80-летие Виктора Черномырдина. Не боялся говорить с террористами


80-летие Виктора Черномырдина. Не боялся говорить с террористами
14 июня 1995 года банда из 195 вооруженных боевиков во главе с полевым командиром Шамилем Басаевым напала на город Буденновск. На центральную площадь боевики согнали мирных жителей, завели в здание центральной районной больницы и объявили заложниками. Общее число захваченных составило 1586 человек. Угрожая расправой над ними, боевики предъявили российским властям ультиматум: прекратить разоружение незаконных вооруженных формирований в Чечне и вывести из республики федеральные войска, введенные туда в декабре 1994 года. Ультиматум был отвергнут.

17 июня около пяти часов утра спецподразделения предприняли попытку штурма здания больницы, оказавшуюся неудачной, т.к. террористы использовали женщин, детей, стариков в качестве живого щита.
Черномырдин  взял руководство переговорами на себя, президент Б.Н. Ельцин был с визитом в Канаде. На кон был поставлен авторитет власти. Все решали минуты.  Басаев настаивал на своих требованиях.

- А он в состоянии что-либо слушать? - выдохнул Виктор Степанович. Сделал несколько решительных диагоналей по кабинету. Потом попросил:
- Готовьте прессу, кого сможете, подтяните в приемную. Буду говорить с Басаевым из приемной.
Виктор Степанович принял весь удар на себя. В ноги ему надо поклониться.

Игнатенко  кинулся выполнять указание премьера. Первым появился Саша Гамов из "Комсомолки", потом президентский пул, ОРТ, "Российская газета". При них начался тяжелый разговор премьера с террористом. Вдруг Басаев бросает в трубку:
- Откуда я знаю, что вы Черномырдин?
- Ты где сидишь там? - спросил Виктор Степанович.
- В кабинете главврача.
- Телевизор там есть?
- Да, есть.
- Тогда жди, - и Виктор Степанович кинул взгляд на помощника.

Тот  принялся звонить на каналы телевидения. Быстро и профессионально в минуты переверстали сетку вещания. Виктор Степанович снова включился в разговор с Басаевым. И сделал ряд уступок его требованиям. 20 июня участники бандформирования отпустили заложников и скрылись. По условиям договоренности их не преследовали. Почти 2000 человеческих жизней были спасены.

Сколько лет прошло, но до сих пор в обществе ломают копья, прав был Черномырдин или нет, что пошел на такие переговоры с террористом. Виктор Степанович принял весь удар на себя. В ноги ему надо поклониться. Без Буденновска настоящего Черномырдина никто не знал.

На куклу из пародийной программы, изображающую его самого, Черномырдин отреагировал так, как далеко не всякий политик сможет, — он искренне смеялся. Политтехнологи такой вот мгновенной, располагающей реакции обучить не смогут, это врожденное, примерно то, что Виктор Степанович описал собственным афоризмом: «В харизме надо родиться». В чем она? В естественности.
Вот как его, продолжателя старинного оренбуржского казацкого рода, принимали в «донские казаки». Атрибуты — шашка и рюмка водки на ней. А уж букет пригодился каким-то “естественным образом”.

Черномырдин знал, как выходить из самых непростых ситуаций. Из чего это знание происходило? Из жизненного опыта и интуиции. 5 ноября 1996 года у президента операция на сердце. Борис Ельцин на сутки, до ее завершения, до выхода из наркоза, официально передает полномочия ему, второму по статусу лицу в стране — премьер-министру. Главный, возможно, вызов в жизни Черномырдина.
К этой ситуации потом уже «привязали» очередной афоризм Черномырдина: «Есть еще время сохранить лицо, потом нужно будет сохранять другие части тела». Он просто понимал уровень ответственности каждого шага, сделанного на высшем уровне. Потому что это снова цитата из числа знаменитых «черномырдинок», «здесь вам не тут». Это он так высказался о происходившем в середине 90-х в России, в экономике, главным образом. Эпитеты россияне тогда использовали “очень разные”, и сдержанность премьера воспринимали скорее как “высокую степень дипломатичности”.
“Мы не можем идти вперед с головой, повернутой назад или вбок!” или «В одном нас никто не может упрекнуть, это в том, что мы россиянам не лгали, мы ничего не обещали”. Эти фразы — логическое продолжение той самой знаменитой «черномырдинки»: «Хотели как лучше, а получилось как всегда», произнесенной после обвальной денежной реформы 1993 года. А вот фраза, адресованная губернатору, не оправдавшему доверия: «Не обижайся, дорогой… Мои залысины от того, что ты их больно долго лизал!”

Лингвисты изучают «язык Черномырдина», по количеству цитат он и сейчас немногим уступает фразам классиков русской литературы. Конек, оказывается, в сочетании условно «формального языка» и языка “общеупотребимого”. Определили это как «новая искренность большой публичной политики».
«Сначала перед нами политик, и он произносит то, что должен произносить, а где-то на середине он сбивается и начинает говорить, как обычный человек. Вот, например: “Мы выполнили все пункты от А до Б…” —- сначала официальная часть – «мы выполнили все пункты», а потом искреннее – «от А до Б». И вот тоже: “Вино нам нужно для здоровья, а здоровье для того, чтобы пить водку”, — анализирует «черномырдинки» филолог, руководитель Центра социолингвистики Максим Кронгауз.

Сергей Степашин Черномырдина знал в разных ипостасях. И как прямого начальника, и как близкого друга. Называл его то по-дружески Степаныч, то уважительным сокращением ЧВС. Для страны Черномырдин сделал много, достаточно сказать, что сохранил «Газпром» как компанию, работающую на бюджет страны. В 90-е приходилось постоянно отбиваться от желающих приватизировать компанию, передать ее, разделив, в руки олигархов.
«Уже с пилками приготовились пилить «Газпром», наше национальное все, как сейчас все время говорят. ЧВС его создавал и он его удержал», — рассказывает глава ФСК-ФСБ в 1994-1995 годах, председатель правительства РФ в 1999 году Сергей Степашин.

1993 год. Инфляция в 1200%, рубль за одну ночь стал в тысячу раз дешевле. Цены в магазинах подскочили соответственно, и только для энергетических компаний, по просьбе государства, ограничения в тарифах. Ну, просто иначе был бы скачок инфляции в несколько тысяч. Подразделения «Газпрома» занимаются производством творога. Ну просто, чтобы он не был запредельно дорог. Черномырдин формулирует очередную «черномырдинку», вроде бы как-то объясняющую происходящее, в относительно удобоваримой и относительно «литературной» форме неповторимой: «И он не будет иметь тогда, когда будет есть, кому заниматься, но для этого нам надо создать, чтобы все это было».

А еще были в его премьерство, в 1995-м, переговоры с террористами, захватившими в заложники жителей Буденновска. На кону — жизни сотен людей.

«Он так мне говорит: «Сергей, ну а что бы ты сделал в этой ситуации, на моем месте? Там же люди гибнут. Еще день-два, я вам честно скажу, нас бы там разорвали местные жители. Да и погибло бы очень много людей. Просто от жары, от отсутствия воды, тем более роженицы, дети. Ну, это надо видеть”, — вспоминает Сергей Степашин.
Черномырдину много раз приходилось общаться с людьми, оказавшимися в трудных или даже драматических ситуациях. На архивном видео таких моментов много, эмоции, которыми с ним делились, тут же отражались на лице премьер-министра. Он сопереживал, испытывал практически то же, что и говорившие. Далеко не всегда ведь можно успокоить, утешить, исправить.







Рейтинг работы: 0
Количество рецензий: 0
Количество сообщений: 0
Количество просмотров: 61
© 11.04.2018 Игорь Рудой
Свидетельство о публикации: izba-2018-2247911

Рубрика произведения: Проза -> История











1