Чужая


Если Вы, дорогой читатель, смотрели фильмы серии "Чужие", то может помните, кино заканчивается тем, что героиня по имени Рипли в спасательной капсуле летит к Земле. Предлагаю вашему вниманию версию продолжения фильма.

                 Спасательная капсула благополучно плюхнулась в болотистую жижу. «С мягкой посадкой тебя, дорогая!» - прошептала Рипли. Усталая, но довольная тем, что сумела спастись сама и спасти Землю от вторжения чужих, она покинула летательный аппарат и отправилась на поиски населенного пункта. Место приземления оказалось пустынным: степь, клочки кустарников, много озерков, речушек. Рипли набрела на едва заметную тропинку и пошла по ней в надежде, что тропа ведет к людям. Жарко. Тропинка закончилась на берегу водоема. Рипли подумала, что если сюда ходят купаться, значит она шла не в ту сторону. Потрогала воду. Она была теплой, как парное молоко. Скинула с себя всю одежду и вошла в воду. Дно оказалось пологими, песчаным, идеальное место для купания. Женщина блаженно окунулась в воду с головой, вынырнула и медленно поплыла. «Как хорошо, я дома на Земле, я жива, все страшное позади» – думала Рипли. Она не заметила как к ней приблизился аллигатор. Женщина ощутила жгучую боль, пронзившую тело. Чужой! – пронеслась последняя мысль в голове, свет померк.

    Чужой вылез из своего убежища в капсуле и покинул ее. Прислушался, принюхался, осмотрелся и ринулся в гущу ракитника. Он сидел некоторое время под кроной куста, сканируя местность, наконец хищник почуял движение животного. Чужой был голоден, не раздумывая бросился в сторону, где была жертва, нырнул в воду и увидел обьект вожделения.
 Крокодил рассекал гладь озера, зажав в челюсти окровавленное человеческое тело. Чужой напал на зверя снизу. Аллигатор выпустил из пасти жертву. Завязалась ожесточенная борьба из которой инопланетный пришелец вышел победителем.
 Чужой рвал куски плоти аллигатора, глотал их оценивая не только вкус, но и пригодность на поселение в местных условиях и перспективу распространения своего вида. Насытившись, хищник отправился на поиск другого экземпляра животного подобного сьеденному, дабы продолжить через него свой род. Долго искать не пришлось, самка крокодила грелась на песчаном берегу. Чужой издал звук призыва самца крокодила к спариванию и пустил в воздух феромоны, приводящие самок к возбуждению и желанию соития. Самка не распознала самозванца и позволила ему впрыснуть в свою утробу жизненную силу чужого. Оплодотворив самку, чужой оправился на поиск новых приключений.
  Инстинкт продолжения рода заставил хищницу соорудить гнездо и отложить несколько яиц.

        В селениях поползли слухи, что на болотах завелась нечисть, может даже сама чупакабра обьявилась, уж очень интересные следы стали обнаруживать возле водоёмов, к тому же пропали две овцы и, может даже, старик с дальнего хутора. Куда он делся непонятно, вроде должен был бы быть дома, но может он просто уехал в город зачем-то.

         Чужой не стал церемониться с самкой аллигатора: как только она отложила яйца и покинула гнездо, хищник убил ее и сам стал охранять будущее потомство. В срок гораздо раньше, чем положено у крокодилов, из яиц вылезли довольно мерзкие детёныши. Это были уже не крокодильчики, а нечто иное, больше напоминающее варанов Комодо. Чужой дождался появления на свет последнего отпрыска и решил, что на этом его миссия папаши закончена. Что-то свистнув в назидание деткам, чужак нырнул в озеро и был таков.

  Никто уже не сомневался, что старика больше нет в живых. Его тело, верней то, что от него осталось, было найдено недалеко от того места, где на свет божий появились чупаки, или чупакабры, если вам так понятнее.

           Чужой больше не искал представителей фауны, он выполнил свой долг и мог спокойно уйти в спячку, вечную, но не бесконечную. Когда-нибудь он снова понадобится Вселенной и шанс освоить мировое пространство он не упустит. Его потомки во всю осваивают планеты. Их выживаемость в самых разных климатических условиях, скорость воспроизведения себе подобных и способность к вторжению в геном других живых существ несоизмерима с примитивностью аборигенов.
 Чупаки, как и их производитель Чужой, не имеют пола. Каждая особь способна вырастить в себе и отложить яйца, подобно крокодилам, а вот пищеварительная, кровеносная, вернее, кислотоносная cистема позаимствованы у папаши. В пасти снабженной крокодильими зубами, удобными для захвата жертвы, имелась внутренняя часть, характерная для чужих - маленькая, выдвигающаяся, с металлическими, острыми как лезвие бритвы зубами, рвущими живую плоть пока наружная пасть ее удерживает. От Чужого чупаки унаследовали скорость движения, гибкий позвоночник, позволяющий бегать галопом и вставать на задние конечности. Передние лапы имели длинные пальцы с острыми когтями и перепонками между ими. Животные могли плавать, как амфибии, лазить по деревьям, как лемуры, держать в ладонях, как люди.

            В полицейский участок провинциального города стали поступать жалобы от населения отдаленных районов о том, что у них завелись чупакабры, ворующие или уничтожающие на месте домашнюю птицу, кроликов, овец, коз. Были и уж совсем фантастические заявления об изуродованных бычках, у которых словно ножом вырезаны рога и бескровно выпотрошена утроба. И хоть ясно было, что виной всему крокодилы и фантазия народная, но на жалобы надо как-то реагировать, придется посетить это забытое богом место.
  Прошло немало времени прежде чем полиция соизволила явиться и начать изучение улик, указывающих на то, что в окрестностях и в самом деле происходит что-то неординарное. Множество следов, обнаруженных в разных частях области, неиндифицируются ни с одним видом животных местной фауны. Останки погубленных животных имеют странные следы укусов и обескровливание, словно кто-то высасывает кровь. Науке неизвестны животные которые таким образом питались, не считая насекомых. Очевидцы рассказывают небылицы о встречах со странными тварями, но толком никто не может их описать, сведения противоречивые. В одном сходятся все - вид тварей ужасен.

            Сожрав старика, чупак оценил его на возможность перевоплощения своего вида. Встроив в генный ряд своего будущего потомка геном изьятый из жертвы, чупак вырыл в песке ямку и отложил одно яйцо. Оно было крупней, чем у аллигаторов и имело металлический отлив.

            Мира долго не засыпала, ей все время казалось, что под окнами кто-то ходит и заглядывает. Ей было одиноко и обидно, она чувствовала, что никому стала не нужна. Родители сослали ее в это глухомань, где даже поиграть не с кем - во всем поселке нет ни одного ребенка.
  Девочка сотворила себе на сеновале логово из сена, таскала туда цыплят из курятника и играла с ними словно с куклятами. Родственнице, что приютила у себя Миру на время школьных каникул, не было до девочки никакого дела. Мира бродила по окрестностям, разговаривая сама с собой, представляя, что она первооткрыватель, исследователь неизведанных земель.
  Проснувшись рано утром от ора петуха, Мира решила, что должна сегодня пересечь океан на самолете и посетить дикие острова.
  Девочка, гуляя по полю, набрела на ручей и пошла по течению. Ручей привёл к озеру. На берегу недалеко от воды в зарослях густой травы Мира нашла гнездо, сложенное из речной гальки. В центре гнезда лежало одно большое словно металлическое яйцо. Девочка огляделась в надежде увидеть птичку, снесшую такое интересное яйцо, но птицы не было. «Где же мама? – думала Мира, - Яйца нельзя оставлять без присмотра, они остынут и птенчики не вылупятся. Девочка решила стать мамой этому брошенному яичку. Она осторожно вынула его из гнезда, прижала к телу и понесла домой. Придя на хутор девочка забралась в свое логово на сеновале, завернула яйцо в шарф, которым укутывала цыплят, когда играла ими в куклы, положила сверток на колени, накрыла руками, представляя себя мамой-курочкой, и стала тихонечко петь колыбельную. Вечером она пошла в дом, прихватив кулек с яйцом, положила его с собой в кровать, обняла, укутала одеялом. Утром Мира нашла в доме корзину, положила в нее ломоть хлеба, банку с молоком и сверток с яйцом, вновь отправилась на сеновал. Там она вынула из корзины кулек и решила развернуть его, что бы убедиться, что яичко не пострадало, но яйцо оказалось треснутым. Девочка сначала огорчилась, но потом она заметила, что в трещине как будто что-то движется. Мира поняла, что это вылупляется птенчик и очень обрадовалась - значит он жив! Она решила помочь малышу и осторожно пальчиками стала отламывать кусочки скорлупы. Когда девочка очистила скорлупу до такой степени, что стало видно ее содержимое, у не "глаза полезли на лоб". Мира знала, что дети рождаются из маминых животиков, но чтобы дети вылуплялись из яиц она не слыхивала. В неочищенной части скорлупы лежал  младенец. Крохотные ручки у него скрещены, голова прижата к телу, глазки закрыты. Младенец зашевелился. Мира среди своих запасов для игр нашла тряпочку, разложила ее на сене, аккуратно перевернула на нее скорлупу. Почувствовав простор, младенец расправил ручки и ножки, выпрямил шею и открыл глаза. Увидя это Миру захлестнули неизведанные ей доселе эмоции. Какое сказочное чудо! У нее теперь есть ребёночек, теперь она - Мира не будет одинока, станет заботиться о младенце, настоящем, живом, а не игрушечном пупсе!
  Мира стала рассматривать ребёночка. Это оказалась девочка. Выглядела она не как только что рожденный младенец, а как полугодовалый, только размером меньше. Глаза у ребенка чернее ночи, взгляд осознанный. Она смотрела на Миру, словно изучая. Малышка протянула крохотную ручку и тихо пискнула. Мира подставила к ладошке пальчик. Ребёнок цепко ухватился за палец и потянул его ко рту. Рот приоткрылся, а там оказались маленькие зубки. Такое зрелище напугало Миру. Она прекрасно знала, что у младенцев не бывает зубов. Инстинктивно девочка отдёрнула руку.
- Какая ты необыкновенная, моя малышка. Давай я тебя закутаю. Мира ловко завернула ребёнка в материю, прижав тканью ручки и ножки к телу. Малышка запротестовала: начала извиваться и попискивать. Вскоре ей удалось скинуть с себя тряпку.
- Экая ты непослушная девочка! – возмутилась Мира и снова завернула ребенка, только покрепче, но это не помогло, малышка с легкостью освободилась.
- Ну, хорошо, раз ты не хочешь быть пупсиком я не стану тебя заворачивать. Мира накрыла тело младенца шарфом, девочка притихла, но вынула ручки, протянула их к Мире и стала сжимать и разжимать кулачки.
- Ты, наверно кушать хочешь! – догадалась Мира, - У меня же молоко есть, сейчас я покормлю тебя.
 Мира как то раз видела, как кормили новорожденного котёнка: ему в ротик совали свёрнутую в жгутик тряпочку, намоченную в молоке. Девочка оторвала от ткани небольшой кусочек, свернула его в жгут, макнула в молоко и поднесла ко рту малышки. Ребёнок широко открыл рот, из него высунулся зубастый ротик поменьше. Этими зубками, она ухватила жгутик, вырвала его из пальцев девочки и уволокла внутрь.
- Ой! – только и успела воскликнуть Мира, - Ты странная, очень странная… нельзя кушать материю! На, я тебе булочку намочу. Мира отломила кусок хлеба, намочила в молоке. Малышка с аппетитом слопала угощение, пискнула и протянула ручки в знаке дай-дай. Мира скормила всю булку. Малышка наелась и заснула. Мира получше закутала ребёнка и стала заниматься сооружением из корзинки люльки. Сделав матрасик из сена и тряпочек, девочка осторожно переложила в корзину сладко спящего младенца. Убедившись, что ребёнок спит, Мира, оставив его в сене, побежала в дом. Она была страшно голодна.
  Тётушка накормила племянницу. Наевшись, Мира попросила налить ей молока в термос - она его потом попьёт в своём домике. Когда хозяйка вышла Мира осмотрела комнату на предметы по уходу за младенцами. В шкафу лежали стопками постельное белье и полотенца. Мира подумала, что ей могут понадобиться чистые тряпочки. Она вытащила простынку и полотенце. В крохотной комнатке - летней веранде, служившей Мире спальней, на кровати сидела большая кукла, имитирующая маленького ребенка. Кукла была одета в голубой фланелевый костюмчик, поверх красивая курточка с капюшоном, на ногах пинетки. Мира прикинула размер одежды и захватила куклу с собой.

             Полицейский прибыл в указанный начальством пункт. Безо всякого энтузиазма стал ходить по домам, ведя опрос жителей и поиск очевидцев. Вскоре нашёлся человек который знает, где искать чупакабру. Коп, делая вид, что всему верит, обречённо отправился с очевидцем на поиск чупиков.

            Мира вернулась в свое убежище. Картина, которую она увидела ужаснула: возле корзины валялся обезглавленный труп огромной, чёрной крысы. Малышка лежала в корзине, её ротик был измазан кровью. При виде Миры ребёнок оживился, стал сучить ножками и протягивать ручки. Мира подняла девочку и прижала к груди. Она понимала какая опасность грозила её дочке и, что девочка сотворила нечто совершенно противоестественное. Головы крысы нигде не наблюдалось, а рот младенца, у которого два ряда зубов, в крови.
- Неужели эта кроха сьела голову? – недоумевала Мира. Нельзя её оставлять одну, а впрочем, кажется, она может себя защитить. Мира вглядывалась в личико, пытаясь понять, что за существо она держит в обьятиях.
  Успокоившись, девочка протёрла личико ребёнка, накрыла тело крысы сеном, вынесла и бросила в яму. Вернувшись она обнаружила, что малышка сидит на коленях, уцепившись за края корзины и осматривается. Увидев Миру, девочка радостно пискнула.
- Вот как! Ты уже поднялась! Какая ты умничка, доча! Давай мама тебя оденет.
  Кукольный костюмчик пришелся младенцу впору.
- Ты самая красивая девочка в мире, мой светик! – ласково нашёптывала Мира, обнимая и целуя в щёчки ребёнка. - Я принесла тебе покушать. На вот хлебца с молочком.
  Мира не успела намочить хлеб, как дочка выхватила кусок и запихнула в рот. Кусок был слишком велик, но вскоре он исчез внутри рта. Мира поднесла термос с молоком к ребёнку. Девочка ухватила сосуд обеими ручками, поднесла поближе ко рту из которого вылез маленький ротик, опустился в молоко и стал его сосать.
- Ух ты...как ты можешь...надо же...вот это да! – удивлялась Мира.
Малышка сьела всю булочку и выпила молоко, прижалась к маме Мире и притихла, блаженно закрыв глазки.
- Баю баюшки баю… - запела Мира.

    Вечером Мира, оставив  дочку в корзине, прибежала к тёте, быстро поужинала и попросилась ночевать на сеновале. Тётя разрешила, только велела взять одеяло - ночью может быть прохладно. Тётя дала с собой молока, пару бутербродов с колбасой и печенье.
  Мира вернулась в логово, накормила ребёнка, на охапке сена расстелила простынку, легла сама, положила рядом малышку, накрылась одеялом и вскоре уснула.
  Рано утром, запел петух. Мира проснулась. Она сразу обнаружила, что ребёнка с ней рядом нет. Девочка встревоженно приподнялась и позвала – Ева! Ева! Ты где? (Имя само неожиданно вырвалось из уст). Мира увидела, как из дальнего края сеновала быстро на четвереньках к ней движется малышка.
- Иди, иди к маме! - Мира подхватила дитя, - Ну, куда же ты от меня ушла? Нельзя от мамы уходить!
  Малютка доверчиво глядела на Миру своими невероятно пронзительными, глубокими, как Вселенная, глазами. Мира легла и долго играла с ребёнком, подставляя ей пальцы, которые та ловила. В заботе о ребёнке прошёл еще один день.

      Ночью шёл дождь. Мира крепко спала, а малышка была встревожена, она слышала голоса, но не речь, как у мамы, а другую слышанную впервые, но понятную ей. Кто-то кому-то говорил, что пора убить особь и забрать ребёнка. Ева поняла, что речь идёт о них. Ей стало страшно. Она не желала, чтобы маму убили. Ева встала на ножки, спустилась с сеновала и пошла навстречу своей судьбе.
  Проснувшись утром, Мира обнаружила пропажу ребёнка. Она стала искать, но девочка бесследно исчезла. Мира целый день искала, звала, плакала. На вопрос тёти - Что случилось? Мира ответила, что потеряла куклу. Девочка думала, что малютку утащила крыса и она-Мира виновна в том, что проспала дочку.
  Мира перестала есть, целыми днями скиталась по окрестностям. Она надеялась найти Еву. Обеспокоенная тётя, боясь ответственности за жизнь девочки, позвонила родителям и попросила, что бы они забрали дочь в город, что они и сделали.

                Полисмен находил на глинистой почве странные следы. Он не был зоологом, но след крокодила знал, также он был в курсе, что крокодилы в этом районе обитают, однако ни следов крокодилов, ни их самих коп не заметил. Так ничего толкового не обнаружив, слуга закона свалил в город.

              В ту ночь, когда Мира потеряла ребёнка, крохотная девочка шла в темноте в сопровождении пары чупакабр. Она не боялась их, ведь они сказали на понятном ей языке, что не тронут её и станут о ней заботиться, что она такая как они. Её беспокоило другое - эти безобразные твари, что ведут в неизвестность, могут причинить вред маме. Она передала тварям свой ультиматум: если они оставят в покое Миру, она останется с ними, но если с Мирой что случится она от них уйдёт. Твари заверили, что Миру не тронут.

     Ева слышала голос Миры, видела, как она бродит, обыскивая окрестности. Ей страшно хотелось броситься в тёплые мамины обьятия, почувствовать мягкость губ на щеках, но страх за жизнь мамы приказывал отступать и прятаться. Она жила теперь в диком мире, ела всё, что попадается: траву, грибы, лягушек, улиток, насекомых. Это было сьедобно, но не вкусно. Молоко и булочка были куда слаще.
  Прошло несколько дней. Ева перестала слышать голос мамы, её зовущий. Девочка забеспокоилась. Она тайком от чупак прокралась в посёлок, проникла на сеновал. Миры там не оказалось, логово разрушено.
- Мамы нет… мамы больше нет… нет даже её запаха… они убили её, эти мразные твари сожрали мою маму! Я не вернусь к ним, пусть они убьют меня, но жить с теми, кто лишил меня мамы я не стану!
  Девочка выскочила из сарая и побежала через огород в сторону видневшегося вдали леса, подальше от ненавистных чупак. Тётя, копавшаяся в грядках, увидела промелькнувшего гномика.
- Кажется пора отдохнуть... - подумала она, - А то уже всякое мерещится.
  Ева добежала до леса. Большие деревья она видела впервые. Они казались ей добрыми великанами, от них приятно пахло. - Не сьедобны... -удостоверилась, попробовав на вкус. В кронах деревьев девочка заметила птиц. Она решила, что пора поесть и попыталась забраться по стволу. Ручки вцепились крепкими остренькими ноготками в кору и подтянули тело, но ноги были обуты в грязные, потрепанные кукольные пинетки и скользили. Ева сняла их и, орудуя руками и ногами не хуже кошки, быстро забралась наверх. Птичек там уже не было, они упорхнули. Девочка села в развилке ветвей и огляделась: -  Здесь не плохо, чупаки меня не найдут. Боязнь высоты у ребёнка отсутствовала. Девочка пожевала лист, он оказался вполне сьедобным. - Останусь тут, - решил ребёнок.
        Чупаки, обнаружив отсутствие дитя, проследили по запаху следа ее путь. Нашли спящую девочку в кроне дерева, но трогать не стали, они знали, что она уже может жить самостоятельно.
  Проснувшись, Ева почуяла запах чупак. Не обнаружив их, она решила сменить дисклокацию и углубилась в чащу.

               В районе стали распространяться слухи, что в лесу завелась нечисть. Кто-то видел чупакабр, кто-то узрел гномов, приплели и кикимор, и ведьм, и чуть белоглазую, в общем: там чудеса, там леший бродит, русалка на ветвях сидит. В полиции только ухмылялись, когда им приходило от провинциальных чудиков очередное сообщение.

            Ева нашла в лесу старый дуб. Высоко над землей в стволе дерева была выбита дятлами дыра. За много лет в дупле устраивали себе гнезда то совы, то белки. Понатаскали уйму всякого материала для подстилки. Девочка забралась в дупло, там было тепло, уютно, безопасно. Сверху она могла наблюдать, что происходит внизу и при этом быть незамеченной. Иногда она слышала стук вдалеке, чувствовала запах гари, слышала крики перекликающихся людей, лай собак, оружейные выстрелы. Ей было любопытно, что происходит и она старалась поближе подкрасться и посмотреть.
  Однажды она нарвалась на спящего охотника. Девочка подошла поближе, рассматривая человека. Ей было интересно во что он одет, ведь она уже выросла из кукольного костюма и ходила совершенно голенькой. Потом дикарка полезла в рюкзак, учуяла там до боли знакомый запах колбасы и вытащила свёрток. Услышав шуршание, охотник открыл глаза. Он увидел перед собой маленького, лысого, голого человечка, но только тряхнул головой, чтобы убедиться, что это не сон, человечек исчез, лишь были слышны потрескивание веток под ногами спешно ретировавшегося гостя. Надо ли говорить, что в открытом рюкзаке не оказалось провианта.
  Ева бежала, как быстрая лань, зажав в руке драгоценный кулёк. Одним махом она забралась на дерево, убедилась, что погони за ней нет, успокоилась, развернула бумагу и жадно впилась зубками в бутерброд. Кроме нескольких ломтей хлеба с колбасой, напомнивших мамины угощения, в свёртке были куриные яйца, помидор, огурец, зелёный лук и в отдельном маленьком кульке соль. Девочка, как смогла, завернула продукты и с ценной ношей отправилась в свое жилище.

             Мира очень изменилась за то время, что провела в деревне. Раньше она была непоседливым, неугомонным ребёнком. Родители наслаждались тишиной и покоем в ее отсутствие, которое было прервано ранее ожидаемого срока. Они привезли домой тихого, замкнутого ребёнка, на глазах которого частенько наворачивались слезы. На расспросы девочка отвечала сдержано, однословно.
 В школе учителя перестали жаловаться на поведение девочки, баллы отметок поползли вверх.
 Мира всеми силами старалась отвлечься от мыслей о потерянном ребёночке, но они преследовали ее и терзали постоянно. Что-то внутри подсказывало, что Евочка жива, ведь она не простая девочка, может даже инопланетянка. Может ее забрали инопланетяне и она живёт на другой планете. Помнит ли она о Мире? А может её украли чупакабры, ведь Мира слышала истории о пропаже животных с ферм и гибели старика.
- Жива ли моя малышка?
- Жива, жива - подсказывало подсознание.

           Прошло время, вновь наступило лето. Учебный год Мира закончила на отлично по всем предметам. Родители радовались успехам дочери и обещали в качестве награды исполнить любое ее желание. Мира попросила купить велосипед, портативный многофункциональный мини компьютер и отправить её в деревню к тёте, по которой она, яко бы, очень соскучилась.
Девочка не просто так захотела вернуться в деревню, она решила во что бы то не стало найти ребёнка.

         Как только родители уехали из деревни, оставив дочь на попечение родственнице, Мира попросилась покататься на новеньком велосипеде.
Она гоняла на велике весь день, вглядываясь в каждый куст, каждую кочку, но, увы, сегодня она не нашла ребёнка. Ночью Мира обдумывала план куда двинется завтра. Она включила компьютер, открыла навигатор, осмотрела местность. Девочка решила посетить посёлки округи, расспрашивая жителей на тему необычайных происшествий.
 На следующий день Мира начала осуществлять свой план. Она покатила на велосипеде в соседнее село. Преодолевая застенчивость, Мира стала общаться со встреченными на пути жителями. Разговаривая о всякой чепухе, девочка мимоходом интересовалась тем, что необычного происходило за этот год. Оказалось, что местный житель - заядлый охотник, встретил в лесу гнома, который стащил у него провиант. Мира насторожилась, она попросила показать, где живёт тот человек. Охотник был дома и с удовольствием поведал все подробности о встречи с лесным жителем.
- ...маленький, голый, лысый, с чёрными глазами. - рассказывал мужчина.
- Вы напугались? Он страшный?
- Да нет, не страшный… ну, как ребёнок.
- Может это и был ребёнок?
- Откуда в нашем лесу голые дети? … Да и дети не бегают так быстро.
- А это был мальчик или девочка?
- Не успел разглядеть... быстро всё случилось.
- Жаль, давно хотелось знать есть ли у гномиков гномочки?
  Мира распрощалась с охотником и отправилась восвояси. По дороге она думала об этой истории. Уж очень описание походило на Еву, но почему она голая? Что она делает в лесу? Если это она, то почему не пришла к людям? Судя по описанию величины гнома Ева подросла, конечно, если охотник точно показал рост. Если она подросла, то костюм ей мал, ведь он кукольный.
- Ева живет в лесу, я найду ее. Она жива!
  Утром, стараясь не выказать нетерпение, Мира сообщила, что поедет снимать местные красоты. Тётя может за нее не волноваться, ведь она будет знать, где находится племянница по телекоммуникатору. Мира взяла с собой кроме компьютера ( в коем имелась фото и видео камера), маячок, провиант, молоко и кое-что из своей одежды - так на всякий случай.
  Кратчайшим путём девочка доехала до леса, поставила на велосипед маячок, чтобы можно было определять где он находится, сделала пару фоток для проформы и вошла в лес. Она бродила до вечера, иногда связываясь с тётей, и рассказывала, как здесь замечательно; делала снимки, но на самом деле ее занимал только поиск следов. Мира звала, звала Еву, но та так и не обнаружилась. Девочка усталая и расстроенная вернулась к велосипеду и покатила в деревню.
- Ничего, завтра я обойду другой участок леса, у меня всё размечено на коммуникаторе, хоть всю жизнь буду искать, но найду!

     На следующий день Мира поехала в ту деревню, где разговаривала с охотником. Она решила уточнить где именно он встретил гнома. Охотник указал примерное место на карте коммуникатора. Девочка поехала к лесу, пользуясь навигационным указателем. Как и в первый день Мира оставила велосипед под присмотром маячка и отправилась прямиком к указанному охотником месту. Она долго бродила, звала, но Ева не откликнулась. Мира устала, села поесть. Отдохнув, поискала еще, но...Вернулась  домой опечаленная, ведь она так надеялась найти именно сегодня.

              Ева отлично освоилась в лесу. Она научилась ловить птиц и разорять гнезда, лес снабжал ее ягодами и грибами. Ее усовершенствованная пищеварительная система могла перерабатывать буквально всё. То, что для людей ядовито, для неё сьедобно. После встречи с охотником Ева мечтала обзавестись одеждой. Она знала, где живут люди. Ночами она пробиралась поближе и изучала поселения. Ближайшим посёлком был тот в котором жил охотник. В том посёлке Ева раздобыла одежонку, стащив с бельевой веревки мужские штаны и рубаху.  Брюки оказались безнадёжно велики, а рубашка вполне подошла, как платьице. Штаны Ева использовала под подстилку в своем гнезде, которое она постоянно расширяла и углубляла,  орудуя крепкой парой челюстей.
  На второй день Мириного поиска Ева ушла далеко от своего дуба, она не слышала как звала её мама. Излюбленным местом Евы было затерянное в чаше озеро в котором можно было и искупаться, и рыбы наловить. В этот день Ева обнаружила на противоположном скалистом берегу расщелину, она ловко вскарабкалась и пролезла в глубь расщелины. Там оказалась довольно большая пещера. Ева долго изучала её. Не найдя ничего опасного, решила остаться там жить, ведь дупло стало ей мало. Благополучно переночевав прямо на голых камнях, Ева отправилась посетить свое бывшее убежище, дабы забрать  вещи.
 На пути к логову Ева учуяла запах, такой знакомый, такой родной - запах мамы. Ева обнюхала место, где накануне отдыхала и кушала Мира. Она не могла поверить, что здесь была мама. Ева закричала - это не был человеческий крик, скорей звериный. Ева бросилась бежать по следу не хуже собаки ищейки. Она выскочила на опушку, запах исчез, но появился другой, резкий, неприятный, не живой. Дикарка посмотрела в сторону посёлка. Мама там! Быстрее птицы Ева мчалась к цели - найти маму в людском селении. Она влетела в село и заметалась. Не зная, где искать, она пыталась уловить запах.
 Первыми чужую заметили собаки. Целая свора окружила дикарку, не давая ей шага шагнуть, они рычали и лаяли, бросались, как на зверя. На лай собак поспешил народ. Мужики и бабы, кто с вилами, кто с граблями, кто с палками, обступили чужую, некоторое время рассматривали, но, когда она зарычала на обнаглевшего пса, попытавшегося цапнуть за ногу, так страшно, что он с визгом отпрянул, бабы закричали: "Ведьма! Кикимора! Бей её! Убить ведьму!
  Ева оскалила зубы, зарычала ещё страшнее. В её грудь уперлись вилы.
  Вдруг над озверевшей толпой пронёсся пронзительный крик: Стойте! Остановитесь! Не трогайте её! Толпа замерла и все разом повернули головы на звук. К ним подбежала девочка, толпа расступилась. Девочка встала перед дикаркой, раскинув руки. - Не трожьте её! Это моя сестра, она не в себе, она больна. Народ успокоился. Девочка повернулась к дикарке: "Ну, что же ты убежала, Евочка, мы тебя всюду ищем, мама плачет. Пойдем, пойдем домой". Мира взяла чужую за руку и повела к дороге.
  Народ долго смотрел вслед странной парочки: бритой на лысо, босоногой, высокой девице в зачуханной мужской рубахе, едва прикрывавшей тело, и прилично одетой девочки, ростом едва доходившей девице до пояса.
  Дойдя до дороги, Мира подняла брошенный велосипед. Они шли молча, держась за ручку велосипеда каждая со своей стороны. Люди наблюдали за удаляющимися, пока те не исчезли из виду.
 Как только села не стало видно, девочки сошли с дороги, бросили велосипед и прижались друг к другу. Мира плакала на взрыд, уткнувшись в живот своей великорослой дочери, а та, глядя сверху вниз, нежно гладила девочку по волосам, повторяя, странным, каким-то внутриутробным голосом: Мама, мама, мама, мама...
 Успокоившись, девочки сели на траву и некоторое время разглядывали друг друга.
- Как ты выросла, Ева, за этот год! Ты совершенно взрослая, а я всё такая же маленькая... вот удивительно! Какая ты стала красивая, а волосы у тебя что, не растут? Ты точно инопланетянка... какой-то инопланетянин яйцо снёс, а я забрала... может зря, не надо было...Как ты жила? Где? Почему не пришла? Ну, что же ты молчишь? Ты не говоришь? Скажи что-нибудь, скажи! ...Молчишь... ты хоть понимаешь меня? Кивни, если понимаешь... Нет, ты не понимаешь...что же нам теперь делать? А хочешь кушать? Вот смотри я взяла для тебя пирожки и молоко... на ешь.
Мира вынула из рюкзака провиант. Ева удовлетворенно заурчала и с жадностью накинулась на еду.
- Бедненькая, ты такая голодная, ну, кушай, кушай.
  Ева ела пирог за пирогом и вот уже надкусила последний, но, вдруг, рука с зажатым пирожком повисла в воздухе. Девушка растеряно и виновато посмотрела в глаза Миры и протянула ей надкушенный пирог: "Мама...", а дальше из уст раздалось непонятное не то шипение, не то урчание, что-то не человеческое.
- Это мне? Спасибо, спасибо, какая ты милая, моя малышка!
 Мира откусила пирог и протянула дикарке. Та откусила и отдала Мире. Так они  ели, стараясь откусить поменьше, чтобы осталось чем угостить. Когда был проглочен последний кусочек, Мира засмеялась, звонко, заливисто. Ева скривила личико в умильной гримаске, ей тоже было весело от этой проказы с пирожком, но она не умела смеяться. Девочки снова обнялись.
- А я ведь тебе одежду взяла, только мало тебе это... не думала я, что ты так выросла. Да, в таком виде тебе не стоит появляться на людях, а знаешь что, покажи, где ты живёшь. Пойдём к тебе. Это далеко? Нет, лучше пойдём ко мне, но ты спрячешься на сеновале, а там подумаем, как быть дальше.
   Девочки подошли к деревне. Мира велела Еве спрятаться и ждать - мама скоро вернётся. Подьехав к дому, Мира к облегчению обнаружила, что тёти нет. Девочка отыскала в шкафу платье, косынку и туфли. Положив в рюкзак добычу, она выскочила на улицу и хотела было бежать к оставленной дочке, но услышала из сарая знакомый звук: Мама, мама. Мира ринулась к сараю. Ева была там и наблюдала за происходящим через щелочку меж досок.
- Ты уже здесь, Евочка! Как ты сюда попала? Тебя никто не видел? - встревоженно спрашивала девочка. Какая ты непослушная! Маму надо слушаться! Ладно, пойдем в наше гнездышко.
  Девчонки вырыли в сене логово, похожее на то, где появилась на свет чужая. Потом Мира достала из сумки одежду, стянула с дочки потрёпанную рубаху. Платье оказалось великовато, но сидело вполне прилично. Туфли совсем не подошли, но были для Евы чрезвычайно интересны. Она такой красоты ещё не видывала. Косынка, повязанная на голову, скрыла отсутствие волос и придала чужой вид самой невинности.
- Ты очень даже миленькая, моя малышка. Теперь с тобой можно и на люди выйти. Пойдем в дом. Хочешь посмотреть, как мы живем?
 Ева, как всегда ничего не отвечала, но за неё говорили огромные, выразительные, черные, как ночь глаза.
   Чужая с интересом обследовала каждый уголок, каждый закуток дома. Ей всё было в диковинку, но особенно поразило большое зеркало на дверце шкафа. Ева не сразу приняла своё отражение, поначалу напугалась и хотела бежать из дома, но Мира удержала её, успокоила, подвела к зеркалу вновь и отразилась вместе с ней. Ева комично вертела головой, смотрела то на маму, то на маму в зеркале, тихонько подошла поближе к зеркалу, протянула руку и дотронулась до стекла.
- Это ты, ты, моя хорошая! А это я! А это просто зеркало. Неужели ты никогда себя не видела?
  Ева вертелась перед зеркалом, поворачиваясь во все стороны, подняла платье и посмотрела, что под ним. Она готова была расхохотаться, от восторга, но не умела. Чужая схватила маму в охапку, подняла, как пушинку и стала крутиться, кружиться с ней по комнате. Мира заливисто смеялась. За этим занятием их и застала тётушка. Она смотрела на происходящее, пока девочки не заметили женщину. Ева остановилась и опустила Миру.
- Тётя, а... мы тут играем...
- Я вижу, что играете, только кто это?
- Это... это Ева... она из города в гости приехала...
- Здравствуй, Ева! Чья же ты будешь?
- Ой, тётя, она не говорит, она немая...она там живёт. - Мира махнула куда-то в сторону.
- Ну, что ж, хорошо, что ты нашла подружку. Давайте по обедаем.
Тётя стала накрывать на стол, а Мира увела растерявшуюся дочку в свою комнату.
- Не бойся, Ева, тётя хорошая, добрая...я сама боюсь...за тебя...ты только молчи, - Мира прижала пальчик к своему рту, - Поняла?
Вскоре тётя позвала к столу. Мира ввела дочку за руку и усадила за стол на котором была расставлена красивая посуда с яствами, в тарелках дымился ароматный супчик. Девушка накинулась на еду, запихивая в рот все подряд, вылавливала из супа пальцами твёрдые элементы, глотала даже не пережевывая. Было похоже на то, что гостья впервые за столом, невоспитанна и очень голодна. Тётя с Мирой некоторое время переглядывались, потом тётя взглядом дала понять, что им надо выйти и поговорить. Мира знаком показала дикарке, чтобы та оставалась на месте и вышла из комнаты. Как только дверь прикрылась, тётя засыпала Миру вопросами.
- Мира, кто это такая? Где ты её откопала? Почему на ней моя одежда?
- Платье я дала, у нее порвалось. Тётя, она хорошая, только дикая... не в себе...дурочка.
- Даун что ли? Вроде по лицу не скажешь.
- Да, может быть...она еще совсем ребёнок, только большая.
- А кто её родители? У кого она живет?
- Я не знаю...у нее нет никого, кроме меня...ничья она.
- Как это ничья, так не бывает.
- Я в лесу её нашла...дикая она, в лесу живёт.
- Как это в лесу живёт? Маугли что ли?
- Да, да она одна, как Маули... она такая хорошая. Тётя, не гоните её, пожалуйста!
- Странно это всё, у нее должны быть родственники, наверно её ищут. Надо в полицию сообщить.
- Тётечка, не надо в полицию! Они её отнимут у меня, а я так её люблю! Ну, пожалуйста, не надо в полицию!
- Ну, как это не надо, мы обязаны сообщить.
- Пусть она у нас поживёт немножко, а потом в полицию, ну, пожалуйста!
- Хорошо, сегодня она останется, а завтра позвоню в участок.
На этом разговор был закончен. Родственницы вошли в комнату. Чужая стояла перед зеркалом, держа в руке косынку, другой рукой она гладила себя по совершенно гладкой голове.
- Что это с ней, Мира? Кто её так обрил? Или она больна?
Мира ничего не ответила, она подошла к дочке, жестом велела присесть и повязала ей платок обратно.
- Мы пойдем на сеновал играть и там переночуем, ладно?
- Хорошо идите, только одеяла возьмите.
Мира с Евой побежали в сарай. Тётя связалась с сестрой и рассказала о странной подружке её дочери. 

        Сидя на сеновале Мира обдумывала, как им быть. Если тётя позвонит в полицию они заберут Еву и Мира её больше не увидит. А что будет, когда обнаружат странности в организме Евы? Её посадят в клетку, как обезьяну и будут проводить всякие опыты. Мира не могла такого допустить. Им надо отсюда уйти. Куда? Ева ведь жила весь год где-то... надо идти туда, а там посмотрим...
  Мира велела дочке оставаться на сеновале, а сама вернулась в дом. Она собрала простынь, полотенце, одеяло. Сложила в рюкзак кое-что из своих вещей. Улучив момент вытащила из шкафа тётины брюки, свитер, шапочку, носки. Нашла в коробке новенькие кроссовки. Завернула одежду в одеяло. Зашла на кухню и попросила у тёти что-нибудь сьестного на вечер, но тетя велела прийти на ужин, что Мира и пообещала сделать.
  Вернувшись на сеновал Мира разложила одеяло, прикинула на глаз подойдут ли тетины вещи Еве, надела ей на ноги носки и кроссовки. Ева дергала ногами, трогала обувь, удовлетворенно что-то гукала, урчала.
- Хорошо, обувка тебе впору, нам повезло! Ночью мы отсюда уйдём, а пока я покажу тебе вот это. Мира вынула из рюкзака электронный планшет, служившей ей как компьютер, коммуникатор, навигатор и прочее. Ева смотрела на меняющиеся картинки, фото, видео широко раскрытыми глазами. Она ничего не понимала, но ей было так интересно! Мира старалась рассказать, что изображено на картинках, кто на фото, что происходит на видео. Ева следила за экраном не отрываясь. Мира сфотографировала Еву и показала ей фотку. Та ахнула по-своему. Потом Мира сфоткала себя, а после сделала их общий снимок. Ева так восторженно реагировала, издавая неведомые человеческому слуху звуки, что Мира испугалась, как бы это не услышала тётушка.
  Вечером тётя позвала на ужин. За столом все повторилось: Ева с жадностью и спешно уплетала всё, что было подано. Мира попросила разрешения налить в термос молока и взять булку на случай, если они проголодаются. Тётя разрешила. Мира захватила рюкзак и пошла на кухню, оставив женщин в комнате. На кухне девочка налила молока в термос, взяла хлеб, прихватила ломоть сыра, колбасу, понемногу овощей и фруктов, соль и сахар. Нашла складной нож, фонарик, спички. Вернувшись с добычей, спрятанной в рюкзаке, Мира позвала Еву играть на сеновал.
  В логове Мира раскладывала вещи: что-то положила в корзину, что-то в рюкзак, кое-что закатала в одеяла, обернула их простынёй и завязала концы узлами; накрутила веревки на тюк, создала подобие ремней на плечи.
  Поздно вечером тётя пришла проверить спят ли её подопечные. Вверху на сеновале была тишина. Тётя ушла, уверенная, что девочки спят. Как только женщина удалилась Мира переодела Еву в брюки и свитер,  вместо косынки одела на голову шапочку. Платье и косынку запихала в рюкзак. На плечи чужой легли верёвки от тюка с одеялами. Мира надела рюкзак и взялась за корзинку. Они крадучись спустились с сеновала и покинули сарай. Задворками заговорщицы направились прямиком в лес. Было очень темно, но Мира хорошо представляла себе путь, не ведая, что чужая отлично видит в темноте. Парочка была уже довольно далеко от деревни, когда Ева, вдруг, резко остановилась и остановила маму, дёрнув за руку.
- Ева, что? Что?! - Мира спешно достала из кармана и включила фонарь. Прямо перед ними стояли чудовища, глаза их в свете фонаря светились красным огнем. Мира обвела светом вокруг. Чудища были всюду, они медленно надвигались. Мира прижалась к Еве, та внутриутробно зарычала. Твари остановились и начали издавать вопли, как-будто вели переговоры, потом вышло одно страшилище и двинулось вперед. Ева издала жуткий вопль, легко подхватила на руки Миру и смело шагнула навстречу врагу. Хищники расступились.
 Чужая несла Миру до тех пор пока не прекратилось преследование чупаков. Ева не сразу привела маму к своему убежищу в скале, она сделала большой круг, боясь, что чупаки выследят их. Остаток ночи девочки провели на берегу озера. Мира уснула, завернувшись в одеяло, а чужая провела ночь без сна: прислушиваясь, принюхиваясь и вглядываясь в темноту. Как только забрезжил рассвет Ева разбудила маму. Знаками показала, что пора идти. Мира молча встала, скатала одеяла, опять соорудила тюк. Дикарка повела к логову трудным, длинным путём. Сначала надо было подняться в поросшую лесом гору, потом спуститься по скалам до пологого уступа. Там Ева сложила вещи в кучу, показала, что надо развязать верёвки тюка. Встала на четвереньки, вывернула руку и похлопала себя по спине, произнеся:"Мама". Мира развязала тюк и, держа верёвки, села верхом, недоумевая зачем это нужно и толи она делает? Дикарка рукой заставила Миру лечь ей на спину, взяла веревку, перекинула через спину мамы, удерживая один конец в руке. Связала концы веревки на груди, как это делала Мира, завязывая тюк из одеял. Потом повторила маневр с другой стороны второй веревкой. Мира оказалась привязанной к спине. Она полностью доверилась дочке. Убедившись, что мама надёжно привязана, Ева встала. Инстинктивно Мира ухватила её за шею. Чужая полезла по скале, ловко цепляясь за уступы. Мира от страха зажмурила глаза, крепче вцепилась в плечи дикарки и ухватила ногами торс. Вскоре Мира ощутила, что лазание по скалам закончилось и открыла глаза. Из-за плеча она увидела темноту пещеры, позади яркий свет расщелины.
- Ух ты, где это мы?!
  Ева развязала веревки и Мира опустилась на каменный пол. Глаза дочки светились радостью, как бы говоря: Здорово, да!
Мира подошла к выходу из пещеры. Её взору открылся захватывающей красоты вид с высоты на лесное озеро. Скала, в которой была расщелина, круто обрывалась, скрываясь в глубине тёмных вод. Ева выскользнула из пещеры и полезла  вверх. Мира с замиранием сердца смотрела за манёврами дочери. Она только сейчас заметила, что Ева была босая. Пальцы ног цеплялись за уступы не хуже пальцев рук.
- Неужели вот так она меня перенесла сюда? А если бы сорвалась? Мы бы утонули...- Мира посмотрела вниз, как бы пытаясь рассмотреть два связанных тела на дне. По спине "поползли мурашки". А Ева уже возвращалась, неся за плечами неловко замотанный тюк с одеялами. Благополучно спустившись, оставив тюк, сняв с него веревки, чужая, завязав веревки на поясе, вновь полезла по скалам. Мира провожала взглядом - Только будь осторожней, не упади! - умоляли глаза. Через непродолжительное время Ева вернулась с привязанными за спиной корзиной и рюкзаком.

            Утром тётя, не дождавшись девочек к завтраку, явилась на сеновал и обнаружила, что их там нет. Куда ушли с утра пораньше? Тётя вышла на улицу, прошлась туда сюда, покричала. Вернулась в дом. На душе было не спокойно: Может гуляют где-то? Вернуться... Вспомнив о коммуникаторе тётя включила прибор, но страница Миры на нём отсутствовала, значит её компьютер отключён.

   Мира, предвидя, что её будут искать, отключила коммуникатор. Ей было жалко родителей и тётю, она понимала, что они будут переживать и мучаться, но и с Евой ей не хотелось расставаться. Она чувствовала на себе ответственность за жизнь этого существа. " Мы в ответе за тех, кого приручили!" - частенько вертелись в её мозгу слова из старого детского мультика о маленьком одиноком мальчике, только чаще звучала перефразированная мысль: " Мы в ответе за тех, кого получили!".
- Потом, когда-нибудь потом я свяжусь с родными и скажу, что у меня всё в порядке и я вернусь, может быть, к ним... но без дочки не вернусь! - думала Мира.
    После того, как все вещи оказались в пещере, Мира решила исследовать её. Она взяла фонарь и вместе с дикаркой стала углубляться. Свод пещеры был  будто выдолблен искусственно неким инструментом. Было ощущение, что пещера сужается и переходит в коридор, но коридор резко прерывается стеной камней, видимо, произошёл обвал. Поняв, что другого выхода нет и ничего опасного в пещере тоже нет, Мира вернулась в зал. Теперь надо было подумать, как в этом диком месте создать жилое пространство.
- В первую очередь надо развести костёр. - Мира внимательно осмотрела пещеру. - Вот тут будет удобно для костра и, кажется, что здесь когда-то был очаг.
  Почти посреди залы пещеры в камнях было небольшое углубление, вокруг которого лежали валуны удобные для сидения.
- Здесь определенно кто-то когда-то жил...А вот здесь, видимо, спали. - думала Мира разглядывая в углу у стены нечто наподобие каменного ложа. - Если сюда постелить сена, то будет удобная кровать, вот только сена то нет...ладно пока на одеяле поспим.
Мира расстелила одеяло, положила на него простынь, вместо подушки под простынь положила одежду. Ева тут же запрыгнула на кровать и прилегла. Немного повалявшись, повертевшись, она встала и решительно стала сматывать простынь, связала её веревками, привязала к торсу и удалилась из пещеры. Через некоторое врем она вернулась с огромным тюком за плечами, убрала с ложа одеяло, развязала веревки и вывалила охапку сухой листвы. Вместе с мамой они разровняли подстилку и накрыли одеялом.
- Здорово ты придумала, Ева! - Мира обняла дочку. - Теперь нам надо огонь разжечь. Ты умеешь костер разводить?
  Ева явно не понимала.
- Вот смотри! - Мира взяла кучку листьев, положила их на место очага, вынула из сумки спички, подожгла листья. - Это огонь, Ева, если ты не знаешь...только нам надо ветки и дерево... листья быстро сгорают.
 Ева с восторгом смотрела на пламя, но листья сгорели, костерок потух.
- Нам нужны дрова, Ева, понимаешь, дрова...ветки, сучья, ну как тебе обьяснить?
Мира подвела Еву к выходу и указала на лес.
- Вот видишь, это деревья, у них ветки(в мыслях вертелось желание включить компьютер и показать, как разводят костёр, но нельзя, нельзя). Вот Я - дерево(Мира указала на себя пальцем и встала, раскинула руки и растопырила пальцы. Стала немного покачиваться). Вот у дерева ветки(девочка одной рукой указала на другую). Ветки надо рубить(она стала стукать торцом ладони по плечевому суставу, а потом уронила руку). Бух ветки упали, их собрать, связать веревками и за плечи, как одеяла(все эти действия Мира изображала). Ну, понятно?
Нам очень, очень нужен огонь! Вот возьми веревки, принеси ветки, пожалуйста. Мира умоляюще смотрела на Еву, боясь, что та не поняла.
Дикарка моргнула обоими глазами, завязала верёвки на поясе и выскользнула из пещеры. Она вскарабкалась на скалу привычным ей уже путём и углубилась в лесную гущу.
  Ева видела людей, сидящих у костра, и как они подбрасывают ветки время от времени. Она поняла чего желает мама, ей тоже хотелось посидеть у костра, подбрасывая в него ветки. Ева вспоминала какие ветки ложили в огонь люди:сучья были без листьев. Она осмотрелась. - Где взять ветки без листьев? А вот тонкое дерево совсем без листьев. Чужая попробовала вырвать деревце, но не смогла, тогда она его попыталась сломать, но дерево не поддавалось. Тогда она вцепилась передними зубами, а внутренними стала быстро грызть. Минута и поверженное дерево упало.(Бобры бы позавидовали такому аппарату). Вдохновленная удачей, Ева готова была перегрызть весь лес, но обнаружила, что деревья без листьев стоят и валяются повсюду и ветки деревьев лежат на земле. Она стала собирать валежник в кучу. Потом набросила веревки и связала сколько смогла. Получилась весьма обьемистая охапка. Ева набросила импровизированные ручки на плечи и попыталась нести. По неопытности она не учла разнокалиберность веток. Торчащие по бокам сучья задевали за деревья и не давали пройти. Немного помучившись, Ева сняла охапку, быстренько подровняла зубками, укоротив примерно одинаково с обеих сторон. Такую кучку оказалось нести совсем не трудно. Вскоре дикарка уже спускалась к расщелине.
    Мире казалось, что прошла целая вечность за время отсутствия дочери. Она понимала насколько сейчас зависима от Евы, ведь без её помощи не сможет выбраться из пещеры. Успокаивало наличие коммуникатора с помощью которого можно вызвать помощь. Наконец Ева вернулась, неся за плечами кучу хвороста. Ура!
Мира обняла чужую за талию, шепча: Ты вернулась...ты такая умница! Я так тебя люблю! Ева что-то гукнула по-своему, сняла вязанку и вопросительно прохрипела: Мама? Мира поняла, что она спрашивает то ли принесла, что требовалось?
- Да, да! Это то, что надо! Ты все правильно сделала! Ты просто гений! - Мира с воодушевлением принялась развязывать путы вязанки.
После того, как девочки наломали дров и развели костер, они достали провиант, сели у огня рядышком и ели молча, удовлетворенно глядя на веселые языки пламени.
Вечерело. В пещере стало совсем темно. Мира взяла фонарик и отошла в глубь к месту, которое она приметила для туалета. Когда вернулась Ева уже лежала на постели из листьев, накрывшись одеялом. Мира не раздеваясь нырнула под одеяло и прижалась к дочери, как котенок. Сон быстро сморил девочек.

  Только забрезжил рассвет, Ева вынырнула из под одеяла, тихо прокралась к выходу и заскользила по скале вниз, держа в одной руке пустой термос. Балансируя над гладью озера она зачерпнула воды, но тут уступ, за который держалась дикарка, обломился и Ева грохнулась в воду, выронив ёмкость. Термос исчез в пучине. Ева вскарабкалась обратно на скалу и обдумывала сложившееся положение. Посудина для жидкости была единственной и чрезвычайно необходимой.
Чужая нырнула в воду. Она великолепно плавала, здорово видела под водой, прекрасно слышала и могла надолго задерживать дыхание. Ева быстро нашла термос, выудила его из воды, поставила на ложбинку в скале, закупорила крышку, снова нырнула. В толще воды она уловила запах и распознала издаваемые рыбой сигналы. Она поплыла на звуки особенно нравившейся ей рыбы. Лавируя среди камней и водорослей, Ева стала издавать сигнал раненой рыбёшки. Вскоре ей навстречу метнулись несколько крупных серебристых рыбин. Дикарке не составило труда схватить зубами выдвинутой внутренней челюсти самую крупную и жирную особь. Довольная уловом девушка вернулась к скале, выбралась из воды и держа в одной руке термос, а во рту трепыхающуюся рыбину вскарабкалась к расщелине. На краю обрыва на животе лежала Мира и округлившимися испуганными глазами таращилась на дикарку.
  Мира проснулась от всплеска, вызванного падением Евы со скалы, вскочила, подбежала к выходу, легла, чтобы увидеть, что произошло и наблюдала за манёврами дочки. Она очень боялась, что Ева утонула, ведь её не было так долго! 
  Ева перемахнула через каменистый порог, отошла поглубже в пещеру, поставила термос, схватила руками рыбу и откусила ей голову. Обезглавленную добычу протянула маме. Мира приняла огромную рыбу - она ещё не видела таких больших. Ева думала, что мама тут же станет есть рыбину, а Мира прикидывала, что же теперь с ней делать? Если бы была кастрюля, то можно было бы сварить, но увы, таковую прихватить она не догадалась. Может, бросить в костёр? Но ведь рыба просто сгорит... Тут взгляд девочки упал на выемку в камне кем-то выдолбленную и гладко обтёсанную, почти идеально круглую. В памяти всплыл урок истории древнего мира, где было рассказано, как дикие люди изобрели суп: они разогревали камни на костре и бросали их в емкость, наполненную водой и добычей. Эврика! Мы тоже так сможем!  Наверно это углубление и есть посуда, созданная руками древних людей?! Вот только незадача, а как её наполнить водой? Вот, термос у нас есть...Мира откинула крышку внутри плескалась вода. Девочка отпила немного. Вода была чистой и сладковатой - вкусной, какой-то мягкой.
- Ты молодец, Ева! Нам надо ещё воды, много воды! - с этими словами Мира вылила воду из термоса в каменную чашу. Термос она сунула в руки чужой: Ещё воды, Ева!... Постой, погоди, не так... зачем тебе лазить? у нас есть верёвка. Если её связать, то может хватить...
Мира взялась связывать концы. Завязав в узел, привязала один конец к ручке термоса. - Пойдём попробуем!
Мира присела на краю пещеры, нагнулась и стала потихоньку опускать металлический термос вниз, но верёвки не хватило. Ничего, у Миры уже был в голове план на этот случай. Она велела Еве держать верёвку, а сама отрезала полоску материи от простыни, потом ещё одну, связала их и подвязала к верёвке. Вот теперь веревки хватило, термос углубился в озеро, зачерпнул воды и был доставлен прямо в руки. Ева восхищалась смышлёностью мамы, выражая свой восторг повизгиванием и гуком. 
  Вскоре чан был наполнен жидкостью, туда была брошена тушка рыбы. Осталось только развести костёр и нагреть камни, коих было вокруг в избыточном количестве. Возможно, именно эти булыжники использовал древний человек для этих же целей. Интересно, а как он воду добывал?

    После того как был разведён костёр и закиданы в него булыжники, встал вопрос как их вытащить из огня и донести до чана. Мысли Миры роились в голове, но ничего не родили. Наконец идея посетила ум. Мира подобрала крепкую ветку и выкатила ею камень из очага. Он был горяч на вид,  девочка накрыла его своей курткой, подняла, поднесла к чану и сбросила. Вода зашипела, пошёл пар. Мира не успела отойти от чаши, как в воду с шипением опустился другой камень. Мира увидела как Ева отвела руку от чана. 
- Ева, ты что, взяла камень голой рукой? Ты обожглась?!  - Мира схватила руку дочери и стала её разглядывать, но никаких признаков ожога не обнаружила, а лицо выражало довольство. 
Ева выдернула руку из ладоней мамы, подскочила к костру, сунула в него руку, вытащила раскалённый катыш, спокойно донесла до места назначения и бросила в воду.
- Ева, ты не боишься огня? Тебе не больно? 
Чужая умильно наклонила голову в сторону, как иногда это делают собаки: Ну, и что тут такого особенного, подумаешь, все так могут. - говорили её глаза.
- Ты чудо моё! Чудочка! Я тебя так люблю! - произнесла Мира и прижалась к дикарке.
Вскоре, благодаря особенности чужой, вода закипела. Рыбина благополучно сварена, вынута, посолена и с аппетитом сьедена вся без остатка, даже кости, которые Мира есть не могла и не знала что с ними делать, Ева взяла и слопала, запросто.

Родители Миры, узнав, что их дочь пропала, "поставили на уши" всю полицию города. Кортеж полицейских машин утюжил дороги селений; поисковые отряды бороздили леса, поля, реки и озёра.

Ева насторожилась, её чуткое ухо уловило звуки голосов задолго до того, как отряд поисковиков вышел к озеру. На её лице возникло волнение: Мама! - прошептала она, подхватила Миру, унесла в тёмный угол, накрыла ладонью Мирин рот. Вернулась к очагу, раскидала голыми ногами горящие угли и ветки, затоптала на них пламя.
Вернулась к Мире с одеялом, укутала её с головой, опять накрыла рот. Мира была встревожена, сидела тихо, как мышка, боясь пошевелиться.
Ева выскользнула из пещеры, прямо с уступа бросилась в воду, отплыла подальше, спряталась в камышах и стала ждать приближения людей.
Поисковая группа вышла к озеру, обшарила местность, осмотрели скалы. Ничего, никаких следов пребывания в этом месте пропавших девочек не обнаружили.
Ева, при приближении людей к воде, ушла на дно и оттуда наблюдала за происходящим.

Краткое содержание дальнейших событий фильма: Беглянки осваивают новое место обитания. Доедают запасы провианта. Ева становится добытчицей пропитания.
Их ищут, но тщетно.
Мира старается обучить Еву человеческой речи. Чужая быстро учится, но ей очень трудно, голосовые связки у неё не такие как у людей.
Чупаки находят пещеру...

Извините, произведение в процессе написания, текст будет дополняться.






Рейтинг работы: 2
Количество рецензий: 1
Количество сообщений: 1
Количество просмотров: 44
© 13.04.2018 Ома Омрам
Свидетельство о публикации: izba-2018-2249497

Метки: Фантастика, ужасы,
Рубрика произведения: Проза -> Фантастика


Клод Удур       13.04.2018   18:13:49
Отзыв:   положительный
Буду ждать, а потом уже выскажу свое мнение. Но уже сейчас я рад Вас слышать.










1