В замке все равно будут нужны кухарки и уборщицы. Всем им нужно помочь устроиться и обеспечить жильем. Кроме наших покоев, мне нужны три-четыре гостевые комнаты, остальное можете использовать как хотите. Задача вам ясна? Жалование вам пока положим десять золотых в декаду. Если справитесь, жалование увеличим и заберем в столицу. Будете верно служить – побеспокоимся о дворянстве. Мне уже недолго жить, так что вашей хозяйкой будет моя приемная дочь. Несмотря на юный возраст, она уже мастер и сильно заинтересовала короля. Чувствуете в связи с этим свои собственные перспективы? Заодно, если хотите, разберемся и с вашими долгами. Если согласны, посчитайте примерную сумму, потребную вам на все дела на год, завтра я вам ее выдам, а так же оформлю доверенность на ваше имя, как на своего представителя. Теперь немного горечи. Я в любой момент могу появиться в замке и проверить, чем вы там заняты. То же касается и моей дочери. И пусть вас не обманывает ее юный вид. Она щедро наградит за добросовестность и верность и сурово накажет за измену и разгильдяйство. Нужно ли говорить, что вам не удастся скрыться от нас с полученными деньгами? И слава богам, что нет. Я не чувствую в вас гнили и говорю все это просто на всякий случай. Будете думать?
      – Я похож на идиота? – ответил Виктор. – С благодарностью принимаю предложение. Будет нормально, если я приду с расчетами завтра после обеда?
      – Вполне. Мы здесь задержимся еще на два дня и, если возникнут трудности, сможем вам помочь. Дальше уже крутитесь сами. Свой столичный адрес я вам вышлю.
      Едва ушел Виктор, как в дверь постучал мастер-скорняк.
      – Какая прелесть! – Ира в полном восторге гладила мех почти невесомой шубы, которая имела меховой капюшон, а длиной на пару ладоней прикрывала колени. – И сшита как раз на меня!
      – Она вам, госпожа, прослужит года три, – сказал довольный мастер, которому Райна добавила два золотых. – Потом, конечно, вы из нее вырастите.
      – Сегодня больше никто не придет, – с облегчением сказала Райна, – так что можно и отдохнуть. Что-то я начала быстро уставать. Ты поняла, как нужно разговаривать с людьми? Прежде всего нужно выказать человеку уважение, если он своими действиями не доказал, что этого уважения недостоин. Причем степень этого уважения и форма обращения должны зависеть от того, какое он занимает положение в обществе. И всегда нужно первым делом определить, какой у него к тебе интерес и определиться со своим собственным. Если он тебя заинтересовал, помани перспективами и что-то дай сейчас. Одновременно надо дать понять, что ты гораздо умнее, чем кажешься, и не позволишь водить себя за нос. Кнут и пряник – ничего лучше люди пока не придумали. Этот Виктор может тебе в будущем пригодиться, поэтому следи за ним, продвигай и поощряй по мере необходимости.
      – Он первый человек в этом мире, который носит привычное для меня имя, – улыбнулась Ира. – Думаю, что он все сделает, только зачем нам такие траты?
      – Слушай, что я тебе говорю! – сказала Райна. – Золото – это просто металл. Сам по себе он тебя не напоит, не накормит и не даст пристанища. Почему-то его ценят во всех человеческих мирах, да и некоторые разумные твари к нему неравнодушны. У нас с тобой золота столько, что если им не сорить, то ты его не сможешь потратить за всю свою жизнь. А замок, в который я хочу вложить его малую часть, тебе еще пригодится и как временное убежище, если у тебя не все сладится с королем, и как место отдыха, и как основа для твоих дел в других мирах. Надеюсь, что впереди у тебя долгая жизнь и такое место лишним не будет. Да и стоит он несравненно больше тех денег, которые я за него заплатила. Сейчас такие вообще не умеют строить, а замки попроще возводят два, а то и три поколения владельцев.
      – Сейчас пообедаем и отдохнем, а потом я думаю почитать. А чем займемся завтра? Если только есть и спать, я через несколько дней не влезу в шубу. Я раньше думала погулять и посмотреть город, а теперь вижу, что в нем нет ничего интересного: вонь, грязь, и на город похож только центр, а остальное – это деревня. Неужели у вас и столица такая?
      – Таких домов, как у вас, в столице нет, но это не деревня. В ней много дворцов и особняков, и все дома только каменные. Деревянные не разрешают строить из-за пожаров. Все нечистоты сливают под землю, там они и текут, так что сильной вони нет. В столице на дорогах очень мелкая брусчатка, и в экипажах не сильно трясет. Много парков и вообще зелени. Особенно красиво летом. Одним словом, там есть на что посмотреть.
      Раздавшийся стук в дверь прервал их разговор.
      – Вы разрешите, миледи? – заглянул в номер бравый шевалье. – По вашему приказу мои люди пропускали к вам только тех посетителей, на кого указывал хозяин заведения. Но его сейчас нет, а вас настойчиво добивается одна девушка, которая на него ссылается. Я помню, что вы говорили насчет служанки, поэтому не стал ее прогонять.
      – Пустите ее, шевалье, – разрешила Райна. – Не думаю, что одна девушка представляет опасность для двух мастеров.
      Вскоре после ухода командира в номер вошла молоденькая девушка лет пятнадцати. Она была очень славная и почему-то напомнила Ире воробья из мультика. Ниже среднего роста, стройная, с вздернутым носом и веснушками по всему лицу – она смотрела на магов с такой смесью отчаяния и надежды, что Ира невольно отвела глаза.
      – И что же от нас хочет это юное создание? – с едва уловимой насмешкой в голосе спросила Райна. – Хочешь наняться в служанки к моей дочери?
      – Если миледи будет угодно меня принять, – сказала девушка, – я готова служить верой и правдой!
      – А что ты умеешь? Расскажи о себе.
      – Я Лина Сарлей из древнего купеческого рода Сарлеев. Мой отец был последним мужчиной в роду и погиб в прошлом году от нападения на его караван ватаги разбойников. Все товары пропали, а в долг мне ничего не дают. Никто не хочет иметь дело с женщиной, хотя я умею все делать не хуже отца. Другой работы для меня в этом городе нет, разве что идти в бордель.
      – А мать? – с сочувствием спросила Райна.
      – Болеет, – ответила девушка. – Как погиб отец, так она и слегла. За ней ухаживает моя младшая сестра. Деньги у нас еще есть, но если их не зарабатывать...
      – Не страшно бросать своих и ехать с нами в столицу?
      Лина пожала плечами и хотела ответить, но горло перехватил спазм. Ире показалось, что еще миг, и девушка разрыдается, но ей удалось с собой справиться.
      – Ну вот, а ты еще думала, чем себя занять, – обратилась Райна к Ире. – Сейчас мы втроем пообедаем, а потом поедем в дом Сарлеев. Прежде чем Лина поедет с нами, нужно будет вылечить ее мать. Лина, можешь оставить семье этот кошелек. В нем сотня серебром – это плата за три декады. Тебе сейчас деньги не понадобятся, а им пригодятся. Впрочем, деньги твои, тебе и решать, как с ними поступить. У тебя все есть в дорогу? Вот и хорошо. Нет, конь не нужен: ты поедешь с нами в карете.
      Дом Сарлеев оказался большим и добротным, с обширным подворьем, на котором были еще какие-то строения, в том числе и здоровенный амбар.
      – Это склад для товаров, – объяснила Лина, увидев вопрос во взгляде Иры. – Там сейчас пусто. Заходите, собаки у нас нет.
      В сенях их встретила девочка. Увидев гостей, она почтительно поклонились и отступила в сторону, пропуская их в комнаты. На вид она была копией Лины, только года на три младше. А вот их мать ничем, кроме небольшого роста, на дочерей не походила. Она молча лежала в одной из двух спален, прикрытая одеялом, на которое сверху положили большую шкуру.
      – В доме прохладно, миледи, – сказала Лина. – Дрова приходится экономить. Присаживайтесь, пожалуйста, на эти стулья
      Райне было достаточно одного взгляда на женщину, чтобы понять причину ее недуга.
      – Выйди ненадолго из дома, – приказала она Лине, – и забери с собой сестру. Только оденьтесь теплее, вам придется подождать.
      – Ну и что ты видишь? – спросила она Иру, когда сестры вышли.
      – Ничего такого, из-за чего нельзя было бы встать с кровати, – призналась та. – Она, конечно, ослабела, да и со здоровьем не все в порядке, но я не вижу ничего серьезного.
      – Она сломалась, – пояснила наставница. – Муж для нее был всем. Он умер – и ее мир рухнул. Она слабая по натуре и, столкнувшись с горем и трудностями, ушла от всего в свою болезнь. По природе она вполне здорова, а слабость – это просто следствие длительного лежания и того, что она очень мало ест. Когда у человека пропадает интерес к жизни, это само по себе может вызвать кучу болячек и в конечном итоге уложить в могилу.
      – И что будем делать?
      – Взывать к ее разуму или совести бесполезно: ей уже все безразлично, поэтому я применю ментальное принуждение. Это один из тех немногих случаев, когда я такое считаю оправданным. Не хочет жить для себя, пусть живет ради дочерей. А там, может быть, немного оклемается и найдет, за что уцепиться в жизни.
      – Встань! – обратилась она к женщине. – Ты больше не больна. Отныне твоя цель – воспитать младшую дочь. Старшую я забираю с собой, сама о ней и позабочусь. И не вздумай хандрить. Ты должна стать для дочери той прежней, какой была до смерти мужа. Выполняй!
      Женщина словно проснулась, перевела на них взгляд и попыталась подняться.
      – Не торопитесь, – предупредила Ира, придерживая ее за руку. – Вы долго лежали и сейчас слабы, поэтому начинайте все делать понемногу.
      – Кто вы, миледи? – спросила мать Лины слабым голосом. – И где дочери?

      – Мы ждем тебя завтра к вечеру, – сказала Райна Лине, когда садилась в карету. – Переночуешь с нами на постоялом дворе, а утром двинемся в путь. Скажи сестре, чтобы не давала матери сразу за все хвататься, пусть сначала наберется сил. И не надо меня благодарить, отблагодаришь хорошей службой дочери.
      Следующий день Ира до самого обеда лежала в постели с книгами. После обеда, как и обещал, пришел Виктор в сопровождении невысокого, плотно сложенного мужчины лет пятидесяти, с грубоватым лицом и большими пышными усами.
      – Аром Шангар, – представил он своего спутника. – Это, миледи, ваш будущий капитан. Он дослужился до сержанта пикинеров в армии его величества, так что службу знает.
      – А по какой причине уволились, капитан? – спросила Райна усача, показав своим обращением, что он принят на службу.
      – Возраст, миледи, – ответил он. – И копьем стало тяжело орудовать, и надоело месяцами не видеть семью.
      – Что со сметой?
      – Я считал очень приблизительно, – ответил Виктор. – Получилось около полутора тысяч золотых.
      – Возьмите эти два кошеля, – сказала Райна, показав рукой на стол. – В них две тысячи. Если не хватит, позже получите еще. Только учтите, что расходы будут контролироваться. Это вам, Виктор, обещанная бумага на ваше имя. Вас, капитан, я попрошу проводить нашего управляющего до дома. С такими деньгами на руках это будет нелишним. Я распоряжусь, чтобы вас отвезли в одной из наших карет. Да, капитан, арбалеты для дружины можно не покупать: в замке их достаточно. Оружие заперто в комнате моего слуги, чтобы не растащили деревенские, поэтому сейчас возьмите у него ключи. Его комната первая от лестницы. Мы на вас надеемся, господа, постарайтесь не подвести.
      Часом позже их посетил мастер, которому заказывали одежду. Платье в дорогу вышло просто изумительное. Теплая серая шерстяная ткань, облегающий верх и немного укороченный, не слишком пышный подол – как раз то, что нужно в дорогу. И застежки сделали спереди, как она и просила. Надев такое платье, его уже не хотелось снимать. Но снять пришлось, потому что мастер успел сшить еще и костюм, который тоже надо было примерить. Тоже шерстяной, но уже черного цвета, он так классно смотрелся на Ире, что она сразу поняла, какую одежду наденет, когда в следующий раз пойдет в свой мир. Только расплатились с мастером, как подошла Лина.
      – Иди сейчас во второй номер от лестницы, – сказала девушке Райна. – Там у нас поселилась моя служанка. Пока твои услуги не нужны, поэтому побудешь с ней, она о тебе и позаботится. И пусть выдаст нормальную сумку вместо этого узла, у нее были... Ну что, баронесса, – шутливо обратилась она к Ире, когда вышла служанка. – Вроде мы с тобой сделали все, что хотели. Завтра двинемся покорять столицу. Ты готова разбивать сердца и сорить золотом?
      – Мне хочется забраться к вам под мышку и еще лет пять оттуда не вылезать, – ответила Ира. – На фиг мне чьи-то сердца? Я еще не знаю, чего хочу от жизни, а ваша жизнь для меня пока – это темный лес. И даже сила не придает уверенности.
      – Ничего, девочка моя! – обняла ее Райна. – На тихих да покорных воду возят. Захочешь в этой жизни хоть чего-то значить и быть хозяйкой самой себе, сама выйдешь из-под крыла. Немного рановато для тебя, но тут уж я не могу ничего поделать. Помогу тебе на первых порах, пока смогу, а дальше ты уже сама.

                                                                      Глава 10

      Путешествие до столицы заняло пять дней. Первый день двигались без остановки, пока не достигли следующего после Зарта города на тракте – Лидеи. Здесь, несмотря на раннее время, остановились на ночевку, потому что никаких других городов, до которых можно было бы добраться до ночи, на тракте не было. После Лидеи города и придорожные трактиры начали встречаться чаще, и теперь ехали до вечера. Каждый раз Райна беспокоилась о том, чтобы ее кирасир селили на одном постоялом дворе с ней, и оплачивала их содержание из своего кармана. В это время года по дорогам ездили мало, поэтому с размещением отряда не было сложностей. Благодаря такой заботе, солдаты старались сделать все, лишь бы услужить старой аристократке и ее красавице-дочери. Ира по понятным причинам вызывала повышенный, хоть и тщательно скрываемый интерес. Появление Лины приятно взбудоражило королевских вояк, тем более что девушка, которой надоело сидеть в карете, на второй день пути попросила у Райны разрешение ехать верхом. Гарт отдал ей кобылу Иры, на которой она и гарцевала посреди отряда, переговариваясь с кирасирами и отвечая на их шуточки. Лина пока не приступила к выполнению обязанностей служанки. Ира сама надевала и снимала одежду, сама расчесывала волосы, а за едой ей прислуживали слуги в трактирах. Когда девушка обратилась с этим вопросом к баронессе, та не смогла ничего объяснить, сказав лишь насчет задней шнуровки на платьях. Райна только посмеивалась.
– Что ты колотишься? – сказала она Лине. – Надо радоваться тому, что нет обязанностей, хуже, когда их слишком много. Положена баронессе служанка, вот тебя и взяли. А обязанности еще будут, можешь не сомневаться.
      К концу пятого дня пути, когда солнце уже спустилось к горизонту, далеко впереди показалась столица.
      – Долго еще? – приоткрыв дверцу кареты, спросила Ира у ехавшего сбоку кирасира. – До ночи успеем?
      – Должны успеть, миледи, – почтительно ответил солдат. – Дорога почти сухая, так что двигаемся быстро. Свечи через три-четыре должны быть в Сагде. Ворота в верхний город закрывают позже.
      – А что за верхний город? – спросила девушка у Райны.
      – Верхним или старым городом называют часть столицы, которая огорожена крепостной стеной. Верхний город был построен лет двести назад, а потом дома стали строить за стенами. Сейчас новая часть города раза в три больше старой. Никому и в голову не придет окружить стеной теперешнюю столицу, слишком уж она велика. В верхнем городе находятся королевской дворец, дворцы и особняки знати и столичный университет. Там же разрешили поселиться самым богатым и влиятельным купеческим семьям. Остальные живут в нижнем городе. Там же расположены все постоялые дворы и трактиры. Поэтому если мы все-таки не успеем до закрытия ворот, то остановимся до утра в одном из них.
      – Надо было мне вас раньше расспросить о столице, – с досадой сказала Ира. – И ведь было же время!
      – Что ты так беспокоишься? – удивилась Райна. – Приедем, все сама со временем узнаешь. Я в столице была всего два раза еще девчонкой и мало что помню.
      – А река поблизости есть?
      – Есть река и немаленькая. Называют ее Ста. Нижний город в одном месте выбрался на ее берег, там сейчас построен порт.
      – А куда течет река?
      – Куда она может течь? В море, конечно! У вас разве не так?
      – Она могла быть притоком более крупной реки и впадать в нее, а уже потом – в море. Оно у вас теплое?
      – Чем ты меня слушала? – сказала Райна. – Я же рассказывала о том, как сюда попали кайны. Море было у наших предков, мы о нем только читали в старых книгах. Если верить написанному, в нем купались весь год, кроме зимы. Зимой вода была прохладной и часто штормило.
      – Что вы еще можете рассказать?
      – Всем моим воспоминаниям много лет, и они в основном об особняке брата отца. У нас самих не было владений в столице, поэтому, когда в нее приезжали, всегда останавливались у него. Помню, как он водил нас с сестрой в торговые кварталы и покупал подарки. Ходили еще в какие-то храмы, а в остальное время играли с его детьми в их парке.
      – Они тоже владели магией?
      – Очень слабо. Мастеров в их семье не было.
      – Так, может быть, их и не тронули?
      – Вряд ли, – задумалась Райна. – Я до сих пор не знаю, из-за чего жрецы Ашуга взъелись на мастеров. Виновата ли в этом магия, которая ставила под сомнение их собственное могущество, или дело было в том, что семьи мастеров за столетия скопили огромные богатства. Может, была еще какая-то причина, о которой я не догадываюсь. Но обычно в таких случаях вырезают не только саму семью до последнего человека, но и всех близких родственников. Правда, моя тетка была в родстве с тогдашним канцлером, так что, возможно, они уцелели. Точнее, не они, а их дети, а то и внуки, так как кузены были старше нас с сестрой. Нужно будет о них узнать. Если они живы, ты это можешь использовать.
      – А как охраняется столица, если нет стены?
      – Возле Сагда расположено много воинских лагерей. Наши кирасиры как раз оттуда. А в самом городе несет службу только городская стража.
      – Почему король до сих пор не женат?
      – Вот чего не знаю, того не знаю, – рассмеялась Райна. – Во всяком случае, в женском обществе он недостатка не испытывает. По слухам, фаворитки меняются чуть ли не каждую декаду. В этом он пошел в отца: тот тоже был жеребцом. Ты смотри, держи его на расстоянии. Королю вполне может прийти в голову мысль привязать тебя к себе не только золотом, но и через постель. Таких красавиц он мимо себя не пропускает. Даже если он влюбится, во что я не верю, тебе никто не позволит стать королевой. Да и не смогла бы ты ею долго быть. По закону, если за пять лет у королевы не родился ребенок, брак считается расторгнутым.
      – И что делают с бывшей королевой?
      – Зачем с ней что-то делать? – удивилась Райна. – У нас женщина не имеет никаких прав на трон. Если у нее есть сын от короля, то она может официально сохранить свой титул, но ребенка у нее забирает регентский совет, который и воспитывает наследника до совершеннолетия.
      – Если я убью короля, кто наследует трон? Его брат?
      – Постарайся не доводить дело до крайности. Принцу всего пятнадцать лет. Многие сомневаются в том, что старый король имел отношение к его появлению на свет. А спросить некого, так как его мать через несколько лет после родов отравили. У старого короля были три жены, и все они плохо кончили. Это еще один повод, чтобы не лезть в королевы.
      – Ладно, – засмеялась Ира, – уговорили. Если начнет приставать, приму образ шуры.
      – Не испугается, – покачала головой Райна. – У него во дворце уже есть одна такая. Когда я услышала, не поверила, а оказалось правдой.
      – Чем же она там питается?
      – Говорят, раз в два дня выпивает кролика. Они ведь не только человеческую кровь пьют, годятся и животные.
      Некоторое время ехали молча. За окнами стало быстро темнеть. Несколько раз разминулись с ехавшими навстречу экипажами, иногда по тракту в обоих направлениях проносились всадники.
      – Летом здесь не протолкнуться от обозов и крестьянских телег, – сказала Райна, – а сейчас просто благодать: едем и никто не мешает. Выгляни, долго еще ехать? А то я что-то уже сильно устала.
      – Осталось совсем немного, миледи, – ответил кирасир на вопрос Иры. – Вот-вот появится застава и будут первые дома. Сейчас проедем рощу, повернем, и вы сами увидите.
      На заставе их никто не задержал. Стоило командиру предъявить подорожную, заверенную самим канцлером, как тут же подняли перегораживавшую дорогу рогатку, а охранявший заставу караул вытянулся во фрунт. Улицы на окраинах Сагда никто специально не освещал, поэтому ехали почти в полной темноте, озаряемой лишь мерцающим светом из окон стоящих по обе стороны дороги домов. Скоро начали попадаться двухэтажные дома. Через полчаса подъехали к стене старого города. Ворота были еще открыты, и стоявшие в них стражники потребовали остановиться для проверки. Возглавлявший караул сержант не ограничился подорожной, а еще заглянул в обе кареты, извинился перед дамами и дал команду всех пропустить. После ворот ехали совсем недолго. Брусчатка была ровной, и кареты катились почти без тряски. На каждом перекрестке горели масляные фонари. Много света было и из окон особняков, которые здесь никто не закрывал ставнями. Остановились у невысокого забора, огораживавшего небольшой сад и едва белеющий в полумраке большой одноэтажный дом.
      – Вот вы и дома, миледи! – объявил шевалье, открывая дверцу кареты и помогая дамам выйти.
      Один из его подчиненных уже тарабанил в ворота, пытаясь достучаться до прислуги. Наконец в доме хлопнула дверь и послышались приближающиеся шаги. К калитке подошел старик, державший в руках зажженный фонарь и связку ключей.
      – Открывай быстрее, хозяева приехали! – поторопил его шевалье. – Да шевелись ты, наконец, не видишь, женщины с дороги устали!
      – Сейчас открою! – заторопился слуга, подслеповато щурясь на свет фонаря и пытаясь отыскать нужный ключ. – Ворота тоже открывать или одну калитку?
      – Давай вначале калитку, а потом и ворота, – скомандовал шевалье. – Нам нужно еще выгрузить багаж.
      – Зачем тогда было выходить из кареты, – еле слышно пробурчал себе под нос слуга.
      – А ты попробуй сам просидеть в ней весь день! – рассердился шевалье, который расслышал его бормотание. – Не твое дело обсуждать господ, лучше шевелись, пока я тебе не добавил прыти!
      Старик испугался и задвигался быстрее. Когда замки были открыты, кареты одна за другой въехали в распахнутые ворота и по усыпанной мелким гравием дороге покатили к дому. Часть кирасиров спешилась, чтобы помочь с вещами, остальные остались на улице с лошадьми. Все женщины, кроме Лины, которая ехала верхом, пошли к дому по выложенной камнями дорожке в сопровождении шевалье и семенящего рядом с ними слуги. В доме послышались голоса, захлопали двери, и в окнах замерцал свет зажженных светильников.
Уже давно выгрузили вещи и уехали кирасиры, а уставших путников накормили спешно приготовленным ужином и развели по комнатам, а Ире все не спалось. Когда-то, совсем в другой жизни, папа говорил, что люди плохо засыпают на новом месте. Это ли было виной или мысли о завтрашнем дне, некстати пришедшие в голову, но она лежала на огромной кровати, заложив руки за голову, и сна не было ни в одном глазу. Завтра она по-настоящему войдет в этот мир, уже не скрываясь за спиной наставницы. А та, которая заменила в этом мире отца и мать, скоро уйдет из жизни, и она опять останется одна. Найдется ли хоть в одном из миров такой человек, которому она когда-нибудь сможет довериться и назвать самым родным и любимым? К мужчинам ее не влекло совершенно: несмотря на внешне взрослый вид, в этом она пока осталась девчонкой. И слава богу! Еще не хватало здесь в кого-нибудь влюбиться. Она была почти уверена, что не просидит всю жизнь в этом мире. Она получила здесь силу, богатство и положение, но ее постоянно точило недовольство. И люди здесь, и отношения между ними были слишком далеки от всего того, что было ей когда-то близким и родным. Она собиралась в будущем использовать возможности этого мира, но жить здесь постоянно не хотела. Нужно оправдать надежды Райны и отдать за нее все долги. То, что наставница из страха за жизнь Иры отказалась от мести, еще не повод, чтобы за нее не мстить. Девушка видела, с какой внутренней болью Райна говорила те слова и чего ей это стоило, поэтому она все же постарается найти случай и отомстить, не подвергая при этом опасности свою жизнь.
      Ира не знала, сколько она так лежала. В комнате было темно, а стрелки на отцовских часах в этом мире почему-то перестали светиться. Наконец усталость взяла свое, и она провалилась в сон, из которого уже утром вырвал голос наставницы.
      – Вставай, соня! – сказала Райна, приоткрыв дверь в ее спальню. – Завтрак давно готов, и уже приезжал гонец из Коллегии. Решили перед представлением королю провести проверку нашего мастерства. Я не знаю, как они будут проверять мастеров, если в королевстве, кроме нас, нет других, но все равно будь осторожна и не слишком задирай нос. Я тебя выучила всему, что знала сама, но все мои знания пятидесятилетней давности. За прошедшее время маги могли узнать немало нового, так что я не исключаю сюрпризов. Кроме того, тебе нужно срочно заказать придворное платье. Идти к королю в дорожном – это моветон, а ни в одно из платьев моей сестры ты уже точно не влезешь, неважно спереди у них завязки или сзади. И вообще, нам с тобой сегодня нужно много чего приобрести и определиться с прислугой. Гарта я уже направила в каретные мастерские заказать карету с моим гербом, купить лошадей и нанять кучера, который заодно согласился бы работать конюхом. Чем меньше здесь будет вертеться лишних слуг, тем лучше. Ты собираешься вставать или нет?
      – Вчера долго не могла заснуть, – ответила Ира, нехотя покидая кровать. – Ничего, сейчас умоюсь холодной водой и окончательно проснусь. Где здесь вода? Я вчера не запомнила, да и ходили почти в темноте.
      – Пойдем покажу, а заодно коротко расскажу о слугах. Дом для нас купили у графа Рано. Старый граф умер два года назад, а молодой наследник умудрился за это время спустить на игры и баб большую часть оставленного отцом состояния. Под конец он влез в долги и оказался перед выбором: продавать этот особняк или родовое имение, в котором живет вся семья. Он хоть и дурак, но все же хватило ума сохранить имение. Казначейство скупило все его долги и предъявило к оплате. Так у нас появился этот очень немаленький дом с садом в центре столицы. Слуги достались по наследству. Старик, который открывал нам калитку, выполнял здесь роль дворецкого. Дворецкий нам не нужен, тем более такой, но он всю жизнь прожил в Сагде, прекрасно знает город и в курсе всех местных сплетен. И что немаловажно, ему просто некуда идти. Зовут его Сарком. Я думаю его пока оставить и посмотреть, будет ли польза. А вот от служанки нужно срочно избавиться. Лживая и подлая барышня. При молодом барине убирала дом, готовила, подрабатывала передком и наушничала на слуг, которых тогда было намного больше. Была еще одна молодая особа, но той не приглянулась я, так что она сегодня утром собрала в сумку оставшуюся от графа серебряную посуду и решила нас покинуть. И покинула, естественно, без посуды, но с неприятной болезнью, которой я ее наградила. Вот умывальник, а здесь вода, если нужно будет долить. Прислать Линду в помощь?
      – Зачем она мне? – умываясь холодной водой, пробурчала Ира. – Где наши вещи? Я не могу ходить с такими зубами, а щетка там! И порошок.
      – Завтра перед походом к королю почистишь свои зубы, а для Коллегии сойдет и так. У нас с тобой нет времени на разбор вещей. Быстро иди кушать, но сильно не наедайся, а потом приводи себя в порядок. Я бы советовала надеть на испытания костюм для верховой езды.
      – Мне этих магов объезжать?
      – Боюсь, что объезжать будут нас с тобой, причем больше тебя из-за того, что ты в таком сопливом возрасте вознамерилась стать мастером. Просто в брюках тебе будет удобнее.
      – А брюки на Коллегию это не моветон?
      – Моветон, – согласилась Райна, – но на Коллегию ты можешь наплевать, а на короля – уже нет. Ты сама такой вызов традициям, что уже не имеет большого значения, в чем туда придешь.
      Ира закончила умываться, без всякого аппетита съела кашу, вкусом и видом сильно похожую на так нелюбимую ею перловку, и пошла надевать костюм. Когда она закончила, в ворота особняка въехала карета с гербом маркизов Афрем.
      – Прекрасные лошади, Гарт! – похвалила Райна рослых жеребцов бурой масти, которые как пушинку везли за собой богато отделанную карету. – А это наш кучер?
      – Сантор Ланше, к вашим услугам, миледи! – поклонился сидевший на козлах мужчина.
      – Мы сейчас уедем, – обратилась Райна к Гарту, – а тебе нужно сходить на скотный рынок и купить двух чистокровных скакунов. Не забудь взять для них сбрую и заказать овес с сеном для всех лошадей. Конюшня здесь большая, так что корм можно брать с запасом. Потом узнай у Сарка, у кого покупали продукты. Лая скажет, что ей нужно. Да, скажи Лине, чтобы была при Лае. По первому времени у нее здесь будет много работы, и помощь не помешает, а девка все равно сидит без дела.
      Когда она закончила давать указания, села вместе с Ирой на мягкие удобные сидения и приказала кучеру ехать в Коллегию. Поездка продолжалась минут двадцать. Ира с интересом смотрела в небольшое окно кареты. Стекло искажало изображение, но окошко можно было открыть на манер форточки, что она и сделала. Столица днем произвела намного большее впечатление. Прежде всего девушка обратила внимание на чистоту улиц. Ничего подобного не было ни в одном из увиденных ею городов. Обилие зелени тоже радовало глаз. Почти в каждом домовладении, мимо которого они проезжали, был участок земли, засаженный деревьями или кустами. Сами дома имели красивый и ухоженный вид и сильно отличались отделкой. Прохожие встречались редко, в основном по улицам проезжали кареты, открытые экипажи и всадники.
      – Это же старый город, – сказала Райна, когда Ира задала ей вопрос по поводу пешеходов. – Здесь ходят в основном слуги и только по делу. Хозяевам неприлично передвигаться пешком, разве что просто прогуляться возле своего особняка или зайти к соседям.
      Карета выехала на небольшую площадь, окруженную со всех сторон двухэтажными домами, и остановилась возле одного из них. Кучер соскочил с козел, открыл дверцу кареты и помог женщинам выйти. Коллегия находилась в большом двухэтажном здании, фасад которого был украшен несколькими колоннами, поддерживавшими портик над главным входом. Поднявшись по ступеням, Ира с Райной прошли через большие двустворчатые двери и очутились в обширном холле, из которого начиналась широкая, ведущая на второй этаж лестница. В холле их дожидался слуга, с которым поднялись по лестнице и прошли до дверей нужного помещения.
      – Прошу сюда, миледи, – сказал он, распахивая перед ними двери. – Вас уже ждут.
      Женщины вошли в просторную комнату, в которой отсутствовала мебель, кроме нескольких мягких стульев. Выходившая в сторону фасада стена была прорезана тремя большими окнами, возле которых сидели маги.
      «Специально расселись так, чтобы солнце било нам в глаза, – подумала Ира. – Ладно, наплевать».
      – Приветствую своих собратьев по ремеслу! – произнес сидевший в центре мужчина. – Садитесь на стулья и давайте определим порядок проведения испытания.
      – Могли бы при приветствии встать, – сказала Ира, ища глазами свободные стулья.
      Она чувствовала, что большинство собравшиеся настроены к ней враждебно, а поскольку никаких поводов для такого отношения не давала, решила сама с ними не церемониться и вести себя нагло. Стулья обнаружились в противоположном конце комнаты. Наверняка они были туда поставлены не случайно. Один взгляд – и выбранный стул заскользил по полу в их сторону и остановился возле Райны.
      – Матушка, – обратилась к наставнице Ира. – Присядьте, пока меня будут проверять эти господа.
Райна одобрительно кивнула и молча села.
      – Я готова к испытанию, – обратилась девушка к магам. – Что мне нужно делать?
      Зрение немного привыкло к яркому, бьющему в глаза свету, и она смогла рассмотреть сидевших. Всего в комнате находились пять магов, и все они были мужчинами. На каждом была надета коричневая мантия.
      «Неужели и нам предложат носить это убожество? – подумала Ира. – Вот уж фиг им! Пусть сами в таком ходят!»
      – Приятно видеть уверенность в своих силах у такой юной девушки, – улыбнулся крайний справа маг. – Теперь вам только осталось подтвердить ее делом. Испытания всегда проводятся одинаково. Мы на вас нападаем, а вы защищаетесь. Если сможете не только защититься, но и атаковать в ответ, это будет засчитано в вашу пользу. Можно применять все, что вы знаете и умеете делать, кроме вызова демонов и тварей. Впрочем, никто вам не даст провести ритуал. Вы готовы?
      – Готова, – кивнула девушка. – Можете начинать.
      Начали они как-то странно. На Иру словно налетел ветер, хотя в комнате не ощущалось движение воздуха. Даже пылинки в лучах солнца танцевали на одном месте, хотя девушка чувствовала, что обрушившийся на нее ветер уже набрал ураганную силу. Ее даже начало сносить, и задержаться на месте не получилось. Внутренним зрением она видела исходящие от противников потоки силы, которые, сливаясь воедино, образовывали что-то вроде направленного в ее сторону конуса. Ира усилила защиту, и ветер резко ослаб, но и она уже больше не могла видеть того, что делают маги. Права была наставница, когда говорила, что за пятьдесят лет могут открыть что-то новое. Вот и открыли на ее голову. И как с этим бороться? Уйти в глухую оборону, усилив до предела защиту, – значит проиграть. Под такой защитой она даже не сможет увидеть, что они делают, пока ей чем-нибудь не врежут. А если врезать самой?
      Девушка почти полностью сняла защиту и нанесла удар по сидевшему в центре магу. Одна из ножек его стула подломилась, и маг упал на пол, да еще ударил голову о стул соседа. Напор ветра немного ослаб, и воспользовавшаяся этим Ира расслабила нужные мышцы магу справа, который ехидничал по поводу ее уверенности в своих силах. Чтобы не опозориться, ему пришлось забыть о девушке и переключиться на борьбу с собственными кишками. Остальные маги срочно усилили защиту, еще больше ослабив нападение.
Усмехнувшись, Ира следующим ударом так выморозила воздух у окон, что от магов повалил пар. Полностью прекратив нападение, они теперь все силы тратили на защиту и нагрев своих тел.
      «А теперь, голубчики, я вас добью!» – злорадно подумала девушка, применив домашнюю заготовку, над которой работала несколько дней.
В центре комнаты на полу вспыхнул ярким зеленым огнем рисунок вызова демонов. Перед оторопевшими от неожиданности магами появилась чешуйчатая тварь, в которой они сразу же узнали одного из самых опасных демонов. Связываться с такими не рекомендовалось во всех без исключения руководствах. Демон обвел оцепеневших магов оценивающим взглядом и плюнул на пол. Пол от его плевка задымился, а удерживающий демона рисунок погас. Похожий на тираннозавра демон улыбнулся, обнажив два ряда кинжальных зубов, и прыгнул на магов. Грохот падающих стульев и испуганные крики стали финалом ее испытания.
      – Вы меня просто поразили! – говорил Ире пожилой маг, вытирая вспотевший лоб рукавом своей мантии. – Никогда не видел такой качественной и продуманной иллюзии. Мы полностью закрылись, поэтому не смогли сразу понять, что это морок.
      – Научите? – спросил единственный из магов, который вызывал у нее симпатию.
      – Научу, – ответила Ира. – А вы научите тому, что использовали против меня? Я не знаю этого заклинания.
      – Вы его и не можете знать, – улыбнулся симпатяга. – Нам сказали, что ваша наставница много времени провела вдали от людей, а «ментальный ветер» придумали лет десять назад. Поэтому его против вас и применили. Нам было интересно посмотреть, как вы будете выкручиваться. Конечно, я вам его покажу. Думаю, коллеги, ни у кого больше нет сомнений в том, что девушка действительно мастер, если с ней не смогли справиться все пятеро членов Совета?
      – Мы не использовали и десятой части своих возможностей! – буркнул полный маг, который своими бровями напомнил Ире Брежнева.
      – Так и я только начала! – возразила она. – Если есть желание, мы можем продолжить. Только многие из моих заклятий могут нанести вред помещению. Не жалко?
      – Ладно, чего уж там! – сказал тот маг, который из-за нее чуть не обделался. – Главное, что вы победили. Вашу наставницу проверять не будем. Позвольте представиться. Я маг Коллегии и директор королевской школы магии Игар Хониш.
      – Мастер Рина Волк, – представилась Ира. – Моя наставница мастер Райна Албени. – Она знала, что среди магов было не принято называть дворянские титулы, имели значение только мастерство и сила.
      – Маг Коллегии Альбер Гальмин, – поклонился симпатяга. – Тоже преподаю в школе.
      – Маг Коллегии Заг Гальмин, – процедил бровастый. – Не преподавал и не собираюсь.
      – Так вы братья? – удивилась Ира.
      – Нет, – ответил Альбер. – Мы с господином Загом родственники, но дальние.
      Два остальных мага тоже представились, после чего поспешили удалиться, сославшись на занятость.
      – Мы тоже уходим, – сказала Райна, поднимаясь со стула, который после этого поспешил занять место у стены. – Мы только вчера приехали и еще не успели толком устроиться. Слишком много всего нужно сделать, и не все можно поручить слугам. Еще увидимся, господа!

                                                                            Глава 11

      С платьем им повезло, хотя поначалу Ира уже думала, что придется идти к королю серой мышкой, потому что никто из портных не брался сшить для нее парадное платье за один день.
      – Поймите, миледи, – убеждал ее третий по счету мастер, – там одной отделки на два-три дня. А для нее еще нужно подобрать камни. И нижние юбки нужно пошить. Нет, за один день это никак невозможно!
      – Заедем к еще одному портному и, если ничего не получится, все равно закажем, – сказала Райна. – Оно тебе еще не раз понадобится. Да и повседневные платья нужно заказать, а то оно у тебя, как у нищенки, всего одно.
      Вот у этого последнего им повезло купить уже готовое великолепное шелковое платье.
      – Я не смогу за день сшить то, что вы хотите, миледи, – сказал мастер Райне, – но у меня уже пошита вещь, которая может вас устроить. Это не парадный туалет, но очень хорошо смотрится. Обычное парадное платье делают жестким и нашивают на него много камней. Получается очень дорого, но, чтобы было еще и красиво, наряд нужно шить не одну декаду, и он неудобен в носке. Я хочу вам предложить бальное платье, в котором будет уместно появиться на аудиенции у его величества. Прекрасный малийский шелк разных оттенков розового, богатая отделка золотым шитьем и тонкими кружевами. Если вы украсите свою дочь драгоценностями, будет не хуже парадного, но намного удобней. На глаз у нее такая же фигура, как у заказчицы, на которую шилось платье. Но если будет чуть велико, мы быстро все подгоним. При вас и сделаем.
      – А почему отказалась заказчица? – спросила Ира.
      – Она мне не объясняла, но думаю, что у нее были проблемы с деньгами, – почтительно ответил ей мастер. – Было видно, что платье понравилось и отказ от него огорчил больше ее, чем меня. Я-то эту вещь в любом случае продам, уж очень хорошо получилась. Будете примерять?
      Ире помогли переодеться две служанки, после чего она посмотрела на себя в большое зеркало из полированной бронзы и решила, что никуда отсюда без этого платья не уйдет.
      – Как на нее сшито! – сказал мастер, обходя вокруг девушки. – Посмотрите на грудь. Там специально использована самая тонкая ткань! Видите? Прорисовывается каждый сосок!
      Ира скосила глаза на грудь, и ее радость немного поблекла. Действительно очень тонкая ткань, которую натягивали груди, почти ничего не скрывала, а при хорошем освещении через нее все должно было просвечивать.
      «Черт с ним! – решила она. – Когда пойдем в наш мир, куплю бюстгальтер, и будет нормально».
      – Как тебе? – спросила Райна. – По-моему, смотрится хорошо. Берем.
      У этого же портного заказали еще два повседневных платья.
      – Только делайте на груди нормальную ткань, – покраснев, попросила Ира.
      – Желание заказчика для меня – закон! – ответил портной, отведя глаза в сторону.
      И кого вздумал провести – мастера?
      – А вот думать обо мне так, как вы только что подумали, да еще такими словами – это очень неосмотрительно! – разозлившись, сказала Ира. – Спалить, что ли, вашу мастерскую вместе с вами, или сами предложите мне скидку?
      Одновременно весельчаку была послана волна жути, которая сразу показала, с кем он имеет дело. В результате после долгих извинений он им действительно сделал скидку.
      – Молодец! – похвалила ее Райна, когда они сели в карету. – Деньги нужно экономить. И неважно, что их много. А мысли у него были самые нормальные, которые возникнут у любого мужчины при виде такой очаровашки, как ты. Если их всех за это жечь...
      Ко времени их возвращения домой Гарт уже успел выполнить все поручения Райны.
      – Посмотри, какие красавцы! – залюбовалась жеребцами маркиза. – Жаль, что я уже не в том возрасте, чтобы на них носиться. А вот тебе надо будет по свободе проехаться. Попробуешь, каково это – скакать на чистокровном жеребце, да и к себе приучишь. Это не твоя дохлая кобыла. Гарт сказал, что доставили продукты. Предохрани их от порчи, а потом нужно будет разобрать все вещи. Сделайте это вдвоем с Линой, она должна знать, где что лежит.
      В доме к Ире подошел Гарт.
      – Госпожа, вы из-за дороги забросили все занятия. Так нельзя. Я нашел в доме просторную комнату, которая не использовалась прежними хозяевами. Если купить несколько ковров и постелить их на пол, будет прекрасный тренировочный зал. И вам еще нужно начинать учиться работать мечом.
      До конца дня Ире вместе с Линой пришлось немало повозиться, а Райне – еще два раза отправлять Гарта за покупками, но уже утром следующего дня они ни в чем не испытали недостатка. Все необходимое для нормальной жизни было разложено так, как они привыкли. Осталось только забрать из замка книги и кое-какие вещи, но это решили сделать после визита к королю. После завтрака в особняк приехал офицер королевской стражи, который сообщил, что встреча с королем назначена через свечу после полудня.
      – Постарайтесь не опаздывать, миледи, – сказал он напоследок, – а лучше приехать немного раньше.
      Они так и сделали. Райна добавила Ире к новому платью колье с рубинами и тонкий золотой браслет, украшенный этими же камнями, а сама надела красивое синее платье, которого Ира на ней раньше не видела, и купленные на Земле туфли. До места добирались минут двадцать. У ворот дворца карету проверила стража, и Райна показала бумагу с приглашением на аудиенцию. Королевский дворец Иру разочаровал. Она ожидала увидеть что-то вроде Лувра, виденного во французских фильмах с участием Жана Маре, или царских дворцов в Ленинграде, но королевская резиденция не отличалась ни архитектурными излишествами, ни особой роскошью. Внутренний вид оставил чуть больше впечатлений, но все равно дворец показался ей просто сильно увеличенной копией их собственного дома.
      – А почему нет картин и скульптур? – тихо спросила Ира Райну, когда они следом за слугой поднимались по застеленной коврами лестнице на третий этаж, где обычно проводились приемы.
Выяснилось, что в этом мире из картин рисовали только портреты, которые помещали в специальные родовые комнаты, а не развешивали где попало для красоты. Скульптурой почему-то вообще никто не занимался, хотя, как смогла припомнить Райна, до переселения у их предков что-то такое было.
      – Скорее всего, в этом виноваты прежние, которые вообще не лепили и не высекали из камня никаких изображений, – подумав, сказала она. – Нашим предкам первые годы было не до скульптур, а потом осознанно или нет за эталон взяли именно жизнь прежних. А какая может быть польза от твоих скульптур?
      – Почему непременно должна быть польза? – удивилась Ира. – Их назначение – удивлять и радовать глаз. Какая еще может быть польза от красоты?
      – Миледи, мы пришли, – прервал их разговор слуга. – Его величество король Аниш Третий ждет вас!
      С этими словами он распахнул одну створку дверей и отступил в сторону, освобождая проход. Женщины вошли в почти пустую комнату, по левой и правой сторонам которой вдоль стен стояли мягкие низкие стулья с причудливо изогнутыми ножками и малиновой обивкой. Полы были застланы коврами с преобладанием красных тонов, такого же цвета были и портьеры на окнах. Ире почему-то стало смешно.
      – Кровавая комната! – шепнула она наставнице.
      – Перестань дурачиться, – шепнула та в ответ. – От этого приема зависит слишком многое. Испортишь о себе первое впечатление, потом замучаешься его менять.
      В дальнем конце комнаты приоткрылась небольшая дверь, и из нее выглянул невысокий полный человек в богато украшенной золотым шитьем одежде. Увидев женщин, он обернулся и что-то сказал, а потом с приветливой улыбкой устремился им навстречу.
      – Маркиза, баронесса! Рад вас видеть! Позвольте представиться, я секретарь его величества Мар Ламэй. Король вас ждет!
      Ире стало интересно, насколько искренна его радость, но попытка посмотреть мысли толстяка натолкнулась на сильную защиту. Магом он точно не был, значит, носил амулет.
      Секретарь проводил их к двери и, как и слуга до него, услужливо распахнул ее перед дамами. Открывшаяся женщинам комната была декорирована в голубых и зеленых тонах и обставлена низкой мягкой мебелью и такими же низкими столиками, на которых стояли вазы с чем-то приятно пахнувшим ванилью и кувшины с бокалами. Сам король, сидевший до их прихода на одном из диванов, поднялся и сделал несколько шагов навстречу, с нескрываемым любопытством разглядывая гостей.
      – Рад, что вы, маркиза, наконец, прервали свое добровольное затворничество и приняли мое предложение, явив миру и себя, и вашу красавицу-дочь! – произнес он, подарив им приветливую улыбку.
      – Спасибо за добрые слова, ваше величество, – наклонила голову Райна. – Только мое затворничество было не добровольным.
      У женщин этого мира не было своего приветствия вроде реверанса, почтение выражалось обычным кивком.
      – Держите зло на моего родителя? – спросил король, перестав улыбаться.
      – Что вы, ваше величество, – теперь слегка улыбнулась Райна. – Если бы я держала зло на вашего отца, я не приехала бы служить вам и не привезла бы с собой дочь. Я уже знаю, что ваш отец действовал под принуждением. Какой с него может быть спрос? Но я бы солгала, если бы сейчас сказала, что все и всем прощено. Вы бы простили гибель семьи и свою собственную искалеченную жизнь?
      – И что же вы намерены предпринять?
      – Не бойтесь, ваше величество, я не собираюсь сейчас идти громить храм Ашуга. Просто я оставляю за собой право при случае припомнить им все.
      – Разумная позиция! – довольно сказал король. – Я тоже не испытываю горячей любви к жрецам этого бога, и оснований у меня для этого достаточно, вот только разборок с ними сейчас допустить не могу! Я, миледи, в отчаянном положении. Отец с их помощью разогнал всех мастеров по соседним королевствам, и они, как и вы, ничего не забыли и не простили. Догадываетесь, на чьей стороне они выступят в случае конфликта?
      – А такой конфликт будет?
      – Скорее да, чем нет. Мы слишком давно не воевали. Все стали намного богаче, и сильно выросло население. Единственное исключение – это ваша родина, баронесса. Самая большая опасность исходит от Сардии. Ее король Малх Второй в нарушение общих договоренностей не уничтожил на своей территории шуров, поселив их в горах. Кровососы разводят скот и не трогают людей, и я посмотрел бы на это сквозь пальцы, если бы не скрывался сам факт наличия таких поселений. А теперь я узнал, что его сын Малх Третий создает из шуров свою личную гвардию! А ведь при попытке их истребления мы отдавали за одного шура до пяти опытных воинов! И это при том, что они были не обучены бою и плохо вооружены. Их тогда удалось перебить только благодаря мастерам. Теперь понимаете? А если мастера не станут их истреблять, да еще сами выступят на стороне кровососов? Долго ли мы тогда продержимся? Малх играет с огнем, но сейчас не прежние времена: мы разобщены, и никому ничего не докажешь.
      – У них по-прежнему высокая рождаемость? – задумчиво спросила Райна.
      – Зрите в корень, миледи. Шуры наберут силу, и рано или поздно им станут тесны те границы, которые им отвел король Сардии. Может быть, это время уже пришло. Пока им выгодно быть под королем, но сколько еще такое продлиться? И не откупиться ли Малх от своих клыкастых союзников нашей кровью?
      – Дальновидно ли выпускать их из-под контроля?
      – Всегда ли мы думаем о будущем? – вопросом ответил король. – Вспомните моего отца!
      – Ваше величество, не развеете ли вы мое недоумение по поводу действий жрецов Ашуга? Для чего все это затевалось?
      – Магия и, конечно, власть. Они вознамерились подгрести под себя всю магию в королевстве. Уничтожение мастеров преследовало цель избавиться от соперников и присвоить себе их знания, а грабеж был уже вторичен. Частично им это удалось. Именно поэтому я сейчас не могу их трогать. Они единственные, кто может представлять угрозу тварям или армии, в которой будут шуры. И вам нужно проявить осторожность. Жрецы, несомненно, не пропустят факт вашего появления, и мне трудно предугадать их реакцию. Влияние Храма и его Ордена не так сильно, как прежде, но возможности у них еще очень велики.
      – И чего вы ждете от нас?
      – Я объявил амнистию мастерам, но сюда пока никто не едет, несмотря на обещания щедрой платы. А я сейчас не в том положении, чтобы отбирать ваши имения у их новых владельцев, большинство которых тесно связаны со жречеством. Единственное, что мне остается, – это собирать способных к магии детей, воспитывать из них своих собственных магов и надеяться, что мне дадут для этого достаточно времени. Я хочу, чтобы вы в первую очередь помогли именно с этим. Ну и, конечно, выполнение текущих заказов двора. Вы согласны?
      – Срок моей жизни подходит к концу, она измеряется уже не годами, а только декадами. Скоро я уйду, и договариваться вам придется уже с моей девочкой. Она знает все, что знала я, а по силе я ей уступаю, хоть и ненамного. Единственное, чего у меня больше, – это опыта. Не смотрите, что она молода, и не считайте ее наивной. Ей уже много пришлось пережить, несмотря на столь юный возраст. Я ее полюбила и отдала все, что только смогла: знания, богатство и ту толику тепла, на которую способна. А скоро она возьмет и мое имя. Эта девушка для вас драгоценна не только потому, что у нее в друзьях Зверь. Пригрейте ее, и она вас никогда не предаст. Такие люди, как она, – редкость. Но попробуйте только обидеть, я к вам тогда приду из-за грани! И не вздумайте смотреть на нее, как на свою женщину, у вас от нее не будет детей. Думаю, что лучше вам узнать об этом сразу. Я привела Рину из другого мира, и она в любой миг может туда вернуться. Задержится она у вас или уйдет, будет зависеть только от вас.
      – Так Ливена...
      – Выдумка, – кивнула Райна. – Должна же я была как-то объяснить ее появление. Это объяснение показалось мне самым подходящим.
      – И сколько же времени вы готовили баронессу? Или она уже была магом?
      – В ее мире вообще нет магов, – покачала головой Райна. – А готовила я ее всего год, даже чуть меньше. Только это было слишком тяжело, для большинства этот путь в магию закрыт. Да и я такое смогла сделать только один раз.
      – В том мире нет силы, которую мы могли бы использовать?
      – Об этом вам придется говорить с Риной. Я там была только два раза, причем очень недолго, и почти ничего не поняла. Но по моим впечатлениям люди там очень сильны, но не магией. У них что-то другое.
      – Вы мне поможете, Рина? – обратился король к девушке по имени. – Я готов сделать для вас все, что только в моих силах. Я ведь прошу не только за себя. Короли тоже люди, но в первую очередь хороший король должен заботиться о благе своих подданных, а уже потом о своем собственном. А я... Я просто боюсь однажды увидеть свою страну в огне и в крови. Я боюсь стать свидетелем конца королевства, гибели своих людей и своей беспомощности.
      – Я постараюсь, – не отрывая глаз от пола, сказала девушка, – и подумаю, чем еще смогу быть вам полезна.
      – Я должен позаботиться о вашей безопасности! – решительно сказал король. – Мне можно и дальше наедине называть вас по имени? Вот и хорошо. Тогда и вы можете меня звать просто Анишем. У вас ведь достаточно большой особняк? Найдете в нем две свободные комнаты?
      – Что вы хотите сделать? – спросила Райна.
      – Хочу поселить в вашем особняке двух своих людей, которым могу доверить охрану вашей дочери. Магия – это хорошо, но не всегда маг успевает обратиться к своей силе.
      – И кто же это?
      – Для меня они не столько слуги, сколько друзья. Это мастер-воин, который в свое время учил меня владеть мечом и всецело мне предан, и одна девушка-шура. Ей я тоже многим обязан и полностью доверяю.
      – Доверять шуре?
      – Она спасла мне жизнь, причем уже дважды, предупредила о замыслах Малха и открыла сознание для магической проверки. Эти слова могут показаться вам странными применительно к шурам, она замечательный человек.
      – Она вам нравится, – сделала вывод Райна, – но у вас от нее тоже не будет детей, да и не допустит никто такого союза!
      – Плохо, когда тебя видят насквозь, – криво улыбнулся Аниш. – Чувствуешь себя голым. Но если вы беспокоитесь о своей дочери, то должны пойти мне навстречу. Аглая не просто красивая девушка с клыками, она еще очень умелый, быстрый и беспощадный боец. Если она будет рядом с Риной, я буду почти спокоен, а если с ними будет еще и Сантор...
      – Ладно, – неохотно согласилась Райна. – Свободные комнаты еще есть, сегодня мы их подготовим.
      – Тогда я вас сейчас познакомлю с Сантором. Отсюда вы отправитесь уже с ним. Он мужчина не привередливый, так что как-нибудь у вас переночует. А завтра я вас познакомлю с Аглаей. Думаю, девушки подружатся. Вас же я прошу завтра посетить нашу школу магии, познакомиться с наставниками и теми книгами, какие у них есть. А на обед приглашаю к себе. За вами в школу приедет мой человек. За обедом поговорим обо всем остальном.
      Сантор Тониш оказался мужчиной лет сорока, невысокого роста, с очень широкими плечами и хорошо развитой мускулатурой. Волосы у него были забраны в конский хвост, а лицо с крупными и грубыми чертами было некрасивым, но почему-то сразу же вызывало симпатию.
      – Вы не родственник барона Сажаль? – спросила Ира.
      – Вы знаете Алана? – удивился Сантор. – Да, родственники, но очень дальние. Можно вас спросить, баронесса? Вы владеете хоть каким-нибудь оружием?
      – Неплохо владею только кинжалом. Еще знаю рукопашный бой семьи Албени и хорошо стреляю из арбалета. Мой наставник собирается заняться со мной мечом, но мы еще не начинали. Могу, как и любой мастер, перейти в ускорение, но его не получается долго держать. Когда на нас напали разбойники, мне удалось убить только четверых, после чего свалилась без сил. Сейчас я бы с ними уже не махала кинжалом, справилась бы без оружия, но тогда у меня было слишком мало сил.
      – Неплохо! – довольно сказал Сантор. – А если освоите меч, будет совсем хорошо. Иногда кинжал может быть полезнее, но в большинстве случаев меч дает больше преимуществ.
Король, познакомив их с Сантором, ушел, после чего Райна тоже заторопилась домой.
      – У нас еще есть дела, а время уже к вечеру. Вы едете в карете?
      – С вашего позволения, миледи, я бы поехал верхом, – сказал воин. – Найдется у вас в конюшне место для еще одного коня?
      – Надо будет увеличить жалование нашему конюху, чтобы не сбежал, – вздохнула Райна. – Найдем место для вашего скакуна. Если у шуры тоже будет лошадь, хватит места и для нее, но больше в конюшню не влезет даже ишак.
      По приезде в особняк первым делом определились с комнатами для охраны. Сантор осмотрел небольшую меблированную комнату, которую ему предложили, и сказал, что в ней есть все, и ему больше ничего не нужно. Он очень быстро нашел общий язык с Гартом и ушел с ним в комнату слуги смотреть имеющееся у него оружие. Комнату для шуры решили выделить недалеко от комнат Иры, только мебель в ней была неподходящая для девушки, и Лину послали за Гартом.
      – Потом пообщаетесь, – сказала ему Райна. – Никуда Сантор не денется. К тебе есть последнее на сегодня поручение. Заложите карету, и съезди к мебельщикам. Это в нижнем городе, но дотемна успеешь обернуться. Нужно заказать у них мебель для молодой знатной дворянки. Пусть сделают и привезут для нее кровать, одежный шкаф и секретер. Если у них будут хорошие зеркала, добавь еще и зеркало. Возьми для них аванс и бумагу, в которой я все перечислила. Бумага нужна для стражи, чтобы наш груз без проволочек пропустили в старый город.
      – Ну и как тебе король? – спросила наставница Иру, когда были переделаны все дела и они вдвоем в ожидании ужина сидели в большой гостиной особняка.
      – Красивый, – ответила девушка, – и, по-моему, очень несчастный.
      – Смотри, не влюбись в этого несчастного! – фыркнула Райна. – Ему, конечно, не позавидуешь, и во многом он прав, но дети наследуют от отцов не только богатство, но и долги. Я могу говорить другим, что простила старого короля, что его вина невелика. На самом деле он все равно виноват. Короли просто так не попадают под контроль. Значит, доверился тем, кому нельзя было доверять, а королю такое непростительно. Вот только как бы за его вину не пришлось платить тысячам, да не деньгами, а своим счастьем и жизнями близких. Я через это прошла и никому не пожелаю такой доли. Кстати, о чем это ты подумала, когда говорила ему о помощи. Случайно, не о своем мире?
      – У нас очень много разного оружия, – сказала Ира. – Много такого, какое вообще не достанешь, да и пользоваться им так сложно, что ваши воины точно не смогут. Но даже простое поможет самым обычным людям справиться с тварями и с шурами. Это что-то вроде арбалетов, но стреляет маленькими болтами на огромное расстояние и с очень большой скоростью. И перезаряжать легко. Один воин, если ему дадут время, сможет убить десятки врагов. Армии сходятся в поле, а не воюют в лесу, поэтому врагов можно видеть задолго до столкновения. Если начать обстреливать противника с большого расстояния, можно до столкновения уменьшить его армию в несколько раз. А может, не будет и столкновения, и враги просто разбегутся.
      – Твари и шуры очень быстрые.
      – Ну и что? Если будут стрелять сотни людей, врагам не поможет быстрота. И потом хоть шуры могут быстро двигаться дольше магов, но все равно не очень долго, поэтому они ускоряются только перед дракой.
      – У вас много такого оружия?
      – Горы.
      – Так в чем же дело? Возьми у короля золото...
      – Все не так просто, – вздохнула Ира. – В нашей стране я вообще ничего не достану. Оружие есть только у армии. Есть и у милиции, но мало и не то, какое нам нужно. И я не знаю, как его достать. Я могу, конечно, подойти к милиционеру и попросить у него пистолет, и он мне его с радостью отдаст, а потом сядет в тюрьму, потому что никто не поверит в то, что он действовал против своей воли.
      – А в других странах?
      – Там с этим проще. В некоторых оружие продается почти свободно, а золото высоко ценится. Но есть и сложности. Не так легко продать много золота, тем более девчонке, за которую меня все будут принимать. Найдутся те, кто попытается его отобрать, а меня медленно разрезать на части, чтобы рассказала, откуда его взяла и нет ли там еще. Но даже если я достану деньги, то не смогу сама купить много оружия. Оно продается поштучно и не детям. Но самое главное, что я не знаю языков и обычаев, поэтому любой сразу поймет, что я чужачка, а чужих там не любят. И магию принуждения нужно применять осторожно, чтобы обо мне не узнали, иначе придется уносить оттуда ноги, и не факт, что это получится.
      – Но какие-то мысли у тебя есть?
      – Есть. Мне придется вернуться в свою страну и какое-то время побыть в доме, где живут потерявшие родителей дети. Их там учат всему, в том числе и языкам. Мне достаточно выучить только один, на котором говорят во многих странах и который я немножко знаю. С моей памятью и с вашим отваром это будет несложно. Из этого дома я смогу регулярно приходить сюда или в наш замок. Мне будет нужен отвар, а в конце – и золото. Сама я много не сделаю, поэтому придется искать помощника из местных. Лучше найти какого-нибудь авантюриста, который сам бы захотел мне помочь за золото. Тогда магия только усилит это желание и позволит избежать проблем. Он продаст золото, купит нужное количество оружия, поможет его переправить и научит солдат короля, как с ним обращаться. Я ведь сама из него никогда не стреляла.
      – Это опасно?
      – Я не вижу большой опасности, если с умом использовать магию, и не знаю, как можно помочь по-другому. Затея со школой вряд ли удастся. Не думаю, что королю дадут время вырастить собственных магов. А что я смогу одна или пусть даже со Страшилой против целой армии, в которой будут мастера? Если начнется бойня, останется только уйти в свой мир, а мне хотелось бы сохранить для себя этот, да и людей жалко.
      – Я смогу тебе чем-нибудь помочь?
      – Только с приготовлением отвара, чтобы я этим не занималась сама. Я ведь смогу появляться очень ненадолго, чтобы никто не заметил отлучек. Помощь от короля может потребоваться уже в конце, когда будем покупать оружие, но об этом пока рано говорить. Я еще сама толком не знаю, как все получится. Я думаю, если король не будет жаться с золотом, купить кое-что для себя. Я все-таки привыкла к удобствам, которые у вас не купишь ни за какие деньги, а там это будет нетрудно сделать, за деньги даже мне продадут. Ладно, все это пока даже не план, а только мысли вслух. Завтра с утра нам ехать в школу. Чем, по-вашему, мы им сможем помочь?
      – Трудно сказать. Сначала нужно посмотреть на то, что у них есть. Все свои знания я передавать не собираюсь и тебе этого делать не советую. Особенно это касается высших разделов. А по общей магии можно дать многое. Наверняка после всех этих гонений многие знания утеряны. Твоя проверка это наглядно показала. Достаточно вспомнить, как они отреагировали на твою иллюзию.
      – А что будем делать со жрецами?
      – Пока ничего. Открыто они действовать не посмеют, а нам пока тоже нельзя затевать свару. Вот если удастся твоя затея с оружием, их ценность для короля сразу упадет, а твои возможности, наоборот, повысятся. А тебе нужно будет набрать свою дружину и вооружить ее новым оружием. Тогда и другим королям будет трудно до тебя дотянуться. Все равно рано или поздно кто-нибудь из них попробует это сделать.
      – Как много сложностей и опасностей, – вздохнула Ира.
      – Привыкай, – пожала плечами Райна. – Для умного и осторожного опасностей не так и много. Если хочешь прожить богатую и яркую жизнь, а не быть у других на побегушках, обязательно начнешь наступать на чьи-то ноги, а в мире немного людей, кому такое нравится. Разве у вас не так?
      – Раньше я думала, что в нашей стране не так, а теперь уже не знаю.
      – Миледи, – заглянула в гостиную Лина. – Лая закончила готовить ужин, все уже на столе. Ждем только вас.
      – Мы сейчас будем, – ответила Райна, тяжело поднимаясь с дивана. – Что-то я в последнее время стала слишком быстро уставать.

                                                                           Глава 12

      Посещение школы магии оставило у Иры двойственное впечатление. С одной стороны, ей понравилось большое светлое здание, отведенное для обучения и проживания будущих магов, и то, как за ними присматривают и обучают. А вот уровень подготовки самих учителей оставлял желать лучшего. Еще хуже были книги, которыми могли пользоваться ученики.
      – С такими пособиями вы их не доведете даже до своего уровня, – сказала она директору. – Почти нет подробностей, да и объяснения часто путанные. Даже тому, кто знает, не всегда понятно, о чем речь. А без книг вы их просто не выучите. Наставник может обучать без книг одного-двух учеников, но не двадцать! Каждому все не разжуешь.
      – А что вы предлагаете? – спросил Игар Хониш. – Я и сам прекрасно знаю, что наши книги далеки от совершенства, но где взять другие? В свое время Храм Ашуга запретил свободную продажу книг по магии и скупил все, что было в книжных лавках. Они эти книги чуть ли не насильно покупали даже у магов. Мы и те, что есть, собрали с трудом. Можно, конечно, сесть за написание своих, но его величество просто не даст нам на это времени.
      – Мы вам дадим пригодные для обучения книги по всем младшим курсам, – сказала Райна. – Не насовсем, а с отдачей. Найдите переписчиков из тех, кто может рисовать, и усадите их готовить для вас книги. А потом еще проверьте, чтобы они не наделали ошибок. Вам нужно не меньше двух десятков книг, а лучше, если их будет больше. Думаю, что король оплатит эту работу. Мы сегодня у него будем и об этом поговорим. И пусть книги изучат сами преподаватели. Кроме вас самих, Альбера и одной женщины, которую зовут Сола, все остальные откровенно слабы. Они знают основы, но не могут объяснить ученикам.
      – И учеников вы разбили по группам неправильно, – добавила Ира. – Вы их разделили по возрасту, а надо делить по способностям. Тогда будет легче обучать группу. А то у вас половина группы еще что-то понимает, а остальные просто сидят на уроках, а потом тщетно пытаются разобраться по вашим книгам.
      – А по высшим курсам я вам книг не дам, – сказала Райна. – И не потому, что жалко или боюсь поделиться знаниями. Там много такого, что может угробить и вас самих, и ваших учеников. Кое-что мастер Рина выпишет в отдельную тетрадку, а я туда добавлю свои пояснения. Тогда вы сможете это изучать без большого риска. А остальное можно осваивать только под руководством мастера. В будущем, если появится такая возможность, моя дочь займется этим кое с кем из наставников и наиболее способных учеников. Вы согласны с нашими предложениями?
      – Я рассчитывал на то, что вы примете непосредственное участие в обучении детей, – вздохнул директор, – но спасибо и на этом. Я сейчас в таком положении, что с благодарностью приму любую помощь.
      – Послушайте, Игар, – сказала Ира. – Я все прекрасно понимаю, но в ближайшее время у нас с матерью будет очень важное дело, так что мы просто не сможем учить детей.
      Дальнейший разговор прервал посыльный от короля, который передал, что его величество ожидает госпожу маркизу и ее дочь к обеду. Женщины поспешно попрощались с директором и в сопровождении повсюду следовавшего за ними Сантора поехали во дворец. Дожидавшийся их слуга отвел дам в малую королевскую трапезную, распахнул перед ними двери и удалился. Помещение трапезной было раза в два меньше того, которым пользовались в оставленном замке прежних, и в нем стояли только три составленные вместе стола. За ними сидели сам Аниш, молодой, очень похожий на него юноша лет пятнадцати и красивая хрупкая девушка с огненно-рыжими волосами. Король поднялся со своего места и приветствовал вошедших дам:
      – Мое почтение, маркиза! Здравствуйте, Рина! В этой трапезной я обычно обедаю с братом и самыми близкими мне людьми, а слуги не появятся до окончания трапезы, поэтому можете не придерживаться этикета, как это делаем мы. Садитесь за стол. Мы еще не начинали обедать, ждали вас.
      – Благодарю вас, ваше величество, – ответила Райна, – но мне все же более привычно называть вас по титулу.
      – Надеюсь, что ваша дочь менее привержена этикета. Позвольте вам представить моего брата Олеса и подругу Аглаю Ланш ле Шер.
      Принц привстал и почтительно поклонился, а Аглая ограничилась легким кивком, с любопытством рассматривая садившихся за стол женщин. Ира тоже с интересом рассматривала шуру. У нее было лицо красивой человеческой девушки, только глаза отсвечивали красным. При разговоре можно было увидеть небольшие игольчато-острые клыки, намного меньше тех, которые наколдовала себе Ира, когда напугала наставницу. Принц сразу же взял стоявшее возле него блюдо и вместе с ним перебрался ближе к гостьям.
      – Вы разрешите, Рина? – спросил он девушку, улыбаясь ей многообещающей улыбкой. – Брат взял с меня слово, что я не буду за вами волочиться. Я с болью в сердце согласился. Но пообщаться-то можно? Может быть, я вам сам понравлюсь? Ведь бывают же чудеса?
      – Шалопай! – улыбнулся король. – Тебя только могила исправит.
      – Вы ее долго репетировали, Олес? – спросила принца Ира.
      – Кого? – не понял тот.
      – Свою неотразимую улыбку, – объяснила девушка. – Или у вас их несколько?
      – Так его! – одобрительно сказала Аглая. – Жаль, что у вас нет клыков. Видели бы вы его лицо, когда он ко мне пристал в первый и в последний раз.
      – Ну почему же нет, – усмехнулась Ира, принимая облик вампира. – Очень даже есть!
      На этот раз фокус удался не хуже, чем с Райной. Принц отпрыгнул, опрокинув стул, король побледнел, а Аглая почему-то оскалилась и пронзительно зашипела. В отличие от нее, у Иры глаза не просто краснели, а пылали алым огнем, клыки были раза в два больше, а вместо сколотых сзади русых волос появилась черная, развивающаяся на отсутствующем ветру грива.
      – Рина, прекрати! – слегка повысила голос Райна. – Господа, это просто иллюзия. Она и меня ею в свое время напугала. Что вы хотите – девчонка.
      – Извините! – смутилась Ира, обретая прежний вид. – Мне просто захотелось пошутить, да и повод был.
      – Качественная иллюзия, – признал принц, поднял свой стул и опять сел рядом с Ирой. – Если бы вы мне такое показали в постели, после этого с год не приставал бы к девушкам за ненадобностью.
      – Многие дамы во дворце вздохнули бы с облегчением, – пошутил Аниш. – Давайте поедим, а потом вы с нами поделитесь своими впечатлениями о школе. Что с тобой, Аглая?
      – Сильно испугалась, – ответила шура. – Уж не знаю, откуда баронесса взяла этот образ, но очень точно повторяет одну из страшилок моего народа. Сейчас приду в себя, не обращайте внимания.
      – Чтобы я еще хоть раз так пошутила! – дала зарок Ира. – В прошлый раз наставница чуть не смахнула голову мечом, а сегодня напугала вас.
      – Все в порядке! – успокоил ее король. – Давайте кушать, а то жаркое совсем остынет.
      – Это ничего, что я говорю с полным ртом? – спросил Олес, налегая на мясо. – Я понимаю, что это неприлично, просто хочется с вами поболтать, а после обеда на вас наложит руку брат. У меня к вам вопрос, Рина. Вы можете прикидываться только шурой или еще кем?
      – Можно творить любые иллюзии, – ответила девушка, сама потихоньку пережевывая необыкновенно вкусное, тающее во рту мясо. – И не обязательно они должны быть страшными. Только качественную иллюзию долго готовить. Она может быть не только зрительной. Можно наколдовать запахи и звуки, и даже сделать ее почти вещественной.
      – Мне нужны страшные! – не унимался Олес. – Поможете кое-кого напугать?
      – Отстань от девушки и дай ей спокойно поесть! – прикрикнул на брата Аниш. – У нее и так достаточно забот.
      Некоторое время все, кроме Аглаи, молча ели, накладывая в свои блюда самые разные кушанья, в изобилии выставленные на столах. Ира проголодалась, а на королевском столе все было необыкновенно вкусно, поэтому она немного переела. Все закончили есть почти одновременно с ней. Король отставил свое блюдо, вытер губы салфеткой и вопросительно посмотрел на Райну.
      – Дела в вашей школе идут неважно, – заметив его взгляд, ответила она. – Есть замечания по организации учебы и квалификации наставников, но самое главное – это то, что нет нормальных книг по магии, которыми могли бы воспользоваться ученики. Мы передадим в школу свои книги для переписи. Нужно набрать переписчиков и оплатить их работу. Мы по многим вопросам говорили с директором, он с нами во всем согласен. Есть и еще один вопрос, о котором я с ним не говорила. Ваша школа никем не охраняется. Там есть сильные амулеты, но нет никакой защиты от обычного нападения. А ведь немало влиятельных людей в королевстве и за его пределами очень неодобрительно смотрят на вашу затею. Стоит перебить учеников и о школе можно будет забыть. Мы сами пока не можем заниматься детьми. У дочери появились мысли о том, как вам помочь, используя оружие ее мира, но это требует большой подготовки с ее стороны и золота с вашей.
      – Золото для меня не проблема, – решительно сказал Аниш. – Вы только предупредите заранее, и казначейство отчеканит столько монет, сколько нужно.
      – Монеты не нужны, – сказала Ира. – Они только привлекут внимание и вызовут лишние вопросы. Лучше всего золото в самородках или золотой песок.
      – Это еще проще. Уже два года все золото, которое добывается на королевских рудниках, просто складываем в подвалы. Монеты не чеканим, чтобы не вызвать их обесценивания. А что за оружие, и в чем его сила?
      – Мне трудно объяснить вам его принцип, – ответила Ира. – Представьте себе арбалет, который стреляет раз за разом, и не требует при этом ни взвода, ни установки болтов. Причем стреляет очень быстро и с гораздо большей силой. Его болты за тысячу шагов пробьют любую броню. А если из такого оружия стреляют сразу много воинов, то тварям и тем, кто может быстро двигаться, уже не поможет быстрота. Каждый воин, вооруженный таким арбалетом, сможет убить или ранить десятки врагов. И научиться им пользоваться очень легко. Для этого не нужно учить человека годы, достаточно нескольких дней.
      – Как такое может быть? – недоверчиво сказал король.
      – Все дело в самих болтах, – объяснила Ира. – В обычном арбалете это просто короткая стрела, которая летит от удара тетивы. В том оружии, о котором я говорю, тетивы нет. Болты очень маленькие, и в полет их отправляет сила, которая в них же и заключена. Поэтому без этих болтов такое оружие совершенно бесполезно, и нужно достать и само оружие, и большой запас болтов к нему на будущее. Я вижу, что вы мне не верите. Сделаем так. Я достану несколько экземпляров этого оружия, и мы его здесь опробуем, чтобы вы смогли во всем убедиться, а уже потом будем покупать его много.
      – И как быстро это можно сделать? – спросил король.
      – Не так быстро, как хотелось бы. В моей стране мне никто такого оружия не продаст. Попытаются отобрать золото, а меня запереть под замок. Я там считаюсь несовершеннолетней.
      – А ваши родители могут помочь?
      – Отца нет, он умер. Матери... матери тоже нет. Да и не смогли бы они ничем помочь, даже если бы были. Дело не только в возрасте, но и в особенностях моей страны. Поэтому нужно обращаться в страну, где не так сложно продать золото и приобрести то, что нужно. Такая страна есть, но там свой язык, и мне обязательно нужно его выучить, иначе вообще ничего не получится. А сделать это я смогу только дома. Поэтому вначале нужно идти домой учить язык, потом возвращаться за золотом и идти вратами за оружием. Но все это не так долго, как может показаться. Со своими теперешними способностями я быстро выучу любой язык. Придется только каждый день приходить сюда за усиливающим память отваром.
      – Вам нужны помощники в вашем мире?
      – Пока нет. Сейчас мне от них вместо помощи будет вред. А вот когда пойду за оружием, помощь может понадобиться.
      – И чем вы намерены заняться в первую очередь?
      – Я думаю взять с собой Сантора и сходить в наш замок. Посмотрю, как управляющий наладил его ремонт, и захвачу оттуда необходимые книги для школы и травы для приготовления отвара. А потом подготовлюсь и уйду в свой мир.
      – А как вы туда пойдете, если у вас нет родителей, а вы сами еще несовершеннолетняя? Есть другие родственники?
      – Родственники есть, но к ним идти нельзя. В моей стране для таких, как я, построены специальные дома вроде вашей школы магии. Там детей воспитывают и учат разным наукам, а по достижении совершеннолетия помогают устроиться в жизни. Вот в такой дом я и пойду.
      – И вас потом оттуда выпустят? – спросил Аниш.
      – Конечно, нет, – засмеялась Ира. – Я уйду оттуда сама, как только выучу язык. Там меня некому будет остановить.
      – Если у вас, ваше величество, больше нет вопросов, а дочь собралась в замок, нам лучше уже уехать домой, – сказала Райна. – Леди Аглая едет с нами, или вы передумали?
      – Едет! – сказала поднявшаяся со своего места шура. – У вас в конюшне найдется место для моей кобылы?

      – Сантор, ты мне поможешь? – спросила Ира воина, когда он возвращался из конюшни, куда отводил после поездки своего жеребца.
      – Конечно, миледи. А что нужно сделать?
      – Я хочу сходить вратами в наш замок и кое-что из него принести. Одна я все не унесу, к тому же я не уверена в том, что в замке сейчас те, кто должен быть, так что твое присутствие не помешает. И давай договоримся на будущее. Нам с тобой придется еще не раз ходить в разные места и вообще быть вдвоем. На людях можешь называть меня миледи или баронессой, но наедине я для тебя только Рина, а если назовешь Ирой, будет совсем хорошо. Коротко и мне приятно.
      – Договорились, – кивнул он. – Вы туда берете какое-нибудь оружие?
      – Сейчас нет смысла, – ответила она. – Там должны быть только рабочие, которые ремонтируют замок, ну и, может быть, уже прибыла дружина. Раньше непременно что-нибудь взяла бы, сейчас мое оружие в другом.
      – Ну а я, с вашего позволения, кое-что захвачу. Подождите, я сейчас вернусь.
      Сантор убежал в дом и быстро вернулся. К мечу на поясе прибавился кинжал, кроме того, он захватил с собой несколько метательных ножей.
      – Я готов, когда идем?
      – Сейчас. Я открою врата, и ты сразу же иди, а я пойду следом.
      Сантор никогда не ходил вратами, но без колебания вступил в разноцветный вихрь, блеклый в ярком солнечном свете. Ира шагнула за ним и очутилась на своей грибной поляне, где лежали камни маяка.
      – Нужно обойти замок и зайти с главного входа, – сказала она озирающемуся воину. – Сразу же посмотрим, кто здесь сейчас обитает.
      Обитали только каменщики, которые сейчас разбирали остатки обвалившихся стен, очищая и складывая в штабель уцелевшие каменные блоки. Дружины в замке пока не было, а управляющий два дня назад отбыл по каким-то делам в город.
      – Ну и мы здесь задерживаться не будем, – решила Ира. – Сейчас я возьму все необходимое и прямо отсюда вернемся.
      Она забрала из тайника нужные книги, положила их в сумку и отдала ее Сантору, а сама взяла необходимые травы, посуду для приготовления отвара и кое-какие свои вещи, которые не брали в дорогу.
      – Все, уходим, – сказала девушка, открывая врата. – Порядок движения тот же: ты идешь первым.
      – Все принесла, – отчиталась Ира Райне. – Эти книги нужно отправить в школу. Я думаю, это можно поручить Сантору, а вам лучше наварить зелья впрок. Оно прекрасно сохранится под заклятием. Посуду из лаборатории я тоже прихватила. Еще взяла кое-что из своих вещей. В замке сейчас работают каменщики. Пыль до неба, так что Виктор правильно сделал, что пока не привел дружину. Нечего им там дышать всякой гадостью.
      – Меня сейчас замок не интересует, – сказала Райна. – Когда и как ты думаешь идти к себе?
      – Поужинаю и пойду. Мы все равно не знаем, какое там время, да это и не важно. Когда мы в последний раз ходили на Землю, там была ранняя весна, я тогда в трико чуть не околела, а сейчас должно быть начало лета, так что в костюме будет нормально. Я с собой ничего брать не буду, все равно заберут. Приду в районный отдел милиции и изображу потерю памяти. Где была, что делала – ничего не помню.
      – А если они поймут, что ты им врешь?
      – Это не так-то легко сделать. К тому же я не преступник, а ребенка не станут так мурыжить, как взрослого. Меня ведь даже гипнозом не пробьют. В конце концов, я всегда смогу их подтолкнуть к нужному мне решению.
      – Что-то у меня сердце не на месте, пожаловалась Райна. – Ты уходишь, а я в случае опасности ничем не смогу тебе помочь.
      – Не беспокойтесь, ничего со мной не случится. В крайнем случае придется оттуда сбежать и искать другой способ изучения языка.
      Врата Ира открыла вечером на одной из аллей городского парка культуры и отдыха, где часто гуляла во время запоев матери. Никого из отдыхающих поблизости не было. Несмотря на вечернее время, в костюме было тепло, даже жарко. Значит, сейчас конец июня или уже июль. До закрытия ворот оставалось еще немало времени, поэтому она не спеша шла к выходу, неосознанно оттягивая тот момент, когда придется переступить порог родного районного отдела милиции. Немного подумав, она решила идти в него. Все равно после опознания привезут сюда, по последнему месту жительства, так зачем доставлять лишнюю работу людям и ждать самой?
      В воротах стоял старик, который почему-то проводил ее подозрительным взглядом. На улице перед входом прохожих почти не было. Значит, сегодня будний день, потому что в выходные в хорошую погоду у парка было многолюдно. Она положила в карман мелкие деньги на транспорт, но пять кварталов до отдела прошла пешком и еще немного постояла перед входной дверью, прежде чем решилась ее открыть.

      Николай Маврин читал свежий номер «Роман-газеты», когда в прихожей зазвонил телефон.
      – Коля! – крикнула жена, которая возле аппарата занималась обувью. – Подойди, тебе звонят с работы.
      – Николай? – раздался в трубке голос его начальника. – Нашлась пропавшая Волкова. Пришла в Ленинский райотдел и заявила, что не имеет ни малейшего понятия, где ее носило целый год. Сама сытая, одета в стильный брючный костюм, а в кармане только два рубля мелочью. Ты вел ее дело, тебе и карты в руки. Я выслал за тобой машину, минут через десять будет. Сам определись на месте, что с ней делать. Хотели отправить в детскую комнату, а инспектор свалился с простудой. Умудрился летом подхватить воспаление легких, а замены пока нет. И у соседей детская комната сейчас занята. Степанову я позвоню сам. Они тогда ею интересовались в связи с каким-то золотом.
      Через двадцать минут Маврин уже шел по прокуренному коридору в свой кабинет, куда должны были привести девчонку.
      «Не могла найтись на несколько часов раньше, – с досадой думал он об Ирине. – Куда ее сейчас пристроить? Не заставлять же ребенка ночевать на стульях».
      Первым делом открыл форточку немного проветрить кабинет. Сам Николай не курил, но днем к нему то и дело забегали сотрудники с зажженными папиросами. Из уважения к некурящему товарищу они вынимали папиросы изо рта и держали их в руках, отчего они воняли ничуть не меньше. Он уже давно перестал с этим бороться, стараясь почаще проветривать прокуренный кабинет, а летом в рабочее время вообще не закрывал форточку. В дверь для порядка постучали, и на пороге появилась знакомая по многочисленным фотографиям личность, в сопровождении старшего сержанта Тагашова.
      «Какие там четырнадцать лет!» – подумал он, глядя на элегантную, уверенную в себе девушку с вполне зрелыми формами, которая зашла в кабинет, поморщилась от запаха табака и без приглашения села на один из двух стульев, стоящих у его письменного стола.
      – Здравствуйте, – сказала она приятным голосом. – Это вы капитан Маврин? Мне сказали, что вы меня искали. Как видите, я сама нашлась.
      – И где же ты, Ирина, жила целый год? – спросил он.
      – Не знаю, – равнодушно ответила она. – Последнее, что я помню – это тот вечер, когда забрали мать. А потом я как очнулась. Стою возле парка и не могу понять, как здесь очутилась, и откуда на мне этот костюм. Идти было некуда, поэтому пошла к вам.
      – И тебя совсем не волнует, как ты провела прошедший год?
      – Конечно, интересно, но для чего волноваться? Это вернет мне память? По моим ощущениям ничего плохого со мной не произошло. Сможете обо мне что-нибудь узнать – хорошо, а если не сможете, я это как-нибудь переживу. Все равно для меня отсюда только одна дорога – в детский дом. Тетке меня никто не отдаст и жилье им тоже не увеличат, хотя нашу квартиру государство забрало.
      – Государство дало, государство и забрало, – сказал Николай. – Ты лучше постарайся вспомнить о своем походе с некой старушкой к одному коллекционеру. Завтра тебя об этом наверняка спросят.
      – Когда родителям давали квартиру, ее давали и на меня, – усмехнулась Ира, – а потом забрали вместе с нашим барахлом. Взамен мне дадут койку в детском доме. По-вашему, это равноценная замена? Когда меня туда повезут?
      – Сегодня уже поздно, поэтому, где ты будешь жить, решим завтра, – он на мгновение замер, а потом сказал то, чего говорить не собирался: – Не хочешь эту ночь провести у меня дома? Сын в пионерлагере, так что мне тебя есть куда положить.
      – Почему бы и нет? – ответила она по-прежнему равнодушно. – Это лучше, чем ночевать у вас в отделе. Все прокурено, а я не переношу табачной вони. За приглашение спасибо. А по поводу старушки... Что-то такое было, но что именно – не вспоминается.
      Дежуривший сегодня старший лейтенант Аджамян поначалу заартачился, когда Николай сообщил ему, что до утра забирает девочку с собой. Потом он на мгновенье замер и махнул рукой:
      – Ладно, забирай, но под твою ответственность.
      – Ясное дело, что под мою. Послушай, Гарик, будь другом, подкиньте до дома, а то мне с девочкой на перекладных добираться не меньше часа.
      Лейтенант собрался отказать, но почему-то передумал:
      – Там у крыльца должен стоять Семеныч. Скажи ему, что я в курсе. Только не задерживай машину.
      Машина – это не общественный транспорт, поэтому уже через десять минут Николай вместе со своей подопечной вошел в прихожую, где их встретила предупрежденная по телефону жена.
      – Возьми тапочки, – сказала она девочке, – и проходи в комнату. Кушать хочешь?
      – Нет, спасибо, – ответила Ира. – Я и раньше не хотела есть, а в отделе меня еще угостили чаем с печеньем.
      – Я вижу, что ты устала, – сказала Галина. – Я постелила тебе в комнате сына. Если захочешь искупаться, скажи, и я включу колонку. Тебе что-нибудь нужно?
      – Нет, спасибо большое. Я действительно устала и хочу спать.
      – Откуда она такая взялась? – часом позже спросила жена, когда они уже лежали в постели. – И сколько, ты говоришь, ей лет?
      – Она пропала год назад в возрасте чуть больше тринадцати лет. Мать осудили за пьяную драку, в результате которой она зарезала мужа. Там еще были какие-то смягчающие обстоятельства, но все равно она получила приличный срок. А Иру с того вечера видели только один раз. Она пришла к знакомому коллекционеру и продала ему горсть золотых монет. Теперь припоминаю, что монеты были какие-то необычные. Уникальная чеканка и изотопный состав какой-то дикий. В монеты, которые у коллекционера изъяли, вцепились ученые, а нас посетили ребята из Комитета. Но ни самой Иры, ни той старушки, с которой она приходила к коллекционеру, найти так и не удалось. А теперь она пришла сама и утверждает, что не помнит, где была и что делала.
      – Что-то с ней не так, Коля, – сказала Галина. – Я могу отдать голову на отсечение, что эта девушка заткнет за пояс многих моих гимнасток. Ты видел ее плечи? А как она ходит, какая пластика! И где ты видел девчонок ее возраста с таким бюстом?
      – Приходилось.
      – Ага, небось деревенские из тех, которых можно использовать вместо трактора. Да, такие, хоть и редко, еще попадаются, но она-то городской ребенок. И кость у нее тонкая. Откуда тогда такие мышцы, какие вряд ли можно наработать за год? И еще, ты заметил, как она держится?
      – Равнодушно она держится. Похоже, что ей все по фиг.
      – А я думаю, что это не равнодушие, а непробиваемая уверенность в себе. Мне кажется, что она вам врет. Все она знает, и где была, и что делала.
      – И что дальше? Как предлагаешь тянуть из нее эти знания? Клещами? Кроме тех монет за ней ничего нет, да и там покупатель говорил, что монеты продавала старушка, а Ира только ее привела. Как на нее давить? Родителей нет, зацепить ее совершенно нечем. Она мне сегодня так и сказала, что ей все равно, что мы накопаем, поскольку для нее финалом в любом случае станет детский дом. И еще она обижена на государство за отобранную квартиру. Высказалась в смысле того, что в счет ее части жилплощади могли бы дать квартиру побольше тетке, а она тогда могла бы жить у родственников, а не...
      – На наше государство обижаться глупо, хотя по-человечески ее можно понять. Тебе-то как пришла в голову мысль притащить ее домой?
      – Я долго занимался ее поисками, – неуверенно начал оправдываться Николай. – Вроде не совсем посторонний человек. А провести ночь в отделе на стульях...
      Они оба замолчали, словно к чему-то прислушиваясь, а потом сразу заснули. Утром никто из них об этом разговоре не вспомнил, а после завтрака Николай повез свою подопечную в отдел. Не успел он подняться с Ирой в свой кабинет, как был перехвачен капитаном Степановым из КГБ. Именно этот офицер работал от Комитета по делу о непонятном золоте.
      – Что же это вы, Николай Васильевич, самовольничаете, – недовольно сказал он. – Ладно, с вами пусть разбирается ваше начальство, а девочку мы забираем с собой. Все материалы для закрытия дела о пропаже будут вам переданы позже. Идемте, Ирина.

                                                                         Глава 13

      Здание, куда ее привезли, Иру разочаровало. Наверное, если бы не новые возможности, она бы чувствовала дрожь в коленках. Попадая в эти стены, большинство людей испытывало волнение вне зависимости от того, виноваты они в чем-то или нет. Она же испытывала лишь небольшое любопытство, которое быстро прошло, сменившись безразличием. Сначала ее уговаривали, потом пытались давить.
      – Зря ты не хочешь идти нам навстречу, Ирина, – говорил работавший с ней офицер. – Золото, которое было продано с твоей помощью, обладает рядом уникальных физических свойств. Не желая с нами сотрудничать, ты тем самым наносишь ущерб интересам государства. А ведь оно тебя вскормило и воспитало, дало образование!
      – Вскормили меня родители, а за все остальное из их зарплаты удерживали деньги, – огрызнулась она. – Я нашему государству ничего не должна, а если какие долги и есть, я их отработаю после окончания школы. А о золоте я ничего не знаю. Помню только, что куда-то ходила с какой-то старухой.
      Ире надоела психологическая обработка, которой ее подвергали уже часа четыре, поэтому она не скрывала злости.
      – Зря ты так, – покачал он головой. – Если ты не хочешь помочь нам, с какой стати нам помогать тебе?
      – А чем это, интересно, вы можете мне помочь?
      – Если наша работа приведет к реальному результату, можно рассмотреть вопрос твоего поселения у родственников. Для нас не составит большого труда поменять им квартиру.
      Ира колебалась только мгновение. Даже если на это пойдут, то не сразу, и ее все равно увезут в детский дом, а она не собиралась долго задерживаться на Земле. И эти не удовлетворятся малым, они попытаются взять все. Умение читать чужие мысли окончательно разбило остатки иллюзий, которые у нее еще были. Никому она здесь не нужна, а договариваться бесполезно, потому что никто не будет соблюдать договор.
      – Ты зря думаешь, что мы не можем осложнить тебе жизнь, – офицер от обещаний перешел к угрозам. – Детские дома ведь бывают разные. В одном и воспитатели порядочные, и относительно благополучные дети, а в другом и персонал похуже, и есть воспитанники с криминальным опытом. Увы, нет еще у нашего государства сил и средств навести порядок повсюду. Улавливаешь мысль?
      – Будешь хорошей девочкой – получишь конфетку, – усмехнулась Ира, – а иначе тебя поставят в угол! Так?
      – Есть и другие способы... – начал он, но Ире уже надоело в десятый раз слушать одно и то же.
      – Давайте заканчивать, – сказала она. – Если вы хотите взять меня измором, то зря: я все равно ничего не скажу, потому что не знаю! Так что направляйте меня в детский дом. В конце концов, я уже хочу есть. В милиции хотя бы угостили чаем, а от вас и этого не дождешься. Жмоты!
      И чтобы ускорить решение своего вопроса, она первый раз в этих стенах мягко подтолкнула мысли сотрудника в нужном направлении.
      – Не хочешь – как хочешь! – он закрыл папку и поднялся из-за стола. – Следуй за мной.

      В кабинете этажом ниже сидели двое.
      – Ну и что ты можешь сказать? – спросил хозяин кабинета своего гостя.
      – По разговору я бы дал ей лет двадцать, – заметил гость, носивший погоны подполковника.
      – Это ты ее еще не видел воочию, – улыбнулся хозяин кабинета, у которого на погонах было на одну звездочку меньше. – Великолепно физически развита, а по половым признакам тянет лет на семнадцать. А ведь год назад была худышкой, к тому же еще дохлой от постоянного недоедания. Мы говорили с врачом, который оказывал ей первую помощь, после того как она упала в обморок при виде тела отчима.
      – Я думаю, что сейчас она этого не сделала бы.
      – Я тоже так думаю. Скажи, Сергей, из-за чего ваше Управление в нее так вцепилось? Или это секрет?
      – Секрет, но не от тебя. Она продала несколько золотых монет коллекционеру, а тот отдал одну из них на экспертизу. Монета вызвала много вопросов, и специалисты провели ее анализ на содержание изотопов. Результатам анализа поначалу никто не поверил, но дополнительное изучение материала привело к тому, что все золото от коллекционера попало в лаборатории нашего Управления. Эти монеты, по мнению наших специалистов, имеют внеземное происхождение. Более того, кое-кто на полном серьезе считает, что этот металл вообще не принадлежит нашей Вселенной. В нем даже атомы какие-то другие. Я сам не физик, но и атомарный вес, и изотопный состав, и другие характеристики отличаются от того, что нам известно. Но самое главное в том, что у этого золота уже при температуре минус сто пятьдесят градусов возникает сверхпроводимость. Помести изготовленную из него тонкую проволоку в жидкий азот и можешь закачать в нее прорву энергии. Такое золото – это прорыв во многих областях. А она явно что-то знает.
      – С чего такие выводы?
      – Ты же вместе со мной слушал ее разговор с вашим капитаном. Вспомни момент, когда он предложил поселить ее у тетки. Она на все его слова реагировала практически сразу, а здесь, пусть ненадолго, но запнулась. Значит, у нее было что предложить. Просто она нам не доверяет. Интересно только почему?
      – У меня есть объяснение, но слишком невероятное, чтобы о нем говорить кому-нибудь, кроме тебя.
      – Выкладывай свое объяснение.
      – Я с ней беседовал первым. Что-то в этой девочке меня насторожило, помимо ее необычной уверенности в себе. Когда я понял, то сначала сам себе не поверил. Она просто читала мои мысли!
      – Давай дальше.
      – Ее выдала мимика. Или у нее еще недостаточно опыта, или она просто не считает нужным это скрывать, но она реагировала на мысли, которые я еще не успевал озвучить. Для проверки я вспомнил один не слишком приличный, но смешной анекдот. Так вот, она едва справилась со смехом и казалась смущенной. Потом несколько минут отводила глаза. Если это действительно так, и мы для нее прозрачные, как стекло, с какой стати ей нам доверять? Она прекрасно понимает, что обещаем мы, а решать, выполнять или нет обещанное, будут совсем другие люди.
      – И что думаешь делать? Может, поместить ее, такую уверенную, в третий детдом?
      – Ты долго думал, прежде чем такое предложить? Это же отстойник. Будь на то моя воля, я бы его вообще прикрыл, а директора отослал куда-нибудь на лесоповал. Заслужил целиком и полностью. Там трети воспитанников место не в детском доме, а в колонии. Когда я с таким сталкиваюсь, начинаю жалеть, что прошли времена Феликса. А ты хочешь запихать туда эту девочку! У меня у самого дочь в таком возрасте. И потом я совершенно уверен, что угрозами и давлением мы от нее ничего не добьемся, а сделаем только хуже. Если будешь вопреки моему мнению проталкивать свою идею, лучше сразу забирайте у меня ее дело.
      – Что ты так раскипятился? Я просто высказал предположение. Не хочешь в третий, пусть будет первый. Там тоже есть проблемы, но условия для нее будут почти нормальные. И решай быстрее, ее сейчас приведут.
      В подтверждение его словам в дверь кабинета постучали, и вошла Ирина в сопровождении работавшего с ней до этого капитана.
      – Ну что, Ирина Игоревна, вспомнили чего-нибудь? – спросил майор.
      Она отрицательно покачала головой, потом встрепенулась и внимательно посмотрела на хозяина кабинета и его гостя. Рассматривала их недолго, потом благодарно улыбнулась майору и опустила глаза.
      – Сейчас вас накормят обедом в нашей столовой, – сказал майор, – а потом отвезут в первый детский дом. К вам будет большая просьба. Если хоть что-то вспомните, позвоните по этому телефону. Это очень важно. Телефон есть в кабинете директора, его предупредят. До свидания.
      – Да свидания, товарищ майор! Спасибо вам! – Ира повернулась и вышла из кабинета. Следом вышел и капитан.
      – Видел? – спросил майор.
      – Она явно поняла, что ты встал на ее защиту, и поблагодарила. А вот при взгляде на меня выражение лица стало неприязненным. На мгновение, но я успел заметить. Похоже, что ты прав, и она действительно читает мысли. Послушай, у меня родилась идея. Только не нужно сразу бить мне морду, вначале выслушай. Твоей Татьяне ведь тоже четырнадцать? Давай ее уговорим с месяц посидеть в том же детском доме? В лагерь она уже съездила, а до учебы еще больше месяца.
      – Морду я тебе бить не стану, но обращу внимание на два слабых места. Во-первых, это то, что она мою Татьяну прочитает не хуже, чем нас с тобой, а во-вторых, они поступят туда почти одновременно, что не может не вызвать у Ирины подозрения.
      – Тогда давай посмотрим, с кем она подружится, а потом проведем беседу. Не все же дети в нашей стране такие недоверчивые к органам. Я считаю, что Ирина не все время читает чужие мысли. Вряд ли это удобно в общении, и она мне кажется порядочным человеком. Такая не полезет в голову к подруге без необходимости.
      – Давай немного выждем, а потом попробуем.

      – Вот здесь будет твоя кровать, – сказала Ире воспитательница. – Пойдем, проведу тебя на выдачу белья. А если тебе не к спеху, посиди так. Меня сейчас должны сменить, так что все свои вопросы будешь решать уже со сменщицей. Этот костюм нужно заменить на форменное платье. Повесишь его в свой шкафчик и сможешь надевать только в город. К занятиям получишь школьную форму. У тебя совсем нет теплых вещей? Это плохо, у нас с ними не очень.
      – А где остальные? – спросила Ира. – Почему никого нет?
      – Две группы девочек со второй воспитательницей и пионервожатой ушли в кинотеатр. А мальчики у нас живут в другой части здания. Вы с ними будете видеться только в столовой, в общих комнатах и на занятиях, а в ваших спальнях им делать нечего. А вот и Мария Аркадьевна! Мария, это новенькая, которую только что привезли. Она еще ничего не получала. Передаю ее тебе и побежала. До завтра!
      – Здравствуй! – поздоровалась с Ирой полная женщина лет сорока, с некрасивым лицом, которое немного скрашивали густые ухоженные волосы. – Ты уже слышала мое имя. А кто ты?
      – Ирина Волкова, – назвалась Ира.
      – Ты всегда такая немногословная? – улыбнулась Мария Аркадьевна. – Пойдем, я здесь все покажу, пока не приехали наши девочки, и заодно получишь свои вещи.
      Воспитательница показала Ире, где находятся туалет, душевые, столовая и учебные комнаты, а заодно рассказала о распорядке дня.
      – Девочек у нас две группы, – говорила она, ведя Иру к кастелянше. – Ты будешь в старшей. В каждой группе чуть больше двадцати девочек, мальчишек у нас в два раза больше. В отделении для девочек постоянно дежурят по два воспитателя, которые работают посменно. В доме есть библиотека, но она временно закрыта в связи с отпуском нашей заведующей. Она должна выйти на работу через несколько дней. Есть и медпункт, но он открыт только до четырех часов и по выходным не работает. Учиться вы будете в школе рядом, через дорогу. Хочу тебя предупредить, что воспитанники у нас разные. Большинство вполне нормальные ребята, но есть и проблемные. Иногда случаются кражи, поэтому я советую, если есть деньги, купить на свой шкафчик замок получше того, который там сейчас. Костюм у тебя очень хороший, могут и увести. Есть в старшей группе почти взрослые ребята, а ты девочка славная, так что будь готова к тому, что кое-кто начнет приставать, а то и делать непристойные предложения. Старайся от таких держаться подальше и обращайся за помощью или к нам, или в дирекцию. Старший воспитатель у нас мужчина, остальной персонал чисто женский.
      До прихода девчонок Ира получила белье и заправила постель, после чего переоделась в выданное платье, которое на удивление было почти впору. Костюм повесила в свой шкафчик, заперла его навесным замком, а на замок наложила заклинание от кражи. Теперь его никто не смог бы открыть и родным ключом, а при попытке взлома заклинание оповещало об этом хозяйку. Ира сменила свои туфли на выданные кладовщиком тапочки и села на кровать. Кровати в спальной были металлические с панцирной сеткой и неплохими матрасами. Они были составлены по две в два ряда, а между кроватями стояли прикроватные тумбочки. Другой мебели в спальне не было.
      Она услышала приезд девочек, когда они еще только зашли в здание детдома, по крикам и визгу младшей группы. Вторая группа, в которой были девочки старше тринадцати лет, шумела меньше. Все обсуждали только что увиденный фильм под названием «Свадьба в Малиновке». Когда девчонки гурьбой вошли в спальню и увидели Иру, разговоры мигом стихли, и все с любопытством на нее уставились. Взаимное рассматривание длилось с минуту, после чего от девчонок отделилась по виду самая старшая, которая подошла к новенькой, демонстративно ее осмотрела и вынесла заключение:
      – А ты ничего, красивая. Как зовут и сколько лет?
      – Зовут Ириной, недавно исполнилось четырнадцать.
      – Врешь, – не поверила девушка. – Я бы сказала, что ты моего возраста, а мне через два месяца уже семнадцать. Ты порченная?
      – Я не поняла, – ответила Ира. – Как это порченная?
      – Деревня! – под общий смех девчонок констатировала девушка. – Спрошу по-другому. Мужчины у тебя были?
      – А почему это тебя так интересует?
      – Значит, были, – сделала вывод девушка. – А почему интересовалась, поймешь потом. Меня звать Галиной, я здесь старшая.
      Первое знакомство состоялось, и вслед за Галей ее обступили остальные девочки. Посыпались вопросы.
      – Ты откуда?
      – Местная я, здесь родилась.
      – А родственники живы?
      – Мать жива, сидит в тюрьме. И тетя есть.
      – А почему тетка не забрала?
      – У нее большая семья и маленькая квартира, да и дети – одни мальчишки. Им самим тесно, да и живут бедно.
      – Значит, денег подбрасывать не будут, – сделала вывод одна из девчонок.
      Общий интерес к новенькой немного снизился.
      – Ты какой класс окончила? – спросила девочка лет тринадцати.
      – Шестой.
      – Здорово! – обрадовалась она. – Я тоже шестой. Значит, будем ходить в школу в один класс. У нас с тобой и кровати рядом. Хочешь дружить? Меня звать Олей.
      – Хочу. Слушай, а для чего Галина спрашивала насчет мужиков? И так разочаровалась, узнав что мне только четырнадцать.
      – А у нее свой интерес, – объяснила Оля. – У нее все девчонки старше пятнадцати покупают презервативы. Им в аптеке никто не отпустит, она и пользуется. Конечно, цена у нее выше.
      – А зачем им презервативы? – не поняла Ира.
      – Ты что, тупая? – удивилась Оля. – Если будешь бегать к парням без них, то живо подзалетишь. А оно тебе нужно?
      – Мне и ваши парни не нужны!
      – Точно дурочка! Отказываться от такого!
      – Так ты тоже бегаешь?
      – Мне нельзя. Горыныч сказал, что если заметит за этим делом кого-нибудь младше пятнадцати, или кто-нибудь из нас умудрится подзалететь, он здесь живо устроит женский монастырь! Вот те, кто постарше, за нами и следят.
      «И куда я попала? – подумала Ира. – И ведь майор еще выбрал не самый худший детдом. Надо будет ему как-нибудь подбросить золота в кабинет. Единственный по-настоящему порядочный человек из тех, с кем я там общалась. Остальных интересуют только они сами».
      – Слушай, Оля, – обратилась она к соседке, – ну их этих мальчишек. Ты мне лучше скажи, у вас кто-нибудь из воспитателей знает английский язык?
      – Горыныч знает, а зачем тебе?
      – А кто этот ваш Горыныч?
      – Это старший воспитатель. Его так все прозвали за внешний вид и свирепость.
      – Неужели такой страшный? – не поверила Ира.
      – Сама увидишь. Он обязательно завтра захочет на тебя посмотреть.
      До ужина она знакомилась с девчонками и болтала с ними на разные темы. Ире пересказали сюжет просмотренного фильма, и ей вдруг ужасно захотелось сходить в кино, посмотреть хоть что-нибудь. До своего похода на Землю она из-за занятий магией не слишком страдала от отсутствия книг и кино, а тут почувствовала, как многого была лишена. Даже нельзя было послушать нормальную музыку. То, что играли в мире Райны, удовольствия не доставляло.
      «Если я там надолго застряну, эту проблему нужно будет как-то решать, – подумала она. – А как ее решишь без электричества?»
      Ужинали в большой столовой. Вначале в нее запустили девочек, а когда они закончили и стали выходить из столовой, туда зашла первая, самая младшая группа мальчишек.
      – Готовься, – сказала Оля, когда они шли на свою половину. – Уже сегодня эта мелкота всем раззвонит, что у нас появилась новенькая. А если кто-нибудь из наших побежит к парням, они о тебе еще дополнительно наболтают. Парни постарше точно сделают стойку. Это девчонки у нас думают головой, а парни – тем, что болтается между ногами!
      – Начхать, – ответила Ира. – У меня им ничего не обломится.
      – Посмотрим, – ответила Оля. – Не хочешь почитать? У меня под подушкой лежит «Квентин Дорвард». Успела взять в библиотеке перед отпуском заведующей. Если хочешь, читай.
      Книгу она с интересом читала до самого отбоя. В десять часов ночная няня выключила свет. Их группа лежала тихо, лишь в дальнем углу шушукались две девчонки, а младшие за стеной еще долго не могли угомониться. Немного полежав, она приказала себе заснуть и очень хорошо выспалась. Всех разбудили в семь утра. Ира заправила кровать, оделась, сходила умыться и почистить зубы и до завтрака села читать книгу. Когда шли на завтрак, возле столовой стояла толпа парней постарше. Ира заглянула в головы некоторым из них, и ей стало противно. Объектом их утреннего интереса была она сама. Кто-то из ребят хотел ее задержать для знакомства и разговора, но она стряхнула руку со своего плеча и зашла в столовую.
      Когда они шли обратно, у столовой толпились только младшие, возле которых стоял огромный мужчина с грубыми чертами лица. Усы и борода срослись у него в единое целое, прикрывая всю нижнюю часть лица.
      – Горыныч! – шепнула Ольга.
      – Волкова? – низким голосом спросил воспитатель. – Давай пройдем в учебную часть, нам нужно поговорить.
В комнате, куда он завел Иру, никого, кроме них, не было.
      – Садись, Волкова, – показал он ей рукой на стул, – и слушай меня внимательно. Я смотрел твою анкету, согласно которой тебе еще только четырнадцать. Уже знаешь местные порядки?
      – Знаю. А почему вы такое допускаете?
      – Не одобряешь, значит, – невесело усмехнулся он. – Я тоже не одобряю. А что прикажешь делать? Пробовали запрещать вообще, получается еще хуже. За год три аборта, и у одной из этих дур после него уже никогда не будет детей. Причем из парней этим занимаются самые... – он не нашел для их характеристики приличного слова и продолжил: – Остаются на ночь в столовой, уединяются в бытовках, лазают по карнизам, один вообще сорвался на хрен. При попытках воспрепятствовать угрожают воспитателям, а у нас, кроме меня, одни женщины. Я не могу убрать этих мерзавцев и тем более применить силу. Если бы имело место насилие, я ни на что не посмотрел бы и вбил бы их в землю по самое причинное место, так ведь нет, сами бегают! Распробовали, где сладкое, и сами липнут к парням. Вот что бы ты, такая правильная, посоветовала делать в такой ситуации?
      – Неужели так везде?
      – По-разному. Где-то этого почти нет, а где-то все намного хуже. Ты поняла, к чему у нас с тобой этот разговор?
      – Вы можете не беспокоиться, Степан Борисович, мне эти парни и на фиг не нужны, а если кто-нибудь полезет, отгребет так, что мало не будет.
      – Ну-ну, ты, конечно, девочка спортивная, но с парнями тебе все равно не тягаться. Мое имя от кого узнала?
      – Девочки сказали.
      – Еще помнят? Они меня уже три года величают Горынычем, причем и за глаза, и в глаза.
      – Еще мне сказали, что вы хорошо знаете английский.
      – Откуда только узнали? Ну да, могу разговаривать и читаю без словаря. А тебе это для чего?
      – Я хотела вас попросить помочь мне его выучить за месяц до школы.
      – Шутишь?
      – Ну, пожалуйста! У меня очень хорошая память, и я буду очень стараться!
      Он заколебался, но небольшое воздействие сделало свое дело.
      – Ну хорошо. Я завтра составлю для тебя программу и ежедневно буду давать задание и контролировать, что у тебя получается, а что нет. Несколько дней позанимаешься словарным запасом, а потом к изучению слов добавим грамматику. В конце натаскаю в разговорной речи. Конечно, все это при условии, что ты у нас вундеркинд. Только не слишком распространяйся об этом своем увлечении при остальных: сочтут чокнутой.
      – Ну их! – махнула рукой Ира. – Все равно узнают. Пусть хоть огурцом считают, лишь бы не мешали.
      – Дело твое, – пожал плечами Горыныч. – Завтра приходи за первым списком. Транскрипцию нормально читаешь? Ну я все равно покажу пример произношения. Иди, и если будут приставать, сразу же обращайся ко мне, не жди, пока кто-то от слов перейдет к делу.
      – Чего от тебя хотел Горыныч? – спросила Оля. – Только знакомился?
      – И со мной знакомился, и меня знакомил с вашими порядками, а я его попросила подтянуть меня по английскому. Он обещал помочь.
      – Ну ты даешь! – вытаращилась на нее Оля. – На фига тебе его зубрить? Больше нечего делать? Через месяц и так англичанка в школе им все мозги запудрит.
      – Есть у меня цель – прокатиться в Америку! – засмеялась Ира. – Не бери в голову: у каждого человека свои причуды.
      Она зашла в туалет, заперлась в кабинке и воротами вышла во двор особняка. Здесь было раннее утро, но все уже встали. Отвечая на приветствия, девушка забежала в особняк и бросилась в комнату наставницы. Как и уговаривались, серебряная фляга с отваром стояла на столике. Ира ее взяла и прямо из комнаты шагнула обратно в туалетную кабинку. Забравшись на унитаз, она дотянулась до сливного бачка, на котором не было крышки и опустила в него флягу. Потом вернулась к себе и оставшийся до обеда час читала книгу. Оля куда-то убежала и не приставала с расспросами.
      На обед опять повторились «смотрины», причем на этот раз парни не ограничились осмотром.
      – Не торопись, успеешь поесть! – заступил ей дорогу невысокий крепыш лет шестнадцати. – Давай поговорим.
      – Ну давай, – уступила она, решив без необходимости не обострять ситуацию. – Ты иди, Оля, я сейчас. И о чем ты хотел со мной поговорить?
      – Олег, – представился он. – Ты и дальше намерена избегать тех, кто в штанах? Я предлагаю тебе перестать маяться дурью и нормально с нами общаться. Наслушалась о нас всякого от девчонок? Можешь не бояться: тебя никто не тронет, если сама этого не захочешь. Здесь нет дураков, чтобы связываться с Горынычем и менять это заведение на колонию.
      – У меня, Олег, на общение с вами нет времени. Говорю тебе честно, без брехни. У меня каждый день занятия с Горынычем. За месяц нужно успеть выучить английский. А после этого можно будет и погулять. Так годится? Ну и прекрасно!
      Обогнув ошарашенного парня, она зашла в столовую и села за свой столик, куда Ольга уже принесла ей тарелки с рассольником и котлетой с макаронами, и начала обед с компота. Сегодня был яблочный.
      – Что он тебе сказал? – не утерпела Ольга. – Предложил стать его девушкой? Это Олег Кашин, он верховодит в третьей группе.
      – Главное не то, что сказал он, – уминая вкусный рассольник, сказала Ира, – а то, что ответила ему я. Отвечаю на вопрос, который вертится у тебя на языке. Я ему сказала, что пока не выучу с Горынычем английский, я их всех в гробу видала.
      – И он...
      – Он офигел.
      – Я бы от такого ответа тоже офигела, – честно сказала Оля. – Это надо же было такое ляпнуть! И кому? Олегу, к которому девчонки выстраиваются в очередь!
      – Знаешь, заканчивай разговоры на эту тему, мне уже надоело. Или наша дружба закончится, еще не начавшись.
      Доедали обед молча, так же молча дошли до своих кроватей и легли на них, занятые каждая своими мыслями.
      «Ну и пусть, – подумала Ира. – Так даже лучше: меньше будет отвлекать от занятий».
      Долго лежать не получились: сработало заклинание, повешенное на замок. Кто-то безуспешно пытался его открыть. Она соскочила с кровати и, надев тапочки, припустила в помещение, где хранились личные вещи девочек. Дверь в него была приоткрыта, и Ира, наколдовав себе внешность Ольги, в нее заглянула. Возле ее шкафчика с недоумением стоял средних лет мужчина с чем-то вроде ключей в руках. У его ног лежала большая хозяйственная сумка.
      – Тебе чего, девочка? – услышав скрип половиц, спросил он.
      – Мне просто интересно, что вы здесь забыли, – сказала Ира, которая уже узнала все, что было нужно.
      – По заказу вашего завхоза ремонтирую замок на шкафу, а ты мне мешаешь. Если тебе нужно что-нибудь забрать, то забирай, только быстрее.
      – Да ладно, – ответила Ира. – Работайте, я не буду вам мешать, зайду позже.
      Она вышла, перед этим сняв свое заклинание. Человек был работником Комитета и пришел за ее костюмом. Костюма было жалко, но невозможность открыть простой замок, да еще специалистом своего дела, могла бы привести к нежелательным последствиям. К тому же был шанс, что после осмотра костюм вернут. К ее возвращению Ольга уже перестала дуться и опять болтала как обычно. Остаток дня прошел без происшествий, а на следующее утро, сразу после завтрака, ее перехватил Горыныч, и они в учебной части часа полтора занимались языком, после чего Ира получила список из ста слов.
      – Неправильные глаголы даются сразу во всех формах, – пояснил воспитатель, – так что слов там больше сотни. Я делаю выборку наиболее употребительных. Твой уровень знаний оцениваю как посредственный. Мы позанимались транскрипцией, и теперь я хотя бы уверен, что ты все выучишь правильно. Завтра проверю слова и произношение. Если ответишь неудовлетворительно, на этом и закончим. И приходи сюда сама после завтрака. Не хочу, чтобы пошли слухи, что я сбрендил и увиваюсь вокруг хорошенькой малолетки.
      Прямо от Горыныча Ира пошла в туалет, где вынула из бачка флягу и, подавляя рвотные спазмы, выпила половину ее содержимого. Потом фляга отправилась обратно в бачок, а Ира – на свою кровать зубрить слова. Ее новая память и отвар Райны сделали чудо: весь список Горыныча был выучен за два часа.
      «Надо попросить Степана Борисовича увеличить количество слов раза в два, – подумала она утром, проверив все слова по списку с помощью Ольги. – Тогда, может быть, успею выучить язык за две-три недели. Говорят, что многие американцы обходятся знанием трех тысяч слов. У меня должно получиться примерно столько же».
      – Никогда не поверю в то, что ты их все выучила за вчерашний вечер! – заявила Оля. – Ты просто всех разыгрываешь своей учебой, а язык, наверное, знаешь лучше Горыныча.

                                                                            Глава 14

      – И что дали исследования ее одежды? – с любопытством спросил майор подполковника из управления Т, опять появившегося в его кабинете по делу Волковой.
      – Тебе должны были переслать выборку. Неужели еще не сделали?
      – Прислали утром, но если это выборка... У вас по ее костюму писали диссертацию? Я пока бегло посмотрел и решил разобраться позже. Можешь сказать в двух словах?
      – Если в двух, то костюм сделан из шерсти, очень похожей на овечью. Ткань явно не фабричного производства, пошив тоже произведен вручную. Нитки использовались из каких-то растительных волокон, а состав красителя пока толком не определили. На первый взгляд ничего особенного, но наши специалисты решили исследовать атомарную структуру образцов и не ошиблись. Здесь та же самая картина, что и с золотом. Вес атомов всех элементов, которые удалось исследовать, отличается от веса атомов нашего мира, многие другие их свойства – тоже.
      – Сама Волкова точно человек. Вчера у них в детдоме возили всех воспитанников в районную поликлинику на медицинскую проверку с рентгеном и сдачей анализов. Результаты мне прислали почти одновременно с вашими, так что я их успел посмотреть. Удивляют ее физическое развитие и уровень здоровья, но в целом ничего выходящего за пределы нормы. Копии всех анализов вам должны переслать.
      – Она продолжает изучать английский?
      – Только этим и занимается, кроме чтения книг. У них вышла из отпуска заведующая библиотекой, так Ирина набросилась на книги, как изголодавшийся человек набрасывается на еду. Я говорил с Бортниковым, так он мне заявил, что никогда и ни у кого не помнит таких успехов в учебе. Он ее проверил перед началом занятий и оценил знание английского как посредственное. Прошла всего неделя, а она уже, пусть пока и с ошибками, на нем говорит. Он считает, что дней через десять ему ее нечему будет учить.
      – А почему он взялся ее учить? Ему больше нечем заняться?
      – А вот на этот вопрос он мне ответить не смог. Сейчас-то он сам заинтересовался, но вот как ей удалось его уломать...
      – Управление сознанием?
      – Очень похоже. Наш капитан ведь тоже прекратил с ней работу, хотя по плану должен был беседовать еще не меньше часа. И он тоже не смог внятно ответить почему. А в детдоме она как-то удивительно легко избавилась от интереса, который к ней проявили старшие мальчишки, а они там не из тех, кого легко уломать словами. Наверное, это и является причиной ее уверенности. Я бы тоже такую демонстрировал, если бы мог при необходимости управлять окружающими.
      – И какие же выводы делают ваши аналитики?
      – Неутешительные. Она явно откуда-то пришла и, возможно, так же легко может туда вернуться. Если это другой мир, то, скорее всего, она сюда пришла за чем-то, что ей там понадобилось. Нам она не доверяет и решила это что-то взять там, где нет больших проблем с реализацией золота и покупкой товаров. Изучение языка дает основания предполагать, что она выбрала Штаты или другую англоязычную страну. Ваши данные по костюму добавляют еще один штрих. Если это отсталый по сравнению с нашим мир, то с большой долей вероятности ей нужно оружие. Вряд ли сложная техника будет востребована отсталым миром, а вот стрелковое оружие легко используют. И его реально купить в Штатах, тем более с ее способностью вертеть людьми.
      – Наверное, эта способность все-таки ограничена, иначе ей не понадобился бы язык. Приказала бы, и мы бы ей все принесли сами.
      – Наверное, – согласился майор. – А теперь зададимся вопросом: можем ли мы допустить, чтобы большая партия золота с уникальными свойствами попала на американский рынок? Даже если оно разойдется мелкими партиями и американцы не поймут его уникальности, на что я не стал бы рассчитывать, для нас оно будет потеряно.
      – Логично. И что ты предлагаешь?
      – Я бы дал все, что ей нужно. Даже большая партия автоматов, которыми у нас забиты склады, не представляет опасности, если она уйдет за пределы страны. Если у нее много золота, у нас появится возможность совершить рывок и выйти на первое место. Но с нами она говорить не станет, поэтому нужно выходить на руководство. Я бы предложил сделать докладную записку от вашего управления на имя Андропова. И ради всех святых, делайте упор на то, что применение силовых методов в данном случае совершенно неприемлемо. Юрий Владимирович должен понять.

      Тремя днями позже на стол председателя КГБ легла папка с документами, подготовленными Управлением Комитета по научно-технической разведке. К обстоятельному докладу прилагалось заключение Академии Наук и пояснительная записка с изложением мнения руководства управления РТ. Написанное воспринималось тяжело, но не верить заключению ученых и мнению своих людей он не мог.
      «Никогда не думал, что когда-нибудь буду читать такое, да еще у себя в кабинете, – подумал Андропов, закрывая папку. – С другой стороны, чем мы рискуем? Если все так, как мне доложили, и операцию проводить под нашим контролем, то получим уникальные материалы, потратив со своей стороны сущую ерунду. Если играть честно, возможно, появятся и дополнительные возможности. Нужно поговорить с генеральным и выносить этот вопрос на политбюро».
      Несмотря на большую власть, он не мог единолично решать такие вопросы.

      Она дочитывала «Экипаж Меконга», когда в спальную зашла Мария Аркадьевна.
      – Ира, тебя можно на несколько минут? – с порога спросила воспитательница. – Оторвись от книги, есть дело.
      Ира отложила книгу и вышла вместе с Марией в коридор.
      – Тебя просил зайти в учебную часть Степан Борисович, – сказала воспитательница. – Он скоро уйдет домой, так что поторопись.
      Когда она постучала в дверь и, получив разрешение, зашла, в комнате, кроме Горыныча, находилась незнакомая женщина. Поздоровавшись с ней, Ира вопросительно посмотрела на старшего воспитателя.
      – Я тебя позвал, потому что с тобой хотят поговорить, – сказал ей Степан Борисович. – Мое присутствие при вашем разговоре нежелательно, поэтому я иду домой, а тебе советую внимательно выслушать Светлану Александровну. До свидания, увидимся завтра.
      – Ваш воспитатель меня уже назвал, так что я вторично представляться не буду, – сказала женщина, которой было около сорока. – Я майор КГБ и здесь для того, чтобы сделать тебе ряд предложений. Мы знаем о твоих способностях, но постарайся не лезть в мою голову и не оказывать на меня влияния. Просто послушай и обдумай то, что я тебе скажу. Тебе уже говорили об уникальности золота, из которого были изготовлены проданные тобой монеты. Исследовав его, ученые сделали выводы, что этот металл из другого мира, а наши аналитики пришли к выводу, что ты пришла из того мира в этот за тем, что для тебя очень важно, и хочешь обменять это на свое золото. Что тебе нужно, оружие?
      – Предположим, что так и есть, – сказала Ира.
      – Предположим, – кивнула майор. – Тогда у нас есть предложение. В обмен на твое золото мы передадим тебе то оружие, которое тебя заинтересует. Есть мнение, что в техническом отношении тот мир более отсталый. Это так?
      – Не то слово. Мечи и копья. Ничего сложнее арбалета я там не видела.
      – Вот видишь. Значит, сложные системы вооружения тебе ни к чему, их просто нельзя будет использовать. Остается стрелковое оружие и, может быть, гранаты. Мы тебе предлагаем автоматы АКМ с достаточным количеством боеприпасов. Можно переправлять оружие небольшими партиями в обмен на такие же партии золота. И тебе не придется ехать в Америку.
      – Догадались?
      – Это было нетрудно. И ты должна нас понять. Нам очень нужно твое золото, но мы не меньше заинтересованы в том, чтобы его не получили американцы. Для этого есть причины. Пусть ты обижена на то, как с тобой обошлись, поверь, что это не повод вредить своей Родине, а продажу стратегически важного материала нашему потенциальному противнику иначе назвать трудно. Теперь давай определимся с тем, сколько и чего тебе нужно, и что ты можешь дать взамен.
      – Давайте сделаем так, – предложила Ира. – Вы мне привозите десять автоматов и побольше патронов для них, а так же даете своего инструктора. Я ведь вообще не держала их в руках. Мы с ним прогуляемся в тот мир, где он научит меня с ним обращаться и профессионально продемонстрирует его королю той страны, где я сейчас живу. После этого я верну вашего человека и оплачу уже полученные автоматы. Не бойтесь, золота получите много. Если для вас такую ценность представляли несколько монет, то несколько сотен килограммов должно хватить надолго. А если со мной поступят честно, золото будет еще. Мне может понадобиться не одно оружие.
      – А для чего оно тебе? – спросила майор. – Если не хочешь, можешь не отвечать, мне просто интересно.
      – В основном для того, чтобы отбиваться от тварей, хотя я вам не могу дать гарантии, что оно не будет применяться и против людей. Могу только сказать, что наше королевство сейчас в тяжелом положении и не собирается нападать ни на кого из соседей.
      – А что за твари?
      – Разные, – усмехнулась Ира. – Например, такие.
      Перед отшатнувшейся в испуге женщиной возникла немного уменьшенная копия тираннозавра. Ящер приоткрыл пасть, показав зубы и обдав завизжавшую женщину смрадным дыханием.
      – Можете открыть глаза, – извиняющимся тоном сказала Ира. – Простите, я не учла, что здесь нет тварей, и не подумала, что вы так отреагируете.
      – Ничего, я уже в порядке, – майор нервно передернула плечами. – И много у вас такой мерзости?
      – Таких, как он, к нам вызывают из других миров, сами они у нас не живут. Живут другие твари, но я не буду их показывать. У меня есть один вопрос и одно пожелание. Вам из того мира нужно только золото, или могут представлять ценность и другие металлы? Это вопрос, а пожелание касается вашего инструктора. Желательно, чтобы он умел ездить верхом и захватил с собой инструкцию по уходу за теми автоматами, которые вы дадите.
      – Даже не знаю... – задумалась майор. – К ученым попало только золото, так что вполне возможно, что уникальные свойства будут и у других металлов. Нужны образцы для исследования.
      – Когда вы сможете доставить оружие и своего человека?
      – С такой небольшой партией оружия – хоть завтра. А куда?
      – Мне все равно, откуда уйти. Место можете выбрать сами. И принесите мне мой костюм или любой другой моего размера, потому что у нас не ходят в платьях с таким подолом. Подождите немного. Если мы завтра уйдем, значит, мне уже не нужен отвар, и я сейчас принесу образец для анализа.
      Ира пробежалась в туалет, забрала флягу из бачка и вернулась обратно.
      – Это серебро того мира. Внутри еще остался отвар, который я употребляю для ускорения запоминания слов. Он растительного происхождения, но при длительном применении может принести вред. А на вкус – гадость!
      – Ирина, можно задать один вопрос ?
      – Конечно, – удивилась Ира. – Почему же нельзя? Задавайте, отвечу даже на несколько.
      – Почему, когда тебе предлагали сотрудничать, ты все упорно отвергала, а сейчас согласилась?
      – А что мне предлагали? Поселить у тети? Вот как бы вы отреагировали, если бы я пришла к вам в кабинет и предложила золото в обмен на автоматы? А сейчас с таким предложением пришли вы сами. Чувствуете разницу? Вот и я почувствовала, что ваше руководство настроено вести дело серьезно, и прикинула свои собственные возможности. Говорю просто так, на всякий случай, что любая ваша попытка повлиять на меня силой окончится разрывом наших отношений. У вас может получиться меня убить, но не заставить что-то сделать силой.
      Простившись с майором, Ира вернулась в спальню и опять взялась за книгу.
      – Что она от тебя хотела? – пристала к ней Оля, имея в виду воспитательницу.
      – Передала, что тетя хочет меня забрать к себе на несколько дней, и директор дала добро. Завтра за мной должны приехать.
      – Счастливая! – вздохнула девочка. – Хоть какие-то родственники. А у меня совсем никого нет. Мать где-то должна быть, но я ее не знаю. Она меня грудничком кому-то подбросила, а тем тоже кроха оказалась не нужна, тем более чужая.
      Оля была такой несчастной и одинокой, что Ира не выдержала, пересела к ней на кровать и обняла ее, прижав к себе. Девочка тоже прижалась к Ире, радуясь мимолетной ласке.
      – Смотрите, вот почему Ирка отшила парней! – закричала одна из девчонок. – Ей милее бабы! Вон как с Ольгой милуется! Хоть бы вышли в коридор, а то меня завидки берут!
      Оля отпрянула от Иры и отодвинулась подальше, но было уже поздно: скучавшие девчонки нашли себе развлечение. Со всех сторон посыпались насмешки и советы, как им лучше всего обойтись без парней. Оля сидела вся красная и чуть не плакала.
      – Постыдились бы, – попыталась их присмирить Ира, не прибегая к магии. – Оле было плохо, а я ее пожалела. Что в этом плохого?
      – А ты и меня пожалей, если такая жалостливая! – подскочила Верка Соколова – самая большая скандалистка в группе. – Можешь даже языком, нужно только выйти. При всех не буду, можешь не упрашивать!
      – Дура! – не выдержала Ира.
      Пускать в ход магию было уже поздно. Никто не забыл бы неестественность ситуации, а тратить силы на всю группу не хотелось.
      – Ах, я дура! А ты у нас умная! А по морде хочешь? Или за патлы оттаскать?
      – Чеши-ка ты, Верочка, на свою кровать! – разозлилась Ира. – И поменьше болтай языком, чтобы не отсох ненароком!
      – Ах, ты! – не найдя слов Верка подскочила к Ире и попыталась отвесить ей оплеуху.
      Тело отреагировало быстрее разума. Два нанесенных почти одновременно удара развернули Верку и бросили на спинку кровати, о которую она ударилась головой, и молча, закатив глаза, сползла на пол.
      – Господи, Ира, да ты же ее убила! – воскликнула Галя.
      Девчонки, весь кураж у которых сразу прошел, подошли ближе, потрясенно глядя на неподвижное тело подруги.
      – А ну, разошлись! – крикнула Ира, у которой на мгновение сердце провалилось в пятки. – Жива она, только без сознания. Не мешайте, я ее буду лечить.
      Она села коленями на пол возле Веры и взяла ее голову в руки. Осмотр не обнаружил ничего, кроме небольшого сотрясения мозга. Ира взяла Веру на руки и отнесла на ее кровать.
– Сейчас придет в себя, – сказала она для всех. – Я не хочу с ней разговаривать, скажите сами, чтобы до завтрашнего утра не дергалась. Я сняла у нее сотрясение, но все равно...
      Ира ушла к себе на кровать и легла, стараясь не замечать того, как на нее смотрят девчонки. Очнувшаяся Верка чувствовала себя неважно, плохо помнила, что случилось, и не проявляла никакого желания скандалить. Утром Иру по-прежнему сторонились, и, прочитав мысли двух девчонок, она поняла, что ее просто боятся. После завтрака она пошла в учебную часть за очередным заданием и ничуть не удивилась, увидев там, кроме Горыныча и директора, Светлану Александровну.
      – Держи, – сказал воспитатель и отдал ей стопку исписанных листков. – Здесь остальные слова за полный курс. Ты нас покидаешь, но не дело бросать учебу. Поверь мне, что знание языка лишним не будет.
      – Рада за тебя, Волкова! – сказала ей директор. – У родной тети тебе должно быть лучше, чем у нас, как бы мы здесь ни старались.
      – Спасибо, – поблагодарила Ира. – Светлана Александровна, вы привезли костюм?
      – Привезла, – ответила майор. – Сейчас ваш воспитатель выйдет, и ты переоденешься.
      – Я тоже выйду, – сказала директор. – Платье оставь на стуле, я его потом сдам сама.
      – Все приготовили? – спросила Ира, надевая костюм.
      Ей привезли новый, а старый так и не вернули.
      – Все готово, ждут только нас. Ты не против, если инструктор захватит с собой фотоаппарат?
      – Пусть фотографирует, только после моего разрешения. А то полезет снимать кого не надо и заработает удар мечом, а мне потом перед вами оправдываться. Нам далеко ехать?
      – Не очень, у меня с собой машина.

      Светлана Александровна привезла Иру в большое и почти пустое помещение вроде ангара. В самом центре стояли стойки с лампами и лежали деревянные ящики и какие-то тюки. Встретили их несколько мужчин. Среди них был и тот майор, который заступился за нее в Комитете. Девушка осмотрела мужчин и сразу определила старшего.
      – Я готова, товарищ генерал, – обратилась Ира к одетому в штатское мужчине с недовольным выражением лица. – Игорь Васильевич, не нужно так беспокоиться. Я не задержу капитана Новикова и расплачусь с вами без обмана.
      – Мы могли представиться сами, – ответил он. – Вовсе необязательно лезть к нам в головы.
      – Извините, но пока лезть буду, – сказала она. – Как только докажите, что вам можно верить, так и перестану. А пока я должна подстраховываться. Товарищ капитан, я вас могу называть просто Владимиром? На той стороне проще обращаться друг к другу по именам. На отчество иной раз не хватает времени, да и нет там такого понятия. А меня называйте Риной. Так меня все зовут, правда, еще добавляют титул.
      – А какой у вас титул? – улыбнулся ей невысокий, но крепкий мужчина, одетый в одежду зеленого цвета, имевшую множество карманов в самых разных местах.
      – Пока баронесса, – улыбнувшись, ответила Ира. – После смерти приемной матери буду маркизой. Мы кого-то ждем?
      – Сейчас подойдут операторы, – объяснил генерал. – А вы пока идите разбираться с имуществом. В месте высадки безопасно?
      – Это поляна возле нашего замка. В прошлый раз, когда я там была две недели назад, все было нормально. Да вы не беспокойтесь. Тварей там нет, а люди для нас не опасны. Что это за тюки?
      – Здесь автоматы и снаряженные магазины, – ответил капитан, – а в ящиках патроны в цинках.
      – Тогда нам будут нужны два человека, – сказала Ира. – Врата продержаться всего минуту, поэтому порядок будет такой. Сначала идет Владимир. Очутитесь на той стороне и сразу отходите в сторону. Двое, о которых я говорила, бросают весь груз во врата, а когда они закончат, уйду и я.
      – А нельзя дольше держать эти врата? – спросил генерал.
      – Можно, – ответила она, – но это лишняя трата сил, которые мне потребуются на той стороне. Нам с Владимиром потом еще идти в столицу, и опять вратами.
      – Ладно, вам виднее. А вот и съемочная группа. Включайте свет.
      Подошедшие люди достали из футляров две кинокамеры и разошлись в разные стороны, чтобы вести съемку с двух точек. Ярко вспыхнули лампы, залив все вокруг ослепительным светом.
      – Слишком ярко, – зажмурилась Ира. – Так ваши люди не увидят врата.
      Последовала команда, и часть ламп выключили. Девушка подошла ближе к вещам и показала двум выделенным ей в помощь офицерам, где будут врата.
      – Кидайте прямо в центр круга, – сказала она им, – и подальше, чтобы я через них не кувыркнулась. Владимир, вы готовы?
      – Готов, – ответил инструктор, который уже обзавелся автоматом.
      – Мы уходим. Владимир, по команде шагнете в центр врат и сразу отходите в сторону, а то в вас полетят вещи.
      За спиной зашумели кинокамеры, снимая возникший разноцветный вихрь.
      – Вперед! – подтолкнула она инструктора, который после секундной задержки скрылся во вратах. – Вещи!
      Офицеры сноровисто побросали во врата тюки. На ящики ушло больше времени, а когда закончили с грузом, ушла и Ира. Очутившись в темноте, девушка больно ударила ногу об один из ящиков, осторожно их обошла и позвала Владимира:
      – Подойдите ко мне, только осторожно. Здесь немного другая длительность суток, а я об этом не подумала. Последний раз была дома позавчера и уходила вечером. Там было утро, значит, сейчас середина ночи, и в замке все давно спят. Нет у меня желания их искать и будить, поэтому поступим так. Я открою врата в свою комнату, а вы затащите в нее весь груз. Можете не спешить, здесь я могу долго держать врата.
Так и сделали, потратив на все перетаскивания минут пять.
      – Спать нам с вами всего часа три-четыре, – сказала она капитану, – поэтому обойдемся без постелей. Ложитесь на диван в моей гостиной и спите спокойно, дверь заперта изнутри. А я лягу в своей комнате. Если вдруг приспичит в туалет, лучше разбудите меня. Самому вам нельзя ходить по замку, тем более ночью. Здесь уже должна быть охрана, так что незнакомого человека просто зарубят, тем более что вы не знаете языка и не сможете объясниться. Подождите идти, сейчас я зажгу свет. Держите этот шар. Поставите в гостиной и ложитесь, он вскоре погаснет сам.
      – Что это? – спросил капитан.
      – Местное освещение магов. Плененные радужные демоны.
      – Вы не шутите, Рина?
      – Я уже забыла, когда шутила в последний раз. Когда надумаю пошутить, я вас предупрежу.
      Перед тем как заснуть, Ира поставила на пороге комнаты сигнальное заклинание. Не то чтобы она не доверяла капитану, но так было спокойнее. Утром девушка проснулась с первыми лучами солнца.
      – Вы спите, Владимир? – окликнула она капитана. – Пора вставать.
      – Так получилось, что я не смог заснуть, – отозвался он из спальни. – К вам можно зайти?
      – Можно. Побудьте пока в комнатах, а я узнаю, кто сейчас в замке. Капитан набирал дружину в наше отсутствие, и никто из дружинников не знает хозяев, так что будет лучше, если я выйду одна.
      Разбираться не пришлось, потому что первым человеком, которого она встретила, оказался управляющий.
      – Миледи! – поклонился Виктор. – Рад вас видеть в вашем замке.
      – Как идут дела с ремонтом?
      – Пока только разобрали развалины и заложили разрушенную часть замка стеной. Завтра должна прибыть заказанная мебель. Думаю все временно сложить в трапезной и начать выравнивать пол и готовить помещения для дружинников. Через две декады они уже должны жить в замке. До конца осени должны закончить все работы.
      – У меня в комнатах гость, который не знает нашего языка. Я беспокоилась, что он может попасться на глаза дружинникам, но если их нет, просто предупредите рабочих, чтобы не обращали на него внимания при встрече.
      Поговорив с управляющим, девушка вернулась в свои комнаты.
      – Здесь только строители, которые проводят ремонт, – сказала она капитану. – Я предупредила насчет вас управляющего. Пойдемте, покажу туалет, здесь он общий. Сколько вам понадобится времени, чтобы научить меня пользоваться автоматом?
      – Я слышал, что у вас хорошая память, так что пользоваться научу минут за десять. А вот хорошо стрелять... Заранее сказать трудно, все очень индивидуально. Одни начинают прилично стрелять почти сразу, а другие, даже отслужив несколько лет, могут из этой штуки только застрелиться.
      – Надеюсь, что я из первых, – улыбнулась Ира. – Берем оружие и патроны и идем в лес. Научите хоть как-то стрелять, спрячем здесь все, кроме двух автоматов, и уйдем вратами в столицу. У меня нет желания есть то, что себе готовят строители, поэтому позавтракаем дома. Так что у вас есть стимул: чем быстрее вы меня научите стрелять, тем раньше сядем есть.
      Обращение с автоматом она освоила сразу, немного дольше пришлось учиться быстрому наведению на цель, но сама стрельба не вызвала затруднений.
      – Не снайпер, но очень неплохо, – сделал ей комплимент капитан, – особенно для девушки, которая видит автомат в первый раз. Стрельбу очередями попробуем как-нибудь в другой раз, а разборку и сборку автомата я покажу потом. Инструкция по уходу у меня с собой.
      – Сходим в замок спрятать оружие и уйдем домой, а то я уже так проголодалась, что нет сил терпеть. Если еще немного провозимся, то побегу к строителям, и они останутся без завтрака.
      – Вы не будете возражать, если я вас сфотографирую на фоне замка?
      – Не буду, но только при условии, что подарите мне фото.
      – Их, наверное, засекретят, – смутился Владимир, – но для этого мира вам должны дать.
      Они сделали несколько фотографий, после чего сложили все оружие в пустой сундук в гостиной, на который Ира наложила неприятное заклинание, парализующее всех, кто окажется в комнатах при вскрытии сундука. Дверь в коридор опять закрыли засовом и, забрав нужное оружие, вышли в парке столичного особняка.
      – Кроме меня, с тобой сможет говорить только моя приемная мать, – предупредила Ира Владимира. – Русского языка она не знает и общаться будет мысленно. Кажется, она дома. Помимо слуг у нас дома живут два телохранителя. Это воин короля и женщина-вампир. Я не шучу. Аглая пьет кровь и не отличается от них внешне. Не бойтесь, она у нас питается кроликами. После завтрака отправим моего телохранителя к королю с сообщением, что прибыло оружие, и его нужно испытать, а дальше будем действовать, как он решит. Покажешь ему классную стрельбу, а потом постреляем вместе. Не думаю, что он выберет большую дистанцию, скорее всего шагов двести, а с такого расстояния и я не промажу по человеку.
      – Мы будем стрелять в людей?
      – Нет, конечно! Ты меня неправильно понял. Попрошу короля сделать что-нибудь вроде мишеней. И вот что, Владимир, я как-то незаметно в разговоре с тобой перешла на ты, а ты мне продолжаешь выкать. Обращайся ко мне так же. Все равно тебя здесь никто не поймет, а значит, не будет нарушения этикета. Ах, какой запах жареного мяса, я сейчас захлебнусь слюной! Пошли скорее!

                                                                         Глава 15

      Верховный жрец Ашуга сидел у горящего камина, укутанный в теплый плед, и ждал прихода настоятеля главного храма. Вчера немного похолодало, и он мерз, несмотря на теплую одежду. Возраст давал о себе знать: сначала ушла магическая сила, а вслед за ней с пугающей быстротой исчезала и телесная. Он все еще хотел жить, хотя прожил уже две человеческие жизни. И власть не хотелось отдавать, но сил ее держать больше не было. Лучше уйти самому, чем быть удавленным кем-нибудь из высших, когда им надоест ждать его смерти.
      – К тебе можно, Пренам? – раздался из-за двери голос настоятеля.
      – Заходи, Аллий, – разрешил он. – Садись в это кресло, мне будет удобней с тобой разговаривать.
      Настоятель главного храма Аллий Сакт был намного младше и не дожил пока даже до ста лет. У него были еще крепкое поджарое тело, густые черные волосы и ясные голубые глаза. Мужественное лицо можно было бы назвать красивым, если бы оно почти все не было испещрено морщинами.
      – Для чего вызвал? – спросил Аллий.
      – Есть важный разговор, – ответил Пренам. – Хочу уйти и оставить свое место тебе.
      – Не все высшие будут согласны, – осторожно сказал Аллий. – Я знаю троих претендентов на твое место. И почему ты решил уйти именно сейчас?
      – Когда-то же надо уходить, почему не сейчас? – пожал худыми плечами Пренам. – Я больше не могу править так, как должно, а всех нас впереди ждут суровые испытания. Верховного магистра я бы тоже посоветовал сменить. Марка нужно убрать, пока он окончательно не развалил Орден. Старая сволочь! Он в своем рвении перестарался, лишив королевство почти всех магов. Дворянство очень недовольно. Сейчас трудно найти мага даже для исцеления. Я приказал, чтобы эту услугу оказывали жрецы. Понятно, что не всем, а только высшему дворянству и нашим сторонникам.
      – Король выделяет большие средства на обучение магов, – заметил Аллий.
      – Маги не овощи, их за один сезон на грядке не вырастишь. За этой школой нужно присматривать. Я ничего не имею против, если школа его величества будет выпускать обычных магов, лишь бы ему не пришло в голову делать из них мастеров. Мы должны драться насмерть за свое право на высшую магию. Но пока к королю не приехал ни один мастер, а выучить своих мастеров его наставникам будет не по силам.
      – Двое приехали. Правда, не из других королевств, их разыскали где-то в Верине.
      – И кто же это?
      – Обе женщины. Одна из семейства Албени. Это семейство когда-то держало маркизат Афрем. Маркизе всего лет семьдесят, но она уже одной ногой в могиле.
      – Мастер? – недоверчиво сказал Пренам. – Они же живут лет по двести. Что с ней не так?
      – Это при условии, что получили силы смолоду. Думаю, что она обучалась сама по книгам и слишком поздно вошла в силу, а в таких случаях срок жизни, наоборот, сокращается. Слишком тяжело дается сила, если ее постигать самой, да еще по их книгам. Вы же знаете, как написаны книги по высшей магии. Сплошные недомолвки, а кое-кто вообще применял семейный шифр. По этой причине мы до сих пор не можем освоить многое из их знаний.
      – А вторая?
      – Какая-то бежавшая из Ливены баронесса. Ей всего пятнадцать лет.
      – И уже мастер? Так не бывает, Аллий.
      – Ее проверяли королевские маги. Пятеро из самых сильных, с которыми она разделалась без труда. Девушка попала к Албени чуть больше года назад, и старая карга как-то умудрилась довести ее до своего уровня. Она ее, кстати, удочерила и дала право на родовое имя.
      – И чем же они сейчас заняты?
      – Провели инспекцию королевской школы и натащили туда много книг по магии. Их сейчас переписывают. Но все по начальным курсам, по высшей магии там ничего не было, мы это проверили. Сейчас старуха сидит в своем особняке и лишь изредка посещает школу, а молодая куда-то ушла вратами. Куда – проследить не удалось. Пока у них в доме нет наших людей.
      – Все плохо! Плохо, что откуда-то вынырнула эта Албени. Я не сомневаюсь в том, что она нас люто ненавидит. Король наверняка запретил ей мстить, да и нет у нее для этого сил. Но ведь можно отомстить иначе, например, помочь королю воспитать своих мастеров. Мало ли что она не отдала им книги по высшей магии! Они в школе сейчас не нужны, а она всегда сможет это сделать позже. Или сама, или ее дочь. У короля не должно быть своих мастеров, Аллий! Говоришь, старуха уже одной ногой в могиле? Надо ей помочь поставить туда и вторую! А с этой баронессой тоже нужно что-то делать. Посмотри, не сможем ли мы ее использовать. Если она достаточно умна, можно будет договориться.
      – А что еще плохо?
      – Грядет война с Сардией, а мы к ней не готовы.
      – Ну почему же не готовы? – удивился Аллий. – Королевская армия не хуже сардийской, а мастеров у Малха не так уж и много. У нас в Ордене сильных жрецов больше. Или я чего-то не знаю?
      – Не знаешь. Это и я совсем недавно узнал, причем от короля. Малх не истребил шуров, как должен был сделать по уговору, а спрятал их в горах. Сейчас из них набирается гвардия, на обучение и вооружение которой тратятся большие средства. Такое можно делать только для войны, а из всех соседей Сардии мы самые слабые. И виноваты в этом мы. Король мне так и сказал и потребовал помощи в войне. Я обещал ему такую помощь. Если сюда придет войско шуров, отсидеться не удастся. Они нам все припомнят! Малх, наверное, просто рехнулся, если надеется долго держать их в кулаке. Ладно, это будут уже твои заботы, а сейчас давай подумаем над тем, что нам с тобой нужно сделать, чтобы твое избрание прошло без больших потрясений.

      – Ну и что сказал король? – с нетерпением спросила Ира, увидев Сантора, который только что вернулся от Аниша.
      – Он сказал «наконец-то», – ухмыльнулся воин.
      – Ему легко так говорить! – возмутилась девушка. – Как будто у нас оружие в обмен на золото продают на каждом углу! Пусть скажет спасибо, что его золотом заинтересовались в моей собственной стране. Если бы я все делала так, как намечала раньше, он еще долго не увидел бы этого оружия!
      – Он скажет спасибо! – засмеялся Сантор. – А вы, миледи, не понимаете шуток.
      – Смотря какие шутки. Ладно, говори, что он передал.
      – Он поблагодарил за приятное известие и сказал, что постарается найти место для показа нового оружия так быстро, как это будет возможно. Нам с вами не надо ехать во дворец. В последнее время королем сильно интересуются жрецы Ашуга, поэтому он не хочет, чтобы вас слишком часто видели в его обществе. Мы поедем в нужное место сами, король только пришлет своего человека. Это будет уже после обеда, раньше просто не успеют.
      – Значит, будем отдыхать. Владимир, сейчас покажешь мне, как разбирать автомат. И дай мне инструкцию, я ее почитаю сама, а если чего-то не пойму, тогда спрошу, пока ты здесь.
      – А когда думаешь меня возвращать? – спросил капитан.
      – Когда отстреляемся, возьмем у короля в качестве аванса немного золота, и я тебя вместе с ним отправлю в тот ангар прямо из особняка, а сама приду на следующий день. Если к тому времени успеете приготовить первую партию оружия, я ее переправлю прямо сюда, а заодно сразу же расплачусь заранее подготовленным золотом. Надеюсь, что вместе с этим оружием пришлют и тебя. Инструктор будет нужен сразу, а с тобой легко работать. Готовься, что я за тебя сразу же возьмусь. Я не собираюсь быть переводчиком, а тебе будет трудно учить солдат без знания языка. Я подготовлю список из трех-четырех сотен самых употребляемых слов, и ты его за два дня выучишь. Заодно расскажу об основах грамматики, а потом немного потренируешься на моих слугах, чтобы не смеялись солдаты. Учить все будешь при помощи одного зелья. Оно ускоряет запоминание по меньшей мере раз в пять, а то и больше, но очень противное на вкус. Хочу спросить. Помнишь, когда завтракали, я тебя знакомила с молоденькой девчонкой лет пятнадцати?
      – Было такое, а что?
      – А то, что Лина на тебя запала. Ты, случайно, не женат?
      – Не женат, причем совершенно случайно. После училища собрался жениться, но не повезло: невесту отбил приятель. А может, и повезло. Насколько я знаю, что-то у них не ладится. Так ты мне ее сватаешь? Она же еще совсем ребенок.
      – Не сватаю, а просто хочу предупредить. Здесь для таких, как она, совершеннолетие наступает с тринадцати лет, а ей уже скоро будет шестнадцать. В жены я тебе ее отдавать не собираюсь, хотя женщина она золотая и может принести счастье в дом любого мужчины. Но у вас ее в лабораториях разберут на части и каждую часть засекретят. К тому же мы с этими людьми генетически несовместимы, поэтому у нее от тебя не будет детей. Но именно поэтому я не буду возражать, если она найдет в твоем обществе хоть немного тепла, естественно, если захочет сама. Я ее насчет тебя предупрежу. И будь с Линой поласковее, у нее в жизни было мало хорошего.
      Предупрежденный Ирой Владимир заметил за обедом, что Лина действительно то и дело на него смотрела, а когда их взгляды встречались, сразу вспыхивала румянцем. Все признаки были налицо, но он знал, что сегодня уйдет, и не был уверен в том, что попадет сюда еще раз, поэтому девчонку было жалко. Вскоре после обеда прискакал один из сержантов королевской стражи, с которым и выехали на испытания. Кроме Сантора и Владимира, с Ирой поехала и Аглая, которая не захотела оставаться дома. До места добирались с час. Пока ехали, Ира задала Владимиру несколько вопросов.
      – Я не разбираюсь в технике, поэтому хочу проконсультироваться у тебя. Вот как мне лучше сделать, чтобы здесь было электричество? Не дома – это будет слишком бросаться в глаза, а в замке.
      – А для каких целей?
      – Хотя бы для того, чтобы послушать музыку, да и для других бытовых надобностей. У меня без него нет проблем только с освещением.
      – Если только для музыки, то проще взять кассетный магнитофон с питанием от батареек. А если и для других нужд, то лучше всего дизельный мотор с генератором. В замке есть подвал?
      – Огромный.
      – Вот туда и поместить. А заодно взять к нему запас солярки, и вывести наружу вытяжную трубу, чтобы не задохнуться.
      – Бочки не пройдут во врата.
      – Не обязательно бочки, горючее можно хранить в больших канистрах. Это даже удобнее. Можно взять отечественный, а можно попросить импортный. Для вас достанут.
      – А какой лучше?
      – Импортный, – не задумываясь, ответил Владимир. – Они гораздо надежнее, да и горючего потребляют меньше. Наши менее привередливые к качеству горючего, но без механика долго работать не будут. А если поставите американский и будете осуществлять минимальный уход, которому легко научить даже обезьяну, проработает у вас лет двадцать, а то и больше. Мой отец, когда уходил на гражданку, прихватил из части списанный фордовский движок, из тех, которые нам поставляли по ленд-лизу. Двигатель всего десять лошадей, но деревянную лодку тянет на все пятнадцать и жрет мало бензина.
      – Вот и передай мою просьбу руководству. Мы не будем бесконечно покупать оружие, а нужду в золоте можно покрывать и за счет других товаров. Я, конечно, не король, но и у меня немало золота. Мне, вообще-то, много чего нужно. Когда я собиралась в Америку, подумала, что неплохо было бы там прибарахлиться. Мне, например, нужны большие зеркала. Здесь они очень плохие. Зеркала можно продавать местным за золото. Мое положение не позволяет заниматься торговлей, но можно найти посредника. Я бы и продуктов подкупила. Знаешь, как скучала по халве или подсолнечному маслу? Сахара здесь тоже нет, только мед и засахаренные фрукты. Одним словом, я вам готова помогать по мере сил, но и вы должны обо мне заботиться. И скажи, что буду благодарна, если тете дадут нормальную квартиру. Если нужно, могу за это приплатить. Для меня ее семья – единственные родные люди, а к ним даже на день заехать нельзя, сидят в своей квартирке, как сельди в бочке. И еще одна просьба. Я видела у тебя под кофтой кобуру. Там большой пистолет?
      – Не очень. Там у меня пистолет Макарова. Надежное оружие, но дальше, чем на двадцать метров я бы из него без необходимости не стрелял. Но патрон серьезный и средневековые доспехи должен пробивать.
      – Мне тоже нужен какой-нибудь пистолет из тех, которые поменьше размером и полегче. Магию не всегда быстро применишь, тем более против другого мага, а все время носить автомат тяжело, да и видно. Пусть там подумают, что для меня будет лучше. Вы сами должны быть заинтересованы в моей безопасности.
      – Я все передам, – пообещал Владимир. – Вот ты только что говорила, что семья тети для тебя единственные родные люди. А как же мать?
      – Не знаю. Я ее родной и близкой уже давно не помню. Вот нет ее, и я о ней вообще не вспоминаю. У меня не осталось каких-то светлых воспоминаний, связанных именно с ней, только с отцом. Когда ее освободят, я ей помогу, но любви у меня к ней не осталось.
      – Миледи! – окликнул ее сержант. – Я прошу меня извинить за то, что вмешиваюсь в ваш разговор, но мы немного задержались, и надо бы ехать быстрей. Будет нехорошо, если мы заставим короля ждать.
      – Конечно, сержант, – ответила Ира. – Вы можете ехать, как считаете нужным, а мы от вас не отстанем.
      Они перешли с рыси на галоп и уже минут через пять, обогнув невысокий холм, увидели группу всадников, среди которых Ира узнала Аниша и его брата. Подъехав, она со всеми поздоровалась и представила Владимира, как бойца своего мира. Ей, в свою очередь, представили двух вельмож, которых она не знала. Один оказался канцлером, а второй – командующим королевской армией. Остальные были просто охраной из гвардии.
      – И где мишени? – спросила она у короля.
      – Вон пасутся, – махнул рукой Аниш в сторону стада в полсотни голов, которое бродило по лугу метрах в ста от них. – Быки предназначены на убой, так что мы просто облегчим работу забойщикам. Подъедем ближе?
      – Владимир, – сказала Ира капитану, – сможешь с этой дистанции расстрелять все стадо? Или нужно подъехать поближе?
      – Минуты на две работы, – ответил он. – Только нужно слезть с лошадей и отвести их немного назад. Они непривычны к стрельбе и могут испугаться.
      – Этот воин говорит, что без труда справится и отсюда, – перевела Ира королю. – Можно отойти дальше, но тогда понадобится больше болтов, и животные будут страдать. И всем лучше спешиться. Наше оружие сильно шумит, и лошади могут испугаться.
      Все спешились, и гвардейцы отвели лошадей к небольшой роще, где и привязали к деревьям. Владимир вышел немного вперед, вытащил из сумки несколько магазинов и положил их рядом, потом опустился на одно колено, передернул затвор и навел автомат на цель. Все вздрогнули от грохота выстрелов и перевели взгляды на стадо. Владимир стрелял небольшими очередями по три-четыре патрона, целясь животным в голову. Как правило, правки не требовалось. Быки валились на землю один за другим. В панике стадо начало разбегаться. Убежать не удалось никому, и через две-три минуты после начала стрельбы весь луг был усеян тушами погибших животных.
      – Впечатляет, – сказал Аниш. – Этим оружием могут пользоваться и другие?
      – Пользоваться им нетрудно, – Ира сняла с плеча свой автомат и привела его в состояние готовности к стрельбе. – На небольшом расстоянии можно стрелять почти не целясь. Смотрите.
      Она навела оружие на груду камней у дороги и дала очередь. Во все стороны полетели осколки камней, несколько пуль рикошетом с визгом прошли в опасной близости от них, заставив всех вздрогнуть.
      – Можно мне попробовать? – спросил Аниш.
      – Пожалуйста, ваше величество, – Ира протянула королю автомат. – Только надо быть осторожным и не направлять это оружие в сторону людей, если это не противники. Вообще-то, обращению с этим оружием, как и с любым другим, нужно учиться. Просто это изучается очень легко. Наведите ствол на цель и нажимайте на эту штуковину, но держите все крепко в руках. У него, как и у арбалета, есть отдача, но здесь она сильнее.
      Король, и все, кто с ним приехал, кроме охраны, вошли во вкус и остановились только тогда, когда расстреляли все боеприпасы.
      – Нужно зарыть гильзы, – сказала Ира генералу. – Вот эти медные штуки. Можно и собрать, но это будет дольше. Если за его величеством следят, не стоит раньше времени раскрывать, чем мы занимаемся. А в тушах должно быть полно пуль. Их тоже неплохо собрать при разделке и где-нибудь закопать.
      – Я распоряжусь, – ответил генерал. – Скажите, баронесса, как быстро войска смогут получить такое оружие?
      – Это будет зависеть от того, сколько вам его нужно. Я бы вооружила автоматами две сотни ваших солдат и всю охрану короля. Этого достаточно, чтобы разгромить любую армию, а контролировать оружие будет легче. Не хочется, чтобы эти штуки оказались у наших врагов. Лично я тогда не чувствовала бы себя в безопасности.
      – Разумно, – согласился генерал. – И как быстро можно достать эти две сотни?
      – Если меня снабдят золотом, для того чтобы расплатиться за эту демонстрацию, я сегодня же отправлю этого бойца в мой мир, а через день пойду за первой партией оружия. Я думаю для надежности переправлять его сюда небольшими партиями по двадцать штук. С учетом боеприпасов больше через врата за один раз не пронесешь. Да и расплачиваться мне будет легче по частям. Вместе с оружием пришлют человека, который будет обучать солдат. Только я его сначала хоть немного научу языку, чтобы от обучения было больше толку.
      Ира не стала говорить об оставленных в замке автоматах, решив, что они ей пригодится самой.

      – Сколько золота привез ваш Новиков? – спросил председатель Комитета, обращаясь к начальнику управления К внешней разведки.
      – Три с половиной килограмма, Юрий Владимирович.
      – Это за десять устаревших автоматов и несколько цинков с патронами? Сколько всего оружия им нужно?
      – От Волковой поступила заявка на три сотни автоматов, ну и, понятно, на боеприпасы. Кроме того, она просит лично себе компактный ствол. Выбор оставила на наше усмотрение. Мотивирует тем, что не всегда сможет успеть применить эту их магию.
      – Значит, все-таки магия? Что говорит Новиков?
      – У Волковой в собственности большой замок в лесной местности. Сейчас в нем ведутся строительные работы. Кстати, она просит нас поставить ей импортный дизель с генератором и запасом горючего. Она, помимо оружия, многое хочет купить и собирается расплачиваться золотом. Подкинула нам идею продажи зеркал и других товаров местной знати за то же золото через посредника. Сама она баронесса и не может пачкать свою репутацию торговлей. В замке капитан сталкивался с мощными светильниками, не имевшими видимого источника питания. По словам Ирины, светят некие демоны, которых это заставляет делать магия. Больше он там магии не видел, кроме одного случая. Конюх Ирины поранил себе руку. Так вот, довольно глубокая рана на глазах капитана затянулась за несколько минут. Лечила сама Ирина магией. Она сказала, что магией можно лечить почти все болезни, и на такое лечение уходит немного времени.
      – А что с испытанием оружия?
      – Пригнали с полсотни быков, которых капитан расстрелял со ста метров. Потом король и его свита забавлялись, как мальчишки, пока не расстреляли весь наличный боезапас. Король капитану понравился. Да вы сами можете посмотреть фотографии. Это Ирина у замка, это она же в особняке, вот ее приемная мать, а это девушка-вампир.
      – Вампир?
      – Почти такой же, как в наших легендах. Привезены в тот мир из какого-то другого. А эти фотографии сделаны уже в королевском дворце. До Лувра ему далеко, но на капитана впечатление произвел. Его, кстати, повели в хранилище золота. Он не смог оценить, сколько его там, сказал, что очень много, так что Волкова нам не врала.
      – А она вам хоть в чем-то врала? Я не видел ее лично, но мне довольно и фотографии. Честная и порядочная девочка. Думаю, что ей досталось не только в этом, но и в том мире. Сила и власть только в сказках достаются дуракам, в жизни за все нужно бороться. Вот что, Дмитрий Федорович, идите по возможности навстречу всем пожеланиям этой девушки. Обеспечьте ее всем, что она просит, и предложите то, о чем она попросить забыла. Ирина слишком для нас ценна, поэтому обратите особое внимание на ее безопасность. Предложите ей наших телохранителей. И еще у меня будет к ней личная просьба. Когда закончите с оружием, я бы хотел с ней встретиться. Что-то наши эскулапы меня не могут вылечить.
      – А если она на вас воздействует?
      – А смысл? Она умная девушка и ничего не делает просто так. К этому времени она убедится, что дела с ней ведут честно. А пытаться на кого-то воздействовать с риском прервать выгодное для нее сотрудничество... Зачем, когда и так все дают? Сколько накопителей смогут изготовить из привезенного золота?
      – Физики пока не могут точно сказать, еще только идет обкатка опытного образца. Если примерно, то с полсотни, а один такой накопитель сможет десять часов двигать танк. Если золота будет много, со временем можно будет перевести на электрическую тягу все не имеющие атомных силовых установок боевые корабли, а это почти полная автономность.
      – Придется срочно наращивать энергоресурсы, – Андропов сложил фотографии в пакет, оставив себе одну с Ириной. – При массовом внедрении накопителей нам не хватит имеющихся электростанций. В серебре ничего не нашли?
      – А ее фляга сделана не из серебра, она только на вид серебряная. Это какой-то металл, не предусмотренный нашей таблицей Менделеева. По своим свойствам он ближе к платине. Его тоже испытали в криогенных установках, но такого эффекта, как с золотом, нет. Но химики говорят, что его можно использовать как сильный катализатор. А находившийся во фляге отвар поставил на уши медиков. По их словам, действие у него совершенно фантастическое. Сейчас пытаются синтезировать основные компоненты. А Новиков еще принес образцы флоры биологам. Некоторые почти идентичны нашим, другие не имеют у нас аналогов. Различия на атомарном уровне те же самые.
      – Вы подготовили первую партию оружия?
      – Да, конечно. Все готово, ждем Ирину. С ней опять пошлем Новикова. Кажется, ему там понравилось.
      – Смотрите, чтобы ваш капитан там не влюбился и не остался.
      – Ирина утверждает, что мы с тем человечеством генетически несовместимы. Общего потомства быть не может.
      – Значит, она со временем придет сюда искать себе мужа. За мать не просила?
      – Нет, просила за тетку, чтобы той дали больше квартиру. Вопрос находится в стадии решения. А к матери, по словам капитана, у нее больше любви нет.
      – Что там решать, выдайте ее родственникам нормальную квартиру! А мать... Это как же нужно было довести ребенка, чтобы потерять ее любовь? Раз она сама не просит, то и мы не будем делать ненужных телодвижений. Пусть отсиживает все, что заслужила.

      – Подойдите, Ном! – новый верховный жрец Ашуга Аллий Сакт поманил к себе рукой невзрачного на вид жреца. – Вы снимаетесь с прежнего задания. За королем присмотрят другие, а для вас есть задание поважней. Объявилась некая Райна Албени. Она последняя каким-то чудом уцелела из той ветви рода Албени, которую выкорчевали псы нашего магистра. Эта Райна полсотни лет пряталась по лесам и самостоятельно изучала магию. Попустительством богов она при этом не сдохла, а приобрела квалификацию мастера. Она нас ненавидит и при случае попытается отомстить. С нашей стороны было бы глупо предоставить ей такой случай, поэтому нужно помочь старушке встретиться с остальной семьей. Вот это богоугодное дело вам и поручается выполнить. Учтите, что в столице она по приглашению короля, на которого сейчас работает. В особняке, из которого она почти не выходит, находится охрана от короля. Охранников всего двое, но это мастер-воин и девушка-шура. Временами там же появляется ее приемная дочь, которая тоже является мастером. Дело осложняется тем, что мы не можем действовать открыто. Для нас еще не пришло время ссориться с королем, поэтому все должно быть проделано так, чтобы ничего не указывало на нас, как на исполнителей. Вам все ясно?

      – Я получил от вас первую партию оружия, – Аниш пододвинул Ире вазу с засахаренными фруктами, отдаленно напоминающими финики. – Когда вы собираетесь идти за второй?
      – Я больше не буду носить оружие в свой особняк, – ответила девушка. – Неудобно, да и ненужный риск. Приготовьте комнату во дворце, куда нести оружие, и оставьте в ней такую же партию золота. К завтрашнему дню все сделаете? Вот я завтра с утра и приду. Потом будем это повторять каждый день, пока не получим все, что надо.
      – Вы не доверяете своим соотечественникам, Рина?
      – Теперь доверяю, но за один раз не получается передать большую партию груза. Не из-за его веса, просто трудно долго держать врата, а их еще приходится открывать вторично для передачи золота. И я не могу себе позволить потратить все силы. Мало ли что может случиться.
      – А что с вашим наставником?
      – С инструктором? Учит язык и вспоминает недобрыми словами нашу Райну, которая готовит ему отвар для улучшения памяти. Я его понимаю: сама в свое время выпила столько этой дряни...
      – А что это у вас на поясе в кожаном чехле?
      – Это такое же оружие, как и то, которое я доставляю вам, только маленькое.
      – Покажете?
      Ира расстегнула кобуру и достала из нее АПС. Когда Новиков передал эту пушку, она сначала рассердилась.
      – Я просила что-нибудь небольшое, а ты что принес?
      – Ты не шуми, а вначале послушай, – перебил ее Владимир. – Да, этот ствол тяжелее моего ПМ, но он намного лучше. Во-первых, здесь двадцать патронов, а в ПМ только восемь. Прицельная дальность стрельбы у него в три раза больше, а по скорострельности их трудно сравнивать. Им можно даже стрелять очередями. У меня такой пистолет, потому что это вспомогательное оружие. Мое основное оружие – это автомат. А тебе решили дать ствол посерьезнее. Патронов у тебя для него целый ящик, так что будет с чем тренироваться. Кобуру для тебя специально переделывали, штатная не очень удобная.
      – Он легче автомата, – сказал Аниш, подбрасывая пистолет в руке. – Стреляет так же далеко?
      – Осторожно! – Ира отобрала у короля пистолет и сунула его обратно в кобуру. – Он хоть и на предохранителе, но это все-таки боевое оружие! А стреляет он совсем недалеко, всего на две сотни шагов. Мне его дали, чтобы могла себя защитить, если почему-то не смогу или не успею применить магию.
      – Сможете достать такие же?
– Десятка хватит? Тогда я их включу в следующий заказ. Сейчас я вратами уйду домой и вернусь завтра примерно в это же время. Надеюсь, что у вас все уже будет готово. Аниш, я вас попрошу поручить кому-нибудь перегнать в особняк моего коня.

                                                                        Глава 16

      Ном был убийцей магов. Среди жрецов Ашуга не было единства, и Орден псов не спешил делиться с Храмом своими секретами, поэтому жрецам Храма многое пришлось постигать самим. Псы травили мастеров, наваливаясь на них большими силами, и не гнушались использовать солдат короля. Все захваченные книги свозились в Храм, где была и резиденция Ордена, но самих жрецов поначалу к новым знаниям не допускали, и только после того как в процессе изучения книг погибли несколько боевых жрецов Ордена, по личному приказу верховного жреца часть книг отдали Храму. И псам Ордена, и жрецам Храма так и не удалось полностью разобраться со всеми знаниями мастеров, но часть высшей магии они освоили. Псам этого оказалось достаточно, жрецы пошли дальше. Мастера обменивались между собой знаниями, но далеко не всеми. Часть знаний каждая семья считала своими секретами и не передавала в общее пользование. Получив в свое распоряжение все секретные знания, жрецы смогли кое в чем продвинуться дальше их прежних владельцев. Сильных магов среди них было мало, поэтому основной упор был сделан на создание артефактов и приемов, позволявших обычному человеку сражаться с магом на равных.
      Ном попал в Храм еще мальчишкой. Это было почти сорок лет назад, когда кое-где в королевстве еще жили семьи мастеров, которые по разным причинам не покинули родовые гнезда. Видимо, рассчитывали, что если совсем припечет, то они смогут уйти вратами. Глупцы! Псы давно уже научились блокировать создание врат, захватывая мастеров в их замках и уничтожая вместе с немногочисленными дружинами. Жрецы Храма тогда объезжали деревни в поисках детей с магическим даром. Дар у Нома был, хоть и небольшой, и его купили у семьи за несколько серебряных монет. А дальше для мальчишки начался ад. Наставники увеличивали его резерв самыми живодерскими способами, которые давали немалую экономию времени. Они нещадно гоняли хилого мальчишку, добиваясь нужной гибкости его нескладного тела и роста мышц.
      – Ты пока никто, – говорил Ному один из них, – и зовут тебя никак. Если хочешь хоть чего-нибудь добиться в жизни, забудь про слезы и делай то, что тебе говорят.
      Ном очень старался и со временем стал одним из лучших, а сейчас считался самым лучшим. За последние десять лет он не провалил ни одного задания. Хоть он и числился убийцей магов, но выполнял для Храма самые разные поручения, а своего последнего мага в ранге мастера убил три года назад в соседней Ливене. Сбежавший из Тессона мастер не сделал надлежащих выводов из гибели своей семьи, поэтому Ному не составило большого труда его найти, убить и привезти в Храм магические книги.
      Новое задание Ном не посчитал трудным, но, как всегда, подошел к делу основательно. Он два дня изучал особняк и всех его обитателей, прежде чем придумал способ в него проникнуть. В конюшне имения было много лошадей, которым раз в три дня у одного и того же торговца покупал овес и сено еще крепкий старик по имени Гарт. Все это Ном узнал вчера у конюха, который отвозил корма в имение. Сегодня был день приезда Гарта, поэтому Ном приготовил все, что нужно, и рано утром подошел к дому продавца. Дождавшись приезда старика, Ном зашел во двор, подошел к конюшне и вырубил конюха ударом кулака, после чего не без труда затянул тяжелого мужика на сеновал, где и оставил. Час, а то и на два, будет без сознания, а Ному этого времени хватит. Он не любил убивать без необходимости. Минут через пять пришел покупатель и распорядился погрузить три мешка с овсом и пять охапок сена. Пока Гарт ходил к коновязи за своим жеребцом, Ном погрузил все необходимое в телегу и вывез ее за ворота. До особняка мастеров ехали недолго. Гарт спешился, зашел в калитку и открыл Ному ворота. Оставив повозку здешнему конюху разгружать корм, Ном быстро пошел в сторону дома, открыл входную дверь и зашел внутрь. Убийце везло: ему никто не встретился до самых комнат хозяйки, которую он чувствовал с помощью поискового амулета. Ному даже не пришлось самому открывать дверь в ее комнату, ему ее открыла изнутри молоденькая девушка, которая в недоумении замерла при виде незнакомого человека. Один удар пальцем в нужную точку, и он подхватил обмякшее тело и быстро занес внутрь первой комнаты, где никого не было. Ном прислушался. В соседней комнате скрипнула кровать. Старуха была там, но, благодаря одному из амулетов, не почувствовала присутствия постороннего. Усмехнувшись, он открыл дверь в ее спальню.

      Ира получила очередную партию оружия, расплатилась золотом и хотела поговорить с королем, но внезапно почувствовала боль и страх. Она почему-то сразу поняла, что это чувства Райны и, открыв врата в коридор особняка, бросилась в покои наставницы. В гостиной у стены лежала Лина, а дверь в спальню была приоткрыта. Распахнув ее, Ира одним взглядом оценила обстановку. Райна была еще жива. Она лежала на своей кровати и задыхалась, а возле стола стоял неприметный с виду человек в простой одежде и укладывал в сумку книги. При виде Иры он замер с выражением досады на лице, а потом двинулся к девушке. Как по волшебству, в его руках появились два коротких узких клинка. Не думая, Ира выхватила пистолет, сняла с предохранителя и два раза выстрелила в незнакомца. Его отбросило на стол, с которого он повалился на пол и остался лежать неподвижно.
      Девушка подбежала к Райне и быстро ее осмотрела. Страх мешал думать, но она справилась с паникой и принялась за лечение. На теле наставницы не было ни царапины, но сердце закрывало видимое лишь внутренним зрением красное пятно. Оно бросало отростки во все части тела, быстро увеличиваясь в размерах. Ира не поняла, что это за дрянь, поэтому сделала единственное, что пришло в голову, – начала вливать в Райну свою силу. Рост пятна замедлился, но и только. Опять навалились страх и безнадежность. Уходил из жизни единственный по-настоящему родной и близкий человек, женщина, которая отдала ей все, что только могла, и любившая ее так, как матери любят своих детей.
      – Мама, не умирай! Что мне сделать? Я не знаю, как с этим бороться!
      Райна сделала усилие и открыла глаза. Видя, что она хочет что-то сказать, Ира наклонилась к ее лицу.
      – Наконец-то, – еле слышно прошептали посиневшие губы. – Я думала, что уже никогда не дождусь от тебя этих слов. Я ухожу и оставляю тебя одну, без помощи и поддержки. Не печалься, если бы не этот жрец, я бы прожила всего несколько дней. Береги себя, доченька, теперь все на тебе.
      По телу Райны прошла короткая судорога, и для нее все кончилось. Ира вытерла льющиеся слезы и повернулась к дверям в спальню, за которыми столпились все обитатели особняка, примчавшиеся на грохот выстрелов.
      – Что с Линой? – спросила она.
      – Была без сознания, Вольдер уже привел ее в чувство, – ответил Сантор. – Помощь не нужна?
      В особняке Вольдером называли Владимира.
      – Нет, я все сделаю сама, закройте двери. – Ира повернулась к лежавшему без сознания убийце. Горе и страх перешли в ненависть. Короткий осмотр показал, что, как она и хотела, пули раздробили убийце плечевые суставы. Он потерял сознание от болевого шока, а под телом натекла большая лужа крови. Ира быстро затянула ему раны, чтобы не умер раньше времени от кровопотери, заблокировала боль и отдала немного силы.
      – Можешь открыть глаза, – сказала она жрецу. – Хотя я тебя не чувствую из-за навешанных амулетов, но прекрасно знаю, что ты в сознании. Будешь притворяться и дальше, верну боль.
      Он вздрогнул и открыл глаза.
      – Ты убил самого близкого мне человека, и теперь умрешь сам, – сказала ему Ира. – Это не обсуждается. А вот умереть можешь по-разному: или тихо и безболезненно, или долго и в муках. И заблокировать боль у тебя не получится, не надейся!
      – Чего ты хочешь?
      – Откровенных ответов на все мои вопросы.
      – И ты обещаешь мне тихую смерть?
      – Тебе – да. Ты просто исполнитель. А вот тому, кто тебя послал, я постараюсь причинить много боли.
      – Я буду отвечать.
      – Подожди! – она нагнулась к жрецу и сняла у него с шеи несколько разных предметов, висевших на одном шнуре. – Так лучше. Теперь я тебя чувствую и смогу определить ложь. Начинай исповедоваться.
      – Я жрец главного храма Ашуга. Послан верховным жрецом убить мастера Райну Албени.
      – А меня?
      – Насчет вас никаких указаний не было.
      – Я могу попасть в ваш храм вратами?
      – Нет, там стоит защита. Вам не удастся стабилизировать врата, а защита поднимет тревогу.
      – Опиши мне в подробностях, как лучше пройти от центрального входа в покои верховного жреца. Он ведь живет в них?
      – Пока еще нет. Когда высшие выберут настоятеля главного храма, тогда Аллий Сакт перейдет в покои верховного, пока он в своих собственных.
      – Вот и рассказывай, как туда добраться, а заодно и про дорогу к покоям магистра. Попутно просвети меня насчет того, какая в них охрана.
      Выслушав его объяснения, Ира кивнула, взяла в руку лежавший на постели пистолет и выстрелила жрецу в сердце.
      – Уберите куда-нибудь тело, – сказала она вбежавшему в спальню Сантору. – Я иду вратами в замок и там сама похороню мать. Сопровождать меня не нужно.
      Она открыла врата, взяла тело Райны на руки и вошла в свои комнаты. Положив наставницу на кровать, Ира открыла входные двери и после недолгих поисков нашла управляющего.
      – Виктор, мне от вас нужна помощь, – сказала она в ответ на его приветствие. – Ваша госпожа и моя приемная мать умерла и находится здесь в замке. Ее нужно пристойно похоронить, а я не знаю, как это сделать. Не возьмете это на себя?
      – Почту за честь оказать вам помощь и отдать долг миледи Райне! – поклонился Виктор. – А вы разве не будете присутствовать?
      – Нет, не буду. Потом покажете мне место захоронения, и мы вместе подумаем над тем, что там нужно сделать. Возьмите людей, чтобы забрать тело. Оно лежит в моих комнатах, а мне нужно уходить. Дверь я не могу оставить открытой, там есть слишком опасные вещи.
      – Сейчас все сделаем, миледи, – заторопился управляющий. – Может быть, пока мы все приготовим, перенести госпожу в ее комнаты?
      – Действительно, – Ира потерла рукой лоб. – Что-то я стала плохо соображать. Сейчас я перенесу мать и оставлю вам ключи. Двери в ее комнаты потом закроете сами, а я иду в башню.
      Девушка открыла своими ключами покои Райны и перенесла ее в них. Вернувшись в свою гостиную, она вытащила из сундука два магазина к пистолету и несколько коробок с патронами. Распаковав патроны, Ира быстро набила ими магазины, дозарядив заодно и тот, который был в пистолете. Немного подумав, она ссыпала оставшиеся патроны обратно в сундук и решила не брать с собой автомата. Четырех магазинов, с учетом того, который был закреплен на поясе, должно было хватить с лихвой. Чтобы не бродить в темноте и не пользоваться факелами, Ира решила пожертвовать одним шаром с радужными демонами. Посмотрев по сундукам, она нашла и закрепила на поясе кинжал. В башне девушка положила шар на стойку, отыскала мешочек с камнями Сорга и положила их в нужные места рисунка. Закончив, она представила Страшилу и начала ритуал призыва. Вспыхнуло и растеклось по рисунку пламя, завыл ветер, бросивший в лицо девушки мелкую черную пыль, и врата открылись.
      – Приди, Страшила! – закричала она, пригибаясь под порывами ветра, который набрал почти ураганную силу. Шар, в котором уже не было демонов, сдуло со стойки и вдребезги разнесло о стену башни.
      «Что-то я делаю не так!» – мелькнула и пропала мысль.
      Врата закрылись, и ветер мгновенно стих. В потемневшей башне в центре рисунка стоял Зверь.
      – Страшила? – неуверенно спросила Ира.
      – Он самый, – прозвучало у нее в голове. – А ты подросла и набралась сил. Нужна моя помощь?
      – Что это был за ветер? – спросила она. – У меня чуть не сдуло башню. В прошлый раз такого не было.
      – Буря, – ответил Страшила, и ей показалось, что он мысленно пожал плечами. – Ты просто совершила ритуал призыва не в самое удобное время. В такую погоду мы стараемся не высовывать нос из жилищ. Так какая во мне нужда?
      – Жрецы одного из богов убили мою приемную мать. Я хочу отомстить их верхушке, но сама не смогу пробиться к ним в храм. Я не знаю ориентиров для постановки врат, и у них там какая-то защита от проникновения. Райна мне говорила, что стены для тебя не препятствие. Отомстить я могу и сама, помоги к ним попасть.
      – У жрецов наверняка есть своя магия, как ты собираешься справиться одна?
      – У меня есть оружие моего мира. Я не идиотка, чтобы идти к ним, полагаясь только на свою магию.
      – Это интересно. Я помогу туда проникнуть и пойду с тобой дальше посмотреть, что ты будешь делать, а при необходимости помогу уйти. Только тебе нужно вывести меня к их храму. Можешь показать его образ?
      – Да, я его видела.
      – Достаточно, я уже запомнил. Ты готова?
      – К чему?
      – Сейчас я перенесу нас к этому храму и тотчас же проникну внутрь. Люди на площади ничего не успеют заметить. А ты должна быть готова к встрече с врагами.
      – Подожди! – Ира вытащила пистолет, поставила флажок предохранителя на одиночный огонь, отвела затвор в крайнее заднее положение и отпустила. – Все, я готова!
      – Прикрой глаза. Хоть мы будем на солнце всего мгновение, после мрака башни можешь на время ослепнуть. Когда станет темнее, тогда и открывай.
      Сквозь прикрытые веки по глазам ударила вспышка света, сменившаяся мерцанием развешанных в коридоре храма светильников. Она плохо видела Страшилу, но сама была прекрасно видна из-за светлого платья.
      «Злость – плохой советчик, – подумала девушка. – Надо было надеть более подходящий наряд!» – Ира поняла, что они стоят в центральном коридоре храма, и быстро определилась с направлением.
      – Пошли быстрей, – сказала она Зверю. – Я знаю куда идти. Надо поспешить, пока никого нет.
      – Живые здесь есть, – сказал ей Страшила, – но они недавно поели и отдыхают. Если кто-то будет сюда идти, я предупрежу.
      Увидев приметную нишу в стене, Ира отсчитала третий поворот и свернула в боковой проход, ведущий в апартаменты верховного магистра Ордена. Они вовремя убрались из центрального коридора, в котором послышались звуки шагов нескольких людей и громкий разговор. Девушка добежала до нужной двери и рывком ее распахнула. Сидевший в кресле жрец недоуменно оглянулся и, увидев ее, с презрением сказал:
      – Ты перепутала двери, блудница! Это покои Великого магистра, пошла прочь!
      Максимально ускорившись, она подбежала к креслу и смахнула жрецу голову кинжалом, моментально отпрянув от ударившей из среза струи крови.
      – Это и есть твое оружие? – удивленно и, как показалось Ире, разочарованно произнес Страшила.
      – Это обычный кинжал. Мое оружие слишком сильно шумит. Если я его сейчас использую, придется сразу же уходить, а мне здесь нужно еще кое-кого посетить. Не мешай, пожалуйста. Это был не сам магистр, тот намного старше.
      – Я чувствую, что соседней комнате есть кто-то еще.
      – Ты бы лучше сказал, почему не почувствовал тех в коридоре? – Ира подошла к следующей двери и распахнула ее настежь.
      – Даже не знаю, что ответить. Я их почему-то не почувствовал. Послушай, неужели ты действительно собираешься убивать это? – Зверь показал лапой в сторону кресла у камина, в котором сидел высохший, как мумия, старик, укрытый несколькими шерстяными одеялами.
      – Я обещала матери и убью его в любом случае.
      – Этим ты только поможешь ему прервать тягостное существование.
      – Может быть, – согласилась Ира, – но обещания нужно выполнять. Да и его преемнику будет урок.
      Увидев на пороге своей комнаты девушку с кинжалом в руках, из-за которой выглядывала страшная морда Зверя, старик тонко заверещал и попробовал от них отодвинуться, но только чуть не свалился с кресла. Подойдя вплотную к магистру, Ира вонзила ему в грудь кинжал, пришпилив к креслу.
      – Теперь можно не прятаться и пустить в ход то оружие, о котором я тебе говорила. Стены здесь очень толстые, так что я в любом случае всех сразу не переполошу.
      Они почти дошли, когда из бокового коридора вышли двое жрецов. Увидев Иру и Зверя, они на мгновенье застыли и дали себя расстрелять. Следующая пуля досталась жрецу, который открыл дверь на шум выстрелов. Он упал в комнату, но в коридоре позади Иры открылись сразу несколько дверей, из которых выбегали другие жрецы, и кто-то из них уже начал творить заклинание. Обернувшись, она открыла беглый огонь и мигом перебила большую часть жрецов, заставив остальных броситься обратно в помещения. Тем временем Страшила с разбега высадил нужные двери и ударил хвостом двух жрецов, решивших посмотреть, что нарушает тишину послеобеденного отдыха. Удар убил обоих, отбросив на стену уже мертвые тела. Открылась дверь во вторую комнату, и из нее выбежал молодой жрец с двумя мечами в руках. Увидев зверя, он бросил мечи и попытался убежать, но Страшила сбил его с ног когтистой лапой, после чего жрец немного подергался и затих. Обежав Страшилу, Ира ворвалась в комнату и замерла, увидев в десяти шагах от себя еще не старого мужчину, который держал в руках меч и с улыбкой смотрел на девушку.
      – Так это ты подняла такой шум? – спросил он ее. – Ты ведь мастер Рина? Зря ты сюда пришла. В этих покоях не действует никакая магия, а в искусстве боя мне нет равных. Я оттачивал его почти сто лет. Тебя хотели использовать, теперь придется убить.
      Первый выстрел срезал ему часть пальцев на руке, в которой жрец держал меч. Двумя следующими она прострелила ему колени, заставив завыть и упасть на пол.
      – Жаль, что у меня нет времени вдумчиво с тобой побеседовать, – сказала Ира, наводя пистолет ему в голову. – Я не смогла бы выдирать тебе ногти или прижигать огнем, но ты бы все равно помучился.
      Три выстрела превратили голову верховного жреца в такое месиво, что Ира поспешно отвернулась.
      – Пора уходить, – сказала она Страшиле. – Сейчас за нас возьмутся всерьез.
      В следующее мгновение она оказалась в совершенно другом мире. Ира стояла на бархане, по щиколотки провалившись в песок. Перед ней расстилалась угольно-черная пустыня, по которой сильный ветер нес такие же черные струи песка. Небо было затянуто бешено несущимися тучами, раскрашенными во все оттенки красного. Ветер бил песком в лицо, давил на девушку, заставляя ее сгибаться под его порывами и отворачивать голову. Рядом стоял Страшила.
      – И как это понимать? – закричала Ира. – Куда это ты меня приволок?
      Воздух был сухой и горячий и драл горло.
      – Это мой мир. Я помог убить твоих врагов, теперь помоги мне ты.
      – И что я должна для тебя сделать?
      – У меня есть даже не враг, а как бы это тебе объяснить, чтобы поняла... Мне нужно подняться в нашей иерархии, а один родич мешает. Не то чтобы он был намного сильней, просто я связан словом и не могу убить его сам. Теперь понимаешь?
      – Разве у меня хватит сил убить такого, как ты?
      – В обычной ситуации не убьешь, но ведь и он это знает и совершенно тебя не опасается. Поэтому я подведу тебя к нему вплотную, и ты сможешь использовать оружие своего мира.
      – А если я откажусь?
      – Ты не можешь отказаться. Во-первых, мы с тобой связаны дружбой, и я тебе уже один раз помог, а во-вторых, это больше нужно тебе, чем мне. Убив его, ты сможешь выпить нашей крови. Без этого погибнешь, даже если я тебя сейчас же верну обратно. Пески нашего мира ядовиты для вашего вида, а наша кровь – прекрасное противоядие. И еще это великая сила. Выпив нашу кровь, человеческий маг становится многократно сильнее прежнего. Ты станешь сильнее раз в десять. Это предел, потому что человеческое тело не рассчитано на большее. После этого у тебя не будет противников в вашем мире.
      – Неужели совсем не будет?
      – Я имею в виду один на один. Толпой тебя, конечно, задавят.
      – Засранец! Подожди, я хотя бы перезаряжу пистолет и поставлю его на автоматический огонь. Стрелять в вас одиночными – это только даром переводить патроны. Все, сделала. А ты подумал, как я пойду по этому песку в туфлях?
      – Подумал. Сейчас мы переместимся к его логову так близко, как только можно, а дальше уже как-нибудь дойдешь. Туфли я тебе снимать не советую. В крайнем случае я тебя немного подвезу на себе, хоть это и позор.
Мир опять мигнул, но вокруг почти ничего не изменилось, лишь вдалеке показалась куча каких-то камней.
      – Это и есть логово того, кого нужно убить, – объяснил Страшила. – Дойдешь?
      – Постараюсь. Кажется, ветер стал чуть тише, – Ира заковыляла к камням, проваливаясь в песок на каждом шагу. – Хорошо, что у меня туфли на низком каблуке, а то точно пришлось бы идти босиком! И как вы можете здесь жить?
      – Наши глаза устроены по-другому. Мир, который кажется тебе черным и мрачным, для нас расцвечен во много цветов и оттенков. Да и вообще как может не нравиться родной дом?
      – И чем вы здесь питаетесь, песком?
      – Когда мы маленькие, питаемся песчаными червями. Из-за них я тебе не советовал ходить босиком: можно остаться без ног, да и все остальное тоже сожрут. А когда подрастем, охотимся уже в других мирах.
      – А что жрут ваши черви, когда нет босоногих девушек? – спросила Ира, с опасением поглядывая себе под ноги.
      – В этих песках много жизни. Прекращать болтать, мы уже подходим. Мы с тобой связаны, поэтому ты поймешь наш разговор. Стреляй, когда он откроет пасть, тогда наверняка убьешь.
      Хозяин логова почувствовал их приближение и встретил в сотне шагов от своего дома. Он слегка приоткрыл пасть и издал громкий низкий рык. Одновременно в голове у девушки прозвучал его вопрос, который услышал Страшила:
      – Что тебе понадобилось, младший в колене? И что здесь делает этот корм песчаных червей?
      Зверь был на полметра выше Страшилы, а его чешуя отливалась красным. При виде чудовища у Иры ослабли коленки.
      – Эта человеческая девушка хочет напиться твоей крови, старший, – почтительно, но, как показалось Ире, со скрытым ехидством ответил Страшила.
      – Ты! – заревел Зверь, широко разевая пасть. – Ты понимаешь, что мне только что сказал?! Да я сам сейчас вашу...
      – Стреляй! – заорал Страшила.
      Оглушенная его ментальным воплем, обмирая от страха, Ира вскинула пистолет и выпустила весь магазин в оскаленную пасть. Не глядя на результаты стрельбы, она лихорадочно перезарядила пистолет и только после этого перевела взгляд на Зверя, одновременно наводя на него ствол. Зверь лежал на песке, повернув набок развороченную морду. Отдачей у Иры повело пистолет и последние пули выбили твари левый глаз.
      – Сильное оружие! – радовался Страшила. – Хорошо, что я тогда с тобой подружился! Не теряй даром время! Его кровь уходит в песок, а скоро здесь все будет кишеть червями. Пей быстрее! Много не нужно, достаточно несколько глотков. Ну же! Или ты не хочешь жить?
      Ира вернула пистолет в кобуру, подбежала к оскаленной пасти Зверя и, внутренне содрогаясь от омерзения, припала к пулевым отверстиям, из которых все еще сильно текла почти черная кровь. На вкус она оказалась соленой, почти как у людей. Во время проживания в замке Ира принимала столько всякой дряни, что сейчас быстро справилась с отвращением и выпила глотков пять крови. Вспомнив, что это противоядие, она сделала на всякий случай еще несколько глотков.
      – Хватит пить! – заорал на нее Страшила. – Я тебе сколько велел? А ты присосалась, как какой-нибудь шур. Хочешь, чтобы тебя разорвало от избытка силы? Уносим отсюда ноги, черви уже совсем близко!
      – Вы же ими питаетесь! – крикнула Ира на бегу, следуя за Страшилой. – Почему же ты их боишься?
      – А ты посмотри, тогда поймешь! – ответил он, показывая лапой на труп сородича. – Одного червя я съем, но когда их целая сотня, как бы они не сожрали меня. И ты это не я.
      Ира посмотрела и содрогнулась. Тело твари ходило ходуном. То и дело из песка взвивалась плеть одного из червей, которая с размаху опускалась на тушу, вырывая из нее большие куски мяса. Во все стороны летела чешуя. Скоро над телом твари пировали уже десятки стервятников. Казалось, монстр обзавелся волосами, которые развеваются на ветру.
      – Давай уйдем в мой мир, – попросила Ира. – Я здесь сейчас засохну, а заодно выблюю всю кровь. Ну, пожалуйста!
      – Да, конечно! – заторопился Страшила, и они в тот же миг оказались в темном помещении башни.
      – Эх, темно! – посетовала Ира. – А я сюда шла с шаром и не взяла спичек.
      – А ты не знаешь, как с этим бороться? – удивился Страшила. – Открой сознание, я тебя научу. С этим заклинанием ты сможешь видеть в темноте. Не так хорошо, как я, но все же... А так сможешь светить любой частью своего тела. Радужные демоны, которых вы ловите, светят примерно так же. Все поняла? Тогда я пойду. Учти, что кровь подействует не сразу, и несколько дней ты из-за отравления будешь плохо себя чувствовать, зато потом все ваши маги будут лизать тебе пятки.
      – Или соберутся и на всякий случай убьют! – мрачно ответила Ира.
      – Может быть, и так! – согласился Страшила. – Но я надеюсь на твой ум и осторожность. Такой полезный друг мне еще не раз пригодится! И ты, если нужно, обращайся. Когда войдешь в полную силу, для моего вызова не нужны будут ритуалы, достаточно просто позвать. Прощай!
      Он исчез, а Ира попробовала одно из двух подсказанных заклинаний и выбралась из башни, подсвечивая себе под ноги светом, исходящим от открытой ладони. По мере того как девушка приближалась к жилой части замка, на нее опять начали наваливаться тоска и боль утраты. Свершившаяся месть не отменяла того факта, что Ира осталась совершенно одна.

                                                                           Глава 17

      Райну похоронили недалеко от замка на открытом месте. Небольшой холмик земли присыпали сверху хвоей.
      «Надо будет потом здесь что-нибудь посадить, – подумала Ира, – а то как-то пусто».
      – Мы не стали обкладывать могилу камнем, – сказал ей Виктор. – Вы говорили что-то такое, но я решил уточнить. У нас так не принято. Зачем придавливать тело камнями? Чаще всего в изголовье ставят небольшую плиту, на которой высекают имя усопшего. Люди побогаче вместо плиты ставят арку. Если хотите, я могу заказать.
      – Да, пожалуйста, закажите арку. Вам нужны деньги?
      – Благодарю, миледи, но мы еще не потратили и трети того золота, которое я получил от вашей матери. Вам дать отчет?
      – Не сейчас. Прошу вас, Виктор, уйдите, я хочу побыть с ней вдвоем.
      Управляющий кивнул и ушел, а она опустилась на землю, обняла теплый, нагретый солнцем и пахнущий хвоей холмик и заплакала, прощаясь с той, которая стала для нее ближе родной матери.
      «Почему мы так не ценим то, что имеем? – думала Ира. – А потом горюем о потерянных возможностях. А я ведь ее при жизни так ни разу не приласкала, даже мамой назвала, когда она уже уходила. Какие у нее при этом стали глаза! Как же она, оказывается, этого ждала! А я, как какая-то эгоистка, думала только о себе. А ведь знала, что она доживает последние дни, но гнала от себя эти мысли! Папа как-то говорил, что молодые часто не хотят слушать старших и воспринимать их опыт, предпочитая набивать себе синяки и шишки самостоятельно. Свой опыт больше ценится и лучше запоминается, но как же это иногда больно! Это место навсегда останется для меня дорогим. Я буду часто сюда приходить, мама!»
      Ира прижалась щекой к могиле, потом отстранилась и поднялась с земли. Налетевший ветер взъерошил ей волосы так, как это иногда делала Райна. Вытерев слезы рукавом, девушка прошла с сотню шагов до края вырубки и углубилась в лес. Убедившись, что поблизости никого нет, она сняла платье и тщательно выбила о ствол дерева, стараясь чтобы в нем не осталось черного песка. Одевшись, она сняла туфли и вытрясла песок и из них. Противоядие – это хорошо, но не стоило оставлять эту гадость на своей одежде и в обуви. Даже если для нее это уже не опасно, может пострадать Лина. Но Страшила все-таки большая сволочь! Гад чешуйчатый! Не зря Райна ее предупреждала.
      Покончив с чисткой, Ира открыла врата в свои комнаты в замке, засветила оставшийся шар с демонами и села за стол. Разобрав и почистив пистолет, она опять набила патронами магазины, пожалев что оставила один из них на песке. Намечалась разборка со жрецами, и нужно было к ней подготовиться. Сейчас они зализывают раны, после этого, наверное, будут делить освободившиеся места, а потом... Вот что будет потом, предсказать трудно. То, что они никогда не простят ей содеянного, было понятно. Непонятно, станут ли они ей мстить сами или придут за ее головой к королю. Нужно было срочно возвращаться и предупредить Аниша обо всем произошедшем, чтобы это не стало для него неприятным сюрпризом. А как взвоют на Земле, когда узнают о том, что она пошла разбираться с толпой врагов в их логово с одним пистолетом и каким-то зверем! Сейчас-то они не узнают, но позже Владимир все равно доложит. Она прекрасно понимала, какую ценность представляет для руководства Советского Союза. Ей ведь предлагали охрану, а она отказалась. У них настоящие профессионалы, но в мире магии они могли оказаться беспомощными и погибнуть. Надо будет соглашаться, только обеспечить их такими же амулетами, как у этого Нома. Тогда телохранители смогут потягаться с магами. Только с этими амулетами еще нужно разобраться, и неизвестно, получится у нее что-нибудь или нет. Райна не придавала большого значения амулетам и Иру обучала их созданию постольку-постольку. Но это и понятно: не было у мастеров таких амулетов, как у жрецов Храма, потому что сильным магам они ни к чему. Хотя от амулета, скрывающего присутствие мага, и она не отказалась бы. Даже Страшила не почувствовал тех жрецов, у которых они были. Засунув пистолет в кобуру и закрепив магазины в специальные петли на поясе, Ира открыла врата и шагнула в свою спальню в особняке. Надо было поменять платье на более удобный брючный костюм. К тому же на платье остались следы крови. Ее все-таки немного забрызгало, когда рубила головы жрецам. Закончив с переодеванием, Ира пошла в комнаты матери и в коридоре сразу же столкнулась с Линой.
      – Госпожа! – обрадовалась девушка. – Вы вернулись!
      – Вернулась, – невольно улыбнулась ее радости Ира. – Ты сама-то как? Дай я тебя посмотрю.
      – Со мной все в порядке. Этот, который... убийца. Он меня чем-то ударил, я и потеряла сознание. А потом меня Вольдер привел в чувство и отнес на свою кровать.
      – Да, у тебя нет никаких повреждений. Лина, найди мне Сантора, у меня к нему будет поручение. Куда дели тело жреца?
      – Я не знаю, его куда-то унес Сантор. Сейчас, миледи, я его найду!
      Лина убежала, а Ира зашла в спальню Райны. Ковер с пола уже убрали и заменили другим. Она подошла к столу и взяла в руки шнур с амулетами. Почувствовав приближение воина, она обернулась к двери.
      – Вы меня звали, Рина?
      – Заходите, Сантор, садитесь. У меня к вам будет просьба. Наденьте себе на шею этот шнурок... Плохо.
      – Что плохо?
      – Это амулеты убитого жреца. Один из них позволял ему оставаться незамеченным магами, а у вас он не действует. Значит, амулет настроен на хозяина и простое его повторение ничего нам не даст, а разбираться в его устройстве долго, сложно и еще неизвестно, получится или нет. Послушайте, Сантор, у меня появилась одна идея. У вас нет, случайно, знакомых разбойников?
      – А зачем вам разбойники?
      – Я подумала, что неплохо было бы выкрасть одного из жрецов Храма, но не хочу впутывать в это короля.
      – Вы в своем уме, Рина? Жрецы вам этого не простят!
      – А мне сейчас уже наплевать. После того как я сегодня со своим Зверем наведалась в их храм и убила их верховных, да еще заодно всех тех, кому не повезло оказаться у нас на пути, я уже ничего не теряю, выкрадывая одного из них.
      – Рассказывайте! – потребовал он. – Я должен буду обо всем доложить его величеству!
      – Мы сделаем по-другому. Вы сейчас едете к королю и договариваетесь с ним, куда мне прийти вратами. Я могу попасть в любое место дворца, где уже была, так что пусть он выбирает. А там я уже сама все подробно расскажу. Ваше же любопытство я смогу удовлетворить и потом. Кстати, где жрец?
      – Тело убийцы и его оружие забрали королевские дознаватели. Убийство мага, находящегося на королевской службе, – это не шутки. Они должны провести расследование и наказать виновных. Амулеты я им трогать запретил.
      – За амулеты спасибо, а виновных я уже наказала сама. Так что насчет разбойников?
      – Давайте вы сначала обсудите свою идею с его величеством, а потом я посмотрю, кого к этому можно привлечь. Я вам сейчас не нужен? Тогда я еду к королю.
      Сантор убежал, а вместо него в дверь заглянул Владимир.
      – К тебе можно?
      – Заходи, поговорим, пока есть время. Как обстоят дела с обучением солдат?
      – Движется помаленьку. Я ведь обучаю их небольшими партиями по десять человек. Ира, я хочу сказать, что мне очень жаль, что эта гнида сумела проникнуть в особняк и убить твою приемную мать. Тебе и так досталось, а теперь еще и это.
      – Спасибо за сочувствие. Райне ведь осталось жить совсем немного. Они здорово просчитались, решившись на это убийство. Убили ту, которая сама должна была скоро умереть, и из-за этого лишились всего своего руководства.
      – Как это? – не понял он.
      – Ты все равно об этом узнаешь, а сейчас должен быть в курсе дел. Я сходила в свой замок, вызвала Зверя – есть у меня в друзьях такая тварь – и мы вместе с ним нанесли визит в Храм жрецов Ашуга. Всех главных виновников смерти матери я при этом казнила. Заодно опробовала в деле ваш подарок, – она похлопала рукой по кобуре с пистолетом. – Вы были правы: от мощного ствола здесь намного больше пользы, чем от того, который я просила.
      – Ты не имела права так рисковать! Ты единственная ниточка, которая связывает наши миры. Если не думала о себе или о том, что я в случае твоей смерти здесь застряну, подумала бы немного о Родине. Знаешь, какие у руководства планы на сотрудничество с тобой?
      – Я знала, что ты мне примерно так и скажешь, но пойми и меня. У меня убили единственного в двух мирах человека, который любил меня просто так, ничего не требуя взамен. Я сейчас совершенно одна. Вот ты считаешь себя моим другом, а разве можно дружить, ставя на первое место служебные интересы? Я хорошо отношусь к своей Родине и не отказываюсь ей помогать, но не надо от меня требовать самопожертвования ради нее. Я уже не та маленькая и наивная девочка, какой была когда-то. И я прекрасно поняла, что для государства и всех его чиновников обычный человек ничего не значит. Всегда в первую очередь смотрят на то, какая от него может быть польза или государству, или самим чиновникам. Исключения очень редки. Да, у нас для людей делается много хорошего, но часто это делается не ради них самих, а потому что так положено. Ладно, не стоило мне это тебе говорить. Знай, что в этом налете на Храм для меня почти не было опасности, а жить в этом мире и вообще не рисковать у меня все равно не получится. Мне в руки попали амулеты жрецов. Если я в них разберусь, появится возможность неплохо прикрывать от магии обычных людей. Вот тогда я воспользуюсь предложением взять себе телохранителей, если только твое руководство не передумало.
      – Сколько еще оружия осталось?
      – Нужно будет пять раз сходить за автоматами, а потом собираются несколько раз переправить гранаты.
      – А еще оружие будет?
      – Пока нет. Я там много чего для себя заказала из вещей и продуктов, но все это уже потом. Меня сначала просили посетить кого-то из вашего руководства, как я поняла, с целью лечения.
      – Пойдешь?
      – Почему не пойти? Для меня это нетрудно. Я сразу пойду в нужное место по фотографии, а само лечение не займет много времени.
      – А куда это понесся Сантор?
      – Договариваться о моей встрече с королем. Нужно обсудить его позицию в случае, если ему на меня будут жаловаться жрецы.
      – А могут и не пожаловаться?
      – А я знаю? Там сейчас должно поменяться все руководство. На носу война с Сардией, и они об этом должны знать, поэтому вряд ли из-за моей выходки затеют свару с королем, скорее, постараются отомстить сами.
      – Может быть, тебе пока лучше пожить на Земле? Там-то они тебя точно не достанут.
      – Спасибо за заботу, но у меня слишком много дел здесь. Да и не смогу я всю жизнь от них прятаться. Лучше дождаться, когда они что-нибудь придумают, и продемонстрировать им, что этого делать не стоило. И продемонстрировать так, чтобы те, кому повезет уцелеть, запомнили это на всю жизнь.
      – Хватит сил?
      – Я тебе еще не все рассказала. Мой Зверь пришел в восторг от работы пистолета и потянул меня в свой мир. Он по-своему понимает нашу дружбу. Помогли тебе – изволь отработать. Вот я и отработала очередью из своего пистолета в голову одному из его родичей. Что-то они там между собой не поделили. Заодно, для того чтобы выжить, пришлось напиться драконьей крови, а, по словам моего дружка, такой напиток должен поднять мои силы раз в десять и сделать самым сильным магом этого мира.
      – Не надо было идти у него на поводу и так рисковать!
      – У меня просто не было выбора. Он почему-то забыл поинтересоваться моим мнением, перед тем как перенес в свой мир.
      – Ну и как с силой? Не соврал?
      – Ему нет никакого смысла врать, а сила должна появиться только через несколько дней. Ладно с этим, ты мне лучше скажи, как у вас с Линой. Подробности меня, сам понимаешь, не интересуют, но хоть основное в двух словах.
      – Вот я сейчас смотрю на тебя и гадаю, сколько же тебе лет? – задумчиво сказал Владимир.
      – А чего здесь гадать? Я тебе и так скажу, что четырнадцать с половиной.
      – Понимаешь, не выглядишь ты на эти годы. И дело не только в физическом развитии. Ты говоришь и думаешь как взрослая женщина. Лина, которая на два года старше, по сравнению с тобой выглядит ребенком.
      – Меня долго мазали одной мазью, – буркнула Ира. – После этого все и выросло.
      – Интересная, должно быть, мазь, – засмеялся ее реакции Владимир. – Дашь образец на анализ? Но я имел в виду больше умственное развитие, а не физическое. Вот взять твой разговор. Дело даже не в словах, которые ты употребляешь. Начитанная девчонка может их знать не меньше. Но ты строишь фразы по-взрослому. Подростки так не говорят. Они более непосредственные, постоянно перескакивают с одной темы на другую и вставляют кучу ненужных слов. У них нет твоей дисциплины сознания. Вряд ли это от мази.
      – Есть еще одно объяснение, – задумалась Ира. – Я ведь довольно долго пила отвар для усиления памяти. Он-то как раз влияет на мозги. Может быть, все дело в нем?
      – Дай на исследование нашим медикам, они ответят.
      – Уже дала. У меня в детдоме была серебряная фляга с этим отваром, так я ее отдала, как образец серебра, а заодно и предупредила насчет отвара. Слушай, у вас в органах все такие скользкие? Я тебя спрашивала об одном, а ты сразу же перевел разговор на другое.
      – Ну и что ты от меня хочешь услышать? Что мне нравится Лина? Ну нравится, дальше-то что? Сама же знаешь, что между нами ничего серьезнее легкой интрижки быть не может. А она заслуживает большего!
      – С тобой мне тоже все ясно. Те же самые симптомы, что и у нее. Я не собираюсь тебе ничего советовать. Ты взрослый мужчина, и женщины у тебя, наверное, были, а я, несмотря на всю свою взрослость, в вопросах любви ни бум-бум. Скажу только одно, чтобы ты сильно не мучился. Отец как-то говорил матери, что лучше короткая и яркая любовь, чем длительные отношения. Разговор был не для моих ушей, я просто их случайно подслушала. Не знаю, к чему он это говорил матери, но, по-моему, это ваш случай. У нее вообще не было другой любви, а может, никогда и не будет. Если сейчас оттолкнешь, это вообще может закончиться черт знает чем. Так что думай. Это не Сантор вернулся? Точно он! У тебя ко мне больше ничего нет?
      – Миледи! Я привез ответ короля, – сказал вошедший Сантор. – Его величество будет рад встретиться с вами в розовой гостиной.
      На людях Сантор никогда не позволял себе пренебрегать этикетом.
      – Спасибо! – ответила Ира. – Может, пойдешь со мной?
      – Благодарю вас, миледи, – ответил воин. – Его величество желал побеседовать с вами приватно.
      Она кивнула обоим и открыла врата.
      – Быстро же он добрался! – сказал король, увидев вышедшую из врат девушку. – Наверное, гнал коня всю дорогу. Присаживайтесь, Рина. Будет интересно послушать, что вы натворили в храме. Я предупредил стражу, чтобы сюда никого не пускали, так что можете говорить совершенно свободно.
      Ира села в предложенное кресло и коротко рассказала королю только то, что касалось Храма. О походе в мир Страшилы не было сказано ни слова.
      – И что думаете делать дальше? – спросил Аниш.
      – Это будет во многом зависеть от того, как будет действовать руководство Храма. Или вы имеете в виду мою затею с кражей жреца?
      – Я все имею в виду. Я прекрасно понимаю, как вы могли себя чувствовать после смерти матери, но почему вы сразу же не обратились ко мне?
      – И что бы вы тогда смогли сделать? Я не хотела, чтобы вы из-за меня затевали свару с Храмом. И из-за возможной войны, к которой мы еще не успели подготовиться, и из-за того, что помимо главного храма у них еще хватает храмов поменьше. Да и в других королевствах полно их жрецов. Это не просто противники, это – культ. И кроме самих жрецов в вашем королевстве много людей, которые поклоняются Ашугу и без восторга узнают о том, что их веру преследует король. А иначе расправу с жрецами не назовут. А теперь это можно представить, как обычное сведение счетов. Они ударили меня, я им ответила.
      – А если они ударят опять?
      – Отвечу опять. Они не могут этого не понимать. Зверь в Храме – это серьезно. Да и я их там немало положила, не получив при этом ни царапины. Скорее всего, они захотят расправиться со мной чужими руками. Может, вначале обратятся к вам, а может быть, сразу закажут меня кому-нибудь другому.
      – И вы об этом так спокойно говорите!
      – Совсем не спокойно, но не вижу оснований заламывать руки. Мне в моем мире предлагали свою охрану. Там есть очень сильные воины, которые почти наверняка защитят меня от любой возможной опасности, от всего, кроме магии. Именно поэтому я отказалась. А сейчас в мои руки попали амулеты, которые были на убившем мать жреце. Он с самого начала знал, где она, значит, имел поисковой амулет. Этот Ном был магом, а Райна не только не видела его силы, она его вообще не почувствовала. И мой Зверь не чувствовал их в храме. Это можно объяснить тем, что жрецы научились делать совершенные маскировочные амулеты. И это еще не все. На шее убийцы были амулеты, о назначении которых я даже не догадываюсь. Мастера не заинтересованы в создании сильных амулетов, потому что это подрывает их влияние на людей. А жрецы создали что-то особенное, я вообще не поняла, что они там накрутили.
      – А если просто наделать копий?
      – Ничего не получится. Жрецы не дураки и завязали все амулеты на личность владельца. У Нома они работали, а у Сантора – уже нет.
      – Для этого вам и нужен жрец? Чтобы разобраться?
      – Конечно! Я сама не могу к ним подойти, поэтому нужна помощь. Ваших людей использовать нежелательно, а разбойники были бы в самый раз. Или другие преступники, которым все равно, кого вязать, если за это платят деньги.
      – Если я вам помогу, поделитесь знаниями?
      – А я на кого работаю? Разве не на вас? Вашим солдатам такие амулеты не помешают.
      – Тогда я озадачу этим вопросом канцлера. У него должны быть свои люди среди гильдии убийц. А пока посмотрим, кого выберут в Храме, и с чем они ко мне придут. А вы будьте очень осторожны! Никаких конных прогулок. Если нужно срочно увидеть меня или канцлера, идите вратами в ту комнату, куда по утрам доставляется оружие. Она постоянно заперта, но один из ключей будем оставлять для вас внутри. Стража предупреждена и окажет вам всяческое содействие. Кстати, моя школа магии со вчерашнего дня тщательно охраняется, а за каждым из преподавателей негласно следует охрана. Вы сейчас к себе?
      – Да, у меня сегодня был не лучший день в моей жизни. Я устала, чувствую душевное опустошение, и вообще мне плохо. Нет, помощь не нужна. Пойду домой и попробую заснуть.
      – Нужно усилить охрану вашего особняка.
      – Давайте, Аниш, поговорим об этом завтра. Сегодня я не жду гостей, но на всякий случай выдам Сантору и Аглае автоматы, да и у меня с Вольдером тоже есть оружие.
      – Я так и думал, что вы прикупите оружие и для себя.
      – Вас это удивляет? Оно почти все идет для вашей армии и охраны. Я оставила для своих нужд очень немного, и не собираюсь никому ничего раздавать.
      Несколько дней назад Ира прогулялась в замок и принесла из него в особняк три автомата и два десятка снаряженных магазинов, поэтому после визита к королю открыла замок на сундуке, который Владимир в шутку назвал оружейным, и вооружила свою охрану. Себе не стала брать автомат, решив, что хватит пистолета. Помимо усталости, навалилась головная боль и начало сильно тошнить. Попытка лечить себя магией привела к тому, что стало еще хуже. Лина помогла Ире лечь в кровать и дала воду, потому что девушку ко всему прочему начала мучить жажда. Тошнота усилилась и привела к тому, что Ира извергла из себя все выпитое вместе с какими-то темными сгустками. Скорее всего, это был песок, который попал в нее в мире Страшилы.
      – Не трогай руками! – приказала она хриплым голосом перепуганной Лине. – Это яд. Возьми тряпку на палку и так три. Все тряпки выбросишь в выгребную яму.
      После рвоты стало немного легче. Кажется, у Иры поднялась температура и ее начало лихорадить, но девушка приказала себе спать и провалилась в сон, полный смутных кошмаров. На следующее утро проснулась с плохим самочувствием и таким же настроением. Не хотелось вставать, но нужно было срочно идти за оружием. Она надела брючный костюм, выпила воду и ушла вратами в королевский замок, в ту комнату, в которой было приготовлено золото для оплаты. Решив не мотаться на Землю лишний раз, Ира взяла сумки с золотом и шагнула в радужный круг врат. Сегодня она задержалась, и собравшиеся в ангаре люди встретили ее появление с нескрываемым облегчением.
      – Добрый день всем! – сказала она, положив сумки на пол ангара. – Или что у вас, вечер? Сегодня я не совсем в форме, поэтому забирайте золото и давайте быстрее переправим груз. Готовы? Тогда я открываю врата.
      Теперь при передаче оружия его не бросали, а переносили на специальных носилках, на которые все было уложено заранее.
      – Завтра постараюсь прийти вовремя, – пообещала Ира, когда были переправлены последние носилки. Приготовьте все четыре партии груза, переправим их за один раз. Золото заберете сами в той же комнате.
      Очутившись в королевском дворце, она открыла дверь оставленным для нее ключом и направилась на поиски короля. Сержант первого же патруля стражи сообщил ей, что король вместе с канцлером ждет представителей Храма Ашуга в комнате для приемов.
      – Вот сволочи! – пробормотала Ира. – Как-то они быстро поделили власть.
      Встречаться со жрецами, да еще в таком состоянии, не хотелось, поэтому она прямо из коридора перенеслась в свою спальню. Время было уже к обеду, но ее начинало тошнить при одной только мысли о еде. Выпив воду из стоявшего на столе кувшина и раздевшись, девушка легла и опять заснула. Проснулась только к ужину. Лихорадка прошла, голова болела уже не так сильно и даже захотелось есть. Надев халат, который передали по ее просьбе с Земли, Ира вышла в коридор и побрела в трапезную. Там за столом уже сидели Владимир, Сантор и Лина. Лая и Гарт обычно кушали позже остальных, а Аглая по понятным причинам питалась отдельно.
      – Мне оставили хоть что-нибудь? – спросила Ира. – Или рады тому, что хозяйка болеет, и все слопали?
      – Ой, госпожа! – всплеснула руками Лина. – Слава богам, вы поправились!
      – Еще не до конца, но к тому идет. Давно я уже не болела. А все один дружок, эгоистичная сволочь! Так вы дадите мне что-нибудь есть, или идти за Лаей?
      – Конечно, дадим! Хотите запеканку с простоквашей?
      – Как раз то, что нужно! Накладывай.
      Поужинав, Ира почувствовала себя почти хорошо. Ощущалась лишь легкая слабость и почему-то сильно хотелось спать, хотя она и так уже проспала шестнадцать часов, если считать и ночь. Решив, что организму виднее, она добралась до спальни и заснула.
      Пробуждение было странным. Во всем теле чувствовалось течение... чего-то. Что-то двигалось, пузырилось и распирало тело, но это точно была не кровь. Помянув в очередной раз Страшилу нехорошим словом, Ира поднялась, ощутив в теле необыкновенную легкость. Казалось, что оно совершенно ничего не весит, но она не взлетала, а шла, значит, вес был нормальный и ощущение легкости вызвано чем-то другим. Будильник показывал восемь утра, и, чтобы и сегодня не опоздать, Ира решила сначала закончить дела, а уже потом позавтракать без спешки. Одевшись, она хотела привычно создать врата в обменную комнату королевского замка, как вдруг очутилась в ней без всяких врат. Несколько мгновений она пыталась сообразить, что же произошло, не пришла ни к каким выводам и решила подсветить себе ладонью, чтобы найти ключ. Ударивший из руки луч света ослепил, хотя и был направлен в сторону. Прищурив глаза, Ира нашла ключ и открыла дверь. Вчера она из-за плохого самочувствия и проклятых жрецов не предупредила короля о том, что нужно подготовить золото на оплату четырех партий товара, поэтому в комнате лежали две сумки с обычным грузом золота. Это упущение нужно было как можно быстрее исправить.
      – Сержант! – увидев патруль, позвала Ира. – Где может быть его величество?
      – Король только что ушел в трапезную, миледи! – ответил смотревший на нее с восторгом гвардеец.
      Поблагодарив его кивком головы, она направилась в трапезную, гадая, чего это он так на нее вытаращился. Фокусы с вратами и прожекторный луч из ладони, скорее всего, были связаны с обещанным ростом силы, а вот что в ней такого увидел старый вояка?
      У дверей трапезной стоял караул из трех вооруженных автоматами гвардейцев.
      – Я очень сожалею, миледи, – сказал ей старший патруля, – но когда его величество ест, беспокоить его запрещено. В отношении вас в этом никаких распоряжений не было.
      Кивнув ему, Ира прошла вратами в трапезную, опять их не заметив. Для короля, его брата и завтракающего в их обществе вельможи она просто возникла возле стола. Король вздрогнул и бросил есть, а остальные, занятые едой, ее просто не заметили.
      – Миледи! – обратился к ней Аниш, скосив глаза на вельможу. – Рад вас приветствовать у себя. Не желаете ли позавтракать?
      – Буду рада, ваше величество, – ответила Ира, понявшая, что не стоит фамильярничать в присутствии богато одетого мужчины. – Только нужно отдать приказ, чтобы принесли остальное золото, тогда и я с вами сразу рассчитаюсь.
      – Олес, распорядись, – попросил брата Аниш. – Маркиза, позвольте вам представить Рона Альена герцога Сарского. Его герцогство граничит с Сардией, поэтому я решил, посвятить его в наши дела.
      Герцог поспешил подняться и, отодвинув для Иры стул, помог ей сесть.
      – Благодарю вас, герцог, – сказала Ира Сарскому и обратилась к королю: – Ваше величество, я не испорчу вам аппетит, если спрошу, чем закончился вчерашний прием? А то ваши гвардейцы смотрят на меня как-то странно. Невольно закрадывается мысль, что это как-то связано со жрецами. По крайней мере, до их визита на меня так не таращились.
      – Конечно, связано! – рассмеялся Аниш. – Жрецы решили обратиться ко мне с жалобой на ваши действия. Я бы на их месте настаивал на приватном разговоре. Они же явились толпой на малую аудиенцию, когда у меня было полно придворных, и стали плакаться, что некая, состоящая на королевской службе, сопливая девчонка в ранге мастера явилась в их храм в сопровождении Зверя и разнесла его, убив с полсотни жрецов, в том числе и все руководство Храма и Ордена. От меня в ультимативной форме потребовали разобраться и наказать. Я обещал, что так и сделаю. Уже через две свечи о вас говорила вся столица, а канцлер по моей просьбе пустил слух, что к вам домой пробрался жрец Храма, который убил вашу мать, находившуюся на службе у короля и получившую от него для себя и своей дочери гарантии безопасности.
      – И как на это отреагировали жители? – поинтересовалась Ира, накладывая в свою тарелку понравившиеся ей по прошлому разу кушанья.
      – Как на такое можно реагировать? – пожал плечами король. – Симпатии почти всех жителей на вашей стороне, хотя кое-кто недоволен тем, что вы привели в столицу Зверя.
      – А последователи культа Ашуга?
      – А чем они отличаются от остальных? Вы, маркиза, просто плохо знаете особенности этой веры. Один из основных заветов бога воинов состоит в том, что сильный всегда прав, а силу показали вы, жрецы лишь пришли ко мне с жалобой. Это не значит, что они смирятся с унижением, наоборот, руководству Храма нужно срочно что-то придумать, чтобы спасти лицо. Завтра они придут ко мне вторично, и я оглашу результаты расследования. Мои дознаватели неопровержимо доказали, что убийца был жрецом главного храма Ашуга, а других доказательств их виновности и не требуется. Надеюсь, что у жрецов хватит ума не угрожать мне отказом в помощи. В случае нашего поражения они первые пойдут на корм шурам, потому что в свое время уничтожали их с еще большим рвением, чем потом мастеров, а у кровососов хорошая память. Так что придется им вынести еще одну пощечину, на этот раз от меня. А вам нужно поскорее заканчивать наши дела и заняться тем, для чего нашел людей наш канцлер. А вот и принц. Золото для вас готово. Закончите завтракать, и я вас провожу сам.

                                                                                   Глава 18

      Из соображений безопасности Аниш никогда не присутствовал при обмене оружия на золото, поэтому он лишь проводил Иру до нужной комнаты.
      – Я вас покидаю, – сказал он на прощание. – Сегодня мы получаем последние автоматы, а что будет завтра?
      – Тоже оружие, но совсем другое. Вольдер расскажет, как им пользоваться. Без него не стоит даже вскрывать ящики, потому что для незнающего человека это может быть очень опасно.
      – Чем сегодня думаете заняться, Рина?
      – Подумаю, чем смогу удивить жрецов, – улыбнулась девушка. – Работу по ловле одного из них лучше пока отложить. Давайте сначала посмотрим, как они отреагируют на ваше заявление о моей невиновности.
      Оставшись одна, Ира открыла дверь своим ключом и, уже привычно подсветив себе ладонью, пересчитала сумки с золотом, после чего создала врата в ангар. Она задержалась из-за завтрака с королем, поэтому торопилась и не обратила внимание ни на внезапно усилившееся освещение в комнате с золотом, ни на сам вид врат. Выйдя в ангар, девушка увидела встречавших, которые небольшой группой стояли неподалеку, с изумлением уставившись на что-то за ее спиной. Обернувшись, Ира от удивления приоткрыла рот. Вместо размытого радужного круга диаметром в два метра перед ней висело нечто невероятное. Эти врата тоже имели форму круга, но в диаметре были метров шесть и только немного не доставали до высокого потолка ангара. Свет от них тоже был гораздо ярче. Но главное, что завораживало и притягивало взор, – это переливы света по поверхности круга. Линии и сгустки самых разных цветов медленно вращались с разными скоростями, набегали друг на друга и меняли яркость и цвет. Если присмотреться, можно было увидеть, что это были не просто пятна, а скопления огромного числа мелких, почти неразличимых глазом звездочек. Ничего более красивого она в своей жизни еще не видела.
      «Сколько же силы я трачу на эту красоту? – пришла в голову мысль. – Нужно все это срочно вернуть к прежнему виду. Только как?»
      Сделать это оказалось очень просто: достаточно было захотеть, и врата скачком уменьшились в диаметре раза в три. Яркость свечения тоже упала.
      – Что это было? – спросил Иру старший группы.
      – Что было, то сплыло! – недовольно сказала она. – Вы долго будете стоять, Игорь? Быстрее шевелитесь. Заносите оружие и сразу же берите золото. Ну же!
      Парни привычно похватали носилки, которых сегодня было непривычно много, и бегом бросились во врата.
      – Ирина Игоревна! – подошел к ней генерал, который тоже присутствовал при обмене. – Вы могли бы прямо сейчас посетить человека, о котором мы с вами говорили раньше?
      – Вообще-то, сейчас у меня дома наметились проблемы, – сказала девушка, – но на такой визит отвлечься смогу. Вы принесли фотографию?
      Когда у них состоялся разговор о лечении, Ира предупредила, что фотография должна быть хоть в чем-то уникальной.
      – Если вы принесете фотографию обычного кабинета, я не уверена, что попаду именно в него, – объяснила она генералу. – Почти наверняка на Земле найдется еще несколько таких же или очень похожих.
      – Вот, пожалуйста, – генерал протянул ей фотографию.
      – Ирина Игоревна, мы закончили! – отрапортовал ей старший группы. – Можно закрывать.
      «Сколько же во мне сейчас силы? – подумала Ира, закрывая врата. – Столько времени их держала и совершенно не чувствую, что сил стало меньше. Пожалуй, я зря ругала Страшилу. Ради такого можно было и помучиться. От Райны мне в свое время досталось намного больше. Вот уж действительно ничего не дается даром».
      – Я могу пройти с вами? – спросил генерал.
      – Пожалуйста, Игорь Васильевич, – показала она рукой на возникшие врата. – Проходите, а я – за вами.
      Они очутились в небольшом саду. Поблизости через голые ветви деревьев белел небольшой одноэтажный дом. Дорожки в саду были выложены цементной плиткой, а повсюду в пределах видимости все было огорожено высоким забором. Стояла холодная, пасмурная погода, и моросил слабый, но от того не менее противный дождь.
      – А вот этого я не предусмотрел! – сказал генерал, снимая с себя китель. – Накиньте, а то простудитесь. И быстрее идем в дом.
      – Спасибо, не надо, – отказалась Ира. – Мне, чтобы простудиться, нужно очень сильно постараться, а вот вы точно простудитесь, если немедленно не оденетесь.
      Они пробежались до дома и зашли внутрь.
      – Осень? – спросила Ира. – А почему тогда в ангаре тепло?
      – Сейчас только начало сентября и днем еще тепло. Просто, пока меня не было, погода испортилась, а в ангаре мы подтапливаем, чтобы не мерзли люди. Иногда вас приходится подолгу ждать.
      – Ну извините, не всегда и не все получается так, как я планирую. Это дача? А почему в доме тепло? Я не видела дыма из трубы.
      – Дача газифицирована, а на улице еще не так холодно, чтобы был виден дым. Заходите в комнату и садитесь, где вам удобно, а я сейчас позвоню.
      Генерал зашел во вторую комнату дома и начал говорить по телефону, почему-то не набрав номер.
      – Придется с полчаса подождать, – сказал он, когда закончил разговор. – Можете пока посмотреть телевизор, здесь нормально принимается первая программа.
      Ира включила телевизор и села смотреть уже однажды виденный кинофильм «Девчата». Начало она пропустила, но быстро вспомнила, что там было, и так увлеклась, что забыла обо всем на свете.
      Генерал КГБ Игорь Васильевич Грошев относился к этой то ли девочке, то ли уже девушке с плохо скрываемой неприязнью, поэтому он без энтузиазма отнесся к предложению Андропова привести к нему мага для лечения болезни, которая досаждала председателю Комитета последние два года.
      – Как можно доверять здоровье, а может быть, и жизнь Юрия Владимировича этой авантюристке? – говорил он одному из помощников Андропова. – Ни проверок, ни клинических испытаний. Я такой риск не одобряю. Повлияйте хоть вы на него!
      Андропова убедить не удалось.
      – Не можете вылечить сами, так не мешайте тем, кто может, – сказал он своему лечащему врачу, которого тоже привлекли для убеждения. – Я ей верю, да и нет у девочки никаких поводов мне вредить.
      – Никто и не говорит, что она вам нанесет вред специально, – пошел на попятную врач, – но ее методы лечения никем не проверялись!
      – Вот и проверьте! Она иногда задерживается в этом ангаре обсудить кое-какие вопросы. Подсуньте ей несколько больных, если боитесь начинать с меня. Раз она говорит, что лечение для магии – дело пустяковое, значит, не откажет вам в помощи.
      Больные, которых после этого разговора начали привозить Ире, не вызывали у нее никаких затруднений и вылечивались походя, так что даже Грошев вынужден был признать, что она знает, что делает.
      Ирина смотрела фильм так эмоционально, что он невольно засмотрелся на ее лицо, которое постоянно менялось, отражая все происходившее на экране. Она даже начала всхлипывать, когда Тося узнала о споре Ильи с приятелем.
      – Нельзя воспринимать так эмоционально, – сочувственно заметил он. – Это же просто фильм.
      – Что вы понимаете! – неожиданно для него закричала Ира. – Что вообще могут понимать такие, как вы? И нечего вам меня жалеть! Я обещала не лезть к вам в голову и не лезу! Но раньше-то я смогла узнать все, что вы обо мне думаете. Вас просто корежит от того, что какая-то девчонка получила за так силу, богатство и власть. Вы не можете принять того факта, что человек, от действий которого так много зависит в государстве, работает практически бесконтрольно! Мало ли что я сама во всем иду вам на встречу, а вдруг я ни с того ни с сего взбрыкну, а вам будет нечем меня прижать! Ну почему вы все так не верите людям? Почему вам все всегда нужно держать под контролем? Вы что же думаете, мне все действительно досталось даром? Попробовали бы вкалывать так, как вкалывала я! Мастерами маги становятся уже после двадцати, обучаясь при этом лет десять, а я все освоила за один год! Знаете ли вы, чего мне это стоило? Вы даже представить себе не можете боль, при которой крошатся зубы и так хочется сдохнуть, что тебя связывают, чтобы ты этого не сделала! Я ни у кого ничего не отнимала! Нашли эксплуататора! Да, я убивала. Сначала напавших на нас разбойников, которые походя насилуют и убивают женщин и детей в обозах и купеческих караванах, а потом и жрецов за то, что они убили мою приемную мать! Миры у нас разные, а люди такие же самые. Многим проще отнять чужое, чем заработать свое, а с врагами вообще долго не церемонятся. Нет человека – нет проблемы. Хоть эту фразу сказал кто-то здесь, там этим правилом пользуются повсеместно.
      – Успокойся, ради бога, – сказал ошарашенный ее отповедью Игорь Васильевич. – Откуда мне знать, что у тебя там была за жизнь, если ты сама о ней не хочешь рассказывать?
      – А вы хоть раз спросили? Нет, вы сразу же, еще меня не увидев, определились в своем отношении. И вы хотите, чтобы я вам после этого изливала душу?
      – Ну прости. Может, я действительно перегнул палку и был к тебе несправедлив. Меня немного выбили из колеи твои способности, особенно чтение мыслей и управление поведением. Как-то это неприятно цепляет.
      – Не одних вас, в том мире магов тоже многие недолюбливают, хотя сами маги пользуются этими способностями очень редко, особенно управлением. Я его в этом мире использовала всего три раза. Сначала заставила вашего капитана прекратить допрос, который он повел по кругу уже в пятый раз, а потом для того, чтобы уговорить воспитателя в детдоме заниматься со мной английским. Ну и мальчишек один раз отшила, чтобы не приставали. Но никому из них от этого хуже не стало! А вообще, извините за то, что я повысила на вас голос. Просто слишком много всего навалилось в последнее время, вот я и сорвалась на вас. Игорь Васильевич, кажется, кто-то приехал. Во всяком случае, к забору подъехала машина. Вон туда, – она показала рукой направление.
      – Там ворота, – сказал он, поднялся со стула и пошел к выходу. – Наверняка это тот, кого мы с тобой ждем. Постарайся ему помочь, если сможешь.
      Ира встала с кресла, подошла к телевизору и щелкнула выключателем. Досматривать фильм расхотелось. Плохо, что у нее расходились нервы. Если она начнет так бросаться на каждого, кому не нравится...
      Клиент оказался симпатичным мужчиной интеллигентного вида, выглядевшим на пятьдесят лет с хвостиком. Впечатление усиливали массивные очки в роговой оправе и начавшие седеть редкие, зачесанные назад волосы.
      – Здравствуй! – поздоровался он. – Давай знакомиться. О тебе я знаю все, что удалось собрать Комитету. А меня зовут Юрий Владимирович Андропов. Я возглавляю организацию, которая с тобой работает.
      – Здравствуйте. А куда делся Игорь Васильевич?
      – Он на моей машине уехал в Москву. Он работник центрального аппарата, а на встречу с тобой летал самолетом, так что ты ему сэкономила время на обратную дорогу.
      – И вас здесь оставили одного без охраны?
      – А кому я нужен? – улыбнулся он. – Шучу, есть охрана, точнее, один охранник. Он сейчас дожидается во флигеле, потому что я хотел поговорить с тобой без свидетелей.
      – Давайте сначала я сделаю то, ради чего сюда пришла. Я вижу, что у вас проблемы с почками. Суставы болят?
      – Воспаляются время от времени. Врачи определили подагру.
      – Это только следствие. Основные проблемы были в почках.
      – Были?
      – Да, почки я вам уже вылечила, а отложения из суставов уйдут дня за два-три. Я еще немного подправила сердце и почистила каналы силы. Головная боль прошла?
      – Действительно, не болит. А я как-то сразу не обратил внимания. Значит, все?
      – С лечением я закончила, но вы хотели о чем-то поговорить.
      – Мне Игорь Васильевич сказал, что у тебя неприятности, поэтому ты сорвалась и на него накричала. Мы можем чем-нибудь помочь?
      – Он сам виноват. Я ему с самого начала не понравилась в первую очередь своей свободой и независимостью. Он из тех людей, которые не могут терпеть этих качеств в подчиненных. А сейчас он сам оказался во всем зависимым от меня и должен с этим мириться. Для него это непросто. Я с этим уже свыклась, а тут он вдруг полез с сочувствием. В обычное время я смолчала бы, а тут не выдержала. Уж очень много всего навалилось. И вы мне в этом не поможете. Приемную мать уже не воскресишь, а со своими врагами я буду разбираться самостоятельно. Сил у меня для этого достаточно. Просто тяжело остаться совсем одной, не имея ни одного близкого человека ни там, ни здесь.
      – А мать?
      – Мать для меня уже давно не близкий человек. Я с ней и раньше не была особенно близка. Она не очень умная и эгоистичная женщина, хотя, по-своему, возможно, меня любит. И эта любовь у нее проявляется только тогда, когда от нее ничего не требуется. Я так до сих пор не могу понять, что в ней нашел отец.
      – Кстати, твоей тете дали трехкомнатную квартиру. Они уже переехали, а она приезжала в ваш город и искала тебя. Хотела забрать из детского дома, но ей объяснили, что ты сейчас в спецшколе в Москве и ни в чем не нуждаешься.
      – Вот за них вам большое спасибо! Им на старой квартире действительно тяжело жилось. Надо будет к ним как-нибудь сходить.
      – Если надумаешь, предупреди наших людей. Тебе подготовят подходящую фотографию, и к родственникам пойдешь уже от нас с сопровождением. Ира, я хочу с тобой вот о чем поговорить. Ты уже поняла, что ваше золото для нас очень важно. Для нас это возможность совершить рывок во многих отраслях, сильно поднять обороноспособность и жизненный уровень населения. Но того золота, которое мы получаем, в перспективе будет мало, а твоя жизнь непредсказуема и в любой момент может оборваться, а ты даже отказалась от нашей охраны. Ты не обиделась?
      – Я на правду не обижаюсь. И вашу охрану возьму, только сначала нужно обеспечить людей хорошей защитой от магии.
      – А такое возможно?
      – Как вам сказать... Если на человека воздействуют не самой магией, а чем-то другим, что станет опасным из-за магии, то я не смогу ему ничем помочь.
      – Например, прилетит камень в голову?
      – Да, вы правильно поняли. Но вот самой магией его уже не смогут убить или подчинить.
      – Все это хорошо, но не можем ли мы получить часть золота авансом в счет будущих поставок товаров?
      – Вряд ли король на это пойдет. Но мы можем сделать по-другому. У меня самой довольно много золота. Это примерно двести килограммов в монетах или чуть больше.
      – Откуда так много? Неужели у вас в семьях аристократов столько золота? В нашей истории цифры были намного скромней.
      – Король мне говорил, что в рудниках очень много золота. Оно и в других королевствах не такой уж редкий металл, а у меня его так много, потому что приемной матери удалось спасти казну рода, а потом еще найти старинный клад. Я вам предлагаю забрать его в несколько приемов, отчеканить монеты уже из своего золота и передать их мне. Мне все равно, каким золотом расплачиваться, а вы решите свои проблемы. Надеюсь, что попутно поможете решить и мои, например, электрифицировать замок. А потом, если все будет в порядке, можно опробовать то, что я вам уже предлагала, – продажу ваших товаров знати. У дворян должно быть очень много золота.
      – А что может этому помешать?
      – В первую очередь мое противостояние со жрецами одного культа, но гораздо большую опасность для наших планов несет грядущая война с одним из соседних королевств. Именно для защиты от нападения этих соседей мы и закупали оружие.
      – Они так сильны?
      – Обычных воинов у них не больше, чем у нас, но они втайне создают войско вампиров, и это может дать им огромный перевес. Кровососы сильнее и в несколько раз быстрее обычных людей, а магов у нас почти нет, поэтому вся надежда на то, чтобы нанести им тяжелые потери на большом расстоянии, не переходя врукопашную.
      – А на кого похожи вампиры?
      – На вампиров. Могла бы показать, но уже боюсь.
      – Чего?
      – Того, что вы испугаетесь. Это магия иллюзий, но на людей влияет очень сильно. А потом можете перенести свой испуг на меня. Я одной женщине, которая служит у вас в чине майора, показала демона, так она потом при виде меня каждый раз вздрагивала.
      – Покажи, если сможешь. Постараюсь оказаться покрепче нашего майора.
      Ира вздохнула и стала вампиром. Мир изменился: в нос ударили десятки разных запахов и глаза стали воспринимать цвета и оттенки, недоступные прежде. Она давно не питалась, а рядом находилась пища. Пища боялась, но это было нормально: ее и должны были бояться! Вытянувшиеся на пальцах когти впились в полированное дерево столика и...
      Она очнулась вся мокрая от пота, обнаружив в соседнем кресле посеревшего от страха собеседника, сжимавшего в трясущихся руках наведенный на нее пистолет.
      – Что здесь было? – спросила она Андропова. – Я на минуту потеряла над собой контроль. Раньше при создании иллюзий такого никогда не было.
      – Если была иллюзия, то что это? – спросил Юрий Владимирович, показывая стволом на два ряда длинных глубоких борозд на столике.
      – Ни фига себе! Неужели это я? – удивилась Ира. – Плохо! После того как я стала намного сильнее, иллюзии не только приобретают материальность, они оживают. Я ведь не только выглядела как вампир, я им и была. Если бы вовремя не пришла в себя, вам бы и пистолет не помог. Вот ведь гадство! Теперь я побоюсь вызывать и иллюзию демона. Черт его знает, что получится в результате! Да уберите вы свой пистолет! Это опять я, и никаких иллюзий, пропади они пропадом, больше не будет. Давайте я уйду, а то вы меня все равно боитесь, и никакого разговора больше не получится. Нет, в голову я вам не лезу, это и так видно. И ведь сколько раз зарекалась показывать этот образ! Как покажу, так обязательно получу неприятность! Ничего, если я уйду прямо отсюда, а то я слишком легко одета для вашей погоды? Спасибо. Только сначала сниму последствия своей иллюзии. Вы очень сильно переволновались, а такое даром не проходит. Все, теперь можно идти. До свидания и подумайте над моим предложением. По-моему, оно для вас очень выгодно.
      Уже спрятавший пистолет и немного пришедший в себя Андропов проводил глазами Ирину, которая махнула ему рукой и канула в разноцветном вихре врат.

      «Как же я смогу противостоять жрецам, если сама не знаю, как у меня сейчас будут работать заклинания? – думала Ира, сидя на кровати в своей спальне. – Хоть бери и вытаскивай сюда Страшилу!»
      – Ты действительно хочешь, чтобы я пришел? – раздался в голове знакомый голос.
      – Страшила? – не веря услышанному, спросила девушка. – Ты где?
      – Пока в своем мире. Чему ты удивляешься? Твои силы резко возросли, а наши сущности связаны. Я же тебе говорил, что ты сможешь меня вызвать к себе без всяких ритуалов. Так идти или нет?
      – Подожди, я хоть немного освобожу для тебя место, а то ты мне всю спальню переломаешь. Я скажу, когда будет можно.
      Она быстро сдвинула в сторону сундуки и перевернула набок тяжелую кровать, привалив ее к стене. Отойдя на всякий случай подальше, она послала призыв.
      – Тесновато! – громадный ящер неуклюже повернулся на свободном от мебели пятачке спальни, перевернул одно из кресел и обломал у него ножку.
      – Слушай, давай аккуратнее, ладно? – выразила неудовольствие Ира. – Свернись как-нибудь клубком и не дергай хвостом, а то у меня не останется ни одного целого кресла.
      – Я тебе не кот, чтобы сворачиваться клубком! В следующий раз подбери помещение больших размеров или убери всю мебель. Говори, зачем звала.
      – Я после крови твоего родича чуть не сдохла!
      – Бывает, – ответил Страшила. – Из трех выпивших двое обычно мрут.
      – И ты это знал и все равно потащил меня в свой мир!
      – А чем ты недовольна? Ты выжила и стала в десять раз сильней. Это и для тебя хорошо, и твоя ценность стала для меня намного больше!
      – Эгоист чешуйчатый!
      – Все эгоисты, – философски заметил Страшила, – а чешуя – штука полезная.
      Он начал по-собачьи чесать себе затылок одной из задних лап, пока не выдрал одну из чешуек.
      – Возьми. Из нашей чешуи получаются очень сильные амулеты. Надо будет пройтись к логову убитого тобой старшего, там этой чешуи осталось... И она у него лучше моей. Только мои лапы не годятся для сбора. Да ты и сама можешь туда сходить. Логово запомнила? Вот и хорошо, больше тебе ничего не нужно. Только старайся все же там не задерживаться, а если появятся черви – взлетай.
      – Как это взлетай? Я не умею.
      – Ты полезный, но бестолковый друг. Почти ничего не знаешь и не умеешь. Давай научу. Летать можно двумя способами. Первый требует мало сил, но его долго учить. Полет в нем связан с уменьшением веса. Мы его из-за сложности изучать не будем. А вторым способом ты могла бы научиться летать и сама. Умеешь двигать предметы?
      – Конечно! Могу к себе притягивать или, наоборот, отталкивать.
      – А земля разве не предмет? Отталкивай ее от себя посильнее и полетишь. С твоими прежними силами ничего не получилось бы, а сейчас запросто. Только постоянно заниматься отталкиванием самой слишком скучно и утомительно, поэтому открывай разум, научу заклинанию, которое это будет делать вместо тебя. Запомнила? Хоть память у тебя нормальная, запоминаешь почти сразу. Теперь пробуй. И направляй силу немного под углом, а то у тебя задница перевесит.
      Обмирая от страха и восхищения, Ира взмыла к потолку спиной вверх, перепачкав ее в побелке, потом немного снизилась, сделала по комнате круг почета и приземлилась в уцелевшее кресло.
      – Здорово! – выразила она свое впечатление о полете. – А долго я смогу так лететь?
      – Пока не упадешь, – ответил ящер, который умел измерять время самое меньшее днями.
      – Понятно. Послушай, Страшила, я тебе друг?
      – Конечно! И очень полезный. А к чему этот вопрос?
      – Дело в том, что меня хотят убить и убьют, если ты мне не поможешь.
      – Нужно кого-нибудь разорвать?
      – Нет, это не поможет. Разорвешь одного, придет другой. Врагов много, а если я тебя на них натравлю, меня обвинят и осудят. Ты лучше научи меня такой магии, которой можно перебить врагов или хотя бы их запугать. Ты ведь бываешь во многих мирах?
      – Конечно, мы ведь охотники. Самки приносят яйца в мой родной мир, где мы рождаемся и подрастаем, а потом уходим в другие миры. Там не только корм, там еще и знания. Я и в твоем родном мире когда-то был. Давно, лет семьсот по вре