Эрлов. Песня. Ч. 1. Исполнители и созидатели. Музыкант! Играй /продолжение/!


Эрлов. Песня. Ч. 1. Исполнители и созидатели. Музыкант! Играй /продолжение/!
Музыкант! Играй!

Георгий решился! Он больше не мог терпеть бурлившее в нём чувство проявления собственной неповторимости. Оно хотело вырваться из непроницаемого тела наружу и заявить всему миру: "Я есть! Смотрите на меня! Восхищайтесь!" Человеку срочно требовалось открыть в себе дверь и выпустить своё "я" к людям.

Всё! Пора! Минуту назад было рано, а через минуту будет поздно - вспомнил классическую формулу Георгий. Тело перестало подчиняться мозгу и приступило к действиям: левая рука поднялась, её кисть начала производить качательные движения, они были устремлены к беспрестанно ходящему по залу ресторана скрипачу с извивающимися конечностями, заставляющими его туловище, голову и подложенную под подбородок скрипку зазывающе танцевать и петь.

Связь с музыкантом, в наполненном шумами помещении для коллективного приёма пищи и настроений, была установлена удивительно быстро.

Лишь только взнесённая рука обозначила себя ладонными частями, их чистотой и белизной, как тут же взгляд играющего на скрипке человека ухватился за неё и уже не отпускал до того мгновения, пока само тело артиста не оказалось рядом со столиком подзывающих его людей, там оно остановилось, но не прекратило, производящих гармоничные звуки, извивательных движений. Представление продолжалась несколько секунд, на протяжении которых Георгий и Александр со всей серьёзностью отдавали дань уважения музыканту и как оказалось не зря - оно было вознаграждено. Как только мелодия была исполнена, последовало резкое движение рук скрипача - они разлетелись по сторонам: левая со скрипкой - вправо от зрителей, правая со смычком - влево от них, это сопровождалось низким поклоном внимательным слушателям, после совершённого реверанса руки исполнителя представления приопустились, а туловище приподнялось, возникла поза почтения, она удерживала себя мгновение, прежде чем трансформировала себя в позу ожидания взаимодействия.

- Милейший! - обратился Александр к подошедшему музыканту, подняв при этом высоко голову и облокотившись предплечьем правой руки о спинку высокого стула, а ладонью левой о поверхность круглого стола, покрытого ещё незапятнанной белой скатертью. Манера обращения, использованное для него устаревшее слово, высокомерно-снисходительный тон, без преувеличения удивили Георгия, но не показались ему неуместными.
- Да, слушаю! - приветливо улыбаясь сказал музыкант. Фраза была произнесена так, что Георгию послышалось: "Да-сс, слушаю-с!" "Чудеса какие-то! Где мы?" - подумал он, уже вслушиваясь в новые мелодичные распевы голоса своего друга.
- Георгий Андреевич желает заказать песню! Будь так ласков исполни, что скажут! - со всей необходимой вежливостью и подобающим уважением к музыканту выразил свою просьбу Александр, при этом переведя взгляд на Георгия, он же в это время был в своих мыслях и не сразу отреагировал на возникшую в общении паузу.

Не выказывая ровным счётом никакого неудовольствия возникшей в переговорах заминкой, скрипач сохранял всю свою приветливость, точно так же как и полусогнутое состояние своей фигуры, его блестящие весёлые глаза ждали, они уже прочитали витающие в воздухе намерения двух молодых и сильных мужчин, желающих заявить о себе пространству и находящимся в нём, оставалось только выслушать то, что вот-вот произнесут органы речи человека, по-всей видимости имеющего деньги на исполнение своего желания, и выполнить после этого его заказ.

Георгий не сразу освободился от захвативших его мыслей о том, что возникшая вокруг него ситуация является не совсем обычной, и что в ней даже присутствует элементы мистики: "Ну зачем Александр ведёт себя так, как будто мы находимся с ним в другом столетии!" - думал он в тот миг своей жизни, и ему хотелось и дальше размышлять на этот счёт, да только обыденность момента не позволила ему это!

- Эй, музыкант! Чего замолчал! Играй! - оклик подвыпившего посетителя ресторана вывел Георгия из состояния погружённости в себя.

- Сколько стоит? - спросил Георгий о цене песни.
- Обычно платят по тарифу, но мы можем договориться и по особой цене, - сказал музыкант, Георгию понравился его ответ, и он тут же, не стесняясь продавца песен, достал из заднего кармана брюк объёмистую пачку денег, которые, надо сказать, принадлежали его компаньону Александру в той же степени, что и ему самому, после этого, коммерсант бросил быстрый взгляд на сидящего напротив друга-великана с окладистой бородой, тот кивнул ею, мужчина демонстративно небрежно пересчитал деньги, думая при этом: "Или сейчас, или никогда!"
- Хватит за десять песен? - прозвучал дерзкий вопрос.
- Хватит, - послышался скромный отклик на него.
- Давай про кареглазую, где там ждут и где счастье! Знаешь ведь такую песню! Десять раз подряд! - с радостным выдохом произнёс заказ Георгий и вложил деньги в руку со смычком.
- Десять! - воскликнул Александр, поражённый поступком Георгия.
- Да, десять, больше денег нет! - объяснил свои действия Георгий.
- Да-а! Это по-нашему! - с восхищением сказал Александр.
- Ну, а что! Хочу так! - простодушно оправдывал Георгий казалось бы бездумные траты общих финансов.
- Слышишь, милейший! Десять! И без перерывов! Подряд десять о шоколадных глазах! Понял! - произнёс напутственные слова Александр.
- Как скажете! - согласился с необычным заказом благодарный, улыбающийся артист, а после этого он слегка поклонился, а затем с достоинством понёс своё тело к товарищам по музыкальному ансамблю, которые внимательно наблюдали за переговорами у круглого ресторанного столика, когда же скрипач оказался рядом с ними и что-то им сказал, их лица осветились радостью: по всей видимости весть о том, что на предстоящий вечер у них есть работа, а значит и заработок была приятна для всех членов вокально-инструментального коллектива.

* * *

Зрителями, да и пожалуй слушателями первого исполнения заказанной песни были только Георгий и Александр, они отодвинули ножи и вилки от наполненных едой тарелок к центру стола, и как бы нечаянно положили на них белые матерчатые салфетки, это было сделано так, как будто им хотелось скрыть присутствие приспособлений для приёма пищи и показать тем самым свою полную непричастность к ней - мужчины никак не хотели оскорбить артистов жевательными и глотательными движениями, постукиванием и скрежетом металлических режущих и накалывающих инструментов о фарфоровые изделия.

Органы слуха заказчиков музыки, их мысли отрешились на время представления от вполне естественных для ресторана шумов и сосредоточились на восприятии желанной мелодии и образов, порождаемых голосами певцов.

Продолжение следует...





Рейтинг работы: 0
Количество рецензий: 0
Количество сообщений: 0
Количество просмотров: 11
© 17.04.2018 Анатолий Томин
Свидетельство о публикации: izba-2018-2252363

Рубрика произведения: Проза -> Приключения












1