Майя


Тот,кто не живёт,тот лишь умирает.
"Это очень забавная история"


– Привет! – сказал он и сел рядом с ней на скамейке.
– Ага! – ответила она, улыбаясь. – Привет!
– Что ты читаешь?
– «Милые кости».
– Серьезно?
– Да! – проговорила она и показала ему обложку книги, будто бы сомневаясь в своих словах. – Я ждала тебя. Носила эту книгу с собой целый месяц. Каждый день. Я знаю каждую строчку в книге наизусть, просто… я хотела тебя снова встретить…
– Ты могла прийти ко мне.
– Могла. Я просто хотела наверняка знать, что это судьба…

1 глава
СТРАНИЦЫ ЕГО ЖИЗНИ

В этом городе ничего не меняется. Он самый обычный: как все другие. Такие же улицы. Такие же люди. Все бегут куда-то, торопятся. И в этом городе жила она, возможно, самая странная девушка. Хуан Рамос Хименес сказал: "Если тебе дадут линованную бумагу, пиши поперек". Так вот если жизнь – это бумага, то она писала свою историю поперек…

Мгновение. В этой жизни все начинается с мгновения. В этот день одно мгновение изменило всю его жизнь.
Он бежал сломя голову, с трудом пробираясь сквозь толпу. Он не хотел опаздывать, но вновь не рассчитал время. И зачем вообще нужны часы? Русые волосы. Карие глаза. Слегка потертые джинсы и футболка, сверху толстовка на замке. Ему восемнадцать лет. По давно выученному маршруту он торопился на занятие по писательскому мастерству.
Он открыл дверь аудитории: за первой партой расположились Миша и Нелли – его лучшие друзья. Воспоминания. Они не давали ему покоя. Сам он представлял, что в особых ячейках его мозга хранятся все моменты из его прошлого. Он сам удивлялся тому, что порой запоминал самые незначительные мгновения своей жизни. Он взглянул на опять чем-то недовольного Мишу, и в его сознании всплыло их первое занятие в этой аудитории. Здесь они познакомились.
Женя Лазовский учился в лингвистическом университете второй год. К тому времени, когда он со своими друзьями-одногрупниками Нелли и Марком решился записаться на курсы для начинающих писателей, в его жизни было мало ярких запоминающихся моментов. В этот раз он был настроен решительно.
Нелли в тот день сидела одна, поэтому Миша подсел именно к ней и представился на финском языке. Он сделал это только потому, что ему так захотелось. Позднее Нелли описывала его как придурка с идиотской прической, которую он, похоже, скопировал у парня из какого-то глупого сериала. Нелли никогда не изучала этот язык, поэтому понятия не имела, что сказал парень и на каком языке. С недовольным выражением лица она смотрела на собеседника, пока он не пояснил:
– По-фински это значит: «Привет! Я Миша!»…
– О! – воскликнула девушка. – Очень познавательно. Только… почему нельзя было представиться по-русски?
Миша закатил глаза и посмотрел на Нелли таким взглядом, будто это было элементарно. Он очень часто так делал, но ребята узнали об этом уже позднее. Уже сейчас Жене вдруг показалось таким странным, что Миша вел себя в точности, как и обычно, как будто уже тогда знал наверняка, что это его друзья.
– Эм… просто сейчас я учу финский… я же должен практиковаться… – продолжал он невозмутимым тоном.
– Да! Понимаю! – перебила его Нелли. – Только… я-то этот язык не знаю… я могу поговорить с тобой на итальянском или немецком… но на финском… подыщи лучше другого собеседника! Например, вон Марк отлично говорит на этом языке…
Девушка махнула на парня позади себя, и Миша, повернув голову, увидел спокойного Марка, который улыбался ему. Этот парень был сама доброжелательность. Ничто не могло вывести его из себя. Нелли это частенько не нравилось, но вообще, она все же ценила их дружбу. Не замечая недовольство подруги, Марк начал говорить с Мишей по-фински. После этого дня они стали чем-то, вроде великолепной четверки… Хотя нет. Вовсе не после этого дня…
Общаться они начали неделей позже. В тот день Нелли направилась к Жене на вечер кино и забежала перед этим в магазин с дисками. Миша зашел буквально через минуту и сразу направился к девушке, будто следовал за ней давно. Он даже не пытался отрицать тот факт, что намерен продолжить с ней общение.
– Ты быстро ходишь! – сказал он, даже не поздоровавшись.
– О господи! Ты что следишь за мной? – испуганно спросила Нелли, насмотревшись днем ранее фильма «Милые кости»[1].
– Не то чтобы… просто, тебя на улице увидел, думаю, куда идешь… ты в магазин… ну, я и зашел…
– Ты что маньяк? – усмехнулась девушка, хотя на самом деле ей было страшновато. Она всегда строила из себя «девочку с характером», но никак не мола скрыть свою ранимость и беспомощность.
– Ну, конечно… а что не похож? – Миша состроил устрашающую гримасу, которая Нелли только насмешила. Увидев в молодом человеке все того же идиота, что и на занятиях, ей стало спокойнее.
– Если бы был не похож, я бы не спрашивала… – ехидно продолжала она.
– Ха-ха…
Он стал рассматривать все полки с дисками рядом с Нелли. Куда бы она ни шла, он следовал за ней. Брал те же диски, что и она, читал аннотации к фильмам вслух. Он даже не представлял, как ужасно раздражает девушку.
– Значит, ты фильм выбираешь? – спросил Миша. Он задавал настолько глупые вопросы, что порой Женя задумывался над тем, не прикалывается ли он. Да, и этот человек обладал энциклопедическими знаниями! С тем, что Миша самый умный в университете, не спорил даже ректорат.
– Какой ты догадливый… – съязвила девушка. Ей уже порядком надоел этот навязчивый парень.
Они продолжали бродить из стороны в сторону, от полки к полке, пока Миша не остановился. Он взял с верхней полки один из дисков и демонстративно показал его собеседнице.
– Это «Тор»! – воодушевленно произнес парень.
– Спасибо, что познакомил! – ответила Нелли, подмигивая коробочке с диском, но Миша не понимал сарказма. – Но вообще-то я умею читать…
– Ты смотрела? – продолжал парень, пропуская мимо ушей все произнесенное.
– Нет… а что?
– Просто я тоже не смотрел еще…
– Поздравляю! И что с того?
– Oh dio[2]! – воскликнул Миша, утомившись от глупой беседы. – Почему ты не понимаешь моих слов?
– Может, потому что в твоих словах нет логики? – не унималась Нелли. Она все еще продолжала рассматривать другие диски, пытаясь завершить никому не нужный диалог.
– Ну почему… почему ты не хочешь просто поговорить?
Тут Нелли, наконец, к нему повернулась. Она слишком вспыльчивая, он невыносимый. Они не должны были встретиться, но судьба распорядилась иначе. Она намного ниже его, поэтому ей приходится поднимать голову вверх.
– Ой, ты все-таки заметил! – воскликнула Нелли, всплеснув руки.
Она развернулась в сторону двери и собиралась уходить, когда Миша загородил ей дорогу. Он ищет себе друга и пытается найти его в этой девушке, а она его ненавидит. Они тик и стояли, всматриваясь друг в друга пару минут, пока он не спросил:
– Собралась уходить?
– Да ты сегодня просто блещешь умом…
– Значит все-таки купить «Тора»?
– Покупай то, что хочешь! – воскликнула теперь уже возмущенная до предела Нелли. Она искренне не понимала, чем заслужила сегодня встречу с этим парнем. – Мне-то какая разница?
– Разве ты не будешь его смотреть?
– Что? – на лице девушки застыло недоумение. – С меня хватит, я иду к Жене…
Она прошла мимо Миши и выбежала из магазина. Он в это время быстро сделал покупку и побежал вслед за ней. На улице девушка пыталась прийти в себя, но все еще учащенно дышала от своей злости. Она не любила быть такой, но ее новый знакомый был виноват сам. Когда Миша ее догнал, она вздрогнула. Она хотела домой. Она не хотела знать его, хотя, по сути, они еще были практически не знакомы.
– Ну, что еще?! – крикнула она.
– Ничего… просто, подумал, что пойду с тобой. В прошлый раз я хорошо пообщался и с Женей, и с Марком… Думаю, они будут рады меня видеть…
Внутри Нелли все кипело. Она хотела развернуться и бежать прочь, но это были ее друзья, а не его.
– Я безумно рада, – даже не пытаясь быть милой, сказала она.
– Ты ведь тоже за?
– Конечно…
Они шли по осеннему городу. Ярко светило солнце. Туристы слонялись без дела по городу. Заполненные до предела автобусы. Экскурсионные группы, не дающие проходу с самого утра. Опаздывая на работу, местные жители не раз спотыкались о чемоданы, бесцеремонно разложенные прямо на тротуаре. Осень – бархатный сезон, пик туристов. Обычно местные не любят их, но сегодня Нелли нисколько не возмущал факт их присутствия. С пляжа возвращались молодые парочки, обгоревшие на солнце. Они копили на этот отпуск весь год. Миша и Нелли переглянулись и невольно улыбнулись, даже не задумываясь о том, как им повезло жить в этом южном городке. Без лишних споров они подошли к нужному дому, Женя и Марк так обрадовались их приходу. Тогда началась их дружба. С одного маленького глупого случая начинаются большие истории. Они не знали друг друга слишком хорошо, но когда были вместе, они были счастливы, даже Нелли, потому что теперь они знали наверняка, что они не одиноки.
Женя прошел по аудитории и занял свободное место рядом с Марком. Его всегда поражало, что хоть Нелли и Миша совсем не ладят друг с другом, садятся они всегда вместе. Нелли была особенным человеком для Жени – ее он по праву называл лучшим другом. Она не просто знала, она понимала его. Он не видел в ней свою девушку, но точно знал, что есть в этом мире кто-то, на кого он всегда может положиться. Ему было больно смотреть на то, как Миша порой издевается над ней, но похоже ей это даже нравилось. Женя заметил одну странную вещь: она делает вид, что обижается на Мишу, но на самом деле, никогда сильно на него не сердится, а сразу прощает. Сейчас Нелли повернулась и улыбнулась Жене, он поздоровался с ней и достал все необходимое для занятия.
На курсы записалось около тридцати человек. Все были абсолютно разные, но их связывало одно – жажда научиться хорошо писать. Кто-то может сказать, что никто не может научить тебя стать писателем. Однако Жене эти занятия, правда, помогали. В каждой реплике своего преподавателя он находил вдохновение, а потом писал короткие рассказы о какой-то ерунде.
Основателем клуба начинающих писателей был журналист, которого звали Александр Ященко. На вид ему было около сорока, но все его называли просто Александр, ему как-то не шло отчество. Первое занятие состоялось в сентябре, и, как ни странно, к концу апреля группа осталась в полном составе. Было в преподавателе что-то такое, что заставляло его учеников приходить на его занятия снова и снова. Журналистом он был хорошим, но его призванием стала педагогика. Во время каждого занятия он расцветал, его глаза наполнялись необъяснимым блеском, он жадно рассказывал свои истории, а ученики с открытыми ртами сидели и смотрели на него. Он даже не замечал, какое влияние оказывал на них, не осознавал, как нужен каждому из присутствующих.
Сейчас Александр подошел к любимому месту перед рабочим столом и, опершись на столешницу, застыл в небрежной позе. Казалось, что он мог стоять так часами. За эти восемь месяцев он ни разу не присел во время занятия. Ему нравилось видеть глаза своих учеников, чувствовать их настроение. Сегодня все было не так.
– Это будет ваше последнее задание! – ошарашил всех Ященко, впервые за год проходя мимо парт.
Курс заканчивался – Женя должен был это понимать, но отчего-то ему стало так грустно при мысли об этом. Он хотел снова и снова слушать истории Александра, который сейчас, казалось бы, и сам был растерян. Он привык проводить здесь все время. Тут он начал свою очередную книгу, о которой знали пока лишь стены этой аудитории.
– Как последнее?! – выкрикнула Нелли, округлив глаза от удивления.
Она всегда любила все уточнять. Ей так было спокойнее – знать, что она поняла все правильно. В университете ее многие не любили именно поэтому: считали ее заучкой, а это была только лишь черта ее характера. Она хотела знать все наверняка, чтобы не выглядеть глупой потом.
– Нелли, ты не дослушала! Я даже задание-то еще не успел объяснить, – сказал наставник строго, но в то же время спокойно, подходя к парте, за которой разместилась девушка.
– Простите, – уже не так громко проговорила она.
– Ничего, – ответил Ященко и только через пару секунд вспомнил, про что говорил недавно. – Так вот, это будет ваше последнее задание. Я долго думал, что можно сделать, но все-таки решил не мудрить. Вам надо будет написать про жизнь какого-нибудь человека.
– Обязательно существующего? – спросила Рина Шестакова, светловолосая девушка в очках. Здесь она была младше всех. Ей было всего семнадцать. Несмотря на это, ее можно было назвать одной из самых лучших начинающих писателей в аудитории. Как будто не очень умная, но хорошо владеющая необходимой информацией.
– Молодец, что спросила, – сказал Александр, и Рина мило заулыбалась. – Да, мне бы хотелось, чтобы вы написали именно про существующего человека. Вы можете написать рассказ, или статью, или роман, или даже произведение в стихах, что угодно. И, так как это будет ваше последнее задание, то тот, чья работа впечатлит меня больше других, будет вознагражден. Даю слово, что… лучшая книга будет опубликована! Или их будет несколько?!
Последней фразы уже никто не услышал, потому что заговорили разом все. Такого никто не ожидал. Каждый писатель ждет чуда – метает, чтобы его опубликовали. У всех присутствующих есть шанс, нужно только удивить, создать нечто потрясающее.
Нелли начала что-то рассказывать Мише, но тот ее не слушал. Он был увлечен разговором с соседней парты. Как всегда он всегда лез в чужие дела. Он хотел знавать все, даже то, что люди предпочли бы оставить в секрете. Нелли обиженно пихнула парня в бок и надулась, а он даже этого не заметил. Он был глупый и слишком умный одновременно. Он многое понимал в науке, но ничего не смыслил в жизни.
Все продолжали шуметь. Никто ничего не слышал. Урок обществознания в седьмом классе проходит почти так же…
– Итак, – продолжил преподаватель, и все разом притихли. – Свою работу вы должны будете подготовить к...
Александр, щелкая пальцами на одной руке, начал внимательно изучать календарь, который стоял на его столе.
– К шестому июля. Два с половиной месяца – это достаточно много. Надеюсь, вы успеете. Я верю в вас…
– А что, если не о чем писать? – спросила растерянная Нелли.
– Как не о чем? – не понял Александр. – Я же сказал написать о ком-нибудь.
– Я имела в виду, что делать, если нет вдохновения?
– Вдохновения?.. Вдохновение… – задумался преподаватель. – Странная это штука.
– Но что делать-то?
– Что делать? Продолжать писать. Писать несмотря ни на что. Писать о чем угодно. Писать обо всем, что вокруг. Писать обо всем, что видишь. И не думать о вдохновении. Иногда оно опаздывает, – сказал Александр, взглянув на Женю, и Нелли уставилась на друга. – Да? – спросил преподаватель у него. Женя кивнул в ответ, чувствуя неловкость от количества взглядов, прикованных к себе.
– То есть, нужно просто писать? Всегда и везде? – уточнила Нелли, и аудитория вновь взглянула на девушку. Женя выдохнул.
– Да, – услышал парень чей-то решительный голос, а потом осознал, что говорит это он сам. – Нужно продолжать даже, если нет вдохновения, потому что однажды, когда оно придет, ты поймешь, что ни к чему не способен.
– Да ладно тебе. Всегда можно все исправить! – воскликнула Рина, заинтересованно повернувшись в сторону Жени.
– К сожалению, он прав! – сказал Александр немного расстроено. – Например, музыкант должен все время играть на своем инструменте. Хотя бы час в день. Но он должен играть, он не должен останавливаться, иначе потом наверстать будет слишком сложно. Это возможно. Но это тяжело. Не каждый с этим может справиться. Далеко не каждый… Так же и художник. Он должен постоянно рисовать. Хотя бы для самого себя. Чтобы кисть продолжала его слушаться… А писатель… Писатель должен писать. Наблюдать, рассуждать и писать…
– Ладно! – сказала Нелли, признав свое поражение. – Я поняла.
– Хорошо! – ответил Александр. – Можете идти.
Женя сидел на своем месте и думал одновременно ни о чем и обо всем. Вокруг него вновь все шумели, но он ничего не слышал. Думал о своем. Рина подошла к преподавателю и начала у него что-то расспрашивать. Жене все это казалось кинокартиной, где его место было в зрительном зале. «Зачем он обратился ко мне? Что я должен делать? Я ничего не исправлю».
Он пришел в себя, когда Нелли подошла к парте и пощелкала пальцами у него перед глазами. Улыбнулась. Они неторопясь вышли на улицу. Миша и Марк уже ждали. Несмотря на жаркую погоду, людей в городе было море. Куда-то торопились и толкались. Все было как всегда. Город плавился от жары. Жители ждал наступления майских выходных, во время которых обещали небольшой спад температуры.
– Жень, а что это только что было? – спросила Нелли, еле поспевая за друзьями, которые шли намного быстрее.
– Ты о чем? – спросил Женя, делая вид, что понятия не имеет, о чем речь. Именно сейчас он не хотел ничего объяснять.
– Ты понял. Ты ведь все прекрасно понял. Зачем Александр завел этот разговор про музыкантов? Он ведь имел в виду тебя, да? Ты снова начал играть? Я видела, что он обращался к тебе, когда обо всем этом говорил.
– С чего ты это взяла? – все еще отнекивался Женя, старясь не смотреть в глаза подруге.
– Просто ответь ей! – бесцеремонно влез в разговор Миша. Он как всегда был не в настроении, это уже стало его обычным состоянием.
– Ну, допустим! – наконец ответил Женя, не желая дальше продолжать разговор о своей скрипке.
– Почему ты не сказал? – Нелли была слегка рассержена и не собралась прекращать.
– А зачем? – спросил парень, усмехнувшись.
– Ну, мы друзья вообще-то! – обиженно воскликнула девушка. – А друзья все друг другу рассказывают… Это называется дружбой…
– Разве так важно, что я начал снова играть?
Женя искренне не понимал, почему его подруга рассердилась. Полгода назад он достал из шкафа скрипку, про которую уже давно забыл. Он выкинул ее из жизни, словно отнес когда-то на помойку. Он сам не понимал, почему его в тот момент так потянуло взять в руки смычок. Первые попытки были настолько ужасны, что ему стало грустно и он просидел весь вечер со скрипкой в руках. Инструмент отказывался выдавать хоть что-то стоящее. Каждый день он начинал заново – он не повторял, а снова учился. Он чувствовал себя первоклассником, но на этот раз мама не заставляла идти на занятие в музыкальную школу. Теперь он делал это сам. Он не рассказывал об этом друзьям потому, что ему казалось ему слишком сокровенным. Он хотел, чтобы эта тайна принадлежала только ему.
Он вздохнул. Нелли пожала плечами и посмотрела на Марка и Мишу, но тех вообще не интересовала эта тема. Женя понял, что все сделал правильно.
– Ну, ты мог бы рассказать, – сказала Нелли, пытаясь не выглядеть обиженной, хотя это с трудом получалось.
– Слушай, а с чего вдруг ты снова играешь-то? Ты бросил три года назад, ты же говорил, что это скучно, – вдруг осенило Марка.
– Я передумал! – воскликнул Женя. Ему уже ужасно надоел этот разговор, и он бы с удовольствием перевел тему на что-то другое. «Давайте о чем угодно, только не об этом».
– И давно ты передумал? – продолжала Нелли.
– Ну… полгода…
– С ума сойти… Полгода… – не унималась подруга, но перехватив Женин взгляд, быстро сменила тему. – Вот я совсем не знаю о чем писать, –Женя с трудом понял, о чем она. Он вздохнул, он уже был готов рассказать все. – Может это не мое? – продолжала девушка, не замечая грустного взгляда своего друга. – А вы еще не решили, про кого будете писать?
– Нет, конечно! – ответил за всех Миша рассерженно. Ему никогда не нравилось, как Нелли обрывала разговор, и теперь пытался уловить нити новой беседы.
Миша был обладателем, пожалуй, самого странного характера. Вечно чем-то недоволен, обожает сам отвечать за всех своих собеседников. Женя долго привыкал к своему новому другу, который жаловался абсолютно на все: в пиццу положили мало оливок, в магазинах большие очереди, лимон не достаточно желтый, третий курс в университете слишком скучный, группа слишком глупая, преподаватели не достаточно квалифицированные. Все было бы ничего, если бы Миша не выдумал для себя еще одну странность: он не общался с людьми, которые знают меньше трех языков. Исключением были только его мама и дедушка. Миша Гусев был настоящим снобом, и Женя понятия не имел, почему он был так счастлив, когда тот впервые пришел к нему смотреть фильм. Женя не понимал, почему общается с этим человеком, но, в конце концов, друзей не выбирают.
– Ой, Гусев как же ты меня бесишь! Ты никогда не можешь нормально поговорить! Твой характер… сводит меня с ума! До сих пор не знаю, почему я с тобой еще общаюсь? – прогорланила Нелли. При желании она могла сделать голос достаточно громким и противным.
– Знаю, знаю, – ответил Миша и продолжал путь, как ни в чем не бывало, тем самым разозлив Нелли еще больше.
– Все успокойтесь, – вмешался Марк. Он говорил своим тихим, нерешительным голосом, под который его детям будет неплохо засыпать. Жене хотелось лететь на воздушном шаре где-то в Алтае, смотреть карнавал в Бразилии, но он шел рядом со своими друзьями, в жизни которых не происходило ничего интересного.
– Марк, как можно успокоиться, если сегодня, когда я с ним разговаривала, он слушал разговор Маши и Насти! – продолжала дискуссию Нелли.
«Кто это?», – подумал Женя, а потом вспомнил, что это девушки, которые всегда сидят впереди на занятиях у Александра.
Парень посмотрел на Марка, который плелся по улице с растерянным видом, словно он закутался в своем коконе, как бабочка. От этого Жене стало еще более грустно, и он перевел свой взгляд на Нелли и Мишу. Они могли ссориться бесконечно. Однажды это продолжалось целый день – с утра до вечера. Порой Жене казалось, что у них нет совсем ничего общего: он перебирал истории их ссор и понимал, что эта война будет длиться вечно. Правда, были дни, когда они вели себя почти адекватно – спокойно общались друг с другом и даже обменивались улыбками. Жене нравилось, когда наступало это затишье перед бурей. Он мечтал, чтобы это мгновение длилось вечно.
– И о чем таком интересном они говорили? – спросил Женя у Миши, пытаясь казаться заинтересованным.
– Машка рассказывала, о ком хочет написать. У нее есть соседка, которая шесть раз развелась. Она полагает, что это будет шедевр!
Он говорил это так, словно знал девчонку как минимум всю жизнь. Женя усмехнулся, прокрутив в голове, как Миша называет девушку Машкой.
– Шутишь! – удивилась Нелли, не находя в реплике друга ничего забавного. Она даже перестала злиться.
– Нет, она говорила серьезно.
– Она что с ума сошла? – подхватил Марк, до этого момента не желающий встревать в разговор.
– Это самая плохая идея! – поддержала его Нелли.
– Да уж! – подтвердил Женя. – Представляю, как она придет к своей соседке и скажет: «Извините, не расскажете ли вы мне о ваших шести разводах»? Пожалуй, это забавно…
– Я бы на месте этой соседки Машу с лестницы спустила, – сказала Нелли спокойным голосом, но Миша резко на нее взглянул.
– Вот видишь? Ты говоришь, что у меня дурной характер, а сама Машку с лестницы бы спустила! – выкрикнул парень, все еще смотря на подругу с презрением.
– Ну, нет! – завелась Нелли, и Женя закатил глаза. Он ненавидел то, что идет сейчас рядом с ними, что они опять ссорятся, что они совсем не похожи на друзей – Ты опять начинаешь? Мы говорим абсолютно о разных вещах. Ты вообще понимаешь, о чем мы говорим?
– Да. И вообще, что ты так заводишься? По-моему только ты не довольна мной и моим характером.
– Только я? Да ты любого выведешь из себя! Марк скажи, тебя ведь бесит его характер? – спросила Нелли, показав на Мишу.
Марк изменился в лице. Он всегда был тихоней. Все вокруг считали, что он слабохарактерный. Он не любил высказывать свое мнение. Порой соглашался с людьми только потому, что не хотел их обидеть. Марк никогда не спорил сам и не любил слушать споры других. Когда Миша и Нелли ссорились, он, как правило, вставлял в уши наушники и слушал музыку. У них была самая странная дружба на свете.
Сейчас Нелли застала парня врасплох. Уже минут пять он не слушал их разговор, думая о своем. Девушка повторила свой вопрос, и он растерялся еще больше.
– Ну, – начал он мямлить. – Я не знаю.
– Да ладно Марк! Можешь сказать честно! Миша не обидится! На правду не обижаются, – не унималась Нелли, она даже не замечала, как чувствует себя друг.
– Ладно! Честно говоря, Миша, иногда ты, правда, выносишь мозги, – выговорил Марк. Для него это было целым испытанием. Он старался не смотреть на друга, он вообще старался ни на кого не смотреть в эту минуту.
– Вот видишь!? – восторжествовала Нелли, она выглядела зловеще, и Женя прыснул от смеха, но никто этого даже не заметил. – Видишь, даже Марк подтвердил? Марк!
И все началось снова: Миша с Нелли начали ругаться. Марк надел наушники и включил музыку. Женю охватила такая тоска, что он отвернулся от друзей. Конца этим разборкам не будет. Скорее всего, никогда. Он даже не заметил, как быстро ушел вперед. Шел и шел, ни о чем не думая. Мимо пробегали люди, а друзья уже порядочно отстали от Жени. Он никого не замечал. Мысли путались в голове. Он думал обо всем на свете и ни о чем конкретно. Вдруг сзади его кто-то толкнул. Женя пришел в себя, и только сейчас увидел перед собой девушку.
– Простите! – выкрикнула она и убежала.
Женя опомнился только через пару секунд. Он сам удивился тому, как просто его смогла вернуть в реальность какая-то незнакомая девчонка. Он запомнил ее так, как только было возможно, будто она все еще стояла перед ним. Худенькая. Голубые глаза с какой-то сумасшедшинкой. Они отражали что-то непонятное. Таких глаз Женя еще никогда не видел. Огромные и слишком счастливые. Они просто сияли. Девушка улыбалась. Красивая. Вроде, как все – девчонка как девчонка. Розоватые щеки. Яркая юбка, обычная футболка. Девушка была другая, словно не из нашего мира. Все в ней было какое-то особенное. А еще ее волосы! Волнистые, по пояс, при этом очень густые. Верхняя половина была обычная – блондинистая, но нижняя – выкрашена в разные цвета. Парень не верил своим глазам.
«Весна» – всплыла в голове у Жени единственная мысль, после чего пришла другая: «Глупости». Ассоциации. Почему-то та девушка ассоциировалась у Жени именно с весной.
Тысячу раз он прокрутил в голове их секундную встречу. Она бежит, и легкий ветер треплет ее распущенные волосы. Ему казалось, что эта девушка – воплощение весны. Он никак не мог перестать на нее смотреть. Было мгновение, когда он не верил в реальность происходящего, но девушка-то была.
Как она может здесь жить? Кто она такая? Почему она сбила его с ног? В голове парня роились вопросы, ответов на которые не было. Он набрал побольше воздуха и вздохнул полной грудью. Девушка давно исчезла, словно и не было ее вовсе, когда Женю догнали друзья. Они даже не заметили, как отстали.
– Жень, чего ты стоишь? – спросила Нелли. Совсем спокойно – споры с Мишей стали для нее привычным делом.
Женя растерянно взглянул на подругу. Он все еще не мог выбросить из головы ту странную девчонку.
– Эй, вы тоже видели ее? – спросил он.
Марк, как всегда ничего не понимая, начал нервно моргать. Это была его давняя привычка. Дурацкая, честно говоря, привычка, хотя сам он не замечал, когда начинал это делать.
– Кого? – одновременно спросили все трое, совсем не понимая вопроса, но Женя продолжал.
– Ну, она тут пробегала! У нее еще волосы такие длинные и пряди некоторые цветные! Она… она… я не знаю, кто она…
– Я не видела, – сказала Нелли. Она мгновенно расстроилась, словно Женя только что сообщил ей, что его бросила девушка.
Парень взглянул на нее и перевел взгляд на друзей. Марк и Миша кивнули, поддерживая подругу. Они пожали плечами, хотя, на самом деле, совсем не поняли, чего от них хотят услышать.
– Жень, а что случилось? Кто она такая? – начала расспрашивать Нелли друга.
– Не знаю. Просто странная она какая-то.
Подруга засмеялась, и Женя улыбнулся от мысли о том, что повеселил Нелли. Он смотрел на пробегающих мимо людей. Эта девушка… Почему он искал ее среди людей? Почему он думал о ней? Почему он так много значения уделил незнакомке?
– Какие планы на пятницу? – спросила Нелли, но Женя думал о своем, поэтому девушке пришлось пихнуть его в бок. Он улыбнулся и сделал вид, что внимательно слушает.
– Может как обычно? – предложил Миша.
Как обычно в их понимании значило собраться у кого-нибудь дома и смотреть фильмы. Они покупали DVD диски и какую-то еду. Порой Жене казалось, что их жизнь слишком скучная, но он любил своих друзей – они спасали его от одиночества. Когда-то этих четверых объединила любовь к хорошему кино. Они так любили фильмы, что могли провести за их просмотром целый день (однажды такое, правда, было – этот день вошел в их историю, как «Марафон кино»). Вспоминая этот день, Женя понимал, почему они общаются. У них было много общих хороших воспоминаний.
– Тогда, я приглашаю вас к себе, – предложила Нелли, и Миша почему-то засиял. Он мог вести себя нормально, когда не был придурком. – Мои родители уехали сегодня…
Родители Нелли жили в соседнем городе и на днях приезжали, чтобы навестить дочь. Она любила их, но ей не нравилось, что к приезду надо до блеска начищать квартиру. Ее мама неимоверно любила чистоту, а Нелли хотела доказать, что она уже взрослая. Жить одной у нее получалось неплохо, но прибираться она напрочь не любила. Она вполне комфортно чувствовала себя среди гор не разобранных бумаг, книг и учебников. Она любила хаос в своей съемной квартирке, и когда родители уехали, ей не надо было больше заботиться о чистоте. Друзья уже давно привыкли к этому. Они привыкли, что на ее столе рядом с компьютером обязательно стоит не помытая чашка, а может даже с недопитым кофе. Они привыкли, что рядом с диваном сложена стопка недавно прочитанных ею книг, что кровать иногда не застелена, что на столе рядом с учебниками разбросаны ручки и карандаши. Они ко всему привыкли. Это же друзья.
– Что сегодня будем смотреть? – спросил Марк, проходя между полок с дисками, когда они зашли в магазин. Выбор фильма всегда занимал много времени.
– Может «Шерлок Холмс»? – предложил Миша, взяв с полки первый попавшийся диск, но его идею не оценил Женя.
– Может что-нибудь другое? – предложил он. – Я ходил на этот фильм с сестрой! Может «1+1»?
– Мы же две недели назад смотрели! – начал в очередной раз за сегодня возмущаться Миша. Его лимит «нормального парня» был уже исчерпан. Женя улыбнулся при этой мысли. Его друг был полным придурком, но порой ему это даже нравилось.
– Пересмотрели бы, нет? – проговорил парень, но Миша отрицательно покачал головой.
– Ой, ой, ой, – закричала Нелли. – А давайте посмотрим «Грозовой перевал»?
– Нет! – выкрикнули трое хором. Им всегда не нравилось, что выбирает Нелли, потому что она была единственной девушкой в их компании и выбирала не те фильмы.
– Эй! – возмутилась девушка. – Это же «Грозовой перевал». Я эту книгу семь раз читала. Ну, это же Бронте.
Миша, как ни в чем не бывало, предлагал все новые и новые фильмы. Он будто не слышал, что говорила Нелли. Так было почти всегда. Мише не нравились фильмы, которые предлагала она, а ей не нравились те, что находил он. Правда, Миша при этом всегда психовал, а Нелли спокойно ставила диск обратно на полку. Она делала вид, что все в порядке, что это ничуть ее не задело. Она очень сильно обижалась на друга, но старалась этого не показывать. Этот парень, несмотря на все его прикидоны, был ей дорог, а он как будто этого не замечал. Сегодня Нелли не смогла сдержать обиду. Она схватила с полки первый попавшийся диск.
– Мы будем смотреть «Хорошо быть тихоней»! – с вызовом сказала Нелли, читая название с коробочки. Она не спрашивала их мнения. Сегодня она хотела быть главной. Ей так хотелось хоть раз в жизни принять решение самой.
– Ну ладно, если ты так хочешь, – промямлил Марк, пугаясь такого настроя подруги. Мягко говоря, он был шокирован.
– Да, я хочу! – восторжествовала Нелли. Ей нравился тот испуг в глазах Марка. Это доказывало то, что она победила. – Миша, оплатишь?
Девушка протянула диск парню, а тот с непониманием смотрел на него, словно не знал, что с ним делать.
– Почему я? – возмущенно проговорил он.
– Можешь считать это своим извинением! Надеюсь, ты заметил, что я на тебя обиделась!
Миша удивился от заявления девушки, но тут же сделал вид, что все понимает. Он не хотел ссориться с ней снова.
– Да, конечно. Оплачу.
– Есть книга! Я читал, – добавил Женя, желая хоть как-то разрядить обстановку, и Нелли едва заметно улыбнулась.
Миша, как и обещал, купил диск, и друзья тихо пошли по улице в направлении дома Нелли. Никто ни о чем не говорил. Каждый про себя продумывал, как можно нарушить тишину. У них была странная дружба. Они шли нога в ногу, и рядом пробегали люди. В воздухе пахло апрелем, и поэтому они Женя проще переносил напряжение, повисшее между друзьями. Парень поймал себя на мысли, что он одинок, хоть и находится сейчас в кругу своих друзей.
Они шагали по людным улицам, прерывая молчание лишь неловкими покашливаниями. Так и подошли к нужному зданию.
– У меня же дома ничего нет! Зайдем в магазин? – вспомнила Нелли. Ее голос немного хрипел из-за длительного молчания.
Она первая зашла в супермаркет и стала искать что-нибудь к чаю. Глаза разбегались: она хотела все сразу, поэтому почти летала от полки к полки. Все, как всегда. Просто магазин, просто девушка, которая хотела сделать покупку. Друзья шли за ней, но даже не заметили, как поведение Нелли резко изменилось. Она остановилась у полки с крупами и начала внимательно все рассматривать. Три раза обежала вокруг прилавка с печеньем, три раза она брала одну и ту же пачку и тщательно рассматривала этикетку. То ли брала специально она эту пачку, то ли случайно. Только тогда друзья поняли, что с Нелли что-то не так – печенье она ненавидела. Она продолжала метаться из стороны в сторону. Еще раз пробежав вокруг полки, вдруг неожиданно спряталась за прилавком с шоколадом.
– Это точно он, – негромко проговорила Нелли, продолжая выглядывать из-за своего укрытия.
Парни стояли рядом в полном недоумении.
– Кто? – спросил Женя, который сейчас хотя бы понимал причину странного поведения подруги.
– Стас! Мой брат. Вон, смотрите, – сказала она, показывая на какую-то странную компанию из пяти парней.
Низкий рыжий парень как-то странно дергался и нервно оглядывался по сторонам – он был явно чем-то напуган. Высокий кучерявый что-то тихо бормотал и выглядел нелепо в своей мятой коричневой футболке. Парень в рваной красной кепке что-то выкрикивал своим противным голосом – он вел себя так, будто здесь главный. Хотя, может, он и вправду был главарем этой шайки. Черноволосый дылда пытался перекричать его и у него это в принципе получалось. Еще один парень стоял чуть поодаль и делал вид, что их не знает.
– Который из них? – вмешался Миша. На этот раз он вел себя совершенно спокойно. Видимо, его сильно удивил сам факт того, что брат Нелли – один из этих… ребят.
– Тот, – продолжала показывать Нелли на всех, – с черными волосами, который еще орет на парня в красной кепке! Интересно, что он вообще здесь делает?
– Здесь, в смысле в магазине? – не понял Марк, внимательно изучая полку с шоколадом.
– Здесь, в смысле в городе! – прокричала девушка и закрыла рот руками.
– Ты же говорила, что ему шестнадцать, – то ли испуганно, то ли растерянно говорил Миша. – Что-то он так не выглядит…
– Ему и так шестнадцать! Просто он высокий, – сказала Нелли и уверенно двинулась в сторону странной компании.
Она выглядела уверенной, хотя отчего-то побаивалась подходить к брату. Так или иначе, оказавшись рядом со Стасом, она начала дергать его за плечо. Тот, продолжая выяснять отношения, повернулся с недовольной гримасой. Было видно, что он готов увидеть кого угодно, только не сестру. Уверенности поубавилось.
– Что ты тут делаешь? – спросил он растерянно.
– Что? Я? Ты меня спрашиваешь? Я-то как раз живу в двух шагах отсюда! По-моему, будет логичнее, если я задам этот вопрос! Ну?
Нелли скрестила руки на груди и встала в небрежную позу. Она ждала ответа, а братец растерянно моргал глазами, словно ему было пять лет, и он испортил ее любимую куклу.
– Да какая тебе вообще разница! – выкрикнул парень в красной кепке, который бесцеремонно влез в разговор брата и сестры. Вел он себя слишком самоуверенно, но даже не предполагал, с кем имеет дело.
– Почему ты раскрываешь свой рот, если я разговариваю не с тобой? – заорала Нелли – если ее сильно разозлить, она может и не такое выдать. Ей было все равно, кто перед ней.
Парень в красной кепке подскочил к Нелли и в порыве ярости попытался ее ударить. Стас оттолкнул его с такой силой, что тот упал и треснулся головой об пол. На мгновение Нелли показалось, что парень не дышит, но он поднялся и со злостью ударил ногой о прилавок. Нелли очень испугалась, но старалась казаться спокойной.
– Что ты тут делаешь? – четко проговаривая каждое слово, повторила она.
– Ну… тебя приехал навестить, – после долгой паузы ответил Стас. Он не верил собственным словам.
– Не ври! Я не дура… Я звоню родителям! – не выдержала Нелли и снова сорвалась на крик, ей с трудом удавалось не зарыдать. Она достала телефон и начала набирать чей-то номер. Но когда она собиралась нажать кнопку вызова, Стас выхватил телефон из рук сестры. Открыв рот от удивления, Нелли наблюдала за тем, как ее новенький Айфон ударился о пол. Он не разбился, но ей было все равно.
– Хватит! Хватит, Нелли! Ты уже выросла, а до сих пор ведешь себя так же, как в детстве!
На этот раз девушка не выдержала и зарыдала. Сквозь слезы она продолжала говорить:
– Да что мне еще делать! Ты сбежал из дома в другой город! Родители уехали, а ты сразу сюда? Молодец. Умница. Стас, тебе нужно лечиться… Хватит. Перестань быть эгоистом. Пожалей маму, у нее сердце разрывается…
На протяжении разговора выражение лица парня менялось несколько раз. Он все хотел закричать на сестру, но не мог. Слова сестры его все-таки задели, но что-то мешало ему согласиться с ней.
– Да, – проговорил он. – Потому что меня достало все это. Там ничего не меняется. Все только и делают, что сравнивают меня с тобой. Нелличка бы так не сделала; у нее это получалось; она бы никогда так не поступила! А если они не делают это, так жалеют меня. Я знаю, что им больно, но я ненавижу жалость. Это бесит! Правда! Я хотел нормально провести время, забыть хоть на какое-то время о том, кто я! Так нет, встретил тебя! Достало!
Прокричав это, Стас схватил что-то с полки и выбежал из супермаркета, а парень в красной кепке оглядывался по сторонам, не понимая, что происходит. Охранники даже не собирались догонять воришку. Странно. Да где вообще во время всего этого они были?
Ошарашенная девушка стояла на прежнем месте. Только что здесь был ее брат, а теперь исчез. Миша, Женя и Марк подошли к Нелли. Она забыла, зачем она сюда приходила. Женя взглянул на свою подругу, она плакала. Марк поднял с пола ее телефон – как ни странно тот работал. По щекам девушки не переставая лились слезы. Что она сделала своему брату? Зачем он так с ней? Почему сбежал? Она все плакала и плакала. За все годы знакомства, друзья ни разу не видели Нелли ее в таком состоянии. Они вышли из магазина и сели на скамейку неподалеку.
– Как ты? – спросил Миша единственное, что, мо его мнению, подходило под данную ситуацию.
– Меня ненавидит родной брат, – сквозь слезы говорила девушка. – Как я могу себя чувствовать? – она начала плакать еще сильнее. Миша присел рядом и обнял ее. Никто не ожидал, что он может быть таким заботливым.
Были моменты, когда Нелли переставала рыдать, но потом вновь начинала. Она всегда казалась им сильной, а сейчас выглядела беспомощной, растерянной. Марк достал платок и подал его девушке. Она вытерла слезы, но легче ей не стало. Она что-то начинала говорить, но из-за всхлипываний ничего нельзя было разобрать, и она замолкала.
Пришла в себя она только через полчаса. От слез ее глаза стали красными, а сама она стала некрасивой.
– Ребят простите. Но сегодня, правда, никак не получится. Я, наверное, лучше пойду и поищу Стаса!
– Стоп, Нелли, мы с тобой! – возмутился Женя и посмотрел на друзей. Почему все они молчат? Он не понимал, почему друзья не поддерживают его сейчас.
– Правда? – удивилась девушка, искренне благодаря ребят за их поддержку.
– Конечно! – подтвердил Миша, и Женя успокоился.
– Мы же друзья! – добавил Марк.
Нелли печально улыбнулась. Впервые за время их знакомства она поняла, какое место занимают они в ее сердце. Девушка не была уверенна, что найдет брата в этот вечер, но точно знала, что рядом есть близкие люди. Она почти успокоилась, шагая по тротуару и ощущая, что рядом с ней идут эти три парня.
Если говорить совсем честно, то все понимали, что Стаса в ночном городе не найти. Ребята пошли только для того, чтобы поддержать подругу. Они прочесали все места, где по предположениям Нелли мог быть брат, но его нигде не было. Возможно, он был там, но в другое время. Раньше или позже. Стаса этим вечером они так и не нашли. Шестнадцатилетний парень бродил по ночному городу, которого практически не знал.
Когда совсем стемнело, стали расходиться по домам. Женя и Нелли жили рядом, поэтому продолжили свой путь уже вдвоем. Нелли было тревожно и грустно, ее печаль каким-то странным образом передалась ее спутнику. Они брели по городу, погруженные в свои мысли. Сегодня ночной город спрятал где-то Стаса, а ребята так и не разгадали, где тот укрылся.
Они не заметили, как подошли к дому Нелли. Женя улыбнулся подруге на прощание, и она помахала ему рукой. Девушка уже собиралась зайти в подъезд, когда парень окликнул ее:
– Нелли, что-то случилось?
Она резко развернулась. Нелли смотрела на него, одновременно понимая и не понимая, о чем говорит ее друг.
– В смысле? – спросила она.
– Ну, что с твоим настроением? Оно меняется быстрее, чем Миша в голове пересчитывает все языки, какие знает. Где та Нелли, которую знаю я?
– Не знаю. Может, спряталась где-то между совестью и наглостью! – проговорила она. Нелли хотела пошутить, но Жене отчего-то не стало смешно.
– Нет. Я серьезно. Ты никогда не была такой. Ты всегда была очень сильной. В чем дело?
– Женя, Стас уже давно такой, с того момента, когда... Не важно, с какого. Я не могу вести себя по-другому. Я не знаю, что делать. Я не могу ему помочь, потому что даже не знаю, где он, – проговорив это Нелли села на скамейку. – Он так изменился. Он был совсем другой раньше.
Женя сел рядом с ней. Было тихо, совсем рядом влетели птицы, которых они спугнули.
– Люди меняются, – проговорил парень не очень громко.
– Я знаю, – сказала девушка, взглянув краем глаза на друга, который пребывал в замешательстве. – Просто, это же мой брат. Тот, который просил меня почитать ему «Гарри Плоттера» перед сном. А сегодня он орал на меня на весь супермаркет. А его дружки? Боже мой, с кем он связался. Неужели, уже ничего нельзя изменить? Поверить не могу.
– Не знаю, – ответил Женя. Он и правда не знал, это не была отговорка. Он сидел рядом с Нелли и смотрел на пробегающих мимо собак. Дома его ждали далматинцы. При мысли о своих питомцах ему стало тепло на душе.
– Жизнь такая странная, верно? – сказала Нелли, и парень ей кивнул. – Он… он дурак…
Часа два Нелли рассказывала про то, каким Стас был в детстве: он ждал ее из лагеря, когда ей было десять; он играл маминым обручальным кольцом и где-то его потерял (оно так и не было найдено). Нелли рассказала кучу историй, которые именно сейчас казались такими важными. А потом у нее зазвенел телефон. Звонок раздался так неожиданно, что оба вздрогнули. Это была ее мама. Девушка долго смотрела на экран своего телефона, гадая, брать трубку или нет. Она уже знала, о чем будет разговор.
– Как пропал? – сыграла удивление Нелли, и Женя посмотрел на подругу глазами, полными непонимания. Что она творит?
Пять минут девушка выслушивала маму, решаясь сказать правду, но так и не смогла. Она испугалась. Испугалась потерять доверие брата.
– Если я что-нибудь узнаю, скажу. Не переживай.
Ей было тяжело лгать маме, но язык сам говорил за нее. Она повесила трубку и молча взглянула на Женю. Она словно спрашивала у него взглядом: «Я дура?».
– Почему ты ничего не сказала?
– Не знаю! Правда! Сама не понимаю, как это получилось! Само собой как-то! Какая же я дура!
Они попрощались, Женя пошел домой. Мимо проходили люди, не довольные своей жизнью. Никто не улыбался, хотя была пятница. Казалось, что все хотят поскорее добраться до своей квартиры и залечь там до понедельника. В последнее время на лицах людей вообще не часто присутствовали улыбки. Людей вообще мало, что радовало. Они устали. Пятница. Вечер. Откуда в полдвенадцатого на улице столько людей?
Женя проходил по той же улице, что и днем. Он всегда ходил этой дорогой. Но мысли теперь были другие. Совсем другие. Сейчас Женя не мог больше думать ни о чем, кроме того, что сейчас где-то по городу ходит брат Нелли. Женя вздохнул. Он не мог понять, почему Нелли не сказала маме правду. Люди день ото дня делают необдуманные поступки. Наверное, это один из них.
Женя поднялся на свой этаж и начал открывать ключом дверь, когда сзади на него набросилась сестра. Жили они уже два года вдвоем. Их отец умер неожиданно, когда Жене еще было пятнадцать – худшее воспоминание из его жизни. Мама в том году вышла замуж, и ее нового мужа перевели по работе в Москву. Так, Марина – его старшая сестра – осталась за старшую. В городе родственников у них совсем не было. Первое время было одиноко, но потом привыкли.
Сейчас Марина с лучезарной улыбкой стояла на лестничной площадке и смотрела на брата. Она была красивая – это Женя знал. Это видели все, но сама девушка об этом как будто не догадывалась. Высокая. Хорошая фигура. Она приковывала взгляды. Как всегда на каблуках. Она стояла и смотрела на своего брата, который было непонятно, почему девушка была в хорошем настроении.
– Марина, ты с ума сошла? – выпалил он, а та лишь прыснула от смеха. Она вела себя, как ребенок, что было на нее совсем не похоже – его сестра так не умела.
– Можно и так сказать, – воодушевленно ответила она.
– Ты где была вообще? – спросил Женя, когда, наконец, справился с дверью и прошел на кухню. Он любил устраивать ей такие допросы: они его забавляли.
– Я познакомилась с прекрасным человеком, Женя! Мы встретились сегодня, – пропела Марина. В ее душе порхали птички, которых Женя видел даже без рентгена. – А ты где был? Уже полночь, между прочим. А старшая сестра здесь я…
– У Нелли проблемы.
– А ты чего раскис? – бодро спросила сестра. – Вот зря ты с Линой расстался! Ты с ней хоть иногда веселый ходил.
Лина – бывшая девушка Жени. Она ему никогда не нравилась, зато он ей очень. Девушка, как одержимая, всюду ходила за ним. Младшая сестра Марининой подруги. Бывшей подруги. После того как Женя бросил Лину, подруги перестали общаться. Лина всегда очень нравилась Марине, а парень ее терпеть не мог. Она всегда очень много болтала, даже когда видела, что ее никто не слушает, причем болтала какую-то ерунду. Терпеть не могла, когда ее перебивают или не соглашаются с ее мнением. Женя не выносил и часа в ее обществе, но Марина до сих пор считала их идеальной парой.
– Она была дурой! – отрезал парень, скривив лицо при мысли об этой девчонке.
– Эй, Женя! Это не красиво! – нравоучительно сказала его сестра – ей бы в школе работать, учила бы, что правильно, а что – нет.
– Ей не нравились «Звездные войны»!
– Ну и что? Мне тоже они не нравятся!
– Ты не смотрела, а ей не нравятся. Это разные вещи. К тому же, она думала, что Ремарк – это женщина.
Марина приутихла, сильно удивившись. Она достала из холодильника йогурт и, открыв его, перевела разговор:
– Чего нового?
Она взяла ложку и в двенадцать ночи начала есть свой любимый йогурт, хотя это был ее ужин, а может и обед тоже.
– Нам дали задание написать книгу о любом существующем человеке, – начал Женя, смотря на сестру, а та, удобно усевшись на стуле, витала в облаках. – Я не знаю, о ком написать.
– Напиши обо мне! – воскликнула девушка, чуть не подавившись йогуртом от своего энтузиазма.
– Скучно.
– Ничего не скучно, – немного обидевшись на брата, продолжала его сестра, уже рисуя в голове, как она снимается в экранизации книги о самой себе. Вот она идет за своим заслуженным Оскаром…
– А, ну да, как я мог забыть, – оборвал мечтания сестры Женя. – Ты весело чистишь зубы и весело проводишь почти все свое время на работе, которая тебе даже не нравится.
– Ну, ты и зануда стал! – сказала ему она, хотя на самом деле понимала, что брат прав.
– Да ладно. Просто у меня плохое настроение. Не обижайся.
– А у меня замечательное! Поэтому не надо мне его портить.
– Ну, ладно. Прости. Кого ты там встретила-то?
Марина рассказала, что познакомилась с молодым человеком, которого зовут Виктор. Как только она его увидела, поняла, что влюблена. Не так что бы очень, но чуть-чуть. Марина весь вечер за ним наблюдала, а потом общая знакомая представила их друг другу. Оказалось, что у них почти полностью совпадают интересы. У него тоже есть собака, правда, одна, а у Жени с Мариной их три. Он живет в соседнем дворе и ходит в тот же бар, что Марина. Возможно, они не один раз пересекались, просто, раньше они не обращали внимания друг на друга. У людей всегда так: они не видят, что происходит перед их носом. Марина чувствовала, что это судьба. Она ждала, что молодой человек позвонит ей. По ее словам, парень был очень милый, и Женя улыбнулся, увидев влюбленные глаза сестры. Он желал ей только счастья.
В субботу было не слишком жарко. Обычно к маю в их южном городе было почти всегда жарко. Туристы любили сюда приезжать погреться на солнышке, но местным жителям такая погода безумно надоедала. Сегодня было все, как надо. Апрель, тепло, не слишком яркое солнце. Марина уже утром куда-то убежала, а Женя от нечего делать пошел к Александру. Тот давно его приглашал, но времени всегда не хватало. Женя был уверен в том, что преподаватель будет в аудитории, где проводятся занятия. Александр всегда говорил, что там спокойно, никто не мешает, так что можно сконцентрироваться на работе. Ященко любил свою аудиторию, которая стала его укрытием от этого безумного мира.
Жене нравилось болтать с Александром обо всем на свете, тот часто приглашал его к себе. Как-то так произошло, что он стал парню хорошим другом, несмотря на то, что разница в возрасте была почти двадцать лет. Александр никогда не отказывал в помощи и частенько утверждал, что у Жени большие способности, на что тот всегда лишь отмахивался, считал это глупостями.
Сегодня парень вновь постучался в дверь аудитории и зашел. Преподаватель, как обычно, сидел за своим столом и что-то печатал на ноутбуке. Его почти всегда можно было застать здесь за этим занятием. Он все время был погружен в работу. С утра он обожал сидеть здесь в одиночестве и пить кофе, работая над новой книгой. Александр получал от этого наслаждение, потому что делал то, что ему нравится.
– Привет! – сказал он, увидев Женю, и закрыл ноутбук.
– Я помешал? – спросил испуганно парень.
– Нет, нет!
Женя сел на парту перед преподавателем и закинул свой портфель на стул. Через жалюзи солнечные лучи попадали в аудиторию, создавая загадочный узор на столах. Парень улыбнулся.
– Вы что-то писали? – спросил он у наставника, смотря не на него, а на солнечные зайчики, прыгающие по стенам. – Что? Если не секрет.
– Конечно, не секрет. Пишу новую книгу. У меня есть идея, и это замечательно. Но есть одна проблема: я не знаю с чего начать. У меня всегда проблемы именно с этим. Иногда начать не так-то просто.
– Я знаю, – усмехнувшись, подтвердил Женя и посмотрел на своего преподавателя.
– Да! А как твое задание?
Александр начал разбирать бумаги на своем столе, и Женя вздрогнул от мысли, что в будущем ему тоже придется заниматься такой скучной работой.
– Никак, – грустно ответил парень на вопрос Александра. – У меня нет идеи. Все, про что я могу написать слишком глупо и неинтересно. Все вокруг какое-то одинаковое. Да и в моей жизни ничего не меняется. Она лишь становится все скучнее и скучнее. Самое необычное, что я делал на этой неделе – это прогулял лекции. И то из-за того, что пошел к зубному.
– Эй, Женя, ты очень талантливый! Но, по-моему, сам этого не замечаешь. А написать ведь можно, про что угодно и кого угодно. Главное не что пишешь, а как пишешь. Даже если есть прекрасная идея, но ты не можешь перенести ее на бумагу, это ничто. Никто не будет это читать. Понимаешь?
– Кажется. Но я все равно не могу писать про то, что мне не интересно.
– Все не может быть не интересным! Тебе должно что-то нравиться. Например, ты можешь выслушать нескольких людей. Они расскажут о своей жизни. А потом ты выберешь историю, которая тебе понравится больше других.
– А если мне ничего не понравится?
– Так… Ладно. Пойдем другим путем. Что за последнее время тебя заинтересовало? Или удивило? Было ли что-то такое, чего не было раньше?
– Ну, Нелли стала вести себя очень странно. Рассеянная и не сосредоточенная. Это на нее не похоже. Вчера она даже заплакала. Но все это связано с ее братом. У них проблемы в семье. Он сбежал из дома. Ничего особенного.
– А еще?
Женя пытался вспомнить что-то необычное. Он перебирал в голове события своей жизни. И вдруг в его сознании замелькали яркие краски. Он снова увидел ее. Голубые глаза. Яркие пряди волос. Девушка-весна.
– Вчера я встретил девушку. Такая странная… а ее волосы на концах выкрашены в разные цвета. Она и правда меня очень удивила. Она не такая, как все. Я таких раньше не видел…
– Ну, так в чем проблема?
– Вряд ли я ее еще когда-нибудь встречу. Случайностей не бывает.
– Неправда. Если очень сильно захотеть, все получится. Просто, нужно свои усилия прикладывать. Ты должен идти к своей цели. Просто поверь.
– Ага, из сотен тысяч людей я смогу ее найти?! – произнес Женя, а Ященко кивнул. Парень задумался. Он не верил в то, что это возможно. – А если она уже не в городе?
– А ты просто верь, что она тут.
– Но ведь так не бывает!
– Почему? Кто сказал?
– Если я чего-то захочу, это не сможет сразу появиться. Просто так. Так не бывает.
– Жизнь странная штука, но порой такая непредсказуемая. Она прекрасна. Поверь мне.
– То есть, нужно просто верить?
– Не знаю. Может быть.
– Бред какой-то.
Пару минут они сидели и молчали. Было слышно только тиканье часов и шум с улицы, поступающий в аудиторию через не закрытую Женей дверь. Александр продолжил перебирать листы, которые стопками лежали на его рабочем столе.
– А о чем будет ваша новая книга? – прервал Женя неловкое молчание. Он смотрел на то, как ветер играет с занавесками на окнах.
– О жизни. О жестокой, но все-таки такой прекрасной! Понимаешь меня?
– Да, – вежливо согласился Женя, хотя на самом деле не особо понимал мужчину. Тот словно увидел это в его глазах.
– Я хочу, чтобы люди, прочитав эту книгу, чему-то научились. Чтобы они находили в ней себя. Чтобы они видели, что из безвыходной ситуации есть выход… И по-моему я придумал как ее можно начать.
Женя понял, что это намек и ему пора уходить. Он спрыгнул с парты, схватил со стула портфель и направился к выходу.
– Ну, тогда я пойду, – сказал он и чуть не врезался в Рину, которая только что зашла.
– Рина, ты по какому-то делу? А то мне сейчас некогда, – сказал ей Александр. Он уже открыл ноутбук, и, похоже, уже был готов начать печатать. Его распирало от нахлынувшего на него вдохновения.
– Нет, я только ключи занести.
С этими словами она достала из кармана юбки ключи и кинула их прямо в руки к преподавателю. Женя от любопытства даже с места не смог сдвинуться. Обычно он не влезал в чужие отношения, но сегодня ему стало интересно, зачем Рина в выходной пришла к своему педагогу и какие ключи она ему отдала. Хм, обычно его всегда раздражало, когда Нелли и Миша начинали сплетничать. Он превращался в них, и ему это было противно.
– Ну, ладно, если ты так занят, то я пойду, – проговорила Рина. – Пока, дядя Саша.
От последних ее слов Жене стало легче. Он вдруг понял, почему его так насторожила данная ситуация: он не хотел разочаровываться в Александре. Он выдохнул, но продолжал стоять на одном месте. Рина подошла и пощелкала пальцами перед его лицом.
– И чего стоим? Уходить вроде собирался. Пойдем?
Девушка говорила так, будто они с Женей были знакомы тысячу лет и как минимум были лучшими друзьями, хотя за год они так толком и не общались. Это было не похоже на нее. Пусть Женя и не был с ней хорошо знаком, но ему казалось, что она другая: скромная, слово из нее не вытянешь.
Они вместе вышли на улицу и пошли рядом. Женя не знал, о чем с ней можно говорить. Он даже не знал, что Александр – ее дядя. Молчание стало приносить неудобство обоим, поэтому Женя спросил:
– Так значит это твой дядя?
– Да. А ты подумал, что мы встречаемся?
Рина засмеялась. Так она выглядела еще младше, чем кто-то мог предположить. На мгновение Жене показалось, что он идет с пятнадцатилетней девочкой.
– Нет! – быстро ответил парень. – Я сразу понял, что Александр – твой дядя.
– Да ладно, Жень! Я же все поняла по твоему взгляду, – смеясь, сказала она. Оказывается, она простая, а с виду такой не кажется. Жене она всегда казалась слишком серьезной, возможно, даже скучной.
Сейчас Рина была совсем другая – шла и болтала о всяких пустяках. Она не строила из себя кого-то, а просто была собой. Говорила про какие-то известные факты, и даже рассказала, как написала свой первый рассказ. Ей было всего девять лет, это была детская сказка. Потом были рассказы. Когда ей было шестнадцать, то Александр прочитал ее маленькую повесть. Она ему действительно понравилась. Тогда он сказал, что она ни в коем случае не должна бросать. Всю неделю он планировал организацию курсов для начинающих писателей, и уже через полгода они были открыты.
– Так значит, благодаря тебе Александру пришла эта идея?
– Не знаю, – сказала Рина, пожав плечами. – Может быть.
Рина уже слегка поднадоела Жене. Она очень хорошо рассказывала, он не мог это отрицать – наверняка из нее вышел бы хороший рассказчик, но парню было совсем не интересно то, о чем она говорила. Он даже не догадывался, что девушка давно в него влюблена. Отделавшись от нее на следующем перекрестке, он выдохнул с облегчением и спокойно отправился домой, наблюдя за проходящими по улице людьми. Все они были такие разные. У всех свои проблемы. Все куда-то спешили, мало, кто просто наслаждался прекрасной погодой. Он обогнал пожилую пару, которая, держась за руки, медленно завернула на аллею в парк. Спокойные и счастливые. Он так засмотрелся на пожилых людей, что не заметил, как навстречу ему выбежала женщина с огромным букетом цветов в руках. Женя резко повернулся и едва не толкнул ее. Она пожала плечами, взглянув на парня, и побежала дальше. Жене вдруг показалось таким странным, что при новой встрече он узнает ее наверняка, а она его даже не вспомнит. Но если мы кого-то замечаем, значит, кто-то смотрит на нас и думает о том же. Парень начал оглядываться по сторонам, но никто не обращал на него внимания. Печально. Женя вдруг осознал, как мало значит он для этого мира, если в эту минуту он никому не нужен. Он вздохнул.
Оказавшись у своего подъезда, парень вдруг понял, что заходить туда совсем не хочется. Он взглянул на соседний дом. Пятый этаж, третье и четвертое окна справа. Там жила Нелли. Вчера она была расстроенной, наверняка ей сегодня нужна поддержка. Женя рванул туда, но подруги дома не оказалось. Дверь открыл Миша. Внимательно посмотрев на друга, Женя прошел в квартиру.
– Где Нелли? – спросил он, заглянув в комнату Нелли.
– В магазин ушла. А ты где был весь день? Мы тебе миллион раз звонили. Ты трубку не брал.
– Блин, кажется, телефон дома оставил.
Миша махнул рукой, и они прошли в комнату. Миша сел на диван, а Женя забрался на подоконник. В комнате стоял аромат духов Нелли – она опять вылила на себя треть флакончика. Это стало уже привычкой, от которой она и не собиралась избавляться. Ей нравился аромат, который она оставляла после себя в комнате.
– Останешься фильм смотреть? – спросил Миша, почувствовав, что пауза затянулась.
– Пожалуй, да. А Марк?
– Он не придет. Сказал, что какую-то домашнюю работу делает. Наверное, мама опять заставила ехать на дачу цветочки сажать. Короче, занят он.
Минут через десять пришла Нелли с чипсами. Сегодня она была в хорошем настроении, как будто вчера и не плакала. Женя улыбнулся, увидев свою подругу абсолютно спокойной и даже веселой.
Люди порой быстро меняются. Порой вечерние проблемы утром перестают быть такими уж ужасными. Наша жизнь устроена таким образом, что мы вынуждены меняться. Иногда это просто маска, которая скрывает наше истинное состояние. Нелли взглянула на Женю. В ее глазах была печаль. Глаза всегда выдают человека.

2 глава
И ЗВАЛИ ЕЕ МАЙЯ

– Если бы на наш город летел метеорит, то надеюсь, он упал бы на тебя! – выкрикнула Нелли.
Они с Мишей в очередной раз спорили. Если бы сейчас Женя сказал Марку, что вчера вечер в их компании прошел мирно, тот бы не поверил.
Друзья стояли в очереди за билетами. В воскресенье они часто ходили в кинотеатр. Настроение у всех было отличное до тех пор, пока Миша не начал ворчать. Нелли занервничала. Марк, как ни странно, оставался очень веселым, как будто нажал на кнопку «игнорируй спор». Сегодня ему даже каким-то образом удалось примирить друзей. Нелли позволила Мише выбрать фильм самому, чтобы тот успокоился окончательно. Парень обрадовался и вместе с Женей взял билеты на «Обливион». Он все еще хотел немного позлить Нелли и намеренно рассматривал только боевики. К его сожалению и счастью Марка, девушке его предложение очень даже понравилось.
– Ты серьезно решил, что я расстроюсь? – с усмешкой произнесла она. – Если я не люблю боевики, не значит, что я не хочу смотреть этот фильм. Ты, наверное, забыл, но Том Круз – мой любимый актер.
– Он твой любимый актер?! – воскликнул Миша. – Серьезно?
Нелли закатила глаза. Они оба это делали, когда что-то было не так. Хм, все-таки что-то общее у них есть.
– Зачем ты сказал это? – прошептал Марк, в своей голове уже представляя то, как Нелли начинает снова ругаться с Мишей и они уходят из кинотеатра. Он ошибся. Все было прекрасно. Его друзья обменялись непонятными взглядами и отвернулись друг от друга.
Миша начал бубнить по-китайски, какая огромная сегодня очередь. Нелли, не в силах больше выдерживать это, стала расспрашивать Женю о Марине. Помимо Миши китайский язык в их компании немного знал только Марк, но всего пару фраз. Он нашел их в интернете, когда сидел на скучной паре. Ему было настолько неинтересен предмет, что он даже открыл словарь китайских афоризмов.
Перемирие длилось недолго. Миша добился своего во время сеанса. Он разозлил Нелли по-настоящему сильно, потому что девушка выбежала из зала – раньше такого не было. Миша рванул за ней, и уже через десять минут они вернулись на свои места. Остаток фильма друзья досмотрели спокойно, парень ни слова не сказал. Выглядело это слишком подозрительно, поэтому Марк частенько на него поглядывал.
– Ты проспорила! – выкрикнул Миша, как только друзья вышли из кинотеатра, и Марк все понял.
Конечно, успокоиться их друг мог только из-за спора. Миша был способен замолчать лишь из-за этого. Он ведь обожал одерживать победу в спорах. Еще неизвестно, что он любит больше: выигрывать споры или учить языки. Да он и китайский-то начал учить, когда поспорил с Нелли: один из них будет месяц выбирать фильмы. Спор был в силе до сих пор. Остается еще пять месяцев, а Миша уже неплохо знает язык.
– Вы спорили? – спросил Марк без какой-то заинтересованности. Нелли скрестила руки на груди и закатила глаза. Ну, конечно, она же проиграла. В очередной раз.
– Да. Нелли сказала, что я не смогу просидеть до конца фильма, не сказав ни слова. А я, представь себе, смог!
– На что хоть спорили-то? – поинтересовался Женя. Он не мог без улыбки смотреть на надутую Нелли.
– Теперь кое-кто не будет неделю меня отчитывать, – ответил Миша, счастливый настолько, насколько мог. – Кто же это, Нелли?
– Я! – не очень весело ответила девушка.
Друзья стояли у здания кинотеатра и даже не собирались сдвигаться с места. Они часто так делали, когда никуда идти не хотелось. Они могли стоять так больше часа, но не сегодня. Чем дольше они находились здесь, тем сильнее становился ветер. Еще двадцать минут назад его не было. Он словно прогонял их отсюда.
Такой холодный ветер совсем не соответствовал прогнозу погоды. Одеты все были уж слишком легко, и Нелли даже начала дрожала. Ее волосы, подхваченные порывом ветра, закрывали ей лицо.
– Ну, ладно, я, пожалуй, пойду, – проговорил Женя, обращаясь скорее к девушке, а не к кому-то еще.
– А куда ты? – спросила она. – Нам же в одну сторону…
– Нет. У Марины часы сломались, надо их в ремонт отнести. Она попросила.
Нелли вдохнула. Ее совсем не радовала компания Миши, который почему-то вызвался ее проводить.
– Понятно, – не очень громко сказала она. – Тогда пока.
Девушка обняла Женю, Миша и Марк пожали ему руку. Так они разошлись. Странно, что как только парень начал свой путь, ветер исчез. Иногда в природе происходят на самом деле странные вещи. При мысли об этом Женя улыбнулся. Он шел по своей любимой улице. Где-то вдалеке виднелось здание, где находилась аудитория Александра. Во всем, что его окружало сейчас, парень искал вдохновение. Он хотел писать книгу, но о чем?
Эта улица до ужаса была ему знакома. Женя посмотрел по сторонам. Он жил здесь в детстве, еще до смерти отца. Вот окно его бывшей комнаты. В детстве он часто сидел на подоконнике и следил за проходящими мимо людьми. Тогда все казалось абсолютно другим. Мир за стеклом казался ему лучше, чем в реальности. Со стороны мы всегда воспринимаем вещи неправильно.
Когда они с сестрой оставались дома одни, Марина брала его в супермаркет. Вот, кстати, и он. На том же месте, ничуть не изменился. Может быть, какой-нибудь шестилетний мальчик сейчас, как и он когда-то, идет вместе с сестрой туда. А потом он вырастет и будет вспоминать об этом с необъяснимым трепетом. В конце концов, все остается только в памяти людей. Каждое мгновение становится историей, и даже то, что казалось уже давно забытым, через пару лет снова вспоминается. Достаточно просто увидеть то, что связано с этим воспоминанием. Ассоциации. Наша жизнь – череда ассоциаций. Мы строим эти линии до бесконечности. Одно ведет к другому. Женя, увидев этот супермаркет, вдруг вспомнил себя в детстве.
Он вновь взглянул на окно своей старой комнаты. А ведь оттуда наверняка видно место, где он встретил ту девчонку…
Женя начал всматриваться в лица прохожих. Почему бы не начать верить в невозможное? Он нарисовал ее в своем сознании. Сумасшедшая девчонка. Сегодня он был намерен ее найти. Никогда в жизни он не хотел видеть человека так же сильно, как сейчас.
Десятки людей на улице, но никто даже чуть-чуть не смахивал на нее. Быть может, пару дней назад его просто пригрело солнцем, и девушка померещилась?
Люди. Люди. Люди. Оказывается, в городе так много жителей. Все они чем-то отличаются друг от друга, хоть и кажутся иногда одинаковыми. Все абсолютно разные. У кого-то есть семья, у кого-то нет. Кто-то любит книги, кто-то фильмы. Кто-то пессимист, кто-то оптимист. Кто-то работает, кто-то учится. Все люди разные. Они живут по-разному, думают о разном, у них разные вкусы, разные взгляды на жизнь. Они разные. Даже не стоит пытаться их сравнивать друг с другом.
Перед глазами Жени мелькали люди, но ему были не нужны они. Он искал ее. На мгновение он представил, что она где-то здесь: прошла минутой раньше, а он ее не заметил. Она его не знает, хотя, на самом деле, Женя ее не знает тоже.
Девушка в зеленом платье забежала в цветочный магазин. Она улыбалась так широко, будто это казалось странным. Такая загадочная. Прохожим, глядя на нее, тоже хотелось улыбаться. Возможно, кто-то хочет ее найти, а нашел Женя. Так несправедливо.
Впереди гуляла дамочка с маленькой таксой, которая все время убегала от хозяйки. Рядом с ними вышагивала мамочка с двумя детишками. Мальчик и девочка. Они бегали вокруг мамы, пачкали друг друга мороженым и смеялись. Со стороны мило, но стирать потом трудно. Да, быть мамой тяжелый труд. Женя улыбнулся малышам и прошел мимо.
Пожилой мужчина в кепке с надписью «Москва 1980» и олимпийскими кольцами. Женщина в футболке с «Сочи 2014». История сквозь время. Выглядит забавно.
Девочка в полосатом платье. Мужчина в сером костюме. Девушка в гриффиндорском шарфе. Быть может, кто-то из них знает ее?
Парень в костюме хот-дога. А вот та женщина вероятнее всего забыла расчесаться. Женя прошел мимо аудитории Александра. Здесь они встретились. Он стал внимательнее смотреть по сторонам. Все, что ему оставалось – это надеяться на чудо. Внимательно разглядев каждого прохожего, он невзначай взглянул на девушку, которая сидела на скамейке. Ее лицо было закрыто книгой «Милые кости», а волосы забраны в хвост. Подул небольшой ветер. Проказник начал играть с ее волосами. Цветные пряди парили в воздухе. Женя застыл на месте. Малиновая юбка и синяя футболка. Это точно она. Неужели такое бывает?
Он долго не мог решиться. Набравшись смелости, он все-таки сел рядом с ней. Девушка даже не оглянулась. Слишком самоуверенная. Женя хотел встать и убежать прочь отсюда, но язык сам начал говорить.
– Привет!
– Привет! – ответила она, не отрываясь от чтения.
– Ты, наверное, меня не помнишь?
Девушка отложила книжку. Женя вновь увидел ее лицо, еще более красивое, чем ему показалось в первый раз. Странные черты лица, не идеальные, но такие особенные. Те же слегка розоватые щеки. Те же сумасшедшие глаза. И взгляд. Она так внимательно его рассматривала, словно желала видеть его насквозь.
– Нет! Должна помнить?
Голос был спокойный, и она улыбалась. Так искренно. Модели на страницах глянцевых журналов улыбаются по-другому. Такие, как она, становятся музами для писателей и художников. Немного странная, но слишком привлекательная. Женя улыбнулся ей, и она отвернулась.
– Не знаю, – проговорил парень, толком не осознавая, что происходит. – На днях ты едва не сбила меня с ног!
Девушка тихо засмеялась.
– Знаешь, я часто это делаю. Не помню тебя. Правда. Ты сел ко мне, чтобы выяснить это?
Она начала искать страницу, на которой остановилась. Женя взглянул на нее и впервые понял, как глупо выглядит.
– Нет! Конечно, нет! – поспешил ответить он. – Просто… Наверное, это будет звучать глупо. Очень глупо, но… В общем, мне надо написать книгу!
– Но я не пишу книги! Единственное, что я могу сделать с ней – это прочитать. Прости! Я не смогу тебе помочь! – сказала она и продолжила свое занятие.
– Да! В смысле, нет! Книгу пишу я. То есть, еще не пишу…
Девушка вновь отложила в сторону «Милые кости» и растерянно проговорила:
– Я не понимаю! Что тебе от меня надо?
– Мне дали задание написать книгу, – начал объяснять Женя, хотя понимал, что звучит это довольно странно. – О жизни любого человека. А у меня нет идей. Совсем. Я не знаю, откуда люди берут вдохновение. Все какое-то одинаковое. Меня ничего не вдохновляло, а потом я встретил тебя. Ты не такая, как все. Мне бы очень хотелось написать о тебе.
Девушка удивленно улыбнулась. Она попыталась привести в порядок волосы, спутанные из-за ветра.
– Серьезно? Ты еще скажи, что искал меня по всему городу! – она снова засмеялась. – Как тебя зовут, смельчак?
– Женя!
Она вдруг сделалась такой счастливой. Стала внимательно рассматривать лицо Жени, а он ничего не понимал. Ему стало неловко, но отвернуться от нее никак не мог. Он связался с сумасшедшей.
– Ты серьезно? – спросила девушка, выпучив глазам.
– Ну, да! А что такого? Что-то не так? Меня не могут звать Женей?
– Да, нет! Почему же не могут. Могут. Просто… Можно я буду называть тебя Джо?
– Почему Джо?
– А почему книга должна быть обо мне? – вопросом на вопрос ответила Майя.
Он прыснул от смеха. Если она согласится стать его героиней, то ему все равно, как она будет его называть.
– А вообще… Всегда мечтала познакомиться с человеком по имени Джо! Глупо, но в этом мире все глупо. Это моя давняя мечта. А ты ведь Женя, то есть, возможно, друзья называли тебя Джордж. Но сокращенно-то Джо! Можно?
– Ну, если ты так хочешь, то можно! – ответил Женя, хотя его никогда не называли Джорджем.
– Просто отлично! Я и не ожидала, что этот день будет настолько хорошим! Отлично! Дальше больше… надеюсь.
Она повторила слово «отлично» еще раз десять, прежде чем Женя спросил:
– А как зовут тебя?
– Майя! – она проговорила свое имя так трепетно, что Женя невольно улыбнулся. – Мои родители поженились в мае. Мило, правда?
Он кивнул, и она одобрительно улыбнулась ему. Она была странной, но парень не мог перестать думать о том, как до безумия она красива. Он смотрел на нее и никак не мог отвести взгляд.
– Очень красивое имя. Тебе подходит. Очень подходит. Правда.
– Да! Все так говорят. Спасибо!
– И что ты тут делаешь, Майя? – спросил Женя, обводя взглядом шумную улицу.
– А ты что не видишь, я тут читаю, – сказала Майя, указав на все еще открытую книгу. – Ну, пыталась, по крайней мере, пока ты не пришел.
– Ты пришла сюда специально почитать?
– Ну, да! А что?
– Нет, ничего. Просто ведь и дома можно читать. Все так делают.
– Это не аргумент, – возразила Майя. – Читать можно и здесь. Мне тут нравится. Все мимо пробегают, а ты можешь наблюдать за людьми. И знаешь, кажется, что время остановилось для меня. Для всех часы идут, а для меня нет.
– У тебя нет друзей? – сделал странное предположение Женя, и девушка удивленно взглянула на него.
– Друзей у меня много. С чего ты взял, что у меня их нет?
– Ну, просто так ведут себя обычно те, кому одиноко.
– Нам всем по-своему одиноко.
– Верно. Нам всем по-своему одиноко, – повторил Женя Майину фразу.
Почему-то разговаривать с ней было спокойно. Женя словно знал ее много лет. Ему хотелось болтать с ней еще, знать о ней все-все-все, но девушка вдруг поднялась со своего места.
– Я, пожалуй, пойду.
Она неспеша вышагивала по шумной улице туда, откуда сейчас появился Женя. Парень спрыгнул со своего места и догнал ее. Остановить Майю за руку он не решился, поэтому заслонил дорогу. Она чудом не налетела на него.
– Ну, как на счет книги?
Майя пожала плечами. Они заградили всем путь, но даже не обратили на это внимание. Женя видел только девушку с цветными прядями, а она раздумывала над его предложением. Прохожие ругали их и, толкая, проходили мимо.
– Мы встретимся завтра? – спросил Женя.
– Завтра? – усмехнулась Майя. – Нет никакого завтра. Это иллюзия. Люди сами ее придумали и искренне в нее верят. Верят, что начнут новую жизнь с завтрашнего дня. Нет, не начнут. Невозможно начать жизнь с несуществующего дня.
– Но как? Люди назначают встречи на завтра и послезавтра.
– Это не завтра. Продолжение сегодня. Это всего лишь продолжение сегодня.
Женя кивнул, не находя в словах девушки никакого смысла, но говорила она забавно. Он хотел писать о ней книгу. С каждым произнесенным ею словом он хотел этого больше и больше.
– Так мы встретимся? – стоял на своем он.
– Ладно. Встретимся на этом же месте.
Майя убежала. Растворилась в толпе, а Женя продолжал смотреть ей вслед. Он не думал о времени их встречи, он знал, что она будет. Знал где, но не знал когда. И почему он не уточнил?
Осознав, что она может не прийти, он начал вспоминать, что именно говорила Майя о времени, но вспоминать было нечего. Она не уточнила даже день их встречи. «Встретимся на этом же месте». Вот и все. Женя пытался понять, когда она хочет увидеть его. Он думал над этим, когда отдавал часы в ремонт, когда шел домой. Это было глупо. Этим миром правило время, а он его упустил, но совсем в другом смысле. Он искал ее и нашел, но так просто отпустил. Он мог догнать ее, но растерялся и не сделал этого. Он мог просто спросить. Он мог сделать все и не сделал ничего.
Расстроенный он зашел в квартиру. Марина собиралась на свидание со своим новым знакомым. Она воодушевленно расхаживала по квартире в новом платье, напевая под нос какую-то песню, хотя слуха у нее никогда не было и она это прекрасно знала. Женя улыбнулся при виде сестры, но он все еще ругал себя за свою глупость
– Что? – спросила Марина, даже не взглянув на брата.
– Ты о чем?
– Я же вижу, что ты хочешь что-то рассказать.
Марина красила глаза, но делала это совсем не так, как во время утренних сборов на работу. Сквозь зеркало она смотрела на Женю и ждала от него ответа. Она почему-то решила, что должна взять на себя работу мамы. Она считала необходимым выслушивать все Женины проблемы, хотя он никогда ее об этом не просил. Она слишком сильно его любила. Он был единственным ее родным человеком в этом городе.
– Я ее встретил, – проговорил парень, присев на диван к своему далматинцу. Ему безумно хотелось уткнуться лицом в диванные подушки.
– Кого? – спросила его сестра, продолжая смотреть в зеркало, хотя с макияжем уже было все в порядке.
– Широкая улыбка. Цветные пряди волос. Ее зовут Майя, – проговорил Женя, откинувшись на спинку дивана и запрокинув голову. – Марина, я вел себя, как придурок…
Его сестра прыснула от смеха, представляя эту картину. Она прокрутилась на стуле на сто восемьдесят градусов и, подбежав к дивану, где лежал Женя, бухнулась рядом и потрепала его волосы.
– Ну, ты хоть телефон взял?
Женя взглянул на нее и, осознав, какой он дурак, закрыл глаза. Он не сделал ничего из того, что следовало бы. Марина вздохнула.
– Встречу назначил?
Женя резко поднял голову и ровно сел на диване.
– Да, назначил, но есть проблема… Она странная…
– В смысле?
– Она не верит в то, что время идет… В смысле, она уверенна, что существует только сейчас, и другого времени нет. Она сказала прийти на место нашей встречи, но когда?
Женя пожал плечами. Марина толкнула его в бок. Он был растерян, ошеломлен и совсем не мог понять, почему при встрече с той девчонкой из его головы все разом вылетело.
– Ты дурак, Женя! – проговорила его сестра, поднимаясь с дивана.
– Я знаю. Но еще я знаю то, что если я нашел ее однажды, то найду ее опять. Нужно лишь поверить.
Марина улыбнулась и вышла в коридор. Ее жизнь вроде бы наладилась, она верила, что и у брата все получится.
Конечно же, это было глупо просто так сидеть на скамейке и ждать ее. Когда она придет? Когда? Только этим была занята голова Жени. Он сидел здесь уже три часа, а ее все не было. Вчера она ушла навсегда? Женя встал с места и начал расспрашивать всех прохожих о девушке с цветными волосами по имени Майя. Других способов ее найти он просто не знал. Он бродил по улицам и расспрашивал прохожих, как корреспондент. Никто не знал Майю. Кто-то видел ее в городе, но кто она такая никто не предполагал. Она была какой-то иллюзией, в которую Женя однажды поверил, а теперь она мерещилась ему повсюду. Он сходил с ума и сам прекрасно понимал это, но все равно продолжал расспрашивать прохожих. Он растерянно смотрел в лица людей, проходящих мимо. Как вдруг заметил Рину, которая шла из школы домой. В платье, но все равно любимых красных кедах. Это выглядело довольно странно, но ей нравилось.
– Ты кого-то ищешь? – спросила она.
– Да, но это не важно, – соврал Женя. Найти Майю стало для него целью номер один, но почему-то Рине он не захотел это говорить. Не понятно почему, но он не доверял этой девчонке, хотя она всегда вела себя с ним очень мило. – Ты из школы? – спросил он лишь для того, чтобы сменить тему разговора. – Как дела там?
– Да. Как обычно. Две контрольные работы, одна самостоятельная. Скучно.
Она стояла и смотрела на него влюбленными глазами, но он этого не замечал. Он хотел, чтобы она скорее ушла, чтобы она вовсе не приходила.
– Проводишь меня? Если хочешь…
Женя пожал плечами. Хотел сказать «нет», но получилось «конечно». Он пошел ее провожать, хотя совсем не хотел. Он мечтал стоять у той самой скамейки и расспрашивать людей, не знают ли они Майю. Но реальность была такова, что он шел по улице с Риной, которая до сих пор верила, что может понравится Жене. Всю дорогу он слушал рассказы девушки. Слушал, но не вдумывался в их суть. Время от времени кивал, а когда Рина начинала смеяться, он улыбался, глядя в никуда. Наконец, они дошли до ее дома. Времени прошло совсем мало, но Жене это показалось вечностью. Он думал, что это никогда не закончится, но Рина наконец-то зашла в подъезд, и он выдохнул. Все началось сначала. Он побежал искать Майю, но безрезультатно. То же самое было во вторник. Женя взял с собой книгу и читал ее, сидя на скамейке, но она не пришла.
В голове парня всплывали слова Майи: «Мне тут нравится. Все мимо пробегают, а ты можешь наблюдать за людьми». Его мучил один единственный вопрос: «Почему она не приходит?».
Ему представлялось, что она забыла его, как только ушла в неизвестном направлении, но он продолжал сидеть там, где они встретились в воскресенье. Люди пробегали мимо. Взглянув на них со стороны, Женя вдруг осознал, как права была Майя – ему вдруг тоже показалось, что время остановилось. Прохожие торопились, а он нет. Может быть, в этом причина?
Просидев на условном месте около двух часов, Женя отчаялся и двинулся в сторону своего дома, где его со вчерашнего дня ждала не начатая контрольная работа по педагогике. Он шел по улице, снова опрашивая людей о Майе. Но кого волнует какая-то Майя, когда полно и своих проблем. Люди не обращали на парня никакого внимания.
Ни парень с бабочкой на шее, ни девушка с желтым зонтиком, ни бородатый мужчина, ни женщина с футляром для скрипки не знали Майю. Увидев девушку в огромной соломенной шляпе на голове, Женя подбежал к ней и спросил:
– Извините, вы не видели девушку с длинными…
– Вы у меня уже вчера спрашивали, – перебила его она. – Поверьте, за двадцать четыре часа ничего не изменилось.
Женя вдруг понял, что все это бессмысленно. За три дня он расспросил больше сотни человек и даже начал это делать по второму кругу. Никто не знал ее. Так есть ли смысл продолжать тревожить людей?
Женя поплелся домой. Он уже не спрашивал, знает ли кто-то Майю. Он представлял, как вновь начнется его обычная жизнь, где нет никакой странной девушки. Дом – учеба – редкие встречи с друзьями – дом. Он так сильно углубился в свои мысли, что не заметил, как случайно толкнул девушку, стоящую рядом с торговым центром. Черные кудрявые волосы немного спутаны. Одежда мрачных цветов: темно-зеленая рубашка, черные брюки, ботинки. Все это висело на ней как на вешалке и выглядело небрежно. Девушка была достаточно высокая и совсем худенькая. На вид чуть старше Жени. Он опомнился и увидел ее недовольный взгляд.
– Черт, ты смотри под ноги-то! – раздраженно сказала она. Ее голос был немного грубый, но он полностью соответствовал ее внешнему виду.
– Прости! – промямлил Женя, слегка испугавшись девчонку.
Он уже пошел дальше, но в последний момент развернулся и побежал обратно. Было глупо думать, что она знает Майю, но Женя почему-то решил спросить. Она была совсем другая, не такая, как эта девушка. Разве абсолютно разные люди могут быть друзьями? Хотя Нелли и Миша все-таки друг друга называют друзьями. Он бежал к брюнетке.
«Ну, нет! Друзья Майи, скорее всего, такие же жизнерадостные, как она. Они носят не черную одежду, а яркую, цветную. Они наверняка такие же, как она», – думал Женя, подходя к девушке. Она снова повернулась в его сторону, и парень тут же забыл все, о чем думал до этого. Девушка нахмурилась.
– Прости, можно я задам тебе вопрос?
– Опять ты?! – возмутилась она и огляделась по сторонам. Видимо, ждала кого-то. – Ну, ладно. Валяй!
– Ты не знаешь девушку с длинными волосами, половина которых покрашена в разные цвета…
– Майю что ли? – удивленно спросила она, рассматривая парня с головы до ног.
– Да! – не менее удивленно ответил Женя.
Девушка округлила глаза, уставившись на него. Она явно знала Майю, но отчего-то молчала. На мгновение она замешкалась. Женя хотел потрясти ее за плечо, но она сама пришла в себя.
– Так вон она! – проговорила она, указав рукой в сторону торгового центра.
Женя резко оглянулся и увидел Майю. Она шла навстречу, рассматривая какие-то пакетики в своих руках. Парня окутало какое-то странное чувство, будто это происходило не с ним вовсе, а с кем-то другим, с тем, кого он не знал. Ему вдруг представилось, что все это лишь сон, и он сейчас проснется. Он наблюдал за тем, как темноволосая девушка бежала к Майе.
– Эльвира!.. – обратилась она к брюнетке. Майя хотела что-то сказать, но девушка ее перебила.
– Майя, а тебя тут ищут, – сказала та.
– Кто?!
Эльвира повернула голову и теперь выглядывала на Женю, который издалека наблюдал за подругами. Она повернула голову вслед за Эльвирой, на ее лице расплылась улыбка.
– Джо?! – удивленно воскликнула Майя, как только увидела и двинулась к нему.
– Джо?! – с тем же удивлением повторила Эльвира, догнав подругу и остановив в двух шагах от парня. Теперь она смотрела на Майю с обидой. – Что? Ты познакомилась с парнем по имени Джо и не сказала мне ни слова? Поверить не могу.
Майя отправила Эльвире условный сигнал, и та кивнула.
– Ну, да…
– Вообще-то меня зовут Женя, – встрял в разговор парень, но Эльвира взглянула на него не слишком приветливо, словно говорила, что лучше бы он молчал.
– Мне плевать. Давно вы познакомились? – на этот раз она обращалась именно к Жене.
– В воскресенье вроде бы.
– Круто! – вновь разозлившись отчего-то, выкрикнула она. – То есть я упустила такое…
Было совсем не понятно, на кого она злится: на себя или на подругу.
– Эльвира, подожди! – воскликнула Майя, пытаясь закрыть подруге рот рукой. Они выглядели забавно. – Джо, ты нашел меня.
– Ага.
Они одинаково удивленно смотрели друг на друга, все еще с трудом осознавая реальность происходящего.
– Ты нашел меня. Поверить не могу.
– Да. А что не надо было? – спросил Женя так тихо, что Майя его не услышала.
– Что? – переспросила она.
– Хоть бы это был не сон, – так же тихо, как в прошлый раз, проговорил он.
– Что? – снова спросила Майя.
– Нет, нет. Ничего. Просто скажи, что ты настоящая.
– Конечно, я настоящая! – сказала девушка и засмеялась. Как-то странно. По-другому. Никто из всех Жениных знакомых так не умел.
– То есть ты не сон? – уточнил парень.
– Надеюсь, нет… – проговорила она, задумавшись. – Определенно нет.
Тогда произошло что-то странное. Неожиданно для самого себя Женя зачем-то обнял Майю. Он сделал это необдуманно. Потому что в любом другом случае он никогда бы так не поступил. Это слишком странно обнимать человека, которого знаешь всего ничего, но сейчас ему так хотелось. Ему было плевать на окружающих и удивленную до невозможности Эльвиру. Он обнимал Майю, и она обнимала его.
– Вообще-то я тоже тут, – вдруг встряла стоящая в стороне девушка. – Если вы, конечно, не заметили! – добавила она громко.
– Эльвира, отстань! – отмахнулась Майя, но все-таки перестала обниматься с Женей.
Подруги стояли друг напротив друга, смущенно улыбаясь.
– Ладно, я пойду, – проговорила Эльвира спокойным голосом.
– Куда? Ты собиралась идти ко мне...
Майя с непониманием смотрела на подругу, которая теперь уже не была такой агрессивной, какой показалась Жене сначала. Она стояла рядом с ними и улыбалась так приветливо, как у нее только получалось.
– Я вспомнила, что у меня есть дела, – сказала девушка, подмигнув кому-то из них. Правда Женя так и не понял, кому именно.
– Ну, ладно. Пока, – сказала Майя.
– Пока, – поддержал Женя.
– Ага, – ответила Эльвира и махнула им рукой.
Майя и Женя пошли в ближайший парк, а Эльвира продолжала стоять у торгового центра. Она долго смотрела им вслед, пока они не пропали из виду за толпами прохожих.
Лишь только они отошли от Майиной подруги, им стало смешно. Эта ситуация была такая глупая. Они шли рядом друг с другом, словно были знакомы уже всю жизнь. От осознания этого Жене становилось тепло на душе. С друзьями он никогда не был так счастлив, как в этот момент.
– Что ты делала в торговом центре? – задал он дурацкий вопрос, но ему правда было интересно знать. Ему интересно было знать все об этой девчонке.
– Покупала корм попугаям.
– О! у тебя есть попугаи?
– Ты странный, – сказала Майя и засмеялась, вышагивая по пешеходному переходу, как маленькая девочка.
– Почему?
– Потому что зачем бы я покупала корм попугаям, если бы у меня их не было.
Они зашли в парк. Людей было не очень-то много. Всего лишь вторник, а на часах еще нет и шести. В основном тут сейчас гуляли маленькие дети, они бегали друг за другом, в то время как их мамы переговаривались о чем-то между собой.
– А у тебя есть какие-нибудь домашние животные? – спросила Майя, проходя мимо высоких зеленых деревьев. Это выглядело красиво.
– Да! Три далматинца!
– О! Круто! Далматинцы! Я никогда их не видела. Наверное, они очень милые.
– Наверное! – сказал Женя, и они присели на скамейку.
Пару минут они молча сидели и смотрели по сторонам. В воздухе пахло летом, хотя даже май еще не наступил. Люди проходили мимо ребят и странно пялились на Майю. Она к этому уже привыкла, поэтому никак не реагировала. Она подняла голову к небу и улыбалась, глядя на солнце.
Она ничего не говорила, но Женя не чувствовал неловкости, как в недавнем разговоре с Риной. Когда молчала Майя, он ощущал спокойствие. Она сидела и улыбалась. Все время улыбалась. Ее улыбка была такой же теплой как солнце. Она смотрела на окружающую ее природу с широко открытыми глазами. Рядом с Майей невозможно чувствовать что-то, кроме радости. Спокойствия. Так, по крайней мере, считал Женя.
– Здесь красиво! Правда? – спросила девушка.
– Ага. Очень.
– Я люблю природу. Люблю оставаться с ней наедине. Это успокаивает. Правда. Всегда, когда у меня проблемы, я иду в лес, – сказала она и повернулась к парню лицом. Она смотрела ему в глаза, а он не мог отвести взгляда. – Как ты меня нашел? – спросила она, продолжая смотреть на него.
– Я, просто, спрашивал у прохожих, не видели ли они тебя. Еще ходил туда, где мы с тобой сидели в прошлый раз. Потом я встретил твою подругу, – ответил Женя, наконец-то, отвернувшись. Он смотрел на то, как мимо них проходят мамочки с колясками. Уставшие, но счастливые. – Зачем ты заставила себя искать? – спросил Женя, пытаясь хоть как-то понять поведение девушки. – Почему не сказала, когда приходить? Почему не пришла? Я ждал тебя на том месте три дня.
– Не знаю. Наверное, я просто знала, что ты меня найдешь. Ты ведь знал мое любимое место в городе, так что если бы ты захотел, то нашел бы меня в любом случае. К тому же, найти девушку с цветными волосами не так сложно…
– Сложнее, чем ты думаешь… – ответил Женя, пожимая плечами. – Почти никто тебя не видел, но даже если и видел, то не знал… – парень вздохнул, представляя, что он мог и не найти ее сегодня. Чудо могло не произойти. – А ты вообще не собиралась приходить?
– Что? В смысле? – растерянно начала тараторить девушка. – Я вчера приходила, но тебя не было…
– Черт! Я ведь уходил на два часа…
– Видимо я в это время приходила, – сказала Майя и засмеялась, хотя Женя не видел в этом ничего не смешного. Он мог ее потерять. Почему он так боялся потерять человека, которого едва знал?
– А если бы я не нашел тебя?.. Ты больше не собиралась приходить туда?
– Джо, это мое любимое место в городе, – вновь проговорила Майя, взглянув на него своими безумными голубыми глазами. – Конечно, собиралась. Я прихожу туда очень часто.
И только тогда Женя осознал, что их встреча была неизбежной. Он нашел ее не случайно. Однажды они все равно встретились бы. Это была судьба. Ее любимое место находится на улице, где он раньше жил. Здесь он бывает почти каждый день. Как ни крути, но они бы все равно оказались там в одно время. Это жизнь. Череда случайностей.
– Ты где-то учишься? – спросил Женя. Было бы забавно услышать, что они ходят в один университет.
– Нет. Я работаю, – ответила Майя, и Женя заинтересованно на нее посмотрел. – Это плохо? – спросила она, поймав на себе его взгляд.
– Нет, конечно. А где?
– Ну, вообще, пока нигде, – проговорила Майя смущенно, но парень отреагировал абсолютно нормально: только и сделал, что кивнул. – Меня уволили. Меня всегда увольняют. Я слишком часто опаздываю. Ты же сам уже знаешь, какая у меня проблема со временем, – она взглянула на Женю, и он усмехнулся. – А вообще-то, я хотела поступать в том году. После того, как школу окончила. Но мне было некогда.
– В смысле некогда? – не понял парень. Он впервые слышал, чтобы человек так говорил о поступлении. У нее не было времени отнести документы в учебное заведение?
– У меня в том году бабушка умерла, – как можно тише проговорила Майя, стараясь не плакать. Теперь она это умела – контролировать свои эмоции при мысли о таком родном человеке.
– Кошмар, – единственное, что смог сказать Женя. Он уже пожалел, что спросил об этом, но Майя все же продолжала говорить.
– Понимаешь, я любила ее. Для меня она была всем... Просто, иногда, она была единственной, кто меня понимал. Она всегда меня выслушивала. Не просто поддакивала, как делали многие. Все, что я говорила, она пыталась понять, я знаю. Когда у меня была куча проблем, бабушка помогала мне с ними справиться. Тогда она была единственной, кто действительно пытался мне помочь. Она помогла мне остаться собой, за что я ей нескончаемо благодарна.
– Я тебя понимаю! – проговорил Женя. Он вдруг вспомнил то время, когда умер его отец. Он и Марина. Они вдвоем спасали убитую горем маму. Они не могли потерять еще одного близкого человека.
– Правда? – спросила Майя, удивленно уставившись на парня, пытаясь понять, правду ли он говорит.
– Ага! – сказал Женя. – Было трудно, когда умер отец. Мне было четырнадцать, и мне было непросто с этим смириться, а еще мама... Мне помогла моя сестра Марина. Я не сошел с ума только потому, что знал, что маму мы потерять не можем. Она была такая… другая. Смерть настала отца так неожиданно.
– Да! Смерть всегда ходит рядом, – подтвердила Майя. – Чуть что-то ты делаешь не так, как ей нравится, она начинает править твоей судьбой. Смерть не дает право на ошибку.
– Наверное. Вот только сможет ли кто-то однажды ее победить?
– Не знаю. И вряд ли кто-нибудь знает.
– Как же все сложно.
– Все не может быть сложным. Просто ты слишком много паришься. Нужно просто… радоваться каждому дню, каждому мгновению. Нужно радоваться жизни. Понимаешь? – спросила Майя, дернув Женю за плечо, и он попытался улыбнуться.
– Нет. Не понимаю.
– Почему?
– Потому что так жить не возможно. Люди не умеют так жить. Они не умеют радоваться всему. Каждому дню, минуте, секунде. Они не умеют. Мы не умеем.
– Но мы же можем попытаться, – подмигнув парню, проговорила девушка. – Мы можем попытаться изменить себя.
– Разве людей можно изменить? – удивленно спросил Женя. Эта Майя говорила порой что-то чересчур странное, недоступное для его понимания.
– Не знаю. Возможно. Люди просто сами не хотят меняться. Вот посмотри на них, – девушка показала в сторону трех дамочек, которые куда-то спешили. Такие смешные, словно сошедшие с киноэкрана. – Куда они бегут? Куда?
– Наверное, домой с работы, – предположил Женя, он совсем не знал тех дамочек, а Майя задавала ему такие вопросы, словно это его подружки. – Я не знаю.
– Нет. Они бегут к концу. Они торопят жизнь. Они ее пробегают. Жизнь – это марафон. Люди в нем участники. Все. Они пытаются выиграть, прибежать первыми. Вот только они не знают, что здесь победитель не тот, кто первый. Победителем будет тот, кто прибежит последним. Победителем будет тот, кто пройдет жизнь пешком.
– Я никогда не буду победителем, – уныло проговорил Женя, прокручивая в голове события своей жизни. Он бежит из своей комнаты на кухню, чтобы успеть что-то съесть перед парами. Он бежит в университет, потому что как всегда проспал первую пару. Он бежит на занятия к Александру. Он все время бежит.
– Но ты можешь побороться не стать проигравшим. Нам, просто, надо прожить жизнь со смыслом. Я хочу оставить что-нибудь после себя на Земле. Что-нибудь, что напоминало бы обо мне многие века после. Но иногда мне кажется, что если я умру, то этот мир ничего не потеряет. Ничего значимого.
– Этот мир потеряет твою улыбку. Это его погубит.
Женя видел, что глаза Майи покраснели, но она до сих пор улыбалась. Ее улыбка была еще ярче, чем раньше. Она улыбалась так искренне, как улыбаются маленькие дети.
– Я тебя почти не знаю. Ты меня тоже. Почему тогда мне так просто с тобой разговаривать? Почему ты мне все это рассказываешь? – спросил парень у нее. Женя не успевал думать о том, что сказать. Он, просто, говорил. Порой ему казалось, что за него отвечает другой человек.
– Ну, значит мы оба сумасшедшие. Нас это связывает.
Девушка засмеялась и начала водить ногами по асфальтированной дорожке парка.
– Не знаю. Может быть. Ты любишь книги? – спросил Женя. Он вдруг вспомнил, как встретил ее в воскресенье на скамейке. «Милые кости». Она читала эту книгу. Почему Жене казалось это таким важным? – Когда мы встретились пару дней назад, ты читала книгу.
– Да. Книги я обожаю. В каждой из них я открываю что-то новое для себя. Это так увлекательно! Я очень люблю книги, но практически никогда не смотрю их экранизации.
– Почему? – удивился парень. Он никогда бы не поверил, что человек не смотрел «Гарри Поттера». Люди любят экранизации. Они всегда пользуются популярностью.
– Впечатление меняется, – объяснила Майя. – Образы, которые я представляла, становятся другими. Меняются герои, меняется мое отношение к ним.
– Я никогда не встречал людей, которые читают книги, но не смотрят фильмы по их сюжетам. Обычно все наоборот. В наше время люди мало читают.
– Ага. Наверное.
– Какие твои любимые авторы?
– Пожалуй, Льюис Кэрролл и Клайв Льюис. Конечно, их книги в основном читают дети, но мне они, правда, нравятся. Еще я люблю книги Льва Толстого. Его, наверное, все любят. Его произведения я тоже часто перечитываю. А ты? Какие твои любимые писатели?
– Не знаю. Мне многие нравятся. Джон Толкиен, Стивен Кинг, куча авторов. Я, правда, многих люблю.
– Это хорошо, – проговорила Майя.
– Что хорошо? – не совсем понял ее Женя.
– Что ты читаешь книги, – улыбаясь, произнесла девушка. – Просто, в последнее время люди мало читают. Еще когда я училась классе в девятом уже мало читали. На уроке нас спросили: «Кто-нибудь в классе любит читать книги? Кто из вас читает не потому, что задано в школе, а потому что нравится?». Только я подняла руку. Не помню, в каком это было городе. Точно не здесь. Мои бывшие одноклассники не читали. Зато я слышала, что на перемене они говорили о том, как пройти какой-то там уровень в игре. Их это, правда, интересовало больше. Однажды я сказала им, что они идиоты. После этого со мной никто не разговаривал. Мне было плевать. Все равно через пару недель я уехала оттуда.
Женя не совсем понимал, о чем говорит Майя и почему она уехала оттуда, где училась. Почему она забыла город, где жила?
– Да, теперь, правда, на первое место ставят компьютер. Это так странно. Книги считают старомодными.
Ониболтали до самой ночи, бродили по улицам ночного города. Она смеялась, когда он рассказывал про Мишу, и говорила, что отлично понимает Нелли. Но больше всего Майя все-таки интересовалась книгой. Она расспрашивала Женю, о чем она будет, что ему нужно знать о ней. На эти вопросы он пожимал плечами. Майю такой ответ не устраивал, поэтому она со смехом толкала Женю в бок. У него не было книги. У него не было идеи. Только сегодня он встретил героиню своего романа и знал наверняка, что если его книга будет о Майе, она будет прекрасна.
На следующий день был выходной, поэтому людей было больше, чем обычно. Многие смотрели на Женю и Майю, как на ненормальных. Ребята даже не замечали косых взглядов. Этим вечером Женя вдруг понял, как скучно жил до этого. Он осознал, сколько времени потратил зря. Они бежали вприпрыжку по улице, не обращая внимания на прохожих. Майя задавала странные вопросы, и их смех разносился по городу.
– Майя, почему я нашел тебя? – спросил вдруг Женя, глядя ей в лицо. Он шагал вперед спиной и совсем не боялся, что может упасть. – Ведь это невозможно. Просто, я искал тебя дважды. Хотя нет. Наверное, я искал тебя всю жизнь.
– Моя бабушка говорила, что если люди находят друг друга, значит, они связаны одними нитями. Они могут путаться, но они никогда не порвутся. Никогда. Даже после смерти.
– Значит, случайностей не бывает?
Майя пожала плечами, задумавшись. Этот вопрос ее саму давно довольно сильно волновал. Она уже который год искала ответы, но… пока не нашла.
– Не знаю, – проговорила она. – Может, и бывают, но точно не в нашем случае.
– Ты так думаешь?
– Ага, – проговорила она и остановилась на месте. – Мне уже пора. Попугаи ждут. Я пойду.
Она начала махать Жене рукой и постепенно начала отдаляться от него, все еще продолжая смотреть в его сторону. Она уходила все дальше… дальше. Женю осенило. Он побежал за ней.
– Подожди!
– Что? Зачем?
– Не хочу совершить одну и ту же ошибку дважды! – пояснил парень. – Как я найду тебя? Ты есть в соц-сетях?
– Нет, – спокойно ответила Майя.
– Ни в одной?
– Да. Для этого нужен компьютер.
– Что? У тебя нет компьютера? – удивлению Жени не было предела. Он впервые в жизни видел человека, у которого не было компьютера.
– Мне он не нужен. Я прекрасно обхожусь без него, – оправдывалась девушка, словно читая мысли собеседника.
– Ну, тогда скажи номер телефона. Телефон-то у тебя есть?
– Ну, он как бы есть, – начала мямлить Майя. – Но он выключен. К тому же я потеряла зарядку от него. Тем более, мне никто не звонит. Да я и не знаю, где он. Может быть, я его уже потеряла.
– С ума сойти! Ну, тогда хоть адрес напиши свой, я тебе свой.
Женя нашел в кармане листок, разорвал его на две части, ручка у него тоже всегда была с собой. Майя написала ему свой адрес, а он ей свой.
Попрощавшись, она побежала домой, а Женя еще долго смотрел ей вслед. Еще утром он думал, как ее найти, а теперь в руке листок с драгоценным адресом. Еще неделю назад Женя не знал о существовании Майи, а сейчас не понимал, как жил без нее. За один день он понял, что надо менять свою жизнь. Ему казалось, что так происходит с каждым, кто знакомится с ней.
Когда Женя пришел домой, он сразу открыл свой ноутбук и начал печатать начало книги. На него вдруг нашло вдохновение. Ему было плевать на то, что уже три часа ночи.
Почему мы неожиданно встречаем друг друга? Просто, мы связаны одними нитями, которые никогда не порвутся. Мне сказала это сегодня Майя. Это история не о случайностях. Это история о том, что миром правит судьба. Но знаете, что такое судьба? Это череда случайностей…
Мою жизнь изменило одно мгновение. Одна улыбка. Одна девчонка. Я познакомился с ней всего пару дней назад. Она так сильно запала мне в душу, что несколько дней я думал только о ней. Она невероятная. Длинные волосы. Концы выкрашена в разные цвета. Она сбила меня с ног, и это стало лучшим событием в моей жизни за год. Она меня не запомнила. А потом я увидел ее снова. Она сидела на скамейке и читала книгу. Я ее сразу узнал, потому что она, как и в прошлый раз, была ярко одета. «Милые кости». Почему мне кажется, что отныне эта книга станет моей любимой?
Девушка Майя. Кто она такая и откуда взялась? Она странная, но такая милая. Ее манера речи и жестикуляция привлекают внимание. Она все время улыбается. Правда. Ее улыбка такая же светлая, как солнце в ясную погоду.
Она, возможно, сама этого не зная, заставляет по-настоящему ценить жизнь и наслаждаться каждым ее мгновением. Хотя, может быть, только мне так кажется. Не знаю.
Она назвала меня Джо, хотя на самом деле меня зовут иначе. Она сама захотела меня так называть. Я непротив. Пусть зовет меня хоть как, лишь бы была рядом.
Я искал ее трижды и трижды находил. По-моему это странно. Людей в городе слишком много. Я никогда не верил в судьбу и никогда не верил в случайности. Я не знаю, как это объяснить, но то, что я встретил эту девушку – настоящее чудо. Теперь у меня есть ее адрес, и я могу прийти к ней в любое время. Я вдруг почувствовал такое облегчение, когда в ладони сжал листок с ее почерком. У Майи нет ни компьютера, ни телефона. Она говорит, что они ей не нужны – только время отнимают. Теперь вы думаете, что она сумасшедшая. Может быть. Но в жизни она разбирается точно побольше моего. Не могу понять, как я жил раньше без нее. Я и подумать не мог, что есть такие люди. Наверное, Майя сможет изменить мою скучную жизнь. Я надеюсь, сможет.
Хотя, может быть, никакой Майи не существует. Может, просто я схожу с ума? Ответ на этот вопрос Вы можете узнать вместе со мной. Если Вам все еще интересно, что будет дальше, то, просто, переверните страницу. Это правдивая история Майиной жизни. Что будет дальше, не знаю даже я.

3 глава
А ВРЕМЯ КУДА-ТО БЕЖИТ…

Все утро Женя пытался оттащить Марину от телевизора, но она утверждала, что в майские выходные хочет поваляться на диване. Очень похоже на нее. В дни, свободные от работы, Марина предпочитала ничего не делать. Сейчас она развалилась на диване с далматинцами и даже не собиралась куда-либо идти. В дверь кто-то позвонил.
– Жень, иди, открой! – крикнула Марина брату, хотя ей было явно ближе.
Женя направился к двери, и далматинцы, спрыгнув с дивана, побежали за ним. Он улыбнулся каждому из них, и те завиляли хвостиками. Женя безумно удивился, увидев перед собой Майю. Она пришла к нему сама.
В красных джинсах и коротеньком желтом неоновом плащике. Настроение необычайно хорошее. Она улыбалась еще ярче, чем вчера. Парень смотрел на нее. Он не верил своим глазам, но девушка была не иллюзией. Она обняла Женю и прошла в квартиру.
– Привет! – выкрикнула она так громко, словно была на уроке физкультуры.
– Да, привет, – немного растеряно проговорил парень.
Увидев далматинцев, Майя тут же села на пол и начала их гладить. Собаки лизали ей лицо и руки. Девушка смеялась и закрывала лицо руками. Женя вдруг увидел перед собой маленькую девочку, у которой никогда в жизни не было собаки, а она ее всегда так хотела.
– Это Скотти, Фридж и Мистер Икс! – проговорил Женя, поочередно указывая на питомцев.
– Почему Мистер Икс? – спросила заинтригованно Майя. Этот вопрос Жене задавали абсолютно все. – Странная кличка для собаки.
– Ну, просто, Марина начала его так называть. Вот и привязалось. Странно конечно, но он откликается.
– Марина? Твоя сестра? – уточнила Майя.
– Ага. Я тебе вчера про нее рассказывал.
– Да. Точно.
– Можешь пойти к ней в гостиную, – предложил Женя девушке, указывая рукой на первую дверь слева. – Подождешь меня там, пока я собираюсь?
– Да. Хорошо.
Майя нерешительно зашла в комнату. Марина бесцельно перебирала каналы на телевизоре. Услышав, как кто-то зашел, она перевела взгляд на гостью. Марина лишь сделала вид, что понятия не имеет, кто это. Слышимость в квартире была отличная, поэтому Женина сестра уже ее ждала. С глупой улыбкой на лице она рассматривала желтый неоновый плащ.
– Я Майя! – представилась гостья.
– Да, точно, Майя! – проговорила Марина, понимая, что выглядит нелепо. – Женя много о тебе рассказывал. Очень приятно, наконец, с тобой познакомиться. Я Марина – сестра Жени.
– Ага. Я знаю.
– Садись! – сказала Марина, указывая на место рядом.
Майя неловко присела на диван, где уютно расположилась Женина сестра. Марина сидела в пижаме, но не чувствовала при этом никакой неловкости. Она выключила телевизор и уставилась на девушку.
– Какие планы на выходные? – спросила Майя, увидев, как пристально рассматривает ее хозяйка квартиры.
– Вот! – ответила Марина, обводя руками комнату. – Буду сидеть на диване, смотреть что-нибудь по телику.
– То есть ты не собираешься выходить из дома?
– Поверь мне, это лучший отдых.
Марина открыла пачку с чипсами и протянула ее Майе, но та отказалась. Сестра Жени начала хрустеть, просматривая в телефоне новые сообщения.
– А ты не хочешь куда-нибудь сходить? – спросила у нее Майя. Марина взглянула на девушку презрительным взглядом и ухмыльнулась.
– Мне и так весело! – ответила она, продолжая смотреть в экран телефона.
– Да! По твоему лицу это видно… Марина, ты же зря потратишь время!
Сестра Жени заблокировала телефон, кинула чипсы на журнальный столик рядом и посмотрела на гостью.
– Я знаю! Майя, не хочу звонить ему сама, а больше некому, – вдруг вырвалось у нее. Этим они с Женей были похожи – сначала говорили, потом думали. – Понимаешь?
– Почему не позовешь его? – не зная, о ком говорит Марина, Майя намеренно выделила последнее слово.
– Девушки не звонят первые…
– Ты серьезно? Это так старомодно. Пора уже перестать бояться. Ты можешь не позвонить ему и попусту потратить время, или попытаешься… Это глупо.
– Я знаю.
– Марина, что ты вспомнишь через сорок лет? Как смотрела телевизор, когда на улице была отличная погода? Время не стоит на месте. Потом ты наверняка захочешь изменить этот день, но будет поздно. Тогда, может быть, лучше ты сразу проведешь этот день так, чтобы не жалеть потом? Иногда один день меняет многое. Иногда он меняет всю жизнь.
– Как? Я не знаю, как сделать так.
– Ну, для начала нужно выйти на улицу. Сделай это одна. Сделай хоть как-то. Позвони ему… Это тебя не убьет.
– Судя твоей теории, если я выйду сегодня на улицу, то я могу изменить жизнь как в лучшую, так и в худшую сторону. Никто не застрахован.
– Это правда. Но ты хотя бы будешь знать, что попыталась.
Марина заулыбалась, откинувшись на спинку дивана. В комнате повисла такая тишина, что было слышно тиканье часов на кухне.
– Позвони ему, Марина! – прошептала Майя, тронув задумавшуюся девушку за плечо.
Марина кивнула и выбежала из комнаты, одарив новую знакомую улыбкой. Девушка осталась одна. Было слышно, как Марина разговаривает с кем-то по телефону. Майя улыбнулась и встала с дивана. Она подошла к стеллажу посмотреть рамки с фотографиями.К Майе подбежали собаки, она стала играть с ними. Далматинцы прыгали на нее и бегали по комнате. Скотти все время вился около девушки. Ему она понравилась больше, чем другим. Девушка легла на ковер и, улыбаясь, следила за Жениными питомцами.
Все далматинцы были взрослыми собаками: помладше выглядел Фридж, постарше – Мистер Икс. Майя никогда вблизи не видела собак этой породы, и они ей показались такими милыми. В детстве она любила смотреть мультики про далматинцев. Она вдруг вспомнила себя в семь лет и закрыла глаза от нахлынувших на нее воспоминаний. Скотти подбежал к ней и лег рядом. Майя улыбнулась и подниматься с пола не стала. Она давно не чувствовала себя так спокойно. В комнату зашел Женя и увидел, как Майя улеглась на ковре в обнимку со Скотти. На мгновение ему показалось таким обычным, что она лежит на полу в его квартире, будто так было всегда. Он улыбнулся.
– По-моему, ты очень ему понравилась, – сказал он шепотом.
Майя открыла глаза и взглянула на Женю. Скотти вздрогнул и нехотя отошел в сторону. Она встала и подошла к парню, а далматинец вновь увязался за ней.
– Почему? – спросила девушка.
– Обычно он не очень любит новых людей. Самый резвый у нас Фридж, он самый младший, – сказал Женя и обвел взглядом комнату. – А где Марина?
– Она ушла. По-моему, мне удалось ее уговорить сходить куда-нибудь.
– Как?! Я все утро пытался.
– Не знаю. Наверное, у меня талант, – сказала Майя и засмеялась. – Шучу, просто, мы девочки…
Женя прыснул от смеха и, пытаясь опереться на стенку в гостиной, едва не свалился.
– Ну, мы идем? – спросил он, мысленно моля о том, чтобы Майя не увидела его позора.
– Ага. Пошли…
У двери она снова погладила далматинцев. Они совсем не хотели ее отпускать. Женя минут десять смотрел на картину прощания. Наконец, Майя вышла из квартиры.
– Мы ушли! – крикнул Женя Марине, и вышел вслед за подругой.
Майя бежала довольная, как первоклассник первого сентября. Еще неделю назад он ее не знал, а сейчас хотел каждый день видеть ее чудесную улыбу.
– Ты сегодня такая радостная.
– Сегодня первый день мая! – выкрикнула она.
– И что?
– Это же начало мая! – продолжала она, остановившись и с укором взглянув на него. – Май – месяц Майи. Понимаешь? Мой любимый месяц. Месяц, который начинает готовить нас к лету. Он чудесен. Посмотри на это солнце! Оно светит для нас. Разве оно когда-нибудь было прекраснее, чем в мае? Разве люди были когда-нибудь так же счастливы как в мае? Думаю, нет.
Майя говорила так искренне, что Жене стало казаться, будто май – лучший месяц в году. Хотя, может быть, это правда.
День, правда, был отличный. Еще и выходной. По городу бродили счастливые люди, что безумно радовало Майю. Она выглядела красивее, чем обычно. Май и Майя. Женя улыбнулся от этой мысли.
– Куда мы идем? – поинтересовался он.
– У меня есть отличная идея.
Вопросов больше не было. Если она сказала, что идея хорошая, значит, так и есть. Ей он верил. В том районе, куда Майя шла, Женя еще не был. Ловко маневрируя по небольшим улочкам, она остановилась. Вот оно – самое высокое жилое здание в городе. Вживую оно выглядело еще массивнее, чем с экрана телевизора. Майя набрала нужные кнопки на домофоне. Дверь открылась. Они поднялись наверх. Лифт. Двенадцатый этаж. На лестничной клетке их ждал молодой человек лет двадцати пяти. На глазах солнцезащитные очки. Майя выпрыгнула из лифта и повисла у него на шее. Он поцеловал ее в щеку. Увидев Женю, он поднял очки на лоб и протянул ему руку. Вполне приветливый, хотя поначалу не казался. Он пригласил ребят пройти к нему.
Двухкомнатная квартира. Комната, в которой сидели они, была не очень уютная. Ни рамок с фотографиями, ни каких-то сувениров, ни картин. Все скучно и однообразно. Никакого воображения. Просто вещи, которые друг с другом совсем не смотрелись. Все предметы жили отдельной жизнью. От этого почему-то становилось так тоскливо. Вообще, комната была совсем не убрана. Все валялось там, где это кто-то когда-то бросил. Этот парень точно жил один. В ином случае, здесь было бы уютно, на окнах бы висели нормальные шторы. Хотя, может быть, эта квартира сама по себе была мрачная и не внушала никакого оптимизма. Все было слишком серым, и лучи солнца совсем не попадали в комнату. Серый район. Серые люди. Этот парень был не похож на такого серого человечка, который день ото дня бродит на свою работу и живет только мечтой о воскресенье. Он так не выглядел, но его окружали серые вещи.
Цветок. На подоконнике стоял цветок, который медленно умирал. Его, похоже, год никто не поливал. Да, здесь явно не хватало женской руки.
– Джек, если ты не хочешь, чтобы убирала я, найми уборщицу, – недовольно проговорила Майя, усевшись в кресло.
Парень пожал плечами и сел напротив. В его глазах была тоска. Женя успел это заметить прежде, чем знакомый Майи вновь нацепил на себя очки.
– Мне девушка нужна, Майя, – проговорил он, издав что-то вроде смешка. – Но ты же знаешь…
Парень замолк, взглянув на Женю вновь. Он с интересом рассмотрел спутника Майи, который стоял рядом с ней, чувствуя себя довольно неловко.
– Не хочешь представить мне своего друга? – спросил Джек, наконец.
– Да, конечно! – воскликнула Майя. – Это Джо. Он мой друг.
Она расплылась в глупой улыбке. Женя нелепо махнул новому знакомому рукой.
– Ты никогда про него не рассказывала, – проговорил молодой человек, пытаясь прокрутить в голове людей с таким именем, но никого не было.
– Мы недавно познакомились… – пояснила девушка.
Джек посмотрел на Женю. Тот кивнул, словно подтверждая правдивость слов Майи.
– И вы не просто поболтать пришли? – добавил Джек, слегка расстроенный собственным предположением.
– Точно. Джек, мне нужна пыль.
Женя удивленно взглянул на свою спутницу. Он впервые в жизни слышал, чтобы кому-то нужна была пыль. Хотя в квартире Джека она наверняка была. Женя взглянул на хозяина дома, ожидая от него ответа.
– Зачем? – спросил тот. – Игры только через пару дней.
Женя уставился на них с еще большим непониманием, но они этого не замечали.
– Я знаю, – сказала Майя, пожимая плечами. – Просто, я хочу научить Джо.
– А, я понял. Хочешь его взять?
– Да! Нам нужен человек.
Глаза Майи засияли. Ей безумно нравилась собственная идея. Женя не понимал ее сути, но пытался делать вид, что у него все под контролем. Он, улыбаясь, смотрел на Джека, лишь бы тот не понял, в какое замешательство ввела его Майя сейчас. Женя понятия не имел, чего можно ожидать от этой девчонки.
– И сколько тебе надо?
– Не знаю. Давай пачку.
Джек пошел в другую комнату. Женя пытался понять, о чем шла речь в разговоре. Майя сидела в кресле, болтала ногами и улыбалась. Женя так много хотел у нее спросить, но не знал как. Он гадал, о чем был разговор только что. Это поразительно, сколько всего может навыдумывать человек всего за минуту.
Наконец, Джек пришел. В его руках была упаковка с чем-то цветным внутри. Парень вручил ее Жене, и тот увидел, что это порошковая краска, которую обычно используют на фестивале Холи[1]. В его рука была цветная пыль. Женя запихал упаковку в свой портфель, и Майя встала с кресла.
– Вы уже уходите? – чуть расстроившись, спросил Джек.
– Не знаю, – ответила Майя, взглянув на Женю, которому уже было все равно.
– Но Майя? – проговорил Джек. – Мы уже не виделись две недели. Ты все время куда-то пропадаешь. Ты ведь даже не говоришь, куда. И сейчас уйдешь, не поговорив нормально?
Джек с упреком посмотрел на девушку. Она села обратно.
– Конечно, мы посидим у тебя.
Джек взглянул на Женю, и тот улыбнулся. Он хотел отдалить ту минуту, когда вся цветная пыль окажется на его одежде.
– Отлично! – воскликнул молодой человек, смотря на Майю, грациозно усевшуюся в кресле. – У меня сегодня выходной. Работа в компании угнетает, но когда было тяжело, она спасала. Не могу уйти, потому что память… – он говорил загадочно, с печалью в глазах, но Майя понимала. –Расскажите что-нибудь? Как вы познакомились?
Девушка закатила глаза и с неодобрением уставилась на Джека. Женя молча переводил взгляд с одного на другого.
– Почему это всех так волнует? – недовольно проговорила она. – Какая разница, как люди знакомятся?
– Узнаю Майю, – сказал Джек, кивая. Его глаза наполнились счастьем при мысли о том, что он вспомнил рядом сидящую девушку. – Она всегда такая, – добавил он, глядя на Женю. – Ну, как познакомились?
– Знаешь, это слишком долго рассказывать. Правда. Но вообще мы познакомились, потому что Джо захотел написать обо мне книгу.
По тому, как девушка это говорила, Женя понял, что это ей льстило. Джек перевел взгляд на него.
– Серьезно? Ты пишешь про нее книгу?
Джек был довольно-таки удивлен. Он вообще искренне верил, что писатели живут где угодно, только не в их городе.
– Типа того, – промямлил Женя. На писателя он был совсем не похож. Майя вздохнула.
– Значит, ты писатель? – продолжал расспрашивать парня Джек. – Очень интересно…
– Вообще-то нет, – перебил его спутник Майи.
На лице Джека застыло удивление. Он не мог понять, кто из этой двоицы говорит правду.
– Как это!? – воскликнул он.
– Ну, я просто еще только начинаю писать, – пояснил Женя.
– Ясно, – наконец-то понял весь смысл его слов хозяин серой квартиры. – Знаешь, народ к Майе так и липнет.
– Да. Я заметил, – подтвердил Женя, улыбаясь, но в то же время отчего-то ревнуя героиню своей книги к другим людям. Майя загадочно смотрела на молодых людей.
– А знаешь, что заметил я? – добавил вдруг Джек.
– Что? – с серьезным видом отреагировал Женя.
– Ты немногословен.
– Не знаю. Я не замечал этого. Это плохо?
– Откуда мне знать. Но от этого еще никто не умирал точно, – сказал Джек, переводя взгляд с Жени на свою подругу. – Где пропадала? – обратился он к Майе.
– Разве это важно? Я просто пыталась внести немного разнообразия в свою жизнь. Просто надоело все время находиться в одном городе. Это ведь всем надоедает?
– Да. Я бы тоже куда-нибудь уехал на пару дней… или недель.
– И в чем проблема?
– Ни в чем. Я просто привык, наверное. Мне слишком сложно покинуть этот город даже ненадолго. Здесь все такое знакомое. Здесь работа. Понимаешь меня?
– Нет, – резко ответила Майя, едва не выпрыгнув из своего кресла. – Нет ничего сложного в том, чтобы просто сдвинуться с мертвой точки. Просто немного усилий. Ничего не будет, если ничего не делать.
– Думаешь, обязательно нужно куда-то выезжать?
– Всегда, когда чувствуешь, что устал.
– И все? Просто уехать? В этом состоит секрет счастливой жизни?
– Джек, я не знаю. Но мне помогает, – ответила Майя, вставая со своего уютного места. – Мы пойдем уже, наверное. Да, Джо?
Женя кивнул, и они с Майей пошли к выходу. По просьбе девушки молодой человек выкатил два велосипеда из маленькой кладовой, которая выходила из коридорчика. Один велосипед был красный, другой – синий. Майя как-то трепетно взяла красный велосипед, хотя он был вполне обычный, вряд ли слишком дорогой.
– Это ее? – спросила она тихо. Джек кивнул, и она улыбнулась. – Это честь…
Джек засмеялся, но выглядело это не очень весело. Он внимательно рассматривал Майю и велосипед, который она держала. Он поднял очки вновь.
– Ну, а что, – обратился он к ней. – Не должен велосипед год стоять без дела…
Он проводил их немного на улице. Майя и Женя сели на велосипеды и поехали через весь город. Женя не спрашивал, куда они держат путь, поэтому держался всегда чуть-чуть позади своей спутницы. Он оглянулся. Джек до сих пор стоял у дверей своего подъезда и смотрел вслед.
Женя повернул голову вперед и едва не въехал в стоящую на обочине машину. Они пересекли весь город. Парень ожидал, что сейчас Майя развернется, и они поедут обратно, куда-нибудь в парк, но они ехали дальше. Далеко за город, где был такой чистый воздух, словно в этом мире нет ничего, что могло бы загрязнить природу. Длинный лес, через который они ехали, навевал спокойствие. Легкий ветер делал день еще прекраснее. Майя и Женя будто попали в другой мир, где никто не знает про гаджеты. Здесь они не нужны. Уставшие от всей цивилизации ребята ехали все дальше, находя спокойствие в этом новом мире. Майя улыбалась. Она всегда это делала. Кажется, улыбка просто прилипла к ее лицу. Это было здорово. Женя впервые видел человека, который так много улыбается.
– В воскресенье у нас игра, – вдруг нарушила спокойствие Майя.
– Что за игра? – спросил Женя, неудачно отвернув руль и едва не упав в яму. Он был не лучшим водителем, наверное, поэтому только с третьего раза получил права.
– Ты ведь видел все эти яркие фестивали цветной пыли? – спросила Майя воодушевленно, и Женя кивнул. – Практически то же самое. Мы делимся на две команды и бросаем пылью друг в друга. Игра проводится каждый год. В мае. Ее начали проводить еще до того, как я приехала сюда.
– Что за ерунда? Вы самовольно кидаетесь ей друг в друга?
Женя не понимал, как такое может быть. Он бы никогда в жизни на это не подписался, но Майя, похоже, решила все за него.
– Это очень весело, – продолжала она. – Правда. В нашей команде не хватает одного человека. Я думала, что ты захочешь поучаствовать. Ты же хочешь?
– Я даже не понимаю смысл, – проговорил Женя, вздохнув. – Я не знаю ваших правил.
– За это не волнуйся. Я все расскажу тебе.
Майя улыбнулась. Они ехала дальше и дальше. Женя поражался тому, что она выглядела так же, как первомайский день. Такая же солнечная. И было совсем не понятно, солнце ли заставляет Майю улыбаться или ее улыбка принуждает солнце светить. Эта встреча перевернула Женину жизнь в одно мгновение. Сейчас они попали в ее мир, где все иначе… В мире Майи можно прекрасно обходиться без интернета…
Лес закончился, Майя и Женя оказались в широком поле. Огромном. Со всех сторон оно было окружено лесом. Майя слезла с велосипеда и тут же упала в траву. Она давно об этом мечтала. Закрыла глаза и лежала так минут двадцать, пока ее не потревожил Женя. Она смотрела на него снизу вверх и смеялась. Женя чувствовал себя маленьким мальчиком из книги Рэя Брэдбери[2]. Май. Море зелени. Чистый воздух. Смеющаяся Майя. Она поднялась, достала из Жениного портфеля упаковку с порошковой краской, раскрыла ее, но высыпать содержимое не стала. Сердце Жени дико билось. Тук-тук-тук. Она близко-близко подошла к нему.
– Наша игра будет проходить здесь, – сказала она, и парень кивнул. Майя могла сказать все, что угодно сейчас, он все равно бы согласился. – Тебе будет не очень-то просто. Мы все знаем эту местность, как свои пять пальцев. Мы проводим эти игры годами. Ладно, я второй год, но все равно. Не важно. Две команды. В каждой по шесть человек. Ты будешь в нашей команде шестым.
– А кто вообще в нашей команде? – спросил Женя, хоть это и было глупо, потому что он из всех друзей Майи знал только Джека и Эльвиру, а их как минимум еще восемь.
– В нашей команде играют: Кевин – капитан, Лара, Элли, Алекс, я и ты.
Женя кивнул, хотя эти имена ему ни о чем не говорили. Он все равно их не знал. Те, кого он знал, вообще почему-то не играли. Парень попытался улыбнуться.
– А Эльвира? Почему она не играет? – спросил он.
– Она капитан другой команды. С ней играют Ханна, Саша, Саша, Паша и Ник.
– Два Саши? – уточнил Женя. Он поймал себя на мысли, что стал превращаться в Нелли.
– Она и он… – пояснила Майя.
– О! теперь понятно.
Майя кивнула и пошла вглубь леса. Женя побежал за ней. Без компаса. В лес. Не лучшая идея. Женя знал это, но сказать Майе не осмелился. Она явно знала, что делает. По крайней мере, это было написано на ее лице.
– Мы проводим игры два раза в год, – продолжила она, перешагивая через ветки деревьев. – Но эта, что будет сейчас, можно сказать, просто тренировка. Один раз в год проходит турнир между нами и командой из соседнего города. Кстати, основную команду составляют из лучших игроков этой первой игры. Понимаешь?
Женя, как и прежде, кивнул, тем не менее, совсем ничего не понял.
– Не особо, – проговорил он, обрадованный тем, что все еще способен говорить.
– Джо, не тупи! Ты тоже можешь попасть.
Женя взглянул на Майю, ожидая увидеть в ее глазах намек на шутку. Но это не был розыгрыш. Девушка говорила абсолютно серьезно.
– Я? Неет. Ты с ума сошла. Я даже понятия не имею, что это все из себя представляет.
Майя Женю совсем не слышала или не хотела слышать. Она продолжала.
– По моему мнению, самым сильным игроком является Эльвира. Она бегает очень быстро и бросает точно в цель. Скажем так, попадает девять из десяти раз. Такое ощущение, что точно попадать в цель она научилась раньше, чем ходить. За ней невозможно уследить. Никогда не знаешь, откуда она появится. Иногда мне кажется, что она находится в нескольких местах одновременно. Она просто одержима этими играми. Они для нее все. И это можно понять…
Женя внимательно слушал, что Майя говорит об Эльвире, но ей хотелось рассказать про всех участников. Она говорила и говорила, желая познакомить Женю со своими друзьями.
Лара. Она невысокого роста. Из-за этого у нее прекрасно получается уворачиваться от всего. Она довольно быстро бегает и не устает. В школе почти всегда занимала первые места в спортивных соревнованиях. Так что в этой игре она тоже ас, хотя и не стремится принимать участие в турнире. Майе казалось, что это странно.
Алекс. Не любит, когда его называют Сашей. Лучше делать этого не стоит (по личному опыту Майи). Он обижен на жизнь. Запуталсяв своих проблемах. Предпочитает, чтобы все думали, будто он наглый, хотя вообще он не такой. Майя поняла это со временем. В игре не очень хорош, из-за этого делает вид, будто она ему не интересна.
Элли. Младшая сестра Алекса. Очень отличается от брата. Немного молчалива, почти везде таскает с собой любимую книгу «451 градус по Фаренгейту». Она не пытается заставить прочитать ее всех, просто она сама ее очень любит. Майе она нравилась. Она давно с ней знакома. Такая же скрытная, как брат. Они никогда не выставляют свои чувства на показ, полагая, что их проблемы касаются только их самих. Никто не знает их родителей. Они живут одни. Жили в этом доме всегда. Что касается игры, то Элли играет куда лучше Алекса.
Кевин. Один из лучших друзей Майи. У него куча проблем, но он предпочитает делать вид, что их не существует. Его глаза всегда немного грустные, даже когда он улыбается. Он не пытается быть для всех хорошим другом, но является им. Имея в прошлом дурной характер, он почти ни с кем не разговаривает по душам. Что касается игры? Играет он отлично. Майя обожала своего капитана.
Саша. Хорошего телосложения, играет неплохо. Не лучше всех, но и не хуже. Если говорить о его характере, то он очень доверчив, но Майя не считает это минусом.
Паша. Самый высокий из всех друзей Майи. Редко участвует в играх, потому что часто болеет. Девушка не могла слушать его истории про iPhone. Она не видела между ними разницы и не понимала, зачем он постоянно покупает новый.
Саша. Необычайная чистюля. Терпеть не может грязь и пыль. Именно из-за этого она считается одним из самых слабых игроков. Почти всегда она выходит из игры еще до ее конца. Кроме того, она еще и болтушка. Может говорить обо всем на свете, причем так долго, что сама иногда устает. Ханна, ее лучшая подруга, терпеть не может эту болтовню.
Ханна. Меломанка. Она обожает музыку. Всегда ее слушает. У нее есть в комнате целый ящик с наушниками, которые абсолютно разные. Дисков до безумия много. Когда Майя увидела это, чуть с ума не сошла. Ханна всегда напевает какую-нибудь песню. По ним можно узнать, какое у нее настроение. Играет давно, но не очень хорошо.
Ник. Самый умный из всех, кого Майя когда-либо знала. Ему трудно знакомиться с новыми людьми. Он не замкнут в себе, просто для того, чтобы общаться с человеком, ему надо знать его достаточно хорошо. На самом деле, он хороший собеседник. Майе нравится с ним болтать, но сказать, что он играет круто, не может.
Женя внимательно это прослушал. Наверное, именно поэтому Майя, не останавливаясь, рассказывала про тех, кого очень хорошо знает сама. Из всего рассказа девушки он понял две вещи: друзей у нее слишком много (он вряд ли их быстро запомнит) и многие очень плохо играют.
– Майя, ты ведь помнишь, что я с ними не знаком? – проговорил Женя, и Майя изменилась в лице. Она забыла. – Я их никогда не видел. Понятия не имею, о ком ты говоришь.
– Упс. Точно, – опомнилась девушка.
Женя засмеялся, и Майя пожала плечами. Они брели все дальше в лес. Солнечные лучи весело играли с листвой деревьев. В лесу Женя был всего один раз в жизни. Это было давно. Тогда его папа был жив и сказал, что каждый ребенок должен увидеть лес. Это было сказочно. Даже сейчас Жене все казалось каким-то ненастоящим здесь. Он был человеком города.
– Мы не заблудимся? – спросил он. Его слова эхом разносились по лесу.
– Ты что смеешься? Я знаю каждую тропинку наизусть…
Женя кивнул. Майя шла впереди и рассказывала ему разные истории, будто дело было не в лесу, где легко можно заблудиться. Она, действительно, хорошо знала местность. Начала рассказывать, где какое дерево, будто догадывалась, что у Жени проблемы с ботаникой. Его это никогда не интересовало, а вот Майю, похоже, очень. Она с энтузиазмом рассказывала о каждом новом кустике и деревце.
В глуши леса было немного прохладнее, чем на открытой местности, где солнце ужасно напекало голову. Здесь не приходилось щурить глаза из-за солнечного света – в лесу его практически не было. Впервые за все время прогулки Женя поймал себя на мысли, что лес ему нравится, тут можно укрыться от городского зноя. Правда потом парень наступил на муравейник. Он с трудом стряхнул всех насекомых с ноги, а Майя над этим лишь посмеялась.
Через пару минут они оказались на крохотной полянке, где можно было сделать всего три шага. Майя встала в центре и подняла голову вверх. Она всматривалась в небо.
– Смотри! – обратилась она к Жене. Он встал рядом с ней и тоже поднял голову.
– Идеально голубое! – поразился он. – Я такого никогда не видел!
Небо было очень необычное: ни одного облачка. Такое голубое, наверное, бывает очень редко.
Высоко-высоко летали птицы. Они были куда ближе к той лазури, чем люди. Майя всегда завидовала им, потому что они могут лететь туда, куда хотят. Если бы у нее были крылья, она бы улетела далеко-далеко. Ее бы ничего не держало. Она бы поселилась в горах, может, еще где-то. Но крыльев у нее не было, и она продолжала смотреть в небо.
– Я бы сказала – лазурное! – поправила Женю она. – Когда я сюда прихожу, оно всегда такое. Странно. Интересно это случайность или нет? Существуют ли вообще случайности? Я всегда думала, что нет.
– По-моему, ты слишком много думаешь, хотя я сам такой: часто сижу в одиночестве и думаю. Моя сестра говорит, что много думать вредно… и долго сидеть в одиночестве тоже.
– Почему? Как это может быть вредным? – чуть возмутившись спросила Майя.
– Не знаю. Может, она так говорит потому, что в последнее время во всем видит только плохое?
– А почему она во всем видит плохое?
– Не знаю. Но она и правда жалуется на жизнь. Хотя, когда она познакомилась с тем Виктором, стала реже жаловаться. Наверное, ей просто было одиноко. Ее работа ей не нравится…
– Почему же она там работает?
– Не знаю. Просто знаю, что ей не нравится там.
– Почему людям часто достаются работы, которые им не нравятся? Это несправедливо. Люди загоняют себя в рамки. Все должны заниматься тем, чем хотят. Иначе, в жизни совсем не будет смысла.
– Я тоже так думаю. Много раз предлагал ей найти новую работу, но она не хочет уходить с этой, потому что здесь хорошо платят.
– Да. В этом мире многим правят деньги. Это ужасно! Но ведь так было во все времена… Люди уже свыклись… Я давно наблюдаю за людьми. Они не обращают на меня внимания, но я их вижу. Они не умеют по-настоящему радоваться жизни. Люди не умеют жить настоящим. Они не знают цену жизни. Они не умеют ей наслаждаться. Многие предполагают, что счастье можно найти в чем-то… Не знаю… материальном…
– Просто жизнь сейчас такая.
– Нет, просто люди такие. Они сделали жизнь такой.
– Наверное. Никогда об этом не думал.
– А я думала. Очень часто. Постоянно об этом думаю. Но, наверное, зря. Все равно изменить ничего не могу. Людям этого не надо. Им все нравится. Они играют в компьютерные игры, но считают странной меня.
– Они глупые. Тратят жизнь на пустяки. Да и я тоже…
Они замолчали. С веток сорвалась стая птиц и устремилась в небо. Так просто: взяли и улетели. У людей все сложно.
– Знаешь, Джо, я хочу быть вечно молодой, – проговорила Майя чуть-чуть смущенно. – Восемнадцатилетней. Хочу, чтобы время остановилось. Но это невозможно. Время куда-то убегает от меня. Ежесекундно. Куда бежит время?
– Может оно бежит какой-то марафон? – решил пошутить парень, хотя прекрасно понимал, что в КВН бы его не взяли.
– Если так, то оно явно лидирует.
Они засмеялись. Может, в этом и заключается смысл жизни? Просто так смеяться с теми, кто действительно дорог. Может, не надо искать смысл в более сложных вещах?
Майя и Женя вновь сели на велосипеды. Был уже вечер. Они ехали обратно в город, хоть туда совсем не хотелось. Майя пела любимые песни. Такая жизнерадостная и счастливая, что в голове у Жени промелькнула мысль: «А всегда ли она такая? Всегда ли она улыбается? Со всеми ли она такая же, как с ним? Всегда ли она так проводит время?»
Он почти ничего не знал о Майе. Он не знал, с кем она общается, где она выросла. Он не знал ничего, но хотел знать все. В раздумьях он не заметил, как подъехал к дому Джека. Они хотели лишь отдать велосипеды, но Джек уговорил их остаться на ужин.
Время было позднее, но никто об этом не думал. Все были так голодны, что с трудом заставили себя помыть руки. Готовил Джек явно сам: макароны переваренные, салат недосоленный. Но Майе с Женей все понравилось.
– И давно вы знакомы? – спросил Женя во время ужина.
– Два года! – ответил Джек. – Интересно, как мы познакомились?
– Да, интересно!
Джек взглянул на Майю с укором, и она пожала плечами. Женя с улыбкой наблюдал за этой картиной. Друзья всегда такие забавные.
– Все любят истории о том, как люди познакомились, Майя, – проговорил Джек. – Хочешь рассказать ты?
Девушка кивнула, Джек налил чая, и Майя начала говорить.
– Ну, мне тогда еще только исполнилось семнадцать, и я только переехала сюда. Сначала встретила Эльвиру, она познакомила меня с Мэнди и Кевином.
– Американцы? – удивленно спросил Женя, сделав глоток чая.
Майя и Джек прыснули от смеха. Парень задумчиво наблюдал за ними. Что он сказал не так?
– Ну, Мэнди… – проговорил Джек. – Не совсем. Ее папа англичанин, а мама русская. Познакомились в 1980 во время Олимпиады. Прикинь? Познакомились на соревнованиях по плаванию. У ее папы брат пловцом был. Не знаю, мне всегда казалось это неправдоподобным. Если бы не Мэнди, я бы не поверил, что такое вообще возможно. Он ведь русский выучил…
– Ого! – Женю искренне удивила эта история. Судьба так забавно сводит людей. – Так, а Кевин?
– Да это его кличка школьная… – продолжал Джек. – У него фамилия Каверин просто…
Женя усмехнулся. В Майином обществе людям присуждали новые имена на раз-два. «Интересно, Джек – это его настоящее имя?».
– Вообще-то я рассказывала про то, как мы познакомились… – проговорила Майя, которая до этого молчала.
– Да! – воскликнул Джек. – Мэнди и Кевин были моими лучшими друзьями, – Майя вздохнула. Друг решил рассказать все за нее. – Они все время что-то рассказывали о Майе, девочке с синими волосами, – Джек засмеялся. – Синие волосы! Чем ты думала? – Майя пожала плечами, и Женя представил ее с такой прической. – Мне было интересно, кто она такая: не пользуется телефоном и не зависает в интернете. Носит яркую одежду. Легко находит общий язык со всеми. Много говорит о смысле жизни. Когда я впервые ее увидел, понял, что ребята говорили правду. Передо мной стояла девушка – воплощение жизни. Она почти всегда улыбалась. Тогда мы с ней общались намного больше, чем сейчас…
Джек пристально смотрел на Майю, которая искренне не понимала, в чем она провинилась.
– Джек! Мы и сейчас хорошо общаемся…
– Да! Но не так, как раньше… Не так…

Женя и Майя вышли из дома Джека и пошли по мрачным улицам города. Все прямо и прямо. Им так не хотелось расходиться по домам. Весь день Женя был с Майей, но ему было мало. Они сами не заметили, как оказались у набережной. Они долго шагали вдоль моря, пока не оказались на пляже.
Берег пуст. Никого нет. Приближалась ночь. Хоть это был не городской пляж, днем здесь бывает достаточно много людей, а сейчас…
Совсем никого.
Ребята легли у самого берега. Вода едва не доставала им до ног. Сотни звезд высыпали на небо, как елочные гирлянды. Тишина.
– Ты выросла здесь? – спросил Женя, когда они насладились спокойствием морского берега.
– Нет. Не здесь. Далеко отсюда. Я росла в совсем маленьком городке. Ходила в музыкальную школу…
– О! Тоже ходил – на скрипку. Правда, не закончил. Бросил. Слишком утомительно показалось, – парень даже не заметил, как перебил Майю, но она не возражала. – Сейчас вот жалею. Мог закончить. Поступил бы в какой-нибудь музыкальный колледж. Потом, может, в консерваторию бы взяли. Нет, конечно, мне нравятся языки. Просто, полгода назад я понял, что музыка мне нравится чуть больше. Глупо поступил. Музыку бросать нельзя. Сейчас я играю не так, как раньше, хотя куда с большим вдохновением. Просто, не нужно было останавливаться тогда. Раньше говорили, что у меня талант. Да что об этом вспоминать…
– Талант никуда не уходит. Если он есть, то он есть, – проговорила Майя, взглянув на Женю. В свете звезд ее глаза сияли еще загадочнее, чем обычно.
– Но играю-то я уже не так…
– На это нужно время… Сыграешь мне потом? – попросила Майя.
– Да! Ладно… – ответил Женя, и они снова уставились на звездное небо. – Слушай, а ты-то закончила?
– Да! Закончила. Играю на виолончели.
– До сих пор?
– Да! Дома. Ну, хожу на занятия к одной женщине. Она классная! Говорит, что я могу поступить в этом году. Я попробую. Может, получится.
– Молодец, что не бросила…
– Так мне нравилось! Правда на выпускной не попала. Закончила экстерном. На отлично.
– Зачем экстерном?
– Тогда родители развелись. Мне было пятнадцать. Диплом об окончании музыкальной школы получила отдельно. После их развода, я осталась с мамой, а она больше не желала оставаться в родном городе. Она думала, что в новом месте не будет прежних проблем. Меня никто не спрашивал. Я переезжала вместе с мамой, которая недолго переживала насчет развода. Она так быстро нашла замену папе… но через полтора месяца снова расставание. Еще один город. Черт возьми, я была потеряна. И это был не конец! За два года мы сменили пятнадцать городов. Пятнадцать! Этот для меня шестнадцатый.
– Пятнадцать?! За два года?! – удивленно спросил Женя. Он и представить себе не мог, что такое возможно.
– Да, – без какого-то интереса ответила Майя.
– Подожди, а что ты при этом чувствовала? Ну, в смысле, как это? К ним же привыкать нужно?
– Это очень трудно, Джо! Правда. Новые города, новые школы, новые соседи и одноклассники, которые очень редко становятся тебе друзьями. Каждый город как новая жизнь. Все меняется, даже мама. Она везде теперь была разная. Становилась такой, какой ее хотели видеть. Она была не собой, а я изо всех сил пыталась собой остаться. До сих пор не понимаю, что было тяжелее: привыкать к новой жизни или осознавать, что родной маме не до тебя. Она была занята своей личной жизнью, и я делала все, чтобы она обратила на меня внимание: красила волосы в синий цвет, разрисовывала стены домов, ругалась с учителями, дралась со сверстниками, бросала школу. Ее потом вызывали к директору и отчитывали, а когда мы приходили домой, мама говорила, чтобы больше я так не делала. Теперь жалею, что вела себя так. Я ничего не изменила.
– Ты живешь с мамой сейчас?
– Нет! Она сказала, что никогда не переедет сюда. У нее ведь принципы: после каждого брошенного ухажера в город, где с ним встретилась, не возвращаться. Если она будет жить здесь, то вскоре уедет и никогда не вернется снова. Она не сможет меня навещать, а я отсюда уезжать не собираюсь. Сейчас она продолжает менять город за городом. Неужели она до сих пор думает, что все изменится? – спросила Майя у самой себя и задумалась.
– А твой папа? Почему не жила с ним?
– Так он женился два года назад. Как бы тебе описать его новую жену… Ну, брюнетка. Каждый день накладывает на себя тонну косметики. Думает только о шмотках и дорогих украшениях. Не знаю, что папа в ней нашел. Она же пустышка… Просто кукла. Не в восторге от нее. Да и она меня терпеть не может. С папой жить было бы еще хуже.
– Так как же ты тогда сюда попала?
– Это было перед тем, как я пошла в одиннадцатый. Бабушка узнала, что мама повсюду таскает меня за собой. Она приехала к нам и заявила, что я буду жить с ней, пока та не разберется в себе. Так я переехала сюда. Впервые за несколько лет я почувствовала себя по-настоящему счастливой. Вечером болтали с бабушкой и читали книги. Здесь я нашла настоящих друзей… Но бабушка умерла тем летом, в июне. Даже не помню, как сдавала последний экзамен. Ощущение было, будто я лишилась части себя. До сих пор такое ощущение. Особенно, когда сижу в квартире в одиночестве…
– Это пройдет со временем! – попытался утешить Майю Женя.
– Нет. Неправда! – отрицала она.
– Майя, время лечит!
– Не лечит. Угнетает. Нам просто кажется, что лечит. Если человек был действительно дорог, с его смертью невозможно смириться. Это нормально… Вот, что ты чувствуешь, вспоминая отца?
– Не знаю…
– Неужели ты свыкся с его смертью?
– Нет. Но говорят, что со временем станет легче.
– Неправда. Просто мы забудем ту секунду, когда поняли, что какого-то дорогого нам человека уже нет в живых. Это забудется. Легче не будет никогда. Мы всегда будем осознавать, что они уже не вернутся. Умершие не вернутся. Мы никогда не сможем с ними поговорить или посмеяться. Они останутся в нашей памяти навсегда, но этого мало. Чертовски мало. Людям мало воспоминаний, им нужно знать, что те люди… они не умерли, что они рядом, никуда не ушли… Но жизнь не может нам этого дать. Она лишь может подарить нам воспоминания.
– Это несправедливо.
– Жизнь вообще несправедлива, если ты не заметил.
– Почему мы вообще не можем жить вечно?
– Планета была бы переполнена. Мы должны умирать, чтобы могли рождаться другие люди. Так будет честно.
– Зачем мы тогда вообще нужны на Земле?
– Откуда мне знать?! – чуть-чуть разозлившись, воскликнула Майя. Ей уже не нравилось, в какую сторону ушел их разговор. – Но я предполагаю не для того, чтобы ждать смерти. Мы должны радоваться. Должны вселять уверенность в окружающих и не думать о смерти. Не думать…
– Но ты же думаешь?
– Ага. Иногда. Раньше мне казалось, что смерть – это что-то серое и скучное, что она явно хуже жизни стократ…
– А мне казалось, что это что-то вроде наркоза. Только после наркоза просыпаются, а после смерти нет. Мы просто уснем и больше не проснемся. Никогда. Мы не будем ничего понимать и чувствовать. Может смерть – это ничто? Просто пустота?
– Не хочу сейчас об этом думать.
– Я тоже. Но некоторые вещи так хочется узнать. Например, что будет с нами через десять лет? Все так быстро меняется. Хочу знать, где я буду работать, жить? Что вообще будет через десять лет?
– Зачем тебе это? Какая разница? Все равно все будет так, как и должно быть. Знаешь, иногда у меня такое ощущение, что эту жизнь нам кто-то придумал: наши встречи, достижения… А нам остается ее только прожить.
– Кто знает? Может быть, это правда.
– Надеюсь, нет.
Майя замолчала. Они лежали в песке, смотря на звезды. Майя астрономии совсем не знала. Женя рассказывал ей про звезды, как она ему днем про деревья. Она пыталась запомнить хоть несколько звезд, но все равно продолжала их путать, и Женя снова повторял. Когда он начал по третьему разу показывать одни и те же созвездия, она не выдержала и засмеялась. Оба поняли, что она никогда в жизни их не выучит.
– В следующий раз, когда посмотрю на звезды, обязательно вспомню тебя! – сказала Майя.
Так они лежали, пока не рассвело. Женя пошел провожать ее до дома. Потихоньку люди начинали наполнять улицы. Сон покинул этот город. Ночь закончилась. Все стало по-прежнему. Люди куда-то торопились. Все, как вчера. Будто бы звездного неба и не было.

4 глава

МЭНДИ

Утром Женя сидел на кухне и пытался допечатать первую главу книги, когда в комнате появилась Марина. Она зевала и до сих пор была в пижаме. Девушка даже не расспрашивала брата о том, где он был ночью, хотя раньше всегда так делала. Сейчас она просто ходила по кухне, тем самым не давая Жене сосредоточиться.
Она насыпала корм далматинцам, которые прибежали следом за ней, заварила себе чай, сделала хлопья с молоком и села напротив Жени. Сидели, молча: девушка жевала свой завтрак, парень продолжал печатать книгу.
– Майя кажется очень милой, – проговорила Марина.
– Ага, – подсознательно ответил Женя. На самом деле он даже не слышал, что сказала сестра. Он был слишком сосредоточен на работе.
– Жень, ты вообще слышал, что я сказала? – разозлилась Марина, пощелкав пальцами перед экраном ноутбука.
– Что? – наконец-то услышал ее брат.
– Майя. Она странная, но милая, – проговорила его сестра.
– Да! – машинально ответил он, продолжая печатать.
– А куда вы ходили? – не унималась Марина. Именно сегодня утром она решила быть разговорчивой.
– Да так. Гуляли, – кратко ответил Женя. Он пытался поскорее отделаться от сестры, потому что она его отвлекала.
– Да, но в последний раз ты из дома уходил на весь день лишь… – Марина задумалась. – Никогда! Жень, ты никогда не уходил из дома на весь день… и на всю ночь…
– Ты, что не видишь, что я занят?
– Простите, господин президент, не знала. Вот ты всегда так отвечаешь. Вечно занят. У тебя никогда нет на меня времени. Даже минутки. Такое ощущение, что я тебе нужна только тогда, когда у тебя проблемы.
В этот момент Женя понял, что спокойно дописать главу Марина ему не даст ему. Если его сестра заводилась, то это надолго. Он сбросил документ на флешку и решил пойти к Александру. Жене вдруг захотелось показать ему все написанное, чтобы тот высказал свое мнение.
Женя встал из-за стола и двинулся в сторону двери. Он завязывал шнурки на кедах, когда услышал голос сестры, доносящийся с кухни.
– Ты никогда не умел меня выслушать!
После этих слов он захлопнул дверь, хотя Марина наверняка еще что-нибудь хотела сказать, а возможно и сказала.
Когда он зашел в аудиторию для занятий, Александра, как всегда, сидел на своем любимом рабочем месте. Ященко продолжал писать книгу. У Жени складывалось впечатление, что преподаватель здесь живет. Он усмехнулся от собственной мысли. Ноутбук. Его учитель. Тихо звучащие компьютерные клавиши. Пропала та писательская магия. Где тот громкий стук от печатной машинки? Женя вдруг дико захотел приобрести себе такую. Неужели это влияние Майи? Он хотел в это же мгновение сорваться со своего места и бежать в поисках своей собственной печатной машинки. Именно сейчас она была ему нужна, как воздух.
В это мгновение Александр повернул голову и увидел гостя. Их беседа длилась недолго. Почти сразу Женя попросил преподавателя посмотреть то, что успел написать. Александр читал с большим интересом, он быстро перемещал взгляд по экрану монитора.
– Что ж, очень даже неплохо, – проговорил преподаватель, когда все прочитал, и Женя выдохнул. – Правда. И написано неплохо. Конечно, немного надо доработать. Но у тебя получилось. Это главное. Ты переживал, а все очень даже хорошо вышло. У тебя все получилось! Вот только, что это за девушка? Это про нее ты тогда рассказывал, да? Это она?
– Ага. Я про нее говорил.
– Значит, все-таки ее нашел!
– Да!
– А говорил, что случайностей не бывает…
– Значит, это не случайность, – проговорил Женя, пожав плечами.
Александр о чем-то задумался, разбирая ручки по стаканам. У Жени появилось желание подойти к мужчине и пощелкать пальцами перед его носом. Преподаватель будто бы прочитал его мысли.
– Интересно! – проговорил Александр загадочно.
– Что интересно?
– Ну, она очень привлекательный персонаж.
– В жизни она еще лучше. Просто, у меня не хватает слов, чтобы описать ее такой, какая она на самом деле. Наверное, просто, таких слов вовсе нет. Прочитать мое описание – это ничто по сравнению с тем, что видеть ее вживую. Говорить с ней. Она удивительная. Каждый раз, когда я ее вижу, мне кажется, что все это просто сон. Я никогда не думал, что такие люди вправду существуют. Она необыкновенная!
– Я понимаю! – с видом знатока ответил Александр. – Я тебе завидую, Жень! Правда. Тебе очень повезло. Ты это понимаешь? Таких людей очень редко встречаешь.
– Да! Она как будто просто чья-то выдумка. Пришла, чтобы я задумался, правильно ли я живу. Слишком хороша, чтобы быть настоящей.
– Так странно, что я ее не встречал…
– Наверняка, встречали. Просто, не обратили внимание. Вы не знали про ее существование. А ведь ходите с ней по одним улицам…
Александр задумался, но быстро пришел в себя.
– Значит, ее зовут Майя?
– Ага. Майя.
– Интересное имя.
– Да. Оно ей очень подходит.
– Не сомневаюсь, – сказал Ященко, но после добавил: – У тебя выйдет отличная книга, Женя!
– Вы так думаете?
Преподаватель кивнул, и в этот момент Жене показалось, что он может написать что-то стоящее. Он решил, что способен изменить мир. Ему хотелось верить в то, что каждый, читая его книгу, будет открывать что-то новое для себя. Одна книга сможет изменить каждого человека. Почему ее не может написать он?
С отличным настроением Женя не вышел, а вылетел из аудитории. Он хотел скорее бежать к Майе, поговорить с ней, чтобы она опять сказала какую-нибудь глупость, от которой тепло на душе. Просто видеть ее.
Женя запомнил адрес Майи. Он четко отпечатался в его памяти. С мыслями об этой девушке Женя несся по пыльным и шумным улицам. Он сталкивался с людьми, которые тоже куда-то бежали. Но как-то по-другому, совсем не так, как Женя. Он спешил к Майе. На этой улице только он мчался к ней.
Парень уже переходил на бег, когда случайно наткнулся на Рину, спокойно шагающую среди незнакомых людей. Не очень веселая, что слегка поубавило Жене настроение. Сейчас ему нужна была улыбка. Майина улыбка.
Женя хотел завернуть на смежную улицу, спрятаться в магазине – лишь бы не встретиться с Риной, но она уже его увидела. Ее настроение резко улучшилось. На лице появилась легкая улыбка. Она подскочила к Жене, будто знала, что он может сбежать. Именно так Женя и хотел сделать: просто сказать «привет» и уйти. Рине этого было недостаточно. Она хотела общения. Как всегда не во время…
Она стянула с себя наушники, и произнесла: «Привет!». Так громко, что Женя вздрогнул от неожиданности. Она стояла перед ним в своих любимых красных кедах, на голове шляпа. Обычная черная шляпа.
– Как дела? – спросила она.
– Ничего вроде. Хорошо. Нормально, – протараторил в ответ Женя. – А у тебя?
Рина засмеялась.
– Все хорошо! – ответила она. – Выходные – всегда хорошо.
– Да! Точно!
– Ты куда-то торопишься?
Конечно, Женя ждал этого вопроса, но почему-то когда Рина его задала, он растерялся. Он не хотел говорить о Майе; о том, как сильно к ней торопится; о том, что пишет о ней книгу. Женя хотел бежать. Бежать так быстро, как Форест Гамп. Чтобы Майя снова придумала что-то сумасшедшее. Он не хотел говорить.
– Нет! – услышал он чей-то незнакомый голос и только через мгновение понял, что голос принадлежит ему самому. – Абсолютно! Просто гуляю!
– Да? Просто гуляешь? Тогда, может, ты хочешь сходить со мной в магазин? Я иду за гитарой.
«Нет!» протестовало Женино сознание, но парень ответил «конечно». И вот он идет с Риной в магазин за гитарой. Ее гитарой. Они не были друзьями, но он шел помогать выбрать ей гитару.
Они зашли в первый попавшийся музыкальный магазин. Они оказались именно здесь только по предложению Жени. Он убедил Рину в том, что это лучший музыкальный магазин, в котором он когда-либо бывал. На самом деле, парень впервые видел это место. Сейчас он должен был быть в другом месте, поэтому врал.
К Жениному удивлению магазин оказался потрясающим. Они прошли мимо флейт и труб, где-то вдалеке парень увидел ударные, справа синтезаторы. Чего здесь только не было! Фортепиано, виолончели, скрипки, домры, арфы, тромбоны, альты, контрабасы. Да это рай для музыканта! Даже здесь Женя не мог перестать думать о Майе. Она любила музыку. Это Женя знал наверняка.
Наконец, он с Риной подошел к гитарам. Ассортимент был огромный, но все-таки у Жени оставалась надежда, что Рина быстро выберет нужную. Напрасно он надеялся. Напрасно. Рина внимательно рассматривала каждый инструмент, который предлагал консультант. Ей было важно знать Женино мнение, а он лишь говорил «хорошо» или «эта лучше». Спустя полчаса она выбрала гитару, Жене это время показалось вечностью. Рядом с Риной его часы всегда замедляли ход.
Женя никогда не улыбался шире, чем тогда, когда Рина, наконец, сделала выбор и убежала на репетицию своей группы. Парень тут же отправился к Майе. Он мечтал никого больше не встретить, шагая по тем же улицам, что и ночью с Майей. Теперь все казалось другим. Может, это было из-за звезд, а может, нет. Но сейчас все было каким-то другим. Ярко-мигающие вывески уже не выглядели такими заманчивыми, как ночью. Ночь и день – два абсолютно разных мира, но в каждом из них Жене хотелось быть рядом с Майей.
В подъезд Женя забежал за женщиной лет сорока. Она нажала на кнопку лифта, но парень, не желая ждать, побежал по лестнице. Один. Два. Три. Восемь. Двенадцать. Двадцать два. Сначала он считал ступеньки, но уже на двадцать третей сбился и перестал.
Нужный этаж. Квартира с лиловой дверью. Нет сомнений, что там живет Майя. У кого еще может быть такая дверь в многоквартирном доме?
Женя нажал на кнопку дверного звонка, но он не работал. Парень стал барабанить в дверь. Майя открыла минут через десять. Женя уже испугался, что ее нет дома, когда щелкнул дверной замок.
Майя выглядела прекрасно. Платье в разноцветный горох ей очень шло. Слегка растрепанные волосы, забранные в хвост. Она улыбалась. Улыбалась, как и обычно. Так же ярко и солнечно.
– Прости, что так долго! – воскликнула девушка.
– Да ладно! – отмахнулся Женя и зашел в квартиру.
Да! Только такая квартира может быть у нее. Пусть Женя видел пока только коридор, но и он его уже поразил. Несчитанное количество шляп, обувь всевозможных фасонов и цветов, но привлекло внимание Жени даже не это, а стены. Выкрашенные в разные цвета. Оранжевый, розовый, желтый. Здесь была вся палитра красок.
– Ты сама это сделал?
– Ага! – в голосе Майи звучала гордость за саму себя. – Я… рисую… немного…
– Ого! Я не знал… – Она хоть что-то не умеет делать?! – Покажешь работы?
– Тебе интересно?! – удивилась Майя. Как будто это не могло никого интересовать.
– Ну, да! Я бы не спрашивал, если бы мне было неинтересно! Почему ты так удивилась?
Майя открыла дверь в свою комнату, удивлению Жени не было предела. Повсюду картины. Они висели на стенах, лежали на полкал, стояли у стен. Столько картин Женя еще никогда не видел. На одной изображен пейзаж акварелью. На другой – темноволосая девушка в оранжевом платье. Она так похожа на Эльвиру.
– Почему ты удивилась? – повторил свой вопрос Женя, продолжая рассматривать картину.
Эта девушка в оранжевом платье, сидящая на качелях, действительно, напоминала Эльвиру. Но почему-то Жене казалось, что это не она.
– Просто никто особенно не интересовался моими работами, – ответила Майя. – Наверное, никому не нравятся.
– Мне нравятся!
– Хочешь сказать, что ты не все?
– Я хочу сказать, что мне нравятся твои картины!
Майя улыбнулась и подошла поближе к Жене, который продолжал рассматривать картину, висящую на стене.
– Почему ты так долго ее рассматриваешь? – спросила она. – Что-то не так?
– Нет! Все так. Даже больше! Эта картина… очень хорошая! Просто… это ведь не Эльвира, да?
– Нет. Не она…
– Они чем-то похожи! Ты с нее рисовала?
– Нет. Это другой человек.
Женя, убедившись в своей правоте, продолжил ходить по комнатке. Пейзажи, портреты. Все работы Майи он просматривал довольно быстро, пока не подошел к одной из картин, которая его очень привлекла. Девушка с длинными светлыми волосами играет на виолончели. Совсем не похожа на Майю, но Женя все-таки спросил:
– Это ты?
– Нет! Я выдумала!.. Не рисую себя… Ну, почти не рисую…
– В смысле почти?
Майя подошла к мольберту, который стоял у окна. Женя его даже не заметил. И зря! На мольберте разместилась ее новая картина. Майя и Женя сидят на берегу моря, и он показывает ей звезды. Как вчера! Все это, как вчера!
– Сегодня ночью нарисовала! – пояснила Майя.
– Мне нравится! – воскликнул Женя. Он ничего не понимал в живописи, но ему нравилось.
– Мне тоже! – ответила она и засмеялась. – Хочешь какао?
– Ладно! Давай!
Они прошли мимо разрисованных стен и оказались на кухне. Майя разлила какао по кружкам, и они сели за стол. Она взяла с края стола раскрытую книгу и положила ее на подоконник.
– Сегодня утром читала! – сказала девушка, делая глоток какао.
– Что за книга?
– «Герой нашего времени».
– Хорошая книга.
– Ага! Мне нравится. Могу читать ее вечно. Мама всегда говорила, что если читать одну книгу много раз, то она надоест. Это неправда. Есть книги, которые можно читать вечно.
– Наверное…
Женя смотрел в кухонное окно. Во дворе пробежала девушка, похожая на Эльвиру.
– Как Марина? – неожиданно сменила тему Майя.
– А что с ней? – взглянув на девушку, спросил Женя. – Нормально, наверно… У нее всегда все нормально. Ну, по крайней мере, она так говорит. Никогда не говорит, что у нее все хорошо или у нее все плохо. У нее все всегда нормально. Хотя, так наверно не бывает, да?
– Я не знаю!
Майя засмеялась. Ее всегда забавляло то количество вопросов, которое сыпал на нее Женя. Они допили свое какао, и Майя вдруг вспомнила, что не кормила попугаев. Ребята побежали в гостиную. Здесь было уютно. Желтые занавески на окне. Клетка с попугаями лежала на столе рядом. Птицы все время кричали, но Майю, похоже, это устраивало.
Телевизора в комнате не было. Там, где он наверняка должен стоять, было кресло. Рядом с ним лампа. Оранжевая. Если ее включить, то вся комната наполнится оранжевым светом. Вдоль стены стеллаж с книгами, среди которых Женя быстро нашел «Милые кости». Именно эту книгу Майя читала тогда, при их первой встрече. Книга-талисман.
На одной из полок стеллажа лежали музыкальные диски. Snow Patrol “Fallen Empires”. Keane “Strangeland”. Paul McCartney “Ram”. Yellowcard “Southern Air”. Two Door Cinema Club “Beacon”. Muse “The 2nd Low”. Placebo “Battle for the Sun”. Muse “The Resistance”. 30 Second to Mars “This is War”. Yellowcard “When You′re Through Thinking, Say Yes”. Fun “Some night”.
Осмотрев все вокруг, Женя решил сесть на диван с левого краю, но не успел этого сделать.
– Стой! – крикнула Майя.
– Что?
Женя отпрыгнул в сторону и посмотрел на место, куда только что хотел сесть. Оно было пустое. Парень взглянул на Майю.
– Это место моей бабушки. Она все время там сидела. Ты бы мог сюда не садиться?
– Ладно! – сказал Женя и устроился с другой стороны, поближе к окну. Майя сидела за столом и смотрела на своих попугайчиков.
– Не подскажешь, который час? – спросила она. – Меня пригласили друзья в гости. У них новоселье сегодня.
– 18:12! – ответил Женя, взглянув на часы. – Ты опаздываешь?
– Нет! – воскликнула Майя. – Я никогда не опаздываю. Просто, иногда не успеваю. Время идет слишком быстро, очень часто люди не успевают сделать то, что хотят.
– И ты?
– Что я?
– Тоже не успеваешь?
– Иногда бывает. Иногда приравнивай к часто.
Майя улыбнулась и вновь сосредоточилась на клетке с попугаями.
– О чем мы говорили? – возобновила разговор она. – А, я сказала, что меня в семь пригласили в гости.
– Ты не говорила, во сколько.
– Прости, иногда упускаю такие мелочи.
– По-твоему время – это мелочи?
– А, по-твоему, нет? Это же глупо, все время куда-то спешить, постоянно следить за часами, ждать какого-то момента, чтобы потом возможно в нем же разочароваться, не праздновать дни рождения лишь потому, что с каждым годом становишься старше. Ведь мы всегда будем такими, какими хотим быть… Дело не в дне твоего рождения...
– Тебе, наверное, уже пора идти… – перебил ее Женя. Он не хотел, чтобы из-за него она не успела прийти во время.
– Что? А, ты об этом… Не хочешь пойти со мной? Познакомлю тебя с друзьями.
Женя пожал плечами, после чего согласился. Майя принесла из своей комнаты картину. Рыжеволосая девушка и парень чуть выше ее. Они бежали сквозь серый дождь. Впереди яркие цвета, позади – темные. На небе то ли тучи, то ли облака. Непонятно, потому что где-то они темные, а где-то белые. Вся картина была непонятной. По крайней мере, Женя не понял ничего, но признавал, что выглядит это красиво. Очень красиво.
– Решила подарить им картину. Думаешь, им понравится? – спросила Майя у Жени, пока они спускались по лестнице в ее подъезде.
– Думаю, да!
– Тогда хорошо!
Они вышли из Майиного дома и направились к ее друзьям. Майя не сказала адреса, Женя не знал, к кому вообще они идут, но ему было все равно. Рядом с ним шла она, так что ему было все равно.
– Майя, а как зовут твоих друзей, у которых новоселье? – все же спросил он, чтобы не выглядеть дураком.
– Кевин и Мэнди! – отозвалась Майя. – Они классные! Тебе понравятся. Ты им тоже!
Женя помнил эти имена. Вчера про них рассказывал Джек. Англичанка и парень с фамилией Каверин. Отлично, что парень о них знал.
– Как они выглядят?
– Ну, Кевин… он высокий, волосы не очень темные. А Мэнди… она рыжая… и еще… она ничего не видит…
– Совсем?
– Совсем. Но ты не думай об этом. Это ничего не значит. Она хороший человек, и она классная. Просто, не обращай внимания на это и все. Делай вид, что все нормально. В этом ведь нет ничего ненормального. Просто, она не видит и все.
– Ладно! Так, все в порядке? В смысле, ничего, что я приду?
Парень не хотел сделать что-то не так. С такими людьми он еще не общался…
– Ну, а что такого?! – воскликнула Майя. – Она живет обычной жизнью… Ну, практически… Она, вроде, привыкла. Хотя я не уверена, что к этому можно привыкнуть.
– Блин, как-то… не знаю…
– Можешь поговорить с ней об этом потом. Она утверждает, что когда рассказывает это кому-то, ей становится легче.
– Это как-то странно… и неудобно…
– Да! Я тоже так думаю, но иногда… иногда она сама начинает говорить…
Довольно быстро Женя и Майя подошли к нужному дому. Мэнди и Кевин жили недалеко от нее, поэтому ребята даже не опоздали. Обычное здание, но не такое серое, как у Джека. Этот дом был какой-то более жизнерадостный. Казалось, что вот-вот из подъездов выбегут дети и начнут гоняться друг за другом. Рядом парк. Много деревьев. Уже ни одной свободной скамейки. Здесь чувствовалась жизнь. Майя улыбнулась маленькой девочке в песочнице, и ребята зашли в подъезд. Весь путь до нужного этажа Женя думал лишь о том, как глупо будет выглядеть, когда придет туда, куда его не звали. Утешала его только мысль о том, что там будет Джек. Вчера он сказал, что Кевин и Мэнди – его лучшие друзья.
Вот нужная дверь. Майя нажала на звонок. Дверь открыл молодой человек, в котором Женя узнал парня с картины. Кевин! Майя зашла в квартиру и обняла его. Из комнаты слева вышла рыжеволосая девушка. Та самая, о которой рассказывала Майя. Мэнди! В точности, как на картине, только чуть пониже. Она улыбалась и уверенно шла вперед. Если бы Майя не сказала, Женя бы не понял, что она ничего не видит. Правда, вскоре она споткнулась о чьи-то ботинки и едва не упала.
– Эльвира, я же тебе нормально сказал убрать свои старые ботинки! Нафига ты вообще их притащила… – крикнул Кевин в соседнюю комнату. – Почему ты никогда никого не слушаешь?
На вопрос так и не последовало ответа, но его, наверное, никто и не ждал.
– Когда-нибудь я убью ее, – сказал Кевин в никуда.
Женя взглянул на Мэнди. От ее пристального взгляда ему стало неловко. Девушка будто пыталась внимательнее рассмотреть парня. Если бы Женя не знал, что Мэнди ничего не видит, то наверняка что-нибудь бы сказал. Он был неимоверно благодарен Майе за то, что она его предупредила.
– Майя? – неуверенно спросила Мэнди. Женя вдруг понял, на кого девушка смотрела на самом деле. Она пыталась разглядеть Майю, но взгляд был пустой.
– Да! Это я! – воскликнула Майя. – Мы принесли вам подарок.
Она вручила картину Мэнди, но выглядело это совсем не торжественно. Получив подарок, девушка тщательно его ощупала. В любой другой ситуации Жене показалось бы это странным. Парень все время хотел отвести взгляд. Ему казалось это каким-то личным.
– Твоя, Майя?! – воскликнула Мэнди.
– Да! На ней мы! – ответил ей Кевин. Говорил он спокойно, даже улыбался. Он сильно сжал руку Мэнди. Майя улыбнулась.
– Ты не одна? – спросила у нее подруга, продолжая смотреть на Женю. Она словно чувствовала, что он именно там.
– Ага! Со мной Джо! – с улыбой на лице проговорила Майя, указывая на своего спутника.
– А я Мэнди! – весело воскликнула девушка и начала махать рукой.
– Кевин! – добавил ее молодой человек, пожав спутнику Майи руку.
Женя кивнул и махнул рукой Мэнди. У него вдруг вылетело из головы, что увидеть это она не сможет.
– Приятно познакомиться! – исправился он.
– Аналогично! – ответила девушка и улыбнулась. – Майя, пойдем я тебе кое-что покажу!
Она нашла Майю, схватила за руку и повела в ту комнату, из которой вышла минутами ранее. По пути туда Мэнди все время приговаривала «ты с ума сойдешь» или «тебе понравится». Девушки зашли в комнату, Женя и Кевин за ними следом.
В небольшой комнате не было никого кроме них. Девушки стояли напротив окна и рассматривали его (ну, Мэнди делала вид). Женя вообще не понял, зачем они туда смотрят, но Мэнди взяла конец занавески в руки.
– Я сама выбирала! Кевин говорил, где какой цвет…
– Очень красиво! – проговорила Майя, так и не сумев закрыть рот от удивления. – Они очень красивые. Такие же яркие и добрые, как ты! Сразу видно, что ты их выбирала.
Все цвета радуги переливались в одном единственном кусочке ткани. Как мало нужно, чтобы подарить человеку уют. Из-за занавесок в комнате становилось светлее. Как после дождя. На мгновение Жене показалось, что здесь даже дышится легче.
– Правда? – спросила Мэнди у Майи после долгой паузы.
– Ну, конечно, правда! Когда я тебя обманывала?
– Никогда!
– Вот именно! – воскликнула Майя, и все четверо пошли в другую комнату, где расположились остальные гости.
Женя зашел туда вслед за Майей. Он сразу почувствовал на себе взгляды всех присутствующих. Лучше бы Мэнди еще полчаса смотрела на него своим пристальным взглядом, чем терпеть это. Парень хотел провалиться в квартиру ниже. Он пытался не замечать излишнее внимания к себе, но это было практически невозможно. Он начал вертеть головой из стороны в стороны, рассматривая, что находится вокруг. Из всех сидящих в комнате, он сумел распознать Джека и Эльвиру. Молодой человек махнул Жене рукой в знак приветствия.
– Привет, Джо! – проговорила Эльвира чуть более приветливо, чем в прошлый раз. – Как дела?
– Ничего. Нормально, – ответил Женя, но чувствовал себя до сих пор глупо и нелепо.
– Ребята, это Джо! – неожиданно громко проговорила Майя, махнув в его сторону. – Мой друг.
– Привет, я Ханна! – тут же представилась девушка, сидящая на подлокотнике кресла по правую сторону от Жени. Русые волосы, подстриженные по плечи. Очень красиво. Такая прическа ей шла. – А это Саша! – сказала она, показав на блондинку, стоящую у стены рядом с ней. – Она очень болтливая, но сегодня мы с ней поспорили. Она будет молчать.
Саша помахала Жене рукой в знак приветствия. По ней нельзя было сказать, что она болтушка. Жене она казалась скромной и молчаливой. Хотя Нелли всегда говорит, что, смотря на Мишу, нельзя сказать, что он идиот. Да, внешность обманчива.
– Неужели вы так любите споры? – спросил Женя у Ханны, вспомнив про своих друзей-спорщиков.
– Я нет. Она да! – проговорила Ханна, указывая на подругу пальцем. Саша пожала плечами – так всегда делает Миша. Хм, они так похожи.
– О! – воскликнул Женя. – Знаете, однажды мой друг он на спор выучил китайский.
Саша и Ханна засмеялись, и Майя потащила Женю знакомить с остальными друзьями. В итоге, через пару минут Женя был представлен каждому лично. Про многих Майя ему рассказывала, он что-то даже вспомнил. Она не говорила только про Алену, Клару и Влада. Они не принимали участия в этих дурацких играх, и Женя им даже завидовал.
Узнав парня по имени Джо, которого привела с собой Майя, все вернулись к прежним делам. Саша все время что-то ела. Наверное, так ей было проще не говорить. Из разных уголков квартиры доносились чьи-то голоса.
– Ты как? – спросила Майя Женю. – Нормально?
– Да! Все окей.
– Хорошо!
Майя улыбнулась и подсела к Ларе, которая хотела с ней поговорить. Женя остался один. Он стоял в комнате, наполненной практически незнакомыми людьми. Его окружали голоса. Это становилось все невыносимее. Ему нужно было куда-нибудь сесть, но свободных мест не было. Кресло было занято Ханной и Владом. На диване разместились Элли, Алена, Паша и Ник. На стульях за столом сидели Лара, Майя, Джек и Клара. Остальные мило беседовали стоя, но в одиночестве Женя чувствовал себя нелепо. Он еще раз оглядел комнату. В другой стороне комнаты, под окном, прижавшись спиной к стене, в одиночестве сидела Эльвира. Женя направился к ней. Кто-то включил музыку, Ханна начала танцевать, зазывая Женю с ней. Он быстро отделался от девушки, уверив ее, что танцевать не умеет. Он пересек комнату и сел рядом с темноволосой девушкой.
Майя и Эльвира – подруги, но такие разные. Если бы Женя не знал, он бы не поверил. Эльвира выглядела скорее, как разбойница. Особенно сейчас. В коротких драных шортах и широкой серой футболке. Еще во время первой встречи с ней, Женя заметил, что ее голос звучит немного грубо при общении с незнакомцами. Сегодня она была намного приветливее, чем в воскресенье при их первой встрече.
– Ну, тебе еще не кажется, что Майя странная? – спросила она, как только Женя присел. Она улыбнулась, но на него не взглянула.
– Почему мне должно так казаться? – спросил парень удивленно.
– Она не пользуется гаджетами, не смотрит телевизор.
– Но она так хочет. И, скорее всего, делает правильно. Возможно, мы все должны перестать зависеть от техники, которой напичканы наши дома.
Эльвира слегка замешкалась, услышав последнее, но виду не подала. Она узнала, как это делается, за время дружбы с Майей.
– Да! Может быть! – проговорила она. – Но, когда я познакомилась с ней, она показалась мне… странной.
– Мы все странные. Просто, по-своему.
– Ты мне нравишься, Джо! – вдруг неожиданно заявила Эльвира, наконец-то взглянув на собеседника. От удивления Женя глупо выпучил глаза. – Да нет. Не в том смысле, – продолжала она, смеясь. – Ты чем-то похож на нее. Точно похож…
– На кого похож? – не понял Женя, облегченно вздохнув от мысли о том, что не нравится Эльвире.
– Как на кого? На Майю.
– На Майю?
– Ну, да.
– Нет! Ты что-то путаешь. В отличие от Майи, я свой Wi-Fi ни на что не променяю. У меня с ним теплые дружеские отношения.
Эльвира прыснула от смеха, и на нее покосились друзья. Исключением не стала и Майя. Она улыбнулась, увидев Женю рядом с подругой, и продолжила общение с Джеком.
– Знакомое чувство! – сказала Эльвира, когда они вышли из поля всеобщего внимания. – А знаешь, как мы познакомились? – вдруг спросила она, взглянув на Майю.
– Конечно, нет! Майя, похоже, ненавидит истории знакомств, – проговорил Женя, вспомнив, что было в доме Джека недавно. – Как?
– У нее тогда были синие волосы. До того момента я никогда ее не видела, хотя я живу здесь сто лет. Мне это показалось странным. Я подумала, что на девушку с синими волосами я бы точно обратила внимание. И это была права. Она тогда только переехала. Эта встреча на улице изменила мою жизнь. Но тогда я не знала, что так будет. Мне, просто, почему-то захотела с ней познакомиться. Я подошла к ней и сказала: «Привет, сумасшедшая!». Мне показалось, что она нормально это воспримет. Кто же знал, что эта девчонка ненормальная. Не помню, что она ответила, но мы подрались. Нас забрали в участок, но это уже из-за меня. Я нагрубила подошедшему к нам полицейскому… Да. Было весело. Но это был единственный раз, когда Майя дралась. Ну, по крайней мере, при мне.
Женя с трудом мог представить Майю, которая колотит Эльвиру посреди улицу. Если они после этого стали подругами, то он явно чего-то не понимал в дружбе.
– И после этого вы стали подругами?
– Да! Я ведь говорю, она сумасшедшая. Но классная.
– Подожди, она дралась? Майя дралась?!
Женя все еще с трудом это представлял. Он взглянул на милую девушку с цветными волосами, которая рисовала такие замечательные картины и играла на виолончели. Да, Вивальди такое и не снилось.
– Ага, – ответила Эльвира, замешкавшись. – Причем неплохо. Очень даже неплохо. Она мне тогда руку вывихнула и нос сломала. Еще раз повторю, она сумасшедшая. Моя сумасшедшая подруга.
– Да! Хотел бы я посмотреть на это…
– Посмотреть, да. Но попадать этой девочке под горячую руку не советую.
– Определенно…
Эльвира засмеялась. Женя уже не чувствовал себя потерянным здесь. Он был счастлив. Майя вновь взглянула на него, и он улыбнулся. Заиграла любимая Эльвиры – My Chemical Romance “The Kids from yesterday”. Она схватила Женю за руку и потащила танцевать. Она заставляла включать песню три раза подряд. Она бы, наверное, еще раз попросила, но остальные не выдержали.
Пока Женя сидел у окна, он видел Майю. Так ему было спокойнее – знать, что она рядом. Как только Эльвира вытянула его танцевать, он потерял ее из виду. Она уже не сидела за столом. Вместо нее, Клары, Джека и Лары там разместились Кевин, Ханна и Ник. Бывшие собеседники Майи танцевали, но ее с ними не было. Она куда-то исчезла. Испарилась. В комнате ее не было, но Женя был уверен, что без него она не уйдет.
Он выбрался из толпы танцующих друзей Майи, что далось ему не так просто. Эльвире все время тянула его танцевать. Оказавшись в коридоре, Женя заметил, что дверь той маленькой комнатки, куда он уже заходил сегодня, была приоткрыта. Возможно, Майя там? Наверняка она захотела еще раз взглянуть на занавески. Женя открыл дверь полностью и зашел в комнату. Майи тут не было. Свесив ноги с диванчика, Мэнди смотрела вперед, туда Кевин уже успел повесить Майину картину. От мысли о том, что девушка смотрит в пустоту, Жене стало грустно. Он не мог отвести глаз со своей новой знакомой. На лице печальная улыбка. Совсем не похоже на виновника торжества.
В комнате повисла мертвая тишина. Стало темнее, так что радужных занавесок было почти не видно. Решив, что Мэнди не услышала, как он зашел, Женя захотел выйти, но вдруг передумал.
– Почему ты здесь, а не со всеми? – спросил он.
Мэнди повернула голову в сторону двери. Девушка улыбалась. Не слишком приветливо, но все-таки от ее улыбки веяло теплом. Даже в темной комнате Мэнди казалась Жене какой-то солнечной. Рыжие волосы. Ярко-оранжевая футболка и белая юбка. Так ярко. Так по-весеннему. Все это даже заставило Женю улыбнуться, хоть Мэнди этого и не увидела.
– Но ты ведь тоже не там, Джо? – произнесла девушка.
– Как ты поняла, что это я?
– Запомнила твой голос… Так почему здесь?
– Устал от шума…
Женя подошел к окну и начал рассматривать занавески. Он включил бра, которое загорелось оранжевым светом, и сел рядом с Мэнди.
– Я тоже люблю тишину, – проговорила она. – Иногда так хорошо побыть одной.
– Майя мне много про тебя рассказывала, – проговорил Женя. Ему вдруг показалось, что Мэнди будет приятно это слышать.
– Серьезно? И что же?
Мэнди засияла, услышав слова Жени. На ее лице вновь появилась улыбка. На этот раз искренняя.
– Много всего. Только хорошего…
– Я рада! Но про тебя она мне ничего не говорила, – чуть расстроившись, проговорила она. – Вы давно познакомились?
– Нет! В воскресенье.
– Ну, вот. А Майя было у нас только в субботу, – сказала Мэнди с облегчением. – Наверное, сильно ты ей понравился… – добавила она после небольшой паузы.
Тот факт, что Майя может нравиться ему, он отрицал, но что-то в нем дрогнуло от слов девушки. Он никак не мог перестать улыбаться. Если бы Мэнди могла видеть, то подумала бы, что он спятил.
– С чего ты это взяла? – спросил Женя, пытаясь сделать так, чтобы его голос не звучал так радостно.
– Ну, обычно Майя и после месяца знакомства парней не водит…
– Да ладно тебе! Я просто пишу про нее книгу…
– Ну, как знаешь… – проговорила Мэнди, пожимая плечами. – Стой, ты пишешь о ней книгу?!
На ее лице появилось выражение то ли непонимания, то ли недоверия. В комнате моргнул свет, и Женя забыл, о чем его спросила Мэнди.
– Писатель? Пишешь книгу? – повторила она.
– Да…
– Сколько тебе лет, парень? Я решила, что ты ее ровесник…
– Так и есть.
– Вундеркинд?
– Не думаю.
– А почему о ней?
– Ну, почему бы и не о ней? – вопросом на вопрос ответил Женя, и Мэнди засмеялась. Это как-то разрядило напряженную атмосферу в комнате.
– Да! Ты прав, – проговорила девушка, кивая. – О Майе стоит писать книгу… Но как же вы познакомились?
Вопрос, который Женя слышал за эту неделю слишком много раз, но Майи не было, и он не прочь был вновь поведать эту историю.
– Ну, я просто встретил ее однажды. Я вдруг понял, что хочу написать про нее книгу, но она убежала…
Рассказывая об их встрече, Женя все время вспоминал то, как впервые перед ним всплыло лицо Майи. Как она убежала. Как Женя ее запомнил. Просто запомнил и, наверное, никогда не смог бы забыть. Он помнил каждую деталь, сам не понимая почему.
– Джо, ты запоминаешь всех, кто сбивает тебя с ног? – спросила Мэнди, ухмыляясь.
– Нет! – засмеялся Женя. – Только Майю… Так только ее.
– Ну, и что там дальше-то?
– Я захотел ее найти. И мне повезло. Я случайно встретил ее вновь. Она сидела на скамейке и читала книгу. «Милые кости». Это была самая странная встреча в мире. Она понятия не имела, кто я такой, а я заявил: «Можно напишу о тебе книгу?». Было забавно, но она снова ушла…
– Как ушла?! Опять? Ты ее догнал?
– Нет…
– В смысле?!
– Я искал ее дважды. На этот раз я расспрашивал прохожих на улице, не знают ли они Майю. Я ходил три дня, как дурак. Пока не встретил Эльвиру. Вот так. Глупая история нашего знакомства.
– Интересно.
– Даже очень.
Мэнди заулыбалась, словно видела, с каким довольным лицом Женя рассказывал все это.
– Слушай, Джо, – проговорила она, – а ты запоминаешь, какие книги читают все прохожие?
– Нет. Только те, что читает Майя.
– Я так и подумала! – сказала она и засмеялась. – Слушай, ведь тебя на самом деле не Джо зовут, да?
– Да! Как ты поняла?
– Слишком хорошо знаю Майю. Ну, так как тебя зовут?
– Женя!
– Ладно. Тогда я буду называть тебя Женя! – сказала Мэнди, отвернулась от него и снова уставилась на картину, создавая иллюзию того, что может видеть. – Она красивая? – спросила девушка вдруг.
– Что? Кто? – не понял Женя, смотря на Мэнди.
– Картина!
– Которую Майя нарисовала?
– Ага.
– Конечно! Очень красивая!..
– Я люблю живопись… любила… люблю живопись… – она словно примеряла эти слова на вкус. – Слушай, Женя, ты бы мог описать мне ее?
– Без проблем…
Женя рассказал ей все, как только мог начинающий писатель. Он описал картину во всех деталях. Объяснил, какие цвета Майя использовала. Он вдруг сразу вспомнил так много эпитетов, что сам себе удивился. Он хотел, чтобы Мэнди поняла картину как можно точнее, поэтому представил себя в роли искусствоведа.
– Мне она нравится! – в конце концов, произнесла девушка, и Женя улыбнулся.
Он впервые в жизни слышал, чтобы человеку нравилась картина, которую он не видел. Это казалось ему странным, и, не желая изначально беседовать с Мэнди о ее проблеме, он все-таки заговорил.
– Наверное, это ужасно, когда ты ничего не видишь?
– Ну, конечно! – ответила девушка, ничуть не смутившись. – Конечно, это ужасно. То, что я вижу каждый день – это темнота. Просто темнота. Но у меня хорошо развито воображение. Иногда это спасает. Я представляю людей, как они выглядят. Я пытаюсь красить вещи в какие-то цвета, но это не всегда получается. Это ужасно, но к счастью, у меня есть сны. Мне снятся яркие-преяркие сны. Я их все запоминаю. Они часть моей жизни. Это спасает. Правда. Иногда я хочу скорее уснуть, чтобы все это увидеть. Например, вчера мне снился чудесный сон. Я шла по зеленой-зеленой траве. Небо было такое голубое, что я не могла оторвать от него глаз. Я куда-то шла. Не знаю куда, но там, во сне, я точно это знала. Я пришла в незнакомый сад. В нем было море цветов: пионы, герберы, маки. Их было так много, и они были абсолютно разные, но все очень яркие. Я шла дальше, и неожиданно натолкнулась на огромную яблоню. Она была правда огромная, хотя может быть, она просто выделялась рядом с маленькими кустарниками. Я залезла на эту яблоню. Не знаю как, потому что раньше я никогда не умела ползать по деревьям. Но это не важно. Важно то, что я ела яблоки, сидя на одной из веток. Яблоки были красные. Очень красивые. Я не знаю почему, но мне очень хочется, чтобы этот сон был реальностью…
Мэнди перестала говорить и снова устремила взор на картину. В комнате повисла тишина. Теперь Женя слышал лишь музыку из соседней комнаты и чей-то тихий плач. Он повернул голову и увидел, что в дверном проеме стоит плачущая Майя. Она слышала, что говорит Мэнди. Жене и самому стало не по себе от слов девушки, хотя она оставалась абсолютно спокойной. Женя решил, что она свыклась с этим, но он ошибался. Никогда. Никогда Мэнди не смогла бы с этим свыкнуться. Женя этого не понимал.
– Майя! – сказал он, как только ее увидел. Он и забыл, что недавно ее искал.
Она попыталась улыбнуться, но не смогла. До сих пор рыдая, она села рядом с Мэнди, и та сразу ее обняла. Как будто все было наоборот. Будто проблемы были у Майи. Она плакала в плечо подруге, а та ее успокаивала. Женя еще никогда не видел ее в таком состоянии. Раньше она всегда улыбалась. Она никогда при нем не плакала. Но невозможно всегда улыбаться. Солнце не светит вечно. Иногда на улице бывает дождь, так же иногда плачет Майя. Ведь солнце после дождя всегда прекраснее. Наверное, улыбка после слез становится ярче.
– Майя, не нужно плакать! – сказала Мэнди, не совсем понимая, что происходит. – Зачем?
– Я не плачу, – сказала она, запинаясь.
– Почему ты меня обманываешь?
– Прости, – пролепетала девушка, а вторая обняла ее еще сильнее.
– Ты обещала быть сильной! – громко проговорила Мэнди. – Ты всегда мне обещала…
– Я не могу быть все время сильной! – всхлипывая, проговорила Майя. – Не могу. Я тоже человек!
– Я знаю. Знаю.
Они замолчали. Майя пыталась прийти в себя, но успокоилась она только через несколько минут. Она уже не плакала, но и не улыбалась. Майя уставилась на Мэнди так, словно думала, что подруга ее видит.
– Почему? – проговорила она. – Мэнди, почему ты никогда не говорила про твои сны? Ты не рассказывала. Ни разу ты про них не говорила. Ни слова. Почему ты их скрывала от меня?
– Я их скрывала от всех. Просто, это мои мечты. Мои желания. Их нельзя рассказывать, иначе они не сбудутся.
Майя с удивлением посмотрела на Мэнди. Она не знала, что сказать, но слова все-таки нашлись.
– Но ты про них рассказала Джо. Почему? Он же не волшебник… Зачем ты рассказала ему, если хотела, чтобы все это сбылось?
Мэнди улыбнулась. Все ее тело напряглось, и она наклонилась чуть вперед.
– Я вдруг поняла, что все это глупо, – проговорила девушка. – Бессмысленно об этом мечтать. Ничего не сбудется. Я знала об этом всегда. Просто, раньше я верила. Я надеялась. Я устала. Устала ждать. Пора жить реальностью.
Ошарашенные Майя и Женя уставились на нее. Они не знали, что сказать на это. Но Мэнди и не ждала от них ничего. Она снова смотрела на картину, а ее настроение ничуть не изменилось. Она устремила взгляд вперед, в глубине души все так же надеясь, что если она будет очень долго смотреть в эту темноту, не отворачивая головы, то рано или поздно что-то увидит. Она много часов своей жизни вглядывалась в темноту, пытаясь увидеть хоть какое-то светлое пятнышко. Она надеялась. Она устала.
Самые глупые желания человека сбываются достаточно быстро, но того, что тебе действительно необходимо, приходится ждать. Иногда нужно ждать очень долго, а порой, сколько не жди, все равно ничего не придет. Теперь она это поняла.
– Ты должна о чем-то мечтать! – сказал, наконец, Женя.
– Сейчас у меня нет никакой мечты… в данный момент.
– Но ведь так не бывает?
– Почему? – спросила Мэнди все так же спокойно. – Бывает. Просто единственное, что я сейчас чувствую, это разочарование. Завтра все будет по-другому… может даже через час. Я буду чувствовать что-то другое. Буду чего-то хотеть. У меня будут мечты. Может новые, а может старые. Но это будет потом... не сейчас…
Все трое притихли. Они сидели в этой маленькой комнатке и делали выводы из их разговора. Никто об этом не узнает. Никто. О том, что Майя плакала. О том, что сказала Мэнди. Никто этого не знает, кроме Майи, Жени и Мэнди. Сейчас этого никому и не нужно. Все заняты своими делами.
Четырнадцать человек танцуют в соседней комнате. Кто-то едет домой на новой машине. Кто-то переживает, потому что боится завалить экзамены. Кто-то сидит в одиночестве и слушает музыку. Кто-то идет в магазин. Кто-то прыгает на кровати со своей младшей сестрой. Кто-то заваривает чай. Кто-то несет книги в библиотеку. Кто-то рождается, а кто-то умирает. Кто-то счастлив, а кто-то нет. Независимо от этого, никто из них не знает, что три человека молча сидят в этой комнате. Только они сами владеют этой информацией. Лишь трое знают, что Майя плакала, что у Мэнди нет мечты, что она устала ждать чуда. Трое. Три человека со всей планеты. Из всей вселенной. Так странно. Этот мир хранит в себе миллионы секретов, миллиарды разговоров, которые знают всего пара человек. Нам никогда об этом не узнать…
Нам не узнать, о чем думает парень с Аляски; о чем говорят те две девушки, которые в этот самый момент идут по улице Лондона; о чем мечтает женщина, сидящая на скамейке в Амстердаме; что только что сказала девочка, живущая в Красноярске. Нам не узнать, о чем дома думает наша учительница по биологии. В мире много тайн. Мы владеем небольшим количеством информации. Мы почти ничего не знаем, но многое о нас тоже остается в тайне.
– Ты с рождения не видела? – неожиданно для самого себя спросил Женя. Его слова прозвучали так непринужденно, будто он интересовался тем, новые ли у нее туфли. Он даже сам к себе почувствовал отвращение, но Мэнди ничего такого не заметила. Ее нисколько не смутил вопрос, она вела себя так же, как раньше. Наверное, она говорила это миллион раз, но ей было несложно повторить.
– Нет! Это произошло намного позже.
– А Кевина ты видела? – продолжил спрашивать парень. – Майю, Эльвиру, Ханну, Джека? Остальных? Ты знаешь, как они выглядят?
– Я знаю, как выглядит Кевин! – начала Мэнди. – Мне было семнадцать, когда мы познакомились. Как Джек выглядит, я тоже знаю. Он был его лучшим другом еще тогда, – она улыбнулась и продолжила. – Мои родители запрещали мне общаться с Кевином. Он старше меня на два года, но их волновало даже не это. Их не устраивало другое. Просто он… был не такой, каким они видели моего будущего парня. Он слушал не ту музыку, читал не те книги, смотрел не те фильмы. Он ездил на мотоцикле, а я… ездила с ним. Он курил тогда. Им такой совсем не нравился, а я его любила. Они меня не понимали. Запрещали с ним встречаться…
Мэнди вдруг замолчала. Они сидели в тишине, словно боясь пошевелиться, а потом девушка продолжила.
– Эльвиру я тоже тогда впервые увидела. Ей было шестнадцать. Она была знакома с Кевином и Джеком еще до меня. Алекса тоже помню. Он все время за Эльвирой ходил. Я тогда с ним не очень-то общалась. Я, просто, хотела проводить с Кевином как можно больше времени. Я продолжала с ним встречаться, меня продолжили наказывать. Домашние аресты, запреты на пользование компьютером. Мне было плевать на их наказания.
Она снова замолчала, но тут же продолжила.
– В тот день мы поехали в театр. Мама обожала театр, а мы с папой его не любили. Оперы, которые она выбирала… мы под них засыпали. Впервые она купила билеты на балет, но его мы не увидели… до театра мы так и не доехали. Авария. Мне было девятнадцать. Мама с папой погибли, а я… почти не пострадала. Вот только зрение… Тогда я думала, что останусь одна. Кругом темнота. В прямом смысле слова темнота. По утрам не было желания открывать глаза. Я не знала, что делать. Прежняя Мэнди погибла вместе с родителями, эта уже была другая. Я боялась, что Кевин меня бросит, а он… остался. Он тогда так сильно изменился. Мне все время казалось, что он все равно не выдержит потом и бросит, но… нет. Он этого не сделал. Прошло уже пять лет! Он до сих пор рядом. И я знаю, что на него всегда можно положиться… Родители тогда были не правы, когда говорили, что Кевин «не мой человек». Они понятия не имели, что он единственный, кто на самом деле мне подходит. Они его совсем не знали. Жаль, что так и не узнают…
Мэнди окончательно притихла и снова уставилась в сторону только что подаренной картины. Женя вдруг взглянул на Майю и увидел, что она задумчиво смотрит на подругу. Она ничего ей не говорила, да и не собиралась вовсе. Помочь Мэнди она ничем не могла. Она, просто, смотрела на нее. Иногда молчание лучше тысячи слов.
Сколько раз она слышала эту историю? Эта мысль мелькнула в голове Жени.
В этот момент открылась дверь, и в комнату зашел Кевин. С его настроением было все в порядке. Он застыл у двери с глупой улыбкой на лице и произнес:
– Вот вы где!
– Да! – воскликнула Мэнди и улыбнулась. Она встала и бойко дошла до молодого человека.
– Что вы тут делали? – спросил Кевин теперь уже не так громко.
– Просто болтали! – отозвалась Мэнди, и Майя кивнула.
Кевин засмеялся, но тут же вспомнил, зачем он искал Мэнди. Он обнял девушку и пристально на нее взглянул, пытаясь понять, плакала она или нет, но слез он не нашел. Он поцеловал девушку и произнес:
– Я тебя искал, Мэнди!
– Зачем? – спросила она негромко.
– Просто, там Алекс… – начал Кевин издалека. – Он там… короче говоря…
– Только не говори, что он пять принялся за старое? – перебила его Майя.
Кевин кивнул, и она вздохнула, поднимаясь со своего места.
– Он уже напоил Ханну! – проговорил парень. – Так что, по-моему, Мэнди, она сегодня будет ночевать у нас. В любом случае, она уже уснула…
– Он что издевается?! – разозлилась Мэнди. – Почему за ним никто не следит?
– А кто должен за ним следить? – со смехом спросил Кевин, заправляя прядь волос Мэнди за ухо.
– Ну… не знаю… Эльвира… или Элли… – продолжала она.
Кевин покачал головой, и они с Мэнди вышли из комнаты. Майя с Женей поспешили следом.
Они вновь зашли в соседнюю комнату. Все почти так же, как и некоторое время назад. До сих пор играет музыка. Эльвира только-только закончила разговаривать о чем-то с Алексом (хотя, наверное, она просто на него кричала из-за Ханны) и начала танцевать вместе с Элли. Сама Ханна уже спала, сидя на кресле.
– Что вообще происходит? – спросил Женя, наклонившись поближе к Майе, чтобы она услышала его.
– Просто, так происходит всегда, – проговорила девушка. – Всегда, когда мы вместе собираемся. Каждый раз Алекс обязательно кого-нибудь напоит, – они протиснулись между танцующими друзьями Майи и сели на диван. – Может, конечно, это происходит не специально, но… выходит всегда одно и то же. Скорее всего, ему просто нужна компания выпить, и… у Алекса есть какой-то дар убеждения. Он такой, какой есть… Ничего тут уже не поделать…
– По-моему, он в нормальном состоянии! – произнес Женя, бросив взгляд на Алекса, который пытался сейчас заговорить с Эльвирой, но она делала вид, что его не существует.
– Да! Он может выпить сколько угодно и не опьянеть!
Майя улыбнулась Жене и потянула его танцевать. Они смеялись и в их сознание врезались звучащие мелодии, но даже тогда из Жениной головы не могли выйти мысли о Мэнди. Она сидела рядом со спящей Ханной, улыбалась и смеялась вместе с Кевином. Мэнди выглядела совсем не так, как, Жене казалось, она должна выглядеть. Такая улыбчивая и счастливая… или просто казалась счастливой…
Сейчас все были такие живые. Лара достала свой фотоаппарат и начала делать снимки. «Теперь этот момент будет жить вечно», – утверждала она. Хотя, по сути, этот момент ведь вернуть все равно никто не сможет. Будет просто фотография, но все, кто на ней присутствует, не живые. Просто лица. Застывшие фигуры.
Жить вечно может фотография, но точно не момент.

5 глава
ЭЛЬФИЙСКИЙ ДЛЯ НАЧИНАЮЩИХ

Майя с большим удовольствием начала разворачивать Женин подарок. Когда она, наконец, открыла коробку, то так и застыла на месте с удивленным лицом. Она даже слов не находила. В ее руках была целая коробочка шоколада.
– С ума сойти! – наконец воскликнула она. – Джо, спасибо! Но… мне не съесть столько…
«Она точно не такая, как все! – подумал про себя Женя. – Никакого “я потолстею”. Она другая. Таких больше нет…»
– Я знаю, что ты любишь шоколад!
Майя засмеялась и закрыла лицо одной рукой, потому что второй она сжимала коробочку.
– С чего бы вдруг такие подарки? – спросила она.
– Просто! – ответил Женя и пожал плечами. – Отлично провел вечер с твоими друзьями в четверг!
– Рада, что они тебе понравились!
Майя развернула одну из шоколадок, и они стали разламывать ее на кусочки. В детстве это называли шоколадкой дружбы.
– Ты кстати тоже им всем очень понравился… – проговорила Майя, запихивая сразу несколько долек шоколада в рот.
– Твоим друзьям? – уточнил Женя.
– Да! Кому же еще? – он пожал плечами, и Майя засмеялась. – Ханна сказала, что ты смешной…
– Она еще что-то помнит?
– Да! – воскликнула Майя и пихнула Женю в бок.
Суббота. Майя и Женя гуляли по городу, разговаривая о всякой ерунде. Вокруг гудели машины. Дети бегали в парках. Город жил этим очередным выходным.
– Эльвира работает в этом торговом центре… – проговорила вдруг Майя, указав на здание, рядом с которым они шли. Здесь Женя когда-то ее нашел. – В кафе на втором этаже… официанткой…
– Не думал, что она где-то работает…
– Ну, она же должна как-то зарабатывать… Ты ведь не думал, что она… живет без денег. Как бы ни было прискорбно, сейчас без них никуда… да?
Женя пожал плечами, и они сели на скамейку рядом с торговым центром. Майя уютно устроилась в позе лотоса. Дул небольшой ветер, который играл с ее волосами. Майя смеялась.
– Что люди делают в выходные? – спросила она.
– Почему ты спрашиваешь?
– Просто, не могу понять, – ответила Майя и перевела взгляд с Жени на улицу, наполненную людьми. – Чем они заняты? Мне интересно, чем живут сейчас люди…
– Кто чем! – сказал Женя и пожал плечами. Вопрос девушки казался ему невероятно странным. – Все зависит от настроения… – он тоже направил свой взгляд на толпу и продолжил. – Например, кто-то проводит свой день в торговом центре. В основном это те, кто не нашел чего-то поинтереснее. Кто-то все выходные дома смотрит телик. Это те, кто просто лениться оторвать свою задницу от дивана. Типа Марина? – он засмеялся. – Есть, конечно, те, кто выбирается на природу, и те, кто…
– Ты так много об этом знаешь! – перебила его Майя.
– Да! – сказал Женя. – Я ведь такой же…
– Какой? – не поняла девушка и снова посмотрела на собеседника.
– Зануда? – ответил он, пожимая плечами.
– Нет! – возразила Майя и шутя стукнула его по руке. – Ты не зануда!
– А кто?
– Писатель, – ответила она и уставилась своими голубыми глазами в его глаза. – Разве нет?
Женя отвернулся от Майи и начал пялиться на свои кроссовки. Он хотел верить, что у него есть талант, потому что не хотел, чтобы книга о Майе не получилась.
– Я не знаю! – сказал он. – Я, вообще, не знаю, кто я…
– Ты уже что-то написал? – перебила его Майя, и он снова посмотрел на нее.
– Да!
– Зачитай!
Она заулыбалась, и он уже начал выбирать отрывок из написанного им, когда произнес:
– Вдруг тебе не понравится?
– Просто читай! – сказала девушка.
Женя начал перебирать в голове все, что уже успел написать. В его голове мелькали все моменты из только что начатой книги, но потом вдруг застыл один единственный.
– Я искал ее, верил, что она еще тут. Я не знаю, получалось ли у меня верить, но… я пытался… точно пытался. Мимо меня проходили люди, но они мне не нужны. Никто. Звучит эгоистично, ну и пусть. Я искал Ее… И когда я проходил рядом с тем местом, где она меня толкнула, посмотрел по сторонам. Прошло, наверно, не больше секунды, когда мой взгляд остановился на девушке. Она читала книгу, никого не замечая вокруг. Она меня не знала, а мне уже тогда казалось, что я знаком с ней всю жизнь. Вокруг пробегали люди, они куда-то спешили, но они мне были не нужны. Мне нужна была только Она. Та девушка, которая, сидя на скамейке, читала книгу.. Только об этой девушке я хочу писать свою книгу. Только о Ней…
Женя взглянул на Майю, которая сейчас, не отрывая своего взгляда, смотрела на него. Она заулыбалась, заметив на себе его взгляд, и произнесла:
– С ума сойти…
– Так плохо? – предположил Женя с опаской.
– Нет! – отрицала Майя. – Мне нравится… И ты правда обо всем этом думаешь?
– Да! – сказал он, нисколько не смущаясь. – Думаю. Возможно, это глупо, но… не знаю. Скажи, это глупо?
– Глупо думать о том, что глупо, а что нет! – возразила девушка. – А ты на самом деле так думаешь?
– Да! А в этом есть что-то странное?
– Ага. Обычно люди думают, что я сумасшедшая…
– С чего ты это взяла? – перебил ее Женя.
– Просто… я не слепая. Вижу ведь, как они на меня смотрят. Они смотрят на меня не так, как на других людей, которые идут рядом со мной.
– Но разве это плохо? Ты не такая, как все. Ты другая. Не такая, как они. Вот они на тебя так и смотрят … Я думал, тебе это нравится.
Майя пожала плечами.
– Да, ты прав… иногда мне нравится, что люди смотрят мне вслед, замечают меня. Но когда день ото дня на тебя смотрят как на сумасшедшую, это надоедает. Иногда мне так хочется скрыться в толпе, чтобы не было этих взглядов. Просто, иногда я задумываюсь над тем, что со мной не так…
– Ты другая! Ты лучше… всех тех, кого я когда-либо встречал…
Майя улыбнулась, а потом вдруг закрыла глаза. Волосы рассыпались по ее лицу, и она засмеялась.
– Они смотрят? – спросила она.
Женя посмотрел по сторонам. Люди проходили рядом с ними, и почти каждый рассматривал девушку с цветными волосами и ее спутника.
– Да! – ответил Женя.
Майя открыла глаза.
– Оказывается, когда закрываешь глаза, проблемы не уходят… Я так надеялась… Раньше мама всегда говорила, чтобы я закрывала глаза на свои проблемы. Самая глупая фраза в мире, потому что… проблемы просто так не уходят. Они остаются. Они исчезают только тогда, когда прилагаешь к этому усилие. Выходит, чтобы моя проблема исчезла, я должна поменяться, я должна перестать быть странной. Но я не могу, потому что… это то, кем я являюсь…
– Ты не должна меняться. Все скрывают свои странности внутри себя. Но ты не должна это делать. Ты не должна быть как все.
– Ладно! – согласилась Майя, улыбнувшись. – Я забегу к Эльвире! – сказала она, указав на здание торгового центра. – Ты пойдешь со мной?
– Подожду тебя здесь! – ответил Женя.
– Ладно! – сказала она. – Я быстро. Как только вернусь, сразу куда-нибудь пойдем…
Женя кивнул, и Майя побежала в сторону торгового центра.
– Я буду тебя ждать! – крикнул парень.
Майя, повернувшись, улыбнулась, а потом скрылась среди людей, шагающих вместе с ней в торговый центр. Потеряв ее из виду, Женя посмотрел по сторонам. Все как обычно, но кое-что Жене в глаза бросилось сразу. Где-то вдалеке он сразу разглядел знакомые силуэты. Нелли, Марк и Миша. Они вышагивали по тротуару, сначала даже не замечая своего друга. Парню пришлось махать им рукой. Только тогда они обратили внимание на Женю и подбежали.
Они снова поссорились. Причем на этот раз все. Марк, сегодня тоже обиженный, что-то пробубнил и сел рядом с Женей. Он даже не поздоровался с другом. Похоже, за то время, пока Женя был с Майей, Нелли и Миша умудрились сильно достать Марка. Они продолжили свою дискуссию, как только подошли к другу и поприветствовали его. С того момента, как Женя с ними попрощался во вторник, после последней лекции ничего не изменилось. Будто бы время шло только для Жени. И в тот момент, когда они втроем подошли к нему, он подумал лишь об одном: «Неужели и я был такой?».
Несмотря на все проблемы, которые уже стали частью их дружбы, он был безумно рад видеть эту троицу. Миша что-то бубнил, Нелли снова ему что-то говорила… До того момента, как Женя их встретил сегодня, ему казалось, что Майя может все, но теперь он понял, что помирить Нелли и Мишу не сможет даже она…
– Где ты пропадал? – наконец-то обратилась к Жене подруга.
– Занят был… – растеряно ответил он. Он так хотел рассказать друзьям о Майе, но теперь она казалась ему какой-то нереальной. Ее сейчас здесь нет. Вдруг она – это просто выдумка?
– Занят? – удивленно проговорила Нелли, и Миша замолчал, взглянув на своего друга.
– Да! По-твоему, я не могу быть занят?
– Почему? Можешь… – растеряно проговорила девушка. Она сама не понимала, почему ее это так удивило. – Но чем?!
– Ну… книгу писал.
– Ооо! – протянула Нелли, улыбаясь. – Рада, что к тебе пришло вдохновение…
Миша ухмыльнулся, и она грозным взглядом уставилась на него. Они бы, наверно, снова разругались, если бы Женя вдруг не спросил:
– Слушай, Нелли, ты же проиграла спор… разве нет?
– К черту спор! – прокричал Марк. – Они никогда не перестанут спорить. Никогда. Неужели ты еще этого не понял?
Женя уставился на Мишу и Нелли, которые стояли рядом и смотрели, молча друг на друга. На их лицах появилась какая-то ехидная улыбка, и они оба попытались ее заглушить.
– Женя, он ведет себя, как обычно… – начала оправдываться Нелли. – Ну, ты же знаешь каким он, может быть…
Женя покачал головой.
– Вам самим-то не надоело? Со стороны бы на себя посмотрели…
Они вдруг одновременно уставились на свою обувь и вроде успокоились, но потом как-то косо посмотрели друг на друга. Да и Марк посмотрел на них так же, будто и он чувствовал вину за что-то.
– Жень, пойдешь с нами в кино? – спокойно спросила Нелли.
– В кино? – переспросил парень, вспоминая о Майе, которая вот-вот должна была прийти. – Я вообще-то не один…
– Вообще-то один! – сказала Нелли, смотря по сторонам.
– Да нет, – сказал он, засмеявшись. – Она в магазин ушла.
– Кто? – удивленно спросил Миша, подойдя к Жене поближе.
– Майя!
– Майя? – втроем переспросили его друзья, уставившись на него с удивлением.
– Какая Майя? – спросила Нелли, а потом вдруг ее озарила мысль. – Так вот чем ты был занят. Гулял, значит, с какой-то Майей…
– Я пишу о ней книгу!
– Книгу? О ней?! – поразился Миша. – Да кто она вообще такая?!
– Помните, когда мы шли от Александра, вы опять ссорились… – сказал Женя, указывая взглядом на Нелли и Мишу. – Я у вас спросил, не видели ли вы девушку. Так Майя и есть та девушка. Помните?
– Конечно, нет! – ответил Миша.
И как раз в это время из торгового центра выбежала она. Женя сразу ее заметил. Майя улыбалась и бежала к их скамейке, не понимая, кто стоит рядом с Женей.
– Вот кстати и она! – проговорил Женя, как только она подошла к ним поближе. Марк и Нелли с Мишей быстро перевели свой взгляд на незнакомку в малиновых колготках и синем платье. Ее цветные волосы были распущены и развевались по ветру. На мгновение каждый из друзей глазам своим не поверил. Все трое думали, что перепутали…
Но нет! Все верно! Это и есть Майя!
В ее руках уже не было коробки с шоколадом. Она оставила ее у Эльвиры, чтобы потом забрать. Майя села на скамейку рядом с Женей и, улыбнувшись, произнесла:
– Я Майя!
Все трое одновременно кивнули и все еще слегка потрясенные смотрели на нее. Она же, не особо заморачиваясь по поводу незнакомых ей людей, переключила свое внимание обратно на Женю.
– Я долго ходила? – спросила она.
– Нет. Вовсе нет, – отозвался он. – Как Эльвира?
– Что? – прослушала Майя, потому что отвлеклась на какого-то прохожего.
– Как Эльвира? – переспросил Женя, пытаясь делать вид, что не видит диких взглядов своих друзей.
– А! Эльвира? – наконец-то поняла Майя. – У нее все отлично, не считая того, что пару минут назад она пролила на посетителя горячий кофе…
– Надеюсь, ее не уволят за это?
– Этим посетителем был Алекс! – они оба засмеялись. – Эльвира думала, что ты тоже зайдешь… Она тебя так ждала…
– Меня?! – удивился Женя.
– Ага! – подтвердила Майя. – Странно, правда?
Женя кивнул и, наклонившись поближе к ней, прошептал:
– Это мои друзья…
– Я поняла… – ответила тихонько Майя.
Они вдвоем уставились на Нелли, Мишу и Марка. Несколько минут все пятеро просто обменивались взглядами.
– Зачетные колготки! – произнесла Нелли, когда поняла, что уже пора нарушить молчание.
– Да, мне тоже нравятся… – ответила Майя, улыбаясь.
– Нам Женя о тебе рассказывал! – тут же перевел тему Марк, обратившись к Майе. – Только что… – добавил он и улыбнулся ей.
И в этот момент оживился Миша. Он никогда не задавал этот вопрос так прямо, но сегодня…
– Майя, а сколько ты знаешь языков? – спросил он.
– Почему это для тебя так важно, Миша? – тут же обратилась к нему она. – Почему для тебя главное, чтобы человек знал именно три языка? Что таким образом ты пытаешься понять о человеке?
Нелли прикрыла свой рот рукой, потому что и так еле сдерживалась, чтобы не засмеяться во весь голос. Так интеллигентно нахамить Мише у нее никогда не получалось.
– В этом заключается моя индивидуальность! – протараторил Миша, закатив глаза.
– В этом заключается твой идиотизм! – произнесла Майя.
И в этот момент Нелли не выдержала и захохотала. За эти несколько минут она так кардинально меняла свое мнение о Майе. Теперь она ей так нравилась, что Нелли хотела ей это сказать, но смех не позволял. Миша в непонимании смотрел на подругу и не мог понять, почему вместо того чтобы говорить Майе о том, как она не права, она смеется.
– Откуда ты вообще узнала? – со злостью проговорил он.
– Мысли твои прочитала… еще-то как? – с усмешкой сказала Майя.
– Ну, я так и понял… – уже более спокойным тоном проговорил Миша. – Значит, Женя сказал? – спросил он.
Майя кивнул.
– Ты кстати на мой вопрос не ответила… – проговорил он.
– На какой?
– Сколько ты знаешь языков?
– Да не переживай ты… – проговорила Майя, чуть нахмурившись. – Знаю я три языка.
– Серьезно? – спросил недоверчиво Миша. – И какие же?
– Помимо русского? – Миша кивнул. – Английский и эльфийский , – произнесла Майя. – Бабушка пыталась научить меня говорить на латыни, но ничего не вышло…
– Эльфийский? – Миша смотрел на Майю в недоумении. – Очень смешно! Ха-ха.
– Что? – не понимая реакции Жениного друга, спросила она. – Что не так?
– Эльфийский язык? – повторил Миша.
– Ну, да. А что?
– Какой к черту эльфийский язык?
– Только не говори, что не знал о его существовании?
Майя уставилась на Мишу, он – на нее. Прошло всего несколько секунд, прежде чем он спросил:
– Ты серьезно?
– Да! – крикнула Майя. – Да! Да! Да!.. Я, кстати говоря, сначала вообще подумала, что ты его тоже знаешь… поэтому и спрашивал про то, серьезно ли я…
– Это был вызов? – спросил Миша, наклонившись к Майе так близко, что они, наверное, могли бы поцеловаться.
– Да! – ответила она, нисколько не смущаясь.
– Знаешь, если ты его выучила, то я тоже это сделаю! – сказал Миша, отстранившись от девушки, а Нелли, которая только недавно успокоилась, снова засмеялась.
– Вы пойдете с нами в кино? – снова спросила она у Майи и Жени, продолжая хихикать.
– Я за! – тут же выкрикнула она, и они направились в кино.
Миша, Марк и Нелли шагали впереди, а Майя и Женя чуть подальше от них. На Майю продолжали пялиться прохожие, но она не обращала на них никакого внимания.
– Интересно, Миша, правда, выучит этот эльфийский? – спросил Женя.
– Он выучил китайский, он ни перед чем не остановится! – ответила Нелли, которая только что отстала от Миши с Марком и случайно услышала слова Жени.
– Нелли! – возмутился парень. – Может лучше их догонишь? – спросил он, указывая на идущих впереди друзей.
– Ага, – ответила его подруга и без всяких препираний бросилась догонять парней.
– Слушай, Майя, а эльфийский язык правда существует? – спросил Женя. – Или ты сказала это, чтобы Мишу позлить?
– Во-первых, я никогда не собираюсь никого злить… А во-вторых… да! Он, правда, существует. Вы что никогда не слышали?
Женя отрицательно покачал головой. Майя хмыкнула, с трудом представляя то, как люди живут, не зная о существовании ее любимого языка.
– И ты, правда, его знаешь?
– Ага. А что в этом такого удивительного?
– Ничего.
– Он, правда, так любит языки? – после недолгого молчания спросила Майя.
– Да! И кстати, пока он будет учить эльфийский, он будет вести себя более адекватно, чем обычно. Он всегда так. Концентрируется на языке, который учит. Так что теперь ты, можно сказать, спасла всех от Миши. Марк, наверное, тебя боготворит.
– Рада помочь! – сказала Майя, и они побежали догонять Жениных друзей, скрывшихся вдалеке.
Они взяли билеты на фильм «Железный человек 3». Майе кино понравилось, хоть она и не смотрела две первых части. Она весь сеанс просидела молча, затаив дыхание от количества спецэффектов.
– Знаешь, раньше я читал комиксы про Железного человека… – сказал Женя Майе, когда они вышли из зала.
– Я их до сих пор читаю… – проговорила она.
Сегодня и Миша, и Нелли спокойно просмотрели весь фильм, хоть и сели рядом друг с другом. Либо это было, потому что Миша очень хотел посмотреть этот фильм, либо он был в предвкушении обучения новому языку. Сегодня он даже купил Нелли попкорн, хотя обычно говорил, что не обязан это делать только потому, что она единственная девушка, с которой он дружит.
После сеанса все пятеро пошли в пиццерию, которая находилась этажом ниже. Сегодня с Мишей явно было что-то не так, потому что он сам вызвался постоять в очереди. Он спросил у всех, что им надо. Нелли, Марк и Женя быстро все ему заказали, пока их друг не передумал.
– Майя, а тебе что-нибудь взять? – спросил Миша.
– Нет… – ответила девушка, но тут же передумала. – Хотя да! – крикнула она. – Возьми что-нибудь попить.
– Что, например?
– Кабачковый сок! – выпалила Майя с серьезным лицом. – И обязательно с желтой трубочкой…
– Что? – на лице Миши застыл то ли испуг, то ли непонимание, то ли удивление.
– Да шучу я! Не обязательно желтую трубочку… можно и зеленую.
Миша все с таким же глупым лицом продолжал пялиться на Майю.
– Я не уверен, что… – проговорил он, но девушка не дала ему договорить.
– Это была шутка, Миша! Я пошутила…
– Ладно, – выдохнул тот. – Ты меня сейчас серьезно напугала… так, что тебе взять?
– Все что угодно… – произнесла Майя, и Миша скрылся в очереди.
Нелли и Марк с выпученными глазами уставились на Майю.
– Что?! – чуть ли не кричала она.
– Что ты делаешь, Майя? – тихо произнес Марк.
– В смысле? Что не так-то? – с непониманием в глазах спросила у него девушка.
– Ты играешь со спичками, Майя… – проговорил он.
– Да нет же… это была просто шутка…
– С Мишей лучше не шути…
– Да ему тоже было весело! – не унималась она. – Женя, скажи?
– Может быть, она и права! – сказал он, пожав плечами. – Может быть, и у нашего Миши есть чувство юмора…
Очередь прошла достаточно быстро, и парень совсем скоро появился. Все забрали свои заказы. Марк начал делиться впечатлениями от фильма.
– А я вообще давно в кино не была, – сказала Майя, когда он закончил говорить. – В последний раз ходила на премьеру фильма «Железная леди». Меня Эльвира заставила вместе с ней сходить. Обычно она на такие фильмы не ходит, но тогда ей даже понравилось…
– Так премьера была год назад! – воскликнул Миша.
– Ну, вот. Значит, тогда я и была. В марте вроде…
– Ты не была в кинотеатре целый год? – удивился Марк.
– Ага, – непринужденно ответила Майя, попивая фирменный вишневый лимонад.
– А мы были в прошлое воскресенье… – проговорил Женя.
Он вдруг вспомнил, как тогда пошел относить часы в ремонт, как встретил Майю. Выходит, если бы он не пошел в кино, то и ее бы не встретил. И если бы у Марины не сломались часы…
– И давно вы встречаетесь, ребята? – обратилась Майя к Нелли и Мише.
– Мы?! – вместе воскликнули они. – Нееет!!!
Марк, и Женя одновременно прыснули от смеха. Марк еще все время приговаривал одно и то же: «Они встречаются». Через несколько минут ребята вышли на улицу. Марк, Нелли и Миша тут же скрылись за поворотом, а Женя и Майя продолжали стоять на улице, теперь снова одни…
– Пойдем со мной? – неожиданно заявила Майя.
– Куда? – заинтригованно спросил Женя.
– Ребята собираются на пляже… Только наша команда… Ты ведь помнишь, что завтра игра?
– Да! Конечно! – тут же проговорил Женя, хотя на самом деле совсем забыл об этом.
– Пойдем… – сказала Майя и повела парня за собой.
Они пробирались мимо людей, которые сегодня все, как сговорившись, вышли на улицу. Суббота. Все пошли в магазины. Так банально, верно?
Все это время Женя пытался вспомнить, кто вообще в их команде…
«Я, Майя и Кевин… – думал про себя он. – Элли?.. Да, точно! Элли и Алекс! Брат и сестра в одной команде. По-другому и быть не может. Но кто еще? Ханна?.. нет. Она у Эльвиры в команде… Кто? Кто? Кто? Лара! Да, Лара! Эта девушка невысокого роста, которая у Мэнди и Кевина в четверг начала читать наизусть Маяковского…»
– Вы серьезно не заметили, что Нелли и Миша встречаются? – перебила Женины раздумья Майя.
– Да не встречаются они! – возразил парень.
– А вот и встречаются! – продолжала стоять на своем Майя. – Сегодня Миша купил Нелли попкорн, хотя я помню, как ты говорил о том, что он никогда этого не делает. Еще он стоял в очереди и нисколько не обиделся, когда я над ним пошутила. А когда я задала свой вопрос в лоб, то они так странно переглянулись… Это же элементарно!
– Тогда почему они до сих пор ссорятся?!
– Нет. Они не просто ссорятся, они ссорятся перед Марком?
– И чего? Они всегда перед ним ссорятся… и предо мной… и перед тобой. Они ссорятся перед всеми…
– Теперь они могут этим пользоваться. Это же проще простого. Марка бесит, когда они ссорятся, а их теперь, наверно, бесит постоянное присутствие Марка неподалеку. Так, в конце концов, ему это надоест, и…
– Черт возьми! – перебил Женя Майю. – Они встречаются? Но как? Они ведь терпеть друг друга не могут…
– А вот этого я уже не знаю, Джо…
Когда Майя и Женя пришли, были уже все кроме Лары. Она, как сказал Кевин, скоро придет.
Кроме команды присутствовала еще Мэнди на правах девушки капитана. Хотя, возможно, она была уже частью команды из-за Кевина… Мэнди сидела у самого берега, зарывая босые ноги в песок, и смотрела вперед, на горизонт, которого, к сожалению, давно не видела.
Как только Майя пошла к Элли и Алексу, Женя побежал к Мэнди. Он увидел на ее лице улыбку, как только подошел поближе. В тот момент ему даже показалось, что они с Майей похожи чем-то. Она была такая счастливая рядом море.
– Привет, Мэнди! – произнес Женя и сел рядом с ней.
– Привет, Женя! – ответила она ему. – Как дела?
– Хорошо… А у тебя?
– Тоже! – смеясь, произнесла Мэнди.
– Ты сегодня улыбаешься…
– Да! Просто, я море люблю. Тут спокойно. Помню, первый раз здесь была с родителями, когда мне было шесть… Мне здесь нравится. Мне всегда тут нравилось. И даже теперь, когда я ничего не вижу… все равно…
– Мне тоже нравится… – проговорил Женя и уставился на Мэнди.
Она так спокойно смотрела на солнце, не отводя взгляда. Жене солнце слепило глаза, лишь только он к нему поворачивался, а Мэнди… Она тоже хотела, чтобы текли слезы от солнечного света. В этом была такая жизнь. Для нее весь этот мир составляли воспоминания. Она помнила цвет травы и моря. Она помнила, как светит солнце утром и какой прекрасный закат бывает вечером. Она все это помнила. Но иногда ей вдруг казалось, что когда-нибудь проснется и не сможет ничего вспомнить… ничего.
Однажды Мэнди вдруг забыла, какой цвет волос у Эльвиры. В том смысле, что она не могла точно вспомнить оттенок. Более темный или более светлый? Она не смогла вспомнить и заплакала, а окружающие понятия не имели, что происходит. Она так никому это и не сказала. Этой же ночью ей приснилась Эльвира, и Мэнди запомнила ее так, как только могла. Темноволосая девчонка теперь всегда в ее памяти, но Мэнди понятия не имела о том, что уже полгода назад Эльвира перекрасилась в еще более темный цвет.
– Когда мы пришли сюда с Майей в первый раз, – проговорила Мэнди, не отворачивая лицо от моря, – она сказала, что хочет жить тут, на берегу моря. Она сказала, что хочет иметь здесь дом, чтобы вокруг него был сад, а в саду гамак, на котором можно бы было читать книги. Она уже представляла, как будет ставить мольберт, и рисовать море. Она так хотела…
– Ты так хорошо это помнишь…
– Да! Я запоминаю моменты. Моменты – это моя жизнь. Майя тогда еще сказала, как рада, что нашла настоящих друзей…
– Она ведь сначала познакомилась с Эльвирой? – перебил девушку Женя. – Так странно. Они ведь такие разные. Может быть, ей тогда было просто одиноко, и единственной, с кем она могла поговорить, была она?
– Нет! Вовсе не поэтому. Ты не думай, что Эльвира плохой человек. Она лучше, чем может сначала показаться, просто… все сложно.
– Все у всех всегда сложно…
– Да! Ты прав…
Пришла Лара, и Кевин стал кричать Мэнди и Жене, чтобы они подходили к ним.
– Пошли… – проговорила рыжеволосая девушка, и Женя кивнул.
Было еще светло, но Алекс зачем-то развел костер. Все столпились около огня. Лара что-то оживленно рассказывала Алексу. Ее лицо было разрисовано, как у индейца. Прежде чем Женя успел спросить ее, зачем она сделала это, Лара громко проговорила:
– Ты новичок, Джо! Считай, что теперь у тебя посвящение!
Все взглянули на него. Женя вдруг еще сильнее расхотел участвовать в игре, но сказать этого никак не мог. Он улыбнулся всем сразу, но это выглядело жалостливо. Лара подала Майе краски для грима, и та разрисовала парню лицо. Теперь он тоже был индейцем. Он должен был прыгать вокруг костра и кричать что-то непонятное. Майя сказала, что это по-эльфийски.
Лара показала Жене, что он должен делать. Она вприпрыжку бегала вокруг костра, выкрикивая что-то на эльфийском. Одновременно она то хлопала в ладоши, то била руками по ногам. Женя начал вместе с ней, прыгая, бегать вокруг костра. Он повторял за девушкой все движения. Парень чувствовал себя полным идиотом, но все равно продолжал бегать, хлопать в ладоши и кричать на эльфийском то, чего даже не знал. А остальные смотрели на него и Лару, которая продолжала прыгать вместе с ним, за что он был ей бесконечно благодарен.
Когда он закончил так называемый ритуал, заметил, как все смеются. Даже Лара, которая стояла рядом с ним. Женя смотрел поочередно на каждого, пытаясь понять, что происходит.
– Что случилось? – спросил он, чувствуя себя еще более глупо, чем несколько минут назад.
– Джо, это была шутка! На самом деле нет никакого посвящения… хотя на самом деле так делают со всеми… – проговорил Кевин. – Да, Майя год назад была на твоем месте и прыгала, как сумасшедшая…
Все продолжали хохотать, и Женя, сам не понимая почему, схватил Майю и побежал с ней до самого берега. Когда вода доставала ему до колен, он опустил руки и она оказалась в море. Насквозь мокрая Майя хохотала сильнее прежнего. Остальные, ничуть не удивившись Жениному поступку, подбежали к берегу и начали кричать что-то, чего парень совсем не слышал.
– Ты сумасшедший! – выпалила Майя, которая теперь плавала в воде и вроде как не собиралась вылезать.
Она встала на ноги и побежала к Жене, который до сих пор смотрел на ее друзей и хохотал. Она прыгнула на него сзади, и парень от неожиданности завалился в море вместе с Майей. Теперь и он промок насквозь.
– Вы оба психи! – прокричала с берега Лара, и все снова захохотали.
В день игры Майя и Женя встретились утром с Кевином и поехали на велосипедах в лес. Туда, где в прошлый раз Женя был с Майей вдвоем. Кто-то выехал раньше их, кто-то позже. Они не собрались все вместе, хотя Жене казалось, что это было бы логичнее. Джек заехал за Мэнди на машине, и они отправились забирать Клару, Влада и Алену. Они были судьями, поэтому на поле должны были оказаться раньше всех. Остальные передвигались на велосипедах.
– Надеюсь, ты хорошо играешь, Джо! – сказал Кевин, когда они втроем выехали за город.
– Даже не надейся… – отозвался Женя. Он переживал, что разочарует Майю, и понятия не имел, что ему делать.
– Да ладно тебе! – воскликнул Кевин. – Все нормально будет. Главное на глаза Эльвире не попадайся…
– Ну, это я постараюсь…
На место они прибыли одними из первых, поэтому долго ждали, пока соберутся остальные. Прошло примерно полчаса, прежде чем появились Алекс, Эльвира и Элли. Они приехали последними, о чем-то громко разговаривая. Только теперь Джек в громкоговоритель сказал, что пора начинать.
Команды выстроились напротив друг друга. Последний раз Женя это делал на уроке физкультуры в школе. Клара, Алена и Влад разбежались по разным уголкам леса, а Джек с Мэнди остался на поле, потому что был кем-то вроде главного судьи. Когда начнется игра, он поднимет свою правую руку. Теперь все ждали от него этого жеста.
– Не забудь надеть очки, – прошептала Жене Майя. – Беги не очень далеко, потому что леса ты почти не знаешь, ладно?
Женя кивнул, и в этот момент Джек поднял свою руку. Все кинулись бежать в разные стороны. Женя тоже куда-то рванул, он пытался найти глазами Майю, но ее на поле уже не было. Через мгновение он сам скрылся в лесу. Женя бежал не очень-то быстро, потому что знал: рядом никого нет. Где-то вдалеке слышались чьи-то крики, но это было не рядом, так что можно было не беспокоиться.
Сердце колотилось сильно-сильно. Женя бежал и бежал, пока не вспомнил, что может потеряться. Он стоял в забытом уголке леса в одиночестве, понимая, что совсем не знает местности, а ему еще и пыль надо было искать. Майя сказала, что пачки с ней можно найти в лесу, но почему-то Жене они на глаза не попадались. Он внимательно смотрел под ногами на тот случай, если краску положили на траву, но ее там не было.
Он нашел ее совсем не скоро. Упаковка была аккуратно положена под огромным деревом. Пыли в пачке было немного больше, что в прошлый раз у Майи. Женя разорвал пакет, чтобы при случае можно было сразу бросить ей в кого-нибудь.
Ему стало спокойнее. Он продолжал идти, не волнуясь уже слишком сильно. Никаких голосов слышно не было. Чуть позднее где-то вдалеке справа пробежали люди, но Женя замечен не был, да и он тоже не успел рассмотреть, кто это был. На мгновение он остановился. Убедившись, что за ним никто не следит, он продолжил свой путь.
Женя старался идти осторожнее, чем прежде, но это у него не очень-то получалось. Он то и дело наступал на какие-то засохшие ветки. Парень даже не заметил, когда сзади незаметно подкралась Эльвира. Она была абсолютно бесшумной, пока не наступила на что-то. Послышался треск, и парень решил, что это опять он. Женя опустил голову – под ногами была трава. Осознав, что он тут не один, парень резко повернулся. Эльвира умудрилась спрятаться за деревом, так что Женя ее не заметил. Он, как ни в чем не бывало, пошел дальше. Тогда Эльвира бросила в него горсть цветной пыль. Женя этого не почувствовал, но, увидев летящую из-за его спины краску, вновь повернулся. Перед ним стояла Эльвира. Ни секунды не размышляя, он швырнул краской в нее… и попал. Ошарашенный оттого, что девушка не смогла увернуться, он гадал, как сбежать от нее. Он не двигался с места, а Эльвира с краской на лице и волосах, обиженно взглянув на него, убежала. Не стала его закидывать, хотя имела достаточное количество пыли. Не сделала ничего, что сделал бы любой нормальный игрок. Между тем, Женя отметил, что передвигалась она очень быстро, как и говорила Майя. Всего мгновение и ее уже нет. Только что стояла рядом с Женей и уже пропала из виду. Парень в замешательстве смотрел ей вслед, а потом развернулся и пошел дальше. Теперь он вел себя аккуратнее: смотрел под ноги и старался обходить все ветки. Отовсюду слышались голоса. Жене казалось, что в эту самую секунду кто-то выбежит. Он ждал этого, но почему-то, когда Лара выпрыгнула из-за куста, это ему показалось неожиданным. Он чуть ли не кинул в нее пылью, но вовремя опомнился.
Почти вся одежда девушки переливалась разными цветами. Даже волосы у нее теперь были розово-желто-синие. Увидев Женю, она замешкалась, но довольно быстро отошла и заулыбалась. Она внимательно рассматривала парня. На мгновение Жене показалось, что теперь она вновь начнет читать наизусть Маяковского, но нет.
– Ты меня напугал, – сказала она, чуть надувшись для виду.
– Ты меня вообще-то тоже, – проговорил парень.
– Прости. Не хотела. Просто, думала, что это Ник. Он только что был где-то рядом.
– Может тогда нам стоит уходить? – спросил Женя, немного испугавшись того, что поблизости соперник.
Лара кивнула, и повела куда-то Женю. Теперь ему было не так одиноко, как вначале. Девушка рассказала ему, как бежала от Ника, а тот никак не мог в нее попасть, потому что она хорошо уворачивалась. Она умудрилась несколько раз попасть в соперника, и тот убежал. Лара рассказывала Жене, как в прошлом году сломала руку на игре. Ей почему-то казалось это таким забавным, и Женя невольно начал улыбаться, потому что она действительно смешно об этом рассказывала. За разговорами Лара и Женя дошли до того места, где стояла Клара. Она смотрела в другую сторону, поэтому сначала не заметила ребят.
– Эй, Клара! – окликнула ее Лара.
Девушка обернулась и улыбнулась подошедшим к ней Жене и Ларе. Она открыла свой блокнот для записей и щелкнула ручкой.
– Кто в вас попал? – спросила она, поочередно оглядев каждого.
– Что? – не совсем понимая, что нужно Кларе, спросил Женя. – Зачем?
– А как мы, по-твоему, выберем тех, кто будет участвовать в турнире… – смеясь, сказала девушка. – Я имею в виду…
– Я понял, – отозвался парень.
– Так, давайте. Мне нужно вас отметить…
– В меня попали Эльвира и Паша! – воскликнула Лара, вспомнив, как набросилась на нее эта двоица.
– А в тебя, Джо?
– Эльвира!
– Она везде успевает, – проговорила Клара, улыбаясь. – Интересно…
– Что интересно? – спросил Женя.
– Просто, ты ведь первый раз на играх, а в тебя попала только Эльвира. Наверное, ты очень хорошо играешь! – проговорила девушка, особенно выделив слово очень.
Женя улыбнулся ей. Он не хотел сейчас объяснять Кларе, что кроме Эльвиры он никого больше не встретил. Ему такой поворот событий даже понравился: никто ведь не знает, кого уже успел встретить Женя. Потом он, правда, вспомнил, что в блокнотах будет отмечено, в кого попал он: пока таким человеком была только Эльвира. Не густо.
– Может, мы уже пойдем? – спросил Женя у Лары, которая мило болтала с Кларой.
Девушка кивнула. Они стали уходить, когда рядом с ними появились Саша, Паша и Ханна. Женя пытался внушить себе, что соперники не заметили их, но лучше бы он не думал, а действовал. Лучше бы они с Ларой убежали, а не стояли на прежних, как две статуи, не способные пошевелиться. Саша бросила краску в ребят, но долетела она только до Лары. Клара начала делать записи в блокноте. Лара стала закидывать Ханну, Пашу и Сашу. Правда, попала она только в Пашу один раз. Женя поначалу медлил, не желая ввязываться в эту войну, но долго смотреть на Лару со стороны не смог и бросился помогать ей.
Саша пыталась еще раз попасть в кого-то из соперников, но это у нее никак не получалось. Она больше уворачивалась, стряхивая с себя пыль. Это ее, правда, бесило. В смысле, наличие порошковой краски на ее одежде. Женя начал закидывать ее. Это не составило большого труда.
Лара пыталась попасть пылью в Пашу, но это у нее не очень-то хорошо получалось, да и сам Паша попал в девушку не больше двух раз.
Цветная пыль повисла в воздухе. Женя закидывал Сашу. Лара пыталась попасть в Пашу, Паша – в Лару. Клара строчила что-то в своем блокноте. Куда делась Ханна? Никуда она не делась. Просто, о ней почему-то все забыли, и она этим воспользовалась: подбежала к Жене со спины и начала его закидывать. Он повернулся к ней. Содержимое его пачки полетело в девушку.
Майя говорила, что она плохо играет, но Жене сейчас так не казалось. Ханна отлично уворачивалась от его бросков, сама пару раз попала в него. После этого, правда, Жене удалось в нее попасть несколько раз подряд, после чего она и убежала. Он бросал пыль ей вслед, но она до нее не долетела.
Женя побежал к Ларе, чтобы помочь справиться с Пашей. Именно в этот момент Саша что-то прокричала. Женя не разобрал, что именно, и повернулся к ней лицом. Все взгляды были устремлены на нее одну. Она стояла с поднятой вверх левой рукой. Паша, увидев ее, убежал в противоположную от Ханны сторону. Женя ничего не понимал.
– Пошли отсюда, Джо, – проговорила подошедшая к нему Лара.
Женя кивнул, и они пошли в ту сторону, куда несколько минут назад убежала Ханна. Лара молчала, наверное, о чем-то думала.
– Что значила поднятая рука Саши? – спросил у нее Женя.
– Ты не знаешь?
– Нет.
Она улыбнулась и покачала головой.
– Она вышла из игры. Саша почти всегда так делает. Она не хочет, чтобы ее еще больше закидали…
– То есть из игры можно выйти в любой момент? – спросил Женя заинтересованно.
– Ну, конечно. Только тот, кто выходит раньше времени лишен права играть в турнире.
– А ты когда-нибудь принимала участие в нем участие?
– Ага, – гордо произнесла Лара, словно говорила о том, как вышла в финал на Олимпийских играх. – В прошлом году. Мы тогда проиграли. Кевин и Ник не учувствовали. Кевина не было, потому что Мэнди заболела, а Ник… у него вроде бы брат женился. Да, точно. Его еще целых две недели не было…
– А когда будут игры в этом году?
– 19 мая! – произнесла Лара, задумавшись о чем-то. – Думаю, теперь они всегда будут девятнадцатого…
Женя попытался представлять, что представляет собой турнир, если все так стремятся туда попасть. Ему почему-то вдруг стало так интересно, кто принимал участие в них год назад.
– В том году, – поговорила Лара, словно прочитав Женины мысли, – играли Паша, Алекс, Эльвира, Джек и …
Она вдруг осеклась, так и не договорив, кто был шестым в их команде. Она неожиданно схватила Женю за локоть. Они сели за кусты, на которых росли какие-то ягоды. Заросли были довольно густые. За ними можно было спокойно прятаться, не зависимо от роста и телосложения. Сквозь них не было видно, что происходило рядом, поэтому Женя понятия не имел, зачем они вообще прячутся.
– Что там? – спросил шепотом он.
– Эльвира, – так же тихо ответила ему Лара.
– Одна?
– Конечно, нет, – сказала девушка таким тоном, словно Эльвира никогда не была одна. – Она там с Алексом.
– Может, ему поможем? – предложил Женя.
Лара поначалу задумалась, но затем решительно проговорила:
– От этого ничего не изменится…
– Почему ты так решила?
– Просто… это же Эльвира, – она посмотрела в ту сторону, где находилась подруга-соперница. – А это мы… – быстро перевела она взгляд на Женю.
– Лучше этого оправдания никогда в жизни не слышал, – с сарказмом сказал он. – Я посмотрю…
Он пополз куда-нибудь, откуда можно бы было спокойно наблюдать за происходящим. Дерево с широким стволом прекрасно для этого подходило. Тут Женя затаился и следил за Эльвирой и Алексом. Они о чем-то говорили. Так непринужденно, словно не были сейчас противниками. Эльвира не пыталась даже попасть в своего врага, она что-то тихо ему говорила. Так тихо, что Женя ничего не слышал.
Алекс стоял неподалеку от Жени с Ларой, а Эльвира прямо напротив него, под огромным деревом…
Только теперь Женя заметил Майю…
Она сидела на ветке над головой Эльвиры. Свесив ноги, она непринужденно смотрела вниз. Заметив Женю, она махнула ему рукой и улыбнулась.
На ее ногах лежала пачка с краской. Майя бесшумно ее открыла, и некоторое время просто держала в руках, собираясь с духом.
Женя до последнего не мог поверить в реальность происходящего. Всего за пару секунд все содержимое пакета оказалось на Эльвире. Она в растерянности стояла, изначально не понимая, что произошло. Алекс убежал, и Майя бесцеремонно спрыгнула с ветки, на которой приютилась. Она не торопясь зашагала в противоположную от Жени сторону.
– Не забудь сказать, что это была я! Майя! – крикнула она и скрылась за деревьями.
Женя пополз обратно к Ларе.
– Нам лучше уйти, – проговорил он. – И поскорее…
– Почему?
– Потому что Эльвира сейчас явно не в духе…
Они побежали туда, откуда пришли. Только когда они были достаточно далеко от Эльвиры, Лара спросила:
– Мне показалось или это был голос Майи?
– Тебе не показалось! – произнес Женя. В его голове снова всплыла та картина: она высыпает всю свою краску на Эльвиру.
– Что она там делала? – поинтересовалась Лара.
– Высыпала краску Эльвире на голову, – спокойно проговорил парень. – Она сидела на ветке, которая была прямо над Эльвирой…
– Дерзко! – произнесла его собеседница, представляя, как это могло выглядеть.
Лара вела Женю туда, куда считала нужным. Парень не возражал. Ему было плевать, куда идти – лишь бы с кем-то. Он понятия не имел, где находится и как отсюда можно выйти хоть куда-то, а Лара лес знала. Он хотел, чтобы игра закончилась, чтобы он не потерялся в лесу. Он хотел вернуться в нормальную жизнь.
Через несколько минут ребята оказались на поле. На том самом, где начиналась игра. Недавно Майя тут лежала. Смеялась. Они были счастливы.
Женя удивился, когда Лара его сюда вывела, причем сделала она это явно намеренно. Сейчас здесь никого не было (за исключением, конечно, Мэнди и Джека). Они расположились в центре поля. Что-то говорили друг другу и смеялись. Лара и Женя побежали к ним. Джек их заметил сразу и сообщил об этом Мэнди. Она заулыбалась и зачем-то встала со стульчика, на котором сидела. Кофточка с якорями и юбка мятного цвета, на ногах обычные коричневее ботинки. Увидев ее, Женя невольно подумал о том, кто выбирает ей одежду. Кевин? Эльвира? Майя? Кто-то еще?
Женя вдруг представил, то, как Эльвира утром пришла к Мэнди и начала выбирать ей одежду. «Твоя любимая мятная юбка, – говорила она, доставая юбку из шкафа. – Хочешь ее надеть?» Мэнди кивала, и Эльвира доставала эту кофту с якорями.
– И кто вас так? – спросил Джек, и Женя сразу очнулся.
– Если что, то мы уже отметились… – поспешила сказать Лара, заметив, как Джек тянется к своему блокноту.
– Тем лучше! – воскликнул молодой человек. – Меньше работы.
– Почему тут никого нет? – спросил Женя, пытаясь перестать смотреть на Мэнди.
– Сюда всегда редко выбегают, – ответил Джек. – Тут же открытая местность. Некуда спрятаться.
– Вы-то почему сюда пришли? – поинтересовалась Мэнди.
– Просто, это единственное место, которое пришло мне в голову… – ответила Лара, и Мэнди улыбнулась.
– Почему? – спросила она.
– В смысле? – оглядываясь по сторонам, спросила Лара. – Что почему?
– Я имела в виду, почему вам так неожиданно надо было куда-то уходить?
– О! – поняла девушка и тут же произнесла: – Эльвира!
На лице Джека появилась понимающая улыбка.
– Знаете, в следующий раз советую убегать от нее, а не уходить, – съязвил он.
– Она была растеряна, – проговорил Женя, вроде как оправдываясь. – Можно было подойти и похлопать ее по плечу, она бы все равно ничего не сделала. Я даже не уверен была ли у нее краска…
– Растерянна? – поинтересовалась Мэнди. – Что-то случилось?
– Да! – снова ответил парень. – Майя. Она сидела на дереве и высыпала ей на голову всю краску из пачки…
Мэнди и Джек засмеялись.
– Даже представить себе этого не могу! – произнесла девушка сквозь смех.
– Кстати, Саша вышла из игры! – вспомнила Лара. – Вы знали?
– Нет, – ответил Джек, когда уже успокоился. – Но я не удивлен.
Они недолго постояли все вместе, а потом Женя и Лара снова пошли в лес. Выбора у них не было…
Лара шла немного впереди и напевала какую-то песню. Женя пытался понять, какую именно. Слова были вроде как знакомы, но мотив Лара явно выбрала не тот.
– Как узнать о том, что игра кончилась? – спросил у нее Женя, пытаясь выкинуть песню из головы.
Лара повернулась к нему и произнесла:
– Джек скажет в мегафон об этом. Тогда все должны будут вернуться к месту сбора.
Женя кивнул, девушка отвернулась. Она снова начала петь свою песенку, но забыла слова.
– Тебе Майя вообще что-нибудь говорила об играх? – спросила она, усмехнувшись.
– Наверно, говорила, – ответил Женя, пожав плечами. – Я не помню просто. Она много всего говорила…
Лара засмеялась. Они продолжали идти дальше и дальше. Лара уверенно маневрировала между деревьями. Майя говорила, как они называются, но Женя забыл. Парень следовал за Ларой и мысленно благодарил за то, что она сейчас шла рядом.
– Почему некоторые ребята не играют? – спросил он.
– Ну, судить тоже кто-то должен…
– Ну, да. Кто-то должен.
Они несколько минут прошли в тишине. Чьих-либо голосов слышно не было. Листья на деревьях не шелестели. Ни одна птичка не сорвалась с ветки. Лес замер.
– А как вы с Майей познакомились? – нарушила тишину Лара.
Опять этот вопрос. Женина история стала уже ходовой. Он мог рассказывать ее, как таблицу умножения.
– Познакомились или встретились? – переспросил он.
– В смысле? В чем разница?
– Это было в разное время. Сначала я ее встретил, а через несколько дней познакомился с ней …
– Расскажи… – заинтересованно проговорила девушка. Джек был прав, утверждая, что люди любят истории знакомства.
Женя начал рассказывать о том, как встретил Майю, упуская некоторые подробности. Он хотел, чтобы в их истории все еще оставалась какая-то тайна. Однако, до конца он все равно не успел договорить. Лара неожиданно его перебила, прошептав:
– Тихо…
– Что? – не понял Женя, с трудом вернувшись из своей истории в реальный мир. – Почему?
Лишь только он задал эти вопросы, как из-за деревьев вышли Паша и Ник. К Ларе и Жене одновременно пришла одна и та же идея: бежать. Не пытаться попасть в противников, а просто бежать. Ребята сорвались со своих мест, но побежали в разные стороны…
Женя не разбирал дороги. Только вперед, никуда не сворачивать. Он бежал, не останавливаясь, пока не натолкнулся на Ханну. Волосы спутаны, одежда грязная. Она была растеряна не меньше Жене. У нее не было краски, но она почему-то не убегала, а стояла неподвижно. Она словно забыла, как бегать, и теперь пыталась это вспомнить.
В отличие от Ханны, у Жени пыль была, но он почему-то не бросал ей в противницу. Он стоял неподвижно, как она, и смотрел на девушку.
– Почему ты не бросаешь в меня? – спросила Ханна, убирая волосы с лица.
– Не хочу… – проговорил Женя. Он бы сам с удовольствием получил ответ на этот вопрос.
– Не хочешь? Почему?
– У тебя ведь нет краски… – осенило парня. – Это было бы нечестно…
– Нечестно? О чем ты? Так все делают…
– Все? – переспросил Женя, вспоминая, как он забрасывал Сашу. Она, скорее всего, именно из-за него вышла из игры.
– Да! – кивая, ответила Ханна. – Просто, моя краска давно закончилась, а больше я найти не смогла… вот меня все и закидывают…
– Тебе нужна краска? Я могу отдать тебе свою пачку…
– Ты серьезно? У тебя ведь она одна…
– Я потом еще найду, если… будет нужно.
Женя протянул Ханне открытую упаковку с пылью, которую он нашел вместе с Ларой. В глазах Ханны читалось непонимание, но она нерешительно забрала у парня его краску.
– Зачем ты это делаешь? – спросила она. – Ты ведь даже из другой команды…
– Не знаю… – пожав плечами, проговорил Женя. Он и сам не понимал, что происходит. – Просто, я вижу, как сильно ты хочешь участвовать в турнире…
– Да… хочу…
Ханна заулыбалась, а Женя проговорил:
– Я бы конечно мог предложить тебе закидать меня, но… это уже будет слишком. И это будет выглядеть так, будто я вам подыгрываю…
Ханна засмеялась. Они начали расходиться в разные стороны, когда она повернулась и произнесла:
– Спасибо, Джо!
Он лишь только кивнул и скрылся где-то в глубине леса. Парень понятия не имел, что он творил, но почему-то ему казалось это правильным. Он знал, как сильно Ханна мечтала попасть в турнир, а он совсем не хотел.
Женя шел только вперед, никуда не сворачивая. Он понятия не имел, куда идет, но ему было все равно. Ему вдруг стало так одиноко, что захотелось спрятаться где-то далеко-далеко. Парень очень удивился, когда вышел на маленькую полянку – ту самую, куда неделей ранее привела его Майя. Он сел, прижавшись спиной к стволу дерева. Почему эти игры так важны для Майи? Зачем они вообще их придумали? Он хотел знать ответы на эти вопросы. Может быть, тогда он перестал бы считать турнир бредом... Ответов не было. Его мнение не изменилось.
Женя посмотрел вверх. Небо такое же лазурное, как в тот раз. Неужели здесь всегда так? Наверное, это место, где никогда ничего не меняется. Всегда хорошая погода. Приходишь сюда и на душе становится легче. А что если здесь не бывает ни ночей, ни дождей, ни гроз? Так вообще бывает? Может это единственное место на Земле, где не бывает плохой погода? Наверное, о существование этого места никто не должен знать, но Жене открылась эта тайна. Однажды его привела сюда Майя. Интересно она знает, что это за место? Быть может, она случайно узнала этот секрет и именно поэтому привела сюда Женю?
Женя смотрел на небо, на птиц, которые пролетали в вышине. Интересно они знают? Они ведь летают так высоко. Должно быть, им оттуда видно все. Они все знают …
Вскоре Джек объявил об окончании игры. Женя сидел так тихо, что сразу это услышал. Не медля ни секунды, он начал выбираться из леса. Парень помнил этот путь отлично, потому что отсюда его выводила Майя. Он сам удивился тому, как легко вышел в поле.
Парень был не последний, но далеко не первый. Майиным друзьям не пришлось искать его. Женя был так обрадован этому факту, что бежал едва ли не вприпрыжку. Все пришедшие собрались около Мэнди и Кевина. Ханна так и лежала на траве. Паша что-то рассказывал Нику. Джек и Алена еле слышно обсуждали результаты. Лара и Элли сидели рядом с Мэнди и о чем-то болтали.
Женя хотел подойти к Мэнди, но Ханна его остановила, когда он проходил мимо. Парень сел рядом с ней. Ханна улыбнулась ему лучезарной улыбкой и проговорила:
– Знаешь я ведь так и не нашла больше краску…
Женя понимающе кивнул. Он сам остался без пыли на всю оставшуюся игру, но его это не особо волновало.
– Она тебе пригодилась? Я имею в виду ту краску, которую я дал…
– Да! Я встретила еще Лару…
– Рад, что смог тебе помочь… – сказал Женя, улыбнувшись девушке.
– Спасибо, – проговорила она, похлопав его по плечу. – Правда, спасибо.
– Да не за что… – произнес Женя, и Ханна посмотрела на него с удивлением. – Это ведь не жизнь. Это просто игры.
Улыбка с лица девушки моментально пропала и она сказала:
– Только не для меня…
Женя хотел спросить, что она имела в виду, но постепенно начали подходить остальные. Ханна и Женя двинулись ближе к Джеку, а там он уже не решился задать ей свой вопрос.
Саша уже пришла, Клара тоже. Наверное, они так вместе и стояли в лесу. С разных сторон выбрели Элли, Саша и Влад. Алекс и Кевин пришли вместе, беседуя о чем-то, что Алекса очень смешило. Парень так хохотал, словно впервые в жизни услышал какой-то анекдот. Самыми последними появились Эльвира и Майя.
Джек, Алена, Клара и Влад успели подвести итоги. Обе команды вперемешку стояли рядом с Джеком. Сначала он должен был назвать команду-победительницу, и все с нетерпением этого ждали.
– Выиграла команды Эльвиры! – произнес Джек, когда Эльвира еще не успела подойти к своей команде.
Все ее игроки побежали навстречу своему капитану и бросились обнимать девушку. По Эльвире было видно, что собой она не очень-то довольна.
– Молодец Эльвира! – произнес подошедший к ней Кевин.
– Это все ребята, – проговорила девушка, смутившись от такого внимания к себе. – Они молодцы, а меня сегодня поздравлять не с чем. Я была худшей.
– Не говори глупостей! – воскликнул Кевин.
Постепенно все успокоились. Друзья ждали, когда Джек заговорит вновь. Вот-вот станет известно, кто примет участие в турнире. Затаив дыхание, каждый ждал первое имя.
– Кевин! – воскликнул Джек.
Лицо Мэнди засияло от улыбки, когда она услышала такое родное ей имя. Сегодня у нее было хорошее настроение. Может, она все еще вспоминала вчерашний вечер и чувствовала запах моря …
Под всеобщее ликование Кевин подошел к Джеку, который пожал ему руку.
– Эльвира! – вновь разнесся по полю голос судьи.
Она выбежала к Кевину. Несколько лет подряд ее вызывали первой, но сегодня она своей игрой была недовольна, так что обрадовалась, услышав свое имя и вторым.
– Сегодня ты не лучший игрок, – проговорил Джек, и Эльвира пожала плечами. – Благодаря Майе! – выкрикнул он, указав рукой на девушку. Все перевели взгляд на Майю, и она заулыбалась. – Ты собираешься выходить?! – спросил у нее Джек, когда прошло какое-то время.
– Я? – удивленно переспросила девушка, ошарашено уставившись на молодого человека.
– Ну, конечно, ты…
– Ты хочешь сказать, что я участвую в турнире? – не веря своим ушам, спросила она.
– Именно так…
Майя вдруг стала такой счастливой. Закричала так громко, как только могла, будто прямо сейчас выиграла золото на Олимпиаде. До этого момента Женя все еще думал, что эти игры – какая-то ерунда. Но эти мысли стали уходить. Ведь не может это быть просто так, верно? Не может же Ханна просто так мечтать попасть в турнир? Не просто же так Майя закричала, услышав о том, что участвует?
Она была такая счастливая. Бросилась обнимать Джека, а потом встала рядом с Эльвирой. До сих пор сверкая, она обнимала подругу.
– Ник! – выкрикнул Джек, и буквально через секунду парень стоял рядом с Майей. – Ханна!
Девушка пошла к стоявшим рядом с Джеком четырем участникам. Она была пятая. Еще утром она об этом только мечтала…
Оставалось последнее имя. Еще один участник…
– Джо! – воскликнул Джек и начал говорить о том, что давно новички не попадали с первого раза в турнир.
Всего этого Женя уже не слышал. В его голове звучало только придуманное Майей имя, которое, как ему казалось, назвали по ошибке. У него и в мыслях не было, что его могут выбрать. Он не хотел этого. Думал, что играл плохо. Почему-то остальные были уверены в обратном.
Рядом с Женей стояла Лара. Он был уверен, что выберут ее. Это ведь благодаря ней Женя в лесу не заблудился. Девушка стояла и улыбалась, смотря на него. Она была действительно рада за своего сегодняшнего спутника и нисколько не расстроена тем, что сама не прошла.
– Ты молодец! – сказала она, похлопав парня по плечу. – Горжусь!
– Нет, – проговорил Женя, помотав головой. – Это ты должна была быть! Не знаю, почему выбрали меня. Правда, не знаю. Наверно, тут какая-то ошибка.
Лара засмеялась и пропихнула Женю вперед. Туда, где уже стояли пять человек. Не хватало только его.
Он неспеша подошел к Ханне, которая первая из всех его обняла и едва слышно прошептала:
– Спасибо…
6 глава
ТРАЕКТОРИЯ ПОЛЕТА
Если бы Женя умел телепортироваться, то теперь он бы обязательно это сделал. Ему совсем не нравилось сидеть в гостиной и выслушивать всякую ерунду, которую болтал Виктор – теперь уже новый молодой человек Марины. Он пришел еще в шесть и домой, похоже, совсем не торопился. Марина пригласила его, чтобы он познакомился с Женей, и специально для этого наготовила кучу всякой всячины, к которой никто почти не прикасался. Она надела свое любимое платье, в котором выглядела просто обворожительно. В свои двадцать пять она выглядела не старше двадцати двух. И дело было вовсе не в росте: она была достаточно высокая, хоть и ниже брата, но высокая. Да и в душе она была немного старше, чем на самом деле. Никто понятия не имел, почему она выглядит не на свой возраст, да никто особенно и не хотел этого знать. Особенно сама Марина. Ей это даже нравилось.
Они сидели втроем в гостиной. Женя совсем не хотел здесь находиться сейчас. Его бы тут и не было, если бы сестра не забрала у него ноутбук. Сказала, что отдаст его только когда уйдет Виктор, а Женя так понял, что это будет не скоро. Так что он, развалившись на кресле, смотрел глупую передачу по телевизору про мужчину, который отказывался платить алименты за своего ребенка. Его это совсем не интересовало, но даже это казалось ему интереснее чем то, о чем говорил Виктор. Он рассказывал какие-то нудныеистории, которые происходили с ним на работе. Марина смеялась, но Женя совсем понимал, что там может быть таким забавным. Наверное, для того чтобы понять, почему они смеются, надо поработать в каком-нибудь офисе хотя бы два года и стать таким же занудой, как Виктор и Марина. Они слишком скучные и их истории такие же.
Через какое-то время девушка ушла на кухню поставить чайник, и Женя остался наедине с ее молодым человеком. Парню не о чем было говорить с Виктором, поэтому он продолжал делать вид, что передача, которую он смотрит, очень интересная. Марина возилась на кухне, и Виктор все-таки решился завести разговор.
– Марина говорила, что ты учишься в университете на лингвиста…
– Ага, – кратко ответил Женя, продолжая пялиться в экран телевизора. – Смотри-ка, не обманула тебя.
Он пытался пошутить, но Виктор такого юмора не понял. Женя, увидев недоумение на его лице, продолжил смотреть передачу.
– И как? Тебе нравится? – продолжил допрос молодой человек сестры, видимо, осознав, что это была шутка.
– Да. Вроде бы нравится.
– А мне никогда не нравилось учиться, – зацепился за эту тему для разговора Виктор. – Не знаю почему. Нет, я, конечно, учился, но мне никогда не нравилось, честно говоря…
– И что? – слегка раздраженным тоном спросил Женя. – Сейчас почти никому не нравится учиться. И что с того?
– Да, наверное, – еле слышно проговорил Виктор.
Он был слегка смущен сейчас. Молодой человек нашел единственную, по его мнению, нормальную тему для разговора, но беседа закончилась слишком быстро. Марины до сих пор не было.
– Почему ты такой? – спросил Виктор, прокашлявшись.
– Какой? – не понял Женя и, наконец-то, повернулся в сторону Виктора.
– Ну, необщительный.
– Нет, – спокойно возразил Женя.
– Что нет? – переспросил его Виктор.
– Я не необщительный, – пояснил парень. – Просто…
– Что просто?
– Ничего… забудь…
В этот момент наконец-то появилась Марина, держа в руках поднос с чаем. Женя снова повернулся к телевизору. Его сестра раздала всем по чашке снова начала болтать о чем-то с Виктором. Женя быстренько смылся из гостиной. Его исчезновения никто не заметил. Он мог сделать это еще раньше, но почему-то хотел поддержать сестру хоть как-то. Ее молодой человек Жене не понравился, но ей это знать не обязательно. Высидев с парочкой несколько часов, парень чувствовал, что теперь его совесть чиста.
Он зашел в комнату сестры. Она никогда не умела хорошо прятать вещи. Как и обычно Марина убрала ноутбук на полку с полотенцами, не догадавшись даже чем-нибудь его накрыть.
Пройдя к себе, Женя начал печатать следующую главу своей книги.
Где учатся жизни? Что в ней главное? Как правильно жить? Кто-нибудь знает ответы на эти вопросы? Наверное, есть люди, владеющие такой информацией, но они явно не из круга моих знакомых, потому что у них я спрашивал. Они лишь только делают вид знатоков, отвечая какую-то чепуху. Так говорили все. Все, кроме одного человека. Все, кроме Майи. Она не знает ответов, но и не гадает впустую, Она не делает вид, что знает. Странно, Она так много говорит о жизни. Не о той жизни, которую знаете Вы, а о своей, поверьте, отличающейся от Вашей. От моей тоже.
Мне бы хотелось жить, как Она. Ни от чего не зависеть. Но у меня так не получается. Как бы я не старался, от ноутбука я не избавлюсь никогда. И не только от него. Для меня это огромное испытание под названием «Миссия невыполнима». Хотя кто знает, может, лет через двадцать я выкину все гаджеты, буду жить у самого берега моря, не пропуская ни одного восхода солнца. Я не могу знать, будет так или нет, потому что, к сожалению, мы не способны заглядывать в будущее, хотя, может, потом когда-нибудь и изобретут машину времени. Это было бы прекрасно. Я бы обязательно вернулся в прошлое. Я бы вернулся в день, когда Майя сбила меня с ног. В день, когда увидел Ее, сидящую с книгой на скамейке. И, конечно же, я бы вернулся во вчерашний день, потому что он стал одним из самых незабываемых в моей жизни.
Примерно в полвторого я пришел к ней домой. Она куда-то собиралась. Знаете, если бы я знал куда, то тут же ушел бы, но я не умею читать ее мысли, а эта способность очень полезна при общении с Ней.
Куда собираешься? – спросил я у Нее.
Прыгать с парашютом! – воодушевленно выкрикнула Майя, заулыбавшись.
Сначала я подумал, что Она несерьезно, что Она просто шутит. Она часто так делает. Например, когда я на днях спросил, куда мы пойдем, Она сказала: «Мы не пойдем, Джо. Мы полетим. Полетим в космос». Поэтому сейчас я решил, что Она имеет в виду то же самое. На этот раз я даже решил ей подыграть.
Я бы посмотрел на это! – произнес я. – Я бы посмотрел на то, как ты прыгаешь с парашютом…
Сначала Майя засмеялась, а потом с абсолютно серьезным лицом произнесла:
Я думала, что ты тоже… тоже прыгнешь с парашютом. Я думала, что мы вместе…
Только тогда я понял, что Она не шутит. Она серьезно. Она и в самом деле хочет это сделать. Более того, Она хочет, чтобы я прыгал с ней…
И знаете что? Оказывается, я мазохист. Я пошел вместе с ней. Скорее всего, конечно, только потому, что это была Она. Если кто-то другой предложил мне сделать это, я бы отказался.
И да, я прыгнул. Прыгнул вместе с ней. На самом деле это было здорово – чувствовать полет, но все-таки…
Майя говорила, что я должен почувствовать бесконечность, но ничего подобного не было. Страх. Вот что билось внутри меня. Страх переходящий в восторг. Это было странное ощущение. Серьезно. Я ведь ничего такого сумасшедшего никогда в жизни не делал. Это круто. Мне нравится быть не собой. Хотя может наоборот? Может я всегда был не собой, а кем-то другим, и теперь возродился заново. Так, наверняка, бывает. Ведь если это так, то когда-нибудь я мог бы снова стать таким же сумасшедшим, как Майя.
Вечером мы зашли в кафе, где работает Эльвира. Она держится здесь уже около полугода, значит, неплохой работник, раз ее не увольняют. Но я бы ни за что не подумал, что она может быть хорошей официанткой. Мне сначала казалось, что она хамит всем посетителям, но это не так. Как оказалось с гостями она очень милая.
Постепенно я перестаю видеть в ней ту хамку, какой она показалась мне при нашей первой встрече. У Кевина и Мэнди она уже была другой, более приветливой что ли. Мы с ней разговаривали о Майе, и она была довольно милой.
«Она лучше, чем может сначала показаться», – вспомнил я слова Мэнди, когда Эльвира подошла к нам. Ее рабочий день только что закончился, так что она уже успела переодеться в свою обычную одежду. Ее волосы были, как обычно, немного спутаны, но сегодня она заплела их в хвост.
Эльвира забралась с ногами на диванчик. Наверное, ей так было удобнее, а мнение окружающих ее не очень-то интересовало. Совсем скоро официантка принесла наш заказ, перекинувшись с Эльвирой парой словечек. Когда девчонка ушла, она двинулась поближе к столу и начала есть свою пасту.
Ну, рассказывай, Джо, где вы сегодня были? – обратилась она ко мне, чему я был немного удивлен.
Прыгали с парашютом, – ответил я боле менее спокойно.
Прыгали с парашютом?! – удивленно переспросила Эльвира, переводя взгляд с меня на Майю. – Вы?!
Ага! – гордо ответила ее подруга.
Но ты же высоты боишься, – проговорила Эльвира. Она с непонимающим взглядом смотрела на Майю, которая все это время улыбалась. Все, как всегда, в принципе.
Ты боишься высоты? – обратился к Майе я. – Так зачем тогда прыгала? Зачем мы оба прыгали? Если ты думала, что я очень хочу, так…
Я хотела! – перебила меня Она. – Всегда. Но боялась…
Боялась высоты? – спросил я.
Нет! – отрицала она. – Высоты я никогда не боялась. Я боялась разбиться.
А теперь? – спросила Эльвира.
Теперь не боюсь… Человек научился летать, как птица. Человек, похоже, может теперь практически все…
Майя замолчала и начала есть свой салат, который заказала только потому, что ей понравилась название. Правда, теперь даже и не помню, как он назывался. По-моему, что-то связанное с весной. Хотя, может быть, я ошибаюсь.
Ну, вам хоть понравилось? – продолжала расспрашивать Майю Эльвира.
Ага, – воодушевленно произнесла Она. – Очень. Сначала я боялась, но потом… я словно растворилась во времени. Просто растворилась, как будто я была частью воздуха в тот момент. Это довольно странно, но ощущения непередаваемые. Ради этого стоило столько лет бояться…
Может быть, и мне тоже прыгнуть? – спросила Эльвира, смеясь, хотя по ее лицу я увидел, что она и вправду задумалась об этом. – Тоже хочу раствориться во времени…
Да ну тебя! – произнесла Майя и, тоже смеясь, толкнула подругу.
А как насчет тебя, Джо? – спросила Эльвира чуть позднее. – Тебе понравилось?
Не знаю, – ответил я растерянно. – Я ничего подобного не чувствовал. Мне было просто страшно, а потом как-то странно. Я будто бы сам был удивлен тому, что прыгнул… Я не чувствовал той бесконечности, о которой ты мне говорила утром… обратился я к Майе. – Наверное, для того чтобы чувствовать что-то подобное, нужно быть тобой. Не мной точно. Не нужно бояться, нужно просто лететь…
Но ведь я тоже боялась! – напомнила Майя. – И я тоже… не чувствовала я никакой бесконечности… – Майя меняла свое мнение так быстро, что я не успевал следить за ее мыслями. – Просто, мне казалось раньше, что когда летишь ты – часть вечности, но это оказывается не так. Хотя может быть… не знаю… может быть, мы просто боялись…
Мы принялись за еду. Я заказал пасту, как и Эльвира. Майя хихикала. Наверное, Она просто еще не отошла от впечатлений, которые возникли у нее во время полета. Хотя, в принципе, Она всегда себя так ведет.
Как дела у Мэнди и Кевина? – спросила Майя у Эльвиры.
У Кевина все как обычно, но Мэнди… она не в настроении…
Последний раз я видел ее лишь на игре, но тогда у нее с настроением было все в порядке. Но прошло уже три дня, а настроение ведь меняется очень быстро. Тем более я помню, Мэнди говорила, что перестала мечтать. Наверное, у нее до сих пор это чувство. Не знаю, но может быть я прав.
В то мгновение мне вдруг так захотелось ее увидеть, как-то поддержать. Хоть я и не знаю, как именно, но я что-нибудь бы точно придумал. Может быть, мы бы просто посидели, как в тот вечер, и она снова начала рассказывать о себе… Я знаю, ей бы стало немного легче.
Я была у нее вчера, – проговорила Майя, расстроившись. – Она была такая грустная. Я заметила, что у нее уже две недели такое настроение… Иногда она улыбается, но…
Да, я знаю, – произнесла Эльвира, о чем-то задумавшись. – Сегодня она совсем расклеилась. Она даже на улицу не выходила. Сидит на диване в наушниках и молчит, смотрит в одну точку.
А с ней раньше такое было? – спросил я.
Разочаровывалась ли она в жизни? – обратилась ко мне Эльвира, выпучив глаза так сильно, что можно было бы подумать, что у нее Базедова болезнь. – Джо, ты серьезно?
И тут я понял, какую чепуху сейчас сказал. Как мне вообще в голову могло прийти такое спросить…
Я что-то не подумал… проговорил я.
Да уж точно, – произнесла Эльвира. – То, что происходит с ней сейчас, это ничто по сравнению с тем, что было с ней тогда…
Ты была с ней в то время? – спросил я.
Ага, – только и ответила девушка.
И что же вы тогда делали? – продолжал спрашивать я.
Сначала Эльвира молчала, то ли не желая отвечать, то ли вспоминая то время. Прошлое, которое все они, наверное, предпочли бы забыть…
Мы тогда все были потрясены… – проговорила она. – Кевин… он менялся на наших глазах. Становился все серьезнее и серьезнее. Всего за неделю его не стало. Прежний Кевин исчез, но родился новый. Более ответственный… Такой он бы точно понравился родителям Мэнди. Точно бы понравился…
А Мэнди? – снова спросил я.
Мэнди? – переспросила Эльвира, хотя прекрасно слышала меня. – Такой я ее никогда не видела и, надеюсь, никогда больше не увижу. Ей было тяжело свыкнуться с тем, что… она не видит. Но еще тяжелее ей было осознать то, что родители погибли. Она молча сидела где-нибудь целыми днями. Кевин все время был с ней. Он был спокоен, но когда уходил от нее ужасно психовал, что ничем не может помочь. А мы… как дураки, рядом с ними ходили. Помню, как только мы с Кристиной выходили из подъезда Мэнди, она начинала рыдать… просто, рыдать. Она не могла ничего сделать. Она все время что-то говорила Мэнди, но сама понимала, что от ее слов легче не становится. Она так хотела ей помочь… они всегда были лучшими подругами… Но никто из нас не мог помочь Мэнди, хотя мы все видели, как ей тяжело…
Ей до сих пор тяжело… добавила Майя, которая до этого момента просто молчала, разгребая вилкой в тарелке листья салата.
Интересно, где сейчас эта Кристина, о которой рассказывала Эльвира? Почему теперь ее нет рядом с Мэнди, если они лучшие подруги? Может, уехала? Я не знал, а спросить почему-то не решился.
Ей до сих пор тяжело… – повторила Майя.
Точно, – подтвердила Эльвира. – Ее можно понять. Это ужасно, но… она справилась. Она сильная, все пережила. Пусть так, сидя в тишине на диване часами, и что… она справилась – это главное. Я помню, однажды мы с ней вдвоем остались, и она тихо сказала: «Я умираю». Я понятия не имела, что говорить на это, и спросила единственное, что пришло мне в голову: «Разве тебе больше не для чего жить?». Она замотала головой и, по-моему, она даже улыбнулась уголками губ. Я не знаю, но…
Мы должны ей помочь как-то! – выпалил я.
Серьезно? – усмехнувшись, спросила Эльвира. – Как же мы сами-то не догадались…
Эльвира, стоп… хватит… – вмешалась Майя. – Не надо сейчас злиться. Мы просто должны что-то придумать…
Я знаю, – проговорила Эльвира. – Знаю. Прости, Джо…
Нет проблем, – ответил я. – Все понимаю…
Мы в этот вечер еще долго сидели и пытались что-то придумать, но чего-то по-настоящему стоящего нам в голову так и не пришло. Я продолжал думать об этом даже когда шел домой. Я уснул с мыслями о том, что мы обязаны спасти Мэнди.
Женя перечитал напечатанное. Он снова вспомнил о Мэнди, снова попытался что-то придумать, но идей ноль. Как назло, в голову ничего не приходило, а теперь еще и Марина начала кричать из соседней комнаты:
– Куда ты пропал, Женя?!
Парень быстро опустил крышку ноутбука и поспешил снова присоединиться к компании. Он зашел в гостиную и опять развалился на кресле. Делая вид, что внимательно слушает Виктора, он продолжал думать о том, как можно помочь Мэнди.
Четверг, девятое мая. Не так душно, как вчера. Праздник. Это чувствовалось во всем. Даже на душе было как-то торжественно. Улицы заполнили радостные люди. Майя и Женя, улыбаясь, шли в толпе. Передвигались они сегодня чуть быстрее, чем обычно. Миша позвал их к себе, точнее, его мама. То, что Женя взял Майю с собой, так удивило и растрогало девушку, что она всю дорогу об этом твердила. Она была счастлива.
Как оказалось, Гусевы жили рядом с Мэнди и Кевином. До этого Женя не особенно обращал на это внимание. Дома в этом районе были похожи один на другой, поэтому любой мог запутаться. Женю всегда поражало то, что в своем родном городе, он ориентировался довольно плохо. Майя жила здесь чуть меньше двух лет, но знала город, как свои пять пальцев.
Уже две недели в Мишином доме был сломан лифт, поэтому подниматься ребятам пришлось по лестнице. Третий этаж – ребятам повезло.
Женя нажал на кнопку звонка. Дверь открыла мама его друга. Встретив эту женщину на улице, Майя ни за что ба не подумала, что это мама того самого Миши. Сказать, что они отличались – ничего не сказать. Волосы женщины были рыжие, чуть выше плеч. Хорошая фигура, из-за чего белое платье с зеленым узором смотрелось на ней невероятно. Она начала улыбаться, увидев Женю, и нисколько не удивилась, заметив рядом с ним спутницу. С интересом женщина рассматривала волосы неизвестной девушки и ее салатовые колготки.
– Это Майя! – представил свою подругу Женя, когда они прошли в квартиру.
– Очень приятно! – произнесла Мишина мама.
Из кухни вышла Нелли. Она выглядела немного расстроенной. В глазах тоска. Она нацепила на себя нелепую улыбку, но глаза в очередной раз ее выдали. Глаза всегда выдают. Наверное, Стас все еще не нашелся. Увидев новых гостей, девушка начала улыбаться приветливее.
– Привет, ребята! – произнесла она, махнув рукой, но через мгновение скрылась за дверью другой комнаты.
Женя и Майя собирались пройти за девушкой следом, но Мишина мама вдруг спросила:
– Майя, ты бы не могла помочь мне на немного кухне?
– Да, конечно! – проговорила она, улыбнувшись. Майя последовала за женщиной, а Женя отправился к друзьям.
На кухне Мишина мама начала бегать из стороны в сторону, как типичная домохозяйка. Она бралась то за одно, то за другое дело. Майя понятия не имела, чем может помочь. Женщина продолжала носиться по кухне, напевая какую-то песню.
– Вы поете Beatles? – спросила удивленно Майя, разобрав мотив.
– Да… мне нравится! – воскликнула Мишина мама, и, наконец-то, остановилась.
– Лучшая группа… на все времена…
Мишина мама улыбнулась и села на стул рядом со столом. Майя села рядом.
– Чем я могу вам помочь? – спросила девушка.
– А я не сказала? – удивилась мама Миши. – Ты будешь резать салат.
Она достала из холодильника все ингредиенты и положила на стол рядом с разделочной доской, которую Майя нашла сама.
– Знаете, мне всегда нравилось готовить… – произнесла девушка, когда начала резать овощи для салата.
– Да, – только и ответила Мишина мама, и Майя уставилась на нее взглядом полным непонимания. – Что?! – испуганно спросила женщина. – Почему ты так смотришь?
– Почему вы сказали да?
– Ну, просто, по тебе видно, что ты любишь готовить… не знаю, мне так показалось. Просто, я всегда думала, что творческие люди хорошо готовят…
Майя заулыбалась и продолжила резать салат. Мишина мама тоже что-то готовила. Они молча сидели и занимались своими делами, прежде чем на кухню зашел Миша. Когда он оказался на женской территории, обе отвлеклись от своего дела. Правда, Майю больше интересовал не приход парня, а то, что произошло с его мамой в этот момент. Она так изменилась с его приходом. Стала более серьезной, даже не улыбалась. Она будто боялась собственного сына…
– Привет, Майя! – воскликнул Миша, он вроде даже улыбнулся.
– Миша... рада тебя видеть… – отозвалась Майя.
– Я начал учить эльфийский! – произнес Миша, и она засмеялась. Ей вдруг стало так смешно от того, что Маша так серьезно воспринял ее слова. Парень то ли с удивлением, то ли с непониманием посмотрел на Майю, и его мама тоже засмеялась.
Он ничего не сказал и ушел из комнаты, оставив маму и Майю снова одних. Они не смотрели друг на друга, продолжая выполнять свою работу. Когда Майя прыснула от смеха, женщина последовала ее примеру. Они смотрели друг на друга и смеялись. Майя понимала, что женщину забавляет поведение сына, и была от этого в шоке.
– Знаете, вы на него совсем не похожи! – заявила она, когда немного успокоилась. – Вы другая. Никогда бы не подумала, что Мишина мама такая…
– Это комплимент? – спросила женщина, улыбаясь.
– Да! – воскликнула Майя и залилась смехом.
На кухне в квартире Миши, она чувствовала себя так спокойно, словно была дома. Как будто была на своей кухне… Там, в своей квартирке, она чувствует себя так спокойно и умиротворенно, когда готовила. Ее увлекал сам процесс приготовления блюда. В этом было что-то магическое, что помогало ей отвлекаться от внешних проблем.
– Как я могу вас называть? – неожиданно спросила Майя. – В смысле, как вас зовут?
– Называй меня Сандра… – проговорила Мишина мама.
– Сандра?! – удивленно переспросила девушка. – Это больше на псевдоним похоже…
– Это и есть псевдоним…
– Ваш? Зачем вам псевдоним?
Женщина с каким-то обиженным взглядом посмотрела на Майю.
– Неужели, Майя, ты думаешь, что я всегда была только Мишиной мамой? – девушка покачала головой, чуть замявшись от неловкости. – Знаешь, мне когда-то было столько же лет, как тебе, и я была… слегка сумасшедшая…
Майя засмеялась.
– Я знаю, – заявила она.
– Откуда? – удивилась Сандра.
– Вы до сих пор слегка сумасшедшая…Ой, извините, вырвалось нечаянно… – смутилась Майя, а потом добавила. – Это комплимент…
Женщина улыбнулась и начала лепить пирожки. Майя продолжала резать салат. Через несколько минут Сандра осторожно положила пирожки на противень.
– Скажи, Майя, кто ты? – спросила она, открывая духовку.
– В смысле? – не понимая вопроса, спросила Майя. Ее очень удивили слова Сандры. Ни о чем подобном ее еще никогда не спрашивали.
– Я имею в виду, кто ты? Хипстер?
– Нет.
– Тогда хиппи?
Майя снова отрицательно ответила, слегка возмутившись.
– Но на панка ты не похожа! – заявила Сандра, уставившись в упор на гостью.
– Вот и правильно, – подтвердила Майя. – Никакой я не панк…
– Тогда кто ты? – снова повторила свой вопрос Мишина мама.
– Я Майя! – ответила девушка, улыбаясь. – Майя! Просто Майя!
Сандра засмеялась. Она достала еще один салатник и, разместившись рядом с Майей, начала резать еще один салат.
– Ты похожа на Майю… – сказала она.
– Никогда ничего подобного в жизни не слышала, – произнесла девушка и уставилась на сидящую рядом женщину. – А вы похожи на Сандру… – продолжила она.
– Спасибо, Майя…
– Да не за что… это ведь, правда. Я не вру. По крайней мере, стараюсь. Можете спросить у Жени…
– Я тебе верю, просто…
– Что просто?
– Просто… все слишком сложно… – заявила Сандра, взглянув на Майю жалостливым взглядом.
– Звучит довольно странно!
– Но так и есть…
– Да, конечно. Но ведь… можно попытаться самим делать жизнь проще, – все так же улыбаясь, произнесла Майя. – Как в математике. В начале перед тобой сложное уравнение, и ты понятия не имеешь, что с ним делать, но… в конце концов, всегда оказывается, что нужно было только упростить, и… все получается.
Мишина мама кивнула, и Майе показалось, что та сейчас заплачет. Женщина, наверное, так бы и сделала, но… Сандра сама не знала, почему не заплакала.
– Что вас так тревожит? – спросила Майя.
– Лучше сказать кто… – исправила ее женщина.
– Миша? – тут же догадалась девушка.
– Конечно, он, – кивнув, ответила его мама. – Просто… я не знаю, почему он такой. Ну, ты понимаешь какой… – Майя кивнула. – Я не знаю, что я делала не так…
– Вы здесь ни при чем… и никто ни при чем. Только, может, Миша, но… ведь он хороший. Как только я узнала его получше, я поняла, что он не плохой… он своеобразный…
– Он доводит Нелли! – воскликнула Сандра. – Зачем он это делает? Она ведь одна из немногих, кто его понимает…
– Все будет хорошо! – заявила уверенно Майя. – Знаете, даже Пауло Коэльо говорил, что все всегда заканчивается хорошо. Если все закончилось плохо, значит это еще не конец.
Сандра засмеялась.
– Значит, я должна радоваться… – проговорила она. – Ведь если слушать этого твоего Коэльо, то до конца еще далеко. С Мишей ведь никогда не знаешь, когда будет хорошо…
Майя улыбнулась. Почему-то ей нравилось, какой подход к жизни выбрала Мишина мама.
– Это уж точно! – произнесла девушка.
– Знаешь, мне иногда кажется, что… если бы Миша встретил меня тогда, лет двадцать назад, он бы разговаривать со мной не стал. Это меня пугает.
– Неправда! – воскликнула Майя. – Он бы узнал вас лучше, и…
Сандра пожала плечами. Они замолкли. В тишине был слышен только стук ножей по досочкам. Из соседней комнаты еле слышно доносились голоса, но Майя и Сандра не вслушивались в них.
– Вот почему, Майя, ты выросла такой, а Миша другим? Ты какая-то беспроблемная
Майя усмехнулась.
– Вы ошибаетесь, уважаемая Сандра! – произнесла она. – У каждого из нас в жизни своя драма…
Мишина мама кивнула, после чего достала из духовки противень с готовыми пирожками. Выглядели они замечательно. Майя попыталась вспомнить, когда в последний раз готовила что-то ее мама, но так и не смогла. Она вздохнула и взяла пиалы с салатами. Они отправились в соседнюю комнату, где находились остальные.
Миша что-то рассказывал Нелли, которая сидела рядом. Когда она смеялась, он начинал смеяться вместе с ней. Марк читал какую-то книгу, очень похожую на учебник. А Женя… он разговаривал с каким-то неизвестным Майе пожилым мужчиной. Это был Мишин дедушка. Она поняла это сразу.
Сандра, пройдя по комнате, положила противень с пирожками на стол, и Майя последовала ее примеру. К еде никто не притронулся, кроме Марка: тот взял один пирожок и снова уютно устроился на прежнем месте. Сандра села на диван чуть подальше от Миши. Наверное, слушала их разговор с Нелли. Находясь в центре незнакомой комнаты, Майя точно знала, что будет делать. Она решила познакомиться с дедушкой Миши. Взяла противень и, подойдя к Жене и пожилому мужчине, предложила им по пирожку. Они взяли по одному. Девушка отнесла выпечку на место и вернулась. Женя к этому моменту уже перебрался поближе к Сандре, которая стала его о чем-то расспрашивать.
– Меня зовут Майя! – представилась девушка и заняла прежнее место Жени. Мишин дедушка не без удивления рассмотрел девушку, после чего на его лице расплылась улыбка. Он не понимал современную моду, но Майя показалась ему милой.
– Геннадий Федорович! – представился он.
– Очень приятно с вами познакомиться… – дружелюбно произнесла девушка с улыбкой на лице. – И с праздником вас!
Лицо Мишиного дедушки радостно засияло.
– Спасибо, милая!
– Расскажите что-нибудь… – попросила Майя у него, и он удивленно на нее взглянул. Эта странная девчонка так быстро заводила разговор, но пожилому человеку это даже нравилось.
– Что я могу тебе рассказать?
– Не знаю. Что-нибудь… хорошее… – произнесла Майя. – Моя бабушка всегда мне что-нибудь рассказывала. Мне так нравилось…
– Почему же теперь не рассказывает? – поинтересовался Геннадий Федорович, чуть нахмурив брови.
– Она умерла…
– Мне очень жаль, милая…
Майя кивнула, и Мишин дедушка понимающе вздохнул.
– Умерла! – повторил он вдруг. – Да что это вообще значит? Исчезла? Испарилась?
– Ушла! – решительно заявила Майя. Она сама от себя такого не ожидала. – Это значит уйти…
Ее глаза покраснели. Она не хотела плакать. Только не сейчас. Но эмоции человеку не подвластны. Слезы одна за другой катились по ее лицу. Она закрыла глаза руками и вытерла слезы. Горечь ушла, но легче не стало. Так всегда и бывает.
– Нет ничего страшного в слезах… – произнес Мишин дедушка.
– Я знаю… – сказала Майя. Теперь она окончательно успокоилась. – Просто, я не люблю плакать, а если и плачу, то одна… когда никто не видит.
– Хочешь казаться сильной?
– Нет. Дело не в этом, просто… слезы для меня это личное. Для меня плакать перед людьми, то же самое, что изливать душу первому встречному… Мало тех, кто видел мои слезы…
– Я видел! – воскликнул Геннадий Федорович, подняв руку вверх, как делают дети в начальной школе. Такой забавный. – Значит, я не первый встречный… – он расхохотался, и Майя засмеялась вместе с ним. – Хочешь рассказать мне что-нибудь? – спросил Мишин дедушка добродушным тоном.
– Нет, – ответила Майя, покачав головой.
– Почему же? – расстроено проговорил Геннадий Федорович. – Неужели думаешь, что я могу кому-то сказать… – начал он.
– Нет, нет, нет! – возразила Майя. – Вы поняли меня неправильно. Я имела в виду лишь то, что мои истории слишком долгие, нудные и абсолютно неинтересные…
– С чего же ты так решила? – в недоумении спросил Мишин дедушка. – Жизнь каждого – история. Каждая история чего-то стоит.
– И все же… – не поддавалась девушка. – Расскажите лучше вы что-нибудь!
– Что же мне тебе рассказать?
Майя пожала плечами.
– Что-нибудь светлое и доброе…
– Расскажу тебе про маму! – воодушевленно проговорил Геннадий Федорович. Его глаза загорелись, и он начал. – Она была лучшим человеком из всех, кого я знал. Как сейчас помню ее добрый взгляд, ее улыбку… и еще помню ее потерянный взгляд, когда она отца отправляла на войну. Она никогда не плакала. Наверное, не хотела показывать свою слабость. Она работала, работала, работала… Я был маленький, и поначалу никак не мог осознать, что она умерла… На войне так часто бывает. Просто, умерла. Оставила нас одних. Просто, болезнь… – Мишин дедушка так и не закончил это предложение, перескочив на другое. – Помню, сестра осталась за старшую. Работала, не покладая рук. Так шли дни. Один за другим. Такие похожие, такие однообразные, что даже и не вспомнишь, что когда было, в каком году… Но я отчетливо помню тот день, когда отец вернулся. Война уже закончилась, а мы понятия не имели, жив ли он. Отец зашел в дом такой счастливый, а потом…
– Он узнал о смерти своей жены, – продолжила за Геннадия Федоровича Майя, и он лишь кивнул. – Он ее любил, да?
Мишин дедушка снова кивнул.
– Да! – произнес он решительно. – Я больше никогда такой любви не видел…
– Вы счастливый человек, раз видели это! – с улыбкой произнесла Майя, и Геннадий Федорович улыбнулся в ответ. – Она была красивая? – снова спросила девушка.
– Да! – произнес Мишин дедушка, задумавшись. – Красивая. Очень. У нее были такие же длинные волосы как у тебя, – проговорил он, указав на волосы Майи. – Она их все время заплетала в косу и подвязывала лентой. Голубой-голубой, как небо. Русые волосы, глаза карие. Такие добрые. Ее глаза всегда были такие добрые, даже когда она злилась. Я мог смотреть в ее глаза часами, потому что тогда чувствовал спокойствие. Даже в самые темные времена…
Геннадий Федорович притих. Он молча посмотрел на Майю.
– Так трогательно… – произнесла она не очень громко.
– Что? – с улыбкой на лице спросил Мишин дедушка.
– То, как вы рассказываете, – пояснила Майя. – Это так трогательно…
Геннадий Федорович пожал плечами и, задумавшись, продолжал смотреть на Майю. Она отвела взгляд в сторону. Нелли и Миша все еще смеялись. Сандра, разговаривая с Женей, продолжала слушать разговор рядом сидящих ребят. Марк читал книгу.
– Неужели тебе нечего рассказать? – спросил Геннадий Федорович у Майи, заметив, что та отвлеклась.
– Мне? – удивленно переспросила она. – Я могу завалить вас своими историями… Хотите я расскажу вам, как начала играть на виолончели?
Мишин дедушка одобрительно кивнул.
– Так значит, музыкант?
Майя расплылась в улыбке.
– Рассказывай, – произнес Геннадий Федорович, и девушка начала.
– Мне было семь лет, когда мы с мамой пришли в музыкальную школу. Папа настоял на том, чтобы я туда ходила. Правда, тогда мы еще толком не знали, на каком инструменте я буду учиться. Мама сказала, чтобы я сама выбирала. Я ценила то право выбора, которое они мне подарили. Помню, мы зашли в первый попавшийся кабинет. Там была только одна девочка, она играла на неизвестном мне инструменте, но мне так понравилось его звучание. Я спросила у мамы, что это за инструмент. “Виолончель”, – ответила девочка. И тогда я выбрала. Виолончель. Наверное, это была судьба. Первый кабинет, первый инструмент. У меня ведь никогда не возникало мысли о том, чтобы бросить. Я бы никогда не смогла предать свой инструмент. Помню, как маленькая и худенькая сидела за виолончелью. Я выглядела так нелепо. Мама смеялась, но мне все равно нравилось. Я любила смычком водить по струнам. Сначала звуки были действительно ужасными, но потом… уже была музыка. Бах, Вивальди, Прокофьев, Шостакович, Шуберт… Я их обожаю…
Майя даже не заметила, что во время повествования с ее лица не сходила улыбка. Такая яркая и солнечная, что Мишин дедушка тоже начал улыбаться.
– А ты говорила «трогательно», – произнес Геннадий Федорович. – Да разве то, как ты рассказываешь, не трогательно?
Майя пожала плечами.
– Просто, я ее обожаю… виолончель…
Мишин дедушка снова заулыбался. Он смотрел на Майю, которая пальцами, как по струнам, перебирала воздух. Заметив, что на нее смотрит Геннадий Федорович, она перестала.
– Сейчас играешь? – спросил он.
– Да! – произнесла Майя.
– Что? Что играешь?
– Шопен. Фредерик Франсуа Шопен. Соната для виолончели и фортепиано. Я играю вместе со своим преподавателем. Она на фортепиано, ну а я…
– Напой! – попросил Геннадий Федорович.
И Майя начала воссоздавать такую знакомую ей мелодию. Сначала тихо, но все громче и громче. Она закрыла глаза от наслаждения. Мелодии, которые она напевала, были действительно чудесными. Голос у Майи был прекрасный, так что вышло очень хорошо.
Девушка открыла глаза, когда закончила мелодию, и теперь заметила, что на нее смотрят все. Она не думала, что поет так громко. Майя посмотрела на Геннадия Федоровича, который с улыбкой на лице слушал ее пение.
– Вам понравилось? – спросила у него Майя.
– Чудно! – ответил он, улыбаясь. – Очень даже… но я хотел бы услышать инструмент. Хочу послушать, как ты играешь…
– Я обязательно для вас сыграю! – оживленно ответила Майя. – Я обещаю…
Геннадий Федорович кивнул, и Майя заулыбалась как бы в знак согласия.
– Что это? – спросила Нелли восхищенно. – Кто написал?
– Шопен! – ответил за Майю Женя, и она только кивнула.
– У тебя хороший голос, Майя, – проговорила Сандра, – это было невероятно. И музыка… она тоже прекрасна…
Майя лишь только заулыбалась. Что ей еще оставалось делать? Они говорили о ней, а она смущенно это слушала. Девушка хотела спеть для Геннадия Федоровича, а тут такое внимание. Хотя ей было приятно. Ей никогда не говорили о том, что она хорошо поет. Она вроде и не пела-то никогда…
Женя и Майя вышли из дома Миши около семи часов вечера. Они ушли первые, и Сандра совсем не хотела их отпускать. Особенно Майю. Женщина хотела еще поговорить с ней. Но ребят уже ждали Мэнди и Кевин. В последнее время Женя чувствовал себя занятым все время, и ему это нравилось.
Мэнди была так рада им, словно они принесли ей Оскар за лучшую женскую роль. Она и Кевин уже давно их ждали. Они позвали их просто так, без какого-либо повода. У Мэнди уже который день плохое настроение, и ей необходимо общение. Конечно, Эльвира приходила почти каждый день, но Мэнди хотела чаще видеть Майю, которая в последнее время где-то пропадала.
– Наконец-то! – воскликнула Мэнди, когда Женя и Майя зашли в комнату. Она ничего не делала, просто сидела на диване, как Эльвира и рассказывала. – Я уж думала, что вы не придете…
Она обняла сначала Майю, потом Женю. Счастливая она снова опустилась на диван. Ребята последовали ее примеру. Кевин ушел в другую комнату.
– Что делала сегодня? – спросила у Мэнди Майя.
– Ничего, – спокойно ответила та, пожимая плечами.
– И ведь ты говоришь серьезно, – встревожено проговорила Майя, и Мэнди кивнула. – Что происходит? Мэнди, что случилось?
– Не знаю, – ответила та, поднимая и опуская плечи. – Просто, грустно…
Майя обняла подругу и произнесла:
– Хочешь, я приготовлю тебе чаю?
– Ромашкового! – ответила Мэнди, улыбнувшись уголками губ. – Кевин должен был его купить…
Майя кивнула и ушла на кухне. Женя остался один на один с Мэнди. Он хотел ей что-то сказать. Ему казалось, что он должен что-то придумать. Парень посмотрел на Мэнди, такую задумчивую и расстроенную. Он вдруг понял: что бы он ни сказал, ей все равно это не поможет.
Они сидели в тишине. Мэнди смотрела вперед себя напряженным взглядом. Женя поглядывал на девушку краем глаза.
– Почему ты молчишь? – спросила Мэнди, не поворачивая голову в сторону Жени.
– А что я могу тебе сказать? – произнес парень. – Ведь что бы я ни сказал, тебе не поможет…
– Да! Ты прав, – сказала она. – Мне ничего не поможет…
– Это неправда! – воскликнул Женя, нахмурившись.
– Что неправда?
– То, что ты сказала! Ты сказала, что тебе ничего не поможет, но это неправда…
– Но ведь ты сам так сказал, – усмехнувшись, произнесла Мэнди.
– Я сказал не так, – возразил парень. – Я сказал, что не могу тебе помочь… сейчас. Просто, в голову ничего не приходит! В голове сейчас только одна мысль… хотя это неважно…
– Расскажи? – заинтересованно попросила Мэнди.
– Это, правда, неважно! Просто, вспомнил вдруг, как моя сестра в школе подралась. Я тогда так гордился тем, что она моя сестра. Знаю, что на самом деле гордиться тут нечем, но… мне это так нравилось. Понятия не имею, почему вдруг это вспомнил. Мне казалось, что я это давно забыл…
Мэнди заулыбалась и, наконец-то, повернулась к Жене лицом. В очередной раз парень поразился тому, как она смотрит на него. Она будто могла видеть…
– Знаешь, ведь у меня тоже такое бывает! – произнесла девушка. – Вчера вдруг вспомнила, как в третьем классе мой лучший друг каждый день покупал мне мороженое. Мы ходили домой вместе, потому что жили в одном дворе. Мы были лучшими друзьями все детство…
– А потом?
– А потом выросли…
– И перестали общаться?
– Да! Так и было. Странно, но мы общались все меньше и меньше, а потом совсем перестали…
– Почему?
– Не знаю. Наверное, слишком разными были…
– И о чем ты еще вспоминаешь? – спросил заинтересованно Женя, и Мэнди заулыбалась.
– Не могу ответить двумя словами, о чем думаю. Уж слишком много всего умещается в моей голове. Я часто вспоминаю, как папа водил меня кататься на каруселях. Мне было восемь лет. Я до этого всегда боялась на них залезать, мне казалось, что это слишком высоко. Но папа сказал, что это совсем не страшно, а даже весело. И это была правда! Мне так понравилось кататься на каруселях. Они были такие яркие, разноцветные. Все смеялись, и я тоже смеялась. Меня папа потом еще водил на карусели четыре раза. Я каталась на них пять раз. Это очень мало, но я сама так хотела, потому что так я смогла запомнить каждый наш поход. Каждый раз был событием.
Женя вдруг засмеялся, и Мэнди в непонимании откинулась на спинку дивана.
– Что ты смеешься? – спросила она у него.
– Просто, это так необычно! – объяснил Женя. – Кататься на каруселях всего пять раз, чтобы запомнить…
Мэнди улыбнулась.
– А о чем ты еще думаешь?
Мэнди задумалась и через некоторое время произнесла:
– Раньше я очень любила играть в футбол и однажды, когда мы играли во дворе, я разозлилась и пнула мяч так сильно, что разбила окно в чьей-то квартире. Мы убежали, нас так и не нашли…
– Ты сейчас рассказывала, и я вдруг вспомнил, как в том году мы с Мишей, моим другом, проходили через какой-то двор. На самом деле, я даже не помню, куда мы шли, но это неважно. В общем, идем мы через тот двор, и Мише приспичило пнуть тот мяч, лежащий рядом с качелями. И знаешь, он, как и ты, разбил окно, но он не стал убегать. Он слишком правильный для этого, хотя я убежал…
Мэнди засмеялась. Теперь ей на самом деле стало смешно. Она представила, как взрослый парень разбивает окно мячом, а потом идет в нужную квартиру и отдает деньги за ремонт. Такого она никогда не встречала.
В комнату зашла Майя. Она хотела сказать, что чай готов и позвать Мэнди и Женю на кухню, но, увидев смеющуюся подругу, так и застыла на месте от удивления.
– Эм, по-моему, тебе уже чай не нужен… – произнесла она.
– Нет, нет, – возразила Мэнди, перестав смеяться. – Чаю я все еще очень хочу!
Они пошли на кухню, где за столом уже разместился Кевин. Он улыбнулся Мэнди, словно забыл, что девушка не увидит, но она тоже ему улыбнулась. Женя так этому удивился, что на мгновение даже застыл на месте.
– Эй, Джо, может, сядешь? – тут же вмешалась Майя.
Женя сел рядом с ней, продолжая наблюдать за Мэнди и Кевином. Они, как ни в чем не бывало, пили чай. Все молчали, даже Майя. Улыбка с лица Мэнди постепенно пропадала. Постепенно девушка превратилась в ту Мэнди, к которой сегодня пришли ребята. Она снова стала грустной. Даже ромашковый чай не помогал ей справиться с печалью. Увидев это, Майя поспешила спросить:
– Эльвира к вам сегодня приходила?
– Ой, да лучше бы не приходила! – ответил Кевин. – Только настроение испортила…
– А что случилось?
– Она опять начала говорить о том, что Алекс снова позвал своего друга... ну, этого… – Кевин пытался вспомнить его имя. – Да как его зовут-то?
– Стас? – нерешительно спросила Мэнди.
– Да! – воскликнул Кевин. – Точно!
– Что за Стас? – спросила Майя. Она удивленно уставилась на Мэнди, а затем и на Кевина. – Я его не знаю. А вы? Видели его?
– Почему тебя вдруг это заинтересовало? – ехидно спросил Кевин, глядя на Майю.
– Просто интересно, кто мог так достать Эльвиру… – ответила спокойно девушка.
– На самом деле, я его тоже не видел… – начал говорить Кевин.
– Ну, я как ты понимаешь тоже, – перебила его Мэнди. В ее голосе не было ничего необычного. Она не возмущалась, а говорила спокойно.
– Но я бы очень хотел его увидеть! – продолжил оживленно Кевин. – Познакомились они, по-моему, недавно, но Эльвира его терпеть не может… да это неважно…
Майя улыбнулась, и начала смотреть на Мэнди, которая без какого-либо интереса пила свой чай, без какого-либо интереса слушала про этого Стаса…
– Знаешь, Мэнди, я хотела сегодня взять с собой виолончель и сыграть тебе, – призналась Майя. – Просто, не получилось…
Мэнди заулыбалась. Она положила свою чашку на стол и тихо произнесла:
– Я это очень ценю…
– Что? – не поняла Майя.
– Нашу дружбу, – пояснила Мэнди. – Правда.
Майя заулыбалась, и специально для подруги произнесла:
– Это очень мило…
И Мэнди снова улыбнулась, а потом вдруг неожиданно для всех сменила тему разговора.
– И Эльвиру с этим своим разговором про Стаса больше не подпускай! – обратилась она к Кевину. – Когда сегодня она миллионный раз начала об этом говорить, мне… честное слово, я хотела ей врезать…
Кевин засмеялся, чуть не выронив чашку из руки. Майя и Женя его поддержали. Даже сама Мэнди засмеялась от собственных слов. Кто бы мог подумать, что она может так выражаться? Но все понимали, что она шутит.
Таким уж была человеком Мэнди: сразу понятно, когда шутит, а когда нет. И сейчас она сказала так только потому, что должна была как-то разрядить обстановку. Она хотела, чтобы друзья не расстраивались из-за нее, поэтому всеми силами пыталась показать, что у нее все хорошо. Проблема была лишь в том, что Мэнди – плохая актриса. Ее настоящие чувства всегда запросто читались в глазах. Как бы она ни пыталась, она бы их все равно не скрыла.
Женя и Майя ушли, когда уже стемнело. Мэнди с улыбкой на лице их проводила. Она изо всех сил пыталась показать радость, но у нее не получилось. Ребятам пришлось сделать вид, что они не поняли этого. Совесть их мучила. Всех.
– Такая грустная, – сказал Женя, когда они вышли из подъезда.
Майя кивнула и попросила закрыть эту тему. Женя согласился и пошел провожать девушку. Первое время они молчали. Оба вспоминали взгляд Мэнди. Оба понимали, что ничем ей не помогли. Так, за этими раздумьями, они, наверное, дошли бы до дома, если бы Майя не сказала:
– Мне Геннадий Федорович сегодня рассказал одну очень странную вещь…
– Какую? – заинтересованно спросил Женя.
Они шли по заполненной людьми улице. Никто не собирался уходить домой. Все толкались в толпе, бродили по перекресткам. С утра людей на улице меньше не стало. Как будто все боялись идти домой, поэтому просто так слонялись по городу.
– Он рассказал мне о том, как сильно его родители любили друг друга, – проговорила Майя. – Он рассказывал так искренно. Неужели на самом деле так бывает?
Она уставилась на Женю своими голубыми глазами. Она ждала от него ответа, но он не знал, что сказать.
– Неужели ты, Майя, никогда не любила?
– Я? – спросила она удивленно. – Не знаю, – она пожала плечами. – Хотя… нет. Точно нет. Ни разу в жизни.
– Ты серьезно? – удивился Женя. Он ушам своим не верил. – Ты, Майя, такая вся солнечная и радостная… излучающая любовь ко всему, никогда никого не любила?
– Да что в этом такого то? – не понимала она.
Женя пожал плечами. Они спокойно продолжили путь к Майиному дому, но эта мысль из его головы никак не уходила.
– Неужели ты никогда ни с кем не встречалась? – спросил он, хотя она не очень хотела развивать эту тему.
– Встречалась, конечно, – ответила девушка.
– Дай угадаю, они все были идиотами, – предположил Женя.
– Нет, – спокойно проговорила Майя. Она даже не рассердилась. – Вовсе нет… Ну, не все, во всяком случае. Некоторые были просто уродами. Даже вспоминать о них не хочу. Но были очень хорошие. Правда! Они даже делали вид, что понимают меня…
– Но почему тогда… – не понимал парень. – Почему ты с ними расставалась? Если они были хорошими, то почему?
– Во-первых, – начала объяснять девушка, – я их не любила, а во-вторых, у меня на все есть свое мнение. Многих это не устраивает, – она задумалась. – Это не устраивало всех. Всем им нужна была та, которая во всем с ними соглашается, но… это не я. Это не по мне. Я не такая. Я так не могу… Быть может, если бы я хотя бы их любила, то вела бы себя иначе, но… нет. Их я не любила.
Майя улыбнулась. Всю оставшуюся дорогу оба молчали, но это не выглядело странно. Ничуть. Ведь молчание не обязательно должно создавать ощущение неловкости. Если ты молчишь с человеком, который тебе очень дорог, то слова не нужны. Более того, они иногда мешают.
Очень скоро ребята дошли до дома Майи. Она попрощалась с Женей, помахала ему рукой и скрылась за дверью своего подъезда. А он… он так и стоял на одном месте. Было видно, как в окнах ее квартиры загорелся свет. Она что-то сейчас будет делать, а Женя… он стоял у ее окон, и в голове у него была только одна мысль. Мысль о том, что Майя никогда никого не любила, а он… он, кажется, в нее влюбился…

Они сидели на скамейке около ее дома. Майя с улыбкой на лице крутила перед Жениным лицом своим плеером – единственное современное устройство, которое она признавала. Она включала свои любимые песни, чтобы Женя их услышал. Она, не стесняясь, подпевала знакомым исполнителям. Майя будто думала, что поет вместе с той группой, чья музыка сейчас играла в ее плеере. Будто сейчас она была на записи этой самой песни, а не здесь. Она была такой счастливая в этот момент.
Майя здоровалась со всеми жителями своего подъезда, хотя те ее игнорировали. Они делали вид, что не замечают девушку, хотя это было невозможно: Майя говорила очень громко.
– Зачем ты с ними здороваешься, если они с тобой – нет? – спросил у нее Женя.
– Просто, они слишком заняты, – объясняла Майя. Она сама искренне в это верила. – Они всегда такие. Я привыкла.
Сейчас она была так счастлива, что на сто процентов верила в собственную мысль. Почти все выходящие из подъезда люди знали ее бабушку. С ней они всегда здоровались, но с Майей…
Когда-то бабушка ей сказала: «Делай добро, и оно вернется». Майя честно следовала этому совету. Она пыталась быть разумнее. Она всегда выполняла обещания данные бабушке.
В эту минуту она сидела на скамейке и слушала свою любимую музыку. Больше ей было ничего не нужно. Она о чем-то задумалась, и Жене так интересно было узнать ее мысли. Но Майя молчала и, улыбаясь, продолжала махать рукой своим соседям.
– Время так быстро уходит, – произнесла она вдруг. – Мы ведь знакомы уже две недели, а я все прекрасно помню. Как ты ко мне подсел и что я тебе сказала. Это так странно.
– Да, – подтвердил Женя. – Это точно. Иногда мне так хочется, чтобы у меня была кнопка, которая останавливает время. Почему у меня ее нет?
– Не знаю, – задумчиво ответила девушка.
– А я знаю! – воскликнул Женя. – Ее не существует.
Майя как-то странно улыбнулась, не так, как обычно. Не весело. Как-то печально.
– Может, ты потом что-нибудь придумаешь? – обратилась она к Жене. – Что-нибудь, что остановит время…
Он засмеялся.
– Ведь ты не серьезно? – спросил парень.
– Конечно, нет, – ответила девушка и примолкла. Она отвернулась от собеседника и начала что-то высматривать вдалеке. – Дни ведь тоже уходят… – сказала она, снова взглянув на Женю. – Уходят куда-то… безвозвратно.
– Да, – подтвердил он. – Точно.
– Вот сейчас сижу, думаю обо всем этом, а потом… ничего и не вспомню. Значит, этот день когда-то будет просто историей. Никто не будет знать, что мы здесь сидели. Быть может, мы сами этого не вспомним, но… это ведь происходит сейчас. Кто-то сядет сюда снова и снова. Никто не узнает, но… мы здесь были. Мы сейчас тут сидим. Это несправедливо…
– Ну, напиши свое имя на скамейке… – предложил Женя. Эта идея пришла ему в голову так неожиданно, что он сам удивился.
– Это не выход, – возразила Майя. – Запись сохранится ненадолго. Скамейку перекрасят, надпись тоже… Может быть, ее вовсе разберут, сломают…
– Ну и что? Надпись то останется. В любом случае. Под слоем краски, на одной доске. Как бы странно это не звучало, но вещи запоминают информацию обо всех. Они не могут никому об этом рассказать, но и забыть чего-то тоже не могут. Вещи – идеальные хранители информации. Они никогда тебя не забудут.
Женя достал из кармана толстовки ручку, он всегда носил ее с собой на случай, если в голову придет какая-то мысль, и протянул Майе. Она как-то недоверчиво посмотрела на друга, но все-таки взяла ручку и аккуратным почерком на спинке скамейки вывела “Помни Майю”, а через некоторое время приписала “и Джо”. Вечная история. Их вечная история навсегда останется здесь.
После этого Майя вскочила со своего места, словно обожглась. Они побежали к Мэнди и Кевину, которым обещали, что за ними зайдут. Мэнди уже давно их ждала, ей не терпелось скорее очутиться на пляже. Сегодня все ее друзья собираются там, на пляже, с ночевкой. Спать в палатках… Мэнди давно этого хотела…
Когда Майя и Женя подошли к дому друзей, те уже стояли на улице. Они их ждали уже несколько минут. Мэнди улыбалась, но все осознавали, что она вновь играет, снова не очень хорошо. Все, что она чувствовала на самом деле, она держала внутри себя, изо всех сил пытаясь не выплеснуть это наружу. Мэнди не хотела портить хорошее настроение друзей. Такая она была: всегда о себе думала только в последнюю очередь.
Весь путь до пляжа она пыталась как-то рассмешить Майю, Женю и Кевина, а они в ответ – пытались развеселить ее. В итоге, никто из них не смеялся. Так, они дошли до места назначения. К этому моменту собрались уже все. Увидев только что пришедших ребят, Эльвира засияла и побежала им навстречу. Кивнула Майе, потом парням, стоящим рядом. Она обняла Мэнди и что-то прошептала ей. Мэнди задумалась и кивнула. Женя не понимал, что происходит, и заинтересованно следил за тем, как две девушки уходят в лес, находящийся по левую сторону от пляжа. Кроме Жени большого значения этому никто не придал, но ему поведение девушек казалось невероятно странным. Может, они часто так делают? Зачем они идут в лес? Что они хотят сказать друг другу?
– Куда они? – спросил парень у Майи, переживая за своих новых знакомых.
– Не знаю, – ответила она.
И все. Больше ничего не сказала. Женя не понимал, зачем для того, чтобы просто поговорить нужно куда-то уходить. Неужели там что-то настолько секретное…
Остальные насчет этого вообще не волновались. Клара и Паша играли в бадминтон, но им, похоже, было не очень весело. Девушка играть вообще не умела, а у парня получалось отлично. Рядом с неуклюжей Кларой, которая не могла отбить ни одного волана, мастерство парня увидеть было нельзя. Паше играть было совсем неинтересно, и он все время поддавался Кларе, которая этого совсем не замечала. Всегда, когда он не отбивал ее подачу, она над ним подсмеивалась, и он закатывал глаза.
Алекс в одиночестве сидел на огромном камне и смотрел вдаль. Женя впервые видел этого парня таким. Задумчивый. На его лице присутствовало напряжение – он явно о чем-то думал. Подобное выражения лица Алексу совсем не подходило. Он словно был в чужой оболочке. Раньше Женя видел его выпивающим и веселым, а сегодня он даже не пил. В таком настроении его было не узнать. Вроде ничего и не изменилось, но уже не так, как раньше. Люди меняются. Иногда резко и ненадолго, но все равно это что-то значит. Все меняется, нет ничего постоянного. Погода, чувства, мнение. Все движется к чему-то.
Алекс сидел сам не свой, когда к нему присоединился Саша. Они начали о чем-то разговаривать, время от времени – смеяться. Алекс скрыл свои истинные чувства. Они у него были, просто, он всегда их очень далеко прятал. Так далеко, что сам иногда не находил. И так он жил. Играл кого-то бесчувственного. Делал вид, что все игнорирует. Это был не он. Ну, то есть он, но ненастоящий. Алекс был актером в собственном спектакле жизни.
Саша, Элли, Влад, Ник и Алена сидели совсем рядом с морем и что-то шумно обсуждали. Им было действительно весело. Саша громко хохотала, и ее смех был такой заразительный, что сидящие рядом с ней друзья невольно тоже начинали хихикать. Оказывается, Саша и вправду была болтушка. Сегодня не было запретов. Она говорила обо всем на свете, причем так долго, что сама иногда забывала, с чего начинала разговор.
Ханна удобно устроилась у дерева с книгой. Она пришла на встречу с друзьями, но как-то отгородилась от них. Девушка вчитывалась в каждое слово, будто там были какие-то заклинания. Время от времени отводила взгляд в сторону и думала о чем-то своем.
Чуть подальше от Жени стояли Кевин, Джек и Майя. Они шумно о чем-то беседовали, иногда переходили на спор. Майя явно что-то доказывала своим друзьям, причем с таким упорством, словно выводила новый закон по физике.
Сейчас все было не так, как представлял себе Женя. Он ожидал радостную болтовню и море улыбок. Он шел за весельем, но получил это. Друзья Майи разделились на несколько отдельных компаний, будто их ничего не связывало. Женя не понимал, что происходит. В такие моменты, как сейчас, он жалел, что не умеет читать мысли чужих людей. Парень наблюдал за всеми со стороны, но даже не заметил подошедшую сзади Лару. Она, хоть и не хотела, но напугала его. Женя даже не обратил внимания на то, что она отсутствует. Все это время она сидела немного в стороне.
Увидев испуганное лицо Жени, она засмеялась и только потом извинилась. Не наигранная, не грустная. Она была собой.
Теперь они вдвоем наблюдали за происходящим, словно сидели в кинотеатре. Не хватало только попкорна и, собственно говоря, кино. Вместо фильма здесь показывали жизнь. Такую странную и непонятную. На мгновенье Ларе с Женей показалось, что они здесь лишние. Их никто не замечал. Все были сконцентрированы на себе и своих проблемах. Они не всегда такие. Нет. Но какая разница, какие они обычно, если сейчас были такие. В этой жизни главное только сейчас. Другое неважно.
– Что с ними происходит? – не выдержал Женя.
– Проблемы, – сказала она таким тоном, как будто это было очевидно. – Вот что происходит.
– Неужели у всех?
Женя удивленно уставился на Лару. Она посмотрела на него, но быстро отвела взгляд в сторону. Она вглядывалась в кучки своих друзей, пытаясь всех рассмотреть.
– Нет, – наконец-то произнесла она. – Не у всех… ну, ты сам видишь. Сегодня так вышло…
– А Алекс? – спросил Женя. – Что с ним?
– Он скрывает свои чувства, – пояснила девушка. – Ему так проще. Ты плохо его знаешь. Он стал таким, какой сейчас, наверное, потому что все свои чувства прятал в себе. Чем дальше он их прячет, тем каменней становится его лицо. Если он не перестанет это делать, то, в конце концов, совсем перестанет что-либо чувствовать.
– Но ведь можно все исправить, – произнес парень.
– Конечно. Что угодно можно исправить. Всегда. Вопрос лишь в том, хочет ли человек это исправлять.
Лара посмотрела на Алекса, который все еще болтал с Сашей. Перевела взгляд на Джека. Она разглядела всех друзей.
– Значит, сегодня они весь вечер будут такими? – спросил у нее Женя, совсем недовольный такой ситуацией.
– Нет, – успокоила его девушка, покачав головой. – Через час или полчаса все будет нормально.
– Люди так часто меняются, правда?
– Да, вот только они все равно возвращаются к началу…
– В смысле? – спросил Женя, взглянув на собеседницу. Он совсем не понял, что она имела в виду.
– Как бы человек не менялся, он все равно будет тем, кем должен быть, – объяснила Лара. – Все в этом мире, если задуматься, происходит не зря. Нет ничего случайного.
– Значит, они не случайно себя так ведут? – спросил Женя, имея в виду всех ребят, но смотрел он в этот момент на Майю.
– Значит, так, – пожав плечами, произнесла его собеседница.
-– Я встретил Майю не просто так, – утвердительно сказал парень. – И с вами она познакомила меня тоже не случайно. Наверное, все это для того, чтобы вы научили меня правильно жить…
Лара залилась смехом, хотя Жене не казалось, что он сказал что-то забавное. Люди иногда смеются над тем, что на самом деле не смешно.
– В этом мире, Джо, – проговорила девушка, – никто не знает, как правильно жить…
– Тогда зачем все это? – не понимая, спросил парень.
– Откуда мне знать? – Лара уставилась на него. – Зачем! – произнесла она громко. – Если бы я знала ответ на этот вопрос, то все было бы по-другому. На этот вопрос никогда нет правильного ответа. Наверное, просто, его нет. Тогда зачем мне искать ответ, которого нет. Ведь никто не ищет… Нарнию в своем шкафу… – девушка вдруг задумалась. – Хотя это плохой пример, – произнесла она.
– Ты так сильно верила в эту сказку, что искала Нарнию? – спокойно спросил Женя, пытаясь делать вид, что это вполне нормально.
– Не я, – ответила Лара. – Майя. Она, правда, верила, но… сейчас не об этом. Просто, Джо, пойми, не надо искать ответы, надо просто… жить.
– Если бы все было так просто, – начал он.
– То жить бы было неинтересно! – закончила за него девушка.
Она с улыбкой на лице посмотрела на рядом стоящего Женю. Он все еще не мог отвести глаз от Майи, о чем-то задумавшись.
– Жить всегда интересно, – сказал он вдруг.
– Даже когда ты один на всем белом свете? – удивленно спросила Лара. – Нет ни растений, ни животных, ни людей. Ты один. Нет даже солнца, земли, неба. Вокруг пустота. Разве так интересно?
– Нет, – ни на минуту не задумавшись, произнес Женя. – Конечно, нет.
– А ты не верил! – воскликнула Лара. – Люди вообще странные существа. Когда им говоришь правду, они не верят. Когда неправду – верят. Людям не нужна правда, им нужны интересные истории. Они скорее поверят тому, что Марс – это звезда, чем тому, что соседняя скамейка покрашена. Людям не нужны доказательства, им нужны сплетни.
– По-твоему, миром правят сплетни?
Лара задумалась.
– Не знаю как миром, но людьми они точно правят, – чуть промедлив, сказала она.
– Почему ты так относишься к миру? – спросил у нее Женя.
– Я реалистка, – только и сказала она.
Элли подошла к брату. Наклонившись, она что-то говорила ему. Остальные остались на прежних местах. Словно фотография: люди вроде живые, а вроде нет. Женя ждал, когда, наконец, его новые друзья оживут, но этого не происходило. Люди не могут так быстро меняться. Женя этого не понимал. Он ждал момента их пробуждения, как дети ждут Рождество. Но, как Рождество не наступает в июне, так и ребята оставались неизменными. Наверное, чем сильнее ты чего-то хочешь, тем дольше приходится этого ждать.
Лара тоже надеялась, что скоро ее друзья расцветут, но она не подавала виду. То ли не хотела показаться эгоисткой, то ли ей еще что-то мешало. Лара была такой спокойной, как море в хорошую погоду. Она всегда такая была, просто Женя только сейчас обратил на это внимание. Он увидел в глазах Лары необыкновенное спокойствие. В глазах Майи читалась борьба, в глазах Лары – бездействие. Ее словно ничто не волновало, словно время остановилось. Женя уже видел такой взгляд. У Мэнди. У нее были такие же глаза вчера вечером. Неужели Лара чувствует то же, что и она? По ней этого не видно. Она не выглядит такой, как Мэнди. Она не выглядит такой потерянной. Лара казалась Жене обычным доброжелательным человеком. Хотя такие чувства как доброжелательность и потерянность могут прекрасно сочетаться вместе.
– Тебе не кажется, что Мэнди и Эльвиры уже давно нет? – спросила она, заметив, как Женя на нее пялится.
Девушки, правда, ушли уже давно. Прошло, наверное, чуть больше получаса. Женя представил, как подруги заблудились в лесу. Лара наверняка нафантазировала то же самое. Хотя, кто ее знает…
– Может, мы пойдем их искать? – снова спросила девушка. – Мне все равно надоело тут стоять…
– Да, конечно, но… вот только мы не знаем, куда они ушли…
Лара уставилась на Женю с удивлением. Ему даже показалось, что вот-вот она рассмеется, но нет. Она лишь только спросила:
– Почему не знаем?
– А ты разве знаешь? – удивился Женя.
– Да, – произнесла девушка, кивая. – В лес.
– Черт, Лара! – воскликнул Женя, махнув рукой. – Я думал, что ты знаешь, куда именно они ушли. Лес-то большой…
– Не такой уж он и большой, – возразила Лара. – К тому же, бродить по лесу куда лучше, чем смотреть на то, как твои друзья ведут себя… странно…
Женя кивнул. Они зашли в лес. Их исчезновение никто не заметил. Лес, в котором они оказались, был не такой красивый как тот, куда Женю водила Майя. Этот лес был какой-то поношенный. Будто по нему ходили все кому не лень. Он не был индивидуальным. Просто, лес. Без магии. У него словно не было своей истории. Он не вызывал никаких хороших чувств. Лишь страх и тревогу. Мрачно. Словно солнечные лучи сюда не поступали, словно солнце вовсе не светило.
Это был зловещий лес. Каждый шорох здесь вызывал тревогу, но Лара была абсолютно спокойна. Она продолжала идти дальше. Ее, правда, нисколько не пугали деревья, которые слишком странно склонялись на тропу, по которой они шли. Но Лара будто шагала не по мрачному лесу, а по полю с подсолнухами. Женю ее спокойствие напрягало. Он бы обязательно сказал об этом Ларе, если бы не услышал какие-то голоса в стороне.
– Ты слышишь? – спросил Женя у девушки, тут же остановившись. Ему очень хотелось верить, что это Мэнди с Эльвирой.
– Что? – спросила Лара. Она ничего не услышала, но тоже остановилась.
– Голоса, – пояснил парень. – По-моему, это Эльвира и Мэнди.
Оба притихли, вслушиваясь в тишину. Откуда-то доносился чей-то разговор. Где-то совсем близко. По ощущениям, справа. Ребята направились туда. Они прошли совсем немного, когда голоса стало слышно совсем отчетливо. Женя и Лара сели за деревья и наблюдали такую картину: Мэнди, опустив голову, прижалась спиной к дереву, а Эльвира выхаживала рядом с ней так, словно была школьным учителем. Эльвира не заметила ребят и, как ни в чем не бывало, продолжала разговаривать с подругой.
– Разве тебя не учили, что подслушивать нехорошо? – съязвил Женя.
– Ха-ха, – пафосно произнесла Лара. – На себя-то посмотри…
Ребята спокойно пристроились за деревьями и вот слушателями, какого разговора, они стали.
– Я не понимаю, что тебе от меня-то надо? – спросила Мэнди, лениво приподняв свою голову, чтобы посмотреть на Эльвиру. Хотя смысла в этом не видела и она сама. – Какая разница, что со мной происходит? Это ведь только меня касается…
– Неправда! – порядком разозлившись, возразила вторая девушка. – Ведь я твоя подруга, так? – спросила она, на что Мэнди кивнула. – Значит, меня это тоже касается. Еще как. Мэнди, как ты не понимаешь, что я хочу лишь тебе помочь. На тебя такую смотреть не возможно.
– Так не смотри, – безразличным тоном сказала та.
Эльвира отвернулась от нее и закрыла лицо руками. Этот разговор продолжался уже долго, и она не понимала, что еще может сказать. У нее ничего не выходило.
– Я просто хочу, чтобы все было как прежде, – произнесла Эльвира. Жене даже показалось, что она плачет, хотя, может, и не показалось.
Мэнди заулыбалась и снова опустила голову. Она выглядела такой беспомощной.
– И я тоже хочу, но как прежде уже никогда не будет, – произнесла она. – Я хочу, чтобы те моменты снова стали настоящим, но… теперь это всего лишь воспоминания…
– Нужно, просто, вернуться туда, – сказала Эльвира, все еще отвернувшаяся от Мэнди. – Ладно?
– Что ладно? Как? Это не так просто. Это так же трудно, как выбраться из комнаты, которая закрыта снаружи. Когда обнаружат твою пропажу…
– Ну, я обнаружила! – воскликнула Эльвира, не давая Мэнди возможность договорить. Она, наконец-то, снова повернулась к подруге и подошла к ней ближе.
– Эльвира, я же говорю: все не так просто. Нужен ключ, который откроет эту дверь…
– Да где же его взять?
Эльвира немного злилась от странных метафор, которыми ее засыпала Мэнди.
– Я не знаю, Эль, – произнесла Мэнди, – правда, не знаю…
И в этой фразе Женю зацепило то, как она назвала свою подругу. Эль? Ему показалось это таким трогательным. Он никогда не слышал, чтобы к Эльвире так обращались. Он не представлял, что кто-то может ее так назвать. Он сидел и думал об этом…
Мэнди с Эльвирой тоже притихли. Женя уже собирался выходить к ним, но Эльвира вдруг произнесла:
– Значит это все?
Ее голос едва доносился до Лары и Жени. Она говорила так тихо, будто уже совсем отчаялась.
– Что все?
– Мэнди навсегда потеряна для этого мира?
– Нет. Не вся, во всяком случае… Какая-то ее часть…
– Она уже никогда не вернется?
Мэнди покачала головой.
– Нет, – ответила она. – Некоторые вещи не возвращаются. Как бы сильно ты не захотел, они не вернутся.
– Иногда люди тоже не возвращаются, – проговорила Эльвира, едва не рыдая.
В это мгновение Мэнди стала еще более грустной, чем была. Она вспомнила родителей, аварию… и заплакала. По щекам Эльвиры тоже катились слезы. Это была не та девушка, с которой Женя когда-то познакомился. Она была другой. Настоящей. Но Женя никак не мог понять, почему она плачет. Нежели она так переживает за Мэнди?
Одна за другой капали слезы. Эльвира не всхлипывала, как рядом сидящая подруга. Она плакала беззвучно. Быть может, тем самым она доказывала миру, что она сильнее…
– Они тоже… не вернулись, – проговорила Мэнди еле слышно.
– Я знаю, Мэнди, знаю, – сказала девушка. Ее голос даже не дрогнул, хотя слезы лились до сих пор. – Прости…
– За что? – слегка успокоившись, спросила ее подруга. – Это не ты их убила!
– Просто, прости.
– Но зачем все это? – не унималась девушка. – Какой смысл в пустом извинении? Это извинение не меняет суть дела. Оно вообще ничего не меняет. Ничего. Пустые слова. В этот момент миллионы людей сказали что-то ненужное, а зачем? Какой в этом вообще смысл?
Эльвира замолчала и вытерла слезы с лица. Ответить ей было нечего. Ей в голову совсем ничто не шло. Она должна была что-то сказать, но что? Она не знала, поэтому выбрала самое простое решение.
– Я не знаю! – сказала она.
– Я это и без слов поняла…
Эльвира понимающе кивнула. Она села рядом с Мэнди и обняла ее. Склонила голову к ней на плечо. Так они сидели несколько минут.
– Ты помнишь, я говорила, что ничего не хочу? – спросила как-то осторожно Мэнди.
Эльвира кивнула.
– Я врала, – произнесла Мэнди слегка смущенно. – Сегодня утром проснулась и поняла, что ко мне снова вернулась это чувство. Так здорово.
– И чего же ты хочешь? – поспешила спросить Эльвира.
– Хочу, чтобы все было сном. Я проснусь, и это всего лишь сон. Просто сон…
– Но… подожди…ведь мы тоже будем сном. Мы тебе совсем не дороги? Просто сон. Мы исчезнем… ты этого хочешь?
– В этом то и дело, – озадаченно проговорила Мэнди. – Я хочу, чтобы эта жизнь была совмещена с той… было бы прекрасно. Я просыпаюсь, мне снова шестнадцать лет. Я все еще хожу в очках, я носила их до семнадцати. Родители сидят на кухне, мама приготовила завтрак, папа пьет кофе. Я как обычно ничего не ем, потому что хочу скорее встретиться со своими друзьями, то есть с вами. Было бы здорово, если бы мы познакомились на год раньше. Может быть, и жизнь бы изменилась. Все было бы по-другому. Неизменны только мы. Мы все те же.
Эльвира улыбнулась, и это было достаточно странно, потому что она почти никогда не улыбается, а сейчас буквально сияла. Так искренне, не наигранно.
– Было бы здорово, – произнесла она.
– Да. Было бы, – сказала Мэнди, намеренно сделав акцент на последнем слове. – Проклятая частица бы. Ненавижу ее. Она всегда отражает то, чему никогда не бывать.
– Забудь ее. Живи так, будто все по-прежнему и твои родители живы. Представь это!
– Но они и так живы. В моем сердце. Они всегда там… Внутри нас целые поколения людей. Внутри нас страны и материки, заселенные людьми. Люди ведь не умирают, они переселяются в других людей. Они вселяются в их память. Они все в нашей памяти. Навсегда!
– Точно! – подтвердила Эльвира. – В нашей памяти.
Она поднялась и помогла встать Мэнди. Они начали выбираться из леса, приближаясь все ближе к притаившимся Жене и Ларе. Незаметно выйти у них бы уже не получилось. Они понятия не имели, что делать дальше. Единственное, что пришло им на ум, это выпрыгнуть из-за деревьев. Именно это они и сделали.
Эльвира, испугавшись, неподвижно застыла на одном месте, а Мэнди, ничего не увидев, лишь удивилась тому, что подруга, схватив ее за руку, остановилась. Мэнди начала трясти ее за плечо, но Эльвира видимо тоже боялась этого леса, поэтому ребята, неожиданно выпрыгнувшие из-за деревьев, ее сильно напугали. На мгновение у нее пропал дар речи, но как только она успокоилась, то высказала все.
– Вы придурки? – воскликнула она.
– Эм, нет, – на мгновение задумавшись, ответила Лара.
– А вот, по-моему, да!
– Мы всего лишь вас искали, – пояснил Женя абсолютно спокойным голосом. – Вы давно ушли. Мы не хотели вас пугать…
– Это Лара и Женя? – спросила Мэнди, как только внимательнее вслушалась в голоса. – А что случилось? В чем проблема?
– Да ни в чем! – разозлившись, воскликнула Эльвира. – Просто эти два идиота меня до смерти напугали.
Почти весь путь обратно Эльвира продолжала ворчать. Она так напоминала Жене Мишу. От этой мысли он улыбнулся, и девушка со злостью на него покосилась.
Когда они вновь оказались на пляже, стало уже достаточно темно. Кто-то развел костер, играла музыка. Ребята вели себя иначе, чем тогда, когда Женя и Лара еще не ушили. Все стали прежними. Жене хотелось назвать это Эффектом Феникса.
Увидев знакомые лица, Эльвира бросилась к своим друзьям. Мэнди засмеялась, но с ней все еще что-то было не так. Женя начал замечать, когда ее улыбка скрывает внутреннюю грусть. И это был именно тот случай, но парень не подавал виду, что знает. Ему показалось, что так будет проще лишь только потому, что остальные этого не знали или знали, но тоже делали вид.
Ханна уже отложила свою книгу, она пыталась запустить в небо воздушного змея. В конце концов, это у нее получилось. Змей взмыл высоко-высоко, и Ханна, смеясь, побежала за ним вдоль берега. Счастливая до кончиков пальцев она закричала ребятам, чтобы они на нее посмотрели. Все обернулись, и она широко заулыбалась.
Майя пыталась заставить Алекса потанцевать. За этим было так забавно наблюдать, потому что он всячески отпирался, но девушка не отставала. Играла хорошая музыка. Правда, хорошая. Ее подбирала Ханна, иначе и быть не могло. Майя продолжала пританцовывать рядом с Алексом, и, в конце концов, он тоже начал танцевать. Он даже улыбался, и Жене показалось, что он делает это искренне. Майя засмеялась и тоже улыбнулась Алексу. Наблюдая за ними, Женя и Лара невольно засмеялись.
Эльвира подбежала к Майе и Алексу. Она прыгнула сзади на друга и тот ее подхватил. Эльвира висела у него на шее и смеялась. Она была такой настоящей. Ее глаза сияли. Она сама светилась, как светлячок.
Тихоня Элли прямо в ботинках прыгала в море. Женя не понимал, зачем она это делает, но ей казалось это забавным. Потом она вылезла из воды и села рядом с Кларой и Пашей на песок. Сейчас на этом пляже смеялись все. Они были ненормальными друзьями Майи. Они сумасшедшие. Самые прекрасные сумасшедшие, каких Женя только встречал.
– Я же говорила, что все будет хорошо! – сказала Лара, и она, Женя и Мэнди двинулись к остальным.
Рыжеволосая девушка уселась у дерева рядом с Кевином. Он ее поцеловал, и она утонула в его объятьях. Лара уже по пути начинала танцевать, так что, в конце концов, слилась с толпой своих друзей. Женя направился прямиком к Майе. Она все еще танцевала. Она снова была той Майей, какую Женя знал. Он был рад ее видеть. Парень застыл на месте, чуть не доходя до нее, и наблюдал за девушкой. Он чувствовал себя неловко, потому что не умел так веселиться. К счастью, он был знаком с Майей.
– Пора научиться быть сумасшедшим, – произнесла она, подбежав к нему и склонившись так, чтобы мог ее слышать только он.
Теперь и Женя был частью этого сумасшествия. Он никогда не ощущал подобного. Слишком уж он был счастлив в это мгновение. Ему хотелась кричать от радости. Это они с Майей и делали. Кричали. Вместе. Кричали что-то непонятное. Сегодня Женя был не тем, кем обычно. Он вел себя так, как ведет себя Майя. Только она это чувствует почти каждый день, а он впервые. Он стал раскованнее, забыл о завтрашнем дне. Он улыбнулся настоящему.
Майя засмеялась, увидев нового Женю, и ее сияющее лицо заставило Женю смеяться. Единственное, что он сейчас хотел – это то, чтобы кто-нибудь поставил жизнь на паузу. Как же ему хотелось застыть в этом одном единственном моменте навечно. Ему так хотелось, чтобы это мгновение стало его будущим и прошлым. Но такого быть не может…
Все движется вперед.
Кто-то принес бенгальские огни, и их зажгли. Разноцветные: фиолетовые, оранжевые, голубые, малиновые, желтые и зеленые. В темноте это смешение красок смотрелось еще невероятнее, чем обычно. Правда, огни скоро закончились, а танцевать больше не хотелось.
Тогда все сели у костра, и Кевин принес откуда-то гитару. Женя решил, что молодой человек умеет играть, но нет.
– Майя, сыграешь? – предложил Кевин.
– Нет, – ответила девушка таким голосом, будто сильно устала.
– Почему? – то ли удивилась, то ли испугалась Мэнди. – Ты одна умеешь играть…
– Не одна! – возразила Майя. – Джо, сыграешь? – обратилась она к парню и, улыбнувшись, протянула ему гитару.
– Ну, я не очень хорошо играю на гитаре, – возразил Женя.
– Неправда! – воскликнула Майя. – Ты наверняка прекрасно играешь, – сказала она и добавила для друзей: – Он играет на скрипке…
Все начали уговаривать Женю что-нибудь сыграть, и он, в конце концов, согласился. По просьбе Майи звучала песня Yesterday. Куча других песен. Всем было весело, они подпевали своим любимым песням, и даже Мэнди выглядела веселее, чем прежде. Он улыбалась, наслаждаясь этим вечером. В последний раз Женя видел ее такой тут же, только неделей ранее, перед игрой. Она так же сияла и рассказывала о том, как обожает это место. Наверное, именно поэтому она чувствует себя лучше. Любимая песня, любимое место… и море. В этом и заключается секрет поднятия духа.
Для счастья всем людям нужны разные вещи: кому-то всего лишь чашечка кофе утром, а кому-то миллион долларов в кармане вечером. И остается только надеяться на то, что люди понимают: счастье – понятие постоянное. Оно не может быть за горами. Оно не может или быть, или нет. Счастье всегда внутри нас. Оно не может существовать отдельно от людей. Порой нам кажется, что счастье нас покинуло, но это не так. Просто, когда нам весело, мы чувствуем его каждой клеточкой своего тела, а когда грустно, оно прячется где-то внутри нас. Нельзя думать, что счастье в эти моменты исчезает. Нет! Оно не исчезает. Оно всегда внутри нас.
Мэнди не была несчастлива. Она, просто, изменилась. Уж слишком много всего она пережила. Она не понимала, хорошо это или нет. Люди меняются под действием других людей или обстоятельств. Просто, слишком сложно принять это. Слишком сложно привыкнуть к тому, что ты стал другим человеком. На это нужно время, иногда много времени. Кому-то потребуется месяц, а кому-то – вся жизнь.

Ночь. Тишина. Звездное небо. Большая и Малая медведицы все там же на небе, а значит, ничего не изменилось. Все давно уснули, только Женя сидел в одиночестве на берегу и пускал камни в воду. Он никогда не мог уснуть на природе, но Майя этого не знала.
Слишком пусто и тихо. Природа молчит, так же как и люди. Слишком тоскливо. Ничего не слышно, кроме мыслей в голове. Их некому заглушить: днем их не слышно из-за постоянного шума, но сейчас они возьмут свое. И вот уже в голове Жени все мысли собираются в кучу и начинают спорить о своем. И ощущение, что голова сейчас взорвется. Нужно перестать думать. Но мысли не уходят от нас так же быстро, как люди…
Звезды. Нужно просто посмотреть на звезды. Женя поднимает голову вверх и вдруг понимает, что эти звезды светят не только для него. Тысячи или даже десятки тысяч людей сейчас тоже смотрят на звездное небо. Вот только вряд ли кто-то из них задумывается над тем, что он такой не один, смотрящий на эти звезды. Сколько поколений людей освещали эти звезды? Миллионы? Миллиарды? Хоть кого-то они вообще запомнили? И могут ли они вообще запоминать? Есть ли вообще у кого-то кроме людей и животных память? Или может звезды тоже умирают?
Женя все думал и думал об этом. Наверное, оставалось не так много времени, чтобы он сошел с ума, но на его счастье пришла Майя. Она села рядом с ним и тоже подняла голову вверх.
– Большая Медведица! – воскликнула она, указав рукой на отдельный участок звездного неба.
– Она всегда там. В этом нет ничего удивительного…
Майя вздохнула и опустила голову. Сейчас она выглядела расстроенной. Такая задумчивая и грустная…
– Это да, – произнесла она. – Просто, я не каждый день ее нахожу. Может она от меня прячется?
Она с озадаченным видом посмотрела на Женю. Он тоже опустил голову и посмотрел на девушку. Ее глаза сияли даже в темноте. Он это заметил. Ее глаза, как звезды, такие далекие, но близкие. Сейчас Майя не улыбалась, но ее глаза жили отдельной жизнью.
– Что за глупости? – спросил Женя, все не отворачиваясь от Майи. – Почему ты вообще так решила?
– Просто.
– Не самый лучший ответ из тех, что мне доводилось слышать.
– Да и не самый лучший ответ, который я давала.
Майя засмеялась. Закрыла лицо руками. Но даже тогда, не видя самой ее улыбки, Женя начинал улыбаться. Его мог заставить улыбаться уже сам факт того, что Майя улыбается. Не важно, видит он это или нет.
– Можно задать вопрос? – спросил Женя, когда она вновь к нему повернулась.
– Ага. Задавай! – ответила девушка.
– Ты говорила, что игра очень важна для тебя. Почему?
Майя задумчиво посмотрела на Женю, как будто гадала, отвечать или нет. Она отвела свой взгляд в сторону и только тогда сказала:
– Она важна не только для меня. Для Эльвиры… для нее в первую очередь. Для Джека. Почти для всех нас…
– Эти игры так важны были для Ханны, я видел. Просто… это ведь странно. Почему для вас это важно? Это всего лишь игра…
Майя снова повернула голову в сторону Жени и взглянула на него каким-то осудительным взглядом. Эти игры, правда, для нее значили многое.
– Нет, Джо! – произнесла она. – Просто, понимаешь… эту игру придумал очень важный для нас человек. Ей она всегда так нравилась…
– Кто она?
– Сестра Эльвиры…
– Не знал, что у нее есть сестра.
– Она умерла.
– Я не знал. Прости…
– Тебе не за что извиняться. Ты ведь, правда, не знал.
– Эльвира! – воскликнул Женя.
Он вдруг понял. Перед ним возник образ Майиной подруги. Вот почему она такая. Ее грубость, ее манеры, ее одежда стали вдруг такими понятными. Все это растворилось, и перед Женей начинал появляться новый человек, новая Эльвира. Все, что она делала, это крик души, ее души. Что-то плохое случилось. Случилось то, что пережить Эльвира была не в силах. Поэтому она и создала другую себя. Она создала того, кто делает вид, что все безразлично, но на самом деле это не так. Ей так просто было создать новую себя, но как же трудно день ото дня играть эту роль. Как же трудно ей каждый день скрывать то, что так и рвется наружу. Многие предполагают, что если прятать истинные чувства внутри себя, то они там погибнут, но это неправда. Если чувства прятать в себе, то они никогда не уйдут, они лишь будут делать все, чтобы показать всем ваше истинное лицо. Если все печали, беды, обиды и слеза прятать в себе, то они будут внутри вас разрастаться, пытаясь разорвать ваше сердце на части.
Бедная Эльвира! И как же Женя ошибался на ее счет. Как же он был неправ, предполагая, что понял ее с первого разговора. Поймут ли люди когда-нибудь, что нельзя судить окружающих по их внешности и манерам? Поймут ли люди когда-нибудь, что очень часто те, кого они встречают, на самом деле всего лишь оболочка? Поймут ли люди когда-нибудь, что никто не открывает душу первому встречному?
– Значит, некоторые ее выходки символизируют лишь хаос в ее голове? – осторожно спросил Женя. Он пожалел о том, что думал об Эльвире раньше.
– Выходит так, – ответила Майя, пожимая плечами.
– И давно? Давно это было?
– Нет. Она умерла в сентябре. В этом сентябре. Еще и года не прошло. Эльвире тоскливо. Она этого не показывает. Она вообще старается не показывать свои чувства никогда. Мне кажется, от этого ей только хуже. Никому еще от этого не было лучше…
– А как звали ее сестру?
– Кристина, но… мы называли ее Кристен или Кристи, или Крис. Ей так нравилось. Знаешь, она была хорошим человеком. Очень хорошим. Наверное, она была одной из лучших в этом мире, но… она была больна. Почему хорошие люди умирают?
– Вряд ли кто-то знает ответ на этот вопрос…
Майя понимающе кивнула. Напряженный взгляд. Задумчивая девушка. Наверное, вспоминала Кристину…
– А Джек? – спросил Женя. – Ты что-то про него говорила.
– Они встречались. Джек и Крис. И он до сих пор один…
– А ты? Ты хорошо ее знала?
– Достаточно хорошо, чтобы скучать по ней. Ты замечал когда-нибудь, что все люди, которые встречаются нам по жизни, влияют на нас: их поступки, их советы, их мнение…
– Значит, Кристина и на тебя повлияла?
– Определенно, – ответила Майя, задумавшись. – Знаешь, я никогда не забуду тот день. Это не день ее смерти и не день нашего знакомства, это просто день. Он должен был быть простым, но я его помню во всех подробностях. Некоторые дни так просто запоминаются. Эти дни становятся историями… Была пятница. Я пришла к Эльвире, но ее дома не было, зато Крис была. Она предложила сходить с ней в парикмахерскую. Я даже не понимаю, зачем мы туда пошли, потому что и я, и она терпеть их не могли. Тем не менее, мы пошли, и я не жалею. До сих пор помню, как сидела в том кресле и смотрела на свое отражение в зеркале. Я видела себя, но… другую себя, не такую, какой должна быть. Как будто я скрывала кого-то внутри. Тогда мне в голову пришла мысль, что все дело в синих волосах. И точно! Я снова смотрела на отражение и не видела в нем себя. Ко мне подошел мастер, и я сказала: «Перекрасьте мне волосы». Она нормально на это отреагировала, наверное, потому что у нее каждый день таких клиентов десятки. Вообще, забавная мне попалась парикмахерша. Она все время смеялась, говоря, что на мои волосы ей пришлось потратить много краски. Я тоже подсмеивалась. И знаешь, что я чувствовала, когда с меня исчезала эта синева? – Майя с вопросительным взглядом посмотрела на Женю, как будто он мог знать, что она сказала. Он помотал головой. – Мне казалось, что с меня срывают маску, которая мешает мне нормально жить, будто я снова становлюсь собой… и вот я снова смотрю в зеркало. Я увидела там того, кого не видела года три. Будто мне снова четырнадцать, будто мама и папа все еще вместе, будто и не было всех тех лет, в которых я оставляла частички себя, будто я счастлива, в том смысле, что не надо ничего скрывать и наивно ждать, что все будет так, как прежде. Волосы были такого же оттенка, как мои натуральные, словно синих волос и не было никогда. Смотреть на себя такую было забавно и необычно. Это было так, будто я встретила какого-то родственника, которого давно не видела и уже успела забыть то, как он выглядит. Я встречала себя… то ли прежнюю, то ли новую. Это неважно. Я просто сидела и, кажется, потеряла на некоторое время дар речи. Настолько это было волнительно. Помню, ко мне подошла Крис и посмотрела на меня. Она улыбнулась моему отражению в зеркале, и я поняла, что ей нравится. Она долго рассматривала меня, а потом вдруг предложила покрасить нижнюю половину волос в разные цвета. Ей казалось, что так будет выглядеть интереснее. И вот я! Та, которая переродилась. Это я! Приятно быть собой, а не кем-то другим. За годы это надоедает…
Майя замолчала. Снова наступила тишина. Девушка смотрела на море так, как будто хотела увидеть там себя. Она хотела убедиться, что это все еще она. Майя наверняка в этом еще иногда сомневалась. Она встала, подошла к воде и начала высматривать там отражение. Она простояла так около пяти минут, а затем вновь села рядом с Женей.
– Значит, она помогла стать тебе собой? – уточнил он, обращаясь к Майе.
– Выходит так, – ответила она, смотря куда-то в сторону.
– Ведь может быть такое, что я не я? – пришел к неожиданному выводу Женя. – Если себя так легко потерять…
– Я уверена, что ты – это ты! – ответила Майя с каким-то самоуверенным тоном.
– Почему?
– Ну, ты еще когда-нибудь сомневался в том, что ты – это не ты?
– Нет. Вроде, нет.
– А я постоянно. Это так странно! Я смотрю на себя и пытаюсь понять, я это или нет. Каждый раз не могу осознать, кто я, и ответа ведь нет. Надоело! Ужасно надоела эта неопределенность. Просто, хочется уже понять, наконец, кто я такая. Вдруг, я живу не своей жизнью?
Взгляд Майи снова сделался каким-то задумчивым и загадочным. Она подняла голову вверх, на звезды. Потом перевела на море и снова на Женю. Она что-то искала, а что? Свободу? Спокойствие? Что?
– Знаешь что, Майя? – произнес решительно парень. – Я думаю, что ты – это ты, потому что ты не можешь быть кем-то другим. Как бы ты не менялась, ты все равно будешь оставаться собой.
– Хорошо если так, – сказала девушка, улыбнувшись.
Они молча сидели несколько минут. Смотрели на море. Ночью оно было еще красивее, чем днем. От лунного света вода переливалась разными цветами. Это было что-то невероятное. Как на лучших картинах Айвазовского.
– Знаешь, по-моему, Мэнди стало лучше… – произнес Женя нерешительно. Он вдруг вспомнил, как она смеялась, сидя у костра. Она была искренней.
– Да, вроде… Я не уверена, но мне показалось, что ей сегодня лучше, чем вчера. – Майя пожала плечами. – Я ненавижу то, что мы ничего не можем сделать… Мы можем, просто, быть друзьями… Мы будем рядом, а она… Она знает это…
Была ночь. Глубокая ночь. Два или три часа, но Майю с Женей это не волновало. Они улыбались от мысли о том, что Мэнди стало лучше.

7 глава
КУДА ОНА ПРОПАЛА?

Раньше все было иначе. Еще вчера было не так, как есть сегодня. Три недели назад Майя и Женя не предполагали о существовании друг друга, а сейчас вместе шли из книжного магазина и смеялись над шутками друг друга. Все меняется.
Воскресенье. Хорошая погода и книги в руках. Что еще нужно для счастья? Хорошая компания и настроение. Этого предостаточно. Майя и Женя два часа бегали по книжному магазину, выбирая Майе книги. Она купила около десяти, потому что все книги из ее домашней коллекции она уже прочитала.
– Жаль, что не было «Великого Гэтсби» Фицджеральда! – сказала девушка, чуть не сбив с ног прохожего.
– Не переживай, – успокоил ее Женя. – У меня дома точно есть, – проговорил он и остановился, всматриваясь вдаль.
Женя увидел того, кого никак не ожидал снова встретить. Вдали улицы, рядом с тем самым торговым центром, где работает Эльвира, стоял Стас. Уже без тех ребят, что были с ним в магазине в прошлый раз. Он был один и постоянно оглядывался по сторонам. Парень явно кого-то ждал.
Майя, увидев, что Женя остановился, сделала то же самое. Она в недоумении всматривалась вдаль, но не понимала, куда Женя так пялиться.
– Джо, что случилось? – спросила она, все еще продолжая смотреть в ту же сторону, что и он.
– Видишь того парня? – обратился Женя к ней, показав в сторону торгового центра, у которого стоял Стас. Майя посмотрела туда, но все равно не поняла, кого он имеет в виду, поэтому в растерянности взглянула на друга. – Ну, высокий… с темными волосами…
Майя вновь начала вглядываться в людей, стоящих рядом с торговым центром. Теперь она, наконец-то, поняла, кого Женя имеет в виду.
– Ну! – произнесла она. – Допустим, и что с того?
– Это брат Нелли!
– И что? – все еще не понимала Майя.
– Он живет не здесь, – начал объяснять Женя. – Сюда он из другого города сбежал. Мы встретили его две недели назад, но тогда он от нас скрылся. Не думал, что он все еще здесь…
– Я не понимаю, а почему он не может жить здесь, если хочет? Почему сразу сбежал-то? Может он намеренно переехал? Просто, не сказал Нелли, хотел сделать ей сюрприз, нет? Такого разве не может быть?
– Майя, ему шестнадцать! Поэтому такого быть не может!
Майя удивленно посмотрела на Женю и произнесла:
– Ты серьезно? Вот ему… шестнадцать? Да я думала, что он ровесник… ну, не знаю… Алекса. Это брат Нелли? Он?
Тут Майя и Женя снова взглянули в сторону, где стоял Стас, но… там, где он был еще две минуты назад, не было уже никого. Исчезнув из виду Майи и Жени, он, вряд ли, мог попасться им на глаза снова. Это была правда! Стас растворился в толпе.
– Где он? – не понял Женя, все еще пытаясь найти брата Нелли.
– Он только что был здесь!
– Я знаю, Майя! Я сам его видел, но… где он сейчас? Куда он мог так быстро исчезнуть?
– Не знаю, – ответила Майя, пожав плечами.
– Надо было сразу же просто подойти к нему и все!
– Да?! – спросила Майя, каким-то слегка рассерженным тоном. – И что бы ты ему сказал?
– Я не знаю, но…
– Джо, он бы так же убежал. Во всяком случае, ты теперь знаешь, что он еще в городе. Ты можешь сказать это Нелли. Она будет знать…
– Да! Точно! – воскликнул Женя. – Надо сообщить Нелли.
И они пошли к Нелли. По пути Женя рассказывал Майе, как впервые встретил Стаса в городе и как парень в красной кепке чуть ли не ударил Нелли. Женя рассказал Майе про Стаса, пожалуй, все что знает.
После такой неожиданной встречи ребята направились к Нелли домой. Женя, перепрыгивая через две ступеньки, пробежал пять этажей и начал ужимать кнопку звонка. Нелли быстро открыла дверь, и Женя прямо с порога выкрикнул:
– Мы видели Стаса!
– Где? – ошарашенная девушка в непонимании смотрела на Женю, потом на Майю.
– Неважно, – произнес парень, махнув рукой. – Мы просто его видели. Он убежал, правда, но зато теперь ты знаешь, что он до сих пор тут.
Женя говорил так воодушевленно, что даже не заметил грустное выражение лица его подруги. Почему-то ее простой факт нахождения ее брата в городе не очень обрадовал.
«Великий Гэтсби» – книга, которую Женя подарил Марине на ее двадцатый день рождения. Пять лет уже прошло. Эта книга, как и все, лежала в гостиной в книжном шкафу, и Марина ее читала раз шесть. Она так обрадовалась, получив этот подарок. Ей нравилась обложка, ей нравился шрифт. Она обожала Фицджеральда. Наверное, именно поэтому Женя сначала не поверил, что его сестра так просто разрешает ему отнести эту книгу Майе. Конечно, он не собирался дарить эту книгу девушке, но все-таки Марина никогда никому ее не давала. Она вообще никому не разрешала брать свои книги. Хотя чему тут удивляться, у нее всего одна подруга и была, да и то уже бывшая.
Сегодня Женя достал эту книгу с полки и отправился к Майе. Она никогда не читала «Великого Гэтсби», но всегда хотела. Вот поэтому парень и решил принести ей эту книгу. Он знал, что она обрадуется.
Женя подошел к квартире Майи и постучал в дверь, ведь звонок все еще был сломан. Дверь, как и обычно, долго не открывалась. Женя ждал десять минут, прежде чем перед ним появилась Майя. Сегодня она выглядела необычно. Не то чтобы в остальное время она выглядела стандартно, но все же сегодня она особенно отличилась: желто-голубое платье и темно желтый кардиган, светло-желтые колготки. Она, как всегда улыбаясь, провела Женю на кухню, где налила ему чашку какао. Она даже не спрашивала, хочет ли он. Это была уже некая традиция. Майя села напротив него на стул и, раскачиваясь на нем, смотрела на гостя.
– Что-то не так? – спросил Женя.
– Как ты узнал, что сегодня день желтой одежды? – все это время она смотрела на Женину желтую футболку.
– А сегодня день желтой одежды? – спросил он снова, чуть нахмурив брови, но при этом уже ничему не удивляясь. За несколько недель общения с Майей он так привык ко всему странному. Девушка кивнула.
– 13 мая – день желтой одежды с тех пор, как однажды мы пришли в гости к Эльвире в желтых нарядах. Мы так оделись абсолютно случайно: я, Мэнди, Кевин, Алекс, Ханна и Джек. Забавно, правда?
– Да уж, – ответил Женя, улыбаясь. – Кстати, я принес тебе книгу! – вспомнил он и достал из портфеля «Великого Гэтсби».
– Вот это да! – воскликнула девушка, схватив книгу в руки и желая ее обнять от радости. – Фицджеральд! Джо, спасибо огромное, – она начала листать странички, но потом вдруг захлопнула книгу. – Очень жаль, что я не смогу ее сегодня почитать…
– Почему?
– Я иду на пленэр! – улыбаясь, произнесла Майя. Она была такая счастливая. Жене показалось, что вот-вот она в ладоши захлопает от радости.
– Понятно, – произнес он. Женя понятия не имел, что может еще сказать. Он думал о том, что будет делать сегодня без Майи. Он так привык быть все время рядом с ней. В это мгновение парень так пожалел, что не умеет рисовать.
– Ты можешь пойти со мной! – сказала девушка, как будто зная, о чем только что думал Женя.
– Серьезно?
– Ну, да!
– А что я буду там делать?
– Не знаю, – ответила Майя, пожав плечами. – Можешь почитать мне книгу… если хочешь, конечно…
– Да! Я бы с удовольствием... Когда пойдем?
– Сейчас! – воскликнула Майя. Она схватила чашку, из которой только что пил Женя, и положила ее в раковину. – Ты ведь больше не хотел, да? – спросила она смущенно, понимая, что прежде надо было спросить, а потом уже забирать чашку. Майя смотрела на Женю с каким-то испугом и он, в конце концов, просто кивнул.
Девушка тут же рванула в свою комнату и быстро принесла оттуда все, что ей было необходимо. Она была такой воодушевленной. Женя ее такой еще никогда не видел. В этот момент он был абсолютно уверен в том, что Майя сейчас настоящая. Не то чтобы он когда-нибудь думал иначе. Просто, ему показалось, что сейчас она была собой на все сто процентов. Она была такой, какой и должна была быть.
И все-таки на людей что-то влияет: окружение, настроение или еще что-то. Занимаясь любимым делом, люди становятся собой.
Майя и Женя шли очень долго, наверное, около двух часов. Они пересекли тот самый пляж, на котором обычно сидели по вечерам. Женя вновь очутился в том самом лесу, где с Ларой недавно напугал Эльвиру. Парень понятия не имел, куда они идут, но лес становился все светлее и светлее. Лучи солнца уже начали поступать между редко растущих деревьев. В конце концов, ребята пришли к нужному месту. Женя, даже не осматриваясь вокруг, сел на траву. Десять минут он ничего не замечал. Майя уже успела достать все свои художественные принадлежности и начала что-то рисовать.
Когда Женя посмотрел по сторонам, он в очередной раз удивился тому, какие прекрасные места Майя всегда выбирает. Здесь было безумно красиво. Нет, больше, чем просто красиво. Гораздо больше. У парня дух захватывало.
Они сидели в огромном поле. Казалось, что конца ему нет. Оно уходило куда-то далеко-далеко за горизонт. Почти все поле было усыпано цветами. Их было так много, что издали казалось, будто трава покрашена. С обеих сторон от Майи и Жени был лес. Слева он был совсем редкий, так что его с трудом можно было назвать лесом. Зато с другой стороны он выглядел шикарно. Отсюда они и пришли. Высокие стройные деревья устремлялись в небо. Выглядело сказочно. Этот лес так отличался от того, в котором Женя с Ларой ходил недавно, но ведь это было то же самое место. Сегодня лес был чистый и спокойный, будто Майя и Женя были первыми людьми, попавшими сюда. Еще недавно парень мог испугаться там глупого шороха. Почему-то сейчас все выглядело иначе: лес не наводил страх, а, наоборот, зазывал гостей на спокойную прогулку. Так странно, что одни и те же вещи мы иногда видим с разных сторон. Порой то, чего мы боимся ночью, днем совсем не страшно. Так странно, но Жене казалось, будто за несколько дней здесь выросло несколько десятков деревьев.
Да, место Майя выбрала невероятное, и этот лес придавал ему какую-то особенную красоту. Но это не все. Море! Здесь было море. Точнее, не прямо здесь. Поле заканчивалось обрывом. Само море было внизу. Это придавало месту особую магию: море рядом, ты его видишь, но подобраться к нему не можешь. Это и странно и здорово одновременно.
– Что это за место? – спросил Женя.
– Обожаю тут бывать, – ответила Майя, улыбаясь. Она отложила свою будущую картину в сторону, подошла почти к самому обрыву и глубоко вдохнула, будто это был ее последний в жизни вздох. – Я чувствую здесь спокойствие. Знаешь, у каждого человека есть такое место, где он чувствует себя свободным... Как будто здесь, я оставляю все свои отрицательные эмоции и становлюсь пустой. Не в том смысле, что я ничего не чувствую, а в том, что я отчищена от негатива.
– А с чего ты взяла, что такое место есть у всех?
Женя с некоторым испугом смотрел на то, как Майя ходит чуть ли не у самого края обрыва.
– А разве нет? – спросила девушка слегка растерянно.
– У меня нет, – сказал Женя, и девушка смущенно на него посмотрела.
– Наверное, есть, – проговорила она. – Просто ты над этим не задумывался. Люди вообще не задумываются над тем, что действительно важно, а даже если и задумываются, то слишком поздно.
– Но я не хочу быть таким!
– Никто не хочет, но тем не менее…
– И что же делать?
– Можешь оставлять все плохое здесь! – предложила Майя. Она вдруг встала на самый край обрыва и закричала так громко, как Женя никогда в жизни еще не слышал. Она не была злой, она улыбалась и кричала. А Женя замер от страха. В его сознании все перевернулось.
– Что ты делаешь? – спросил он удивленно.
– Я выгоняю всю гадость, – объяснила Майя, перестав кричать и подойдя к Жене. – Я не хочу, чтобы это было внутри меня.
Она в этот момент выглядела такой убедительной, что Женя совершил один из самых глупых поступков в своей жизни: он подбежал к самому краю обрыва и закричал, что было сил. Ему даже показалось, что и на самом деле стало легче. Хотя, может быть, так было действительно. Быть может, ему не показалось.
Потом Майя продолжала рисовать, а Женя начал читать ей. Ему это казалось немного странным, потому что последний раз он читал вслух в третьем классе. Не смотря на это, он старался читать очень выразительно, с разными интонациями. Иногда он успевал посматривать на Майю.
Вы когда-нибудь наблюдали за рисующим художником? Как он смешивает краски? Как улыбается, смотря то на свою картину, то на саму природу? Это очень занимательно. Каждый должен это увидеть хоть раз в жизни. Ведь художники – это совсем другой тип людей, так же как писатели и музыканты. Они на мир смотрят как-то иначе, они смотрят на окружающую их природу не так, как другие люди. Они будто смотрят на мир сквозь призму розовых очков.
Майя была уникальным человеком. Художник и музыкант в одном флаконе. Гений, да и только. Женя вдруг четко осознал, что именно поэтому-то Майя и отличается от всех. Она и правда была особенной. Вот только Женя никак не мог решить, к каким людям отнести себя самого. Он не знал, может ли называть себя уже писателем или еще музыкантом. Он долго думал и все-таки отнес себя к промежуточному типу людей. Он решил, что принадлежит к группе тех людей, которые еще точно не определились в жизни, а только ищут себя. Такое положение его не очень обрадовало, потому что именно таких, не определившихся в жизни, чуть ли не половина земного шара. Женя никак не выделялся. Быть никем даже хуже, чем быть тем, чей выбор в жизни кого-то не устраивает, потому что когда ты никто, ты сам себя не любишь. Женя вздохнул. Он должен был скорее дописать свою книгу.
Парень захлопнул Фицджеральда и подошел к Майе. Она рисовала пейзаж. Совсем обычный: лес, трава, небо, птицы. Все обычно и, вроде бы, ничего особенного, но у нее получается как-то интересно. Совсем иначе, чем в реальности, хотя вроде все соответствовало реальности. На ее картине все выглядело еще лучше, чем на самом деле, хотя казалось, что лучше и быть не может.
– Ты чего? – спросила Майя у Жени, когда он перестал читать и, подойдя к ней, начал внимательно разглядывать ее картину.
– Не знаю! – ответил он, пожав плечами, и сел совсем рядом с девушкой. – Я просто решил, что мы можем поговорить. Просто, поговорить. Я ведь книгу пишу.
– Я помню, – сказала Майя, продолжая прорисовывать детали картины. – Да! Мы можем поговорить.
Неловкая пауза. Женя не знал, что сказать, а Майя была слишком погружена в свое творчество. Они молчали несколько минут, прежде чем Женя, в конце концов, произнес:
– Немного неловко, да?
– Это точно! – подтвердила Майя, улыбаясь. – Может, сыграем в игру?
– Какую?
– «Вопрос – ответ». Все очень просто. Будем по очереди задавать друг другу вопросы, на которые сами тоже будем отвечать, – произнесла Майя, посмотрев на Женю с вопросительным взглядом. Она ждала от него ответа.
– Ладно! – согласился он. – Я первый, можно? – Майя одобрительно кивнула, теперь уже не отрывая взгляда от своей картины. – Какой твой любимый фильм?
– «Завтрак у Тиффани», а у тебя?
– «Звездные войны».
– Сейчас мой вопрос. Какая твоя любимая группа?
– Ну, пусть будет GreenDay, – неуверенно проговорил Женя.
– А у меня Beatles, – улыбнувшись, сказала Майя. – Битлы навсегда!
– Любимый певец?
– Майкл Джексон! – ни на минуту не задумываясь, произнесла девушка, как будто знала, какой именно вопрос задаст Женя.
– Тоже, – сказал Женя, кивнув. – Раньше мне особенно нравилась его музыка. Хотя мне она нравится до сих пор.
– А я ведь даже плакала, когда он умер, – проговорила Майя, оторвавшись от своей работы. – Правда! Просто почему-то стало грустно, – она молчала несколько минут, прежде чем продолжила рисовать и задала вопрос. – Итак… мой вопрос. Ну, какой у тебя любимый композитор?
– Я давно его не слушал, но… Шуберт. Я его обожаю. Раньше все время его слушал. Даже играл его произведения…
– А я люблю Чайковского. Я рыдала, когда впервые услышала его «Болезнь куклы». Это действительно очень трогательно. У него все произведения прекрасные, но мне особенно нравится его балет «Щелкунчик». Я знаю его, чуть ли не наизусть. Каждый вечер слушаю какой-нибудь отрывок. Это успокаивает…
– Сейчас я… Какой у тебя любимый цвет?
– У меня желтый, потому что этот цвет ассоциируется с солнцем. Желтый цвет отражает какое-то тепло. Этот цвет приносит положительные эмоции.
– Ну, а у меня нет какого-то любимого цвета… Хотя наверное это зеленый.
– Итак… у тебя есть какая-нибудь вещь, которая тебе очень нравится? Ну, не то чтобы талисман, а просто любимая вещь. Понимаешь?
– Да, – кивнув, ответил Женя. – Наверное, это мои наручные часы. Я их всегда ношу. Причем, даже если они ломаются, то я иду в магазин и покупаю точно такие же. Это глупо, но я просто привык…
– Нет, не глупо! – возразила Майя. – У меня тоже есть свои прикидоны: обожаю карманные часы. Ненавижу часы, но по карманным с ума схожу. Правда, мои любимые часы украли в автобусе, после этого я перестала ездить в общественном транспорте.
– Серьезно, не ездишь?
– Да! Ну, по крайней мере, стараюсь, – ответила она, снова оторвавшись от своей работы. – Ну, как? Ничего? – спросила она, показывая на картину. Это было не просто ничего, это было нечто. Серьезно! Эта картина была прекрасна. И даже Женя, ничего не смыслящий в искусстве, понял это.
– Ну ты даешь! – воскликнул он.
– Хватит, – смеясь, проговорила Майя. Она даже слегка засмущалась. – Слишком просто и неоригинально? Нет чего-то особенного, верно?
– Ничего особенного?! – выкрикнул Женя. – Все отлично. Правда! Я не стал бы врать… тебе.
– Ладно. Верю! – ответила Майя, постучав парню по плечу. – День хороший, правда?
– Да!
День и вправду был отличный. Солнце и легкий ветерок. Не та духота, что была неделю назад. Воздух был свежий, не душный, когда нельзя спокойно дышать. Это самая лучшая погода: не жара и не холод. Что-то среднее. Середина ведь всегда самая лучшая во всем: в месяцах, в отношениях…
– Слушай, Джо, может, мы потанцуем? – неожиданно спросила Майя.
– Что? – удивился Женя. – Где?
– Здесь, – проговорила Майя и обвела руками все вокруг. Она положила свою картину на траву и встала. Женя продолжал сидеть на том же месте.
– Но Майя, я не умею танцевать. Ну, или не люблю. Я не знаю. К тому же ведь нет музыки… – начал искать предлоги Женя. Он хватался за свои слова, как за спасательный круг. Он мог еще кучу всего наговорить, но Майя его перебила.
– Эй, Джо, я же разрешила писать про себя книгу, – начала говорить она, сама понимая, что это звучит смешно, – так что не будь занудой…
Майя смотрела на Женю с улыбкой, протянув свою руку ему. Она так хотела танцевать сейчас. Именно сейчас. Она уже давно не хотела чего-то так же сильно.
– Ладно! – произнес Женя, с трудом вынося ее жалостливый взгляд. – Хорошо! – он взял Майину руку и встал рядом с ней. – Но музыки-то, правда, нет, – он все еще пытался отмазаться.
– Просто представь, что она играет, – предложила девушка. – Пусть музыка играет в твоей голове, я всегда так делаю…
– Например, что? Какая музыка?
– Ну, лично у меня играет “Herecomethesun”!
– Тогда у меня тоже…
И они танцевали. Так нерешительно сначала. Но потом музыка начала играть все громче и громче. Она словно вышла за пределы их разума. Сама природа пела песню Битлов. Майя улыбалась, ей нравилось танцевать. Женя, которому поначалу казалось, что он выглядит глупо, постепенно отбросил все свои мысли. Он почувствовал свободу.
Они танцевали и танцевали, и в воздухе парили эти прекрасные строчки той невероятной песни Майиной любимой группы.
Little darling, it′s been a long cold lonely winter,
Little darling, it feels like years since it′s been here.
Here comes the sun, here comes the sun,
And I say it′s all right.


Женя шел от Майи. Впервые с того момента, как они познакомились, он не застал ее дома. Уже второй день подряд. Поначалу он решил, что это из-за него, что он в чем-то провинился. Но он не делал ничего, что заставило бы ее исчезнуть. Не зная, куда себя деть, он, в конце концов, решил, что сможет хотя бы встретиться с друзьями. Правда, прямо сейчас пойти к ним ему не удалось: по пути он встретил Рину. Эта девчонка вечно появлялась из ниоткуда. Он ничуть не соскучился по ней за эту неделю. Всего неделю. Когда он встретил Майю, дни стали длиннее, неделя кажется месяцем. Несмотря на то, что сегодня парень не спешил к Майе, он совсем не обрадовался при встрече с Риной. Было в ней что-то такое, что его отпугивало.
Она стояла перед ним в своих любимых красных кедах. Если хорошенько задуматься, то понимаешь, что все люди на чем-то помешаны: Майя – на карманных часах, Рина – на кедах, Миша – на языках, Мэнди – на своих снах, Алекс – на алкоголе, Ханна – на музыке, Элли – на Рэе Брэдбери. Почти у всех есть то, чем он дорожит или то, что делает его самим собой. Возможно, это ненормально, но как же иногда приятно быть ненормальным, признайте.
Рина шла на репетицию. В чехле за спиной гитара. Та самая, которую она выбрала вместе с Женей. Девушка очень обрадовалась, увидев молодого человека. Она даже ждала этой встречи. Смотря на него, она широко улыбалась.
– Как дела, Женя? – спросила она громко. – Давно не виделись.
– Да! Точно, – ответил Женя. Он бы еще столько же ее не видел. – Все нормально вроде, а у тебя как?
– Тоже ничего. Все так же. Ничего не изменилось. Как твоя книга? – спросила она заинтересованно. – Ты начал ее уже писать?
– Да! Уже две недели назад… а ты?
– Только начала, – хмыкнув, ответила девушка. – У меня еще только начало. Иногда так сложно привести мысли в порядок. Из-за этого страдает книга.
– Прекрасно понимаю тебя, – произнес Женя, на самом деле понимая Рину. Он сам все это пережил, но у него была Майя. С ней мысли в порядок сами собой приводятся. Такая уж она. Повелительница мыслей. – Ты ведь на репетицию опаздываешь…
– Ну и ладно! Хотя это правда… Слушай, может ты хочешь пойти со мной на репетицию? Просто посидишь…
В очередной раз Женя сказал «конечно». Хотя сегодня его правда чуть-чуть заинтересовало, какую музыку играет Рина. К его собственному удивлению, он не пожалел. Ему даже понравилось.
Рина играла в рок-группе, где кроме нее было еще три участника, правда, их имен Женя не запомнил. Они играли альтернативу и очень неплохо играли. Их группа иногда выступала на каких-то незначительных мероприятиях. В общем, они еще были на стадии гаража, хоть по факту из него уже вылезли. Правда, место, где они репетировали сейчас, немногим от него отличалось. У одного из участников отец был директором дома культуры, так что у них даже была своя небольшая студия для репетиций, где, собственно говоря, и находился сейчас Женя.
Для себя парень сразу отметил тот факт, что выглядит помещение ужасно: какие-то черные занавески и ободранные обои, множество ломаных стульев и еще куча хлама. Такое ощущение, что все то, что было никому не нужно в этом здании, было попросту заброшено сюда.
Друзья (а может вовсе и не друзья) Рины после репетиции довольно быстро ушли, и она осталась последняя, чтобы закрыть дверь. Вместе с Женей они двинулись в сторону своих домов, но потом как-то так получилось, что они вместе пошли к Нелли. Женя даже не мог вспомнить, как Рина увязалась за ним. Как она напросилась?
– Ты ничего не сказал про нашу музыку, – проговорила Рина ничуть не смущенно. – Тебе совсем не понравилось?
– Почему? Совсем наоборот. Вы очень хорошо играете.
– Ты так говоришь потому, что не хочешь обидеть, да?
– Нет. Я так сказал, потому что, правда, так думаю, – ответил Женя, слегка возмущенно. Он был недоволен, скорее всего, только из-за того, что Рина сейчас шла вместе с ним. – Ты… где ты училась играть?
– Сама, – пожав плечами, ответила Рина.
– Серьезно?
– Ну, да. А что?
– Нет, просто ты очень хорошо играешь на гитаре. Правда! Я, мне кажется, играю намного хуже, хотя ходил в музыкальную школу.
– Играешь на гитаре? – удивленно спросила девушка, обрадованная тем фактом, что Женя с ней разговаривает.
– Вообще-то нет, на скрипке. Хотя на гитаре умею, но не так… не так, как ты определенно. Да и на скрипке то теперь… кое-как…
– Ясно!
– Ты собираешься в будущем продолжить заниматься музыкой? Хочешь быть музыкантом?
– Это было бы глупо! – возразила девушка. – Я даже не заканчивала музыкальную школу…
– Эй, Рина, ты чего? – спросил у нее Женя, сам не понимая, почему это звучит так заинтересованно. – Многие музыканты не оканчивали ее. Многие великие музыканты. Например, ни один из участников группы Beatles.
– Жень, но то Beatles, а это я, – как-то растерянно проговорила Рина.
– И что? Когда-то и Джону Леннону было семнадцать.
Девушка засмеялась. В конце концов, они оказались у нужного дома. Раньше Женя чуть ли не каждый день бывал здесь, но когда познакомился с Майей, стал очень редко сюда приходить. И вот он снова здесь, правда, не один.
Они начали подниматься по лестнице, потому что, как оказалось, Рина боялась ездить в лифтах. У нее вроде как была клаустрофобия – боязнь замкнутых пространств. На их счастье, Нелли жила на пятом этаже. Вот они подошли к двери нужной квартиры, Женя позвонил в звонок. Дверь открыла сама Нелли, и Женя с Риной тут же зашел внутрь. Услышав, что кто-то пришел, находящиеся в другой комнате Миша и Марк тоже выбежали в коридор. С удивленными лицами они так и стояли в стороне.
– Помните Рину? – спросил у своих друзей Женя.
– Да, конечно, – ответил за всех Миша.
– Ничего, что она пришла со мной?
– Все отлично! – воскликнула Нелли, улыбаясь. – Мы очень рады. Проходите.
Она показала рукой на дверь, ведущую в единственную в ее квартире комнату. Все пятеро зашли туда. Здесь было все так, как обычно: неубранные со стола учебники, на полу лежала стопка книг, которые Нелли читала. Она и не собиралась все это убирать.
– Мы купили «Облачный атлас», – проговорила Нелли и достала коробку с диском. – Вы ведь будете его смотреть?
В этот момент, когда девушка показала коробочку с диском, глаза Рины загорелись, и она проговорила:
– Я обожаю этот фильм! Я ходила в кинотеатр. Мне очень понравилось.По-моему, это один из лучших фильмов, которые мне доводилось смотреть…
– Серьезно? – подхватил беседу Миша. Он тоже обожал этот фильм. Именно он сегодня и настоял на покупке этого диска. – Я тоже смотрел. Но я кое-как заставил Нелли купить диск именно с этим фильмом. Она почему-то не очень хотела его смотреть…
Миша посмотрел на Нелли с таким взглядом, будто это был их очередной спор, а он выиграл. Миша вел себя как обычно, но Нелли не очень-то хотелось на него злиться, поэтому единственное, что ей оставалось это просто улыбнуться.
– Да, – проговорила она, все еще улыбаясь. – Ну, да неважно. Вы тут пока поболтайте, а я пойду на кухню… поставлю чайник, – она уже дошла до самой двери, когда вдруг остановилась. – Эм, Женя, поможешь мне? – спросила она, и парень лишь только кивнул.
Самая глупая отмазка на свете. Люди просят помочь на кухне, а на самом деле просто хотят поговорить. В этот момент все понимают, что им надо посекретничать. Все люди так делают, и каждый наивно думает, что остальные не поймут, в чем тут дело.
Нелли тоже позвала Женю не просто так. Как только они зашли на кухню, она проговорила:
– Что происходит?
Женя с непониманием на нее взгллянул. Он пытался сообразить, что случилось, а Нелли как-то недоброжелательно на него смотрела.
– А что происходит? – спросил он у подруги.
– Женя! – прокричала Нелли, думая, что ее друг прикидывается дурачком.
– Да, Нелли, я не понимаю! Что?!
– Серьезно не понимаешь? – проговорила Нелли, и парень покачал головой. – Я имею в виду Рину, – Женя все еще с непониманием смотрел на свою подругу. – Что у вас с ней?
И тут он засмеялся. Ему стало так смешно от всех этих Неллиных подозрений. Он никогда не подразумевал под Риной кого-то кроме простой знакомой. Она даже не была ему другом.
– У нас? – переспросил Женя. – Ничего.
– Серьезно? – все еще не верила Нелли.
– Нелли, я не понимаю, что случилось. Мы просто встретились на улице. Она увязалась за мной. Вот и все.
– У тебя, может, и все, а вот у Рины наверняка нет!
– Нелли, а что происходит? Почему тебя это так волнует? – не без смеха начал расспрашивать подругу Женя. – Ты меня ревнуешь, да? Неразделенная любовь?
Нелли покачала головой. Она часто так делала, когда Миша делал что-нибудь, что ее ужасно бесит, но Женя Мишей не был, и он не понимал, почему она так сердится.
– Какой же ты придурок, Лазовский! – воскликнула она немного зло, хотя на самом деле ей самой было смешно. Они оба засмеялись.
– Слушай, а о чем ты вообще говорила? Что значит, что у Рины наверняка нет?
– Я прекрасно вижу, – проговорила Нелли, пожав плечами, – как она на тебя смотрит. Поверь, не просто так. Она смотрит на тебя…
– Как ты на Мишу? – перебил ее Женя.
– Заткнись! – тут же выпалила девушка.
– Да ладно тебе…
– Подожди, а откуда вообще…
– Майя! – произнес Женя чуть более громко, чем хотелось бы. – Ты что забыла?
– Ах, да! – тут же вспомнила Нелли. – Точно! Вот уж эта Майя…
– Тебе она не понравилась? – слегка испуганно проговорил парень.
– Почему же? – возразила его подруга. – Она хорошенькая… странная, правда, ну… а кто сейчас не странный-то?
– Да! Она необычная. В ней что-то есть. То, чего я не мог найти в других людях. Вот только что?
Нелли пожала плечами, хоть Женя и не у нее спрашивал этот вопрос. Он задал его самому себе, но и сам не знал ответа.
– Как Стас? – вспомнил вдруг Женя. Он всю дорогу хотел спросить у девушки это, но забыл.
– Я не знаю, – проговорила Нелли, и ее настроение моментально изменилось. Конечно же, она ни на секунду не забывала о своем брате, но как только услышала его имя, что-то внутри ее перевернулось. Она думала лишь о том, что где-то там сейчас по улицам этого города ходит ее родной брат. – Я даже не знаю, где он, – добавила девушка, и села на стул.
– Ты сказала родителям, что видела его?
– Нет. Почему-то не могу сказать им это. Каждый раз, когда пытаюсь это сделать, меня что-то останавливает. Не знаю, в чем дело. Я уже сама запуталась. Что мне делать? Жень, скажи, что мне делать?
– Я не знаю, но мы обязательно что-нибудь придумаем, – сказал Женя, увидев, что его подруга уже чуть ли не плачет. – Нелли, обещаю, что-нибудь придумаю. Ты только не переживай. Все будет хорошо. С ним все будет хорошо, – говорил парень, но сам до конца не верил своим словам.
– Он ходит сейчас где-то один по улицам этого города. Вот где он может быть? Где?
– Ну, может он и не один, – пытался помочь подруге Женя, но напрасно.
– Уж лучше бы один, чем с теми…
Нелли вдруг стала такой грустной, что парню захотелось ее обнять. Она смотрела на него пустыми глазами, а он понятия не имел, что с ней происходит. Он все хотел спросить, что не так, но не мог решиться.
– Женя… – начала сама Нелли. Ее голос дрожал, словно она плакала, но слез не было. – Стас не просто убежал из дома…
– В смысле? – Женя смотрел на свою подругу, пытаясь понять, о чем она говорит.
– Он… полгода назад он отказался от лечения…
Женя пытался прокрутить в голове воспоминания о том, как Нелли говорит о том, что ее брат лежит в больнице.
– От какого лечения, Нелли? – пытался не верить своим собственным мыслям парень. Девушка тяжело вздохнула. – Он болеет? Нелли, чем он болеет?
– Три года назад ему стало плохо. Прямо с урока его увезли в больницу, – Нелли старалась говорить сухо, иначе она бы заплакала. – Ему поставили диагноз… Лейкемия…
Девушка притихла. Женя слышал, как тикают часы, висящие над кухонным столом. Он молчал. Ему казалось, что их молчание длилось вечно.
– Нелли… – начал нерешительно парень. Она взглянула на него. Глаза, полные печали. Почему он раньше не замечал? – Мне так жаль, что… Но ведь это лечится…
– Он отказался от лечения, – решительно повторила девушка.
– Он передумает… Он… Он любит вас.
– Женя, – с усмешкой проговорила Нелли. – Мы же не понимаем его… Иногда я думаю, а что бы я делала на его месте… А вдруг это правильно?
Женя пожал плечами. Нелли разлила чай по чашкам, и они пошли ко всем остальным в соседнюю комнату. За время, что их двоих не было, Миша еще даже не успел достать Рину. Они что-то громко обсуждали и даже смеялись, что парню было несвойственно. С ним тоже что-то творилось. Он уже не был таким занудой, как раньше. Он стал чуточку лучше. Женя взглянул на свою подругу. Она улыбалась рядом сидящему Мише, но ее глаза были готовы пускать слезы. Как давно она закрылась в себе? Почему Женя не заметил? Почему он не увидел эту печаль в ее глазах раньше?

Майи не было дома. Уже третий день. Женя снова шел от нее, перебирая все возможные варианты того, куда она могла исчезнуть. Но, зная Майю, он пришел лишь к одному выводу: она может быть где угодно. В нем теплилась надежда, что ему поможет Эльвира, и он отправился к ней все разузнать.
Все так же: та же дорога, тот же маршрут и даже та же погода, – но чего-то не хватает. Точнее сказать, кого-то. Майи! Впервые Женя шел к Эльвире без нее. Раньше ему это было незачем.
И все-таки хоть в чем-то парню сегодня повезло. Была смена Эльвиры. Женя сел за свободный столик и девушка, увидев его, сразу же подошла.
– Привет, Джо! – проговорила она. В форме официантки она выглядела, как все. Она была совсем не похожа на себя. Волосы в пучке. На лице улыбка, но сама девушка уже устала от миллионного посетителя за день.
– Привет!
– А где Майя? – спросила Эльвира, и все надежды Жени рухнули в одно мгновение. – Почему один?
– Вообще-то, я думал, что ты знаешь, где она, – произнес он, расстроившись. – Значит, ты не знаешь?
– Нет! Она ко мне дня четыре уже не заходила. Значит, она снова пропала?
Женя кивнул.
– А где она вообще может быть? – спросил он.
– Где угодно. Это же Майя. Она постоянно исчезает, но никогда никому не говорит куда…
– И когда же она вернется?
– Откуда мне знать? Однажды ее не было месяц, но обычно она уезжает на пару дней. К тому же, скоро турнир, уже в субботу, а его она не пропустит… А ты что скучаешь? – спросила Эльвира, улыбаясь. – Ты можешь погулять со мной и Алексом сегодня…
Предложение поступила так неожиданно, что Женя растерялся. Еще пару дней назад он принял бы это за шутку и теперь не знал, что делать.
– Серьезно? – спросил он удивленно.
– Да, – проговорила Эльвира. – У меня рабочий день закончится в восемь, то есть… – она посмотрела на часы, висящие как раз рядом с ними. – Еще сорок минут. Подождешь меня?
Женя кивнул. Он понятия не имел, почему согласился. Но дело было даже не в том, что ему было скучно без Майи, он бы нашел, что делать. Он согласился, потому что, правда, хотел. Ему было интересно знать, как живет Эльвира. Он хотел еще раз посмотреть на то, как она пытается спрятать себя за маской. Он думал, что сегодня ночью девушка станет самой собой. Ведь в свете луны люди не могут скрывать свое истинное лицо. Ночью открываются все секреты.
– Что-нибудь закажешь? – спросила девушка, в данный момент являясь еще официанткой.
– Не знаю… ну… может картошку фри… да, давай ее!
– Питаешься фаст фудами? – спросила Эльвира, усмехнувшись.
– Не так часто, как ты думаешь…
– Окей, я мигом…
Девушка убежала, но уже через пятнадцать минут вернулась с заказом. После этого она тут же убежала. Эльвира, как заведенная, бегала от столика к столику. Женя ее такой еще никогда не видел. Она вела себя мило со всеми посетителями.
Парень час просидел в одиночестве. Он пытался слушать разговоры людей, сидящих в кафе, но их диалоги были слишком пустые. Тысячи слов в никуда. Миллионы бесполезных фраз. А зачем? Люди боятся молчания? Кто сказал, что человек познает человека через глупые разговоры? Человек познается в молчании.
До окончания смены Эльвиры Женя тихо просидел, смотря на то, как она разносит заказы посетителям. Наконец, ее рабочий день подошел к концу, и девушка, уже переодевшись, подошла к Жене. Парень вдруг поймал себя на мысли, что такой она нравится ему больше. Фальшивая улыбка официантки ей не шла. Они вышли из торгового центра, где находились, и встали у самого входа в ожидании Алекса, которого все не было и не было. Минуты уходили за минутами. Время убегало. Алекс не изменял своему имиджу плохого парня.
Прошло, наверное, уже больше часа, когда он, наконец, появился. Он был в хорошем настроении, чего нельзя было уже сказать о Жене с Эльвирой.
– Где ты ходишь? – тут же бросила в сторону друга разозлившаяся девушка. – Мы ведь договорились, что встретимся в восемь…
– Я помню, – небрежно бросил Алекс. – Просто, я ждал пока уйдет Элли. Ты же знаешь, она бесится, когда я ухожу куда-то слишком часто. Ее это раздражает…
– Ты мог позвонить, у тебя есть телефон…
«В отличие от Майи» – подумал Женя. Будь у нее телефон, он бы запросто узнал, где она. Жизнь была бы намного проще.
– Мы с Джо простояли на улице целый час как два идиота, – продолжала Эльвира. – Я кстати позвала его с нами…
– Я вижу, – сказал Алекс и небрежно махнул Жене рукой в знак приветствие. Тот сделал то же самое.
Алекс двинулся в сторону парка, куда Женя впервые пошел с Майей. Парк ностальгии. От этой мысли Женя улыбнулся, но никто не заметил. Эльвира, шедшая рядом с ним, злилась на Алекса, который никого не спрашивая, направлялся туда, куда ему вздумалось.
– Алекс! – крикнула ему вслед Эльвира. Он остановился и повернулся. – Куда мы идем? – спросила она. – Может, скажешь?
– Какая разница? Ты ведь хотела гулять? – девушка кивнула. – Ну, вот мы и гуляем… Мне просто надо кое с кем встретиться…
– Ну, конечно, – раздражительно проговорила Эльвира, и они втроем продолжили свой путь.
Было уже совсем темно. Людей на улицах попадалось все меньше и меньше.
Ночь была мрачная. Звезд на небе видно почти не было, они скрылись за какими-то тучами. По улицам уже просто так никто не бегал. Сейчас никто никуда не торопился. Те, кто все еще ходили по городу, почему-то пытались спрятать свои лица. Ночью многие это делают, не понимая, что их и так совсем не видно. Это была ночь разбоя. По крайней мере, прохожие выглядели именно так.
Все фонари были уже включены, но от них почему-то исходило совсем мало света. Все вывески, баннеры и украшения всевозможных торговых центров светились разными цветами, но все это не придавало никакого веселья, а наоборот – вызывало чувство грусти, забытости и потерянности.
В такие ночи как сегодня в фантастических книгах происходят самые последние, заключительные бои, в которых, как правило, добро побеждает зло. В такие ночи в мистических книгах вся нечисть лезет наружу, но с наступлением утра исчезает с лица земли. Как-то тоскливо. А порой даже зловеще.
Алекс и Эльвира спокойно вышагивали. На них были темные очки, и это придавало им вид какой-то недосягаемости. Рядом с ними Женя выглядел как-то нелепо.
И вот ребята подошли к парку. Алекс зашел первый, а за ним остальные. Здесь было совсем пусто. И только трое вышагивали по тропе между скамеек, на которых по утрам обычно сидят мамочки, ожидая своих малышей, которые качаются на качелях. Сейчас здесь никого не было. По ночам в парке гуляют только дураки, которые наплевали на сон.
Ребята шли в одиночестве, пока вдалеке не появился чей-то силуэт. Это был именно тот таинственный человек, с Алексу ему нужно было встретиться. Парень побежал навстречу знакомому.
Эльвира и Женя шли медленно, поэтому еще долго не могли разглядеть, кто это: парень или девушка. Только подойдя чуть поближе, им стало понятно, что это был высокий молодой человек. И в этом самом парне Женя увидел что-то знакомое…
Это был Стас!
Он стоял и разговаривал с Алексом, когда Женя и Эльвира подошли к ним. И Стас, и Алекс вели себя так просто, словно знали друг друга сто лет. Женя решил, что должен что-то сказать брату Нелли, но тот заговорил первый.
– А он что тут делает? – Стас обращался скорее к Алексу.
– Он мой друг, – проговорила быстро Эльвира наглым тоном. – Если тебя не устраивает его присутствие, то обращайся прямо ко мне!
Она продолжала смотреть на брата Нелли со злобным взглядом и фальшиво улыбаться. Она выглядела как мать-волчица, оберегающая свое чадо. В сознании Жени что-то перевернулось. Он не верил своим ушам. Эльвира только что назвала его другом.
– Обязательно! – ответил ей Стас, а потом обратился к Жене. – Значит, тебя зовут Женя, да? Правильно?
– Правильно!
– Хм! Очень интересно, почему вы стали друзьями… хотя бы потому, что моя сестра ничего об этом не говорила…
– Она не знает ни Эльвиру, ни Алекса! И кстати о Нелли… хотел поговорить с тобой о ней! – сказал Женя так настойчиво, как только мог.
– Кто бы сомневался, – отозвался Стас побрел по парковой дорожке туда, откуда недавно появился. Шел он намеренно очень медленно, чтобы Женя смог его догнать.
– Мы сейчас вернемся! – крикнул Женя Эльвире и Алексу, которые, ничего не понимая, неподвижно стояли, и бросился догонять Стаса.
– Ну, и с каких пор ты гуляешь по ночам с ними? – бросил брат Нелли, как только Женя его догнал. Он говорил так, будто знал друга сестры всю жизнь.
Женя смотрел на парня, который полгода назад отказался от лечения. Он выглядел здоровым. Может Нелли перепутала?
– Да чего ты вообще обо мне знаешь? – самым нахальным тоном спросил Женя. Этот парень уже успел порядком его разозлить. – Мы ведь даже ни разу не разговаривали…
– И то верно! – уже более дружелюбно проговорил Стас. – Может быть, ты не такой, каким мне сначала показался?
– Может быть… – отозвался Женя, и они молча зашагали по пустынному парку.
– Ты хотел поговорить вроде?.. – спросил Стас. – И пожалуйста, не читай нотаций. Не порти впечатление, которое сложилось у меня за последнюю минуту…
– Ладно! Постараюсь!
– Постарайся! – отозвался брат Жениной подруги. – И начать наверное стоит с того момента, когда Нелли все рассказала родителям. Давай!
– Она ничего не говорила им…
Стас резко остановился, и Жене пришлось последовать за ним. Парень выглядел растерянным.
– В смысле ничего не говорила? – проговорил он удивленно. – А вот с этого момента давай поподробнее.
– Ну, в тот вечер, когда… мы встретили тебя в магазине, ваша мама позвонила Нелли, сказала, что ты пропал, и спрашивала, не знает ли она, где ты. Нелли ответила, что не знает.
– И она до сих пор ничего не сказала?
– Да. Я был у нее вчера. Она еще ничего не говорила. Да и не собирается…
– Но зачем? – спросил Стас, усмехаясь. Он никак не мог этого понять, но и сама Нелли этого не понимала.
– Откуда мне знать! – ответил Женя, слегка рассердившись без какой-либо причины на то.
– Чего она добивается? – продолжал расспрашивать Стас, будто не слышал, что Женя сказал ему.
– Ничего.
– Нет, серьезно. Чего ей надо? – не унимался парень.
– Ничего ей не надо! Но мне кажется, ты должен к ней сходить. И, если ты не собираешься возвращаться сейчас домой, то ты мог бы жить у нее…
– Я не знаю… – сказал Стас, все еще размышляя о том, почему Нелли молчала о нем. Он искал в этом всем какой-то подвох, но не находил его.
– Но ты подумай…
– Ладно. Подумаю…
Они двинулись в обратную сторону. Стас молчал, раздумывая об услышанным. Жене сказать было больше нечего, и он просто наблюдал за тем, как Стас удивленно выпучивает глаза, словно желает что-то спросить. Но он не сказал ни слова.
Алекс и Эльвира стояли на прежнем месте. Девушка ходила вокруг друга и что-то говорила, хотя нет – скорее кричала. А он просто стоял и улыбался. Она в очередной раз читала ему нотации. Как только Стас и Женя подошли к ним, Эльвира бросила свое занятие и, подбежав к ним поближе, спросила:
– У вас все нормально?
– Да! – ответил Женя спокойно. Эльвира выглядела встревоженной, и он хотел ее привести в порядок. Стас до сих пор стоял в растерянности, пытаясь понять, что происходит с его сестрой.
– Хорошо! – проговорила Эльвира. – Слушай, Алекс, ты нас сюда привел! Так что теперь развлекай своего друга сам. Он какой-то тихий сегодня, – она бросила на Стаса быстрый взгляд. – Вы поговорите. Короче, мы вон там посидим, – сказала она, указав на самую ближнюю скамейку. Теперь Женя понял, о каком Стасе говорил Кевин. Этот парень бесил Эльвиру до ужаса.
Алекс ничего не ответил, но так и продолжал стоять на одном месте, поглядывая на подругу. Как только она и Женя ушли, Стас подошел к Алексу и начал что-то рассказывать. Возможно, он ждал, когда ребята пропадут из виду, а может, это случайность. В любом случае, Эльвире и ее новому другу было это совсем не интересно. Они уже давно сидели на скамеечке, отгородив себя от общества двух новых Жениных друзей.
– Бесит он меня, если честно! – сказала вдруг Эльвира раздражительным тоном, как только присела.
– Кто?
– Да Стас этот…
– Откуда ты его знаешь?
Эльвира сняла свои очки и зачем-то одела их на Женю. Как не странно, они ему шли. В них он выглядел чуть взрослее. Быть может, даже чуть привлекательнее. Эльвира улыбнулась, но как только вспомнила тему их разговора, нахмурилась.
– Он все время таскается за Алексом. Наглый! Хамит все время! Ну, я тоже хамлю, но я хамлю, потому что он хамит… Короче, достал он меня. Его присутствие меня из себя выводит. А Алекс… он как специально все время его с собой берет… Так что я две недели наслаждаюсь обществом этого идиота… Стоп, а ты его откуда знаешь?
– Он брат моей подруги Нелли…
Глаза Эльвиры готовы были поползти на лоб. Она выглядела дикой. Еще более сумасшедшей, чем Женя мог себе представить.
– Подожди, я думала, тебе Майя нравится…
– Эй! – воскликнул парень, стянув с себя очки. – Во-первых, Нелли мне просто друг, а во-вторых… с чего ты взяла, что мне нравится Майя?
– Да ладно тебе. По-моему, только одна Майя этого не замечает… Так нравится?
– Я не знаю, – сказал Женя.
Эльвира улыбнулась и, наклонившись к Жене, сказала:
– У тебя проблемы. Это не лечится…
– Я не понимаю. О чем ты?
– Все ты прекрасно понимаешь. Ведь ты в нее влюбился…
– Это не так, – сказал Женя слегка погодя. – Я просто… пишу книгу. Да. Просто книгу…
– Ладно, Женя, допустим так…
– Почему ты называешь меня Женей?
– Может, потому что тебя так зовут?
– Ты раньше называла меня Джо!
– Я передумала, – сказала Эльвира и откинулась на спинку скамейки. – Я думаю, ты ей тоже нравишься... – проговорила она, задумавшись.
– Нет! – ответил Женя решительно. – Она ведь никогда никого не любила… я имею в виду… Майя говорила…
– И ты поверил в этот бред?
Женя с удивлением посмотрел на Эльвиру, а она только кивнула головой, как бы подтверждая правдивость своих слов.
Бред? Она так спокойно назвала то, о чем думает ее подруга бредом?
– Почему ты так говоришь? Ты ей не веришь? Своей подруге?
– Отчасти…
Эльвира посмотрела на Женю со смущением, наверное, все-таки поняла, что слишком грубо сказала.
– Просто, я думаю, что она не до конца понимает то, о чем говорит, – попыталась исправиться Эльвира. – Она слишком сильно в это верит. Только в этом дело.
– Кто во что верит? – спросил подошедший только что Алекс.
– Да не важно… – проворила Эльвира, улыбаясь.
Алекс пожал плечами и сел рядом с ней, Стас присел на скамейку, которая была напротив. Сами того не замечая, они завели беседу, и в итоге болтали как самые лучшие друзья, постоянно перебивая друг друга. Они смеялись, как сумасшедшие, чуть ли не над каждым произнесенным словом.
А потом стало светать. На улицах появлялись первые люди, все так же как вчера торопившиеся по своим делам. Но все-таки настроение у прохожих было лучше, чем обычно, и скорее всего это было связано с тем, что наступила пятница. Погода была отличная. Пожалуй, самая лучшая, какая только могла быть. Утренняя.
Ребята стали потихоньку расходиться по своим домам. Самый первый ушел Стас, а за ним потянулись остальные. И пока сонный Женя плелся домой, он думал только об одном: говорить ли Нелли о встрече со Стасом или нет.

15:01. Женя открыл глаза и взглянул на электронные часы, стоящие на прикроватной тумбочке. Снова закрыл глаза. Он уже пропустил все лекции.
У Марины был выходной, но она почему-то его не разбудила. Сначала Женя подумал, что она ушла на работу, а разбудить его забыла, но потом он услышал шаги, доносящиеся с кухни, и крикнул:
– Марина, почему ты меня не разбудила? Я прогулял из-за тебя…
Женя лежал в кровати, завернувшись в одеяло, и пытался понять, рад он или нет. Он вспоминал, какие у него были пары. Пятница. Немецкий и педагогика. Он улыбнулся.
– О! Можно подумать ты расстроился… – прокричала девушка, и Женя засмеялся.
С кухни тоже послышался смех. И это была не только Марина, вместе с ней в комнате был кто-то еще. Та, чей смех Женя знал отлично. Он ушам своим не верил.
Это была Майя.
Женя вскочил с кровати и побежал на кухню. Он застыл в дверном проеме с идиотской улыбкой на лице. Марина сидела за столом и завтракала. Но Женя смотрел не на сестру, а на Майю, которая стояла у плиты и готовила блинчики. Обе девушки смеялись, и как только Женя оказался на кухне, Марина у него спросила:
– И вообще, почему это я виновата в том, что ты прогулял? Нечего домой утром приходить…
Женя не услышал ни слова произнесенного сестрой, потому что в его квартире была Майя, которая сейчас повернулась к нему лицом и улыбалась той самой незабываемой улыбкой.
– Привет, Джо! – сказала она и помахала ему рукой. – Ты что еще не проснулся? – спросила Майя у него, увидев, что он стоит как вкопанный.
– Надеюсь, проснулся, – промямлил Женя.
– Так, ладно. Ты завтракать будешь или как?
– Буду, – ответил парень, все еще пребывая в замешательстве.
– Тогда садись за стол. Стоя ведь есть неудобно?
Майя с Мариной переглянулись и засмеялись. Женя подошел к девушке и, остановившись, долго смотрел на нее, как будто хотел что-то сказать, но не мог. Он сел за стол напротив сестры. Она ела блинчики, хотя до этого была вроде как на диете, ну или она просто так говорила. Она всегда покупала только молоко, овощи, йогурты и хлопья. Так что это была единственная еда в этом доме… Откуда взялись блины?
– Марина, откуда у нас в доме… мука? Ты что ее прятала? – попытался пошутить Женя.
– Ха-ха! Как смешно! – отозвалась Марина. – Вообще, это Майя принесла… Ты только попробуй! – воскликнула она, показывая на тарелку с блинами, которую Майя только что подала Жене. – Я ничего вкуснее в жизни не ела…
– Спасибо, Марина… – смущенно проговорила девушка.
– Правда! Если бы у меня была куча денег, то я бы попросила тебя быть моим личным шеф-поваром.
– Черт! – воскликнул Женя, который только что попробовал приготовленные Майей блинчики. – Я бы на тебе женился за эти блины…
Майя засмеялась.
– О! ну, я подумаю над твоим предложением! – сказала она и подмигнула ему. – Вообще-то, я еще какао сварила… – вдруг вспомнила она.
– И чего ты ждешь? – спросила Марина, протягивая Майе свою кружку.
– А как же твоя диета? – усмехнулся ее брат.
– Плевать я на нее хотела…
Майя подала Марине кружку с какао и тоже села за стол. Она просто сидела и молчала, переводя взгляд то на Женю, то на Марину, которая все это время что-то болтала. В конце концов, она поняла, что ее никто не слушает, и, улыбнувшись, ушла в другую комнату, забрав с собой кружку с какао.
– Так значит, ты вернулась, – сказал Женя, как только его сестра покинула кухню.
Майя нерешительно посмотрела на собеседника. Она так много хотела ему сказать, но теперь все забыла.
– Да! – проговорила она, пытаясь не отводить взгляд. – Я скучала, Джо! С тобой весело, а там было одиноко. Обычно когда я уезжаю мне не так грустно… Я чувствовала себя Лисом из «Маленького принца».
Она улыбнулась.
– Куда ты все время уезжаешь? – спросил Женя, хотя искренне хотел, чтобы Майя не переставала светиться. – Никто не знает. Всем интересно. Мне тоже интересно…
– Это секрет…
– Секрет? Почему ты его не рассказываешь друзьям? Секретами нужно делиться с друзьями…
– Нет! Секреты только тогда секреты, когда их никто не знает…
– Значит, не расскажешь?
– Нет, – лукаво ответила Майя и помотала головой из стороны в сторону. – Что делал?
– Ничего.
– Ты так говоришь потому, что я тебе не ответила, куда ездила, или потому, что правда ничего не делал?
– Потому что, правда, ничего не делал. Здесь скучно, ты же знаешь…
– Нет, не знаю… – отозвалась девушка и закрыла глаза, но, резко открыв их, спросила: – Что ты наделал?
– Что? – совсем не понял ее Женя.
– Ты выкинул в мусор три дня… они не вернутся…
– Я знаю, но ты уехала, а без тебя было все… не то. Я ходил к тебе каждый день, но дома никого не было… Ты больше никуда не уедешь, не предупредив?
– Я не знаю…
– Обещай, что больше не будешь пропадать.
– Я не могу обещать, но… я постараюсь.
Майя улыбнулась, и все снова стало, как раньше, словно не было тех трех дней. Словно после понедельника сразу наступила эта пятница. Так не бывает, но этого и не нужно. Те три дня без Майи были не такими уж ужасными. Например, вчерашняя прогулка Жене очень даже понравилась, но почему-то сидя с Майей, он сразу забыл о том, что было вчера. Не было никакого вчера. Не было ничего кроме сегодняшнего дня. Все остальное казалось таким неважным. Важным было лишь то, что Майя пришла, что теперь она здесь.
– Помнишь, ты однажды сказал, что когда-нибудь сыграешь для меня? – спросила она.
– Помню!
– Может быть, это когда-нибудь наступило?
– Может… – ответил Женя, но уже через пару секунд добавил: – Пошли!
И они отправились к нему в комнату. Но как только дошли до нее, Женя остановился у двери и сказал:
– Я рад, что ты вернулась…
– Я тоже рада…
– Проходи! – сказал он и открыл дверь.
Майя села на крутящийся стул рядом с Жениным рабочим столом, а парень достал свою скрипку и нерешительно начал играть. Не что-то определенное, а то, что приходило в голову прямо сейчас. Иногда на него это находило. Он называл это вдохновением. В эти моменты ему ничего не хотелось играть, кроме того, что приходило на ум. Конечно, это не было идеально. Это не было чем-то запоминающимся. Это была просто музыка. Музыка души… И все-таки это было невероятно. То, что ноты, соединяясь, становятся мелодией, а мелодии сливаются в музыку. Это ведь тоже своего рода магия.
– Ты шутишь! – воскликнула Майя, как только Женя отложил скрипку в сторону.
– Что? – не понял он.
– Ты шутишь, что только полгода назад начал снова играть? – объяснила все еще удивленная девушка.
– Нет.
– Джо, но ты ведь играешь… невероятно. Это офигенно. Нет, я, конечно, думала, что ты хорошо играешь, но… чтобы так. Для человека, который несколько лет не играл, а потом снова начал… это очень круто!
– Нет, Майя! Я бездарен…
– Хватит! – проговорила девушка, встала со стула и подошла к окну. Она долго смотрела куда-то вдаль, прежде чем начать говорить. – Пошли, прогуляемся?
– Да, точно.
Они уже почти ушли, когда из комнаты выбежала Марина и напомнила Жене, что он должен погулять с далматинцами. Он вдохнул и нехотя согласился. Майя же была совсем не против, поэтому стояла позади Жени и светилась от счастья. Радостная она выбежала из подъезда.
Майя вела на поводке Фриджа, который все время пытался прыгнуть на нее, а ей это даже нравилось. Женя вел Скотти и Мистера Икс, которые то и дело убегали вперед и тянули хозяина за собой. Майя смеялась, и Женя начинал улыбаться, хотя раньше, когда далматинцы так делали, он только злился. Майя всегда бежала вслед за ним. Ему нравилось то, какими яркими красками эта девчонка наполняла его жизнь.
Люди сегодня были приветливее, чем обычно. Они улыбались, смеялись, вели друг с другом какие-то милые беседы. Майя и Женя присели на скамейку, и как только они это сделали, к ним подбежала маленькая девочка. Она спросила, можно ли погладить собак, и Майя, конечно же, разрешила. Она продолжала улыбаться, и эта девочка отвечала ей такой же лучезарной улыбкой.
– Как тебя зовут? – спросила Майя.
– Эля! – ответила девочка своим детским голоском, продолжая гладить далматинцев.
– Сколько тебе лет, Эля? – снова поинтересовалась Майя, и девочка показала все пять пальчиков на своей крохотной ладошке. – И где же твоя мама? – каким-то встревоженным голосом спросила Майя.
Девочка показала на женщину, которая подошла к ним в этот момент. В ее лице была растерянность. Она в испуге села рядом с дочкой на колени.
– У вас очень милая дочь! – тут же сказала ей Майя, и женщина улыбнулась.
– Спасибо! – ответила она. – Вот только она такая любопытная… животных любит. Как только где-то увидит, сразу бежит посмотреть и погладить… А мне волнуйся…
– Это нормально! – проговорила Майя, пытаясь успокоить встревоженную мамочку. – Я сама такая была! В детстве, кажется, все такие!
Мама Эли улыбнулась, а после этого они ушли. Женщина держала дочь за руку, и когда они еще не очень далеко ушли, Эля повернулась и помахала своей маленькой ладошкой. Майя улыбнулась.
– Куда пойдем? – спросил Женя у нее, пока они еще сидели на скамейке.
– По пятницам Кевин с Мэнди всегда ходят в парк, это совсем рядом отсюда. Может, к ним зайдем?
– Конечно!
Эта идея Жене безумно понравилась. Ему почему-то так нравилось общаться с Мэнди. Она была так похожа на Майю, только чуть старше.
Парк, куда направились Женя с Майей, был совсем рядом. Туда ходило не очень-то много людей, так что ребята с легкостью нашли Кевина и Мэнди. Те сидели на траве под деревом и о чем-то оживленно беседовали. Майя и Женей подбежали к ним, Скотти рванул к Мэнди и лизнул в щеку. Она приглянулась ему, как и Майя когда-то.
Мэнди сначала немного испугалась и растерялась. Она задумчиво молчала, но осознав, что происходит, захохотала.
– Это собака?
– Я тебе больше скажу, она не одна… их здесь трое, – ответил Кевин и начал гладить Мистера Икс.
– О! я обожаю собак! – воскликнула Мэнди. – Это твои, Женя? Что за порода?
– Далматинцы.
– Не может быть! – удивленно проговорила девушка. – Представляете, у меня в детстве тоже был далматинец. Когда мне было семь, на мой день рождения родители мне его подарили…
– Ты никогда не говорила! – сказал Кевин. Он говорил это с такой радостью. Ему навилось, что они все еще могли открывать что-то новое друг в друге каждый день.
– Да! Давно было!
– Давно не значит неважно, – продолжал парень, делая вид, что немного рассержен.
– Но я и не говорила, что неважно… – с улыбкой на лице оправдывалась девушка.
– Но ты и не рассказывала…
Мэнди хотела еще что-то сказать, и тогда эта шутливая дискуссия продолжалась бы еще долго, но Майя вовремя вмешалась в разговор.
– Хватит, – сказала она.
Кевин и Мэнди засмеялись. Они стали расспрашивать Майю, где она пропадала, но та увела тему в другое русло, и они стали говорить о завтрашней игре. Майя так и не рассказала, где она была. Наверное, она была права, утверждая, что секреты только тогда являются секретами, когда их никто не знает.
Ближе к вечеру снова стало невыносимо жарко. Сидеть под солнцем без головного убора было уже невозможно. Мэнди и Кевин отправились домой, а Майя и Женя продолжили гулять. Вскоре им это надоело, и они начали думать, куда могут пойти. В итоге, пошли к Нелли. Женя был уверен в том, что Миша и Марк тоже там.
По пути туда Майя вдруг предложила посмотреть какой-нибудь фильм, поэтому она пошла в магазин, а Женя ждал ее на улице с питомцами. Она очень долго не выходила, парень решил, что она снова исчезла. Но, в конце концов, она появилась, махая коробочкой с диском. «Господин Никто» – фильм, который ей очень рекомендовала продавщица.
Майя была такая счастливая. Она радовалась тому, что вернулась. Тому, что шла по улице с Женей и вела на поводке далматинца. Тому, что купила диск с этим фильмом. Тому, что солнце светит. У нее как-то получалось радоваться всему. Она была благодарна, что живет.
Женя шел рядом с ней и наблюдал за ее поведением. Он смотрел на то, как она улыбается, и не понимал, как ей удается так улыбаться. Так, словно ничего плохого с ней никогда не происходило. Так, словно она впервые видит этот мир. Женя был абсолютно уверен в том, что никто на свете больше так не улыбается.
– Что? – спросила смущенно Майя, когда поняла, что парень на нее смотрит.
– Ничего… просто, ты так улыбаешься. Все время. Ты все время улыбаешься. Почему?
– Ну, почему бы мне не улыбаться. Этот мир пропитан агрессией, злостью и ненавистью, и, когда я улыбаюсь, я знаю, что не весь мир такой. Мое сердце хочет, чтобы я улыбалась, потому что оно наивно верит, что от моей улыбки этот мир станет лучше.
Она смущенно убрала прядь своих волос, упавшую на глаза, и исподлобья продолжала смотреть на Женю.
– Знаешь, когда я впервые тебя увидел, то подумал, что ты и есть весна… ну, или ее воплощение. Поэтому я нисколько не удивился, что у тебя весеннее имя. Другого и быть не могло.
После этих слов Женя перестал смотреть на Майю. Он устремил свой взгляд вперед.
– Это самое… милое, что мне когда-либо говорили! – не очень громко произнесла Майя. – Обычно я в свой адрес слышу лишь то, что я придурковатая…
– С каких пор тебя это волнует?
– Меня это не волнует и сейчас…
– К тому же у тебя есть друзья, и мы знаем, какая ты на самом деле. Ты не сумасшедшая, а особенная. Просто, не такая, как все. Это ведь не значит, что ты странная…
– Рада, что ты так думаешь. А вообще знаешь что? Слишком много комплиментов для одной Майи.
Они, смеясь, зашли в подъезд и побежали по лестнице до Неллиного этажа. Майя нажала на кнопку звонка, и удивлению Жени не было предела, когда дверь открылась.
Дверь им открыла не Нелли, не Миша и даже не Марк. Дверь открыл Стас. Он стоял в дверном проеме и смотрел на только что пришедшего Женю и незнакомую Стасу его спутницу. Женя стоял, не понимая, что происходит, пока не вмешалась Майя.
– Я полагаю, ты брат Нелли? – спросила она решительно.
– Ага, – ответил тот.
– Быть может, ты нас пропустишь внутрь? Или это запрещено законом?
– Да! Конечно! – ответил Стас и отошел от двери.
Майя и Женя прошли в комнату Нелли, где были все остальные. Марк и Миша о чем-то разговаривали, но как только второй из них увидел Майю, сразу бросился к ней, чтобы поздороваться на эльфийском. Майя в ответ улыбнулась и начала что-то говорить ему на том же языке, но Миша, похоже, ее совсем не понял и только кивнул. Девушка отдала ему диск, который купила, и они продолжили о чем-то беседовать только теперь уже на родном языке.
В этот момент из кухни пришла Нелли. Так странно, но даже она сегодня светилась от счастья, хотя ее настроение было вполне понятно. Она только что разговаривала с братом и до сих пор отчего-то смеялась. Она подбежала к Жене, и тогда он у нее спросил то, что и так было очевидно.
– Значит, Стас вернулся? Он нашелся, наконец?
– Он не то чтобы нашелся… он сам пришел, – ответила Нелли, не переставая улыбаться. – Представляешь, рано утром пришел… Я в шоке была… Правда, он такой грустный все время, – с лица девушки исчезла улыбка и снова появился тот самый напряженный взгляд, который был на ней последние три недели. – Конечно, я понимаю… Иногда он пытается улыбаться, но это у него не очень получается…
В этот момент Стас подошел к сестре и сказал, что ему нужно уйти. Сейчас он тоже пытался казаться веселым, но это у него едва ли получалось. Нелли кивнула на его заявление и тоже попыталась изобразить улыбку.
– Я сейчас вернусь! – бросил Женя, как только дверь за Стасом захлопнулась, и побежал за ним. Он даже не понимал, что хочет ему сказать. Он просто знал, что должен что-то сделать.
Стас сидел на ступеньке, словно ждал, что Женя сейчас выйдет, словно знал, что он сейчас появится здесь. Женя посмотрел на парня удивленными глазами, а тот был абсолютно спокоен. Женя забыл, зачем побежал за Стасом, он до сих пор не знал, что хочет ему сказать.
– Где то пожар? – спросил брат Нелли ровным голосом.
– Что?.. нет. Просто, я знаю, как тебе сейчас тяжело…
– Значит, Нелли вам все рассказала? – перебил Стас. Он говорил немного нервно.
– Нет… Только мне. И я только хотел сказать, что понимаю тебя…
Стас ухмыльнулся.
– Ты тоже умираешь?
– Нет.
– Значит, ты умирал раньше?
– Нет, просто…
– Тогда почему ты думаешь, что понимаешь меня?
– Знаешь, когда мне было четырнадцать, умер мой отец…
– Прости, но с чего ты взял, что мне это интересно?
– Просто, мне тогда тоже было хреново, но я справился… в смысле, сейчас мне немного легче…
– Ты не понимаешь, Женя.
– Чего?
В этот момент Стас поднялся со ступенек и двинулся вниз. Где-то на половине пути к первому этажу он остановился и проговорил громко, чтобы Женя услышал:
– Ты не понимаешь того, что я не как ты. Я умираю. Я как твой отец. Так что помочь ты можешь, пожалуй, только Нелли.
Он быстро побежал вниз, и уже через пару секунд было слышно, как захлопнулась дверь подъезда. Стас ушел, а Женя до сих пор стоял на лестничной клетке и смотрел в ту сторону, где совсем недавно стоял брат Нелли. Быть может, в словах этого парня был смысл?
Когда Женя, наконец, повернулся лицом к квартире, где были его друзья, то увидел Майю. Он вздрогнул от неожиданности. Майя, отчего-то смущенная, стояла в стороне и смотрела на Женю. Он даже и не услышал, как открывалась входная дверь, поэтому понятия не имел, когда девушка здесь появилась. Он надеялся, что она не слышала…
– Все в порядке? – спросила она нерешительно.
– Да… А ты… слышала о чем мы говорили, да?
– Немного…
– И что ты думаешь? Он прав, да?
– Я не знаю, – ответила Майя. Ее глаза были просто огромные сейчас, то ли от испуга, то ли от страха.
– Что-то не так? – спросил у нее Женя.
– Он болен? – едва слышно прошептала она.
Парень молча кивнул. В воздухе повисло напряжение. Майя уже была в такой ситуации однажды.
Она. Эльвира. Скамейка в ее дворе. 14 декабря 2011 года. В тот день она узнала, что Кристина умирает.
– Ты не говорил, – второй раз проговорила Майя. У нее появилось ощущение дежавю.
– Да, Нелли сказала недавно… Я даже не в курсе, знают ли Марк и Миша… Ты только с Нелли об этом не говори. Она не Мэнди, ей гораздо проще свои проблемы прятать, чтобы о них никто не узнал… Так что лучше делай вид, что вообще ничего об этом не знаешь, ладно?
Майя кивнула, но потом вдруг сказала:
– Не знаю, получится ли у меня… В смысле, делать вид, – она резко перестала говорить и уставилась в пол. – Я постараюсь.
– Ты его не знаешь, Майя! Почему ты так реагируешь?
Майя подняла голову и уставилась прямо в глаза Жене.
– Смерть – это то, к чему человек не приспособлен. Никогда не возможно к ней привыкнуть.
– Да…
– Даже чужая… Это наводит на мысли. Всегда… Ведь никогда не знаешь, когда придет твой конец.
– Это точно…
Женя подошел к Майе и так же нерешительно, как она поначалу, спросил:
– Может, мы пойдем уже? – Майя слегка кивнула. – Ты в порядке?
– Да, – ответила она и улыбнулась уголками рта. Она была растеряна, потому что смерть – это то, чего она на самом деле боялась.
Когда они снова зашли в квартиру, то Майя изо всех сил попыталась сделать вид, что у нее все в порядке. Ни Нелли, ни Марк, ни тем более Миша этого не заметили. Они плохо ее знали. Им не с чем было сравнивать.
Со временем она, конечно, возвращалась в свое нормальное состояние, смотря фильм и играя с далматинцами, болтая с Мишей и смеясь. Женя перехватил ее взгляд и улыбнулся. Она ответила ему своей лучезарной улыбкой. Той самой, какой улыбалась той девочке Эле сегодня на улице, по-настоящему искренней и детской.
Они ушли от Нелли, когда уже было поздно. Майя шагала по улице и напевала песню Beatles, ту самую, под которую они когда-то танцевали. И они почти уже дошли до дома девушки, когда Жене пришла эсэмэска от Эльвиры:
Я знаю, что Майя уже приехала. Дома ее нет. Если вы вместе, то приходите ко мне. Я жду вас у ее дома.
Женя прочитал это вслух, и Майя сразу же сорвалась с места. Она бежала к своему району так быстро, что Женя едва ли поспевал за ней. Бежать, конечно, пришлось недолго, потому что они были совсем рядом, но с собаками на поводах это было довольно трудно.
Эльвира сидела на скамейке в одиночестве и в первую очередь, подбежав к подруге, Майя упала на колени и обняла девушку. Женя в это время стоял совсем рядом с ней и видел, какими удивленными были глаза Эльвиры в тот момент.
– Не обязательно было бежать. Это не настолько важно… – произнесла она холодным голосом.
– Мне плевать важно или нет, – начала Майя, тяжело дыша, из-за непредвиденной пробежки. – Если моим друзьям нужна помощь, то я прибегу из другого конца города, прилечу из любого конца света… Ты же знаешь! Ради тебя…
– Знаю, – ответила Эльвира не таким ледяным голосом, как в прошлый раз. – Поэтому тебя и искала… А вы… откуда? Не поздно ли для прогулки с собаками?
– Вообще-то мы еще днем ушли… – начал Женя, пристроившись рядом с Эльвирой на скамейку.
– Да… – поддержала Майя и села по другую сторону от Эльвиры. – Куда мы только не сходили, но если мы начнем рассказывать, то это займет слишком много времени. Лучше ты скажи, что случилось? Это связано с Кристиной?
– Откуда ты знаешь?
– У нее ведь завтра День рожденья…
– Да! Но дело не в этом…
– А в чем же тогда?
– В том, что это будут первые игры без нее… Не знаю, как буду играть без нее…
– Ты справишься! – сказал вдруг Женя, положив свою руку девушке на плечо. Ей стало немного неловко от этого, но она улыбнулась. – Ты должна играть как никогда ради нее…
– Он прав Эльвира, – поддержала друга Майя.
– Да, наверно… Просто, мы с детства вместе. Она придумала все это. Мы в детстве бегали вдвоем и бросали краской друг в друга. Было так весело. А потом, когда ей было шестнадцать, она предложила то же самое своим друзьям… Я, она, Кевин, Джек, Ник, Саша… Нас было так мало сначала. Потом позднее присоединились еще Алекс и Мэнди. Потом все остальные… Сначала все это выглядело как сумасшествие. Но, тем не менее, Полине, той девочке из туристического похода это понравилось, и однажды мы решили проводить игры два раза в год. Все было так хорошо, пока… она не заболела…
Тут Эльвира вдруг не выдержала и заплакала. Теперь это была она, настоящая Эльвира, которую Женя так хотел увидеть, которая теперь снова стала собой и не прятала свои чувства в себе. Она выглядела так же, как и все, кто потерял самого близкого человека.
– Но ведь даже тогда она играла, – продолжала девушка, рыдая. – Иногда ей становилось так плохо, что казалось это конец… Но лишь только ей становилось лучше, она приходила на игру. На поле она, казалось, не болела. Там она снова была той же.
– Я знаю, – ответила Майя, взяв подругу за руку, изо всех сил сдерживая свои слезы.
– А ты помнишь те игры? – продолжала Эльвира. – Последние игры…
– Помню… Она была такая свободная… Я ей даже завидовала, хотя это и глупо…
– Целый год уже прошел. Время так быстро летит… Вот бы снова оказаться там, в том времени, где мы с ней обе были невероятно счастливы. Как бы мне хотелось хоть на минуточку снова оказаться рядом с ней. Мне так хочется снова услышать ее смех. Увидеть ее улыбку. Вживую, не на видео. Там все не по-настоящему как-то. На видеозаписях она на себя не похожа. Все искажено. Все фальшиво.
– Тоскливо… – ласково спросила Майя.
– Еще как… Слушай, Майя, можно я у тебя сегодня останусь?
– Ты еще спрашиваешь? Конечно, можно!
– Тогда я пойду! – тут же отозвался Женя.
Майя кивнула. Они все встали, и теперь Эльвира тянула Майю за собой в дом, но та уходить еще не собиралась.
– Завтра приходи пораньше, Джо! – сказала она. – Мы будем ждать…
Женя улыбнулся. Улыбка получилась немного грустной, потому что в этот момент он краем глаза увидел Эльвиру с красными от слез глазами. Она их вытерла и выглядела уже не такой разбитой, но Жене от ее вида все равно становилось грустно.
– Тогда пока? – проговорил он.
– Да, пока… – ответила Майя, неловко улыбаясь.
– Пока!
– Да, ладно…
– Ага, пока!
– Ну, все… – не выдержала Эльвира. – Попрощались уже. Так до утра простоять можно. Пока, Джо! Завтра увидимся…
Эльвира утянула Майю за собой в подъезд, а Женя остался стоять один со своими питомцами. Но через пару секунд дверь подъезда неожиданно открылась, и снова появилась Майя. Она улыбнулась, увидев Женю, и произнесла:
– Ты еще не ушел?
Он помотал головой.
– Я просто хотела сказать… до встречи…
Она подбежала к нему, обняла. Ему стало так тепло от ее объятий. Она помахала ему рукой и снова скрылась за дверью своего подъезда, на этот раз насовсем. А Женя, стоящий на прежнем месте, улыбнулся в пустоту и побрел домой, думая только о завтрашнем дне.

8 глава
ИГРА В ЖИЗНЬ

Майя сидела за столом, пила какао и еще успевала улыбаться сидящему напротив нее Жене. Эльвира с сосредоточенным лицом ходила по кухне из стороны в сторону. Она пыталась как-то успокоиться, но это ей не помогало.
– Может, ты поешь? – спросила у нее Майя.
– Я не хочу есть, – ответила ее подруга и остановилась, но через мгновение снова продолжила бродить из стороны в сторону.
– Тебе нужно успокоиться.
– Я спокойна… – сказала она и села на стул. Теперь она начала стучать пальцами по столу, сама того не замечая.
– Эльвира? – позвала ее Майя.
– Что? – отозвалась та, и Майя взглядом указала ей на пальцы, которыми Эльвира стучала по столу. Она сразу отдернула руку от стола и произнесла: – Я не специально. Это само собой так выходит… Я так нервничаю…
– Почему?
– Я не знаю… просто, эти игры…
– Ты играла десятки раз… Все будет хорошо. Вот увидишь. Играй для нее. Мы все сделаем то же самое.
Эльвира кивнула, а потом начала стучать по столу снова, но на этот раз Майя не стала ничего ей говорить.
– Я играла раньше, но сегодня другие игры. Я боюсь, что сделаю что-то не так… Я боюсь, боюсь… С каких пор, Майя, я стала всего бояться? – тревожно спросила Эльвира.
Майя встала с места и подошла к подруге.
– Все хорошо! – проговорила она, поглаживая Эльвиру по голове. – Тебе просто нужно успокоиться. Может, выпьешь успокоительного?
– Не буду я ничего пить…
– Так, ладно… тогда нужно проветриться. Вон, погода-то отличная, – сказала Майя, глядя в окно.
Эльвира согласилась выйти на улицу, так что Майя закрыла дверь своей квартиры, и они втроем побежали вниз. Лифт работал, но они решили размяться. Майя думала, что на улице Эльвира хоть немного успокоится, но ошиблась. Пока она и Женя спокойно сидели на скамейке во дворе, подруга мельтешила у них перед глазами. Она почему-то никак не могла успокоиться.
– С кем мы вообще поедем? – спросила Майя.
– С Кевином и Мэнди… – отозвалась Эльвира, все еще расхаживая взад-вперед.
– Ладно, с тем, что Эльвира уже не успокоится, все понятно, – сказала Майя, повернувшись к Жене. – Ты-то как?
– Пока не знаю… но точно лучше, чем Эльвира.
Услышав свое имя, Эльвира остановилась и вопросительным взглядом уставилась на ребят, но как только поняла, что разговор не о ней, снова начала бродить из стороны в сорону.
– Хотя, знаешь, – начал Женя. – Я тоже немного нервничаю. Просто, у меня такое смутное подозрение, что если мы сегодня проиграем, то Эльвира убьет каждого… лично… Хотя, не знаю… но меня она точно покалечит. Я играть не умею.
– Да хватит тебе, – успокаивала его Майя. – В прошлый раз мы проиграли. Здесь ведь не победа главное. Я знаю, что для Кристины всегда были важны сами игры. Она жила ими, а не победой…
– Я понимаю, но… сегодня, мне кажется, для Эльвиры важна победа. И в этом нет ничего плохого.
Когда, наконец, приехали Кевин и Мэнди, ребята все еще были на улице. Эльвира до сих пор места себе не находила. Даже в машине она все еще нервничала. Она уткнулась в стекло и почти не разговаривала.
– Ну, как дела? – спросила Мэнди, как только они выехали. По ее голосу было понятно, что у нее самой оно приподнятое.
– В принципе, ничего… – ответила Майя. – Но Эльвира уже с утра нервничает…
– Знаете, сегодня она может себе это позволить… – поддержал Эльвиру Кевин. Он знал ее сестру очень давно, ему тоже было тяжело, но не так, как ей. – Сегодня ее даже не трогайте…
– Спасибо, Кевин, – тихо сказала девушка и слегка улыбнулась.
– Вы лучше вот что скажите… Как думаете, сегодня у них будут новички? – продолжал молодой человек, выезжая уже за город.
– Ну, у них обычно их нет… – отозвалась Мэнди. – Но… они такие непредсказуемые…
– Да… это точно, – подтвердил Кевин. – Я помню, как они однажды привели новичка… Тёму… Они внушили мне, что он просто суперский игрок… Так я ему на глаза боялся попасть… Кто ж знал, что он играть совсем не умеет. Хорошо, что Ник узнал об этом до конца игры… иначе, мы бы не выиграли…
– Но зачем они это сделали? – не понял Женя. – Это было довольно глупое решение…
– Нет, – отрицала Мэнди. – Это было самовнушение.
– Да! – воскликнула Майя. – Но сегодня этого не будет. Теперь мы не дурачки… К тому же, мы знаем, кто у них играет обычно. Сеня, Миша и Полина будут точно…
– Полина – их монстр, – подтвердила Мэнди.
– Да, она хороша, но не так, как наша Эльвира! – воскликнул Кевин.
– К тому же у нас есть новичок, – поддержала Мэнди. – У нас есть Женя…
– Да, я есть, но пользы от меня мало…
– Вот тут ты ошибаешься… – возразил Кевин.
– Вы хотите выдать меня за того парня, который якобы хорошо играл?
– Нет. Зачем? – спросила Мэнди. – Ты и так хорошо играешь. В первый раз мало у кого получается…
– В этом то и дело… – не унимался Женя. – Может, меня с кем-то перепутали? Я ведь ничего не делал, просто, спрятался…
– Ну, это тоже надо уметь! – стояла на своем Мэнди.
Тут к разговору присоединилась Эльвира.
– То, что он ничего не делал, это неправда, – сказала она не очень громко. – Он даже в меня попал…
И в это мгновение Майя уставилась удивленными глазами на Женю. Голубые глаза-блюдца сводили парня с ума.
– Ты попал в Эльвиру? – произнесла она. – Да она в школе быстрее всех бегала. Даже мальчиков. А однажды она с физруком поспорила, что быстрее его пробежит… так потом всю четверть на его уроки не ходила…
Эльвира тут же оживилась и, не понимая, откуда Майе это известно, проговорила:
– Откуда ты… – она даже не успела до конца произнести свой вопрос, как все сама поняла и воскликнула: – Алекс! Зачем он всегда обо мне рассказывает всякую ерунду… даже если это правда?
Майя пожала плечами, а Женя спросил у Эльвиры:
– Значит, вы с Алексом вместе учились?
Эльвира засмеялась, причем не тем истерическим смехом, какого можно было бы ожидать от нее сегодня, а обычным. И пусть потом ей было стыдно за то, что ей вдруг стало весело в этот день, сейчас ей просто было смешно. Она даже не думала об этом.
– Ну, тут ты, конечно, завернул… – произнесла она. – Учились вместе… Нет, мы скорее были в одном классе, чем вместе учились.
– В смысле? – не понял Женя. – В чем разница?
– Да в том… Если я хоть что-то еще учила, то Алекс… он просто посещал уроки… Мы редко ходили.
За разговорами они быстро доехали до того самого места, где проходили и прошлые игры. Собралось уже достаточно много народу. Похоже, почти все приехали. Помимо всех тех, кого знал Женя, было еще человек двадцать. Конечно, они не все собирались играть, но найти тех, кто будет, для Жени, который не знал никого, было проблематично.
Мэнди и Кевин сразу отправились со всеми здороваться, а Майя и Женя еще продолжали стоять в стороне и смотреть на дерганую Эльвиру, от которой Майя уходить не хотела. Когда они еще были в дороге, Эльвира вроде успокоилась и даже смеялась, но как только они подъехали, она снова запереживала и начала нервно грызть свои ногти.
Вот и сейчас она не унималась. Что-то бубнила и ходила из стороны в сторону, от дерева к дереву. И Женя, и Майя, конечно, понимали, что это ее не успокаивает, но сделать ничего не могли, поэтому наивно надеялись на то, что как только начнется игра, Эльвира сразу придет в себя.
Стоять долго в одиночестве им не пришлось. Очень скоро по направлению к ним шла девушка. Не очень высокая, со светлыми волосами, аккуратно забранными в пучок.
– Это Полина, – сказала Майя Жене не очень громко. – Помнишь, мы про нее сегодня говорили? – парень кивнул, и девушка продолжила. – Она очень хорошо знала Крис…
Женя снова кивнул, и Майя замолчала. Они продолжили наблюдать за Полиной, которая шла в их сторону. Она шла к Эльвире, которая, осознав это, сразу остановилась, дожидаясь появления своей давней знакомой. Ее она не видела уже пару месяцев.
Как только Полина подошла к ней, они обнялись, и Эльвира, похоже, даже чуть не расплакалась. На нее вдруг нахлынули те воспоминания, которые напрямую касались ее, Кристину и Полину. На самом деле, эти воспоминания касались всех, кто участвовал в играх с ее сестрой. Именно поэтому Эльвира не торопилась идти здороваться с друзьями. В сознании девушки вдруг вспыхнули все игры с участием ее сестры, они промелькнули в ее голове всего за пару секунд и там застыли одни единственные… последние…
Полина ничего этого не знала, не могла же она заглянуть в разум Эльвиры, поэтому, когда увидела растерянность в глазах девушки, снова ее обняла. Она понятия не имела, что может еще для нее сделать. Когда они перестали обниматься, то Эльвира немного успокоилась, и Полина произнесла запинаясь:
– Эльвира… все это так странно. Эти игры… Я знаю… черт…все такое другое… хотя вроде бы, кажется, что ничего не изменилось… это просто кажется. Вчера я весь вечер думала, что я могу тебе сказать… но когда тебя увидела сегодня… я поняла, что ничего не могу… сказать…
– Слова не нужны. От них не легче, – произнесла Эльвира. – И я… и ты… мы ведь все понимаем…
– Эти игры для нее сегодня… – начала Полина.
– Вот видишь, ты все понимаешь, – сказала Эльвира, кое-как вытянув из себя улыбку. – Большего мне и не нужно…
Полина кивнула ей в ответ и произнесла то, что не успела сказать:
– Они всегда для нее…
После этого Эльвира выдавилаиз себя более искреннюю улыбку, чем в прошлый раз, и после этого они снова обнялись. После этого Полина пошла к Жене с Майей, стоящим чуть в стороне, а Эльвира опять продолжала свое занятие: ходить из стороны в сторону. «Сегодня ее, наверное, никак не удастся успокоить», – подумали Майя и Женя.
Кстати говоря, о спокойствии. Полина тоже слегка нервничала, а после разговора с Эльвирой и вовсе растерялась. Поэтому, подойдя к Майе, она сначала не могла вспомнить, кто это стоит рядом с ней, и только потом поняла, что вообще не знает ее спутника. Майя, увидев растерянность в ее глазах, сразу поспешила представить друга.
– Это Джо! – чуть ли не крикнула она, и Женя кивнул в знак согласия, сам не понимая, почему не спешит ее исправить и назвать свое настоящее имя. Он так привык уже к своему новому.
– Полина! – поспешно сказала девушка и протянула Жене свою руку, чтобы пожать. Это была ее давняя привычка, отучиться от которой она уже не могла. Это просто рукопожатие, и совсем не важно, что она пожимала руку всем и всегда.
После Жени она потрясла руку Майи и произнесла:
– Привет! Я так рада тебя видеть…
– Здравствуй, – сказала Майя, мило улыбнувшись. – Надеюсь, у тебя все хорошо. Мы так давно не виделись. Я безумно соскучилась…
– А ты все так же сверкаешь… – начала Полина.
– Да ладно тебе… – отмахнулась девушка, перебив ее. – Лучше расскажи, какой у вас сегодня состав? Или это секрет?
Они обе засмеялись, после чего Полина произнесла:
– Наберись терпения до начала игры…
– Конечно, – сказала Майя, кивнув. – Я понимаю. У нас это тоже секрет…
Полина одобряюще кивнула, а потом обратилась к Жене, который внимательно следил за их диалогом.
– А ты, Джо, будешь играть? Или ты просто посмотреть пришел?
– Типа того, – кратко ответил Женя, тем самым заработав одобрение Майя.
– Буду ждать с нетерпением начала игры, чтобы узнать, в качестве кого ты нас сегодня нас посетил, – произнесла Полина, расплываясь в улыбке. – Ну, ладно, я пойду… мне надо еще со всеми поздороваться. Мэнди сказала, что Ханна подстриглась… хочу ее увидеть…
– Конечно… – сказала Майя, и Полина пошла искать Ханну.
Майя и Женя тоже направились к центру поля, где скучковались все. Еще издалека они заметили Джека и пошли к нему. Он растерянный стоял вместе с Мэнди и Кевином. Они ему что-то говорили, но он пропускал все мимо ушей и искал кого-то глазами.
Майя подбежала к нему и крепко обняла. Женя пожал молодому человеку руку.
– Можно, мы украдем у вас Джека? – как можно громче сказала она, потому что вокруг все шумели.
– Конечно! – отозвалась Мэнди и тут же стала говорить что-то Кевину.
Майя, Женя и Джек отошли немного в сторону от этого хаоса. Только теперь Майя заметила, какой растерянный Джек. Все время головой мотает то в одну, то в другую сторону. Ищет кого-то.
– Кого-то ищешь? – поспешила спросить у него девушка.
– Да… Эльвиру… – грустно ответил он. – Вы ее не видели?
Ну конечно! Кого еще можно искать в такой день?
– Мы… видели. Мы ведь с ней вместе приехали, – ответила ему снова Майя.
– Как она?
– Ужасно… Переживает. Вся на нервах. Места себе не находит…
– Хочу с ней поговорить… Вот только понятия не имею, о чем … то есть конечно имею, просто не знаю, что сказать…
– Ничего не говори… – вмешался в разговор Женя. – Она и так все поймет.
Майя кивнула. Все втроем они стали искать Эльвиру глазами. Ее увидел Женя. Одинокая она стояла под широким деревом, которое свесило над девушкой свои могучие ветви. Джек побежал к ней, чтобы успеть до начала игры. Они пару минут бездвижно стояли друг напротив друга и молчали. Им казалось, что они должны сказать друг другу хоть что-то, но подходящих слов в голове не было. Они беспомощно смотрели друг на друга, и по щекам Эльвиры вдруг не потекли слезы. Она прижалась к Джеку, и в это мгновение ей показалось, что становится лучше. Они были частью одного и того же воспоминания. Воспоминания о девушке, которую они оба будут помнить всегда. Они были семьей.

Почти все пришли. Игры вот-вот начнутся. Те, кто оказались здесь в качестве зрителей, хаотично расползлись по полю. Все хотели увидеть начало, после которого они, как и участники, разбегутся кто куда, чтобы увидеть происходящее своими глазами Игроки постепенно начали выстраиваться в две линии друг напротив друга. Турнир вот-вот начнется.
Эльвира, только что шептавшаяся о чем-то с Алексом, подбежала к своей команде и встала рядом с Женей. Все-таки она еще не успокоилась, потому что продолжала нервно постукивать ладонью по бедру. Она не могла ждать, ей были нужны эти игры, ей нужно было почувствовать себя их частью…
И вот обе команды собрались. Кевин, Ник, Ханна, Майя, Джо, Эльвира. Они все стояли напротив соперников. Да, теперь они конкуренты.
Женя успел разглядеть только Полину и стоявшего рядом с ней не очень высокого парня, прежде чем Джек объявил о начале игры. Все произошло так быстро, что Женя даже не успел опомниться. Ему было некогда думать. Он бежал в непонятном направлении, когда почувствовал, как кто-то схватил его за руку и потянул за собой. Повернувшись, он понял, что это Майя. Она явно понимала, что делает. Она знала лес наизусть, поэтому Жене не было смысла не направляться за ней. Они бежали очень долго, не сбавляя скорость, а может даже, наоборот, набирая ее. Но потом Майя все-таки остановилась, чтобы отдышаться, и Женя сделал то же самое. Он давно так быстро не бегал. Тем не менее, они очень быстро пришли в себя, и ему удалось произнести:
– С ума сойти! Что это было?
Майя кивнула и, улыбнувшись, необдуманно сказала:
– Это игры…
– И что дальше? – спросил Женя, все еще не особенно осознавая, что турнир объявлен открытым.
– А что дальше? – не поняла его Майя.
– Сейчас мы разделимся?
Майя пожала плечами, но потом пришла в себя и сказала:
– Почему? Мы ведь можем ходить… то есть бегать… в общем ты понял… вместе. Так многие делают…
Так они договорились о том, что сегодня будут играть в тандеме. Они стояли все на месте и вслушивались, нет ли кого-нибудь рядом. Было абсолютно тихо, поблизости никого не было. Такой поворот событий понравился и Жене, и Майе, теперь им можно было не торопиться. Они медленно шли, пытаясь найти хоть немного цветной пыли, и им повезло. Теперь они были полностью готовы сражаться. Ребята пытались идти как можно тише. Все дальше они отходили от того места, где были пару минут назад, приближаясь к той части лесу, куда, по мнению Майи, многие побежали. Чем дальше ребята уходили, тем громче становились голоса. Майя и Женя остановились, чтобы прислушаться, откуда именно доносится шум. Сделали они это не зря. Как только они остановились, услышали, как им навстречу кто-то бежал.
Ребята спрятались за деревьями друг напротив друга и ждали, когда те, чьи шаги они слышали, прибегут. Конечно, это мог быть кто-то из их команды, но в них бы Женя и Майя краску бросать не стали. Тем более что из-за деревьев они могли запросто смотреть, кто идет.
Очень скоро появились те, кого они так ждали. Это были две девушки, которых Женя не знал. Не замечая рядом с собой соперников, они замедлили ход. В этот момент Майя кивнула Жене, и они выбежали из своего укрытия. Соперницы стояли ошарашенные, так что Жене и Майе удалось выбросить на них достаточно много пыли. Когда девушки опомнились, начали закидывать соперников. Попадали они не так уж точно, да и краска у них кончилась намного раньше, поэтому они бросились бежать в обратную сторону. Женя и Майя смотрели вслед убегающим соперницам. Женя взглянул в свои руки – их пачка с краской тоже была пустая.
– Слушай, тебе не кажется, что кто-то бежит… еще? – поинтересовалась Майя, и буквально через мгновение они услышали чьи-то приближающиеся шаги.
– Черт! – только и успел произнести Женя, прежде чем они бросились бежать.
Не имея возможности обдумать свое дальнейшее направление, они побежали вправо. У них снова не было краски, как и в начале, и если бы сейчас им кто-то встретился из соперников, то можно было бы считать, что они пропали. Ребята об этом пытались не думать и бежали, бежали…
На этот раз они остановились только через двадцать минут. Они снова услышали голоса. Бежать назад было глупо, в другие стороны тоже. Откуда доносились голоса, было непонятно, поэтому единственным разумным решением было спрятаться. Они нашли огромные разросшиеся кусты и спрятались в них. На то, что ветки запутались в волосах, им было наплевать, потому что как только Майя и Женя исчезли, рядом послышались голоса. Парень и глазом не успел моргнуть, как мимо пробежали молодой человек и девушка. Они были из другой команды, и в парне Женя успел разглядеть того самого, который стоял рядом с Полиной, прежде, чем объявили о старте.
Не успели тот парень и его спутница пробежать, как снова послышались чьи-то шаги, на этот раз более быстрые. Лишь на мгновение Женя и Майя увидели Эльвиру. Она пронеслась, как стрела, они даже не успели опомниться. Эльвира была настроена решительно, ничего хорошего ее соперников сегодня не ждало.
Увидев подругу, Майя расплылась в улыбке. Они были правы, когда надеялись, что во время игры она переменится. От утренней Эльвиры ничего не осталось. После старта весь страх ушел и она снова почувствовала себя такой же, как год назад. Душой она снова была на тех играх. 365 дней были стерты в ее сознании.
Майя и Женя собирались уже выбираться из укрытия, когда снова послышались чьи-то шаги. «Да, покоя нам сегодня не будет», – подумали они. Майя уже даже начала думать о том, что им придется просидеть здесь всю игру, но она зря переживала. Это были всего лишь зрители. Паша, Клара, Алена и еще два каких-то парня, которые болели за другую команду. Они неспеша шли впятером и болтали. Им не нужно было никуда прятаться, не нужно было ни от кого убегать. Они могли спокойно ходить и следить за самыми интересными моментами игры. Эти пятеро, вероятнее всего, шли за Эльвирой. Женя бы на их месте только за ней и бегал.
Как только пятеро прошли, Майя поспешила выбираться. Женя последовал ее примеру. Минут через пять они уже стояли в стороне и вычищали из волос зацепившиеся ветки.
– Что теперь будем делать? – спросил Женя, наблюдая за девушкой, которая все еще копалась в своих волосах.
– Ну, не знаю… пойдем искать краску… – проговорила она и вынула последнюю ветку из волос. Потом она внимательным взглядом рассмотрела Женю и произнесла: – Мы, вроде, еще ничего, да? Одежда не такая уж и грязная, да?
– Ну, это как посмотреть, – отозвался Женя.
– В смысле? – Майя нахмурила брови и собрала волосы в хвост.
– С начала игры прошло только пятьдесят пять минут…
– Бывало и хуже…
Выглядели Женя и Майя все же неплохо. У него краска осталась только на футболке, а у нее на руках и немного в волосах.
– Нам нужно найти краску… – проговорил Женя.
Майя кивнула, и они двинулись в ту сторону, куда побежали Эльвира и другие. Женя решил, что если кто-то туда направился, то сейчас им никто на встречу не попадется. Может это и глупое предположение, но пока им на самом деле никто не встретился. Они нашли две упаковки с цветной пылью и теперь снова могли не переживать по этому поводу. Ребята продолжали идти неторопясь, вслушиваясь в каждый шорох.
– Слушай, а Джек раньше играл? – неожиданно для Майи спросил Женя, стараясь говорить как можно тише.
– Конечно… – так же тихо произнесла она. – Просто, без нее он играть не хочет…
– Значит, на тех играх он тоже был?
– Да, он сказал еще потом, что если для нее это были последние игры, то и для него тоже…
Они замолчали и теперь в тишине брели вглубь леса. Было так глухо, что казалось, будто они одни в лесу. Наверное, они так далеко забрели, что никому и в голову бы не пришло идти сюда, но Майя шла так решительно, что не оставалось сомнений в ее знании этого леса. «Только она знает так хорошо этот лес или все остальные тоже?», – думал про себя Женя. Он даже хотел ее об этом спросить, но задал совсем другой вопрос.
– Почему же Эльвира от них не отказалась? От игр? – эта мысль покоя Жене не давала.
– Она… другая… – ответила Майя после долгой паузы. – Она не может не играть, потому что здесь она возвращается туда снова и снова. Я знаю, что даже сейчас в глубине души она верит, что все иначе… верит, что это снова те игры. Она верит, что она снова там…
– А что происходит потом?
– Жизнь… происходит жизнь. Неужели ты думаешь, что она ничего не понимает? – Женя пожал плечами. – Все она понимает. Она, просто, верит. Она хочет верить, потому что… это единственное, что она на само деле может… Верить и ждать… даже когда ждать особо и нечего.
Майя замолчала, и они снова пошли в тишине, только теперь завернули направо. Чьих-либо голосов слышно не было до сих пор, и после пятиминутного молчания Майя продолжила:
– Знаешь, я тоже иногда жду. Ну, не то, чтобы жду, просто… Иногда, когда я дома сижу в одиночестве и читаю книгу, то мне кажется, что я вот-вот услышу, как открывается дверь и в комнату зайдет бабушка. Она, как ни в чем не бывало, начнет рассказывать что-то, сядет на свое место, и… вот бы жизнь так и текла, иногда так хочется стабильности… вот бы никто не умирал… может этот мир стал бы немного лучше. Мне бы нечего было бояться.
На лице Майя расплылась улыбка, и она произнесла:
– Это глупо, да?
– Не знаю, – ответил Женя, пожав плечами. – По-моему, это совсем не глупо. Вот, например, Марина, когда прочитала первую часть «Гарри Поттера», стала ждать письма из Хогвартса. Она ждала до двенадцати лет, а потом перестала… Разве это не глупо?
– Наверно, нет, – слегка смущенно проговорила Майя. – Я ведь тоже надеялась, что если залезу в шкаф, то попаду в Нарнию…
– Лара рассказывала…
Женя, сказав это, вдруг подумал, что теперь Майя рассердится на подругу и обидится на нее, но она, как ни в чем не бывало, сказала:
– Наверное, это странно. Я искала Нарнию в своем шкафу после того, как начиталась этих книг. Знаешь, мне казалось, почему Люси ее нашла, а я нет. Я каждый вечер залезала в свой шкаф перед сном, пока… мама не сказала, что это глупо, что Нарнии на самом деле нет, что это просто выдумка. Мне запретили верить. Это самое ужасное, что может случиться с девятилетним ребенком!
Майя замолчала, и они решили ускориться, потому что Жене что-то послышалось. Быстрым шагом они шли минут пять, пока не стало очевидно, что за ними кто-то бежит, причем очень быстро. Ребята даже не успели никуда спрятаться, как перед ними уже оказалась Эльвира. В абсолютно чистой одежде она стояла и молчала, пытаясь отдышаться, а только потом сказала:
– Там бегут… Сеня, Миша и Кира…
Она говорила это совсем непринужденно, словно в этом не было ничего страшного, словно те трое были в их команде.
– Может, тогда побежим дальше? – растерянно спросил Женя. Ему показалось, что это самое разумное решение, но Эльвира явно так не думала. Она повернулась к Жене лицом и уставилась на него удивленным взглядом, как будто не могла поверить в то, что он это только что сказал.
– Запомни, Женя, наша тактика не убегать, наша тактика – нападать! – произнесла она достаточно громко, но спокойно.
Они тут же начали искать, куда можно спрятаться. Выбора практически не было, так что в итоге, Женя просто встал за дерево, Майя залезла на соседнее, а Эльвира заползла за какой-то куст, и ее было совсем не видно. Они разработали небольшой план, и теперь им оставалось только ждать противников, чтобы претворить его в жизнь. К их счастью, ждать пришлось совсем недолго – очень скоро те самые Миша, Сеня и Кира (последнюю Майя с Женей уже успели забросать краской) появились.
Противники настороженно вышагивали, но все-таки, когда им на головы посыпалась краска, они были в некотором замешательстве. Несколько секунд они пытались сообразить, что происходит. Только спустя какое-то время они начали бросать вверх свою краску, до сих пор не понимая, кто это над ними. Майя к этому времени уже ловко перепрыгнула на другую ветку и теперь тихо подсмеивалась над ними.
Пока эти трое в никуда выкинули почти всю свою цветную пыль, Женя и Эльвира выбрались из своих укрытий. Изначально их даже не заметили, так что некоторое время Женя и Эльвира просто забрасывали противников краской. И все-таки их увидели, так что разноцветная пыль полетела и в них, и, не смотря на то, что их было двое, а не трое, у них все равно было преимущество – в краске.
Не прошло и пяти минут, как у Киры, Сени и Миши цветная пыль закончилась, но у Эльвиры с Женей-то был неплохой запас ее, так что противники бросились бежать. Эльвира, к Жениному удивлению, даже не стала их догонять. Может быть, решила, что если противники уже с головы до ног в краске, то дальше нет смысла их закидывать, а может быть, она их просто пожалела. У команды Эльвиры дела обстояли куда лучше: в Женю только один раз попал Сеня, а девушка так и осталась нетронутой, словно у нее сегодня был какой-то защитный барьер.
Майя спрыгнула со своей ветки. Она отчего-то смеялась и никак не могла остановиться. Женя, всего лишь взглянув на нее, тоже начал хохотать. Потом к ним присоединилась Эльвира. Они втроем смотрели друг на друга и чуть ли не падали от смеха. В этот момент им почему-то было плевать на то, что их могут услышать и прибежать сюда. Им было просто весело. Они вспомнили, как Майя высыпала всю краску, что у нее была, на Мишу, Киру и Сеню. Они вспомнили, какие у тех были лица. Им было просто смешно от того, что их минутный план оказался таким хорошим. И в этот момент Эльвира вдруг поняла, что этот турнир – не соревнование, а просто развлечение, это то, что завтра с утра сможет заставить ее встать и пойти на работу. Это не соревнование. Вот о чем каждый раз, выходя на поле игроком, думала Кристина.

Женя и Майя снова шли одни. Двадцать минут назад они с Эльвирой нашли краску и после этого разошлись. Девушка убежала, и после этого о ней напоминал лишь шелест листьев, который совсем скоро утих. Женя с Майей ушли вслед за подругой. Они брели, не разговаривая, потому что иногда где-то вдалеке раздавались то чьи-то голоса, то чьи-то шаги. Один раз кто-то пробежал совсем рядом с ними, но они никого не увидели, да и их, наверное, тоже. Они вслушивались в каждый шорох, осознавая, что где угодно их могут поджидать. В любой момент из-за того дерева, мимо которого они проходят, может кто-то выбежать или из-за того, к которому они сейчас подойдут…
Ребята настороженно делали каждый шаг, боясь, что прямо сейчас кто-то может прятаться за ближайшим кустом и что их забросают краской. Они боялись. Кругом была неизвестность. Она буквально парила в воздухе. Неизвестность их пугала. Это продолжалось до тех пор, пока Женя неожиданно не застыл на месте, схватив Майю за руку, чтобы она остановилась тоже.
– Что? – произнесла она чересчур громко и сразу закрыла свой рот рукой, будто от этого могли стихнуть уже произнесенные ей слова. Она в непонимании смотрела на Женю, пытаясь найти ответ на свой вопрос.
– Помнишь, что сказала Эльвира? – наконец произнес парень после долгой паузы, стараясь говорить как можно тише.
– О чем? – так же тихо спросила Майя, вспоминая, о чем говорила ее подруга.
– Она сказала, что мы не должны убегать, мы должны нападать. Это наша тактика. А мы с тобой пытаемся не попасться никому на глаза…
– Конечно! – чуть громче произнесла Майя и, исправившись, начала говорить уже тише. – На нас могут напасть в любой момент. Что ты еще предлагаешь делать? Выбежать на поле и кричать, чтобы к нам все бежали?
– Нет, конечно. Есть идея получше. Будем делать так, будто это мы нападаем. Мы сами будем нападать! – решительно заявил Женя.
Майя пожала плечами и посмотрела на него, как на идиота, но потом в его словах она находила все больше и больше смысла, так что все-таки согласилась. Они решительно шагали все туда же, только теперь они были настроены по-другому. Они уже не боялись, что на них нападут, это они нападали.
Они шли очень громко, их было слышно издалека, ну и пусть. Когда бегает Эльвира, ее можно услышать задолго до того, как она появится рядом. Она, сама того не зная, заставляла всех бояться одних своих шагов. Это ведь элементарно! Все боятся шороха, но тот, кто его создает, его не боится.
Сейчас Женя с Майей пытался сделать то, что обычно делала Эльвира – заставить всех себя бояться. Результат, надо сказать, был виден уже совсем скоро. Проходя мимо огромных кустов, они смогли расслышать доносящийся оттуда шепот. Кто-то тихо беседовал между собой, надеясь, что их разговор неслышен. Но Майя и Женя не были глухими. Они сразу поняли, что это не просто шорох листьев. Ребята резко остановились. Шепот утих, но ребята еще до этого узнали, откуда он доносился. Внимательно всмотревшись в листья так, чтобы их не заметили, Майя и Женя разглядели, кто там находится. Это был тот парень, который пробегал вместе с Полиной, а вместе с ним та самая девушка, которую вместе с Кирой они подкараулили в самом начале игры.
Женя сразу же хотел как-то прошептать Майе, чтобы она высыпала свою пачку с краской на них. Не успел он и рта открыть, как она ему кивнула и зашагала к тому кусту, откуда велся разговор. Она демонстративно высыпала все содержимое пакета на своих спрятавшихся соперников, и они с Женей побежали подальше от этого места. Обсыпанные парень и девушка тут же поспешили вылезти из своего укрытия, но когда они, наконец, выбрались оттуда, то Майя и Женя уже давно скрылись из виду.
Они очень долго бежали, остановившись лишь однажды, чтобы поднять найденную краску. После этого они продолжили свой не слишком быстрый бег и остановились уже только тогда, когда поняли, что находятся достаточно далеко. Они присели у дерева и отдышались, а потом пошли уже спокойно.
– Это были Леша и Аня! – сказала Майя зачем-то.
– Их мы уже встречали сегодня…
– Да, точно…
– Они хорошо играют?
– Ну, – немного помедлив, начала Майя. – Леша играет неплохо, а Аня, по-моему, не очень…
– У них была краска?
Их разговор почему-то все больше начал походить на допрос, но сами они этого не замечали.
– Да, я видела… Вот только, зачем они вообще тогда прятались? Что за ерунда?
– Думаю, дело было так! – оживленно заговорил Женя. – Они шли, шли, шли… потом услышали, что им навстречу кто-то идет. Понятное дело, что испугались. Вот и спрятались…
– Значит, наш план все-таки работает?
Они серьезным взглядом посмотрели друг на друга и захохотали. В любой момент мог кто-то выбежать, но у них была краска. Им нечего было бояться. Это их должны бояться. Они начинали смеяться сильнее и сильнее. Они бы, наверное, так стояли, смеясь, еще полчаса или больше, но их сбил взявшийся из ниоткуда Ник. Он появился так неожиданно, что Майя и Женя даже не переставали смеяться. Парень остановился и отдышался. Увидев испуганное лицо Ника, они одновременно вздрогнули и притихли.
– Я смотрю, вам все смешно?
Майя и Женя переглянулись и в один голос заявили:
– Вовсе нет!
– О! – протянул Ник. – Тогда нам стоит уходить…
– Зачем? – с вызовом заявила Майя. Она сама удивилась своей интонации и тут же закашлялась.
– Потому что… сейчас… сюда… бегут Кира, Полина и Сеня…
– Мы их не боимся… – проговорила Майя.
Они с Женей одновременно сложили руки крестом, словно возомнив себя супергероями, и как девиз произнесли:
– Наша тактика не убегать, наша тактика – нападать!
Ник посмотрел на них жалостным взглядом и проговорил:
– Идиоты! Я смотрю, у вас много краски?
– Достаточно! – воскликнула Майя. – Целых две пачки!
Ник закатил глаза и, как можно спокойнее, сказал:
– Это действительно много! Против их-то шести…
Улыбки с лиц Жени и Майи пропали. Они в растерянности смотрели на Ника, пытаясь увидеть на его лице признак шутки, подтверждение того, что он лжет. Но ничего этого не было, он все так же смотрел на них, а им все казалось каким-то нереальным. Правда, это замешательство длилось только до тех пор, пока где-то совсем рядом они не услышали шорох.
В этот момент все трое, не раздумывая ни секунды, бросились в неизвестность. Они пробирались сквозь кусты, изредка ломая на них ветки, которые царапали им руки и ноги. Сейчас им было плевать на ссадины. Им все время казалось, что еще секунда и их догонят. Они ничего не замечали вокруг, ничего не слышали. Перед ними была только одна цель – бежать. Это они и делали.
Если бы это был какой-то марафон, то первые места были бы у них в кармане. Но это не марафон! Это игра. Здесь нет финиша, ты можешь остановиться, только если узнаешь наверняка, что тебя уже не догонят и не найдут. И хотя Ник, Майя и Женя были уже в зоне недосягаемости, они все равно продолжали бежать. Им до сих пор казалось, что если они остановятся, то на них нападут. Они бежали…
В конце концов, их силы закончились, и они втроем упали на землю. Им просто необходимо было отдышаться. Они все еще паниковали, поэтому даже когда лежали, вслушивались в звуки природы. Только убедившись в том, что вокруг никого нет, они немного успокоились.
– Давно я так не бегала, – наконец заговорила Майя, пока они все еще лежали на земле.
– Тоже, честно говоря, – поддержал ее Ник. – Как думаете, они давно от нас отстали? – спросил он, бросив взгляд куда-то в сторону.
– Я вокруг вообще ничего не замечал… – признался Женя.
– Я тоже, – проговорила девушка и начала подумывать уже о том, чтобы встать, но сразу поняла, что из этого ничего хорошего не выйдет. Она продолжала лежать, набираясь сил.
– Я даже не знаю, где мы… – немного встревожено сказал Ник, оглядываясь по сторонам.
– Я знаю лес, как свои пять пальцев! – воодушевленно произнесла Майя. – Это… это… – она начала вертеть головой из стороны в сторону, пытаясь понять, где они. – Я не знаю. Я не осознавала, куда бегу…
Ник тут же напрягся, в глазах Жени заиграло какое-то недоверие, он все еще не верил своим ушам. Все трое поспешили встать. Кое-как опираясь на стволы деревьев, они поднялись и начали всматриваться вглубь зарослей деревьев. Кругом лес. Только лес.
– Может, мы зашли слишком далеко? – продолжала Майя, хотя это и так было очевидно. – Мы, просто, немного потерялись…
Женя и Ник уставились на нее с ужасом в глазах, а она в ответ только улыбнулась. Они стояли у деревьев и вслушивались в тишину, надеясь, что вот-вот откуда-то послышатся голоса. Но рядом не было никого. От ветра шелестели деревья, не давая игрокам сосредоточиться. Прошло двадцать минут и у них начались галлюцинации. Им всем стало казаться, будто откуда-то на самом деле доносятся голоса.
Долго вслушиваясь в окружающие звуки, они поняли, что это вовсе не иллюзия. Где-то вдалеке кто-то говорил. Ник быстро сообразил, из в какой это стороне, и они втроем побежали туда. На их удивление, это было совсем рядом…
Снова Кира, Полина и Сеня. Они, видимо, бежали за Ником, Женей и Майей, но потеряли их из виду. Соперники отчаивались не долго – по пути им встретился кое-кто еще. Трое против одного Кевина. Цветной пыли у них осталось значительно меньше. Всего три пачки из шести, а это уже выглядело не так зловеще. С этим можно бороться. Кевин держался – в него попали всего четыре раза. Он с улыбкой на лице забрасывал своих соперников. Женя еще никогда такого не видел. Как правило, во время игры все становились серьезными, будто представляли, что они на войне. Никто не улыбался, когда в него летела краска. Постепенно радость исчезала и с лица Кевина. Он понял, что одному ему не справиться. В этот саамы момент из-за деревьев выбежали Ник, Женя и Майя. Теперь их было четверо. И все равно их краска закончилась раньше, чем у противников, так что пришлось убегать снова. Им опять помогло то, что они бегали во много раз быстрее, чем Полина, Сеня и Кира. Те даже не стали их догонять, наверное, сразу поняли, что это бессмысленно.
Так что Кевин, Ник, Женя и Майя в абсолютном одиночестве бежали по лесу. Довольно скоро они остановились и продолжали свой путь спокойным шагом, так как на этот раз совсем не устали.
– Где так поцарапалась, Майя? – спросил Кевин, заметив, что ноги девушки сильно разодраны.
– Ну, мы, просто, очень быстро бежали, – сказала она, впервые чувствуя боль. – От Полины, Киры и Сени, кстати…
– Вы не очень-то далеко убежали, – произнес Кевин. Он понятия не имел, какое испытание уже пережили ребята.
– Мы не далеко убежали? – возмутился Ник. – Мы бежали так быстро и долго, что когда упали на землю, то пролежали так полчаса…
– Зачем же так быстро? – спросил Кевин слегка удивленно.
Ник, Женя и Майя с непониманием уставились на него. Что ему не понятно? Каждый из них думал именно об этом в тот момент. Майя закатила глаза, и Ник прыснул от смеха.
– У них было в три раза больше краски… – проговорила девушка.
– Ну, да, – согласился Кевин, вспомнив, что у противников на самом деле было много пыли. – Это все объясняет!
Майя, наконец, разобралась, в какой части леса они находятся, и теперь вела всех туда, куда считала нужным. Кругом абсолютная тишина. Они находились в самой глуши леса, докуда с трудом доносились какие-либо звуки. Они пытались выбраться отсюда поближе к полю.
– Ты с самого начала игры был один? – поинтересовалась Майя, убедившись, что их никто не слышит.
– Нет. Когда игры только начались, мы были вместе с Эльвирой, а потом разошлись… Вы ведь тоже не с самого начала ходите втроем?
– Нет, – ответил Женя и едва не споткнулся о разросшийся корень дерева. – Сначала только с Майей, а с Ником мы совсем недавно встретились…
– Ну, встретились – это громко сказано! – перебил его Ник, усмехаясь. – Я их нашел, точнее сказать… услышал…
– В смысле? – не понял Кевин и обвел взглядом Женю и Майю. Он сощурил глаза. Выглядел парень при этом забавно. Совсем не похож на человека из офиса.
– Они смеялись так громко, что было слышно, наверное, на весь лес…
Кевин уставился на Майю и Женю, то же самое сделал и Ник. Они ожидали услышать оправдания, но единственное, что ребята делали – это улыбались. Так прошло пять минут, прежде чем Майя, наконец, сказала:
– Вы не понимаете! Нам было, просто, смешно…
Она развела руками ветки деревьев, и когда отпустила их, то те чуть ли не съездили по лицу идущему за ней Нику. Он кое-как успел увернуться и спокойно пройти, но сама Майя этого даже не заметила.
– Да вы, я смотрю, бесстрашные! – произнес Кевин без всякого сарказма.
– Ну, мы тогда на самом деле ничего не боялись! – подтвердил Женя, поглядывая на реакцию Майи. – Точнее… никого.
– Хорошо, что мы встретили Ника… – продолжала она, кивая своему спутнику. – Просто, мы были такие самоуверенные в то мгновение. Это явно ни к чему хорошему бы не привело…
Женя кивнул в знак согласия, и все замолчали. Друзья снова стали прислушиваться к каждому шороху, потому что подходили все ближе к полю, а там игроков, по мнению Ника, всегда больше всего. Обычно, может, и больше, но сейчас им никто не встретился. Так что добрались они совершенно спокойно. По пути они даже умудрились найти себе краску. Все шло так хорошо, что Майе и Жене вдруг снова начало казаться, что их все еще боятся и поэтому никто с ними не связывается. Хотя это была неправда, так что их уверенность в себе со временем растаяла.
Они вышли на поле вчетвером, все еще остерегаясь каждого звука. Убедившись, что тут никого нет кроме Джека и Мэнди, они уверенной походкой зашагали к ним. Джек очень удивился, увидев их, и сразу поспешил сообщить Мэнди о нежданных гостях. Девушка сразу заулыбалась.
– Вы отлично выглядите! – поспешил сказать Джек, как только ребята подошли к ним.
Кевин подбежал к Мэнди и поцеловал ее, оставив на ней часть своей краски. Заметив это, он начал стряхивать пыль с нее, но она отмахнулась, и парень перестал.
– Тебе было с чем сравнивать? – спросила Майя у Джека, как только пришла в себя, и широко улыбнулась. В то время, пока они шли сюда, она была такая серьезная. В лесу она все время была на стороже, а здесь, на поле, ничего не боялась. Она, наконец-то, чуть-чуть расслабилась.
– Представь себе, мне было с чем сравнивать! – ответил Джек чуть погодя. – Я уже видел Киру, она сюда приходила. По сравнению с ней вы, ребята, выглядите выигрышнее, при этом она была здесь уже два часа назад. Представляете, что с ней могло произойти за это время?
– Представляем, – пробормотал Кевин, но его никто не услышал.
– Вы, кстати говоря, в сравнении и с прошлыми играми выглядите отлично! – продолжил главный судья турнира. – Осталось только полтора часа… осталось продержаться совсем немного…
– Да! – с улыбкой сказала Майя, хотя сама в это время хотела уже просто развалиться на траве, чтобы ее никто не трогал. – Вы, кстати, в курсе, что у нас сейчас команда из двух человек? – с озадаченным видом спросила она, перебрав в голове всех участников команды. – Наверное, стоит идти и помогать Ханне с Эльвирой…
Майя и Женя сразу же ушли в правую часть леса, которую девушка безумно любила. Там была ее любимая полянка. Ник и Кевин все еще оставались стоять рядом с Мэнди и Джеком, однако и они скоро побежали в противоположную сторону от Майи и Жени. Становилось прохладнее, и это помогало участникам с радостью продолжать игру, которая близилась к своему завершению.
С этой мыслью Женя и его спутница уходили все дальше от поля, где было так спокойно, но их это не пугало. Было что-то, что придавало им сил идти все дальше, и это было осознание того, что игры подходят к концу. Их уже не волновать победа. Сейчас они просто хотели насладиться этими играми, потому что скоро им придет конец. Это ведь так же, как и летом: в июле ты боишься, что оно скоро кончится, но в конце августа просто наслаждаешься этими последними деньками счастья.
Эту часть леса, где Женя и Майя шли, он помнил. В его памяти всплывали эти места, где они сейчас проходили. Он был здесь раньше. Он был здесь с Майей в тот день, когда она стояла впервые на пороге его дома. По этой тропе они попали на ту полянку. Они шли здесь…
Женя так надеялся туда попасть сейчас, чтобы проверить цвет неба, но откуда-то слева послышались шорохи, и ребята завернули туда. Они старались идти как можно тише, потому что кто-то был совсем рядом с ними. Они спрятались за самое ближайшее дерево и стали ждать. Ребята просидели там всего несколько минут перед тем, как к ним выбрела девочка, которую вместе с Кирой еще в начале игры закидали Майя и Женя. Ее звали Аня. Она, слегка испуганная, неторопясь шла им навстречу. Она была совсем не готова к встрече с соперниками.
Когда Майя выпрыгнула из-за дерева, Аня бросилась бежать в обратную сторону, и ребята побежала отсюда прочь. Они знали, что соперница не преследует их, но все равно зачем-то бежали, даже не собираясь останавливаться. Как вдруг на их пути появилась Ханна. Она вышла из-за дерева так неожиданно, что Майя еле сдержалась, чтобы не закричать.
– Я не думала, что это вы! – удивленно говорила Ханна.
На лице девушки появилось облегчение. Она даже стала улыбаться. Она совсем не хотела видеть на их месте кого-то из команды-соперницы. Она знала наверняка, что соперники в нее попадут. Ханна уже так устала, что едва держалась на ногах. Она стояла перед Майей и Женей с ног до головы в краске, и все же выглядела лучше, чем та же Кира.
– Я чуть с ума не сошла! – воскликнула Майя, подпрыгнув на месте. – Никогда так больше не делай!
– Я не думала, что это вы! – с озадаченным видом повторила Ханна. – Я не хотела вас пугать! Я думала, что это кто-то из другой команды…
– Ладно, – проговорила Майя, слегка оправившись от шока. – Не переживай!
Ханна кивнула. Меньше всего она хотела сейчас ругаться с участниками своей команды, поэтому начала улыбаться.
– Нам, наверное, стоит убираться отсюда… – проговорила она.
– Почему? – поинтересовался Женя.
– Здесь все время кто-то рядом бродит, – сказала Ханна и тут же осмотрелась по сторонам. Она была так напугана. Жене хотелось увести ее на поле или разрешить закончить игру прежде времени, но он не мог. Перед его глазами всплыла Эльвира.
– Откуда ты знаешь? – сразу спросил парень, смотря в ту же сторону, что и Ханна.
– Просто, я сижу тут больше двадцати минут. Я бы уже давно ушла, но так устала, что просто сидела все это время. Я до этого встретила Полину, и мне пришлось от нее бежать…
Она растерянным взглядом смотрела на Майю и Женю, все еще думая, что вместо них могла прийти Полина. Она была так рада тому, что теперь ей не придется идти одной. Ей так надоело одиночество, в котором она провела последние пару часов своей жизни. Она хотела домой. Хотела на море. Хотела поскорее уйти отсюда. Жене так хотелось ее обнять в этот момент, чтобы ей стало веселее, но побоялся, что его не поймут.
– Мы тебя понимаем, Ханна! – проговорил он, краем глаза поймав на себе Майин странный взгляд. – Нам тоже пришлось немного побегать, правда, мы были не одни…
После этого они, наконец, начали свой путь. Ребята отправились в том направлении, куда собственно Женя с Майей и бежали. Они продвигались совсем медленно, так как рядом никого слышно не было, да и время постепенно заканчивалось. Еще чуть-чуть и турнир подойдет к концу. Совсем скоро это закончится. Женя ждал этого больше, чем именинного торта в первом классе.
– Вы уже видели Эльвиру? – спросила Ханна воодушевленно. – Она творит сегодня что-то невероятное…
– Да, видели, – ответил парень, вернувшись в реальность. – Она очень преобразилась. Когда Эльвира ехала сюда, она была совсем никакая…
– Вы, кстати, тоже отлично выглядите, – продолжила Ханна, только-только обратив на это внимание. – Вот я… ужас просто! – она перевела взгляд на свою одежду.
Не успела Ханна договорить это, как из той самой стороны, куда они направлялись, послышались крики. Там явно кто-то был. Причем не два-три человека, а кучка, которую по числу доносившихся голосов можно было смело назвать толпой. Были слышны чьи-то громкие разговоры. Кто-то явно не боялся, что его могут услышать.
Женя, Майя и Ханна резко остановились. Они хотели понять, откуда доносятся крики и в какую сторону продвигаются те, кто эти крики создает.
Ребята, наконец, определили, откуда доносятся голоса. Но куда направляются люди? Крики не становились ни громче, ни тише. Значит, кто-то стоял на месте. «Но зачем?», – одновременно одна и та же мысль мелькнула у троицы, и они тут же побежали это выяснять. Времени на это они много не затратили. Та самая компания, которую они искали, была совсем рядом, на полянке, где когда-то были Майя и Женя вдвоем.
Первое, что увидели ребята, оказавшись здесь, это шумную толпу, которая состояла как из знакомых Жене людей, так и из болельщиков другой команды. Никому из троицы не было понятно то, почему вообще здесь все столпились. На самом деле, там были не больше пятнадцати человек, но казалось, что их немного больше. Одно было ясно точно – все явно за чем-то наблюдали, точнее сказать, за кем-то. Конечно же, Майе тут же захотелось и самой выяснить, что происходит. Все трое подошли поближе, и как только оказались совсем рядом, на них устремили взгляды три знакомых человека. Алекс, Лара и Элли. Они почему-то совсем не удивились увидеть здесь Майю, Женю и Ханну, а тут же начали их расспрашивать, словно знали наперед, что эта встреча состоится.
– Я так рада вас всех видеть! – воскликнула Лара, но тут же поняла, что стоило говорить тише.
– Вы знаете, что… – начал говорить что-то Алекс, но Майя его перебила.
– Что там вообще происходит? – спросила она, пытаясь разглядеть хоть что-то за своими друзьями.
Элли, Алекс и Лара пропустили ее, Женю и Ханну чуть вперед. Теперь она наконец-то смогли увидеть то, что тут происходит.
Эльвира и Полина находились на середине этой крошечной полянки. Целая толпа, не отрывая взгляда, следила за каждым движением девушек, потому что они так и не попали друг в друга ни разу. И дело было вовсе не в том, что они были не точны и ужасно играли. Нет! Просто, они как-то умудрялись уворачиваться от краски, которой, кстати, у обеих оставалось все меньше и меньше, а попасть в противницу все не получалось. По сути-то исход этой некой битвы должно было решить то, чья краска кончится быстрее. Они обе это понимали и думали об этом. Но сложилось все иначе…
В очередной раз цветная пыль полетела в обе стороны, заполняя собой все пространство маленькой полянки. Казалось бы, от нее невозможно укрыться. Но Эльвира в очередной раз совершила не понятный никому маневр и осталась нетронутой. Полина замешкалась. Все с открытыми ртами смотрели на нее. В ее глазах была растерянность, на ее одежде была краска. Удивленная такому исходу событий, Эльвира еле нашла силы, чтобы бежать прочь. Полина стояла неподвижно, она совсем не смотрела на соперницу. Даже если бы она могла, она бы ничего не сделала. Она была так зла на себя, осознавая, что это все. Скорее всего, это решит исход игры. Зрители следили за реакцией девушки и не спешили расходиться. Майя, Женя и Ханна также ошарашено смотрели на Полину, им даже не приходила в голову мысль о том, что надо бежать.
Именно в этот момент, когда никто ничего не ожидал и мир, словно застыл на мгновение вместе с Полиной, из леса выбежали Сеня и Кира. Они немедленно направились к своему капитану. Только тогда Майю озарила мысль о том, что они рядом с противниками и, хватая за руки Женю и Ханну, поспешила присесть.
– Ты уверена, что здесь больше никого нет? – затаившись, услышали они громкий голос Сени.
– Да! – уверенно заявила Полина, она чуть ли не кричала.
Не дожидаясь того, как зрители разойдутся, они втроем поплелись в ту сторону, куда совсем недавно убежала Эльвира. Два или три человека из толпы пошли за ними. Ханна боялась дышать. Остальные зрители понемножку тоже стали расходиться в разные стороны. Они так и не узнали, что на этой полянке были Майя, Женя и Ханна, сидящие на траве и всматривающиеся в происходящее. Алекс, Лара и Элли, в конце концов, остались одни на этой небольшой открытой местности с тремя игроками. Женя и Ханна встали на ноги. Элли и Алекс, улыбаясь, смотрели на то, с каким испугом девушка смотрит по сторонам. Ханна, увидев это, махнула на них рукой. Майя все еще сидела на траве. Подняв голову, она всматривалась в небо. Все такое же голубое. Это было ее место. Этого не должен был видеть кто-то еще. Она, забыв о существовании реального мира, сидела с поднятой вверх головой.
– Майя! – окликнул ее Женя, и она неторопливо опустила на него свой взгляд, который отчетливо выражал ее вопрос «что?».
Он протянул ей руку, и она при помощи друга встала. Ощутив под ногами землю, она неодобрительно взглянула на Женю и тут же отвернулась. Изобразила обиду, но это плохо получилось.
– Куда вы теперь собираетесь? – поспешила спросить Элли, чтобы перебить неловкую паузу, повисшую в воздухе.
Все трое одновременно пожали плечами, но чуть позднее Ханна ответила:
– Лично я не вижу смысла куда-то снова двигаться! – она посмотрела на свои наручные часы – единственное чистое пятно на ее теле. – Всего двадцать минут осталось.
Женя, абсолютно довольный таим положением дел, радостно закивал. Майя тоже поддержала идею Ханны, и они вместе с Ларой, Элли и Алексом двинулись в сторону поля. Уже все понимали, что игры подходят к концу. Пройдут какие-то пара минут, и Джек объявит о финише. Довольная Ханна бежала вприпрыжку, Майя и Женя улыбались, глядя на нее, в их сознании было примерно то же самое – они справились. За эти двадцать минут они могли все испортить, если бы из леса неожиданно выбежали Сеня и Кира, но они даже не думали об этом. Да и какая вообще разница, как могло быть, если сейчас все хорошо. Только это на самом деле имеет значение.
Они выбежали на поле, когда Джек уже в громкоговоритель сказал об окончании игры. Около молодого человека уже собралось около пятнадцати человек, и пришедшие только что ребята бросились к этой толпе. Как только они были замечены, поднялся какой-то шум. С некоторым испугом Майя, Женя и Ханна остановились на половине пути до центра поля. Они смотрели на то, как им навстречу бегут Алена, Клара и еще несколько ребят, которых Женя не знал. Они схватили игроков за руки и потянули куда-то.
Толпа смеялась и вела за собой Женю, Ханну и Майю, которые удивленно смотрели на всех. Наконец-то они дошли до Джека, который лукаво улыбнулся, увидев друзей.
– Что происходит? – спросила Майя, не выдерживая всей этой странности, происходящей вокруг.
В воздухе царило молчание. Все с удивлением переводили свой взгляд с Жени на Майю и Ханну. Если бы в этот момент рядом пролетела муха, то ее бы все услышали. Не успел Женя об этом подумать, как вдруг из толпы выбежала Саша, отряхивая с себя чью-то цветную пыль. Такая радостная. Она бросилась обнимать Ханну. Такой счастливой Женя ее еще не видел.
– Вы выиграли! – прокричала она и утянула в свои объятия Майю и Женю. – Мы выиграли! – восклицала она.
Подбежали все остальные присутствующие на поле и бросились обнимать победителей. На лицах Элли, Лары и Алекса появилось удивление, но уже через мгновение они тоже чествовали игроков своей команды. Постепенно из леса стали выбредать и остальные. Все они, не зависимо от того выигравшие они были или проигравшие, попадали в общие объятия. Обнимали даже тех, кто вовсе не участвовал.
В конце концов, из леса выбрались практически все – не хватало только трех игроков. Сеня, Полина и Эльвира выбрели только через двадцать минут, после окончания игры. Они были единственными, кто еще не был в курсе результатов, поэтому застыли при выходе из леса, глядя на обнимающуюся толпу. Все смешалось. Этих троих сразу заметили. Все внимание было приковано к ним. Толпа притихла. Все произошло в одну секунду. Одновременно. Словно кто-то дал неслышимую команду. Два капитана стояли, в предвкушении затаив дыхание. Полина и Эльвира ждали, когда им хоть кто-то сообщит результат, но все словно язык проглотили. Эльвира жалостливо посмотрела на Джека, но тот продолжал молчать. Он без каких-либо усилий выбрался из толпы – ребята сами передним расступались. Джек встал перед девушками-капитанами и улыбнулся им обеим, а затем устремил свой взгляд на Эльвиру. Девушки напряглись. Полина переводила взгляд с судьи, на подругу-соперницу. Она уже в тот момент все поняла.
Глазами, полными сомнения, Эльвира смотрела на Джека. Она была той же, что утром. Стояла, переминаясь с ноги на ногу, и не знала, что сказать. На девушке не было ни одного малейшего пятнышка краски, словно она и не была на играх сейчас. Джек внимательно рассматривал ее, будто они давно не виделись, а Эльвира стояла едва дыша. Он обнял ее, и она прижалась к его плечу.
– Ты первая, – прошептал ей Джек, и она выдохнула. Он так мечтал сказать ей это. Не кому-нибудь другому, а именно ей. Той самой девчонке, которой как никому-то еще нужно было это услышать.
Она улыбнулась. Она не понимала, что чувствует. Она не осознавала то, что турнир этого года подошел к концу. Она была счастлива так же сильно, как на тех играх, когда бежала обнимать Кристину.
Осознаниетого, что она действительно одержала победу, пришло несколько позже. Она вырвалась из объятий Джека, желая скорее найти свою команду. Она бешено водила глазами из стороны в сторону, а ее ребята уже бежали к ней. Они тут же бросились на нее. Эльвира что-то говорила им, но сама не понимала, что именно. Она не замечала никого вокруг. Она даже не обратила внимание на то, как их шестерых подхватила толпа и подняла вверх. Они лежали на руках своих друзей и кричали что-то победное.
Они были единым целым. Они были неразлучным. Майя захохотала, и ее смех передался другим. Ее волосы падали на лица ребят, но всем было плевать на это. Женя улыбался. Он чувствовал что-то необъяснимое. Вечный момент его истории.
Перед глазами победителей мелькали воспоминания, кадры. Эльвире их победа принесла так много счастья. Она в беспамятстве летала в воздухе. Она почувствовала себя птицей. Как никогда она ощущала свою близость с сестрой, словно та все еще была жива. Ради этого она отдала бы все на свете. Эту победу она посвятила ей.
Женя взглянул на Эльвиру, и его охватило какое-то сумасшествие. Он, наконец, понял, что значат для ребят эти игры. Они впервые стали для него самого что-то значить. Он не знал Кристину, но он сопереживал ее сестре, которая стала для него значить многое. Он понимал ее чувства, он так хотел видеть ее счастливой. Его желание исполнилось – Эльвира была на седьмом небе от счастья…
Они что-то кричали и парили в воздухе. Мэнди давно так не улыбалась. Так искренне, так добродушно. Она дарила улыбку своей подруге!
Сейчас все улыбались ей – той самой девчонке, которая когда-то придумала эти игры.
Кристина… Кристен… Кристи… Крис…
Эти игры они посвящали ей!

9 глава
ОДНАЖДЫ НОЧЬЮ

Дверь Майиной квартиры только-только закрылась. Это Эльвира выбежала оттуда со скоростью света, и теперь было слышно, как она спускается вниз по ступенькам. Она не стала ждать Майю с Женей, а как обычно решила пойти с Алексом, который жил в соседнем доме.
Женя сидел на полу в коридоре и рассматривал стены, ожидая Майю, которая сегодня особенно долго собиралась. Ему нравилось смотреть на то, как она бегает из одной комнаты в другую. В гостиной кричали попугая, но девушка их игнорировала. Она утверждала, что они сегодня не в духе, а она ничего не может с этим поделать, поэтому она вообще в гостиную не заходила. Попугаи продолжали петь свои попугаевы песни.
Майя выбежала из своей комнаты, и Женя, решив, что она собралась, поднялся с пола, но не тут-то было. Девушка подошла к зеркалу, которое аккуратно висело рядом со шкафом с ее верхней одеждой, и надела на голову повязку. Она повернулась к Жене лицом. Парень одобрительно кивнул, и она улыбнулась.
Они наконец-то вышли из подъезда и в очередной раз направились на пляж. Там все уже наверняка собрались и давно веселятся, а Женя и Майя опаздывают. Но ведь они сегодня победители, им можно, хоть вечеринка вовсе и не в честь команды-победительницы. К тому же, как любит выражаться Майя, она никогда не опаздывает. Вот и сейчас они всего лишь немного не успевали, но продолжали идти неторопясь, неспеша шагали по городу.
– Знаешь, Джо, я до сих пор не верю в то, что мы выиграли, – проговорила Майя.
– Почему? – спросил Женя, хотя и сам до конца не верил в то, что сегодня не облажался.
Майя пожала плечами.
– Я еще до сих пор не могу осознать в то, что участвовала в турнире, на самом деле, – продолжила она.
– Вот этого я точно не понимаю…
– Просто, для меня это было так важно. Еще в то время, когда… она была жива. Кристина. Я хотела доказать ей, что умею играть…
– Ну, вот и доказала!
Майя кивнула.
– Точно. Вот только ее уже нет…
– Но ведь ты сама говорила, что… – начал Женя, но не успел договорить.
– Я помню, – перебила его она.
Майя слышать ничего об этом сегодня не хотела, но сказать это вслух не решалась. Не выдержав на себе беспокойного взгляда Жени, она сменила тему разговора.
– Думаешь, Алекс уже напился? – спросила она, сказав первое, что пришло ей в голову.
Женя пожал плечами. Он даже думать об этом не хотел, поэтому не сказал ей ни слова, а потом они оба забыли про ее вопрос. Они шли, думая о своем. Постепенно это стало сводить девушку с ума, и она тихо запела. Не так громко, чтобы это слышали прохожие, однако некоторые умудрялись уловить ее пение, но Майе было все равно. Она давно научилась не обращать внимание на окружающих.
Смотря на Майю, Женя вдруг засмеялся, и она покосилась на него. Она не понимала, что его рассмешила просто реакция людей. Она вообще не замечала удивленных и насмешливых взглядов. Женя кивнул в сторону, Майя взглянула туда и тоже начала смеяться. Девочка, проходящая мимо них, глазела на Майю. Увидев, что ее заметили, она замялась от неловкости и отвернулась.
Так они дошли до пляжа – традиционного места сбора. Тут уже вовсю было веселье. Пришли, похоже, и правда, уже все. Не хватало только Жени и Майи. Все были так заняты своими делами, что опоздавшая пару осталась почти незамеченной. Им это нравилось – никто не начал читать нотации по поводу опоздания. Майю бы это вывело из себя, а так она осталась в отличном расположении духа.
Только Ханна увидела, что они пришли. Она тут же закончила свой разговор с Полиной и, оставив ее одну, побежала к Жене с Майей. Эти двое не поняли, что Ханна бежит именно к ним, даже когда она была уже совсем близко.
– Ты с ума сошла! – воскликнула Майя, изумленная тем, как тепло их встречает Ханна, и обняла ее, а затем вовлекла в общие объятия и Женю.
– Я так рада! – громко произнесла Ханна. Она сегодня, правда, вся искрилась.
– Чему? – спросил Женя, рассматривая девушку, которая так изменилась со времени сегодняшней игры.
– Всему.
Ханна засмеялась, и они втроем побрели по пляжу. Майя не могла оторвать взгляда от улыбающейся подруги. Ей было приятно осознавать, что Ханна именно сегодня стала такой. В голове девушки, наверное, играли самые веселые мелодии, какие она только знала.
– Что это сегодня с тобой? – не выдержала Майя, улыбаясь в ответ. – Это какой-то вирус хорошего настроения, или что? Никогда тебя такой не видела…
– Никакой это не вирус! – воскликнула Ханна, изображая обиду, но ее настроение было такое хорошее, что у нее ничего не вышло. – Я… всего лишь рада! Вот и все!
Майя засмеялась. Она сегодня тоже светилась по-особенному, не как обычно.
– Здорово видеть тебя такой! – проговорила она, смотря на Ханну. – Вот бы ты всегда такой была. Вот бы все в этом мире были такими всегда, – продолжала она. – Было бы здорово, если бы люди всегда были счастливы, правда? – она посмотрела на Женю и Ханну, которые шли по правую сторону от нее. Они одновременно кивнули. Они тоже в это верили. – Разве мир бы тогда не был идеальным? – не отворачиваясь от них, спросила она. На этот раз Ханна никак не отреагировала, а Женя лишь пожал плечами.
Проходя мимо Лары и Алекса, которые оживленно болтали, Ханна присоединилась к ним и начала что-то у них спрашивать. Майя и Женя кивнули ребятам, и Лара тут же подскочила с места и побежала к ним. Она начала их обнимать. Когда она их отпустила, все трое побрели ближе к берегу.
– Женя, не думай, что я сошла с ума! – воскликнула девушка, глядя на удивленного Женю.
– Вовсе я так не думаю, – пытался оправдаться Женя.
Лара покачала головой.
– Я видела это на твоем лице. Я умею…
Она засмеялась и похлопала Женю по плечу, тем самым показывая, что все в порядке, и она совсем не обижается. Парень все еще несколько смущенно на нее смотрел, и она снова его обняла, а потом и Майю.
– Мой воображаемый барометр обнимашек сегодня зашкаливает, – вдруг проговорил Женя. Майя и Лара с серьезными лицами взглянули на него и залились смехом.
– На самом деле, я не успела сделать это днем, – объяснила свое поведение Лара, когда пришла в себя. – Сами знаете, какая толкучка там была, – ребята кивнули. – Хотела вас поздравить. Вы, правда, молодцы! Горжусь вами!
Майя вновь обняла Лару – похоже, они могли обниматься вечно. Женя тоже был рад слышать похвалу Лары. Именно ее поздравление было ему особенно приятно. На первой игре благодаря Ларе он смог не заблудиться. Он до сих пор считал, что занял ее место в составе команды (он был уверен, что именно ее) незаслуженно. Он не верил в ту похвалу, которой она его одаривала.
– Я до сих пор считаю, что ты должна была участвовать вместо меня, – проговорил Женя на этот раз вслух, и Лара засмеялась.
– Успокойся, парень! – воскликнула она. – Помнишь, я тебе сказала, что все буде так, как и должно быть?
Женя неуверенно улыбнулся, прокрутив в голове момент своей жизни, где Лара ему это говорит. Девушка толкнула его в плечо, а потом вдруг нахмурилась.
– Так, почему это вы ничего не пьете? – спросила она, переводя взгляд с Майи на Женю. – Сегодня много всего! – воскликнула она, явно довольная этим фактом. – Пиво… – она взглянула на ребят, которые нахмурились от ее слов. – Соки… – добавила она несколько смущенно. – Вода? Майя, ты не поверишь, но Алекс купил сегодня вино… – Майя выпучила глаза от удивления. – Довольно неплохое, так что пейте его…
Они подошли к столику, где в симпатичных стаканчиках на разноцветных подносах была разлито все, что только возможно. Лара взяла красные стаканчики и протянула их ребятам, сама взяла стаканчик сиреневого цвета.
– А ты сама что пьешь? – поинтересовалась Майя, пока Женя пытался распробовать вино, которое оказалось далеко не лучшим в его жизни, но он промолчал.
– Текилу? – сказала Лара, хотя звучало это скорее как вопрос.
Майя и Женя одновременно уставились на Лару. Женя вообще не знал, что она пьет. Он прокашлялся. Когда Марина впервые угостила его текилой, он ее, мягко говоря, не оценил этот экзотический напиток.
– Давно ли? – спросила Майя, продолжая смотреть на Лару и стаканчик в ее руке.
– Алекс дал попробовать в том месяце… Довольно неплохо.
Она засмеялась.
– Со мной все в порядке. Со мной ничего не будет…
Женя подозрительно на нее посмотрел, и они закрыли эту тему. Майя обернулась и посмотрела на Алекса. Это был взгляд человека, который был очень зол. Парень взглянул на нее и пожал плечами, не понимая, что она от него хочет. Женя знал, что просто так этот парень не отделается – Эльвира и Майя устроят ему веселую жизнь.
Увидев все это, Лара отложила свой стаканчик в сторону и взглянула на Алекса. Доставлять ему проблем она хотела меньше всего, но так уж получилось. Он махнул ей рукой, и она бросилась нему со всех ног. Майя продолжала смотреть на него, пока Женя не ткнул ей в плечо пальцем. Она взглянула на него слегка рассерженная. Он улыбнулся, и она ту же оттаяла.
Играла музыка, но Майя совсем не рвалась танцевать, и Женю это вполне устраивало.
– Я не поняла, почему ты не должен был участвовать в играх? – спросила девушка, залпом опустошив содержимое своего стаканчика.
– Просто, мы с Ларой на тех играх вместе ходили, и она… лучше меня уж точно… Знаешь, иногда происходит что-то… несправедливое…
Женя взглянул на Майю, которая в это самое мгновение отвернулась от него. Ее взгляд был устремлен на едва движимую вечернюю воду. В морской глади отражалось звездное небо. Только сейчас Женя вообще заметил, что стемнело.
– Случаются несправедливые вещи, – проговорила Майя, не отрывая взгляда от поверхности моря. – Но не сейчас, Джо! Не сейчас, – она взглянула на собеседника. – Я знаю, что Лара неплохо играет, – продолжала она. – Но ведь это не значит, что ты завоевал право участвовать в играх нечестно… Ты попал в Эльвиру…
– Ты тоже в нее попала… тоже, – поспешил сказать Женя.
– Да, я попала, но это было по-другому. Меня она не видела, а тебя да. Есть разница…
Женя пожал плечами, хотя, вправду, задумался над словами девушки. Впервые он поверил в мысль о том, что заслужил участие в играх. Он сделал глоток вина, и Майя устремила взгляд на стаканчик в его руке. Женя смущенно отстранил его. Тогда девушка подняла вверх свой пустой стакан и стала его рассматривать. Он был вовсе не красный. Интересные узоры, разноцветные воздушные шарики, красный лишь фон. «С Днем рожденья». Надпись, сделанная симпатичным шрифтом, так зацепила ее взгляд.
– За Кристен! – прокричала она, поднимая пустой стаканчик вверх.
Эльвира, которая стояла у самого берега, резко повернула голову в ее сторону и улыбнулась. Ее стаканчик тоже поднялся вверх.
– За Кристину! – прокричала она так громко, как могла.
Не прошло и двух секунд, как вся толпа кричала:
– За Крис!
Женя тоже кричал. Он опустошал свой стаканчик, улыбаясь Эльвире, которая смотрела в их сторону, и думал о ее сестре, которую он совсем не знал. Он лишь слышал о ней совсем немного. И все-таки ему казалось, что он должен как-то хорошо подумать о ней. Ему так хотелось.
Майя подняла голову вверх. Она рассматривала звезды, словно пыталась найти хоть какое-то созвездие, но Женя прекрасно понимал, что у нее ничего не выйдет.
– С Днем рожденья, Кристен! – сказала Майя, смотря в небо, но ее никто не слышал. Ей этого было и не нужно. Для нее было важно лишь то, что ее слышал один единственный человек. Кристина.
– Ведь она это слышала! – проговорил Женя. – Она ведь смотрит сейчас на нас…
Майя резко повернула голову и посмотрела на Женю. Она удивленно вглядывалась в его лицо, словно думала о том, правда ли Женя это сказал. Ей вдруг показалось, что это был всего лишь голос в ее голове.
– Я верю! – произнесла она громко, но слегка смущенно. – Верю, что она там… – Майя протянула свою руку к звездам и вновь подняла взгляд вверх. – В космосе. Я верю, что она на небесах. Верю, что все люди туда отправляются после смерти. Мне всегда казалось, что небеса… они где-то в космосе…
Майя вдруг замолчала, хотя Жене казалось, что она все еще хочет что-то сказать. Она молчала и смотрела на звезды.
– Почему в космосе? – спросил Женя, чуть озадаченно.
– Я всегда хотела после смерти стать звездой, – ответила девушка, чуть смущаясь это говорить. – Темной ночью освещать города…
– Это здорово!
Майя с непониманием посмотрела на Женю. Она только что поведала ему самую сокровенную мечту, а он лишь бросил эту сухую фразу. Ее глаза так быстро наполнились печалью.
– Здорово, что ты не боишься думать о смерти!
Майя улыбнулась. Этот ответ ей нравился гораздо больше, чем первый. Мысленно она поругала себя за то, что не умеет дослушивать до конца.
– Ведь в конечном итоге смерть – это не то, чего стоит бояться… – продолжал парень. – Иногда ведь и жизнь кажется… смертью…
Майя кивнула, но развивать эту тему дальше не хотела, поэтому, когда увидела вдалеке Мэнди, то взяла Женю за руку и побежала вместе с ним к подруге. Они бежала к девушке, и Женя улыбался. Он был так счастлив, когда увидел, как Майя обнимает Мэнди. Он так хотел написать об этом. Он мечтал, чтобы в его руках сейчас была бумага и ручка.
Но письменных принадлежностей не было, и ему оставалось лишь одно – наслаждаться моментом. К Мэнди и Майеподбежали Джек и Эльвира, которые моментально присоединились к разговору. Смех Майи. Неловкая улыбка Эльвиры. Друзья навсегда? Женя так хотел стать частью их мира, но он стоял немного в стороне.
Они говорили о Кристине так спокойно. Вспоминали ее предыдущие Дни рожденья. Как будто она ненадолго отошла и сейчас вернется. Еще вчера Эльвира плакала лишь при мысли о сестре, а сегодня спокойно говорила о ней.
– Между прочим, в том году ее платье было не синее, а сиреневое, – громко проговорила Майя, и Женя взглянул на нее. Девушка выглядела такой рассерженной, словно вот-вот хотела топнуть ногой.
– Синее! – возразила Эльвира и посмотрела на подругу свирепым взглядом.
– Сиреневое, – настаивала на своем она.
– Мэнди, ну скажи ей, – обратилась к девушке Эльвира и только после того, как сказала, поняла, какую глупость совершила.
Мэнди как ни странно отреагировала спокойно. Она пожала плечами и засмеялась, но остальные даже не улыбнулись. Все затаили дыхание. Даже Кевин смотрел на свою девушку с сожалением.
– Ну, что вы замолчали! Уж я точно не скажу, какого цвета было у нее платье…
Джек прокашлялся.
– Разве так важно, какое было платье? – спросил он, до этого момента не принимая участие в дискуссии.
Ему было абсолютно плевать на то, в чем была Кристина на своем последнем Дне рожденья. Ценностью для него было лишь то, что она была жива. Ровно год назад. Да разве что-то еще в этом мире имеет ценность большую, чем жизнь?
Он так хотел все это сказать, но не смог. Он больше не хотел разговаривать о Кристине. В его сознании всплыло то воспоминание, где она целует его. Ровно год назад. Он смеется, она улыбается. Она болеет, но это незаметно. Она такая красивая. На ней сиреневое платье. На небе закат. Кругом их друзья, а он так хочет быть с ней наедине. За семь лет их знакомства он ни разу не перестал хотеть быть с ней рядом. Она бежала по песку. Совсем не такая, как ее сестра.
– Эй, Джек, ты куда? – закричала Эльвира, и все посмотрели вслед молодому человеку. Он тяжело вздохнул, слегка рассердившись на сестру своей девушки. Эта девчонка никогда не понимала людей.
– Я пошел к Кевину, – сказал Джек, продолжая свой ход. Он начал искать глазами друга. – Просто, вспомнил, что… надо кое-что спросить у него… по работе…
Джек работал с Кевином в одной компании, и он все больше ценил это. Друзья были рядом. Они пронесли дружбу сквозь года.
Да, врал, конечно, Джек отменно. Никто никогда не понимал, когда он говорит неправду. Вот и сейчас все четверо ни на секунду не усомнились в честности его слов, но Эльвира и Майя все равно увязались за ним. Им обеим вдруг так захотелось поздороваться с Кевином. Они думали, что Женя и Мэнди побегут за ними, но они остались стоять на месте. Мэнди поссорилась с Кевином, и Женя стоял с ней за компанию. Ему всегда так нравилось болтать с Мэнди. Он любил ее рассказы: всегда такие чудесные, искренние. О детстве. О каруселях. Она говорила об этом так, как будто вновь переживала это в момент речи. Словно ей снова тогда было восемь. Она выглядела тогда такой счастливой. Хотя нет, не выглядела. Она была счастливой.
– Как вы познакомились с Кристиной? – спросил Женя, ожидая услышать опять что-то потрясающее. – Вы ведь были лучшими подругами?
Мэнди встрепенулась. Ее бросило в дрожь от услышанного, и она заулыбалась. Ей так нравился этот вопрос, она хотела говорить об этом воспоминании. Она спокойно говорила о тех, кто умер, потому что тогда эти люди вновь возвращались к ней. В ее сознании. В ее памяти.
Иногда Мэнди казалось, что если очень сильно захотеть, то они вернутся. Те, кто умер. Но это была самая большая несбыточная мечта. Не только ее.
Она смотрела на море, и ее волосы развивались по ветру. Казалось, что она все видит, но она лишь очень сильно задумалась. В ее голове всплыл образ ее лучшей подруги. Она могла описать ее в мельчайших деталях. Она помнила ее прическу в день их знакомства. Это не важно, но… у нее был хвост. Волосы совсем такие же, как у Эльвиры – слегка спутанные и не менее темные. Они были так похожи.
– Мы были не просто подругами, – проговорила Мэнди. – Мне было семнадцать, когда мы познакомились, ей тоже. Иногда мне казалось, что она моя сестра. Я знала ее наизусть. Все ее привычки, все ее предпочтения. Мне кажется не было ничего, чего бы я не знала о ней, и… чего она не знала обо мне. Наверное, именно поэтому сейчас я и отношусь к Эльвире как к младшей сестре…
Мэнди замолчала. Она совсем забыла про Женин первый вопрос, поэтому ему пришлось вновь его повторить.
– Как мы познакомились? – переспросила она, чуть нахмурив брови. Она выглядела такой сосредоточенной, будто решала уравнение на уроке математики. – Кевин познакомил. Как же еще… Они жили в одном доме до того, как семья Кристины переехала. В разных частях города они все равно оставались лучшими друзьями. Мне всегда так нравилось это в них. Они были такими дураками и раздолбаями. Я их за это и любила. Всех по-своему. Я теперь и жизни без них не представляю… Если бы я не встретила тогда Кевина…
Сейчас бы Мэнди рассказала Жене и то, как она познакомилась со своим молодым человеком, а он бы с удовольствием об этом послушал, но им навстречу шел сам Кевин. Целеустремленной походкой он направлялся прямиком к ним, но Мэнди не могла этого увидеть, поэтому Женя поспешил ей сказать:
– Знаешь, по-моему, Кевин идет сюда…
Девушка скрестила руки на груди.
– Может, вовсе и не сюда, а…
Не успела Мэнди и договорить это, как Кевин уже кричал ее имя. Он подходил все ближе и ближе, и девушка нахмурилась.
– Оказывается, мы поссорились? – спросил он у Мэнди, как только встал напротив нее. Он вроде как сердился, но на его лице сияла улыбка. Он не воспринимал это всерьез.
«Интересно, на что она так обиделась?» – подумал Женя в это мгновение. Он и представить себе не мог, что Мэнди могла обижаться на Кевина. При первой их встрече эта пара стала для него неким эталоном.
– Ты обиделась, да? – спросил Кевин вновь, на этот раз уже более серьезно, а Мэнди продолжала делать вид, что ничего не слышит. – Отлично! – воскликнул парень. На него тут же взглянула проходившая мимо Ханна, и он улыбнулся ей. «Все в порядке», – говорил его взгляд. – Мэнди, мы давно переросли эти игры, перестань…
Кевин попытался взять ее за руку, но Мэнди ее тут же отдернула, словно увидела это. На что она обиделась? Женя и представить себе не мог, но они могу ссориться.
– Может, хватит? – спросил Кевин у Мэнди в очередной раз, и она сквозь силу выдавила из себя улыбку.
– Конечно, хватит, – проговорила она и двинулась в сторону моря. Мэнди не видела, куда направляет свой путь. Ей, просто, хотелось уйти, не слышать больше дурацких слов Кевина.
– Мэнди! – крикнул парень, едва сдерживая свой смех.
– Что? – спросила девушка, остановившись на мгновение. В ее глазах была темнота, ей было страшно. Она сама поражалась тому, что до сих пор еще ни в кого не врезалась и не сбила с ног.
Она стояла и ждала ответа, а Кевин изо всех сил старался не засмеяться. Он не мог все испортить окончательно. Он не понимал, почему Мэнди обиделась, но он хотел это исправить.
– Просто, – начал говорить он, как только успокоился, и теперь думал говорить дальше или нет. – Ты сейчас в воду уйдешь…
Он не выдержал и прыснул от смеха. В свои двадцать шесть он смеялся, как пятилетний ребенок. Мэнди нахмурилась. Она стояла всего в паре шагах от воды, но признать, что Кевин прав? Это не для нее.
– Я туда как раз и направлялась, – проговорила она и продолжила свой путь. Она была слишком гордой, чтобы развернуться и пойти обратно. Проще уйти. Ее сердце бешено колотилось. Она уверенно шагала в сторону моря, и была уже совсем близко. Ей было страшно, но Кевин не дал ей далеко уйти. Хоть она и успела замочить ноги, но он успел перехватить ее у самого берега.
– Ты дура? – спросил он у нее, и она пожала плечами. Кевин ее поцеловал, и она засмеялась. Все так просто?
Женя сел на песок, оставшись в одиночестве. Он смотрел на эту пару и думал о том, что они умудрились найти в этом мире любовь. Для него это было чем-то нереальным. С мыслями об этом он и не заметил, как рядом с ним оказалась Ханна. Она села рядом с ним и устремила свой взгляд туда же, куда и он свой.
– Обожаю их, – сказала она, указывая на Кевина с Мэнди, которые вышагивали по направлению к Джеку. – Что не говори, а никакая голливудская пара с ними не сравнится…
Не успела Ханна договорить это, как откуда-то появился Леша – тот самый парень, который принимал участие в играх сегодня, он стоял рядом с Полиной перед стартом. Он сел рядом с Ханной, и она толкнула его в плечо. Они довольно хорошо знали друг друга.
– Я Леша! – представился парень, протянув Жене руку, и тот ее пожал.
– Я знаю вообще-то. Ведь ты сегодня играл…
– Да, – ответил парень, польщенный тем, что Женя знает его имя. – А ты Джо, верно?
Женя кивнул. Еще три недели назад все знали его как простого парня Женю, а сейчас называли его этим странным именем. Ему это даже нравилось, он свободно откликался на новое имя. Он до сих пор не понимал, почему так спокойно отнесся к придуманному имени.
– Ну, Ханна, ты посмотрела «Доктора Кто»? – спросил Леша таким тоном, будто он был учителем и проверял у Ханны домашнее задание. – Ты ведь вроде хотела…
Девушка закрыла глаза руками. Она так надеялась, что Леша забудет об этом. Она сказала ему это в прошлом году после игр, в надежде, что за год что-то изменится, понимая, что Леша хочет это слышать. Тогда она хотела посмотреть сериал, но откладывала на потом и забыла. Она вспомнила об обещании только сейчас, иначе она бы не попадалась парню на глаза весь вечер.
– Ну, знаешь, – начала она выкручиваться, но уже по ее перекошенному лицу было все понятно, – я посмотрела все сезоны с Теннантом[1]… – нерешительно договорила она.
Ханна соврала, но не на все сто процентов. Она все-таки посмотрела три серии из одного сезона, то есть имела представление о том, как выглядит Десятый доктор.
Женя взглянул на девушку. Ее лицо буквально отражало то, что она лжет, но Леша этого не понимал. И все-таки Жене показалось, что он должен спасти девушку окончательно.
– Я смотрел! – проговорил он. Во всяком случае, это была правда, и он ничего не терял от этого.
– И дополнительные эпизоды? – настороженно спросил парень, и Женя кивнул. – Наконец-то! – воскликнул Леша. – Наконец-то нашелся человек, с которым я могу поговорить…
И тут он начал. Он болтал без умолку, не давая и слово Жене вставить. С таким же результатом Ханна могла сказать, что тоже смотрела сериал. Парень говорил без остановки, даже не замечая то, что его совсем никто не слушает. Женя молчал и только кивал все время, устремив взор куда-то в сторону. Леше только такой собеседник и был нужен – тот, который слушает и не перебивает. Майя это знала, поэтому часто молчала, сидя рядом с ним – ей нравилось делать людей счастливее. Она любила быть собеседницей хотя бы потому, что в то время, пока Леша болтал все то, что и Жене сейчас, она могла думать о своем.
Стемнело. Кевин и Мэнди уже давно исчезли с берега и вовсю смеялись с Джеком. Эльвира танцевала, и постепенно к ней присоединялись остальные. Лара и Майя начали запускать в небо фонарики, которые поднимались вверх и становились в высоте маленькими звездочками. Один за другим они парили по воздуху. Майя и Лара, как сумасшедшие, улыбались и бегали из стороны в сторону, маневрируя между остальными ребятами. Совершеннолетние дети. Они вели себя, как дурочки, но им самим это нравилось. Пожалуй, скучно было только Жене и Ханне, а Леша ведь мог говорить часами. Переговорить его могла только Саша.
Женя уже отчаялся, что так просидит всю ночь, выслушивая самого большого фаната сериала «Доктор Кто», когда перед ними выскочила Майя. Она всегда появлялась так неожиданно, но в такой нужный момент.
– Украду у вас Женю? – спросила она, на что Ханна, улыбнувшись, кивнула, а у Леши особого выбора не было – Женя все равно бы ушел с Майей.
Она протянула ему руку, и он поднялся на ноги. Ханна положила голову Леше на плечо, чтобы он не грустил слишком сильно, и сказала, что останется с ним, если он перестанет болтать свое. Тот согласился, и Женя с Майей ушли. Они сделали всего пару шагов, когда девушка вдруг остановилась и повернула голову к сидящим.
– Эй, Леша! – крикнула она, и парень посмотрел на нее в недоумении. – Мэтт Смит[2] был шикарен в серии «Винсент и Доктор»!
Леша улыбнулся, и Майя неспеша пошла с Женей вдоль берега. Стало холодать, и Алекс уже допивал свою четвертую бутылку пива. Майя покачала головой, увидев это, и отвернулась.
– Значит, ты смотрела? – спросил Женя.
– Только с Мэттом Смитом…. у Эльвиры… Мне они все очень нравятся. Доктор… он такой забавный, – Майя засмеялась. – И эта рыжая девчонка… Эми… Амелия в исполнении Карен Гиллан… и ее парень… Рори…[3]
– Вот уж не думал, что ты смотришь сериалы…
Майя пожала плечами и как-то странно улыбнулась – так, как дети, когда хотят выпросить у мамы конфетку.
– Знаешь, я так рада, что тогда чуть не сбила тебя с ног… – проговорила она, взглянув своими голубыми глазами на Женю. Она говорила это искренне. Она хотела это сделать еще по пути сюда, но не сказала. Побоялась.
– Так значит, ты все-таки помнишь, как сбила меня с ног? – спросил Женя радостно.
– Нет!
Майя засмеялась, и он начал смеяться вместе с ней. Как-то у нее так получалось – заставлять смеяться и его тоже. На них никто не смотрел, и они могли хохотать столько, сколько им захочется. Хотя они всегда так делали, не обращая внимания на косые взгляды.
– Я тоже рад! – проговорил он, пока девушка все еще хихикала. Как только он это сказал, она успокоилась и застыла на месте. Женя тоже остановился. Майя смотрела ему в глаза, но ему это не доставляло никакого неудобства.
– Знаешь, многие из них не знают обо мне столько, сколько ты узнал всего за три недели. Хотя я знакома с ними, – она показала на друзей, почти все из которых уже танцевали, – два года.
Женя кивнул, улыбаясь. Он даже не предполагал, что Майя так думает. Ему казалось, что из всех ее друзей он стоит на последнем месте. Он хотел вновь и вновь слышать, как Майя это говорит. Если это не было признанием в любви, то точно чем-то похожим. Женя не понимал, что ему лучше сейчас сказать. Его мозг перестал соображать, как на парах по философии. Майя улыбнулась. Он ожидал, что сейчас она скажет что-то такое, что перевернет его жизнь. Но это было совсем не то, чего он хотел слышать.
– Лучшие друзья навсегда! – сияя, как луч солнца на воде, воскликнула она.
Девушка в упор смотрела на Женю. С улыбкой на лицо она ждала от него ответной реакции, но тот не спешил открывать рот. Растерянным взглядом он смотрел на нее и понимал, что что-то внутри него, действительно, перевернулась. Она никогда не будет его девушкой.
– Да, навсегда, – произнес он не так бодро, как хотелось бы Майе, но она все равно была невероятно счастлива.
Она обняла Женю, все так же искрясь от радости, и парень обнял ее тоже. Был момент… Момент, в котором не было романтики, хотя в любой другой ситуации это выглядело бы так. Не парень и не девушка. Они шли вдоль берега в обнимку. В стороне играла музыка, которая едва доносилась до них. Майя впервые не тянула Женю танцевать. Она и без того была счастлива. Она прижалась к Жене сильнее, и они шли нога в ногу.
– Знаешь, иногда мне начинает казаться, что я знаю тебя наизусть, – проговорила Майя не очень громко. – Но потом я понимаю, что это не так…
Женя засмеялся, и она с удивлением на него посмотрела, подняв свой взгляд вверх (он был выше ее).
– Почему ты смеешься? – спросила она. – Разве я сказала что-то смешное?
– Нет, – быстро ответил Женя, качая головой. – Просто, ведь разве важно знать кого-то наизусть? Что-то все равно всегда останется навсегда твоим… и только твоим. Мысли, например.
– Да, – неуверенно проговорила Майя. – Но ведь иногда бывает… человеку все свои мысли рассказываешь.
Женя кивнул… как бы ему самому хотелось знать все, о чем думает Майя. Хотя он всегда понимал, что такого никогда не будет, и она словно услышала его мысли.
– Расскажи что-нибудь, чего я не знаю о тебе! Взамен, я сделаю то же самое.
Парень радостно кивнул. Он недолго думал, что сказать. У него от Майи была только одна тайна.
– На самом деле, ты видишь во мне какого-то другого человека. Я жуткий зануда, а ты… до сих пор не понимаю, почему ты со мной общаешься…
Майя засмеялась. Она посмотрела в сторону своих друзей, а потом вновь перевела взгляд на парня.
– Ты, может, и придурок, – проговорила она, – но уж точно не зануда. Дурак ты…
Они побрели вдоль берега все туда же. В никуда. Майя молчала. Она обещала рассказать о себе, но не сделала этого. Забыла. Поэтому Женя ей напомнил.
– Я никогда не плакала над «Титаником», – произнесла Майя, устремив свой взгляд на Женю. – Там все актеры прекрасно сыграли, но… я все равно не плакала. Не знаю, почему… Зато, я плачу над книгой «Мост в Терраитию»[4] каждый раз, когда читаю… она была слишком юной… несправедливо.
Девушка вздохнула. Она еще никому этого не говорила, но сейчас, когда рассказала, не жалела об этом.
– Неужели, ты из-за этого переживаешь? – спросил Женя, увидев ее растерянное лицо, и она кивнула. – Я вообще не смотрел этот фильм… и Марина тоже…
– Не может такого быть! – проговорила удивленно Майя.
– Представь себе…
Майя недоверчиво посмотрела на собеседника и, наконец-то, улыбнулась. Она устремила свой взор на звездное небо. Солнце уже давно ушло в свой домик, и на небе появилась луна. Девушка, не отрывая взгляда, смотрела на ночную магию, как завороженная. Думала о том, как однажды это нарисовал Ван Гог. Она сама хотела изобразить это так, что передать все чудо настоящего момента. В своем воображении она уже создавала эту картину. Во всех деталях. Каждую звездочку. Такую особенную. Совсем не такую, как все остальные.
– Ты когда-нибудь думал, что солнце может исчезнуть однажды? – спросила она, и Женя, осознавая всю странность этого вопроса, покачал головой. – А я думала. И знаешь, мне кажется, что даже тогда людей будет куда больше волновать то, на сколько повысился курс евро, чем то, куда пропало солнце…
Майя застыла на месте, Женя остановился следом за ней. Она опустила глаза и смотрела на песок под своими ногами. Расстроенная тем, что слишком долго думала об этом, она вздохнула. Недели наблюдений за людьми, которые с работы мчались домой, из дома плелись на работу. Они сами не понимали, зачем все это делают. Кто-то когда-то сказал, что так надо, что это необходимо. А кому это надо? Зачем?
– Обидно, – произнесла Майя растерянно.
– За что?
– За людей… за все… Мы ищем смысл жизни, не понимая, что она совсем не для того, чтобы мы искали в ней какой-либо смысл. Мы ходим из стороны в сторону… Мы стремимся чего-то добиться, но откладываем это на завтра… А поймут ли люди когда-то, что завтра, которого они та ждут, когда не наступит… Завтра – это то, что будет после смерти… потом. Жизнь – это сейчас. Сейчас нужно жить. Сейчас. Больше некогда…
Она вздохнула. Подняла голову вверх. Опустила. Ее движения были нелепыми. Она нервничала. Выдохнув, она посмотрела на Женю своими огромными глазами.
– Пошли танцевать? – проговорила она и улыбнулась.
И они побежали к друзьям, пытаясь забыть о только что состоявшемся разговоре. Женя впервые согласился на ее предложение, не раздумывая ни секунды. Он не хотел танцевать, но он не хотел, чтобы Майе было грустно. Он хотел видеть ее улыбку. Он танцевал ради нее, и ей становилось лучше. Так прошла всю ночь, но они не хотели покидать это место. Здесь было спокойно. Здесь была их жизнь.
Небо становилось красно-оранжевым, и, затаив дыхание, они вместе встречали рассвет. Совсем скоро должно было появиться солнце. Магия настоящего момента.
Город спал в этот час. Был рассвет, и Майя снова улыбалась.

10 глава
ТВОЯ ВЕСНА

Женя открыл глаза. Майя, положив ноги на письменный стол, слега крутилась на стуле, как маленькая девочка. Она читала книгу, настолько погрузившись в нее, что не замечала ничего вокруг. Женя долго смотрел на нее, не понимая, что происходит, почему она сейчас в его комнате. Она так сильно ждала пробуждения друга, но теперь не обращала на него внимание. Он вздохнул, и она, взглянув на него, отложила книгу. Заулыбалась свой фирменной улыбкой. Ее улыбка давно стала ее брендом.
– С добрым утром, – прощебетала она. Женя, высунув лицо из-под одеяла, улыбнулся ей. – Наконец-то ты встал. Мы с Мариной решили, что ты до вечера проспишь…
Майя без особого желания поднялась со стула и двинулась в сторону двери. У самой двери она остановилась, уставившись в стену перед собой.
– Мы с Мариной будем на кухне, – сказала она, не оборачиваясь. – Приходи…
Сообщив это, она вышла из комнаты и прошла на кухню, находящуюся напротив. Марина читала какой-то журнал. Как только Майя пришла к девушке, та, не отрывая взгляда от чтения, спросила:
– Неужели проснулся?
– Представь себе, – проговорила Майя и села напротив Марины. – Что-то хорошее пишут? – спросила она, кивнув на глянцевый журнал в руках девушки.
Марина подняла глаза на Майю, отложив в сторону журнал. Она закрыла его, но рукой придерживала ту страницу, на которой остановилась.
– Всякую ерунду, – ответила она, слегка покраснев из-за того, что занимается глупостями.
– Зачем же ты читаешь всякую ерунду?
– Потому что эта ерунда очень интересная…
Майя засмеялась. Она не обвиняла ни в чем Марину. Она, возможно, и себе задавала этот вопрос, потому что частенько брала у Эльвиры журналы. Порой это казалось ей интересным. Ей нравилось лежать на кровати подруги, закинув ноги на стену, и смеяться над новыми новостями, над чужими жизнями.
– Что там пишут? – поинтересовалась она.
Марина открыла журнал на оставленной странице и положила перед Майей.
– Интервью с Эми Адамс, – произнесла она, но девушка уже и сама это увидела.
На глянцевой странице красовалась рыжеволосая актриса, которая выглядела не старше тридцати. Под фото следовало интервью о новом фильме с ее участием.
– Я ее знаю, – вдруг вспомнила Майя. Она была уверена, что где-то видела актрису раньше. – Она снималась в том фильме… не помню название… Она была главной героиней. Там много пели, а у нее было пышное белое платье… Она была, вроде как, из сказочного мира…
– «Зачарованная»? – настороженно спросила Марина. Она впервые слышала, чтобы так масштабно описывали этот фильм. Майя кивнула.
– Раньше любила его…
В этот момент на кухне появился Женя, и Марина вновь взяла свой журнал в руки.
В комнате царил аромат недавно сваренного кофе. Дело рук Марины. Уж чем девушка могла похвастаться, так это тем, что превосходно варит кофе. Женя всегда шутил, что в случае увольнения, она не пропадет – может стать секретаршей или баристой. Сестра терпеть не могла, когда он ей это говорил, поэтому и варила любимый напиток не так часто. Но сегодня у нее было отличное настроение – ей было плевать на все его подколы. Быть может, именно ее такое поведение побудило его вести себя нормально. Он налил себе в чашку остатки кофе и сел рядом с Майей, едва ли не прижимаясь к ней.
– Ты давно пришла? – спросил парень уже бодрым голосом.
– Часа два назад…
Женя взглянул на часы, которые висели над головой его сестры. Уже полтретьего, а он еще только завтракает. Майя перевернула его жизнь с ног на голову, но ему это нравилось.
Парень долго смотрел на циферблат, не отрывая взгляда. Во сколько же она проснулась? Девушка-загадка.
– Ты всегда так долго спишь? – спросила она, словно прочитав его мысли.
– Всегда, – ответила Марина за брата, продолжая смотреть в свою замену книги.
– Не так уж долго я сегодня и спал…
– Мы даже успели с Мариной с далматинцами погулять…
Женя сделал последний глоток кофе, и Майя тут же встала со своего места и стала мыть его чашку.
– Зайдем к Мише? – спросила она вдруг, и Женя резко повернулся, чтобы увидеть лицо девушки. Он был, как минимум, удивлен.
– Зачем тебе он?
– Да не он мне нужен, – проговорила Майя, вновь усевшись на прежнее место, – а Сандра…
– Кто такая Сандра? – заинтересованно спросила Марина, бросив свой журнал на стол.
– Мишина мама, – ответила девушка.
Марина переводила взгляд с Майи на Женю. С появлением в ее жизни девчонки с цветными локонами она стала слишком часто удивляться.
– С каких это пор тетя Саша стала Сандрой?
– Ну, знаешь, для кого-то она тетя Саша, а для кого-то Сандра, – объяснил Женя, и Майя закатила глаза.
– Так мы идем? – спросила она, и он кивнул. Они уже покинули комнату, когда Марина крикнула, что тоже уходит. Они весело бежали по ступенькам вниз, но уже у подъезда разошлись по разным сторонам.
Припекало солнце. Все еще майское, но уже такое летнее. Люди стали больше улыбаться, чаще выходить на улицу. Майя шагала вдоль дороги по тротуару, уверяя Женю в том, что все ее друзья еще спят.
Она поднимала лицо к небу и смотрела на солнце. Щурилась, но улыбалась. Думала о своем. Вновь и вновь переводила взгляд на солнце. «Солнце может однажды исчезнуть», – говорила она вчера. «Но куда же оно исчезнет от нас?»,– думала она сейчас. Она улыбнулась и побежала навстречу новому дню.

Сандра долго копошилась с дверным замком. Когда у нее, наконец-то все получилось, она радостно разглядела своих гостей. Она как будто знала, что они придут, как будто только их и ждала. Когда ребята зашли в квартиру, они попали в ее объятия. Она ждала Майю каждый день, а девушка не приходила.
– А где Миша, тетя Саша? – спросил Женя, чуть не прыснув от смеха после последних слов, вспоминая недавний разговор с сестрой.
О том, что его друга дома нет, он знал наверняка. Если бы он был здесь, они бы тут же услышали из его комнаты ворчание или что-то вроде этого. Сейчас же было тихо.
– Сказал, что пошел к Нелли, – ответила Мишина мама, проводя долгожданных гостей в гостиную. – Я не знаю, что сделаю, если он еще раз обидит эту бедную девочку…
– Разве вы не знаете, что они встречаются? – спросил Женя, не особо осознавая, что, возможно, ему не стоило этого произносить.
Женщина выпрямилась. Она смотрела на парня в ожидании чего-то хорошего.
– Что ты имеешь в виду?
Она никак не могла осознать, что такое может быть на самом деле. Столько времени она мечтала об этом.
– Ты не шутишь?
Майя и Женя одновременно помотали своими головами, но Сандра все еще немного сомневалась.
– Да правда, правда, – проговорил парень. – Мне Нелли сама говорила…
Радости Мишиной мамы не было предела. Она бросилась обнимать ребят вновь. Всего десять минут назад женщина и подумать о таком не могла. Искрясь от счастья, она бегала по комнате, не понимая, как должна вести себя сейчас. Внезапно радость закончилась. В растерянном состоянии женщина села на диван между Майей и Женей.
– За что ей столько расстройств? – спросила она, ни к кому не обращаясь.
– О чем вы? – испуганно обратилась Майя к женщине, на которой уже лица не было.
Сандра печальными глазами посмотрела на девушку.
– Вы не знаете? У Нелли брат болен… Он... Мне Миша сказал.
Майя кивнула и отвела глаза от женщины. Она не могла на нее смотреть. В ее сознании вдруг всплыл образ Стаса, и она вздрогнула.
– Мы знаем, – сказал Женя, и в комнате повисло молчание.
Едва выдержав несколько минут в такой атмосфере, Майя вдруг встала со своего места и сказала, что им пора. Для нее день еще не был закончен. У нее еще оставались кое-какие планы…

Женя даже представить себе не мог, что всего через несколько минут услышит, как Майя играет. Они бодро шагали по ступенькам в музыкальной школе. Она многих тут знала: кому-то махала рукой, кому-то улыбалась, с кем-то здоровалась.
В этом здании ее волосы выглядели слегка странно, но никто не обращал на это внимание. Даже в обычном коричневом платье в белый горошек Майя оставалась Майей.
Они неспеша поднялись на второй этаж. Воспоминания нахлынули на Женю. Когда-то он здесь учился. Это его коридоры. Он оставил здесь свое детство.
Майя открыла вторую дверь справа от лестницы. В маленькой комнате за фортепиано сидела женщина, которая не заметила ребят и продолжала играть. На взгляд ей было не больше тридцати пяти. Темные волосы. Стрижка по плечи. Слегка полненькая, но очень красивая. Она плавно перебирала клавиши своими на удивление худыми пальцами. Выдержанно одета: бежевые брюки и голубая рубашка. Сочетание этих вещей придавало ей такую утонченность, словно она была обладательницей идеальной фигуры. Красивый профиль. Она была совсем не такая, какой Женя представлял Майиного преподавателя.
Заметив ребят, она опустила крышку инструмента. Женщину нисколько не смутило то, что кто-то услышал ее игру. Ей это даже понравилось.
– Здравствуйте, Майя! – поздоровалась женщина с ученицей, о и дело поглядывая на молодого человека.
– Это Джо! – проговорила тут же Майя. – Я пригласила его на занятие сегодня…
– Эвелина, – сама представилась женщина.
– Очень рад, наконец-то, с вами познакомиться, – искренне проговорил Женя, улыбаясь. – Майя вами восхищается…
Эвелина, слегка покраснела и улыбнулась. Она очень смущалась и, кажется даже, боялась смотреть на молодого человека и быстро пошла за виолончелью для своей ученицы. В ее движениях чувствовалась какая-то неловкость и скованность. Она молча поднесла Майе инструмент, определенно стесняясь что-либо говорить при Жене. Правда, за пару минут женщина смогла справится с собой.
Майя быстро заплела свои волосы, которые мешали ей при игре, и села за инструмент. Она взяла в руку смычок, но не спешила начать.
– Знаете, Эвелина, ведь Джо отлично играет на скрипке…
– Серьезно? – заинтересованно спросила та. Она оглянулась на парня, который стоялв стороне от нее.
– Нет, – ответил парень резко. – Неправда… Ужасно… теперь я играю ужасно…
– Он врет, – спокойно проговорила Майя, и Эвелина улыбнулась, снова отчего-то покраснев. – Он здорово играет. Я слышала!
– Хотела бы услышать и я, – сказала Эвелина, подмигнув своей ученице. – Ты учился у нас?
Женя кивнул, судорожно вспоминая, была ли Эвелина его преподавателем.
– К сожалению, я тебя не обучала… – произнесла женщина, и парень выдохнул. – Хочешь сыграть?
Ее взгляд говорил о том, что она очень хочет услышать его музыку, поэтому Женя старался на нее не смотреть.
– Тут нет скрипки, – буркнул он.
Эвелина засмеялась. Ее глаза наполнились необъяснимым светом, словно внутри ее взрывались фейерверки.
– По-моему, вы забыли, молодой человек, – обратилась она к Жене, подходя все ближе к нему, – что мы находимся в музыкальной школе.
Она снова покраснела и быстро выскользнула из кабинета, отправившись на поиски инструмента. Ей была так интересно узнать, как играет Женя, что она умудрилась слетать до другого конца коридора за одну минуту. Она протянула парню скрипку, и тот вздохнул так, будто на него погрузили несколько мешков цемента.
Эвелина посмотрела на него ободряющим взглядом, и он осторожно взял в руки инструмент. Непривычно было держать скрипку, которая ему не принадлежала. Он был совсем не готов играть сейчас. Он хотел было бросить это дело, но его взгляд упал на Майю, которая завороженным взглядом следила за каждым его движением. Теперь он не мог не сыграть.
Озадаченно он взял в правую руку смычок. Мгновение, и полилась музыка. Совсем не такая, как неделями ранее. Тогда он играл исключительно для Майи, сейчас он это делал главным образом для ее преподавателя. Именно поэтому и получилось не так хорошо, как хотелось бы. Мелодии были чуть резкими, словно не законченными. Женина рука судорожно пыталась произвести на свет что-то невероятное, но не получалось.
– А ведь, и правда, неплохо! – проговорила Эвелина, как только музыка прекратилась. Женя взглядом полным непонимания уставился на женщину. Он не мог поверить, что услышал все правильно.
– В прошлый раз он играл лучше, – проговорила Майя, подмигивая другу.
Эвелина кивнула, доверяя словам своей ученицы, и Женя протянул ей скрипку. Женщина сделала замечание Майе, чтобы она начала, наконец-то, заниматься. Девушка приблизила смычок к инструменту. Эвелина снова кивнула, и Майя начала. Смычок, который она сжимала в правой руке,скользнул по струнам. Поначалу как-то нерешительно, но затем все увереннее.
Она была влюблена в музыку. Она обожала те мелодии, которые лились из-под ее смычка.
Она закрыла глаза.
Она проживала каждую нотку своей мелодии.
– Музыка парит в воздухе, – прошептала Эвелина. – В первую очередь за это я и люблю Майю…
На самом деле. Музыка плыла по воздуху. Если бы сейчас один из них затаил бы дыхание, то увидел бы, как каждая нотка буквально повисла в кабинете.
Сочетание Майя + виолончель давало что-то невероятное.

– Наверное, он очень счастлив! – воскликнула Майя, поднимаясь с Мариной по лестнице.
Они встретились у дома Жени и его сестры. Марина еще издалека узнала ставшую ей за несколько дней родной Майю. Она ждала именно ее.
– С чего бы это? – отозвалась Марина, и Майя удивленным взглядом на нее оглянулась.
– В День рожденья все счастливы, – проговорила она. – Разве я не права?
Марина пожала плечами. Ее поведение казалось Майе как минимум странным.
– Обычно мы с Женей не празднуем Дни рожденья. Просто сидим дома у телевизора и вспоминаем, что полезного сделали за год. В конечном итоге, всегда оказывается, что ничего, и мы идем спать…
– Это грустно…
– Не переживай, торт я всегда покупаю.
Майя состроила милую гримасу, что выглядело ужасно. Марина пожала плечами, и они пошли дальше. Ступенька. Вторая. Еще одна.
– Хотя, знаешь, наверное, ты и права, – проговорила Майя, задумавшись. Марина ошарашено на нее посмотрела. Она сама не верила в ту чушь, которую несла. – Я имею в виду то, что не каждый День рожденья радостное событие. Я ужасно боюсь своего следующего Дня рожденья…
– Ты боишься девятнадцати лет?
– Нет. Не знаю. Я просто думаю иногда, что этот рубеж 18/19 принесет что-то новое. Я боюсь, что в один момент я повзрослею. Я слишком привыкла к своим восемнадцати…
– Обычно это бывает на год раньше…
Майя хмыкнула и пожала плечами. Она замолчала. Задумалась о том, правда ли это. Она вдруг представила себя взрослой тетей, но когда оказалась у двери нужной квартиры, все эти мысли покинули ее голову.
Зайдя в квартиру, она ожидала, что сегодня хоть что-то здесь будет не так, как всегда, но она ошиблась. Мир не перевернулся. И Женя был тот же. Ничуть не изменившийся. Совсем не повзрослевший.
Увидев именинника, Майя бросилась его обнимать. Она подарила ему свою неповторимую улыбку, и он уже был счастлив. Девушка просто повисла на нем и отпускать, похоже, не собиралась.
You say it’s your birthday
It’s my birthday too, year
They say it’s your birthday
We’re gonna have a good time
I’m glad it’s your birthday
Happy we’re going to a party, party…[1]
Майя пела так жизнерадостно, так весело. Она ждала, что Женя с Мариной начнут подпевать, но они понятия не имели, что это за песня. Несмотря на это именинник улыбался, наслаждаясь голосом девушки, котораябегала по комнате. За ней увязались далматинцы. Даже Марина засмеялась, наблюдая за тем, как Майя в своей желтой юбке кружится по комнате.
Через несколько минут она остановилась и с вопросительным взглядом уставилась на Женю. Он пытался понять, почему она так смотрит, но Майя и в этот раз была для него загадкой.
– Так ты как? – спросила девушка, не выдерживая молчание и далее.
– Тыочем?
– We’re going to a party[2], ясерьезно… Ну, не то чтобы вечеринка, просто, в кафе у Эльвиры посидим… Давай? Будут только Нелли, Миша и Марк…
– Майя, я не праздную Дни рожденья…
На Женином лице появилась серьезность. Еще несколько минут назад он улыбался и смеялся, а теперь, казалось, был огорчен чем-то.
– Просто… – начала было Майя, но ее перебила Марина.
– Женя, в День рожденья каждый должен быть счастлив!
– Но обычно…
Марина и брату не дала договорить.
– Какая разница, что было обычно?
Так, она отправила брата веселиться с Майей. Они отправились в кафе, где работала Эльвира. Когда они зашли в зал, его друзья уже уютно расположились за столиком у окна. По дороге сюда Майя умудрилась поднять имениннику настроение, хотя она ничего особенного и не делала – просто, что-то рассказывала, а он невольно начинал улыбаться вновь. Он предстал перед друзьями в лучшем расположении духа.
Мар