фантастический роман Визит (6 глава)


фантастический роман Визит (6 глава)
ГЛАВА 6

Два дня «Летучий голландец» бороздил воды Средиземного моря. На рассвете, пройдя Гибралтарский пролив, яхта вошла в Атлантический океан, держа свой путь на запад. Со скоростью двадцать узлов, судно оставляло за собой десятки и сотни километров водного пространства. В распоряжении пассажиров было множество развлечений, но кое-кто на этом судне, меньше всех думал о развлечениях,
На третий день плавания, Катерина поинтересовалась у подруги от чего ж её почти не видно на палубе. Улыбнувшись, Светлана ответила:
— Тренер совсем загонял. Приходится много работать. Ещё вспомнили о медитации, а это не пять минут. В общем, Амон со своим тренером решили основательно загрузить меня. Хорошо, что английский язык легко даётся иначе, вообще бы не выходила на палубу.
— Амон свирепствует не только с тобой, — посочувствовала Катерина. — Он почему-то зол на Юма, это проскальзывает в их отношениях. Но я думаю, это быстро пройдёт. Амон если найдёт на ком сорвать злость, очень быстро успокоится.
— Не скажу, что ты меня утешила, — невесело улыбнулась девушка. — Кажется, я догадываюсь, кто станет козлом отпущения.
— Не унывай, — обняла Светлану за талию Катерина. — Всё образуется. — Смотри, Валентин, зовёт нас. Посмотрим, что у них там.
Пройдя несколько метров, они услышали грозное рычание пса. Катерина и Светлана ускорили шаг, если уж собака подала голос, значит что-то серьёзное.
Кроме Дорна на носу судна были все. Спорили и разглядывали в бинокль, что-то впереди, по курсу корабля. Пёс, став передними лапами на перила устремив морду в океан, не переставая, рычал. Валентин подскочив к Катерине, подав бинокль, сообщил:
— Там двое, терпят бедствие на резиновой лодке.
Бросив взгляд в бинокль, Катерина воскликнула:
— Как они уместились на такой лодочке? Там и одному места мало! — и уже оценивающе: — Мужчины, больше тридцати им не дашь. Боже! Какой у них изможденный вид! Нужно взять их на борт.
— О том же и я говорю, — подхватил Валентин. — Попробуй, может ты их убедишь?
Катерина изумлённо посмотрела на Барона.
— Разве ты против?
— Драгоценная моя! — дребезжащим голосом воскликнул тот. — Тут у нас три версии как с ними поступить. Первая - подобрать. Вторая - пройти мимо. Третья - наехать на лодчонку и прекратить их страдания. Например, я за то, чтобы пройти мимо.
— И я тоже, — поддакнул Юм. — Вот если б были девушки, то я всеми лапами был бы «за», а так… зачем они нам? Амон, ты согласен?
— Нет, — покачал головой Амон. — Потопить их, и дело с концом. Похоже, Пёс этого же мнения, они ему не нравятся.
— Осталось выяснить мнение оставшихся, — заметил Барон и повернулся к стоящей поблизости девочке. Она молча вглядывалась в мелькавшую в волнах шлюпку. Последняя уже настолько приблизилась к судну, что можно было разглядеть потерпевших невооруженным глазом. Мужчины в шлюпке кричали, размахивали руками, крутили над головой светлую ткань. — Светлана, за что выскажешься ты?
— Я воздержусь, — пробормотала она, отводя взгляд от удивленной Катерины.
— Можно узнать - почему? — вежливо поинтересовался Барон.
— Им лучше остаться в своей лодке, нежели встречаться с вами. Я поддержу того, кто предложит снабдить пищей, и связью.
— Нет. Этого никто не предложит, — пронёсся над палубой низкий голос Дорна. Бросив взгляд на лодку, приказал: — Поднять на борт. Посмотрим, какой улов, принёс нам океан.
Амон скрылся в капитанской рубке. Вскоре моторы «Летучего голландца» стихли. Судно, пройдя по инерции ещё несколько десятков метров, почти вплотную приблизилось к резиновой лодке. Был спущен трап, и, оставив лодку на попечение волнам, потерпевшие поднялись на палубу. Первые же сказанные фразы поразили Катерину. Повернувшись к девушке, она прошептала:
— Французы! Что могло их так далеко забросить? — и переводя дальше: — Вот того, кто помоложе, зовут Жак, симпатичный, не правда, ли?
Светлана с интересом окинула Жака взглядом. Ему было не больше двадцати пяти лет, и по представлению Светланы он мало походил на француза. Со светлыми волосами и пронзительно голубыми глазами его можно было принять за норвежца, жителя более северной страны. Среднего роста, спортивного телосложения. Он был одет в одни шорты, и только золотая цепочка на шее дополняла его ансамбль. Второй, мускулистый поджарый мужчина выглядел старше, лет на тридцать. Впечатляющие рельефные мышцы на теле говорили о его постоянных физических нагрузках. Вероятно, он был спортсменом. Тёмные, немного вьющиеся волосы, правильные черты лица, выше среднего роста он был по-своему красив, но что-то жёсткое промелькивало в его карих глазах. Похоже, этот человек шутил редко. Одет, как и первый в шорты, но серьгой в левой мочке. Он вызвал немало любопытных взглядов Катерины.
Валентин, с неприязнью окинув взглядом мужчин, отвернулся. Возможно, в душе он теперь поддерживал предложение Амона.
Второго мужчину звали Франсуа, и как перевела Катерина, он вместе с другом покинул яхту, в результате вспыхнувшего в моторном отделении пожара. Они были вынуждены спасаться в резиновой лодке, не успев послать сигнал бедствия, прихватив с собой мизерные запасы продовольствия. Как сообщил Франсуа, сутки назад у них кончилась вода, немногим раньше еда. Не имея сигнальных ракет, они положились на волю случая. В надежде, что Бог не даст им погибнуть и направит лодку к какому-нибудь проходящему в океане пассажирскому лайнеру. На последние слова Франсуа, Катерина переводя, не смогла сдержать улыбки:
— Он сказал, что сам Бог помог им, направив нашу яхту, — обращаясь к Светлане. — Очень надеюсь, что это мнение у них сохраниться до самого расставания.
Несмотря на то, что пришлось пережить, Жак и Франсуа держались молодцом. Элегантно поцеловали руки дамам, и это выглядело очень по светски. Юм, оставив показ своих возможностей на будущее, притворился обыкновенным котом, и как свойственно большинству кошачьим, проигнорировал вновь прибывших. Зато приветствие пса было сверх ожидания, и только молниеносная реакция Амона спасла французов от болезненных укусов его любимца.

— Какие у вас планы? — поинтересовался Дорн, убедившись, что его гости сыты и довольны. — Не считаете ли нужным сообщить, кому-нибудь о вашем спасении?
Франсуа, в свою очередь поинтересовался:
— Куда вы направляетесь? Признаться такой шикарной яхты, мне видеть не приходилось. И с пассажирами тут не густо, что совсем необычно для такого огромного судна. Кстати, никуда сообщать о нашем спасении не нужно.
— Да? — удивлённо поднял брови Дорн. — Впрочем, воля ваша. А направление держим в Америку, и сворачивать с пути не собираемся.
— Но мы тоже плывем в Америку! — воскликнул Жак, игнорируя предупреждающий взгляд Франсуа. — Мы поспорили, что на небольшой яхте пересечем Атлантику, но как видите, потерпели фиаско.
— Мы хорошо заплатим, если доставите нас в Америку, — на секунду замявшись, уточнил: — Нелегально. Кстати, какое имя носит этот прекрасный корабль?
— «Летучий голландец», — немедленно ответил Барон.
Удивление отразилась на лицах гостей, слава «Летучего голландца», этого легендарного корабля было известна всему миру.
Франсуа заметил:
— Несмотря на название, именно это судно спасло нас. Должно быть, врут легенды, говоря, что встреча с кораблём – призраком, несёт несчастье. Здесь как раз наоборот, оно спасло нас. Вместо скелетов, такие очаровательные люди, — при последних словах Франсуа бросил взгляд на Катерину и Светлану. — Не доставите ли вы нас на континент? Разумеется, все расходы будут оплачены.
— Зачем мелочиться! — махнул рукой Дорн. — Будьте гостями, нашему кораблю их так не хватает. Слуги укажут каюты, в этом здесь недостатка нет. Должен предупредить: Америки мы достигнем не раньше десяти дней, в своём путешествии мы не торопимся.
— Замечательно! — воскликнул Жак. Скосив глаза на Катерину, добавил: — Мы тоже не торопимся, — немного замявшись, сказал: — Мадам, приносим извинения за свой внешний вид. Но кроме того что на нас, другой одежды не имеем.
— Глупости! — звонко рассмеялась Катерина. — Мы тоже едва прикрыты. Мы же не на приёме!
— Я заметил, — согласился с Катериной, Жак, окидывая её фигуру оценивающим взглядом.
Рядом с Катериной сидела Светлана в коротких шортах и топике. Оценивавший взгляд скользнул и по ней, задерживаясь на мгновение на стилете в ножнах. Лёгкое удивление отразилось в глазах, но приняв за чудачества юности, понимающе улыбнулся. В свои двадцать пять лет ему не были чужды порывы души, ищущей что-нибудь необыкновенное, нестандартное, волнующее. Он ещё раз внимательно вгляделся в сидящих вокруг людей, путешествующих на этой огромной и шикарной яхте.
Для себя он уже решил, что Дорн малоизвестный миллионер и «Летучий голландец» принадлежат ему. Этот длинный, какой-то нескладный, с жиденькими усиками и с зеркальными очками, примерно одного возраста с Франсуа (что не скажешь о Дорне, ему явно было за сорок) по-видимому, был секретарём хозяина судна. Среднего роста, широкими плечами, атлетической фигурой и движениями хищника, рыжий, явно был телохранителем. Тем более что за поясом у него виднелся пистолет, а на ремне висели ножны с кинжалом. Похоже, он был одного возраста с секретарём. Жак бросил взгляд на светловолосую девушку, «ещё ребёнок», — отметил он про себя. Она совсем не похожа на хозяина, хотя… иной мысли, что дочь миллионера, ему не ум не приходило. Конечно, она вполне могла быть подругой. Но Жак был абсолютно уверен, что это не так. По виду ей было лет пятнадцать. А насчет Катерины и Валентина у Жака никаких сомнений не было. Явно супружеская пара, вероятно друзья Дорна, проводят свой «медовый месяц», путешествуя по океану. «Что ж», — подумал Жак, чувствуя, что эта женщина его взволновала, — «Может медовый месяц будет не только для супруга. Её сердечко с состраданием отнесётся к несчастным путешественникам. Иначе, почему её взгляд полыхнул так жарко, когда мы встретились глазами? Эта женщина знает толк в любви, и я даже хочу, чтобы путешествие затянулось по возможности на более долгий срок». Тут Жак заметил, что Дорн что-то говорит. Сосредоточившись, он дослушал до конца.
— …Сейчас отдохнёте. В каютах найдете всё, что вам необходимо. Позже мы встретимся.
На звук удара в ладоши, мгновенно появились слуги и проводили гостей по предоставленным в их распоряжении каютам. Свита Дорна не спешила покидать каюту. Юм, наконец, обрёл дар речи и теперь отыгрывался за долгое молчание. Его вежливо попросили заткнуться, и беседа, не прерываемая криками, мирно продолжилась. Разумеется, разговор шёл о новых пассажирах и о том, что с ними делать. Дорн мягко отклонил предложения Барона.
— Подождем. Посмотрим, как будут вести себя французы, — сказал Дорн, — они всё-таки гости.
Светлана, молча слушавшая диалог, заметила, что Амон жестом приказывает ей уйти. Вспомнив о своих тренировках, девочка извинившись, покинула компанию, сожалея, что когда-то дала слово и теперь ей нужно выполнять его. Тренер ждал её, и неизвестно какие ещё «сюрпризы» он припас, следуя указаниям Амона.
Пролетел день.
Наступил вечер.
Отдохнувшие французы пришли в кают-компанию, засвидетельствовать свое почтение хозяину. Там их ждал стол, накрытый не менее роскошно, чем тот, за которым они сидели в прошлый раз.
Потихоньку покинув шумную компанию, девушка прошла на нос судна, где проводила уходящее за горизонт солнце.
Сумерки окутали землю, но звёзды не спешили проявиться на небе, только самые яркие показали, что ночь уже пришла.
Было тихо и спокойно.
Внезапно почувствовав чьё-то присутствие, Светлана обернулась. Покинув каюту, к ней приближался Франсуа, следуя пожеланию хозяина, он обратился к ней на английском:
— Не помешаю?
Светлана покачала головой. Франсуа, окинув взглядом океан, проговорил:
— Потрясающее красиво. Он очаровывает своим великолепием.
Соглашаясь с ним, девушка кивнув, попросила:
— Пожалуйста, помедленнее говорите.
— Так это тебе нужна практика, — догадался Франсуа, вспомнив слова Дорна. И с иронией добавил: — Только в английском, больше ни в чём?
— То есть? — не поняла его девушка.
Франсуа махнул рукой.
— Ничего. Ты ещё ребенок. Дорн твой отец?
— Нет. Почему вы так решили? — удивилась она.
— Но кем же ещё ты ему можешь приходиться? — в свою очередь удивился француз, оценивающее бросив взгляд. — Впрочем, я наверно догадываюсь, — но прервал себя, увидев, что Светлана отрицательно качает головой.
— Вы не сможете догадаться.
— Подскажи, — предложил Франсуа, невольно любуясь её лицом, и хотя ночь надвигалась быстро, в сумерках ещё можно было хорошо разглядеть.
Девушка печально улыбнулась.
— Подобно вам я оказалась не в том месте и не в то время. И теперь я здесь, как и вы тоже, — неопределённо ответила она.
Франсуа промолчал. Несколько минут он обдумывал её слова, решив, что она чудит, переменил тему.
— Днём я заметил, а сейчас вполне оценил кухню корабля. Какие замечательные вина на его борту. Еда самая изысканная, вероятно Дорн очень богатый человек.
И опять загадочная улыбка промелькнула на лице девушки. Наступившая ночь позволила уловить только её тень.
— Он самый богатый на Земле, — серьёзно сказала она. — И всё в его власти.
Последние слова Франсуа не принял всерьёз, решив, что это ошибка в произношении. Но тут новая неожиданность привлекла его внимание. Как только непроглядный мрак окутал океан, на руке девушки что-то засветилось холодным, белым светом. Удивлённо посмотрев, Франсуа подумал, что это фосфорицирующие часы, но тут же засомневался, фосфор так ярко не светит. Да были ли они на руке? Вспомнив браслет, успокоился, наверное, какие-нибудь хитроумные часы. От миллионеров всего можно ожидать. Вот только почему они в форме черепа? Новые чудачества юности? Ещё его поразило отсутствие освещения на палубе, даже не было зелёных бортовых огней, что было вопиющим нарушением мореходства. По-видимому, хозяин судна не опасался столкновения со встречными судами. Корабль безмолвно, подобно призраку, скользил по волнам.
— Знаешь, — неожиданно даже для себя признался он. — Я даже рад, что попал на «Летучий голландец».
— А я – нет, — пробормотала девушка, подняв голову, посмотрела на звёзды.
Франсуа не обратив внимания на её слова, продолжил:
— Тут я встретился с тобой, и ты мне очень нравишься.
— О, не говорите так, — испуганно прошептала Светлана, внезапно вернувшаяся с небес на землю. — Никогда больше не говорите такое, — повторила она, словно умаляя не делать ошибок. При этом с какой-то нервозностью оглянулась назад.
— Тут твои родственники? — поинтересовался Франсуа.
— Нет.
— Тогда ты можешь покинуть яхту, — заключил он. — Я позабочусь о тебе, ты ни в чём не будешь нуждаться.
— Нет, — тихо выдохнула девушка.
— Я понимаю, тебе кажется диким, увиделись только второй раз, а я уже предлагаю идти со мной. Понимаешь, у меня такое чувство, будто я знал тебя всю жизнь.
— Нет, нет. Больше ни слова — испуганный шёпот перебил его. — Не хочу ничего слушать. И… не подходите ко мне.
Франсуа увидел, как девушка повернулась, чтобы уйти. Схватил её за руку, удерживая.
— Подожди. Не обижайся.
— Я совсем не обижаюсь, — прозвучал тихий голосок, её рука выскользнула. — Я боюсь, вы совершите ошибку, и она дорого обойдётся.
Девушка ушла.
Порядком удивлённый Франсуа остался стоять на носу судна, вспоминая недавний разговор. «Ты испугал её», — сказал он сам себе. — «Не нужно было так нажимать». Он вспоминал её испуганный голос и руку, на которой… не было часов! Он ощутил браслет, но светился не он, а нечто расположенное выше него и это была как татуировка. Но фосфорицирующих татуировок ему ещё видеть не приходилось.
Тем временем в кают-компании веселье шло полным ходом. Глазам вошедшей девушки предстала вальсирующая пара. Жак уверенно вёл Катерину по кругу, а она весело смеялась и что-то шептала, ему на ухо. Валентин напротив, угрюмо смотрел на танцующих. На кокетство улыбающейся Катерины. При этом на его грустном лице блуждала ироничная улыбка. Дорн восседал в кресле и подобно Валентину, неотрывно смотрел на вальсирующих, но в его взгляде было что-то выжидающее. В ногах Дорна лежал кот щуривший глаза от яркого света. Барон и Амон были как всегда в своем репертуаре: у стойки бара, закурив сигары, пропускали очередную рюмку коньяка.
Увидев вошедшую Светлану, Барон приглашающим жестом подозвал к бару. Подождав, когда она займёт высокий табурет, предложил ей сок.
— Или покрепче? — всё-таки не удержался он от вопроса.
— Нет, обойдусь соком.
— Воля ваша, — пожал плечами Барон и пропустил с Амоном ещё по одной рюмке.
— Хорошо вальсируют, — оценил Барон, с удовольствием поглядывая на пару. — Может и нам присоединиться, Светик, ты не против?
— А вы умеете? — с сомнением посмотрев на Барона, спросила Светлана.
— Обижаешь! — воскликнул тот, отложив сигару, в поклоне предложил Светлане руку. Невольно улыбнувшись такой церемонности, Светлана, оставив сок, последовала за ним в центр каюты. — Ну, вспомним чему нас бабушка учила, — неопределённо выразился он, положив руку на талию девочки, в вихре звуков закружил по каюте
Светлана не могла не признать, что вальсирует Барон если не божественно, то дьявольски здорово. В его руках она ощутила себя королевой бала, королевой танца. Не чувствуя пола под ногами, подчиняясь влекущей за собой жаркой ладони, лежащей на талии. А мелодия звала вдаль, и на секунду, она даже испугалась, сможет ли вырваться из смерча звуков, восхитительных, и сводящих с ума. Внезапно всё кончилось. Светлана очнулась в объятиях Изера, под звуки аплодисментов. Рукоплескали все. Катерина с Жаком прервали свой танец и взирая на них изумлённо и восторженно, особенно энергично отбивали в ладони.
— Нужно признать вы были великолепны, — сказал Дорн, когда стихли аплодисменты. Я с удовольствием смотрел на вальс в вашем исполнении.
Катерина, смеясь, подскочила к Светлане и чмокнула её в щёчку.
— Здорово, — прошептала она девушке.
Барон, все ещё не отнимая руки с талии, подвёл девушку к бару, где их ждал Амон, и недокуренная сигара. Взяв оставленный стакан, Светлана поймала одобряющий кивок Амона, оценивающего старания Барона и его партнерши.
За окном сверкнув зеленью, взметнулась ракета, за ней ещё одна, и ещё. Целый каскад разноцветных искр устремились к звёздам.
— Не беспокойтесь! — вскричал Барон. — Этот фейерверк в честь наших гостей. Пожалуйте на палубу и оцените красоту праздничного салюта!
Пассажиры, покинув кают-компанию, вышли на свежий воздух. Небо над судном полыхало огнём, подобно северному сиянию, развернувшему свое покрывало над поверхностью океана. Криками восторга, встречали пассажиры новые, следующие друг за другом выстрелы ракет.
Салют всё не прекращался. Восторженные крики стихли, и пассажиры молча любовались завораживающим зрелищем.
Рассматривая салют, Светлана почувствовала, как чья-то ладонь легла поверх её руки, прижимая к перилам. Удивлённо оглянулась.
Рядом стоял, устремив глаза к небу, Франсуа. Он перёвел глаза на девушку. Она невольно вздрогнула от его тяжёлого взгляда. Освободив руку, она тихо и незаметно для остальных ушла в свою каюту. Но на следующий день, Светлана почувствовала себя объектом преследования.
Завершив тренировки, девушка присоединилась к компании, расположившейся на носу судна. Франсуа тут же поинтересовался: где она пропадала все утро и часть дня.
— В спортзале, — коротко ответила она.
— Вот как! — воскликнул Франсуа. — Тут и спортзал есть! Какая удача! И чем если не секрет, ты там занималась?
— Да, так. Всяким премудростям, — уклонилась от ответа девушка.
— К примеру? — полюбопытствовал француз.
— Ножи кидать учусь,
— Я думал, ты кинжал для украшения носишь, — признался Франсуа. Должно быть, он как бритва. Можно посмотреть? — он потянулся к стилету.
— Нет! — отшатнулась от него Светлана.
Привлеченный диалогом, к ним подошёл Амон.
— Что случилось? — спросил Амон, бросая не суливший ничего хорошего, взгляд на Франсуа.
Тот развёл руками.
— Заинтересовался кинжалом. Хотел посмотреть, но почему-то испугал.
— Я знаю, ты знаток холодного оружия, — заметил Амон, — но ведёшь себя довольно неучтиво, — недобро усмехаясь, обратился к девочке: — Неужели ты думаешь, что знаток оружия не умеет с ним обращаться.
— Откуда ты знаешь? — удивился Франсуа. — Да, я хорошо владею холодным оружием. В этом я специалист.
Амон с иронией прищурил глаз.
— Вот как? И огнестрельным владеешь? — спросил он с иронией.
— Есть немного,
— Пойдем, покажешь, — предложил дьявол. Повернувшись к девочке, сказал: — Ты идёшь с нами. Тебе стоит посмотреть.
Покинув верхнюю палубу, они спустились вниз, и вошли в спортзал. Амон, вытащив свой кинжал из ножен, протянул его рукояткой вперед французу и с усмешкой кивнул на чучело человека стоявшего в шагах двадцати от них. Франсуа не спешил, внимательно осмотрел кинжал, покачал в руке, по-видимому, определяя баланс. Как будто пытаясь понять, как он «дышит».
Резкий взмах рукой, и сверкнув кинжал, вошел в голову чучела точно между глаз.
— Неплохо, — кивнул Амон, и уже более тёплые нотки зазвучали в его голосе. Многозначительно посмотрев на Светлану, спросил: — С пистолетом управишься?
Франсуа не спешил с ответом. Выдернув из чучела кинжал, вернул его хозяину, затем коротко уточнил:
— Каким, где?
Амон повёл его в следующую дверь, где был тир. На стенде висело множество самого разнообразного оружия.
— Ого. Я вижу, вас голыми руками не возьмёшь! Тут на целую армию! — приятно изумился Франсуа. Он прошёлся мимо стенда, окидывая оценивающим взглядом оружие.
— Это, — указал он на револьвер.
Получив разрешение Амона, снял оружие со стены, и ещё раз придирчиво осмотрел его. Но придраться было не к чему, оружие содержалось в идеальном порядке. Единственно, что очень удивило его: револьвер был заряжен и готов к применению.
Прогремело несколько выстрелов, совершенно оглушивших Светлану. Подъехавшая к стрелку мишень, показала сорок семь очков из пятидесяти возможных, Амон кивнул головой.
— Неплохо, если учесть, что оружие не твоё, и пришлось его осваивать на месте.
Франсуа выжидающе посмотрев на Амона, спросил:
— Разве ты не покажешь своё мастерство?
— Тебе так хочется увидеть? — поинтересовался хозяин оружия.
— Увидеть не помешало бы, — заметил Франсуа, и неприкрытая гордость прозвучала в его словах. Он явно гордился своим умением.
Выхватив пистолет из-за пояса, Амон не прицеливаясь, даже не глядя, расстрелял обойму по цели. Франсуа скривив губы, с иронией следил за его «лихачеством». Пока цель двигалась к ним, Амон перезарядил пистолет и снова заткнул его за пояс
Франсуа был поражён. Только одно отверстие было в мишени, с такой точностью был найден центр, что можно было сомневаться в реальности происходящего.
— Вы мастер своего дела, — сухо произнёс Франсуа, сверля тяжёлым взглядом Амона. — Мне не приходилось видеть такую стрельбу, — бросив недобрый взгляд, поклонился, процедив: — Моё почтение… — вышел из тира, покинул спортзал.
Амон повернулся к Светлане.
— Он мне понравился, — сознался он. — Ему тяжело признать, что есть кто-то, кто лучше владеет оружием. Мне будет жаль его убить.
— Зачем убивать?!
— Он копает себе могилу, навязывая тебе своё общество. Сознайся - он тебе неприятен.
— Особенной любовью я к нему не воспылала. Он слишком самоуверен, почему-то решил, что заинтересовал меня. И всё-таки это не повод убивать.
— Я сделаю, что прикажет Дорн. Вполне возможно, он их отпустит с миром.
— Такое возможно?
— Почему бы и нет? Но из Франсуа вышел бы хороший слуга, или раб, как тебе будет угодно считать. Он хорошо знает своё дело. Я тебе расскажу то, что они утаили в своем рассказе.
— Что же? — заинтересовалась девочка.
— Франсуа телохранитель Жака, этого избалованного сыночка главаря наркомафии. И спасались они не от пожара, а от разборки, которая возникла между группировками. Поэтому-то они и пытаются попасть в Америку. Нелегально. Там их ждет «папаша», а не выигравшие пари друзья. Хотя Жак настолько вбил себе это в голову, что почти уверен в правдивости придуманного рассказа.
— Ясно, — пробормотала Светлана, и уточнила: — Значит, вы не будете трогать Франсуа, пока не прикажет Дорн?
— Если он не будет зариться на мою собственность, то - нет.
Не уточняя, что Амон подразумевал под словами «собственность», Светлана повернувшись, покинула зал.
Прошло ещё несколько дней. Французы оказались очень общительными парнями. Они охотно участвовали в развлечениях, проявляя инициативу и в других мероприятиях, например, в опустошении неиссякаемого бара судна.
Но перед собой они поставили, и другие цели. Жак усиленно увивался возле Катерины (которая была совсем не против этого), вызывая ревнивые взгляды Валентина. Франсуа ловил любой момент, чтобы побыть со Светланой наедине, коснуться её руки или талии. Он уже разглядел необычную татуировку, по-видимому, этот оккультизм вызвал у него ещё больший интерес к девушке. В свою очередь Светлана не раз пожалела, что поблизости нет пса, уж он охладил бы пыл француза. Но собака согласно воле Дорна была заперта в каюте, пока гости не покинут корабль.
На девятый день путешествия над судном повисла невыносимая жара. Стоял полный штиль. Пассажиры спасались от зноя в бассейне или в помещениях с кондиционерами.
Ближе к вечеру погода стала меняться. Подул ветер, принося с собой прохладу, на горизонте проявились грозовые облака. Пассажиры наконец, вздохнувшие спокойно, когда спала жара, собрались на носу судна наслаждаясь ветром который ощутимо посвежел.
Барон, радостно потерев руки, сообщил, что до континента осталось семнадцать часов хода. Жак и Франсуа переглянулись между собой.
Тучи быстро сгущались.
Первая молния осветила горизонт.
Крепчал ветер, поднимая волну.
Яркие молнии, пронзая воздух, устремились вниз, исчезая безвозвратно в бездне вод.
Приближался шторм.
Пассажиры «Летучего голландца» ходили возбужденные, им ещё не приходилось встречать грозу в океане. Единственно, кто с иронией смотрел на буйства стихии, так это Дорн и его свита. Их спокойствие не разделяли Светлана и Катерина, они с волнением поглядывали в океан, вздрагивая от очередной вспышки молнии и грома, угрожающе звучавшего в небесах.
Франсуа и Жак храбрились, стараясь не показывать дамам своего волнения. Но, не смотря на усилия, было видно, что и им не по себе. Валентин, составивший компанию Барону и Амону, находился в лёгкой эйфории и до его затуманенного алкоголем сознания, слова «гроза» и «шторм» были лишь звуком.
Распрощавшись с Катериной, Светлана ушла в свою каюту в надежде утром увидеть чистое безоблачное небо. Но прежде чем скрыться за дверью, Светлана несколько минут провела у борта, испытывая странное наслаждение, взирая на содрогающийся от избытка энергии, окружающий судно, мир.
В полумраке каюты девушка, скинув с себя вещи и оставшись в одной длинной рубашке, нырнула под мягкую шкуру пантеры. Вспышки молнии нет-нет да заглядывали сквозь плотные портьеры, освещая на мгновение фантастическим светом каюту.
Закрыв глаза, девушка погрузилась в сновидения. Но внезапно в сон вторглось нечто, разбудив её. Кто-то, навалившись всем телом, прижал её к кровати и, усыпав поцелуями лицо, пытался залезть под шкуру.
Собрав все силы, девушка столкнула его с себя и, перекатившись на другой конец кровати, срывающимся от волнения голосом, спросила:
— Кто... Кто здесь?
Но ответа ей не потребовалось, очередная вспышка молнии осветила каюту и того, кто в ней находился.
С безумным блеском в глазах, по другую сторону кровати стоял Франсуа. В наступившей темноте, француз снова кинулся к ней. Внезапно, вспомнив что-то из тренировок, Светлана с силой кинула наглеца в угол комнаты. Загремело кресло, когда тело мужчины опустилось неподалеку от него. Белый свет снова залил комнату и вскочившего на ноги Франсуа. В это короткое мгновение девушка увидела блеснувшее лезвие зажатого в руке ножа.
— Может это, убедит быть более сговорчивой, — сказал Франсуа крадучись, приближаясь к девушке. — Иначе, — он осветившей молнией усмешке, провел ребром руки по своему горлу.
Гроза набирала силу. Молнии казалось, прошили всё небо, соединяя его с безбрежным океаном.
Девушка вскочила с кровати, озираясь по сторонам в надежде найти защиту. Вспышка молний, подобно фотографии запечатлела в каюте, тоненькую фигуру девушки и мужчины подкрадывающегося к ней с ножом в руке, и с безумием в глазах.
Девушка попыталась с ним заговорить.
— Франсуа, вы пьяны. Вы не знаете, во что ввязываетесь.
Но мужчина, молча, надвигался и нож не дрогнул в его руке. Отступая от него всё дальше и дальше, Светлана оказалась зажатой в углу. Уверенный в своей победе, француз бросился к ней. Но девушка, проскользнув под рукой и, преодолев кровать, остановилась в противоположном углу каюты. Он что-то прорычал, в ярости потрясая ножом. В мелькнувшем свете она с удивлением посмотрела на свою руку. Франсуа всё-таки успел полоснуть её оружием по предплечью, и кровь змеилась по локтю, опускаясь к кисти, окрашивая пальцы в красный цвет.
Мужчина снова метнулся к ней, на этот раз фортуна изменила, девушка поскользнувшись, рухнула на пол. Сверху не давая возможности подняться, на неё сразу навалился Франсуа. Приставив нож к горлу, усмехаясь, стал задирать рубашку, доходившую ей до бедер. Дрожь отвращения прокатилась по телу девушки, попытавшись извернуться, она почувствовала холод лезвия на горле.
— Не шевелись, — прошипел Франсуа, шаря руками по её телу.
Рубашка не хотела подниматься, придавленная тяжестью девушки. Тогда, зажав в зубах нож, мужчина попытался разорвать рубашку у горла. Послышался треск матери. Задыхаясь под тяжестью Франсуа, девушка крикнула:
— Амон! Амон ты мне нужен!
Франсуа услышав имя «Амон», жёстко улыбнулся.
— В такую грозу он тебя не услышит. Дверь на замке, — прошептал он, дрожа от вожделения, разглядывая тело в неверном свете мелькающих молний.
Буря усилилась.
Тучи стелились над водой.
Молнии одна за другой исчезали в океане. Совсем близко, как будто в судно ударила молния, послышался тысячекратно увеличенный звук рвущейся материи.
Но еще до звука, рядом прошедшая молния, даже сквозь занавешенные плотные портьеры, ослепила обитателей каюты. На мгновение Франсуа и Светлана перестали видеть.
Прозвучавший гром, заставивший задребезжать стекла, оглушил их. Обретя наконец, зрение Франсуа снова прижал нож к горлу жертвы. Другой рукой провёл по обнажённому телу девушки.
— Приятель, не кажется, что ты несколько превысил право гостя? — внезапно прозвучавший в комнате голос на французам языке, заставил Франсуа вздрогнуть от неожиданности. Он был уверен, что в каюте никого нет, а дверь заперта на замок.
«Неужели он всё время находился поблизости?» — такая мысль вихрем пронеслась в голове Франсуа. Не отнимая ножа, он повернул голову, чтобы посмотреть на неожиданного гостя и в столь неподходящий для него момент.
Далекая молния осветила рыжую голову Амона. Рука с ножом дрогнула, француз не ожидал, что появится именно тот, кого звала девушка.
Франсуа перевёл взгляд на лежащую под ним девушку. Встретился с её расширенными от ужаса глазами. Кровь показалась на лезвии приставленного к горлу. По-видимому, Светлана со страхом ждала, когда нож, подчиняясь силе, войдёт в горло. Франсуа, взяв себя в руки, немного отстранил оружие. Он совсем не хотел убивать. Но тут стоял Амон, он молча, наблюдал за французом, заставляя нервничать своей молчаливой неподвижностью. Франсуа помнил, как тот стреляет, и что оружие всегда находится при нём.
Амон пошевелился, словно услышав мысли Француза предложил:
— Она принадлежит мне. Если девочка тебе понравилась, можешь попробовать выиграть её у меня. Ты профессионал. Я тоже. Отчего же не выяснить кто из нас лучший. Выбор оружия за тобой.
Франсуа подумав немного, встал. Заткнул за пояс нож. Медленно, обдумывая сказанное, произнёс:
— Хорошо, предложение меня устраивает. Но сможешь ли ты драться на мечах? Именно их я выбираю, и есть ли они у тебя?
— Есть, — коротко ответил Амон.
Амон подошёл к лежащей на полу девушке, протянул ей руку, помогая встать.
— Когда будем драться?
— Сейчас, — Амон улыбнулся, и ласковые нотки зазвучали в его голосе. — Зачем откладывать? Этот шторм один из нас не переживёт. Сдаётся мне, им будешь ты.
— Какая самонадеянность! — фыркнул Франсуа и надменно заявил: — Я не знаю таких на Земле кто сравняется со мной во владении мечём!
— На Земле - возможно... Но тебе не повезло, я из других мест, — ответил через плечо Амон, осматривая тем временем рану на предплечье у девушки. Положил на неё руку. Лёгкое сияние, возникшее на ране, поглотила очередная вспышка молнии. Франсуа не заметил перемен на руке Светланы. Быстро проведя рукой по поцарапанному горлу, Амон моментально исцелил и его. И это действие осталось незамеченным. Засохшая кровь так и осталась на месте.
— Ну же, пойдём, — нетерпеливо сказал француз, не в силах отвести глаза от обнаженной девушки. Обращаясь к ней, добавил: — Можешь не одеваться, я скоро приду, вот только разделаюсь с твоим приятелем. Но он что-то не спешит. Может, испугался?
— Наслаждайся последними минутами жизни. Ибо от моей руки ты уйдёшь в небытие, а душу твою я оставлю себе. Ты согласился сражаться со мной, теперь так просто не отделаешься, — проворчал Амон, подводя девушку к кровати.
— Спи, — приказал он. Подчиняясь слову. Светлана тут же погрузилась в глубокий сон. Накинув на неё шкуру пантеры, Амон повернулся к Франсуа. — Пойдём.
— Слушай, приятель, как мне потом вывести её из-под гипноза? — забеспокоился француз. — Знаешь, мне нравится, когда женщина чувствует, что я делаю, а не спит при этом.
— Не беспокойся. Будить её придётся не тебе, — усмехнулся Амон и приглашающим жестом указал французу на дверь.
— Нет! Мне нужно проучить самоуверенного типа! — воскликнул Франсуа, толкая дверь.
Но она оказалась запертой.
— Ты забыл про ключ, — ласково напомнил Амон.
Сбитый с толку, Француз нащупал ключ в кармане, вставил его в замок, открыл дверь.
Мир за ней встретил шумом и ослепительным блеском.
Гроза разыгралась не на шутку.
Спустившись на нижнюю палубу, Амон и Франсуа вошли в уже знакомый спортзал. Там было достаточно места, для выяснения мастерства. Два меча висели на стене, Франсуа удивился, увидев их. В своё первое посещение зала, он их не заметил.
Амон вежливо указал на стену, оставляя за ним право выбора.
Франсуа невольно залюбовался оружием. Рукоятки сделанные из слоновой кости, с изумительной гравировкой. Клинок подобно зеркалу, отражал помещение, а лезвие настолько оточенное, что разрубало на лету волосок. Это было оружие, стоившее жизни мастеру, изготовившего его. Точнее, оружейник потратил всю свою жизнь на доведение этих мечей до совершенства.
Амон, заметив блеск восторга в глазах француза, сказал:
— Я ценю хорошее оружие, и никогда не предложу противнику пользоваться второсортным.
— Очень любезно с твоей стороны, — усмехнулся Франсуа, помахивая в воздухе мечом. — Ты будешь убит оружием, заслуживающим императора.
— Секунду, — остановил его Амон. — Небольшое условие. Ответь на пару вопросов.
— Все оттягиваешь момент и откладываешь сражение, — недовольно проворчал Франсуа. — Давай, задавай.
— Ты добровольно сражаешься со мной?
— Да! – нетерпеливо дёрнулся Франсуа.
— В случае моей победы, ты согласен принадлежать мне?
— Если тебе так нужен труп, пожалуйста, — пожал плечами француз. — Делай с ним что хочешь.
— Отвечай только «да» или «нет», — сверкнул глазами Амон.
— Да, да, чёрт тебя побери, — проворчал Франсуа. — Это всё?
— Нет. Последний вопрос: вместе телом, ты и душу свою отдаёшь мне?
— Что за ахинею ты несёшь? — подозрительно спросил Франсуа. Начавший было подозревать, уж не спятил ли со страху его противник,
— Только «да» или «нет», — прорычал Амон.
— Чёрт с тобой! Да! Бери что хочешь, только давай драться, я устал от твоей болтовни, — вскричал Франсуа, наступая на соперника.
— Это я и хотел узнать, — улыбнулся Амон и поднял меч навстречу французу. — Ты так легко даришь свою душу, неужели не веришь в дьявола?
— Опять вопросы! Защищайся! — воскликнул Франсуа, делая выпад.
Амон легко уклонился и с улыбкой попросил:
— И всё-таки ответь. Мне любопытно узнать. Поэтому я тебя, пока, не убиваю.
— Ха! Мефистофель, — делая ложный выпад, фыркнул француз. Замолчал, отражая удары, отступив в сторону, закончил свою мысль: — Это всё выдумки! Нет Мефистофеля! И убив меня, ты не получишь мою душу!
— Почему же? — поинтересовался Амон, парируя удар и шквалом своих выпадов, заставил француза попятиться.
Последний отскочив, торжествующе выкрикнул:
— Потому что её нет! — и снова ринулся в атаку.
— Вот как? Сейчас проверим. Как говориться: «доверяй, но проверяй», — пробормотал Амон и мелькнувший молнией меч отделил голову от туловища.
Франсуа замер, всё ещё сжимая в руке оружие.
Пальцы разжались, меч загремел по полу. Полоска, проходящая по шее, увеличилась. Показались первые струйки крови. Голова откинулась назад, открывая свободный путь крови, бьющей через порезанные артерии фонтаном вверх. Сердце ещё билось последние мгновения, выталкивая кровь к уже несуществующему мозгу. Тело рухнуло, заливая потоками крови, лежащую тут же рядом срубленную голову.
— Нет-нет, — проговорил, улыбаясь, Амон, — Так легко от меня не отделаешься. Твоя энергия теперь принадлежит мне!
Он присел возле трупа, наложил руку на солнечное сплетение. Голубой свет волнами поднялся из тела, всасываемый в ладонь дьявола. Словно притягиваемый магнитом, лёгкий свет отделившись от головы, исчез в руке Амона.
Оставив мумию в луже крови. Амон поднялся на ноги, повесил оба меча на стену, и не оглядываясь, покинул спортзал ставший моргом.
Наступившее утро найдёт зал в полном порядке. Подчинённые Амона уберут место сражения не оставив и следа, который напомнил бы о случившемся.
— Девочка вставай, пора.
Голос Амона вызволил Светлану из сна. Она пошевелилась. Не открывая глаз, потянулась, изогнувшись дугой. Резко выдохнув воздух, открыла глаза. Бросила взгляд в окно. Там по-прежнему было сумрачно.
— Гроза ещё не кончилась? — спросила она у Амона
— Мы в центре урагана. Он уже захватил часть Американской суши. Мы, сходим на берег через несколько минут. У тебя есть время одеться.
Девочка приблизила руку со следами крови к лицу. Подняла глаза на Амона.
— Я думала, мне это приснилось, — призналась она, на секунду замявшись, всё-таки спросила: — Что с Франсуа?
— Он больше не будет докучать.
Что-то огромное, чёрное подскочило к девочке, сверкая алыми глазами, потянулось к лицу.
— Вот и Пёс, как же без него? — усмехнулся Амон.
Светлана попыталось что-то сказать, но замерла, ощутив дрожь, пробежавшую по судну. Секундная передышка и снова вибрация пронеслась от бака до юта, сотрясая корабль.
— Что это? — испугалась Светлана, неосознанно вцепившись в кровать. — Мы тонем?
— Разумеется - нет. Усилился ветер. Сейчас, его скорость достигла километров сто восемьдесят в час, и всё время увеличивается. Не бойся, нашему судну опасности никакой нет. Вокруг, сейчас образовывается смерч и когда корабль подойдёт к берегу, смерч полностью сформируется.
Амон оказался прав. Выйдя на палубу, девочка увидела странную картину. Судно плыло по тихой воде, но в нескольких метрах от него царил истинный ад. Поднятая ветром вода, тянулась вверх, образуя кольцо вокруг корабля. Но над головой голубело чистое пятнышко неба.
— Око торнадо, — с каким-то удовольствием пояснил оказавшийся поблизости Барон. — Мы в самом его сердце. Там, — он указал на стену смерча, — хаос, в полном смысле слова. Скорость ветра убийственна.
Светлана оглянулась. На палубу вышли все пассажиры «Летучего голландца». Катерина и Валентин с восхищением взирали на буйную стихию. В глазах Жака застыл страх, он то и дело оглядывался вокруг, вероятно в надежде увидеть Франсуа. Амон удерживал за ошейник пса тянущегося зубами к Жаку. Барон и Дорн были совершенно спокойны и равнодушно взирали на царящий вокруг хаос.
Вместе с оком торнадо, яхта приблизилась к берегу. Подошла к пристани, точнее к тому, что раньше ею являлось.
Светлана с ужасом взирала на остатки цивилизации, только сейчас она поняла какой огромный, разрушающей силы потенциал, скрыт в смерче.
Стальные перила были скручены в невероятный узел. Казалось, великан прошел по земле, круша, ломая и разбивая всё на своём пути. Исковерканные катера подобно выброшенным на берег рыбам, лежали на бетоне. Тут же, рядом, автомобиль завалился боком к стене дома. Без стёкол и с лопнувшими шинами. Во многих домах отсутствовали не только стекла, но рамы, двери, крыша. Металлический лом завалил улицы, сплетаясь с вывороченными с корнем деревьями.
Пассажиры покинули судно и ступили на берег. Дорн шагал впереди, направляя смерч.
— Вот мы и прибыли, — сообщил он и взмахом руки, обрубил хобот, протянувшийся с небес на землю.
Не прекращаясь, гроза уходила прочь, вглубь континента. Завершив разрушения, торнадо покинул землю. Втянулся в тучи.
— Здорово же нам повезло! — восхищённо проговорил Жак. — Надо же было попасть в самое сердце торнадо! Рассказать кому - не поверят! И куда запропастился Франсуа?
— А он упал за борт, — подскочил к нему Барон.
— Как за борт? — захлопал изумлённо глазами Жак.
— Натурально, вниз головой, — усмехнулся Амон.
— Вероятно, ветром сдуло, — посочувствовал Барон.
Жак замолчал, обдумывая полученную информацию, наконец, ярость исказила его лицо.
— Вы из меня дурака не делайте! — вскричал он. — Франсуа не тот человек, чтобы его «сдувало ветром». Я сейчас в полицию обращусь. Там вас призовут к порядку. — Жак замолчал, и тут новая идея исказила злобным ликованием его лицо. — Нет, — прошептал он, торжествуя, — не в полицию, а иным властям, они действуют быстро и не оставляют улик.
— Пожалуйста, пожалуйста, — засуетился Барон. — Если конечно вы сможете убедить полицию, что пропавший Франсуа важнее последствий смерча. Вам же ещё нужно время, чтобы разыскать своих людей, — Барон усмехнулся. — Но договор свой мы выполнили, и в Америку доставили. Жму вашу руку, — с этими словами, он крепко стиснул правую руку Жака, легонько подтолкнув в спину, пожелал удачи.
Свита Дорна двинулась дальше по дороге, с интересом разглядывая открывающиеся взгляду все новые и новые разрушения, груды сваленных в кучу машин. На пути стали попадаться люди, покинувшие свои убежища, и теперь с растерянным и озабоченным видом они пытались разобраться, где в единой свалке вещи, принадлежащие им, а где соседу.
Светлана тихо сказала идущему рядом Амону:
— Значит, Жака все-таки отпустили, хотя он ясно дал понять, что отомстит. Признаться, я не верила, что он уйдёт от вас целым и невредимым.
Амон улыбнулся:
— Что целым - точно. Но насчет невредимости я сомневаюсь и даже очень.
— Но, я сама видела, что он выглядел нормально, когда уходил.
— А это проявляется не сразу. Теперь ему нужно идти не к своим друзьям, а в лепрозорий. Уж там он будет желанным гостем.
— Лепро… Что? — не поняла девочка.
— Лепрозорий, где изолируются больные лепрой, — пояснил идущий тут же, рядом Барон.
— Разве это опасно? Что это «лепра»?
— Понятие проказа - тебе более доступно? — Барон выжидающе посмотрел на девочку.
— Да, — прошептала Светлана.
— Теперь он будет гнить заживо, — смакуя, пропел Барон. — Впрочем, он уже давно гнил душой. Так что, телесное разложение Жаку будет в самый раз. Мы помогли сложить душу и тело в единое целое.
— Что бы вы ни говорили, это ужасно, — пробормотала, отворачиваясь девочка.
На улицах появились машины и толпы людей, разбирающих завалы, и баррикады сооружены ветром.
— Нам нужна машина, чтобы покинуть город, — заметил Барон.
В ответ на его слова из-за поворота вынырнул чёрный лимузин, невольно привлекающий к себе внимание своей нетронутой полировкой. Подъехав к Дорну, остановился. Ещё одна машина появилась оттуда же и, взвизгнув покрышками, остановилась возле лимузина. Выскочившие шофёры, услужливо распахнув дверцы, замерли в ожидании. Светлана потянулась к Катерине и Амон, не возражая, исчез в первой машине вместе с Дорном и Бароном. Пёс последовал за ним. Валентин сел возле водителя второй машины, а Катерина и Светлана устроились на заднем сидении. Юм, не слушая возмущённых возгласов, полез через женские коленки и устроился между Катериной и Светланой.
Синхронно захлопнулись двери и автомашины направились к выезду из города.
Машины мчались по дороге, догоняя время, оставляя за собой километры. Остановившись в Джексонвилле, путешественники посетили один из лучших ресторанов, наведя лёгкую панику, среди обслуживающего персонала, своим дорожным видом.


— Чёрт побери! — рявкнул мужчина, с силой опуская стакан на стол.
Он был лет сорока, с довольно засаленным видом. Шляпа с широкими загнутыми полями, была надвинута на лоб, из-под неё зорко смотрели, жёлтые колючие глаза. Он был плохо выбрит, а его одежда явно нуждалась в чистке.
Стук стакана заставил поднять голову сидевшего рядом человека в такой же ковбойской шляпе, поля которой скрывали под собой ещё и глаза. Казалось, второй дремал, укрывшись шляпой от посторонних.
— В чём дело Грег? — спросил он первого, бросив на него взгляд из-под полей шляпы. Его глаза оказались светло-серого цвета, про такие обычно говорят, что они стальные, тем более смотрели они холодно, без живого тепла.
Налив себе в стакан из стоявшей рядом бутылки, он выжидающе посмотрел на его нервного соседа.
— Черт побери! — повторил Грег. — Ты ещё спрашиваешь, в чём дело! Третий месяц гниём в этой дыре, а всё из-за того, что кому-то, что-то почудилось на Островах Зеленого Мыса! Меня воротит от этого места!
— Спокойнее, приятель, — ровным голосом сказал второй.
Он приподнялся на стуле, пригладил руками помятую рубашку. Выглядел он гораздо опрятнее Грега, и был моложе лет на пять. В его движениях сквозили манеры начальника. Грег, похоже, побаивался своего дружка. Глотнув из стакана, он закончил свою речь:
— Тебе оказали честь, доверив дело. Терпение. И потом, разве это «дыра»? Вполне приличный город и туристы жалуют его своим вниманием.
— «Город», — фыркнул Грег, — город для того, кто из ранчо, где самое большое поселение из двадцати домов. А мне жителю Нью-Йорка, этот «город» видится просто дырой.
— Но что хорошего в Чикаго, или скажем в Нью-Йорке? Шумные загазованные улицы, толпы людей. Здесь гораздо приятнее, — с ледяным спокойствием возразил второй. Бросив взгляд за окно, на противоположный дом, он продолжил: — Наша секта спросила оракула о местах, где большая вероятность Его появления, десятки городов сейчас под наблюдением. Нам жребий указал на этот город. Так, что не нервничай, а выполняй миссию, возложенную на нас братьями.
— Поскорей бы уж сигнал пришел, что Его заметили, — снова заворчал Грег. — Тогда бы мы снялись, с этого чёртова места. О Нью-Йорк! Я хочу снова пройтись по его улицам!
— Мне и тут не плохо, — заметил второй мужчина, — Вот только таращится на стены гостиницы, что не говори, осточертело! Но если Он и прибудет сюда, то точно в эту гостиницу, она самая лучшая, — обернувшись, крикнул бармену, суетящемуся за стойкой: — Тайлер, будь любезен, включи свой ящик! Посмотрим, что нового в мире!
По обращению было понятно, что сидевшие за столом, постоянные посетители этого заведения и довольно хорошо знакомы с его хозяином. Последний дружелюбно махнув рукой, откликнулся, попутно отдав распоряжения своему помощнику:
— Сию минуту, Билл! Мне самому интересно послушать.
Билл с признательностью качнул головой, но его глаза по-прежнему оставались холодными. Плеснув виски в стакан, он продолжил разговор:
— Грег, и не высматривай парня, судя по описаниям очевидца это не - Он, а Она со спутниками, их тоже легко узнать.
— Да почудилось нашему Стиву, он всё время бабами бредит, — весело рассмеялся Грег и снова взглянул на гостиницу.
Билл покачал головой:
— Нет. Он достаточно точно описал её.
— Тогда зачем мы здесь торчим? — возмутился Грег. — Посыльные всех гостиниц оповещены и подкуплены. Они сообщат нам о его приезде, если увидят нечто совпадающее по описанию. Признаться, я сомневаюсь в успехе. Город как вокзал, в нем непрерывный поток людей, самых разнообразных, нет смысла искать в таком бурлящем городе. И потом, нам всё равно сообщат. Нет смысла и необходимости таращиться на это здание.
— Сообщат, — согласился Билл. Но тут же сверкнув глазами, отчеканил: — ЭТО НАШЕ ДЕЛО. И мы должны встретить его посланца, какого бы пола он не был. Эй! Тайлер, что ты к ящику приклеился. Что там показывают?
С трудом оторвав глаза от экрана телевизора, с потрясённым видом, Тайлер повернулся к столику у окна.
— Бог мой! Что творится! Билл ты только посмотри!
Что-то буркнув себе под нос, Билл поднявшись из-за стола и оставив Грега с бутылкой, вразвалочку не спеша, подошел к стойке бара. Кинул несколько монет на прилавок. Тайлер мгновенно отреагировав: смёл деньги со стойки и на их место положил пачку сигарет. Похоже, он был знаком со всеми привычками своих клиентов, так как даже не спросил какую им марку.
Небрежно вскрыв сигареты. Билл взял в зубы одну, устремил немигающий взгляд в телевизор.
— Билл что там? — поинтересовался Грег, не утруждая себя перемещением по бару.
Но ему пришлось запастись терпением на несколько минут, прежде чем Билл удостоил его ответом:
— В Майами несколько часов назад прошёл торнадо. Большие разрушения, есть жертвы. Сообщают, что появился неожиданно, но власти успели предупредить население. Говорят, таких разрушений торнадо не приносил уже много лет.
Отвернувшись от телевизора, Билл вернулся к своему стулу. Опустившись, посмотрел на гостиницу и тихо заметил:
— Похоже, он даёт о себе знать. Теперь нужно держать ухо востро, это не так уж и далеко от нас.
— Билл, — махнул рукой Грег, — Не списывай стихию на Его проделки, ты ошибаешься.
— Чутьё меня редко подводит, — ледяным тоном заметил Билл, и, надвинув шляпу по самые глаза, казалось снова уснул. Лишь струйка сигаретного дыма, струящаяся над головой, говорила, что это не так.
Тайлер за стойкой бара не проявил никаких эмоций. Вероятно, эти двое уже давно служат ненавязчивым дополнением его заведения, а так как они исправно оплачивают свои счета, то у него не было никаких претензий ни к Биллу, ни к Грегу. Они появились в баре месяца два назад, и не смотря на свой задиристый вид, вели себя вполне приемлемо. Похоже, они не хотели привлекать к себе особое внимание, и день за днём терпеливо выжидали кого-то, заняв столик у окна, выходившего на самую шикарную гостиницу города. Но не только это объединяло Грега и Билла, они оба имели одинаковые татуировки в виде трех шестёрок соединяющихся хвостиками. У Билла, Тайлер разглядел татуировку на предплечье, у Грега на запястье. Вероятно, они принадлежали к одной секте, но к какой Тайлер не догадывался, а спрашивать их не хотел.
Сумерки опустились на город.
Зажглись витрины и фонари улиц.
Гостиница буквально, залила огнями главный вход. Её красочный фасад зазывал к себе гостей.
Тайлер с удивлением посмотрел на свой «декор», сегодня эти двое что-то особенно настойчиво разглядывают подъезжающих к гостинице людей.
Вдруг Грег громко свистнул, выражая свой восторг. Подпихнув Билла, с жаром проговорил:
— Вот красотка! Женщина в кайф! Поиметь бы такую.
Билл, лениво бросая взгляд на выходившую из чёрной машины женщину, в розовом платье. Следом за ней из салона машины на асфальт, спрыгнул огромный чёрный кот, рядом уже крутился величиной с телёнка такой же чёрный пес с узкой мордой, его алые глаза жутко отразили свет неоновых вывесок.
— Зоопарк, — пренебрежительно фыркнул Билл, собираясь повернуться к бармену, но вдруг, он снова стрельнул глазами на чёрные машины. Вскочил со стула: — Грег, идиот! Не на ту пялишься! Вот та, которую мы ждали! — указывая пальцем на выходящую из машины, следом за женщиной, девушку со светлыми волосами, одетую во все чёрное с кинжалом да поясе. Теряя голос, восторженно просипел Билл.
— Да, ну… не может быть, — засомневался Грег, не всё же пристально вглядываясь в фигуру девочки. — Красива, нечего оказать. Похожа на ту, что нам описывал Стив.
— Вот и её спутники, — громким, возбуждённым шёпотом прокомментировал Билл, следя за мужчинами покидающими лимузин, и вздрогнул, узнавая: — Смотри! Вот тот рыжий, его невозможно спутать ни с кем другим! А эти клыки делает его похожим на дьявола. Как Стив и говорил. Одет во все чёрное и кинжал на поясе. Где же второй?
— Этот? — указывая на длинного парня с зеркальными очками, предположил Грег.
— Нет, конечно, второму должно быть за сорок. А этому дай Бог, чтобы стукнуло тридцать. Похоже… третий покинувший лимузин и есть один из её спутников… — вглядываясь в прибывших, предположил Билл. Радостно повернувшись к Грегу, заключил: — Грег, дружище, мы выполнили свою миссию, мы и никто другой нашли посланца.
— Нужно убедиться, есть ли у неё знак, — с сомнением пробормотал Грег.
Билл повернувшись, просверлил его холодным взглядом:
— Всё настолько сходится. Я уверен, что знак у неё есть. Чёрт побери! Это нужно отметить! Тайлер! — заревел Билл, привлекая внимание бармена. — Тайлер, всё лучшее, что может предложить твой бар, неси на наш стол!
Тайлер собственноручно принес поднос и вежливо поинтересовался:
— Какое-нибудь торжество, Билл?
— Да, — сверкнул сталью глаз Билл. — Сегодня мир заново рождается.
— Здорово, — пробормотал Тайлер и не совсем уверенно согласился: — Да, за это нужно выпить.
— Присоединяйся к нам, — великодушно предложил Билл. — Клянусь дьяволом, сегодня великий день!
Фанатичный блеск, на мгновение осветил его стальные глаза.
Бармен вздрогнул, ощутив холод повеявший от этих слов.
Прошел час, казалось гостиница замерла, уснула.
— Грег, — тоном, не терпящим прекословия, приказал Билл, — Сходи в гостиницу, найди посыльного. Узнай откуда они, куда направляются, самое главное, как долго они пробудут в городе. В общем, выкачай из него всю информацию, какую он сможет дать.
С грустью посмотрев на почти полную бутылку, Грег глубоко вздохнув, направился к выходу. Билл взглядом проводил его до дверей отеля, пока он не скрылся за ними. Вытащил телефон из кармана и чертыхнулся увидев, что тот разряжен. Обернулся к стоящему у стойки бармену:
— Тайлер, у тебя телефон имеется? — не желая терять времени, спросил Билл.
С обидой Тайлер вскинул голову и с возмущением заявил:
— Конечно есть! — поинтересовался: — Куда-то позвонить хочешь?
— В Нью-Йорк звякнуть надо. Одолжи на время свой аппарат.
— Ого, куда занесло. Должно быть, крутые ребята у вас там?
— Не хуже ФБР, — усмехнулся с гордостью Билл. — А чем-то даже и лучше.
— Что ж они вас лучшей одеждой не снабдили? — съехидничал Тайлер, натирая салфеткой фужеры и развешивая их у себя над головой.
— Зато денег предостаточно, — отрезал Билл. — Похоже, они пришлись тебе по вкусу. А одежда меня вполне устраивает.
— Билл, позволь дать совет, — попросил Тайлер внимательно разглядывая грани фужера на свету.
— Попробуй, — жёстко усмехнулся Билл, сверкнул глазами.
— Если у тебя встреча с кем-то, то лучше приведите себя в порядок, иначе вы напугаете своего друга.
Билл сжал губы в тонкую нить, рука непроизвольно сдавила стакан, словно собираясь запустить его в бармена. Но спустя несколько секунд, взяв себя в руки задумываясь, кивнул соглашаясь. Разжал руку, освобождая посуду.
— Может ты и прав, — пробормотал Билл, отворачиваясь к окну в надежде увидеть идущего к бару Грега. Он не заметил, как Тайлер облегчённо перевёл дух и расслабился. Он ожидал от Билла меньшей сдержанности. Бармен признал, что Билл сильный человек, раз внял совету наперекор своим принципам и интересам, значит, он и опаснее чем могло показаться на первый взгляд. Похоже, он не забывает оскорблений, но их выяснение Билл оставляет на более поздний срок. Заволновавшись, Тайлер решил умаслить Билла.
— Билл, — окликнул он его, дождавшись, когда тот удостоит его взглядом, миролюбиво предложил: — Можешь позвонить в Нью-Йорк за счёт заведения.
— Я воспользуюсь твоим телефоном, но оплачу. Не люблю ходить в должниках, — проворчал Билл и многозначительно посмотрел на побледневшего Тайлера.
Тот, вполне поняв его намек, и тихонько вздохнул, кляня себя за свой болтливый язык.
Торжествующей Грег ввалился в бар. Подошёл к столику. Билл выжидающе посмотрел на него.
— Они из Майями, — весело сообщил Грег.
Билл поднял бровь:
— Откуда посыльный это узнал?
— Та, шикарная дамочка проговорилась. Но это ещё не всё. Они совсем без багажа. Никакой сумочки, даже у женщин. Заплачено сразу наличными. Номера «люкс». Сняли сразу несколько комнат. Щедрые чаевые. А теперь главное. — Грег замолчал, подчеркивая торжественность минуты. Билл выжидающе молчал. — Посыльный уверен, что это та девушка. Он ясно разглядел знак на руке. Она даже не скрывает его.
Билл с восхищением выдохнул воздух, фанатичный блеск снова осветил его лицо. Но Грег продолжал дальше:
— А теперь неприятное.
— Что? — нетерпеливо поторопил Билл.
— Они здесь только на ночь.
— Плохо, — буркнул Билл. — Нужно сообщить Уолтону в Нью-Йорк. Он скажет, что делать. Я предвижу, что нам придётся стать хвостом компании. Не можем же мы, так просто выпустить их из города. Ладно… пойду, звякну. Пусть снимает наблюдателей, теперь это наше дело.
Спустя десять минут, Билл мрачнее тучи отошёл от телефона, приблизившись к столу, тяжело опустился на стул. Подскочив от нетерпения, Грег волнуясь, спросил:
— Что сказал Уолтон?
Билл озадаченно потёр лоб, словно стирая выступивший пот.
— Хочет, чтобы мы этой ночью доставили в Нью-Йорк. Высылает личный самолет.
— В чём проблема? — удивился Грег.
— А ты не понимаешь! — осклабился Билл, — Мало того, что нужно убедить, что мы не желаем ей зла. Уолтон хочет, чтобы она была без сопровождающих, дескать, теперь наша секта позаботится о ней. И всё нужно сделать в течение суток.
Билл замолчал, погрузившись в размышления. Грег тоже задумался.
— Самолет будет? — подняв голову, уточнил Грег.
— Будет.
— Давай просто стащим. Потом объясним, что мы хорошие парни, или, под снотворным до города, а там пусть Уолтон сам выкручивается и объясняет.
— Идея неплохая, — протянул Билл, обдумывая. — Но как выманить? Да ещё одну?
— Ей сняли отдельный номер, — сообщил Грег.
— Уже лучше, — согласился Билл. — Подождём немного для верности, пусть они разойдутся по своим номерам.

Ощущая тепло, исходящее от пятидесятидолларовой купюры, лежащей в кармане, посыльный уверенно постучался в номер, на котором висела цифра «33». Несколько томительных секунд, за которые посыльный успел переступить с ноги на ногу, и дверь открылась. Миловидное лицо, с неприкрытым удивлением, уставилось на него. Посыльный замялся, под пристальным взглядом девушки излучавшем любопытство и внимание. Видя замешательство посыльного, девушка ободряюще улыбнулась, в её глазах заплясали искорки дружелюбия и тепла. Посыльный почувствовал, что прямо-таки тает под этим взглядом. Теперь пятьдесят долларов не грели его, а жгли каленым железом. Откашлявшись, он открыл было, рот, но его грубо оборвали. Огромный пёс, вынырнувший из-за её чёрного и длинного (до пола) халата, кинулся с явным намерением вцепиться в глотку. Посыльный отшатнулся, но девушка крепко ухватила пса за ошейник, оттащив его назад в комнату, вышла в коридор, затворив за собой дверь. Из номера послышалось поскуливание и царапанье в дверь. Закинув рассыпавшиеся волосы за спину, девушка, улыбнувшись, с акцентом произнесла:
— Прошу прощения, — она замолчала, вчитываясь в имя написанное на бейджике посыльного. Подняла глаза, лучезарно улыбнувшись, продолжила: — Майкл. Пес обычно смирный, не знаю, что на него нашло. Надеюсь, вас не напугал?
— Нет мэм, — уводя глаза в сторону, ответил Майкл.
— Вам что-нибудь нужно? — полюбопытствовала девушка.
Чувствуя, что лицо заливается краской, посыльный потупив глаза, указал рукой куда-то вниз.
— Один джентльмен хочет поговорить с Вами.
— Но я не знаю никого в этом городе, — удивилась она, но снова улыбнувшись, добавила: — Впрочем, пусть приходит.
— Он ждёт вас в холле, — пробормотал посыльный, ругая себя за роль, которую взял на себя.
С опаской бросив взгляд на соседний номер, девушка спросила:
— Вы уверены, что желают видеть именно меня?
— Да, да, — закивал головой Майкл (уж в этом-то он был уверен).
Ещё один взгляд, брошенный на соседнюю дверь, запахнув полы халата, девушка соглашаясь, кивнула головой.
— Пойдёмте, — и тихо заскользила по покрывающему пол ковру.
Увидев мелькнувшую из-под халата ногу, посыльный с удивлением констатировал, что девушка из номера «люкс» идёт босиком.
Спустившись на первый этаж, посыльный подвёл к стоявшему неподалеку от входных дверей мужчине в ковбойской шляпе. Девушка с интересом отметила, что он явно волнуется. Увидев её, мужчина вздрогнул, окинул внимательным взглядом. Майкл, заметивший в этом взгляде нечто большее, указал глазами на левую руку девушки, где ему довелось увидеть татуировку, теперь скрытую длинными и широкими рукавами халата, из-под которого, нет-нет, да мелькнёт, сверкая рубиновыми глазами череп на золотом браслете. Отвесив обоим лёгкий поклон, посыльный поспешил удалиться. Сделав ещё одну безуспешную попытку разглядеть под материей знак, мужчина приглашающим жестом указал девушке на один из диванов, стоявших в холле. Она не заметила, что этот диван укрыт от глаз управляющего, колонной. Он не мог их увидеть, не покинув свою стойку и оставив без присмотра регистрационную книгу и висевшие тут же ключи от всех номеров отеля. Девушка села на предложенный диван, закинула ногу на ногу, длинный халат прикрыл босые ступни. Она выжидающе посмотрела ему в глаза и оба испытали лёгкий шок, встретившись взглядами. Мужчина был поражён её глазами, полными доверия и дружелюбия, невольно он засомневался тот ли это человек, за которым они охотились. Девушка вздрогнула, увидев в стальных глазах незнакомца что-то знакомое, такой ледяной и беспощадный взгляд ей часто приходилось встречать в глазах Амона. Но в отличие от чёрных, мёртвых глаз дьявола, у мужчины они были живыми, но от них веяло могильным холодом.
Немного нервничая, девушка поинтересовалась:
— Вы хотели меня видеть?
Опустив её вопрос, мужчина в свою очередь опросил:
— У тебя есть знак?
— Знак? — озадаченно переспросила она, забеспокоившись, правильно ли она поняла заданный вопрос, уточнила: — Какой знак?
— Знак антихриста, знак дьявола, — священный экстаз осветил лицо мужчины. Он пальцами изобразил оккультный знак.
Девушка решительно встала с дивана. Мужчина вскочил с него тоже.
— Я не понимаю вас, — отводя глаза в сторону, сказала девушка, собираясь уходить, добавила: — Вы ошиблись, вам нужна не я.
Немного растерявшись, мужчина тут же взял себя в руки, быстрым движением задрал рукав халата, обнажая её левую руку до локтя. Татуировка чёрного черепа пронзенного кинжалом на фоне перевернутой пятиконечной звезды, сразу бросились ему в глаза. Она ему ничего не говорила, алые руны, окружавшие череп заставили его заволноваться.
Девушка рывком освободила рукав, со страхом посмотрела на странного посетителя. «Может еще один священник?» — с испугом подумала она. Но мужчина, уловив смятение и испуг, поспешил успокоить:
— Я твой друг, — прошептал он с фанатичным блеском в глазах. — Не бойся, я тебе не причиню вреда, — пока он говорил, перед его глазами стояли руны, казалось, начертанные самим Люцифером. Теперь перед ним стала проблема, как уговорить девушку пойти с ним и вообще убедить, что он не враг ей. Несмотря на его заверения, она была напугана и хотела покинуть холл и уйти в свой номер. Этого он никак не мог допустить. Ни секунды не колеблясь, мужчина одной рукой обхватив её за плечи, притянул к себе, а другой ткнул маленьким пистолетом в бок. С расширенными глазами девушка замерла. Прижав так, чтобы управляющий не заметил оружия, мужчина легонько подталкивая девушку к дверям, потянул на выход.
— Ни звука, — на всякий случай прошептал он ей на ухо.
Управляющий удивлённо проводил взглядом удаляющуюся парочку. Дверь закрылась, и он вернулся к своим счетам.
Выйдя на улицу, мужчина направился к стоявшей в нескольких метрах от входа машине. При их приближении, дверь салона приглашающее открылась. Посадив сначала в салон девочку, мужчина сел следом, захлопнул дверь.
— Трогай, Грег, — скомандовал он шофёру, попутно пряча пистолет в висевшую где-то сбоку, под рубашкой кобуру.
Девушка дрожащим голосом, несколько неуверенно, заметила:
— Кажется в Америке, закон очень суров к похитителям.
— Мы тебя не похищаем, — ответил мужчина сидевший рядом. — Ты просто меняешь место жительства.
Вздохнув, девушка сказала фразу на незнакомом им языке. Грег ведя машину, с любопытством оглянулся.
— Что она сказала?
— Я сказала, что три месяца назад я жила совсем в другом мире, и, он мне нравился больше чем этот. Там я себя чувствовала увереннее и безопаснее.
— Этот мир нам тоже не по душе. Теперь всё изменится, — сказал Грег.
— Куда вы меня везете? — поинтересовалась она.
— За город, — коротко ответил сидящий рядом мужчина.
Испуг снова затрепетал в её глазах, она тихо спросила:
— Вы хотите меня убить?
— Нет, — отрезал мужчина. — Я же сказал, мы твои друзья. Мы не сделаем ничего, что может повредить тебе.
— Тогда зачем похищать? — пожала плечами девушка, и, посмотрев в окно, проводила взглядом последний дом. Теперь дорога была пустынна и вела в горы.
— Так надо. Надеюсь, при встрече с полицией, не будешь создавать нам проблем? — обернувшись к сидевшим в салоне, спросил Грег, и тут же отвёл взгляд, внимательно наблюдая за дорогой освещённой светом фар. — Чёрт возьми, — проворчал он, когда машину основательно тряхнуло. — Деньги платишь как образцовый налогоплательщик, а власти дорогу починить не в состоянии. Куда скажи, уходят наши деньги, Билл, ты не в курсе?
— На повышение зарплаты бюджетникам, — буркнул Билл и предостерег: — Сейчас, на перекрестке будет полиция, она любит там ошиваться, сбавь скорость. Повернулся к девушке. — Будем привлекать внимание полиции?
Светлана отрицательно покачала головой.
— Мне, как и вам, не очень-то хочется встречаться с ними.
— От чего же? — заинтересовался Билл.
— В стране нелегально. Нет документов. Зачем разводить суматоху вокруг себя. Ещё посадят за бродяжничество.
Вдали замелькали, приближаясь, огни полицейского поста, но машина благополучно их миновала.
Через некоторое время, шум мотора изменился, и автомобиль свернул на дорогу круто уходящую вверх. Девушка пошевелилась.
— Чем вы вообще занимаетесь, кроме похищения людей?
— Служим своей секте, — ответил Грег, не отрывая глаз о дороги становившейся всё хуже и хуже.
— Что за секта? — заинтересовалось девушка. — Вы кому-то поклоняетесь? Надеюсь, вы не католики?
— Были, — Билл усмехнулся. — Сейчас мы поклоняемся силам тьмы. Властитель ночи - вот наш Бог! Он одаривает нас такими способностями и возможностями, на что неспособен Бог католиков. Властелин ночи должен прийти к единому царствованию над Вселенной!
— Кое-что проясняется, — по-русски проговорила девушка, снова устремляя взгляд за окно.
Приближаясь к конечному пункту, Грег заволновался:
— Билл, ты уверен, что мы не ошиблись?
Саркастически усмехнувшись, Билл вежливо взял левую руку девушки.
— Посмотри, если умеешь видеть в темноте.
Но Грегу не пришлось проверять свои способности. Едва Билл приподнял рукав, как Грег увидел сияние, исходившее от клейма. Билл ошарашено уставился на руку, больших доказательств ему не требовалось. На всякий случай, он потёр пальцем рисунок, желая убедиться, что это не светящаяся краска. Рубиновые глаза черепа злобно таращились на него с браслета, отражая невидимый источник света.
— Дьявольщина! — только и смог выговорить онемевшими губами Билл, не в силах отвести глаз от клейма.
Машина, взвизгнув покрышкам, резко остановилась. Грег перевалившись через спинку сиденья, навис над сидящими в салоне, тяжело дыша.
Первым пришел в себя Билл. Он «мягко» вернул Грега на водительское место и аккуратно опустил рукав, прикрывая рисунок.
— Езжай, — приказал он водителю и добавил, ни к кому не обращаясь: — Уолтон будет очень доволен.
Выписывающая зигзаги горная дорога привела машину на широкое поле. Один её конец терялся в бесконечности, а другой освещаемый фонарями, был совсем недалеко от выехавшей из леса машины.
Там же стоял полукруглый ангар и из-за него виднелся хвост летательного аппарата. Свет фонарей скупо освещал его серебристую поверхность, остальная часть терялась в ночи.
Автомобиль перестал нырять по ухабам, под колёсами зашумел асфальт.
Девушка с удивлением констатировала, что этот столь удаленный уголок не лишен признаков цивилизации.
Водитель повернул к самолету. По-видимому, это и был конечный пункт путешествия на колесах.
Пока Грег вёл машину к ангару, хвост самолёта дрогнул и двинулся на встречу. Всё произошло одновременно: самолёт вывели на взлетную полосу, и вплотную к нему подъехал автомобиль.
Светлана не разбиралась в самолетах, но, даже не смотря на своё дилетантство, сообразила по внешнему виду: этот самолёт покрывает большие расстояния за довольно короткое время. Неподалеку от самолёта стоял грузовик с горючим. Девушка, не знала горючее ли там, но светоотражающая надпись предупреждала очень серьезно. «No smoking!», сияло каждый раз, когда фары машины пробегали по боку грузовика.
В свете фонарей, призраками мелькали человеческие фигуры.
— Прибыли! — прокричал Билл, стараясь перекрыть шум двигателей самолёта.
Даже сквозь закрытые стёкла, стоял оглушающий грохот.
Самолёт готовился к взлёту.
Билл вышел из автомобиля, твёрдым, уверенным шагом направился к стоявшему возле трапа человеку. Последний, не обращая внимания на вопящие буквы, курил сигарету, попутно используя её кончик в качестве указки, командовал рабочими, подготавливающими самолёт к взлёту.
Начинало светать и сбросившее ночное покрывало небо, позволило лучше осмотреть аэропорт. Фонари по-прежнему излучали свет, но теперь он не был так необходим, как некоторое время назад. Взлётная полоса протянулась на несколько сотен метров, а вдоль неё, в траве, прятались сигнальные огни. Рядом возвышались горы, и густой лес наступал на очищенное от деревьев поле. В ангаре, в распахнутых дверях проступали очертания ещё одного самолета, но это был лёгкий, фанерный аэроплан, по-видимому, именно для него была построена взлётная полоса. Но не исключено, что он служил прикрытием, демонстрируя частные владения любителей воздухоплавания. Отлично проложенная трасса вполне позволяла принять и тяжёлый «Боинг», обеспечивая ему и взлетную полосу и обслуживание. Похоже, это был один из тех, редких случаев приёма гостей, и Билл оставив машину, уже подходил к трапу «Боинга».
Обменявшись условными знаками, Билл и человек распоряжавшийся загрузкой, перекинулись парой фраз.
Бросив сигарету под ноги и тщательно втерев каблуком в асфальт, человек соглашаясь, кивнул головой. Бросив ещё несколько указаний, начал подниматься по трапу в салон самолета.
Билл вернулся к автомобилю. Окинул взглядом, проявившуюся с восходом солнца панораму, распахнул дверцу машины. Нагнулся, заглядывая в салон.
— Грег, — скомандовал он, — бросай машину, нам приказано её сопровождать.
— До Нью-Йорка? — оживился Грег.
— Похоже на то, — согласился Билл, протянув руку девушке, помог ей выйти из машины.
Светлана поёжилась, ощутив холод утреннего воздуха. Здесь, в горах, было гораздо прохладнее, нежели в городе.
— В самолёте теплее, — сообщил Билл, заметив, как она зябко кутается в халатик.
Бережно взяв под руку, быстро повёл к трапу. Девушка еле успевала за ним, вздрагивая каждый раз, когда маленький камешек нет-нет, да попадёт под босые ноги. Облегчённо вздохнула, почувствовав под ногами покрытый чем-то мягким трап. Заглянув в салон, была приятно поражена ковром с густым ворсом, устилающим весь пол самолёта. Женщина с длинными, волнистыми, каштановыми волосами и приятным лицом, при появлении в люке девушки, живо вскочила с диванчика и направилась к ней. Светло-карие глаза с интересом окинули её взглядом сверху донизу, и гнев заплясал в них. Вскинув голову, женщина резко заговорила с похитителями стоящими позади девушки.
— Вы что, из ванны её выдернули? — сверля глазами, спросила она. — Хотите, чтобы она заболела? Уолтон будет недоволен.
Грег смутился под её пристальным, полным гнева взором, что-то невнятно забормотал. Билл спокойно встретил ярость, ответив на неё стальным, холодным взглядом, бесстрастно спросил:
— Что ты имеешь в виду? Ну, да, в таком виде она спустилась в холл.
— Босиком? Едва одетая? — уничтожающе сверкнула глазами женщина.
Билл опустил глаза, и только сейчас заметил, что девушка не обута.
Пожал плечами:
— Значит, так и вышла, — едва заметно усмехнулся. — У нас не было приказа раздевать.
Поджав губы, женщина закатила глаза и покачала головой:
— Невероятно, — и уже с улыбкой обратилась к замершей у люка девушке: — Заходи милая, устраивайся. Кофе? Холодный, горячий?
— Горячий, пожалуйста, — повеселела девушка, чувствуя, что кофе ей как раз и не хватало.
Исчезнув за ширмой, женщина тут же вернулась, неся на подносе кофейник с чашечками. Уютно устроившись на диванчике, обитом кожей, потягивая горячий напиток, девушка почувствовала, что согревается и оживает. Её похитители заняли места возле люка, собирались просидеть там весь полёт, откинувшись на спинки кресел с надвинутыми по самые глаза ковбойскими шляпами. Женщина снова исчезла за ширмой и появилась, держа в руках пушистый плед, она заботливо укутала им девушку, подложила под бок подушку. В самолёт поднялся ещё один мужчина, приветливо кивнув, проследовал в кабину пилотов. Через несколько секунд усилился шум моторов.
Женщина со знанием дела, закрыла люк. Ушла за ширму.
Уставшая девушка не заметила, как заснула. Где-то сквозь сон ощутила взлёт самолёта и набор высоты, затем окончательно провалилась в небытие, из которого вывела женщина, когда самолёт коснулся земли. Шасси, приняв на себя всю мощь и скорость, заскользили по взлётной полосе.
Женщина выглядела озабоченной, но последующие слова всё прояснили:
— Идёт дождь, и гораздо холоднее, чем на юге, — сообщила она Биллу. — К сожалению, тут нет ни обуви, ни одежды. Что предложишь?
Билл пожал плечами:
— Машина у самого трапа. Завернём в плед, отнесём на руках, — усмехнулся: — Вот ещё проблема!
Уловив смысл разговора, девушка ничего не сказала, когда Билл подняв её на руки, покинул самолёт, направляясь к стоявшему в метрах десяти от них, серебристому BMW. На улице было пасмурно. Дул пронизывающий ветер. Накрапывал мелкий дождь. Водитель BMW услужливо приоткрыл дверь для Билла с его ношей. Грег занял место возле водителя.
Покинув взлётную полосу, автомобиль влился в общий поток транспорта идущего по широкому тракту.
Убаюканная мягким покачиванием, девушка снова уснула и когда проснувшись, открыла глаза, то увидела панораму города раскинувшегося на огромное расстояние, которое невозможно было окинуть единым взглядом. Высокие дома образовали, как бы «костяк» города. Остров Манхэттен, состоящий из множества небоскребов, и они были так знакомы девочке. Вспомнив фильмы, которые ей довелось увидеть, она догадалась, что этот город не иначе как Нью-Йорк!
Автомобиль не стал углубляться в улицы города, он выехал на окраину, где вдоль дороги стояли шикарные особняки.
К массивному, трёхэтажному дому, привела дорога "BMW". Билл и дальше понёс девушку на руках, не давая ей ступить на влажную от дождя дорожку. Но он не роптал, похоже, считал за честь внести её в дом таким образом. Грег разделяя его чувства, шёл рядом, поглядывая на Билла с некоторой завистью.
Двери дома распахнулись, несколько человек вышли на веранду, с восторгом встречая направляющихся к ним людей. Расступившись, пропустили Билла с его ношей в дом. Последний войдя в холл, с неохотой опустил девушку на ковёр, снял плед. Запахнув халатик, она с интересом ждала, что же будет дальше, испытывая одновременно интерес и страх. Судя по организованности, такие люди шутить не любят и ещё неизвестно как они поступят, узнай, что сделана ошибка. С другой стороны, они поклоняются силам Зла, а Дорн как-то предупреждал о возможной помощи с их стороны и их защите. Так, что была вероятность более благополучного исхода в сложившейся ситуации, и они не будут впадать в крайности, обнаружив ошибку.
К ним приближался молодой человек со смуглой кожей, длинными, до плеч тёмными волосами. Аккуратная бородка подчеркивала идеальную красоту его лица, делая немного старше, чем ему было на самом деле. Выражение лица было отрешённым, задумчивым, умиротворённым. Окажись над его головой нимб, его можно было принять за святого с иконы.
Увидев его, девочка удивилась, она ожидала встретить более пожилого человека в качестве хозяина дома. Как этому юноше удавалось держать в руках такое количество преданных ему людей, управлять ими, оставалось загадкой. Должно быть, в нём были задатки гения, способного управлять массами, одним словом или одним мановением руки. Присутствующие взирали на него с преданностью и великой любовью, как на божество явившееся им.
Уловив вопрошающий взгляд хозяина, Билл, осторожно обнажил левую руку девочки, показывая знак. Взгляд хозяина прояснился, стал острее, потеплел. Присутствующие разразились восторженными криками. Хозяин приятным, бархатным голосом спросил Билла:
— Родинку видел?
Билл отрицательно покачал головой. Юноша нахмурился, но тут же лучезарно улыбнувшись, мягко взял девочку за руку и ещё раз внимательно всмотрелся в начертанные руны.
— Но это уже что-то, — заметил он и спросил: — как твоё имя дитя?
— Светлана, — ответила девочка, чувствуя себя неуютно в халате перед толпой зрителей.
— Светлана, — повторил юноша, смягчая букву «Т» в остальном же выговаривая правильно. — Русское имя, — заметил он, бросая пронзительный взгляд. — Ты русская?
Девочка молча кивнула в ответ. Хозяин улыбнувшись, предложил:
— Мы можем разговаривать на твоем родном языке. Мне не составит труда изъясняться на нём, — и уже по-русски. — Зови меня Уолтон. Мы поможем тебе в твоей миссии.
Девочка изумлённо вскинула глаза:
— У меня нет никакой миссии!
Уолтон возразил:
— Есть, ты просто, ещё не получила указаний от Него. И изображение на руке не просто так.
— Это татуировка! Её может выколоть, кто угодно, — пожала плечами девочка.
Беспокойство шевельнулось в глазах юноши. Растягивая слова медленно, словно раздумывая, произнёс:
— Действительно, может сделать каждый. Но значение рун знает далеко не всякий. Только избранный круг. Признаться меня удивило, что в рунах нет упоминания об антихристе, но там ясно сказано, что сам Хозяин Тьмы покровительствует тебе. Знак черепа с кинжалом мне не знаком. Но в древних рукописях есть упоминание о силах подчиняющихся Люциферу. Люди использовали значение этих сил, чёрными крыльями, накрывшими человека, они подобно ореолу смерти нависали над ним. Вполне возможно, что это интерпретация: крылья заменились кинжалом - несущим угрозу, человек - черепом. Перевёрнутая пятиконечная звезда - символ тёмных сил. Но, Хозяину виднее, какие символы использовать. Я разберусь со знаком, если окажется, что просто татуировка, а символы - случайность, то… — тут он замолчал и нехорошо усмехнулся, — то я тебе не завидую. Ты и так узнала лишнее. А пока, дом к твоим услугам. Отдохни. Вечером специалисты вынесут вердикт. В любом случае подтверждение «чуда» необходимо. В XXI век не убедишь людей, не имея научных выводов.
Перейдя на английский, Уолтон отдал распоряжения, и две женщины отделившись от общей массы, повели девочку в её комнату. Уолтон подозвал к себе ещё одного человека и спросил:
— Стив, ты узнал?
— Да, да, — энергично закивал Стив, — именно её я видел на островах Зеленого Мыса, когда её спутники за десять секунд сожгли монаха. Да, это она.
Билл не выдержав подозрений возникших в отношении девочки, шагнув вперед, заявил:
— Уолтон, это она. Я сам видел как светится в темноте знак, Грег тоже видел, когда мы везли к самолёту.
Стоявшие в холле люди оживлённо зашевелились, послышался шёпот.
Уолтон успокоил их одним движением руки:
— Я не сомневаюсь, — сверкнул он глазами, и тут же приглушив блеск, мягко, убеждая, добавил: — но нам нужно мнение специалистов. Необходимо их признание чуда и его мы получим сегодня вечером!
Люди встретили его слова одобрительными возгласами. Уолтон повернулся к своему подчиненному:
— Джонни, привези сюда наших друзей со всем снаряжением, — многозначительно уточнил: — Пусть соберутся в максимально короткий срок.
Повернувшись, хозяин вышел. Джонни поспешил выполнить его указания. Люди, в холле тихо переговариваясь, разошлись по дому, выполнять и дальше возложенные на них обязанности. Билла и Грега они увели с собой, предоставив в этом огромном доме комнаты для жилья.
Джонни действительно очень постарался. Через пару часов, фургон подъехал к трёхэтажному зданию, привезя аппаратуру и людей близко знакомых с этой сектой. Кое-кто из специалистов имел даже татуировки, изображающие соединенных шестерки.
Уолтон сам вышел навстречу и отвёл в восточное крыло особняка, переоборудованное специально для научных исследований. Секта не гнушалась использовать в своих целях и передовую технологию.
Потеряв ещё часа два на подключение и настраивание аппаратуры, специалисты, наконец могли приступить к своей работе.
Девочка неуверенно переступила порог комнаты, с испугом поглядывая на её инвентарь. Одета она теперь была гораздо лучше. Для девочки нашли рубашку в крупную клетку, джинсовые брюки и удобные теннисные туфли. Всё это было срочно приобретено в одном из ближайших магазинов.
Люди, находившиеся в комнате, с удивлением посмотрели на неё, в их сознании не укладывалась ангельская внешность с миссией. Девочка в свою очередь уставилась на оборудование, узнавая из всего этого, только экраны дисплеев и установку рентгена. Уолтон ободряюще улыбнувшись, сказал по-русски:
— Пусть тебя не пугает оборудование, оно для изучения, а не для пыток. Здесь только посвящённые. Никакая информация не покинет стен этого дома, пока, я не дам распоряжение. Не бойся, тебе не навредят.
После этих слов, Уолтон отдал девочку целиком в руки специалистов. И тут началось! Прощупывание, простукивание, просвечивание. Анализы крови, кожи. Рентгеновские съёмки. Составление кардиограммы, снятие излучения мозга. Всерьёз заинтересовались золотым браслетом и медальоном. Просмотрели радужные оболочки глаз и рефлексы, и ещё много такого, что для девочки осталось загадкой.
Но, чем дальше шло исследование, тем больше недоумённых взглядов она на себе ловила. Из коротких реплик, девочка уловила, что рентген ничего не показал, ничего в прямом смысле слова. Словно лучи наткнулись на непреодолимый барьер. Что-то мешало снять показания, зашкаливая приборы.
Уолтон внимательно выслушивал результаты, задавая вполне грамотные вопросы, уточняя полученные выводы, и с каждым ошеломляющим ответом лицо светлело, и фанатичный блеск не раз озарил его.
Наконец, специалисты закончили исследования и оставили девочку в покое, вернулись к своим приборам, упаковывая их для перевозки.
Уолтон вывел её в другую комнату.
— Признаться, ты меня взволновала, сказав, что это татуировка, — сказал он улыбаясь. — Ты, наверное, хотела проверить нашу бдительность, или пошутить?
— А, разве на руке не татуировка? — удивилась Светлана.
— Все ещё проверяешь, — усмехнулся Уолтон. — Нет. На руке самая настоящая родинка. Признаться, пигментация кожи чрезвычайно удивила моих людей. Чёрный, угольно–чёрный, — поправился он, — череп, и тут же рядом, алые руны, чёткость изображения. Но как бы тщательно не проверяли, ничего инородного, обнаружено не было. Это часть твоего тела, твоей кожи. Браслет тоже привёл в замешательство. Он вроде золотой, но и не золото, а если золото, то с неизвестными примесями и немного радиоактивно, но без угрозы для здоровья. Не нашли место соединения, казалось, он отлит прямо на руке, везде однородная структура. Браслет так облегает кисть, что большая загадка, как он вообще был надет. Ты с рождения носишь его?
— Нет, месяца два.
— Как же ты одела его на руку? — удивился Уолтон.
— Не знаю. Очнулась и обнаружила знак и браслет. Впрочем, руны появились от прикосновения руки Дорна. Просто проявились, но тогда они ещё светились.
— Ты видела самого Хозяина? — волнуясь, воскликнул Уолтон, с восхищением посмотрев на девочку. — Какой он? Как он выглядит?
— Высокий мужчина. На вид чуть больше сорока. Очень низкий голос, чёрные глаза, очень тёмный сам, как будто долго загорал.
— Так это был он?! — вскричал Уолтон, в волнении кружа по комнате. — Так это был он на островах Зеленого Мыса! Стив решил, что они твои спутники. Мы слышали, что там, в одной секте сам Люцифер принимал жертву, но решили, что вымысел.
Прекратив метаться, Уолтон обернулся к девушке.
— Второй спутник, рыжий, кто он?
— Правая рука Дорна. Череп с кинжалом - его знак.
Удовлетворив его любопытство, Светлана с интересом наблюдала, как Уолтон снова заметался по комнате, что-то напряжённо обдумывая. Признаваясь, он сказал:
— Я приказал привезти тебя без сопровождающих. Откуда я знал кто они! Получается, похитил тебя у своего хозяина! Какой позор!
Девушка равнодушно пожала плечами:
— Они разрешили. Иначе, они бы уже дали о себе знать. Вот только не знаю, почему.
— Я знаю! — фанатичный блеск засиял в глазах Уолтона. — Я знаю! Он доверил мне своего сына, — он запнулся, посмотрел на девочку и продолжил не поправляясь: — Он верит, что я защищу и приведу к победе его посланца! — обращаясь в пространство, заверил: — Я не подведу тебя, мой Хозяин! — и уже более трезво добавил: — Я надеюсь, ты не против принять наше гостеприимство и помощь братьев?
Грустно улыбнувшись, Светлана заметила:
— Я никуда не спешу.
— Люди, выполнявшие моё распоряжение, не напугали тебя? Возможно, поспешность действий вызвали шок?
— Внезапность испугала меня, но я бы не сказала, что была шокирована, — призналась девочка.
Уолтон с интересом взглянув, заметил:
— Отчего же так? Обычно, похищения выбивают людей из «колеи», они паникуют, теряют здравомыслие. Ты чувствовала, что за твоей спиной стоят могущественные силы, которые готовы помочь и защитить?
— Нет, не думаю, что спокойствие заключается в покровителе. Скорее, реакция смертника на изменение ситуации. Для него, что бы ни случилось - всё к лучшему. Приговор отменится или отложится на неопределенный срок.
С усталостью, посмотрев на Уолтона, девочка опустилась в кресло, и посмотрела за окно.
Наступал вечер.
Близстоящие деревья светились множеством огоньков. Тысячи миниатюрных лампочек спрятавшихся в кроне дерева, освещали каждый листочек. Не отводя глаз, девочка поинтересовалась:
— Разве такие огонёчки не на Рождество зажигают?
— Можно в любое время, лежала бы к этому душа, — весело рассмеялся Уолтон. Но тут же став серьёзным, спросил: — Что за намёк на смертника? За тобой кто-то охотится, кто-нибудь угрожает тебе? Кого ты боишься?
— Его, — коротко ответила девочка, проводя пальцем по знаку на руке. На мгновение палец задержался на черепе с кинжалом.
— Сегодня, в полночь, секта проведёт ритуал. Будут принесены жертвы. Ты будешь присутствовать? — Уолтон выжидающе посмотрел на девочку, с уставшим видом смотревшую в окно.
— Если можно, эту ночь, я бы провела в комнате, которую вы мне предоставили. Я хочу отдохнуть, — уклонилась Светлана.
— Твоё присутствие вдохновит наших братьев и сестёр. Они с нетерпением ждут твоё появление, — заметил Уолтон.
— В следующий раз, — неопределенно ответила девочка.
— Что ж, не буду задерживать, — огорчённо согласился Уолтон.
Подойдя к стене, нажал на одну из множества кнопок вмонтированных в неё. Спустя пару минут, дверь распахнулась и в комнату неслышно скользнула женщина и выжидающе посмотрела на хозяина.
— Проводите в комнату. Выполняйте все её распоряжения, — приказал он.
Женщина кивнула. Девочка поднялась с кресла и вышла следом за ней.
Ночь прошла спокойно, и никто не нарушал тишину особняка.

Проснувшись утром, Светлана удивлённо воззрилась на кресло, стоящее неподалеку от кровати. На нём аккуратно, но привлекая внимание, лежала одежда чёрного цвета. Ещё больше удивил Светлану стилет в ножнах, лежащий на сиденье. Стилет, подаренный Дорном. Теперь он находился в этой комнате, чудом преодолев расстояние в тысячу километров.
Светлана обвела глазами помещение, но никого не обнаружив, сказала:
— Амон, Вы уже в курсе?
Тишина была ей ответом, лишь одежда служила доказательством, что это так.
Светлана оделась. Вдела ножны в ремень брюк. Вынула стилет, вглядываясь в переливающееся всеми цветами лезвие. Подобно бегущим огням, по лезвию пробегали холодные искры. Взяв стилет за острый конец, коротким броском послала в дверь. Всё-таки уроки сделали своё дело, стилет затрепетал, вонзившись в дерево. Через секунду дверь тихонько приоткрылась и в комнату вошла женщина. Не поворачиваясь, она прикрыла за собой дверь и замерла, уставившись на девочку в чёрном. Несколько секунд молчания, наконец, она смогла выдавить из себя фразу:
— Звали? Мне показалось, что постучали.
— Извините, случайно, — пробормотала девочка.
Все ещё не в силах отвести глаза от внезапно преобразившейся гостьи, женщина «поедая» глазами ответила:
— Ничего. Я пойду?
Повернулась к двери и снова застыла столбом. Стилет с искрящимся клинком торчал в дереве. Перевела испуганный взгляд на Светлану, остановив его на ножнах, ойкнула и метнулась к выходу. Пожав плечами, Светлана выдернула стилет и вложила в ножны. Бросила взгляд за окно. Там по-прежнему моросил дождь.
— Вот так сюрприз! — раздался восхищённый голос со стороны дверей.
Обернувшись, Светлана обнаружила стоявшего там Уолтона. Пройдя несколько шагов по комнате, он сказал:
— Где ты достала эту одежду? Я знаю, такой в доме нет. И оружие вижу в первый раз.
— Кое-кто позаботился, чтобы я была одета подобающим образом, — вздохнула девочка.
— Новости быстро распространяются, — заметил Уолтон. Уже весь дом знает о странных превращениях. Ещё вчера была в халате, а сегодня новая одежда и изумительное оружие. Софи сказала, что оружие было воткнуто в дверь. Почему бы тебе ни повторить этот трюк?
— Я её и так испортила, — махнула рукой девочка, оглянувшись на дверь, остолбенела. Ни одной царапины не было на ней.
— Какие мелочи, — улыбнулся Уолтон, не заметив её легкого шока. — Можешь изрубить, как заблагорассудится. Итак, уважишь мою просьбу?
Девочка повторила свой бросок, Уолтон подошёл к двери, с интересом принялся разглядывать стилет. Потянулся, было к нему, но предупреждающий возглас, остановил его:
— Не прикасайтесь, это опасно!
— Что может случиться? — не сводя глаз с оружия, спросил Уолтон.
— Как-то, он испепелил человека, оставил только кости. Лучше его не трогать, — посоветовала девочка.
Уолтон метнул взгляд полный изумления на неё, а потом снова вернулся к стилету на этот раз наполненный восхищением.
— Нужно будет, собрать наших братьев и сестёр повторить этот номер. Когда, найдут подходящую жертву, ты сделаешь это. Необходимо показать всем, силу оружия ночи! А пока, тебе следует показаться членам секты, жрецам и наставникам, в чьём подчинении находятся разделенные по кварталам города группы людей. Их очень много и всех не охватить за один день. Так что, только избранные удостаиваются чести посетить наш дом. Здесь центр, и я их пастырь.
Уолтон озабоченно провёл рукой по бороде, приглашающим жестом указал на дверь:
— Прошу, стол накрыт. Потом Джонни в качестве водителя и гида покажет город, и ты увидишь людей, вставших на сторону Ночи. Если ты не против, Билл будет охранять. Он из тех людей, которым я могу доверить наше сокровище, но возможно после похищения, он стал тебе неприятен, я подыщу замену.
Следуя за Уолтоном по бесконечному коридору. Светлана возразила:
— Если Билл сам не против, то пусть будет он.
Билл не был против. Он встретил девушку у выхода с фанатичным светом на лице. Теперь в похищенной, он действительно увидел посланца Хозяина. Её внезапное преображение, послужило большим доказательством, нежели заявление ученых о неожиданных результатах их исследований.
Светлана невольно заметила, что теперь он выглядел гораздо лучшее, чем в их первую встречу. Одежда посвежела, стала чище, единственно, что объединяло Билла «вчерашнего» с Биллом «сегодняшним» – так это неизменная ковбойская шляпа с лихо закрученными по бокам полями. Белозубо улыбнувшись, он с готовностью придержал дверь машины, дожидаясь, когда девушка в неё сядет, а после сел рядом. Джонни, сидевший за рулем, весело подмигнул в зеркало Светлане, и вывел автомобиль на дорогу,
По обе стороны замелькали шикарные особняки, на которые девушка взирала с восхищением, они были разнообразны и красивы.
Вдруг, впереди показалось, важно идущее через дорогу животное. Проигнорировав мчавшийся в его сторону автомобиль, кот важно переставляя лапками, держал направление на противоположную сторону дороги.
Светлана с надеждой посмотрела на водителя, но он не собирался менять курс машины, направляя её на кота. Светлана быстро, словно мимоходом, заметила.
— В свите Хозяина есть и кот.
И полетела по инерции навстречу переднему сиденью. Джонни с каменным, непроницаемым лицом, остановил машину в нескольких метрах от вышагивающего животного. Он целеустремленно, не меняя направления, по-прежнему двигался к противоположному тротуару, даже не потрудившись прибавить скорость. Из-за ограды выскочила девочка лет шести-семи, с испугом кинув взгляд на затормозившую машину, бросилась за котом. Так и не дав ему достигнуть намеченной им цели, взяла его на руки и повернула к дому. Не выпуская недовольного кота, она быстро пересекла дорогу, прежде чем скрыться за оградой, обернулась, и широко улыбнувшись, помахала рукой.
Джонни не изменив выражения лица, послал машину дальше, в город.
Билл в свою очередь заинтересовался полученным сообщением.
— Пес тоже в свите? — спросил он девушку. — Вид у собаки был не из добродушных.
— Нет. Он не в свите. Он принадлежит одному из свиты. Он очень ласковый любвеобильный щенок. Но полученные приказы выполняет идеально, — с охотой сообщила Биллу, Светлана. И в свою очередь поинтересовалась: — Куда мы едем?
За Билла ответил Джонни:
— В один из высотных домов, которыми так богат Нью-Йорк.
— На какой этаж? — заинтересовалась Светлана.
— Невысоко, на двадцать третий. Там офис фирмы. Директор и некоторые служащие, наши люди. Они очень хотят познакомиться с тобой.
— Не хочется вас разочаровывать, но всё-таки я не тот человек, которого вы ждете, — сказала, не отрывая глаз с дороги, девушка.
Она с интересом разглядывала вырастающий перед ней город.
— Пусть даже так, — ответил Билл. — Но ты видела Его. Своим появлением ты внесла смысл в нашу жизнь. Люди убедятся, что Он существует, этого будет достаточно, чтобы провести всю жизнь в ожидании антихриста, и они даже не будут жалеть о пройденных годах. Они покорно будут ждать, зная, что когда-то наступит и их очередь вставить свое слово в истории.
— Почему не может быть такого: поверить в дьявола, и соответственно в создателя?
Билл пожал плечами:
— Хозяин ночи сильнее и могущественнее создателя, как мгла между звездами, они вспыхнули и погасли. Он поглотит свет.
— Странные рассуждения, — пробормотала девушка по-русски.
Машина вошла в «ущелье» создаваемое зданиями ушедшими вершинами в небо. Казалось, сюда никогда не сможет заглянуть солнце, если только будет в зените.
Оставив транспорт на стоянке, направились к высокому зданию. На удивление Светланы, они беспрепятственно проникли внутрь. Поднявшись на лифте, вышли к застекленным дверям какого-то офиса. Сидевшая за столом, женщина, тут же вскочила при виде посетителей. Джонни, пославший условный знак заставил её заметно повеселеть и преобразиться. Теперь она горела желанием услужить неожиданным гостям.
— Лэнс у себя? — спросил Джонни.
— Да, да, прошу, — засуетилась женщина, приглашающим жестом указывая на тяжелые, обитые кожей двери в конце комнаты.
Джонни не говоря больше ни слова, направился к ним.
Лэнс оказался массивным человеком, с фигурой, которую шутники характеризуют как «шкаф». Он неприветливо посмотрел на вошедших, но когда его взгляд остановился на Джонни, то, как будто внутри вспыхнула лампочка. Лэнс быстро вскочив и с резвостью (что трудно ожидать от тучного человека) приблизился к нему. Обменивались парой Фраз с Джонни, Лэнс посмотрел на девушку.
Джонни попросил:
— Покажи знак.
Светлана послушно задрала рукав, попутно, с интересом наблюдая за реакцией Лэнса. Но он, равнодушно скользнув взглядом, с иронией спросил:
— А откуда я знаю, что это не рисунок? У неё есть родинка с шестёрками?
— Это тоже родинка! — попытался убедить его Джонни.
Лэнс скептически поджал губы:
— Докажите. И тогда я вложу солидный капитал в «наше дело».
— Слова Уолтона тебе мало? — с угрозой в голосе спросил Джонни.
Беспокойство мелькнуло в глазах Лэнса, но он упрямо гнул свое. Мол, сначала докажите.
Билл не выдержав, спросил босса:
— Вы можете обеспечить полное затемнение кабинета?
Лэнс с подозрением посмотрел на него.
— Зачем тебе?
— Представить доказательства.
С неуверенностью, Лэнс сказал:
— Да… могу.
Он подошёл к окну и опустил тяжелые, темные жалюзи.
— В кабинете предусмотрен просмотр слайдов, — сообщил Лэнс в полной темноте и поинтересовался: — Где, ваши доказательства?
Догадавшись, что задумал Билл, Светлана снова обнажила руку, и холодное сияние замерцало в темноте. Изумленный возглас Лэнса и грохот упавшего кресла слились в один звук. Следующие слова босса, вперемешку с ругательствами неслись уже с пола. Судя по шуму, он пытался встать на ноги и никак не мог найти опору, что-то с шумом обрушивая. Поднялись жалюзи, и взору посетителей предстал барахтающийся на ковре, с двумя креслами по бокам босс и директор уважаемой фирмы. Джонни подняв жалюзи, помог Лэнсу встать на ноги. Попутно назвал несколько адресов, по которым, Лэнс мог получить исчерпывающую информацию об исследованиях, проведенных в особняке Уолтона. Полностью убеждённый, Лэнс раболепно проводил гостей до дверей и заверил Джонни, что весь капитал фирмы в полном распоряжении секты.
Следующий дом, который они посетили, встретил их гробовой тишиной, больничным запахом медикаментов, который перемешивался с ещё каким-то специфическим «ароматом» свойственный, как правило, покойницким. Светлана с ужасом резюмировала, что она в морге. Комнату, в которой её оставили, она покинула в ту же секунду, не выдержав безмятежного взгляда голубых глаз плавающих в баночке. В таких же баночках на полках были расставлены отрезанные руки, ступни, печень, почки, величественно покоился человеческий мозг, со всеми своими извилинами.
Удивлённый Билл поспешил за ней вслед. В коридоре, поинтересовался у девушки:
— Чего испугалась? Разве ты не была в свите Хозяина?
— Была, — ответила девушка, с беспокойством озираясь вокруг, это место ей совсем не нравилось.
—Тогда это не должно пугать тебя, — заметил Билл
— Но как видите, пугает, — несколько нервно сообщила Светлана и добавила: — Вы меня не за того принимаете, отсюда и ошибки. Вы ждёте от меня сверхъестественных сил, а их у меня нет, и не будет. Я всего лишь жертва случая.
— Уолтон найдёт ответ, — уверенно заверил Билл. — Хозяин не зря покровительствует тебе.
Беседу прервал вышедший из той комнаты Джонни, с невысоким, худощавым человечком, волосы которого как легкий пух торчали во все стороны, открывая взору аккуратную, блестящую лысину. Глазки-пуговки юрко шныряли по сторонам, казалось он сейчас, как мышка поведет носом принюхиваясь. Мышка вышла с раскинутыми руками, в хирургических перчатках. Было ощущение, что его только что оторвали от проводимой операции.
Плотно затворив за собой дверь, он ловким, привычным движением, стянул перчатки с рук, не промахиваясь, метнул их в мусорный ящик, стоявший возле косяка. Мелкими шагами устремился по коридору вглубь здания.
Билл, Светлана и Джонни последовали за ним. В отличие от Лэнса этот человечек без всяких сомнений принял сообщение Джонни о появлении в их секте посланца Хозяина (так они называли между собой сатану). Загоревшимися глазками алчно пощупал пальцами клеймо на руке девушки. Светлана невольно убрала руку, представив с каким удовольствием, он полоснул бы скальпелем по знаку, с надеждой узнать, как тот появился, и что собой представляет. С огорченным видом отвернувшись от девушки, «мышка» издала разочарованный вздох, и, распахнув перед посетителями двери своего кабинета, жестом пригласила их внутрь.
Светлана с интересом осмотрелась. Сразу бросился в глаза стол, за которым столь уютно устроился его владелец. Похоже, это был стол для анатомирования. Оставалось только гадать, использовали ли его раньше по назначению, или копия того, что стоял в покойницкой, где вскрывали трупы для научных или судебно-медицинских целей. Поражало обилие зеркал, висевших в разных углах кабинета. Для чего их было там много, осталось загадкой. «Мышка», не очень утруждала себя заботой о своей внешности.
Покопавшись в сейфе, он вытащил начатую бутылку виски (Билл явно оживился, увидев её), и нераспечатанную коробку, где, как было объявлено, находилась свежая пицца. Всё это доктор, разложил на столе и пригласил к нему своих гостей.
Джонни подсел поближе, сославшись на машину, пить отказался. Билл, согласившись на одну рюмочку, поддев кусок пиццы провозгласил тост за удачу секты. Светлана, отказавшись от всего, посматривала в окно, искренне скучая. Отвернувшись от окна, она провела глазами по зеркалам, и замерла. В одном из зеркал она увидела своё отражение, но рядам зеркало отразило мужчину в зеркальных очках. Развалившись в кресле, закинув ногу на ногу он, с усмешкой приподняв очки, подмигивал ей.
Светлана повернула голову, но никого рядом не увидела. Зеркало продолжало показывать несуществующие в реальном мире картины. Мимо, в зеркале, прошел огромный чёрный кот. Светлана наяву почувствовала, как что-то пушистое потёрлось о ноги. Барон улыбнувшись, в приветствии махнул Светлане рукой, и исчез. Растворился в воздухе. Вслед за ним исчез и кот.
Девушка посмотрела на своих сопровождающих, но они ничего не замечая, о чём-то тихо переговаривались. Увидев, что девушка выжидающе смотрит в их сторону, Джонни решительно встал, потянув за собой Билла, направился на выход. «Мышка» не утруждая себя выпроваживанием гостей, осталась сидеть за столом, и лишь послала прощальный жест рукой, завершая его условным знаком членов секты.
Дождь, наконец, прекратил поливать улицы города, и в разрывах туч блеснуло солнце.
Джонни подвёл машину к воротам, Светлана с детским восторгом опознала вход в цирк! Как давно она не посещала это заведение! С нетерпением дождавшись, когда Джонни закроет машину, она поспешила в раскрытые ворота.
Билл как заправский телохранитель не отставал от неё ни на шаг, был начеку и подозрительно осматривал окрестности.
— Нет, нет, — остановил их Джонни, — нам не сюда. Войдём через служебный вход.
Обогнув зазывающие вывески, Джонни, привел к малоприметному входу. Перекинувшись короткими фразами, со стоявшим там человеком, он сделал знак подождать. Ожидание было не долгим, дверь стремительно распахнулась, и во двор вылетел человек с бьющей через край энергией, и соответственно эмоциями. В чёрном, удлиненном фраке с алым поясом и с бабочкой на белоснежной рубашке. Брюки были тщательно отутюжены, а надраенные туфли пускали «зайчики» в глаза, отражая внезапно выглянувшее солнце. Ослепив улыбкой, так же как и туфлями, он представился:
— Диего, управляющий этим балаганом, впрочем, Джонни меня знает, — скаля белые зубы, он дружески хлопнул Джонни по плечу. Последний еле устоял от столь дружественного приветствия.
— Уолтон послал к тебе, — потирая плечо, сообщил ему Джонни.
Диего, с интересом стрельнув глазами, соглашаясь, кивнул:
— Да судя по описаниям Стива, это она. Мое почтение, — он низко склонился в галантном поклоне.
Девушка улыбнулась:
— Меня зовут Светлана.
— Весьма рад знакомству. C минуты на минуту начнётся представление. Прошу прощения, но мне необходимо быть возле кулис, знаете, за всем нужно уследить. Будьте гостями, это огромная честь для нас. После представления, мы всё обсудим и обговорим. А сейчас прошу занять места в первом ряду!
— О! Я никогда не сидела в первых рядах! — обрадовалась девушка.
— Вот и отлично! — оживился Диего, распахивая двери для гостей. Он лично провёл под купол цирка, уже забитого до отказа зрителями. Усадил на свободные места в первом ряду. Ещё раз, извинившись, Диего поспешил за кулисы.
Спустя пять минут освещение погасло, и огни прожектора заплясали по арене. Девочка с восторгом смотрела на акробатов, воздушных гимнастов, с трудом понимая быструю речь клоунов, смеялась только над их выходками. Выход иллюзиониста, Светлана восприняла с большим равнодушием, нежели другие номера. Проделки Юма могли заткнуть за пояс любые фокусы, но у кота была мистика, а иллюзионист поражал зрителей ловкостью рук, и девочка не могла не признать в этом его мастерство.
Объявили выход наездников. Зрители с нетерпением смотрели на кулисы в ожидании холеных животных и их дрессировщика
Появились артисты изо всех сил тянущих за поводья упирающихся животных.
Показалась белоснежная голова коня с нервно прядущими ушами, стоило ему только кинуть взгляд на арену, как тут же он исчез за кулисами. Артист, не выпуская поводьев, рывком полетел вслед, скрывшись за портьерой.
Это вышло так комично, что зрители дружно рассмеялись восторженно аплодируя.
Больше никто не появлялся и оркестр, наигрывавший веселый марш в недоумении замолчал. В полной тишине до зрителей, наконец дошло, что тут что-то неладно. Из-за кулис нёсся приглушенный топот множества копыт. Храпели кони. Доносилась ругань и щелканье бича. Портьера шевелилась как живая. Наконец, разойдясь в стороны, пропустила взмыленного Диего. Влажные волосы прилипли к вискам, да и вид был несколько пыльный. Замученной улыбкой он поприветствовал публику, извинившись, объявил антракт.
Зрители оживились, некоторая часть покинув скамьи, устремилась на выход перекусить, остальные остались на своих местах.
Светлана озабоченно склонилась к Биллу и прошептала:
— Билл, боюсь, я сорвала представление Диего.
Билл изумлённо посмотрел на неё. Услышав, Джонни спросил:
— Почему ты так решила? Там просто технические неполадки.
— И всё-таки сдаётся мне, что это моя вина, — повторила девушка и с неохотой предложила: — Может нам покинуть цирк?
— Нет, — категорично заявил Джонни. — Посмотрим, что будет дальше.
— Потом не говорите, что я не предупреждала, — заметила Светлана. — Своему другу, Вы оказываете сомнительную услугу.
— Ничего, Диего наш человек. Если в действительности всё так, как ты говоришь, он получит ещё одно доказательство, — похлопав её по руке, успокоил Джонни.
Билл уже веривший во все чудеса, поёрзал на скамье устраиваясь удобнее, желая не пропустить ни одной мелочи в представлении и последствиях, о которых их предупредила девушка.
Служащие цирка засуетились. Из-за кулис стали выносить и устанавливать решётки, отделяя прочной стеной арену от зрителей. Прикатили железные тумбы и расставили их внутри ограды по периметру. Поставили стальные, изогнутые дугой лестницы и обручи на высоких подставках.
Прозвенел звонок созывающий публику внутрь шатра. Снова заиграла музыка. Помещение погрузилось в полумрак. Замелькали пятна прожекторов, и через железный коридор, тяжелой поступью прошествовал лев. Выйдя на арену, он, принюхиваясь, остановился. Следом за ним, стремительно выскочили тигры, огрызаясь между собой, разбежались по арене. Вышел дрессировщик. Решетка опустилась, отделяя коридор от ограды.
Щелкая бичом, дрессировщик попытался рассадить хищников по установленным вдоль ограды тумбам, но не тут-то было. Лев игнорируя человека, не сдвинулся с места, водя тяжёлой головой, он глазами кого-то выискивал среди публики. Тигры кругами метались по арене, грозно рыча, обнажали жёлтые клыки. Наконец, они нашли то, что искали. С взъерошенной шерстью и оскаленными пастями, тигры крадучись направились к решётке, не сводя горящих яростью и страхом глаз с сидящих в первом ряду людей.
Билл с религиозным экстазом переводил свой взгляд с замерших в безмолвном вызове тигров, на такую же замершую в оцепенении, под гипнотическим взглядом хищников Светлану.
— Вот это да! — сдавленным голосом пробормотал Джонни, чувствуя себя неуютно под массированным огнём глаз, как заинтересованных зрителей, так и хищников.
Возбуждение тигров нарастало, не в состоянии преодолеть железную ограду, они сцепились между собой. Полетели клочья шерсти, брызнула кровь. Рёв, исходивший из пяти глоток, звучал оглушающее и страшно.
Дрессировщик, выскочив с арены, дал сигнал помощникам, и тугая струя воды ударила по клубку рвущих друг друга тел.
Один за другим мокрые тигры поспешили скрыться в распахнутом проеме коридора. Лев, до этого стоявший в стороне и не проявляющий почти никаких эмоций остался один. Не обращая внимания на все усилия дрессировщика загнать его вслед за остальными хищниками в клетку, он застыл на арене. Мягко ступая, медленно приблизился к ограде. Прислонив морду к прутьям решетки, уставился на сидящую неподалеку от него девушку. Обнажил страшные клыки и глухо зарычал. Не выдержав, Светлана вскочила со скамьи и устремилась на выход. Её спутники с растерянным видом последовали за ней.
Лев не отрывая взгляда, проследил за ними, пока, они не скрылись за дверью. Огрызнувшись на подступившего к нему дрессировщика, величественно направился к железному коридору, прочь с арены.
Диего наблюдавший сцену с начала до конца, поспешил на выход, чтобы перехватить людей сорвавших представление.
— Джонни! — крикнул Диего уже в дверях. — Что ж ты, испортив представление, так быстро уходишь, даже не насладившись произведённым эффектом. Прошу в мой кабинет.
Заведя их в директорскую, Диего подняв трубку телефона внутренней связи, задал несколько вопросов, отдал распоряжения, улыбаясь, повернулся к гостям.
— Всё в порядке, — сообщил он, кладя трубку. — Всё уладилось и пошло своим ходом. Признаться, вы меня здорово напугали и поразили. Не объясните ли мне причину столь успешного срыва представления?
Спрашивая, Диего посмотрел на девушку.
— Причина в знаке, — показывая на руку, сообщила Светлана.
Восхищенно вздохнув, Диего с фанатичным блеском в глазах признался:
— До этого момента, я всё воспринимал как игру, интересную, но игру. А сейчас я получил доказательство, что существуют силы необъяснимые, не подвластные нам. И наоборот, мы подвластны им.
— И конечно, теперь ударитесь в религию, — с улыбкой закончила его речь Светлана. — Будете молиться Богу, — произнеся последние слова, девушка вздрогнула, тихо охнув от боли, накрыла правой рукой внезапно запылавшее клеймо. Она забыла о реакции, которая неизбежно последует при упоминании о Боге. Теперь ей приходилось расплачиваться за свою неосторожность.
Мужчины уставились на неё, недоумевая, что происходит. Билл аккуратно убрал её руку. Алые руны сияли ярким светом, обжигая кожу вокруг.
— Что, это? — прошептал Билл, пожирая глазами светящееся клеймо. Попробовал было прикоснуться пальцем, но тут же отдёрнул руку.
— Будто током прошибло.
Поделился он с остальными своими ощущениями. Свет, исходивший от рун, постепенно померк, обжигающее излучение прекратилось. Светлана, вздохнув, потёрла рукой знак, стирая неприятные ощущения. Кожа вокруг клейма покраснела и саднила. Но спустя какое-то время прошло и это, но когда именно, девушка затруднилась бы ответить, так как последующие события заставили начисто забыть об обожженной коже.
За дверьми послышались громкие голоса, истерические вопли, шум бегущих ног.
Диего нахмурился, не понимая, что происходит в цирке. Поднял трубку телефона, но тот безмолвствовал. Озадаченный директор вышел за дверь в надежде разобраться в происходящем. Через пару минут заскочил назад побледневший. Его глаза в поисках выхода метались по углам кабинета.
Рванув ворот рубашки, сдернув бабочку, будто она его душила, срывающимся голосом сообщил неприятное известие:
— Лев выбрался из клетки. Разорвал дрессировщика. Нам нужно выбираться отсюда.
Скользнув глазами по окну, забранному решёткой, Диего убедился, что тут только один выход через дверь. Но за ней уже доносилось утробное рычание хищника и шелест когтей по полу. Мягкая поступь явно приближалась к кабинету директора.
Мужчины молчали, мучительно пытаясь найти выход из сложившегося положения. Внезапно девушка приняла решение. Решительно встав с кресла, она направилась к выходу, сказав присутствующим:
— Он ищет меня. Только меня. Я это чувствую. Не надо лишних жертв. Я выйду к нему.
Билл рванулся было за ней, но Джонни ледяным тоном приказал ему:
— Билл, это её дело. Хозяин поможет, если она действительно от него.
— Но так нечестно, — возразил Билл, снова кидаясь к двери. — Неправильно уповать на его помощь. Мы должны защитить.
Джонни преградил ему дорогу.
— Ты всё ещё состоишь секте, — убийственно спокойным тоном сказал он. — Приказы Уолтона нужно выполнять. А что говорю я - считай, исходит от него самого.
Секундная битва глазами, и Билл отводя глаза в сторону, тяжело ступая, отошёл к окну. Вглядываясь в панораму за стеклом, он тем не менее, внимательно прислушивался к событиям, происходящим за стенами кабинета.
А там, девушка стояла неподалеку от остановившегося хищника, и как совсем недавно, они смотрели в глаза друг другу. Хвост нещадно хлестал льва по бокам, но он, не делая никаких движений, просто стоял и «ел» девушку глазами. Его пасть была окровавлена, лапы оставляли за собой кровавые следы. Несколько томительных секунд, показавшихся вечностью, и лев шагнув к Светлане, пригнув голову, грозно зарычал. Девушка по-прежнему не шевелилась, не зная, что ей предпринять. Лев ещё приблизился на шаг, прижался к полу, готовясь к прыжку. Светлана вынула стилет из ножен, всё ещё надеясь, что хищник утихомирится. Ей не хотелось использовать дар Дорна против этого царственного животного, но и быть разорванной, ей тоже не хотелось.
Лев сжался, подобрал под себя лапы, напряг тело. Автоматически, девушка немного согнула колени, готовясь к броску. Мгновение, лев взвился в воздух. Метнув стилет в летящего льва, она уклонившись в сторону, нырнула под его когтистые лапы. Лев в воздухе попытался извернуться, но девушка была уже вне досягаемости. Приземлившись, он ударом об пол загнал стилет в тело по рукоятку. Оглушающее взревев и содрогнувшись в судороге, затих. Оружие в ране не позволило ни капле крови упасть на землю. Более того, её края стали обугливаться. Испепеляющая язва начала продвижение по плоти.
Подойдя к мёртвому льву, Светлана выдернула стилет, прекратив распространение язвы пожирающей тело. Несмотря на поспешные действия, вокруг раны уже зияло выжженное пятно, и краешек кости желтел освобожденный от мяса, которое осыпалось пеплом на пол и шерсть животного.
Двери комнат выходящих в коридор стали открываться, и люди настороженно вглядывались в место сражения. Облегчённо вздыхали, увидев мёртвого льва. Переговариваясь, вышли в коридор. Вышел и директор с Биллом и Джонни. Билл присел на корточки возле льва, разглядывая смертельную рану. Перевёл потрясённый взгляд на Светлану. Ничего не говоря, долго смотрел, после обернувшись к Джонни восхищённо и с недоумением произнес:
— Как молнией прошило! Даже мясо обуглилось! — снова повернул голову к Светлане. — Похоже, в моих услугах, ты не очень-то нуждаешься, — вставая на ноги, добавил: — Жуткая мысль меня только что посетила.
— Какая? — полюбопытствовала Светлана. Она не могла себе представить, что Билл может чего-то бояться.
— Как я был близок к этому льву, похищая тебя. Что тебе стоило ударить меня своим оружием?
— Но я была без него, — возразила девушка. — Только сегодня оно ко мне вернулось.
— Кто знает… — неопределённо ответил Билл. — Какие ещё секреты ты в себе таишь.
Видимо кто-то вызвал скорую помощь, так как послышался звук сирены. Расталкивая толпу, в помещение ворвались люди с носилками. Перешагнув через мёртвого льва, они устремились дальше, по коридору, где истерично кричал женский голос. Кто-то из стоящих вокруг людей предложил:
— Нужно оттащить льва в сторону. Он будет мешать, выносить пострадавшего.
Многие с ним согласились, и, дюжина добровольцев, схватив хищника за лапы, отволокли его к стене. Вскоре показались врачи, возвращающихся с тяжелой ношей. Они катили носилки, на которых лежало нечто, когда-то бывшее живым человеком. Результат «работы» льва скрывала белоснежная материя, цвет которой вскоре сменился на алый. Кровь щедро пропитала её и редкие капли падали позади носилок, помечая пройденный путь.
Толстяк, идущий впереди носилок, проходя мимо девушки, поднял голову и подмигнул ей необычным глазом с вертикальным зрачком.
— Не задерживайся, — подтолкнул толстяка врач, следовавший позади него. Он деловито поправил очки с зеркальными стеклами, потянул носилки дальше. На секунду обернувшись, врач подняв большой палец вверх, кивнул Светлане, поспешил на выход.
Девушка была удивлена, опять Барон и Юм встретились на её пути. Какую игру они вели? Это было известно только им.
Джонни направился к дверям, Билл потянул за собой Светлану. Провожая, Диего огорченно сказал:
— После вашего посещения мне одна дорога под мост. Кто захочет посетить цирк, где хищники убивают своих дрессировщиков?
Утешая, Билл с усмешкой сказал:
— Люди любят зрелища, где кровь стынет в жилах от ужаса. Вот увидишь твой «балаган» ещё будет греметь. Зрители будут осаждать заведение, желая увидеть хищников-людоедов и вспомнив события, с трепетом ожидать повтора истории. С облегчением покидать цирк, радуясь, что идут на своих ногах, а не выкатываются на носилках накрытые с головой покрывалом.
Диего дружески хлопнул Билла по плечу.
— Надеюсь, что так и будет, — кивнул директор. Повернувшись к девушке, сказал: — Удачи, мы ещё увидимся сегодня.
— Когда? — удивилась Светлана.
— Сегодня ночью. Уолтон собирает членов секты в своём доме. Он со мной созванивался, когда вы были увлечены срывом представления.
Обменявшись рукопожатиями с Джонни и Биллом, Диего вернулся в цирк.

Уолтон выглядел очень озабоченным, когда встретил девушку в холле. Билл и Джонни исчезли, и хозяин дома отдал распоряжение Софи, проводить Светлану в её комнату.
В особняке царило оживление, все куда-то спешили, суетились, словно боялись, что им не хватит времени для приготовлений к какому-то событию. Софи почти неотлучно находилась при девушке, но и она была взвинчена и взволнована. Светлана терялась в догадках, похоже, она одна в доме была не в курсе дела.
До захода солнца Уолтон так и не переступил порога её комнаты. Софи исчезая время от времени, появлялась всё взволнованней и взволнованней. Казалось, члены секты на пороге грандиозных событий, которые вскоре изменят мир.
Солнце село за горизонт.
Софи унесла остатки ужина, столкнувшись в дверях с Уолтоном. Выглядел он торжественно и безукоризненно. Холеные пальчики с идеальным маникюром, перебирали чётки, перекидывая хризолитовые фигурки с одного места на другое.
Приглашающим жестом указал Светлане на кресло, сам сел в кресло напротив, давая понять, что предстоит продолжительная беседа.
Софи извинившись, внесла на подносе две рюмки и тихо исчезла, Уолтон протянул одну рюмку девушке. Тоном не терпящих никаких возражений, приказал ей выпить содержимое. Светлана, с опаской попробовав напиток, убедившись, что не алкоголь, решилась выпить.
Дождавшись, когда девушка отставит пустую посуду, Уолтон сцепив руки на колене, спросил:
— Ты знаешь, что наступает день Великих Событий?
— Догадываюсь, — согласилась девушка, с интересом ожидая, то он скажет дальше.
Уолтон продолжал:
— Книга Откровений предсказывала изменение мира. Время рождения Антихриста настало, и это будет шестого месяца, в шестой день и час будущего года. И посланец будет иметь знак - три шестерки.
— Но я этого знака не имею, — заметила Светлана.
Уолтон отпустив колено, поднял указательный палец вверх.
— Вот именно. Вот в чём проблема, — он снова сцепил руки. — Мы убедились, что ты не посланец. Но Хозяин, тем не менее, покровительствует тебе. Жрецы ночи разгадали эту загадку, и твоё появление очень вовремя.
Светлана, молча ждала его выводов. Уолтон торжествующе улыбнулся и, растягивая слова, медленно сказал:
— Антихриста дашь нам ты. Время пришло. Сегодня ночью, будет зарождена жизнь и посланец Сатаны явится к нам в положенный срок.
— Ничего не понимаю, — созналась Светлана. — Причём здесь я?
Уолтон встал с кресла, возвышаясь над Светланой, сообщил:
— Ты дашь начало Конца, жрецы вызовут демонов ночи и на жертвенном алтаре будет зачат сын дьявола, Антихрист.
— Бред какой-то, — схватилась за голову Светлана. — Зачем вам Антихрист? В вашем подчинении огромное количество людей. Секта хорошо поставлена на ноги. Почему бы вам, Уолтон, не заменить его?
Уолтон снисходительно улыбнулся, как ребёнку, который не понимает простых истин. Ласково ответил:
— Только через человека находящегося в Его власти полностью, Хозяин сможет повести наступление. В книге Откровений это предсказано, только сын Сатаны будет служить мостом для управления простыми смертными. Только Он и никто другой. — Уолтон протянул девушке руку, желая помочь ей встать.
Светлана, проигнорировав предложение помощи, осталась сидеть в кресле.
Не в силах поверить в то, что задумала секта, Светлана уточняя, спросила:
— Я не понимаю. Вы решили, чтобы я, — тут она нахмурилась, с изумлением посмотрев на Уолтона, закончила свою мысль в вопросительном тоне: — родила Антихриста?
— Вот именно, — склонил голову Уолтон.
Снова протягивая руку, сказал:
— Пойдём, жрецы ждут. Всё готово к взыванию сил тьмы. И если мы правы, они придут!
Беспомощно посмотрев на Уолтона, девушка умоляюще произнесла:
— Я совсем не желаю быть чей-то матерью.
— Но чьей-то, а Антихриста, — поправил её Уолтон, недовольный такой формулировкой. — Это великая честь.
Светлана решительно встала.
— Я отказываюсь от этой великой чести. Подыщите себе кого-нибудь другого, кто оценит ваши старания.
— Не мы тебя выбирали, — возразил Уолтон. — Поэтому, что должно свершиться - да сбудется!
— Дом умалишённых, — проворчала Светлана и попыталась отойти от надвигающегося на неё Уолтона.
Неожиданно она почувствовала, что голова кружится и ей трудно управлять своим телом. Но мозг по-прежнему функционировал нормально, и Светлана вполне трезво могла оценить ситуацию. Безуспешными оказались лишь попытки перемещаться. Вестибулярный аппарат стал ей отказывать. Уолтон, с улыбкой наблюдавший за ней, заметил:
— За те, несколько часов, что ты провела у нас, мы достаточно хорошо изучили тебя. Мы предвидели осложнения, и сделали так, что ты не сможешь противиться воле Хозяина, но разум твой останется чистым и ясным. Это великое событие - зарождение Антихриста, и восприятия не должны быть затуманены наркотиком.
— Так в рюмке был наркотик, — догадалась Светлана, цепляясь руками за спинку кресла. Пол для неё стал опасно шаток и неустойчив.
Соглашаясь, Уолтон кивнул:
— Да, это наркотик, но особенный. Наши учёные специально разработали его в своих лабораториях. Приносимые в жертву люди, должны всё осознавать, но не сопротивляться. Он пригодился и здесь. Как видишь, мой дом не сумасшедших, а хорошо схваченная организация, охватывающая массы людей и имеющая все научные достижения, чтобы использовать их в своих целях. Но мы заговорились. Пойдём, нас ждут, — улыбнулся. — И не отказывайся от моей руки. Она будет очень кстати. Ведь без моей помощи, ты не сделаешь ни шага.
— А, вы не думаете, что я буду сопротивляться и направлю оружие Хозяина против вас? — с иронией спросила его девушка.
Уолтон погладив холёными пальчиками свою аккуратную бородку, сверкнув в усмешке белыми зубами, ответил:
— Нет, не думаю. По пройденным тестам: ты не сможешь осознанно убить человека. Правда, последнее поставило нас в тупик, почему тогда Хозяин выбрал именно тебя? — Уолтон развёл руками. — Но такова воля Хозяина.
Вежливо взяв Светлану под руку, Уолтон вывел в коридор и дальше, вниз по лестнице в подвал. Спуск не занял много времени, подвал не был столь глубок как подземелье в римском дворце. Но и здесь царил полумрак. Просторное помещение освещалось пламенем из большого, выше человеческого роста, камином, и четырьмя массивными свечами, стоящими по углам жертвенного алтаря. Сам алтарь представлял собой гладко оттёсанный камень, в форме квадрата, примерно два на два метра, высотой от пола чуть больше полуметра.
Люди, одетые в плащи с накинутыми на голову капюшонами терялись в сумраке подвала.
Присутствующие обратили лица к вошедшим. Испуганная своей беспомощностью Светлана, тем не менее, успела заметить, что в подвале находится не меньше шестидесяти человек, прежде чем они склонили головы, и скрылись в тени.
Из общей массы отделились четыре силуэта и направились к Уолтону и опирающейся о его руку Светлане.
Отдав девушку жрецам, Уолтон подобно остальным отошёл в сторону, растворившись в полумраке. Пока Светлану вели к алтарю, она разглядела под опущенными капюшонами жрецов. Ими оказались две женщины и двое мужчин их лица были суровы и сосредоточены. У жертвенного алтаря они остановились. Прежде чем её привязали, девушка увидела нанесённый на его поверхность круг диаметром метра полтора, в нём пятиконечная звезда, вершинами касающаяся круга. Аккуратно уложив девушку на алтарь. Они привязали её так, что голова оказалась в одном луче звезды, а руки и ноги, соответственно заняли остальные четыре. Пылающий камин оказался за головой жертвы.
Двери подвала с глухим стуком закрылись, и тяжёлый засов лёг поперёк, отрезая помещение от внешнего мира. Не в силах пошевелись ни рукой, ни ногой, Светлана могла только, слушать и смотреть на то, что вершилось возле неё. О происходящем за головой она могла только догадываться. Приглушённое бормотание наполнило тишину подвала. Постепенно голос повышался, и Светлана могла уже уловить некоторые фразы, но как бы они не звучали, смысл оставался всё тот же: сатанисты вызывали духов ночи, тёмные силы и клялись им в своей верности и преданности. Общий хор голосов смолк, и только два голоса шептали в тишине, мужской и женский. Перейдя на крик, они звали и молили Сатану. Обещание сладкой жертвы звучало в их словах.
Девушка услышала шум возле очага, пронзительный детский плач заглушил на время голоса жрецов. Но, вот он замолчал, и снова заклинания переплелись в страшном узоре. Девушка с ужасом вникала в слова, а в них было всё: проклятия в адрес создателя, угрозы направленные на верующих и молящихся ему людей, и просьба обмена души приносимого в жертву ребёнка на зарождение в этом мире иного младенца. Ребёнка подвластному и принадлежащему Сатане с самого появления на свет.
Звонкий плач младенца опять зазвучал в подвале, ему вторили молитва всех присутствующих. Голоса повышались, их перекрыл дикий крик. Светлана никогда не смогла бы предположить, что человек может так кричать. Но ещё ужасней было то, что это визжал ребёнок от боли, которую невозможно вынести.
Привязанная к алтарю девушка на время оглохла от звеневшего в помещении крика боли и страдания. От жалости и ужаса у девушки остановилось дыхание, спазмы сжали горло, не давая воздуху проникнуть в легкие. Хлынули слёзы. Она зарыдала от своего бессилия помочь младенцу. Защитить от боли, которую она, казалось, ощутила на себе. Визг прекратился так же внезапно, как и начался. Девушка облегчённо вздохнула, решив, что жрецы перестали пытать ребенка и оставили его в покое. Но тут новый удар обрушился на неё. Зловещий, тошнотворный запах горелого мяса повис в воздухе, распространяясь по подвалу. Светлана оцепенела, не в силах даже плакать. Теперь ей стал ясен этот дикий визг младенца - его заживо сожгли в камине, что пылал за головой. Огонь с жадностью поглотил столь необычное и страшное топливо. Силы тьмы должны быть довольны полученной жертвой, ибо это было самое дорогое и драгоценное, что имело человечество и без чего оно переставало им быть.
Ещё какое-то время жрецы произносили заклинания.
Внезапно, лёгкое дуновение ветра пронеслось по помещению, гася свечи алтаря. Жрецы в низком поклоне отодвинулись от огня и присоединились к остальным, стоящим вдоль стены. Светлана не видела, что происходило дальше, только всеобщий вздох восторга и восхищения был ею услышан. Она не видела, как из пламени вышел демон.
Он был в чёрном, и его невозможно было бы отличить от человека, не излучай его глаза жёлтый свет. Казалось, пламя играет в его волосах, настолько рыжими они были.
Остановившись, демон медленно обвёл присутствующих взглядом, от которого сатанисты поддались назад, к стене. Как говорится: «чем чёрт не шутит», может демону мало одной жертвы, и он выберет среди них ещё одну?
Переведя взгляд на жертвенный алтарь, демон усмехнулся, блеснул клыками. Не торопясь двинулся к алтарю, припадая на ногу. Ножны с кинжалом, висевшие на боку, при каждом шаге отражали играющий в очаге огонь. Обойдя алтарь, демон остановился в ногах жертвы. С насмешкой воззрился на неё. Светлана в свою очередь уставилась на демона.
— Смотри-ка, кого мне предлагают! — по-русски с иронией, протянул демон и продолжил: — Кто же это? — отвечая самому себе: — Натурально, сбежавшая от нас девочка, — с иронией покачав головой, заметил: — Как тесен мир. Встретиться в Нью-Йорке, да ещё в такой интересной роли. Мне это нравится.
С укоризной девушка сказала:
— Амон, только не говорите, что не знали где я. Всё равно не поверю.
— Нет. Не скажу, — успокоил демон. — Я знал, где ты. Но такой резвости мышления секты не ожидал. Как тебе там?
— Плохо, — отрезала Светлана и попросила: — Развяжите меня.
Амон подошёл к алтарю, сел на камень, разглядывая распростёртую девушку. Освобождать её он не спешил. Перекинув через неё левую руку и облокотившись, заглянул в лицо.
— Зачем торопиться? — спросил он, продолжая опираться о левую руку тыльной стороной правой, провёл по лицу девушки.
Светлана резко повела головой, уклоняясь от прикосновения. Демон мгновенно отреагировал, ухватив за подбородок, заставил повернуть лицо в его сторону, взглянуть в глаза.
— Чего это «мы» так агрессивны? — поинтересовался он.
Девушка судорожно вздохнула, сдерживая слезы, тихо прошептала:
— Зачем вам нужен сожженный заживо ребёнок?
Амон неопределённо повёл рукой:
— Это не моё решение. А переубеждать, что это «нехорошо» я не буду. Такие жертвоприношения показывают, как люди почитают силы тьмы. Но добровольная сдача своей души гораздо лучше.
— Убийца, — с презрением проворчала девушка отворачиваясь.
Стальные пальцы демона снова заставили посмотреть ему в глаза. Блеснув клыками, он согласился:
— Да, я убийца. Обычно так звучит хорошо проделанная работа. Но сегодня меня вызвали не убивать, а, похоже, наоборот, зарождать жизнь. Интересное дело для дьявола, не правда ли? — Амон насмешливо хмыкнул.
Девушка язвительно заметила:
— Вы всегда отвечаете на вызов? Как только крикнут, вы тут как тут.
Амон зло сверкнул глазами. Его рука угрожающе спустилась на её горло.
— Я не мальчик по вызову, — с угрозой произнёс он. — Я не явлюсь людям, просто потому, что они сожгли кого-то. Пусть спалят хоть весь город! Я приду только когда мне понадобиться, — усмехнувшись и проведя пальцем по лицу девушки, заметил: — Вызов меня заинтересовал. Почему бы, не прийти и не сделать то, что они от меня ждут?
Амон замолчал. Облокотившись о левую руку, другой рукой стал наматывать на палец прядь её светлых волос.
Светлана молчала, пытаясь унять бешено бьющееся сердце. Слова Уолтона, переплетаясь с откровением демона, составили вполне ясную картину происходящего.
Утомлённые долгим ожиданием жрецы, зашептались между собой. Их удивляла задержка. Почему демон не спешит выполнить то, для чего его вызвали, а теряет время на разговоры? Члены секты переговариваясь, шаг за шагом стали приближаться к алтарю.
Оживление заметил и дьявол. Продолжая сидеть на алтаре, Амон выпрямился и «ожёг» взглядом подступающую толпу. Не отрывая глаз от людей в чёрных плащах, сказал, обращаясь к Светлане:
— Похоже, они хотят занять места в первом ряду. А может показать, как это делается? Ничего, сейчас слишком любопытных отодвинем в партер.
Амон небрежно махнул рукой, описывая окружность. Вспыхнул огонь, отделяя стеной алтарь от толпы. Они отпрянули назад. Кольцо огня увеличивалось, пока не заставило людей прижаться к стене подвала. Только когда они сбились в плотную кучу, огонь остановился, но разгорелся сильнее. Теперь жрецы могли с трудом разглядеть, что делается на освобождённой площадке, где в центре стоял каменный алтарь.
Демон по-прежнему сидел на нём, и для удобства, даже закинул на него ногу.
— Теперь, когда нам никто не мешает, мы можем уделить время и себе, — сказал Амон, поворачиваясь к девушке.
— Может, всё-таки развяжете? — спросила она его.
— Нет. Конечно, нет, — криво усмехнулся демон.
Светлана вздрогнула.
— Вы что, собираетесь делать им этого Антихриста?
— Тоже - нет, — продолжая усмехаться, ответил Амон. — Для этого есть другие инстанции. Это не моё дело. Но, черт с ним! Почему бы нам не оправдать надежды этих несчастных, — Амон ожидая ответа, склонился к Светлане.
— А вы можете? — с сомнением протянула она. — Всё-таки вы не человек.
— Всего-то, — рассмеялся дьявол. — От этого я только выигрываю, — положив руку девушке на грудь и опуская её на живот, наклонившись ещё ниже, прошептал на ухо: — Могу гарантировать: ты останешься довольной.
Чувствуя горячее дыхание на шее, и охватывающее томление, девушка повернув голову в сторону, с отчаянием оказала:
— Что я вам плохого сделала? Почему мучаете меня?
— Мучаю? — удивлённо повторил дьявол. И с иронией заметил: — девочка моя, любая женщина в мире согласилась бы. Тем более, я не потребую ничего. Тебе будет хорошо, — наклонился к шее, согревая дыханием, шепнул: — Очень хорошо. Соглашайся.
Мягким движением провёл рукой по бедрам, другой рукой зарылся в её светлые волосы, легонько поцеловав в плечо, тихо повторил:
— Соглашайся.
Девушка молчала. Почувствовав, что её тело оцепенело, демон резко выпрямился, сверкнул глазами:
— Хочешь, — спросил он, — я спалю их всех? Может, из-за них ты молчишь, как говорится: — тут он усмехнулся, — испытываешь чувство неловкости?
— Зачем вам моё согласие? — пробормотала Светлана. Как видите, я привязана, и под наркотиком. В чём проблема?
— В принципе не в чём, — пожал плечами демон. — Считай, что это моя прихоть. Я хочу услышать от тебя слово «да».
— Сомневаюсь, что вы его услышите, — отворачиваясь, ответила девушка.
— Ты ещё маленькая, — рассмеялся Амон. — Ты не знаешь, что значит быть с мужчиной. Боишься неизвестности.
— Можно подумать, что вы влюбились, — с сарказмом сказала Светлана.
Амон с презрением фыркнул:
— Влюбился! — и снова наклоняясь к девушке, тихо прошептал: — Но, я могу показать эту «любовь», поверь мне, тебе понравится.
— Не думаю, — с сомнением ответила Светлана.
— Даже сейчас не уверена? — спросил Амон, целуя шею и легонько покусывая мочку уха. — И сейчас? — прикоснувшись к губам, — шепнул он.
Чувствуя, что тело предательски млеет и слабеет от ласк, когда она разумом против всего происходящего, девушка молчала. Амон, проведя рукой по талии и ещё раз пригладив волосы, вдруг отстранился.
— Увлёкся, — сознался он с улыбкой. — А тут ещё дела.
Обнажив кинжал, Амон обрезал веревки привязывающие Светлану к алтарю. Помогая ей сесть, заметил:
— Впереди вечность. Подождём, когда дел будет поменьше, или не такие срочные. Ого! Я вижу, тебя здорово загрузили наркотиками! — развеселился демон, видя как девушка попытавшись приподняться, снова свалилась на камень. — Что ж, пока побудь здесь. После и с тобой разберёмся.
Амон отошёл от алтаря и движением руки унял бьющий из ниоткуда огонь. В подвале снова воцарился полумрак. Демон приблизился к камину. Склонился в лёгком поклоне, кого-то ожидая. Наблюдавшая за ним Светлана поняла, что сейчас придёт сам Хозяин Ночи, ни перед кем другим Амон не склонит головы.
В пламени материализовалась фигура в чёрных одеждах. Чёрный плащ с алым подбоем вздымался и опадал от рвущейся вверх, энергии огня. Языки пламени струились по клинку шпаги, поднимаясь к эфесу, закручивались в затейливые узоры. Его глаза светились ровным, жёлтым светом.
Властелин ночи величественно ступил на каменный пол подвала.
Амон, приблизившись к Дорну, встал немного позади него.
Свет, в глазах Сатаны медленно померк. Подняв руку и поманив ладонью, низким голосом, Сатана приказал:
— Уолтон, подойди ко мне.
Фигура юноши, отделившись от общей массы, дрожа, ступила на освещённый огнём круг. Упав на колени, пригнув голову к сложенным на полу рукам, он замер в ожидании, пробормотав срывающимся голосом:
— Хозяин, повелевай! Я полностью в вашем распоряжении!
— Самодеятельностью занимаешься? — прищурив глаз, спросил Дорн. Возвышаясь над коленопреклоненным Уолтоном, заметил: — Что-то своё изобретаете?
— Хозяин! — Уолтон поднял голову и с фанатическим блеском глаз, «пожирал» своего бога. — Прости, мы хотели быстрее увидеть вас Владыкой мира!
— Встань, — приказал Дорн.
Уолтон поспешно вскочил на ноги.
— Я доволен вами, — милостиво кивнул Дорн. — На примере этой девочки, — он повёл рукой в сторону Светланы, что лежала на алтаре не в силах подняться с него. — Я убедился, в вашей преданности. Теперь я спокойно доверю вам своего посланца. Амон, — Дорн обернулся к стоящему позади него дьяволу, — можешь идти.
— Сир! — с почтением склонился Амон и направился к алтарю. Поднимая девочку на руки, с иронией сказал:
— Как бы тебе это не нравилось, но придется ещё немного побыть в моих объятиях. Перемещаться иным способом, сейчас ты не в состоянии.
Неся её к горящему камину, тряхнув головой, Амон весело произнес:
— Шустрый парень, этот Билл, увести из-под самого носа! Техасский рейнджер, нечего сказать!
— Вы злы на него? — спросила Светлана, не сводя глаз с приближающегося к ней пламени.
— Нет. Шустрые ребята мне нравятся, — сказал Амон, подходя к огню, и явно собираясь в него шагнуть. Девочка в страхе прижалась к нему. — Не бойся, — улыбнулся дьявол, входя в камин.
Дорн, проводив взглядом исчезающую в огне пару, повернулся к замершему в почтительном ожидании, Уолтону.
— Теперь, запомни всё, что я скажу, — приказал ему Дорн. — Следуй моим приказам, и Антихрист придёт в этот мир.

Светлана открыла глаза. Огонь куда-то исчез, а они оказались совсем в другом помещении. Тут же, в комнате, на диванчике возле телевизора, уютно устроились Катерина и Валентин. Катерина радостно захлопала в ладоши при виде Амона и Светланы. Дьявол аккуратно опустил девочку на ковер и уселся в кресло. Светлана приподнявшись, села облокотившись спиной о кресло занятое Амоном. Последний с интересом проследив за её перемещением, не удержался от комментария:
— Катя, обрати внимание: человек напичканный наркотиками по самые уши.
— О, так нас посетил наркоман! — пронзительный вопль восторга издал невесть откуда взявшийся Юм. Приблизившись к Светлане с любопытством разглядывая её, спросил: — Чёртиков, бесов, демонов - видим? Посещают кошмарные видения?
— Да, есть навязчивое видение, — согласилась девочка, — В образе вопящего кота. Тут есть от чего ужаснуться.
— Скажешь тоже, — обиделся Юм. — Я не вопящий, а ликующий!
— О чём же ты сейчас ликовал? — выключая телевизор, спросила кота Катерина.
Важно пройдясь по комнате, Юм заявил:
— Как же! Убийца хищных зверей в наших рядах. Разве не повод для ликования?
— Светлана, ты за последние сутки успела в Нью-Йорке найти хищника, да ещё и убить его? — вскинул брови Валентин. Катерина молча, уставилась на девочку. — Довольно неординарные действия человека, попавшего в незнакомый город, — заметил Валентин, справившись с удивлением.
— Где нашла зверя? — полюбопытствовала Катерина.
За Светлану ответил Юм:
— В цирке, где же ещё. Вы бы видели, как она подсекла прыжок! Чувствуется класс. Впрочем, у меня вышло бы лучше.
— Не сомневаюсь, — съязвила Катерина. — Ты у нас во всём показываешь класс.
— Да, я клас-с-сный кот! — вскинул голову Юм.
— Со знаком качества, — продолжая язвить, сказала Катерина.
— Даже штрих-код есть, — уточнил кот.
— Где? — этим заинтересовался даже Валентин.
— Да под хвостом! — донёсся до них разбитной голос Барона.
Перейдя комнату, он быстро схватил Юма за хвост, поднял в воздух. Развернул, чтобы все увидели белые полоски, разной толщины с цифрами. Как ни странно штрих-код оказался именно там, где и предсказал Барон. Извернувшись, Юм вцепился когтями в руку, держащую его хвост. Пальцы разжались, кот брякнулся на ковёр.
— Опять твои шуточки, — проворчал кот, вылизывая шерсть.
Барон, весело поблескивая зеркальными очками, развёл руками:
— Друг мой, тебя уличили бы во лжи. Представив доказательство, мы спасли твою репутацию.
— Да, но, не унижая меня, — буркнул кот, закончив вылизываться и разваливаясь на диванчике, возле Катерины. — Мог бы и другое место подыскать для кодов!
Барон снова развёл руками, посмеиваясь, заметил:
— Где ты видел, на лицевой стороне штрих-код? Он всегда где-то сзади, на менее приметной стороне. Как правило, — добавил он в заключение.
— Я исключение из всяких правил, — подытожил Юм.
— Да, ладно Юм, — рассмеялась Катерина. — Пусть лучше Светлана расскажет, где наркотики раздобыла.
— Наши друзья побеспокоились, — с неохотой ответила девушка.
— Чтобы не смущалась, а чувствовала себя свободно и непринуждённо, — завершил её ответ Амон. Он слегка наклонился к сидящей на полу девушке, по-видимому, ожидая от неё возражений или согласия.
Светлана промолчала, сделав вид, что не заметила скользнувшей в словах Амона иронии. Действие наркотика постепенно проходило, и девушка почувствовала себя более уверено. Проявляя интерес к окружающей обстановке спросила:
— Где мы находимся? В Нью-Йорке?
— Нет, он довольно далеко от нас, — ответила Катерина. — Мы в особняке на окраине небольшого городка.
— Как долго тут будем?
Катерина пожала плечами. 3а неё ответил Барон:
— Достаточно долго.
Светлана попыталась встать и облегчённо вздохнула, убедившись, что голова перестала кружиться и ноги, стали послушными и достаточно устойчиво держали. Катерина, покинув диванчик, подошла к ней. Взяла под руку.
— Пойдём, покажу тебе особняк.


Позвав пса, Светлана быстро спустилась по изогнутой дугой лестнице на первый этаж. Его почти полностью занимал огромный зал. Лишь несколько дверей по бокам вели в кладовые и подвал. Особняк был двухэтажный, с мансардой, но её никто не посещал и не занимал. Она венчала жилой комплекс пустотой и заброшенностью. Второй этаж с многочисленными комнатами был самым оживлённым участком в доме. Отсюда и слетел молнией вслед за девушкой, угольно-чёрный пёс. Жители близстоящего городка поначалу шарахались от этого «чудовища». Но день за днём, встречая его рядом с прогуливающейся девушкой, они привыкли видеть в нём неизменного спутника и защитника, тем более что пёс был в наморднике и на поводке.
Распахнув створки дверей, Светлана вышла на улицу. По бокам лестницы, что начиналась от входных дверей, сидели высеченные из мрамора львы. Спустившись по ступенькам, девушка ступила на землю, рядом приплясывая, перебирал лапами пёс. Потрепав его за загривок, направилась к проходящей в сотне метрах от дома, дороге. Её нельзя было назвать оживлённой трассой, но транспорт ходил и довольно часто.
Выйдя на обочину, Светлана медленно двинулась вдоль дороги, направляясь к городу. Что-то похожее на лес отделяло их усадьбу от домов, которые, сливаясь с окраиной города, становились его частью.
Пёс постоянно исчезал в кустарнике, вынюхивая и выискивая, а то и вовсе терялся между деревьев, появляясь лишь, когда его позовут. И на этот раз он куда-то запропастился, девушка же шла по трассе погруженная в свои мысли, не беспокоясь его отсутствием.
Вот уже несколько недель прошло с тех пор, как они обосновались в этом районе. Катерина и Валентин на четвертой день пребывания сказали всем «адью», и уехали, как они выразились: путешествовать автостопом. Приглашали с собой и девушку, но она отказалась, решив, что третий лишний в столь премилой компании. В особняке стало совсем тихо и лишь под вечер, вся компания собиралась возле камина в одной из комнат, облюбовав её из всех остальных.
Убийство льва произвело впечатление на Амона, и он освободил девочку от каждодневных тренировок, дескать, действуй на своё усмотрение. Действуя на своё усмотрение, Светлана каждый день выходила из дома с псом, последний с восторгом воспринимал такие прогулки. Иногда они просто гуляли по лесу выдумывая для себя забавы, а иногда выходили в город, как и сейчас.
Светлана остановилась, ожидая пса нырнувшего в кусты. Через несколько секунд он вылез, чихая и отряхиваясь. Бросив взгляд на ожидавшую девушку, снова погрузился в кусты. Зарывшись в него мордой, упираясь лапами, принялся что-то усиленно вытягивать. Рыча и дёргая, он, наконец, вытащил корягу с руку толщиной и длиной с полметра. Светлана с интересом смотрела, что же он будет делать. Схватив корягу зубами, пёс огромными прыжками направился к ней. Хитро поблескивая алыми глазами, собака концам дубины ткнула в руки девушки. Догадавшись, что тот от неё хочет, Светлана, взяв из пасти палку, метнула её в рощу. Забуксовав на месте, пёс рванул за ней. Через несколько минут он появился, порядком запыхавшийся, но дубинка была при нём. Продолжая идти к городу, Светлана снова бросила палку, и снова пес с восторгом метнулся за ней.
Когда же показались первые дома, девушка, несмотря на возмущение пса, надела намордник и поводок. Собака и так страшна и нечего было пугать людей его клыками. Немного поворчав, пёс покорно пошёл рядом, приминая траву лапами величиной с человеческую ладонь.
В этой стороне города девушку уже знали. Неизменная чёрная одежда и чёрная собака делали её приметной.
Двое копавшиеся на приусадебном участке подошли к изгороди, чтобы поздороваться с ней.
— Доброе утро, Света! — махнула рукой женщина, искажая её имя почти до неузнаваемости. — Заходи, посмотришь какие изумительные цветы удалось вырастить в этом году.
— Да, да, — согласился с ней мужчина, — Заходи, посидим за чашечкой кофе. Кстати, ты не в курсе, что ночью в городе произошло?
— Нет, а что случилось? — заинтересовалась девушка, подходя к ним поближе.
— Какие-то хулиганы церковь подожгли, — негодующе всплеснула руками женщина. — Когда пожарные приехали, от неё уже ничего не осталось. Вероятно, облили бензином, прежде чем поджечь.
— Обошлось без жертв? — забеспокоилась Светлана.
— Слава Богу! Никто не пострадал. Но теперь нам придется ходить в другую, я так привыкла к нашей, — пожаловалась женщина. — Ты видела её? Какая была замечательная, и священник был хороший.
— Ничего, соберём пожертвования, отстроим новую, — успокаивая жену, сказал муж. Посмотрев на смирно лежащего у ног девушки пса, сказал: — Как не посмотрю на это животное, сразу любопытства разбирает, чем оно питается? Конечно, не моё дело, но не людоед ли он? — последнюю реплику мужчина проговорил полушутя.
Светлана, улыбнувшись в ответ, пожала плечами:
— Честно? Не знаю. Не я его кормлю, так что вполне возможно питается он и человечиной.
Мужчина громко рассмеялся, оценивая чувство юмора.
— Может зайдешь? Мы больше не будем пытаться накормить собачку.
— Нет. Спасибо. Я пройдусь немного.
Женщина улыбнулась:
— Тогда на обратном пути заглядывай.
Ничего не ответив, Светлана помахав рукой, потянула собаку за поводок. Неделю назад у этой семьи пропал ребёнок, и только тонкий нюх пса, помог отыскать его в глубокой яме. Правда, потом Светлане пришлось выслушать выговор Амона, и тихие насмешки Юма, а пёс в тот день остался голодным. Но это были мелочи. Сейчас их сын находился в больнице с переломом ноги и сотрясением мозга, но явно шел на поправку. А упоминание мужчины о собаке, было просто воспоминанием о первой и последней попытке накормить пса в знак благодарности. Тогда отец ребёнка отделался испугом и прокушенным запястьем. Он с пониманием отнёсся к такой дрессировке, и после этого заговаривал со Светланой, лишь через ограду или убедившись, что на собаке прочный намордник. Какими бы они не были приветливыми, Светлана сторонилась их дома. Недовольство Амона могло далеко пойти. Возможно, сожженная церковь работа её знакомых, но может и дело рук людей, не всё же списывать на дьявола. Люди тоже не ангелы!
Светлана свернула на дорогу, ведущую к колледжу. Невдалеке от него была расчищенная площадка, вокруг которой как на стадионе, стояли трибуны для зрителей, высотой в одиннадцать ступенек, ступеньки же служили скамьями для сидения. Некоторые скамьи были заняты. Человек тридцать с увлечением наблюдали за игрой, происходящей на этом поле. Свободных мест оставалось предостаточно, и девушка присоединилась к зрителям, сев на нижнюю скамью и посадив у ног пса.
Шла игра с непонятными ей правилами. Игроки были в защитных шлемах, а широкие наплечники придавали им фигуру Геркулеса. Мяч был вытянутым, как дыня, и за него всё время сражались в прямом смысле слова.
Стоял грохот ударов.
Восторженные крики. Возникали целые кучи барахтающихся друг на друге игроков как «своих» так и соперников. Впервые Светлана увидела наяву «американский футбол». Точнее, она его видела по телевизору. Но в реальности никогда.
Учащиеся, вышедшие из колледжа, присоединились к зрителям, выкрикивая имена участников. Вероятно, игроки тоже были учащимися этого заведения.
— Привет! — услышала Светлана рядом с собой незнакомый голос.
Недоумевая, к ней ли относится приветствие, оглянулась. Голубоглазый парень лет двадцати, весело ей улыбался.
— Привет, — неуверенно ответила Светлана, разглядывая незнакомца и успокаивая заволновавшегося пса.
— Как тебе наши ребята? — не отставал от неё парень.
Светлана забеспокоилась, уж не спутал ли он её с кем-нибудь?
— Ничего, только шумно очень, — ответила она.
— Можно, — указывая глазами на скамью, спросил парень.
— Пожалуйста, — Светлана хотела, было пододвинуться, но неожиданный «гость» сел рядом на ступеньку выше.
Наклонился к ней:
— Меня зовут Текс, — вежливо представился он.
— Светлана, — машинально ответила девушка, опять усаживая пса.
Собака с недовольством посмотрела на парня, слегка зарычав села, но ревнивого взгляда так и не отвела.
Продолжая наблюдать за игрой, Текс говорил, казалось сам с собой:
— Ты из нашего колледжа? — и тут же сам себе возразил: — Нет, иначе я увидел бы и потом, ты говоришь с акцентом, явно не местная. И по возрасту тебе рано здесь учиться. И имя странное. Ты откуда?
— Из России, — буркнула Светлана, ожидая новых расспросов по поводу её национальности и гражданства.
Но парень не заинтересовавшись как она попала в Америку, со знанием дела кивнул головой, уточняя:
— Страна снега и медведей. Этот монстр не медведь мутированный? — указав на собаку, спросил Текс.
— Нет, — засмеялась Светлана, удивлённая его «глубокими» познаниями о России. — Это собака, ещё молодая… точнее молодой.
— Как зовут?
— Пёс.
Собака обернулась, убедившись, что звали не её, снова перевела взгляд на Текса.
— Впечатляет, — засмеялся Текс. — Где ты живёшь?
С подозрением посмотрев на парня, девушка с неохотой ответила:
— В двух милях отсюда дом, в нём я и живу. Но посещать его я не советую. Там не очень радушно принимают незваных гостей.
Парень заметно оживился:
— Это дом с мраморными львами по бокам лестницы?
— Похоже на то, — соглашаясь, кивнула Светлана.
— Он многим известен, — заметил Текс. — Там, говорят, привидения гуляют по ночам. Кое-кто видел в окнах зажженные свечи. У вас электричества нет?
— Есть. Просто хозяин дома предпочитает жить по старинке. Но телевизор смотреть не возбраняется.
— А привидения - правда? — Текс выжидающе посмотрел на девушку.
Она пожала плечами:
— Лично я не видела.
Обернулась на прервавший их разговор крик:
— Текс! Познакомь со своей подружкой!
К трибуне подходила группа ребят, только что покинувших двери колледжа. У некоторых были сумки, кто-то просто держал книги в руках.
— Не обижайся на них, — Текс выглядел несколько обескуражено бесцеремонностью друзей.
Высокий черноглазый парень из подошедшей к ним компании, удивлённо вскинул брови:
— Чему тут обижаться, если хотим просто познакомиться. Меня зовут Элиот, а как имя прекрасной незнакомки?
— Светлана, — улыбнулась девушка. Простота общения и их манеры начинали ей нравиться.
— А меня - Джек, — представился светловолосый парень невысокого роста, но с накаченной фигурой боксёра.
— Лэнс, — лысый толстячок, комически наклонился в приветствии. Ничуть не смущаясь своего лишнего веса, с юмором добавил: — Вообще-то Лэнс должно идти с множеством «с» как говориться: охватывая весь мой размер.
— Ничего сойдёт и с одним «с». Нужно же хоть с чего-то начинать худеть, — улыбнулся четвёртый парень с длинными волнистыми волосами, каштанового цвета. Он один из всех присутствующих отращивал усы, которыми явно гордился. Проведя по ним пальцем приглаживая, он представился: — Ну, а меня зовут Эрик…
Окончить фразу ему не дал пёс. Вскочив, он с рычанием кинулся на окружавших девушку ребят. Они отшатнулись. Но видя, что пёс в наморднике снова подошли поближе.
— Вот это монстр! — восхищёно проговорил Лэнс, проводя рукой по лысине, как бы оттирая несуществующий пот. — Должно быть, так выглядит трехглавый пёс Кербер в царстве Аида. Только этот с одной головой!
Светлана с изумлением взглянула на толстячка. Как близко он был к истине!
— Почему у него такие алые глаза? — Элиот был явно очарован псом.
— Альбинос, — вызвав улыбку присутствующих, ответила девушка и добавила: — Выкрашенный.
— Под цвет одежды? — съехидничал Джек.
— Ты в трауре? — спросил Текс Светлану.
— Нет. Это имидж.
— Конечно, живя в таком доме. Нужно поддерживать репутацию, одеваться в чёрное, ходить с живым воплощением ужаса, — весело ухмыльнулся Текс.
Джек заинтересовался:
— Про какой дом ты говоришь?
— Да, тот с привидениями.
— О, так ты оттуда, — удивлённо протянул Джек, вытаращившись на Светлану. Она кивнула, подтверждая слова Текса.
— Но, надеюсь, — питаешься как все нормальные люди? Не кровью? — Эрик, дождавшись утвердительного кивка, предложил: — Тогда приглашаю в кафе отметить наше знакомство. Я угощаю.
Ребята одобряющие загудели. Текс наклонился к Светлане:
— Пойдём с нами. Эта игра не интересная. Разминка. Вот в следующий четверг, мы будем играть с «Бизонами» на звание чемпиона штата! Будет захватывающая игра. Приходи посмотреть, не пожалеешь.
— Сюда? — заинтересовалась Светлана предложением Текса.
— Здесь и в это время. Мы надерём задницу этим «коровам»!
— Да! — воскликнули хором Джек, Эллиот и Эрик. Лэнс благоразумно промолчал. По-видимому, он не состоял в команде.
— Обязательно приду, — оживилась девушка, но слегка нахмурившись, добавила: — Если к этому времени не уеду.
— Ты не знаешь, как долго здесь пробудешь? — удивился Лэнс.
— Мне сказали что долго, а как «долго» не знаю.
Текс спрыгнул со скамейки.
— Эрик, ты ещё не забыл о своём приглашении? Оно остаётся в силе?
— Разумеется, пойдём ребята, — Эрик приглашающее махнул рукой. Пригладив усики, взглянул на Светлану. — Мэм, прошу.
Весело покачав головой на столь необычное приглашение. Светлана, встав со скамьи, присоединилась к парням, потянув за собой негодующего пса. Он был ужасно недоволен намордником, если бы не он, то славно повеселился бы, покусывая ноги парней окруживших девушку.
Уводя Светлану с площадки, Лэнс вернулся к прошедшей теме:
— Давно тут живешь?
— С месяц, — ответила девушка.
— Тогда, я думаю, слово «долго» включает в себя, ещё несколько недель. Значит, ты вполне можешь присутствовать на этом событии века.
— Каком?
— Как «Бизоны» будут разбиты моими друзьями, — гордо и уверенно заявил Лэнс.
— Надеюсь увидеть, — согласилась девушка.
— Тебе сколько лет? — влез в разговор Джек. — Конечно, я понимаю, что спрашивать женщину о возрасте не принято, и всё же.
— Как вам сказать... — задумалась Светлана. — Сказать, что мне пятнадцать, будет как то нечестно.
— Почему? — вскинул брови Эллиот.
— Потому что через три недели, мне исполниться шестнадцать.
— В конце октября? — попытался уточнить Эрик.
—Тридцать первого, — прекратив их предположения, сообщила Светлана.
Вздрогнув, Текс изумлённо на неё воззрился:
— Придерживаешься своего имиджа?
— А что? — не поняла намёка девушка.
Но тут же отвлеклась, так как Эрик подвёл компанию к дверям мало приметного кафе. Приглашающим жестом распахнул дверь, и вся группа ввалилась в это небольшое, но уютное заведение.
Заняв столик и сделав заказ, ребята развалились на стульях.
— Это будет день всех святых - Хэллоуин, — сказал Текс.
— Какой день? — Светлана в недоумении посмотрела на него.
— День твоего рождения, — объяснил Текс. — В этот день оживают все духи и тёмные силы, это день веселья. Неужели у вас в стране его не знают?
— Нет, — покачала головой девушка. Всеобщее удивление появилось на лицах парней. Они явно ей не поверили.
— Чёрт, про твоего пса забыли, — спохватился Эрик. — Сейчас ему бифштекс с кровью закажем.
— Не надо, — остановила девушка. — Он ест только дома.
— Хорошая дрессировка, — одобряюще кивнул головой Лэнс. Обернулся к Тексу. — Зря так рано ушел.
— А, что случилось? — Текс заинтересованно посмотрел на ребят.
— Лэнс декану электрический стул устроил, — рассмеялся Эллиот.
Остальные парни зафыркали, очевидно, вспоминая лицо пострадавшего.
— К начальству повёл? — подвёл наибольшую вероятность Текс.
— Нет. Ты же его знаешь. Он оценил чувство юмора и распорядился Лэнсу пройти тест по всему прошедшему ранее материалу в полном объёме.
— Легко отделался, — согласился Текс.
Мимо столика прошёл незнакомый парень, на секунду нагнувшись к Джеку, заговорщицким тоном спросил:
— Джек, ты не в курсе? Церковь, что стоит на берегу речки, сгорела. Пожарные прибыли уже на дымящиеся руины.
— Да, ну! — подскочил на стуле Джек, обвёл ребят многозначительным взглядом и сказал: — Сдаётся мне, это работа Тэда и его дружков.
— Вполне может быть, — согласился с ним Эллиот. — Светлана, ты ещё не встречалась с этой компанией?
— Нет.
— И не надо, — подхватил Текс. — Удивляюсь, как они ещё не заметили тебя. Не одной красивой девушки не пропустят. Но нашу компанию обходят стороной, и к нашим девушкам не цепляются. Трогать нас они опасаются.
— Да. Так, что держись нас. Мы тебя в обиду не дадим, — подключился к разговору Джек. Остальные, улыбаясь, кивнули.
Лэнс ковыряясь вилкой в тарелке, попутно, заметил:
— С таким псом никто не страшен, разве что дьявол.
— Ну, понесло его, — закатил глаза Эллиот. — Сел на своего любимого конька. Светлана, позволь представить тебе нашего «чернокнижника».
— Колдун? — с любопытством посмотрев на толстяка, уточнила девушка. — Оккультизмом интересуетесь? Духов вызываете?
— Пытаемся, — скромно потупил очи Лэнс.
— Он все демона пытается вызвать и подчинить своей воле, — усмехаясь, сообщил Джек.
Подумав, Светлана решительно подняв голову, посмотрела на Лэнса.
— Лэнс, — обратилась она к нему.
— Да, — не отрывая глаз с тарелки, отозвался «чернокнижник».
— Не надо.
— Что «не надо»? — поднимая глаза на Светлану, удивлённо спросил Лэнс.
— Пытаться увидеть его, не надо. До добра это не доведёт. Он гораздо сильнее, чем ты думаешь и под контроль Его не возьмёшь. Это смертельная игра и окончится не в твою пользу.
— Ты Его видела? — загорелись глаза Лэнса, он в возбуждении привстал со стула.
— Приходилось. Поверь мне, он существует и лучше с ним не встречаться.
— Ребята! — развеселился Эллиот. — Ещё один чернокнижник! И откуда они только берутся?
Парни весело рассмеялись, и забыли эту тему. После, разговор перешёл на учебу и они хором сошлись во мнении что директор - козёл, а библиотекарша - кокетка и, по-видимому, лесбиянка. Так как к ней ходит классный мужик, а она игнорирует его. Переключились на спорт и ещё раз напомнили девушке о предстоящих играх. Должно быть, это имело огромное значение не только для них, но и для авторитета колледжа.
Трапеза подошла к концу. Парни покинули кафе, держа направление к колледжу. Пожав на прощание руки, Светлана осталась с Тексом, который не спешил присоединиться к своим друзьям.
— Опоздаете на лекции, — заметила девушка, провожая взглядом удаляющихся парней.
— У нас занятия на сегодня закончились, — ответил Текс, не двигаясь с места.
— Почему же они возвращаются?
— За транспортом. Он припаркован во дворе колледжа.
— Велосипеды?
— Нет. Мы же не маленькие, — слегка обиделся Текс. — У нас есть машины. Эрик, правда, на мотоцикле. Но ему мотоцикл больше нравится. Хочешь, подвезу?
— Спасибо, но я сама дойду. Две мили, много ли это? — улыбнулась, Светлана протянула на прощание руку. — Приятно было познакомиться с тобой, и твоими друзьями.
— Я на днях заеду? Или позвоню, — заглядывая в глаза, спросил Текс.
— Я ещё приду к колледжу, — уклоняясь от ответа, сказала девушка и добавила: — У меня нет телефона.
— Как несовременно! — ужаснулся Текс. — Живёте в доисторических временах! У всех сейчас есть сотовые телефоны, смартфоны. — Почему бы вам, не приобрести?
— Зачем? — удивилась девушка. — Нам не с кем разговаривать, да и незачем. До свидания Текс. Я ещё приду сюда, возможно даже завтра или послезавтра.
— Надеюсь встретиться, — вздохнул Текс, провожая глазами уделяющуюся на дороге девушку с чёрной собакой.
Последние два дня шёл проливной дождь, и, что самое необычайное - была гроза, как правило, для осени довольно редкое явление.
На третий день, ближе к полудню, находясь в своей комнате, Светлана услышала сигнал машины.
Выглянув в окно, увидела «джип», возле машины прогуливался Текс. Быстро накинув куртку, Светлана вышла на лестницу. Прислушалась, но дом был пуст и безмолвен. Как будто вымер. Зацокали по дереву лапы приближающегося к ней пса. Ухватив за ошейник, девушка быстро спустилась в зал первого этажа, ведя собаку за собой. Ещё раз, оглянувшись и прислушавшись, вышла из дома. Подбежала к джипу. Текс радостно шел ей на встречу.
Нервничая и оглядываясь на закрытые двери особняка, Светлана, слегка запыхавшись, сказала:
— Быстро садись в машину!
Улыбка сползла с лица Текса, и он недоумённо посмотрел на неё.
— Садись, — позвала Светлана, влезая в кабину и прихватывая с собой пса.
Не прекословя, парень сел за руль и заведя мотор, вывел «джип» на дорогу. Когда под колесами зашумел асфальт, девушка вздохнув более спокойно, повернулась к водителю:
— Зачем приехал? Я же обещала прийти.
— Соскучился. Ты не появлялась. Вот решил заехать и пригласить покататься. Сегодня же воскресенье, — несколько обиженный такой холодной встречей ответил Текс.
— Хорошая идея, — улыбнулась девушка, и снова став серьёзной, попросила: — Обещай мне.
— Что? — заинтересовался Текс.
— Никогда не подъезжать к дому. Лучше я сама выйду. В крайнем случае, подожди на дороге. Но близко к дому не подходи, ради твоей безопасности.
— Родители строгие? — ухмыльнулся Текс, с удовольствием разглядывая взволнованную девушку. Такая, ему нравилась ещё больше.
— Обещаешь? — настойчиво повторила свою просьбу девушка.
— Хорошо. На машине больше не подъеду, обещаю, — согласился Текс и спросил: — Куда поедем?
— Покажи город. Я видела только его краешек, — попросила Светлана и строго приказала псу, сидевшему на заднем сипенье и внезапно проявившему беспокойство. — Сидеть! — извиняясь: — Намордник забыла одеть. Надеюсь, будет достаточно послушным, чтобы не доставлять мне неприятностей.
— Надеюсь, — с иронией согласился с ней Текс, и с опаской посмотрел на временно присмиревшего пса.
Мимо с шумом и грохотом промчалась группа мотоциклистов, направляясь из города прочь. Двое или трое увидев спутницу Текса, громко засвистели, выражая свой восторг.
— Это компания Тэда, — поморщился с отвращением Текс. — Наркоманы и бандиты.
Соглашаясь с парнем. Пес, приподнявшись на сиденье, громко рявкнул вслед удаляющимся мотоциклистом. Внезапно, один оторвавшись от группы, сделал круг вокруг машины Текса, внимательно всмотрелся в его пассажира. Пронзительно свистнув, повернул назад и помчался вслед за своими друзьями.
—Теперь Тэд в курсе. Дэл, его «шестерка», доложит, кого со мной видел, — скривившись, сказал Текс. — Тэд будет искать встречи с тобой.
— Что в этом такого? — удивилась Светлана.
— В принципе - ничего. Но тебе лучше с ним не встречаться, и прими добрый совет: ходи со своим псом.
— Такой опасный тип? — девушка с любопытством взглянула на озабоченного Текса.
— Ты очень красивая.
— Спасибо, — смутилась Светлана, разглядывая свои пальцы.
— Это не комплимент, это факт. Тэд постарается не упустить возможности заполучить тебя.
— Заполучить? — не совсем поняла его девушка.
Парень с удивлением посмотрел на неё, словно проверяя, не шутит ли она. Но Светлана действительно не совсем поняла его фразу.
— Сделать своей девушкой, — пояснил он.
— Не думаю, что у него получиться, — улыбнулась Светлана, оставив эту тему, переключилась на разверчивающуюся перед ней панораму города.

Вечером, недалеко от особняка, на дороге остановилась машина. Высадив светловолосую девушку с собакой, умчалась назад, в город.
Светлана направилась к дому, в окнах которого уже горели свечи. Поднявшись на второй этаж и войдя в комнату с большим камином. Светлана обнаружила всю компанию (кроме Дорна) в сборе.
— Наша девочка хахаля нашла, — тут же пропел всем присутствующим Юм, лежавший поближе к огню.
— Как покаталась? — полюбопытствовал Барон, дымя сигарой.
— Хорошо. Город посмотрела. С друзьями «хахаля» познакомилась.
Покосившись на Юма, ответила Светлана.
Барон, как-то странно посмотрев на неё, уточнил:
— Хорошие ребята, не правда ли?
— Н-ничего, — неуверенно согласилась с ним Светлана, чувствуя подвох.
Но Барон молчал, и девушка более спокойно опустилась в кресло, что стояло неподалеку от камина.
Амон неопределенно хмыкнув, сказал, по-видимому, обращаясь к Барону:
— У нас ещё будет возможность познакомиться с ним и его друзьями.
— Вы будете искать встречи? — испуганно посмотрела девушка на Амона. Его слова взволновали её.
Но он, равнодушно махнув рукой, ответил:
— Нет. Сами придут. Довольно скоро. Люди так любят всё необычное. Особняк их явно привораживает.
Светлана вздохнула. Она была уверена, что парни послушаются её совета и близко к дому не подойдут.

Минуло несколько дней, и наступил четверг, день, когда её новые знакомые наметили «надрать задницу» своим соперникам «Бизонам».
Раньше, чем было нужно, надев куртку, Светлана покинула дом. На этот раз, оставила пса в доме, решив, что на игру придёт много народа, поэтому пошла одна.
Выйдя на дорогу, пиная попадающиеся под ноги камешки, Светлана направилась в город, надеясь перекинуться парой слов с ребятами, прежде чем они приступят к игре. Она уже подходила к городу, когда за спиной послышался шум приближающегося мотоцикла.
Заехав вперед и преградив дорогу, мотоцикл остановился. Несмотря на осеннюю прохладу, водитель был одет лишь в майку и джинсы. Тёмно-синяя майка была разрисована рогатыми чудовищами, а руки исколоты татуировками, начиная с пальцев и заканчивая плечами. Фрагменты татуировок проглядывали и из-за майки на спине. Голова водителя была выбрита ровными полосками, между которыми чернели полоски волос ото лба и до затылка коротких, а ниже длинных до плеч. Чёрная, короткая борода, как повязка при больных зубах, обрамляла лицо. С проколотых ушей свисали перья на цепочке. Светлана уставилась в это «явление», ожидая, что чудо скажет.
Что-то жуя, парень не покидая сиденья мотоцикла, оглядывал её оценивающим взглядом. Сплюнув и утерев рукой бороду, хриплым голосом проворчал:
— Дэл сказал правду. Красивую курочку подцепил Текс. Откуда ты такая взялась?
— Из Нью-Йорка, — ответила Светлана, мысленно перебирая варианты, как от него отделаться.
— Но ты не американка, — трезво заметил мотоциклист. Он всё ещё разглядывал её. Лёгкий пар клубился над ним каждый раз, когда он выдыхал воздух или говорил. Но он казалось, не замечал утреннего холода.
— Как тебя зовут? — внезапно поинтересовался он.
Вздохнув, Светлана назвала свое имя и, добавила:
— Я так понимаю, что ты - Тэд?
— Уже ознакомили с достопримечательностью города? — обнажая в ухмылке жёлтые зубы, сказал Тэд. Кивнув себе за спину, скомандовал: — Прыгай в седло, — недобро усмехнулся. — Покатаю.
Светлана отрицательно покачала головой:
— Нет. Дойду пешком, тут близко.
Зло сверкнув глазами, Тэд ударил ногой по педали, заводя мотор.
— Смотри, какая недотрога! — выводя мотоцикл на дорогу, прежде чем скрыться, пообещал: — Мы ещё встретимся, — прищурив глаза, процедил: — Довольно скоро.
— Надеюсь, что нет, — пробормотала девушка вслед удаляющемуся мотоциклу.

Пространство возле колледжа было забито людьми и машинами, некоторые из них были с номерами другого штата. Толпа осаждала трибуны вокруг поля, охватывая пёстрым кольцом свободное пространство. Большая часть зрителей состояла из молодежи, вероятно в колледже по этому случаю, занятия были отменены,
Светлана подошла поближе, чтобы рассмотреть приготовленное поле и предстоящую игру. Встретиться с Тексом и его друзьями она уже не надеялась. Свидание с ними придется отложить до конца игры, когда будет ясно кто победитель. В правилах американского футбола Светлана не разбирались, но считала вполне компетентной, чтобы разобраться кто выигрывает.
Неожиданно она услышала, как её кто-то зовет, выкрикивая и искажая имя до не узнаваемости. Подняв голову, Светлана увидела Лэнса. Он сидел на самой верхней ступеньке трибуны, и зазывающе махал рукой, приглашая присоединиться. Махнув в ответ, Светлана быстро взобралась на вершину.
Лэнс похлопал рукой по скамье:
— Садись. Видишь, иногда полезно быть толстым, люди тогда уступают больше места, чем в действительности нужно. Так что будем смотреть сражение с комфортом. Твой пёс внизу?
— Остался дома, — присаживаясь рядом с Лэнсом, сказала Светлана.
— Что-то сегодня прохладно, — пожаловался парень.
Полез во внутренний карман куртки. Покопался. Вытащил бейсболку и натянул на лысину.
— Чтобы не отражалось солнце, — пояснил он Светлане.
Светлана окинула взглядом всю панораму поля. Колледж стоял на городской окраине, и дальше за ухоженным полем с трибунами, шло ещё одно поле. Дальше лес, откуда утренний ветер приносил запах хвои. Площадка для игр была прямоугольной, и только с двух сторон стояли небольшие трибуны. Остальные две стороны выходили на открытое пространство и люди, не попавшие на скамьи, редкой цепочкой окружили поле по периметру. Подъехал автобус, и толпа всколыхнулась, загудела, приветствуя прибывших «Бизонов». Из колледжа показались другие участники игры. Трибуна и их встретила криками и свистом, выражая восторг и радость.
И игра началась.
Звучно сходились соперники.
Гремели, сталкиваясь каски.
Игроки перемещались по всему полю, оставляя за собой вбитые в землю тела. Которые только через какое-то время приходили в себя после встряски и снова рвались в бой, в гущу событий.
Слушая комментарий Лэнса, Светлана, наконец, стала постигать смысл игры, заключавшейся в том, что нужно донести мяч, несмотря на силовые приемы противника, пытавшегося остановить и забрать эту «дыню», до последней черты на поле, тем самым, зарабатывая себе очки. «Бизоны» показали себя достойными противниками. Играли с переменным успехом, и трудно было предсказать, кто станет победителем. Сражение подходило к концу, когда внимание Светланы было привлечено всадниками на огромных, чёрных лошадях, выехавших из далекой рощицы и галопом приближавшихся к людям кольцом окруживших поле. Резко остановившись недалеко от зрителей, всадники не выпуская поводьев, гарцуя на не терпеливых, не желающих стоять вороных, присоединились, наблюдая за игрой.
Светлана вздрогнула, заметив, как отразили солнце очки одного из всадников, а второй одетый во все чёрное, заставил сердце девушки забиться сильнее, с испугом она узнала в нем рыжего дьявола.
Время игры съедало последние минуты, секунды.
Лэнс возбуждённо подпихнул соседку локтём.
— Если они сейчас не забьют мяч, то мы проиграли! — ломая пальцы, простонал он в азарте.
Дан сигнал и «Бизоны» упустили мяч. Теперь он был у соперников. Стеной они преградили храбрецу путь, с мячом прокладывающему себе дорогу через бросающиеся ему под ноги и на него тела. Но «Бизонов» было слишком много, а друзья остались позади. Парню предстояло самому схватиться с толпой озверевших, горящих жаждой крови «Бизонов», при этом не потерять мяч.
Лэнс обречено простонал:
—Теперь нас может спасти только чудо, иначе, мы проиграли!
И чудо свершилось. «Бизоны» так и не смогли дотянуться до мяча. Непонятным образом они падали, скользили по траве, летели кувырком совсем в другую сторону, словно потеряв ориентир. Внезапно выросшая трава путалась под ногами «Бизонов», не давая им двигаться вперёд.
Парень в одиночестве добежал до черты с торжеством и силой ударил мячом по земле. Шум толпы перекрыл голос судьи, всем и так было ясно, кто стал победителем.
Светлана перевела взгляд на чёрных всадников. Подняв на дыбы лошадей и дав шенкелей, они умчались в лес, безжалостно погоняя вороных. 3рители, увлечённые игрой, так и не заметили, кто почтил своим присутствием площадку, где разыгрывалось звание чемпиона штата.
Лэнс удерживая девушку на месте, рассудительно заметил:
— Сейчас до победителей не добраться. Подождём здесь, они обязательно подойдут, как только отделаются от поклонников.
Ждать пришлось довольно долго. Но Лэнс не давал скучать девушке, развлекал рассказами из жизни колледжа, сокращая тягостное ожидание. Когда они остались на трибуне одни, из колледжа вышли игроки и направились к полю. Светлана с интересом посмотрела на Элиота и Эрика, с ними обнявшись, шли две миловидные девушки на несколько лет старше её, тут же рядом шли Текс и Джек. Светлана и Лэнс спустились со скамьи им навстречу.
— Светлана познакомься, это Роберта и Афелия, — указывая на девушек, сказал Текс.
Дождавшись, когда девушки познакомятся, Джек, потерев руки, предложил:
— Раз мы вырвали у «Бизонов» звание чемпионов, то необходимо подобающим образом отметить это событие. Кто за моё предложение?
За его предложение оказались все. Дружной толпой они устремились к уже знакомому Светлане кафе. Хозяин заведения с гордостью принял под своей крышей победителей и заявил, что он угощает всю компанию.
Пиршество затянулось до вечера и тогда поступило предложение от Элиота продолжить его завтра пикником, на природе. Совершить десятимильную выездку за город на велосипедах. На счет последнего Лэнс пытался внести поправки, заменить велосипеды, мотоциклом. Но поправка была хором отвергнута, и Лэнсу пришлось согласиться на велосипеды и очень поспешно, так как стали поступать новые предложения: заставить Лэнса идти пешком в оздоровительных целях.
Договорившись о месте встречи и времени, они потихоньку принялись разбегаться. Лэнс ускользнул в числе первых. Джек попрощавшись, оставил Светлану и Текса наедине.
— Боюсь, я не смогу участвовать в вашем пикнике, — со вздохом призналась девушка. — У меня нет велосипеда.
— Жаль, — огорчился Текс, но тут же оживился: — На багажнике?
— Жестковато на десять миль, — заметила Светлана и тут вспомнила: — Текс, сейчас магазины ещё открыты?
— Разумеется, — ответил Текс. — О, я куплю тебе велосипед!
— Я думаю, у меня хватит денег купить его самой.
Предположила Светлана, шаря рукой во внутреннем кармане куртки. Она была уверена, что деньги у неё есть. (Барон как-то позаботился об этом). Но, вот сколько, этого Светлана не знала. Вытащив пачку, развернула, пытаясь их сосчитать.
— Ого! Да тут на поддержанную машину хватит, — изумился Текс, рассматривая сто долларовые купюры в объёмной пачке.
— Отлично, значит, сейчас я буду при транспорте.
Покинув кафе, они направились на поиски подходящего магазина.
Ведя новый велосипед. Светлана задумались. Текс, почувствовав что-то неладное, заглянул ей в лицо.
— Что-то не так?
— Да нет. Все хорошо. Вот только... не смог бы ты подержать велосипед у себя до завтра?
— Нет проблем, — улыбнулся Текс.
Они вышли за город. Светлана повернулась к парню.
— Спасибо Текс. Дальше провожать не надо. Я дойду одна.
— Но уже темно! Ты не боишься? — удивился Текс.
— Если только за тебя. До завтра.
— До завтра, — повторил Текс, притягивая к себе девушку. Наклонившись, он нежно поцеловал её в губы. Загремел упавший на асфальт велосипед. Светлана рывком освободилась из его объятий.
— Не надо, — почти умоляя, попросила она его.
— Не буду, — улыбнулся Текс, нагибаясь за велосипедом. — Ты уверена, что дойдёшь?
— Конечно, — Светлана запнулась. На мгновение ей показалось, что из-за деревьев окружающих дорогу, донёсся лошадиный храп. Прислушалась. Нет. Тихо. — Завтра встретимся у колледжа.
Повернувшись, она исчезла в ночи.
Постояв пару секунд, Текс направился в город, ведя велосипед за собой.

Сгустившиеся к вечеру тучи, укрыли за собой все небесные светила.
Непроглядная тьма опустилась на землю.
В её мраке растворились деревья, и дорога погрузилась в яму ночи.
Огни города остались позади, и девушка одиноко шла по дороге, удивляясь отсутствию транспорта на ней. Неожиданно из рощи, на обочину выехал кто-то верхом. Ни всадника, ни коня видно не было, но стук копыт приближался. Светлана остановилась, внимательно вглядываясь в направление шума. Но ночь надежно таила в себе таинственного всадника.
Конь увеличил скорость, перейдя с галопа в карьер, об этом можно было судить по убыстряющимся ударе копыт об асфальт.
Конь приближался.
Стало отчетливо доноситься его шумное дыхание, но он как и прежде был невидим. На мгновение, девушка мысленно перенеслась в Африку, именно с невидимого всадника, всё началось.
Грохот копыт усилился, потом конь резко притормозил и медленно, шагом подошёл к ней.
Как глыба мрака внезапно проявился силуэт коня.
Всадник наклонился.
— Мисс, не желаете прокатиться? — спросил он девушку и на секунду в его глазах полыхнул огонь, и погас.
— Амон, вы умеете появляться неожиданно, — вздохнула Светлана.
— Это моё право, — сказал дьявол. Протянул девушке руку. — Прыгай в седло, кажется, так предлагал прокатиться на мотоцикле Тэд?
— Вы и это знаете? — покачала головой Светлана, не спеша воспользоваться его приглашением.
— Садись же, — проворчал, теряя терпение Амон, и еле заметный огонёк снова заплясал в глазах.
— Я так понимаю, здесь недалеко осталось. Дойду.
— Ты невозможна! — процедил сквозь зубы Амон. Схватив девушку, легко поднял и усадил боком впереди себя.
Светлана с удивлением обнаружила, что конь был без седла. Дьявол сидел прямо на крупе и всех частей сбруи, конь имел только уздечку.
Крупная дрожь прокатилась по телу животного, когда его коснулся человек. Дьявол быстро усмирил его, дав шенкелей, помчался по дороге, выбивая из-под копыт искры.
— Тебе обязательно нужно злить меня? — спросил Амон, яростно подстегивая коня. Одной рукой он держал поводья, другой, обхватив девушку за талию, подстраховывал её от падения с этого норовистого животного. С иронией он заметил: — Ты могла бы принять моё предложение просто из вежливости. Как-никак, твои друзья победили благодаря моему вмешательству или ты не заметила?
— Заметила, — согласилась Светлана. — Но, почему помогли? Это не похоже на вас.
— Сегодня они знаменитость, а ореол славы не всегда выдерживает человек. Выйдут ли они победителями из сражения самих с собой или, — тут он жёстко усмехнулся, — завязнут в тщеславии, гордыни, лести и во всём таком, что обволакивает звезду.
— Вы коварны, — тихо заметила Светлана. Ветер унёс её слова.
— Помогая им, я убиваю двух зайцев: ты - испытываешь чувство вины и должника, так как я не дал им посрамиться в глазах сокурсников и всего города. А парни с победой, получат и бремя славы, посмотрим, выйдут ли они с честью.
Мелькнули освещённые свечами окна особняка, но демон по-прежнему гнал коня дальше в ночь.
— Мы приехали. Выпустите меня!
В ответ он только сильнее прижал к себе и пришпорил вороного.
— Нет! Клянусь Адом, нет! — засмеялся. — Мы только начали ночную гонку!
Вдали засветились, пронзая мглу, фары машины направляющейся в город. Дьявол повёл коня навстречу. Светлана с ужасом убедилась, что столкновение неизбежно. Водитель увидел их лишь когда несколько метров оставалось до катастрофы.
Последующие мгновения слились в сплошной хаос.
Визжали тормоза.
Сигнал буравил небо, и крик водителя вторил ему.
Заржал конь.
Светлана со страхом ждала конца.
Дико и страшно захохотал дьявол, поднимая коня на дыбы.
Машину заносило на обочину, и углом она неизбежно должна была задеть всадника. Но тут получилось нечто необычное. Конь, поднятый на дыбы, не опустился на землю, а наоборот помчался по воздуху всё выше и выше, словно взбираясь на гору. Под ним проскользнула машина, валясь на бок и летя по склону вниз. Несколько раз перевернувшись, остановилась. Дьявол остановил коня, и он загорцевал в воздухе на невидимой опоре. Повернул и посмотрел вниз на измятую, исковерканную машину. Её фары испускали свет, как крик о помощи.
Дьявол поднял руку, Светлана, чувствуя, что сейчас произойдёт нечто ужасное, умоляюще вцепилась в демона.
— Амон, не надо! — закричала она.
Амон медленно повернул к ней лицо. Глаза его светились дьявольским огнём.
— Хочешь вспомнить вкус кнута? — угрожающе тихо спросил он.
Светлана не успела ничего ответить, как голубая молния пронзила ночь, наполняя воздух запахом озона, начиная свой путь с ладони дьявола и заканчивая на баке с горючим машины. Глухо рванул взрыв, и пламя с жадностью выплеснулось в небо, сжигая замурованного водителя.
Громко крикнув, дьявол устремился дальше, в тучи, безжалостно погоняя вороного коня. Светлана в оцепенении сидела на крупе, и стальная рука Амона крепко держала её.
Разорвав пелену туч, конь вылетел на их поверхность, и помчался уже по их постоянно меняющимся вершинам.
Облака закручивались в воронки, покоряясь следующим за всадником смерчу. Форма туч непрерывно менялась. Подобно океанским волнам, она то вздымалась вверх, то опадала вниз глубоким колодцем, на дне которого иногда мелькнет далёкий город с множеством мерцающих пятен света, или автострада светящейся ниточкой соединяющая моря огней.
Дьявольский конь нёсся по тучам и места соприкосновения его копыт с облаками вспыхивали и разлетались в разные стороны маленькими, голубыми искрами-молниями.
Холодные звёзды были свидетелями этой нереальной скачки.
Демон остановил коня, но даже и он не смог сразу справиться с его норовом. Вороной не хотел стоять, перебирая ногами, рвался продолжить свою безумную скачку. Наконец, он покорился, замер на некоторое время и лишь роя копытом тучу и резко вскидывая голову звеня уздечкой, выражал своё недовольство остановкой.
Амон повёл рукой, словно приглашая насладиться открывшемуся взору видом.
Мерцали белые звезды.
Клубились облака.
На Земле как в яме, было черно и пусто. Далёкий город, огоньками давал понять, что под тучами не бездна, а огромное расстояние пролегло между небом и землёй.
— Смотри, больше никто из смертных, никогда этого не увидит, — сказал Амон притихшей девушке.
А она, представив, сколько километров разделяет её до поверхности земли, вцепилась в холку неспокойного коня. Слова демона не сразу дошли до её сознания. Подумав, Светлана спросила:
— А с самолёта, разве не такой вид?
— Может и такой, но какой самолёт сможет пройтись по тучам, не пронзая их насквозь? Смотри.
Амон, подняв руку, сжал её в кулак, и казалось, вся энергия туч потекла в него лёгким, голубоватым туманом. Весь кулак нестерпимо засверкал, и Амон резко метнул этот свет вниз.
С треском разрывая воздух, молния устремилась на далёкий город. Вспыхнула маленькая точка, указывая на место попадания.
— Если интересно, я могу сказать куда попала молния. Но, не думаю, что тебе придется по душе.
— Я и тоже так думаю. И всё же, куда? — прошептала Светлана, подавленная величием мира.
— В человека, куда же ещё, — недобро усмехнулся Амон. — Он в чёрной сутане и очень любит наставлять на путь истинный своих прихожан.
— Вы убили священника? — ужаснулась Светлана.
— Не убил, — возразил Амон, — а только вывел на время из строя. Но представь, насколько повысится его религиозное рвение, решив, что это предупреждение с небес.
— Вы так думаете? — Светлана посмотрела дьяволу в лицо.
Тот, криво усмехнувшись, соглашаясь, кивнул:
— Натурально, так и подумает.
Конь снова заплясал под всадником, выказывая нетерпение и желание мчатся вдаль как по воздуху, так и по земле. Амон нагнувшись, успокаивая, похлопал коня по шее. Конь запрял ушами, дружелюбно фыркнув, потянулся мордой к руке. Амон снова похлопал его по шее, выпустив поводья, обнял девушку.
Вороной переступив, замер, подобно изваянию и только уши чутко улавливали звуки проносившееся в небе.
Светлана подобно коню оцепенела, не зная, что предпринять.
Амон, едва слышно хмыкнув, прошептал на ухо:
— Твои мысли в смятении. Ты озадачена моим поступком и никак не можешь принять какое-нибудь решение, — коснувшись губами её шеи, он заметил. — Тебе понравилось. Почему молчишь?
— Что мне сказать? — пробормотала девушка не в силах оторвать глаз от внезапно разверзнувшейся под конём бездны. Облака разошлись кольцом, открывая прямой путь на землю.
Амон, снова прильнув к ней, шепнул:
— Что тебе сказать? Скажи «да».
— И что будет?
— Весь мир будет к твоим услугам. Ты познаешь любовь такую, какую ни один человек тебе не сможет предложить. Будешь со мной вечно, впрочем, — тут он прервал самого себя. Блеснул в улыбке клыком. — Ты и так будешь со мной и в свите Дорна, и это не зависит от твоих желаний.
— А то, что вы хотите - зависит? — вздрогнув, спросила Светлана, чувствуя жар исходящий от его рук. Он медленно, но растапливал холод в её сердце.
— В принципе – нет. Просто хочу услышать «да». Я знаю, что тебе приятно, когда я обнимаю, целую, но что-то отталкивает тебя от меня. Что?
— Ваша безжалостность. Я боюсь вас.
Амон рассмеялся. Выпрямился. Освободил девушку от своих объятий. Теперь он вежливо придерживал её, не давая соскользнуть с крупа лошади вниз.
— Ты ещё не поняла смысл жизни, смысл смерти. Ты считаешь меня беспощадным, но это не совсем так. Клянусь Адом! В своих рассуждениях ты бываешь близка к истине. Но никак не можешь постигнуть её. Впрочем, каждый человек открывает для себя свою истину и смысл вещей. И никогда нельзя сказать, ложна ли она. Так как именно для этого человека она единственная. Но тебе придётся пересмотреть свои взгляды на жизнь. Взглянуть на мир под другим углом, и тогда познаешь истину, совершенно отличную от других, именно она и будет ИСТИНОЙ МИРОЗДАНИЯ.
Амон нагнулся, подбирая поводья.
Конь прянул, почувствовав близость скачек.
Амон не заставил долго ждать. Ударив шпорами, он пустил коня сразу в карьер.
И снова заклубились тучи, принимая самые причудливые формы. Формы, которые невозможно вообразить.
Разорвав облака, по крутому серпантину, конь устремился на землю. Мелькнули кроны деревьев, пропахав дёрн, вороной остановился, взрывая опавшую листву копытом.
Амон легко спрыгнул с крупа на землю. Протянул руки, приглашая Светлану спуститься с коня. Улыбнувшись, девушка соскользнула со спины, прямо в его объятия. На секунду прижав, он тут же отпустил её. Фыркнув, конь растаял в ночи.
Обернувшись, Светлана увидела особняк, он был совсем рядом, но прежде чем войти в него, она спросила:
— Завтра, — она запнулась и поправилась: — на сегодня, меня пригласили на пикник... Можно?
— Отчего ж нельзя? Развлекайся, но не забывай, что миру людей принадлежишь только формально. Прихвати пса, пусть животное развлечётся, нужно поддерживать в нём боевой дух.
— Что? — не совсем поняла его слова Светлана. О каком боевом духе могла идти речь, когда она собралась отдохнуть с друзьями?
Амон промолчав, скрылся в особняке.

Группа из восьми велосипедистов, рассекая воздух, направлялась к холмам, раскинувшимся неподалеку от города. Подтрунивая друг над другом, они весело мчались на пикник. Лэнс оказавшийся в хвосте колонны, пыхтя, нажимал на педали. Он не шутил подобно остальным, все его силы уходили на борьбу со скрипящим под тяжестью велосипедом. За ним ещё более недовольный бежал пес, каждым прыжком покрывая несколько метров.
Отдалившись от города миль на семь, велосипедисты свернули с дороги. Проехав небольшую рощицу, остановились на зелёной лужайке, щедро усыпанной опавшей листвой. Тут же с багажников были сняты рюкзаки, постелены одеяла. Джек с Элиотом занялись разведением костра в маленькой печке.
Светлана была поражена, увидев её, такой предусмотрительности она никак не ожидала. Пёс крутился под ногами, суя нос в каждую сумку, что-то вынюхивая и выискивая. Но Светлана знала, что чтобы ему не предложили, он бы всё равно не взял.
Из-за деревьев показался отставший от компании Лэнс, неся велосипед со спущенной камерой на плече. Сложив его в общую кучу транспорта, Лэнс облегчённо вздохнув, присоединился к ребятам разводившим огонь, давая им, как ему казалось, полезные советы. Последние не оценив его стараний, вежливо посоветовали заняться своим велосипедом, иначе, пригрозили они, когда надумают поворачивать назад, «забудут» его здесь.
Роберта и Афелия опустошали сумки, вытряхивали их содержимое прямо в траву. Светлана опаской заглянула в сумку, которую ей вручил Барон, когда покидала особняк. Она не хотела ничего брать (особенно от Барона). Спорить не было времени, она и так опаздывала, поэтому прихватив то, что он ей всучивал, поскорее смылась не дожидаясь момента, когда они передумают отпускать ли вообще. Теперь, ожидая всяких фокусов, заглянула в сумку. Аккуратно выудила из сумки пару банок чёрной икры, вроде омаров (она решила, что это они) и ещё множество всякой снеди, название которой затруднилась бы ответить. Но Афелия, по-видимому знала, что это такое и изумлённо вскинула глаза на Светлану.
— Не думала, что ты из миллионеров, — призналась она улыбнувшись.
— Я тоже не знала, — покачала головой Светлана, догадываясь, в чём заключался «фокус» Барона.
Текс как-то странно посмотрел на неё, но ничего не сказал. Остальные ребята восприняли пиршество как должное.
Лэнс разобравшись со своим транспортом, отдыхал недолго. Попросив его переворачивать на огне мясо, ребята расположились на одеялах, и приступили к уничтожению пищи. И опять двое остались в стороне, и жалостливыми взглядами провожали исчезающую еду. Это были Лэнс, который всё же желал похудеть и Пес (который вовсе не желал худеть), последний брал пищу только с рук своего хозяина, а что давал ему Амон, для Светланы оставалось загадкой.
После ланча, достали мяч и гоняли его дурачась. Эрик выудил из своего рюкзака видеокамеру, и теперь суетился вокруг играющих, стараясь запечатлеть их на плёнку во всех ракурсах. Каково же будет его удивление, когда спустя несколько недель он, пожелав просмотреть пикник, не обнаружит в кадре одного из участников, его заменит нечто туманное и непонятное.
Пёс, понаблюдав некоторое время за сходящими с ума людьми, благоразумно скрылся в роще.
Наконец, вымотавшись, компания снова заняла места на одеялах на поляне. Текс повернулся к скучающему Лэнсу
— Покажи фокус. Девочкам будет интересно увидеть.
Лэнс не заставил себя упрашивать дважды, он тут же вытащил из кармана колоду карт.
— Сейчас я вам покажу своё «колдовство», — предупредил он, тасуя колоду.
Рокот мотоциклов заглушил его слова. Элиот вскочил на ноги.
— Твоё колдовство? — угрожающе спросил он Лэнса, указывая рукой на приближающихся мотоциклистов.
— Чёрт! — с досадой воскликнул Эрик. — Это Тэд со своими дружками!
— Сейчас будет заваруха, — тихо подытожил Лэнс, убирая карты в карман. Он здраво рассудил, что сейчас будет не до фокусов.
Мотоциклисты окружили отдыхающих, приглушили моторы.
— Тэд, какого дьявола сюда приехал? — поднялся Джек и направился к Тэду, всё еще сидящему в седле. — Мы тебя не звали, — повернулся к вскочившим на ноги ребятам. — Я прав, друзья? Он здесь лишний?
— Ай, как невежливо! — злобно ухмыльнулся Тэд, окидывая взглядом присутствующих, задерживая его на девушках. — Мы тут приехали поздравить победителей, а они так грубы!
— Считай, что поздравил, — хмуро посмотрев на Тэда, ответил Текс.
— Я с тобой не согласен, — вежливо возразил Тэд. — Я привёз подарок.
Оглянувшись к дружкам, он щёлкнул пальцами, и тогда, с одного из мотоциклов слезла девица, сидевшая позади водителя. Она вызывающе посмотрела на настороженных парней.
— Вот он, — указывая пальцем на девушку, Тэд весело улыбнулся. — Она ваша, берите.
Эрик с иронией ответил:
— Право не знаем, как отблагодарить тебя за столь щедрый жест.
— А я знаю! — подхватил ироническую ноту Тэд. — Отдайте мне её, — его указательный палец остановился на Светлане. — Это будет хорошая сделка. Мирма знает своё дело, вы останетесь довольны.
Девица, услышав своё имя, томно посмотрела на парней, и зазывающее прикусила нижнюю губу.
— Ты шутишь Тэд? — воскликнул Джек. — Променять эту курицу на красавицу? Ты нас за дураков считаешь?
— А разве это не так? — захохотал Тэд, но в его глазах был лёд. Они смотрели злобно и холодно. — Хорошо, не хотите меняться, придётся взять самому, — деланно вздохнув, закатил глаза к небу, словно призывая Бога в свидетели. — Не люблю насилие, — переведя взгляд на парней, добавил: — Но что делать, когда вынуждают.
Словно получив сигнал, ребята Тэда заведя моторы, направили мотоциклы на место стоянки.
Полетела посуда. Хрустели стаканы под колёсами. Злобно ухмыляясь, бандиты крушили всё. Завизжала Роберта, когда ее, перекинув через седло мотоцикла, повезли прочь. Текс, Эллиот, Джек и Лэнс бросились на бандитов, сталкивая с мотоциклов и от души отбивая костяшки пальцев о лица противников. Но Тэд набрал большую «армию» чуть не вчетверо, превосходила их сила.
Занятые сражением парни не заметили, как Тэд направил мотоцикл на отскочивших в сторону Афелию и Светлану. Оттеснив Афелию, Тэд попытался усадить Светлану на свой транспорт. И тут Светлана словно проснулась. Она увернулась от мотоцикла и ударом ноги, в который вложила вес тела, заставила Тэда упасть в траву. Он вскочил. Ярость, и жажда крови заплясали в его глазах. Тэд бросился на девушку, и снова она увернулась. В следующий раз бандит был начеку, не дав ей ускользнуть, схватил за плечи. Машинально, не давая себе отчёта, Светлана, сделав подсечку, крутанула его через бедро и Тэд снова оказался на земле.
— Каратистка, — прошипел он с ненавистью.
Поднялся на ноги. Сделав знак кому-то за спиной девушки, он ухмыльнулся.
Уловив движение сбоку, Светлана резко нагнулась, давая нападающему продолжить свое движение дальше. Но не успела выпрямиться, как кто-то крепко ухватил её за руки выше локтей. Тэд подошёл поближе, предусмотрительно прикинув расстояние, через которое она не смогла бы дотянуться до него ногами. Оценивающее окинул взглядом.
— Неплохо дерёшься. Я бы сказал - хорошо, — процедил он сквозь зубы, уважение прозвучало в его голосе. — Но нас гораздо больше.
Тэд оглянулся. Действительно, бой подходил к концу. Бандитов было слишком много и ребятам не по силам справиться с ними. Лэнс уже лежал в отключке. Эллиот тоже был близок к этому. Эрика крепко держали сразу трое и четвертый «обрабатывал» его. Единственно, кто ещё держал ребят Тэда на расстоянии, были Текс и Джек, последний, несмотря на свой невысокий рост, дрался как тигр и бандитам было трудно увертываться от его точных и сильных ударов. Светлана трезво оценила обстановку, посмотрев на весёлого Тэда, признала за ним право на торжество, которое он и не скрывал. Но про себя Светлана усмехнулась, у неё был «туз в рукаве». Ну, если не «туз», то всё-таки серьёзная карта. Тэд озадаченно посмотрел на девушку, когда она свистнув, громко крикнула:
— Пёс, ко мне!
Тэд оглянулся, но никого не увидев, скомандовал своим ребятам:
— Зажмите рот. Ещё услышит кто, хотя мы далеко от дороги.
Посмотрев на дрожащую Афелию, сказал:
— Эту можете взять себе. Она мне не нужна, — и с удовольствием проследил, как её визжащую ребята принялись раздевать. Обернулся к Светлане: — С тобой сейчас будет то же самое…
Но не успел вдаться в подробности расправы, чёрная молния обрушилась на его плечи, валя с ног не землю.
Бандита замерли, отвлёкшись от своих жертв. Что-то огромное, рычащее, сверкая алыми глазами, рвало главаря на части.
Веером летела кровь, орошая всё вокруг. Тело в пасти чудовища из преисподней, подчиняясь движениям головы, как кукла покорно летала из стороны в сторону. Руки, ноги, словно подвешенные на шарнирах болтались в разных направлениях, будто у человека не было костей.
Монстр перестал трепать тело и поднял окровавленную морду, окидывая нехорошим взглядом замерших парней. Вся морда пса была заляпана кровью по самые глаза, мускулистая грудь в её потёках. Человек с растерзанным, разорванным горлом, лежал у его лап. Впрочем, горла-то и не было. Только разгрызанные шейные позвонки, с которых пёс вылизал даже кровь. Куски мышц и кожи лежали вокруг тела. Лицо Тэда отсутствовало. Вместо него, обрывки мяса, кое-где проглядывали обнажённые кости челюсти, полувырванное глазное яблоко. Тело, если не считать нескольких переломов, было нетронутыми. Пес, обнажив багровые клыки до дёсен, прижав уши, угрожающе зарычал.
Светлана, стараясь не смотреть на тело, и пытаясь совладать с дрожащим голосом, сказала:
— Ребята, вам лучше уйти, пока собака не кинулась ещё на кого-нибудь.
Почувствовав, что руки уже никто не держит. Светлана поняла, какой ответ она получила. Девушка подошла к Псу, стараясь не прикасаться к потёкам крови, взяла за ошейник. Повернулась к бандитам.
— Идите быстрее. Не знаю, смогу ли удержать его.
В подтверждении слов, сбив девушку с ног, пёс рванулся к следующей жертве.
— Сидеть! — крикнула она в отчаянии. Мысль о том, что ещё один человек может столь ужасно последовать за Тэдом, была невыносима.
Похоже, и парням не хотелось повторить участь главаря. Реакция была мгновенна. Взревели моторы, и через минуту на поляне никого не осталось.
Светлана, всё ещё находясь на земле, выпустила ошейник из рук. Пёс кинулся к трупу вылизывать кровь. Девушку передёрнуло от отвращения. Пересилив себя, она встала, подойдя к собаке, оттащила её от тела. Огляделась вокруг, рассматривая поле битвы. Афелия и Роберта тихо плакали, прижавшись друг к другу. Джек пытался привести в чувство Лэнса. Эрик сидел в сторонке, потирая ушибы, стараясь платком остановить текущую из носа кровь. Джек позвал Реберту и Афелию собирать разбросанные вещи.
Текс подошёл к Светлане.
Она сидела на земле, обхватив колени руками и лёгкая дрожь проходила по телу. Текс сел рядом, обхватив её за плечи, притянул к себе. Дождавшись, когда она немного успокоится, сказал:
— Твой пёс помог нам. Он спас нас. Ты только подумай, что могло случиться, не будь его здесь.
— Я... Я думала, он только напугает их, — словно оправдываясь, прошептала девушка. — Я не знала, что он так дик, — прерывисто вздохнув, добавила: — Ничего бы не случилось. Не будь меня здесь. Это всё из-за меня, — спрятав лицо в руки, простонала: — Ну, почему своим друзьям я приношу только несчастья?
— Да, нет же! Ты не виновата в этом. Тэд всё равно напал бы нас, когда почувствовал бы себя достаточно сильным. А ты повод. Но теперь город избавился от бандита, и никто не будет скорбеть по нему.
— Мне очень жаль, что так получилось, — вздохнула Светлана и посмотрела на лежащего рядом и вылизывающего шерсть пса.
Текс тихо говорил сам с собой, обдумывая сложившуюся ситуацию:
— Нужно будет в городе сделать анонимный звонок. Сообщить где «найдено» тело. Светлана, никто не выдаст твоего пса, иначе власти решат пристрелить его.
— Амон не одобрит решение городских властей, — пробормотала Светлана.
Текс с интересом посмотрел на девушку.
— Кто это – Амон? Ты о нём ничего не рассказывала.
— Это… — девушка запнулась, подыскивая слова. — Я с ними путешествую.
— С ними? Много их? — заинтересовался парень, и что-то похожее на ревность прозвучало в его голосе.
— Их шесть, — Светлана замолчала, подыскивая определение кого «шесть», ведь людьми их нельзя было назвать. Ничего не найдя завершила: — Не считая меня.
— А кто они тебе? — не унимался Текс, до этого момента он вежливо обходил такие вопросы, ожидая, когда она сама расскажет ему всё.
Положение спас Лэнс. Придя в себя и осмотревшись, он громко свистнул, выражая свое изумление:
— Я же говорил, что он Цербер! Только демона возле него не хватает!
Рассматривая умиротворенного пса, заключил Лэнс.
— Это ваша удача, — вздохнула Светлана.
— Ладно ребята, — сказал Текс, вставая и помогая встать Светлане. — Пора и нам отсюда уходить.
Назад компания ехала молча. Не было слышно ни шума, ни смеха. Молча, давили на педали. В городе попрощавшись, разошлись. Текс попытался проводить Светлану, но она покачав головой, сказала:
— Не надо. На сегодня хватит происшествий.
— Завтра встретимся? — заглядывая Светлане в глаза, спросил Текс.
— Встретимся, — соглашаясь, кивнула девушка.
Позвав пса, поехала прочь из города. На секунду обернувшись, помахала рукой. Текс улыбнувшись, ответил ей тем же.
А вечером в особняк явилась местная полиция. Она властно постучала в дверь, когда свита Дорна и он сам уютно расположились возле горящего камина.
Дорн махнул рукой Барону:
— Изер, открой дверь. Нужно уважать органы власти.
Барон, склонившись в лёгком поклоне, спустился на первый этаж, оставив дверь комнаты приоткрытой. Теперь сидящие возле камина слышали, что происходит внизу.
Амон, щёлкнув пальцами, заставил безмятежно спавшего пса исчезнуть. До второго этажа донеслись звуки открывающихся дверей, и дребезжащий голос Барона эхом разнесся по дому:
— Прошу, прошу. Многоуважаемые представители закона. Чем обязаны вашему визиту? Законы не нарушаем, документы в порядке.
Голос, в котором чувствовалась уверенность и властность, ответил:
— Мы по поводу убийства. Происшедшее в семи милях от города...
— Ничего не видели, ничего не знаем, — перебивая полицейского, ответил Барон.
Вежливо выслушав его, полицейский продолжил:
— Предварительная экспертиза показала, что он загрызен зверем. Предположительно собакой. Местные жители видели у вас огромного пса чёрного цвета. Он нам нужен, чтобы сверить размер пасти с местами укусов и, ещё кое-что. Разумеется, выслушать вас, что можете сказать по этому поводу.
Снова задребезжал вежливый голос Барона:
— Пёс, да был у нас песик, такой небольшой. К сожалению, его сейчас у нас нет.
— Как же так? — удивлённый голос полицейского глухо прокатился по помещениям. — Где же он?
— Убежал. Заговорила, знаете ли в нём кровь предков.
— Давно?
— Дня два назад. Нижайше просим, если заметите - пристрелите. Совсем озверел сорванец.
— Так и сделаем. А сейчас, позволите осмотреть дом? Возможно, вы не всю правду сказали.
— Как можно! — неприкрытый ужас прозвучал в возгласе Барона. — Как можно обманывать полицию. Прошу, осматривайте всё что хотите. И даже без ордера на обыск!
Послышался шум множества ног, захлопали открываемые и закрываемые двери. Кто-то затопал по лестнице, поднимаясь на второй этаж.
— Прошу прощения, — произнесла усатая физиономия полицейского, заглядывая в комнату.
— Ничего, — великодушно кивнул ему Дорн. — Выполняйте свой долг. Убедитесь, что нам нечего скрывать.
Окинув взглядом помещение, «усы» пропали.
Загрохотали ноги и над головой, полицейские обшаривали мансарду. Заглянув ещё раз «усы» извинились. Барон затворил дверь за полицейскими и поднялся наверх.
— Засуетились голубчики, — потирая руки, с удовольствием произнёс Барон.
— Магистр! — вскочил кот. — Разрешите мне!
— Ступай, — согласился Дорн.
Кот исчез. Светлана не понимая, что происходит, посмотрела на Барона. Тот, уловив немой вопрос, пояснил:
— Юм сейчас уничтожит труп, документы всякие, свидетельства, полиция закроет дело, потому что его и не было.
Пёс, ничего не заметив, проявился. Он по-прежнему спал, вытянув лапы к огню. Светлана задумчиво посмотрела в огонь и сказала:
— Никак не могу понять, как бандиты узнали, где мы будем устраивать пикник? С дороги нас не было видно.
— Да, очень просто, — отозвался развалившейся в кресле Изер. — Это я им сказал.
— Зачем? — еле сумела выдавить из себя девочка, совсем сбитая с толку, таким потрясающим откровением.
— Хотелось посмотреть, чего стоят твои друзья. Признаться неплохо сражались, особенно Джек. Он был великолепен, — потягиваясь и зевая, сказал Изер. — Будет интересно с ними познакомиться.
Появился довольный кот.
— Всё о’кей! — запрыгивая на диван, провозгласил Юм, — Полиция теперь не будет нам докучать.
— Как полиция догадалась о собаке? Разве причиной убийства не могла стать дикая собака или волк? — обращаясь к Барону, спросила Светлана.
Похоже, он был в курсе всего. За него ответил Юм.
— Это «шестерка» Тэда, Дэл сообщил в полицию. Кто мог ожидать от «шестерки» такое? Но ничего, теперь он «шестерит» в Мексике. Я побеспокоился и о нём. Курортное место, тепло, сухо и осень не страшна, — тут Юм переключился на другую тему. — Светик, я смотрю, ты засыпаешь прямо на глазах. Давай я спою колыбельную, а Изер мне будет аккомпанировать на волынке.
— Боюсь, тогда я точно не засну, — вставая, сказала Светлана. — Сир?
— Конечно иди, и Изера с Юмом прихвати. Им давно не приходилось исполнять колыбельную, — усмехнулся Дорн. — Если вообще приходилось её исполнять.
Прежде чем Барон притворил за собой дверь, до сидящих в комнате Амона и Дорна донеслась его фраза:
— Светик, хорошую колыбельную не обещаю, но уснёшь гарантированно!
Дорн повернулся к Амону:
— Когда всех выпроводили. Ответь мне. Ты - решил? Оставляешь ли за собой, или вверишь на моё попечение? Я жду твоего решения. В конце концов, она принадлежит тебе, и ты решишь забрать с собой или оставить здесь на земле.
— Магистр, — с уважением сказал Амон. — Мне нужно ещё время, чтобы принять решение.
— Я не тороплю, — махнул рукой Дорн. — Время в твоём распоряжении, сколько бы его не понадобилось. Ты сам сообщишь о своём решении, когда сочтёшь нужным. А теперь другое, передай Катерине: через две недели встречаемся на берегу Атлантики, для продолжения путешествия.
— Слушаюсь, сир, — склонил голову вскочивший с кресла Амон, и исчез.
Дорн посмотрел в огонь, языки пламени в его глазах вторили движению пламени в камине. Подчиняясь взгляду, пламя взметнулось и загудело, разбрызгивая искры. Дорн протянул руки к огню, словно пытаясь их согреть. Он так и сидел, пока не вернулся Амон и не сообщил, что его приказ выполнен.

Прошло двенадцать дней с происшествия на пикнике. Светлана ещё несколько раз встречалась с Тексом, каждый раз отвергая его попытки сблизиться с ней.
— Я уеду на днях, — как-то сказала она ему. — Останемся просто друзьями.
Текс на это промолчал, ничего не ответив.
Как-то вечером, в конце октября, Светлана сидя с Бароном за шахматной доской услышала шум у входных дверей особняка.
Подняв голову, Барон сказал:
— Светлана, это к тебе. Негоже гостей заставлять ждать у порога, открой.
Порядком удивлённая, девушка спустилась в зал первого этажа. Столь поздних гостей, да ещё пришедших к ней, никак не ожидала. Но если Барон сказал, значит действительно так.
Неизвестно откуда возник пёс, пристроившись к ноге, не отставал ни на шаг, следуя как тень.
Светлана подошла к двери и распахнув её, замерла. У дверей стояли гоблины, феи, ковбои, рыцари, привидения, вампиры с торчащими клыками, за их плечами виднелись морды горилл и ещё каких-то мистических чудовищ. Все они в свою очередь тоже замерли, с изумлением разглядывая девушку, с огромным, чёрным псом. И действительно, подобно стоящим на пороге привидениям, девушка была одета довольно непривычно на первый взгляд.
Немая сцена затянулась. Гости пытались узнать в этой страной незнакомке знакомую им Светлану, а она в свою очередь пыталась понять, причем здесь ряженные, ведь до Нового года оставалось ещё два месяца.
Наконец, молчание прервало привидение, оно неуверенно затянуло песню, которую подхватили остальные, стоящие вокруг: «С днем рожденья тебя», повторялось в песне вновь и вновь. Восторженно закричав и захлопав в ладоши, они выудили из-под плаща вампира перетянутую алой лентой, с бантом, коробку и вручили её Светлане. Совсем сбитая с толку, девушка взяв подарок, замерла, не зная, что ей предпринять. Появившийся из-за спины Дорн, спас положение. Приглашая рукой, низким голосом, обращаясь к ряженным, сказал:
— Пожалуйте в дом. Мы вас ждали.
Светлана, с благодарностью подняв глаза на Дорна улыбнувшись, отошла в сторону, пропуская друзей пришедших поздравить её с днём рождения. Прежде чем войти в зал, они её обступили, говоря пожелания, целуя в щёчку, пожимая руку. Двери, входящие в зал распахнулись и невесть откуда взявшаяся прислуга, внесла длинные столы, быстро заставляя едой и напитками. Под удивленные и радостные крики, слуги расставили бутылки шампанского, коньяка, джинна, мартини, рома, виски и многих других горячительных напитков. Ещё из одной двери вышли музыканты с инструментами, и весёлая мелодия зазвучала в доме.
Последний гость переступил порог и нагнувшись, поздравляя, поцеловал Светлану в губы долгим и нежным поцелуем. Светлана подняла глаза, всматриваясь в столь смелого ковбоя.
— Текс! — радостно воскликнула она, разглядев знакомые глаза под ковбойской шляпой. — Откуда ты узнал, что у меня сегодня день рождения?
— Ты сама как-то сказала.
— Не помню, — созналась девушка. — Но это замечательно, что ты помнишь! Только почему они все «ряженные»?
— Ты тоже, — заметил Текс, окидывая её взглядом полным восхищения. — Краска? — спросил он, пытаясь стереть татуировку. — Бутафорский? — дотрагиваясь до ножен, висевших на поясе.
— Нет, я не в карнавальном костюме. Так я одета всегда даже… — тут девушка улыбнулась. — Даже когда мы встречались. Ты просто не видел всего этого, я прятала. А в доме мне не от кого скрываться. Ты не ответил на вопрос. Почему они все одеты так странно, да и ты в ковбоя вырядился.
— Сегодня День всех святых. А твоё рождение, совпадает с этим днём. Не обижайся, я привел с собой своих сокурсников, и друзей.
— Привёл насильно что ли? — засмеялась девушка, краем глаза посматривая на пса. На удивление он вёл себя очень спокойно, и равнодушно поднимался вверх по лестнице.
— Нет, не насильно, — улыбнулся Текс. — Они сами захотели поздравить тебя. Ты популярна в нашем городе. А этот особняк, хорошее место для сегодняшнего праздника. Скажу по секрету, кое-кто надеется увидеть призрака, о котором так много ходит слухов.
— Не знаю, сбудутся ли их желание, не знаю, — с сомнением покачала головой Светлана. — Тут что? — поинтересовалась, указывая на коробку.
— Раскрой, — хитро прищурился Текс.
В коробке лежала книга с красочным переплётом.
— Это географический атлас мира, самый лучший, что может предложить типография. Ты же у нас путешественница, — с грустной улыбкой сказал Текс. — Может, когда-нибудь найдёшь на карте этот город и вспомнишь нас.
— О, Текс, — вздохнула Светлана, — Мне очень хочется остаться здесь, с вами, с твоими друзьями. Меня даже... — она запнулась и продолжила удивленно, словно открыла для себя нечто неожиданное. — В Россию не так тянет.
— Оставайся, тут все будут только рады, — загорелись глаза Текса.
— Не позволят, — покачала головой Светлана и деланно веселым тоном предложила. — Потанцуем?
Положив подарок на стол, Светлана потянула Текса за собой, в круг танцующих. В центре, Барон поражал присутствующих виртуозным исполнением танца. Весело смеясь, Светлана и Текс поддержали танцующих ударами в ладоши, согласовывая их с ритмом музыки. Музыка сменилась на стремительный вальс, и не успел Текс опомниться, как Светлану перехватил Барон. Кольцо зрителей распалось на пары, и закружились в вихре вальса.
Огорчённый Текс отошёл к стене, где были расставлены ломившиеся от угощений столы, и присоединился к Лэнсу, который там околачивался с самого начала праздника.
— Перехватили? — поинтересовался Лэнс с набитым ртом.
— Да, — согласился Текс, наливая себе в рюмку виски.
Лэнс вытер о свой гоблиновский костюм руки, сказал:
— Не стоит огорчаться. Веселье только началось. Это не единственный танец, будут и ещё. О! — воскликнул внезапно Лэнс, указывая Тексу глазами на лестницу, ведущую на второй этаж. — Похоже, привидения начинают посещать нас, иначе кем он может быть, не демоном же?
Текс поднял глаза и столкнулся с взглядом стоящего на лестнице. Вздрогнул. Огненно-рыжий с непонятными, странными глазами человек, в чёрной одежде, пристально и изучающее разглядывал именно его. Медленно стал спускаться вниз, но взгляда с Текса не отводил. Под ногами этого, странного человека крутился чёрный кот. Позади шёл Пёс. Когда человек ступил на пол зала, и не спеша направился к нему, Текс обнаружил, что он ещё и хромой. Рыжий явно припадал на ногу. На боку рыжего висел в ножнах кинжал.
Подойдя к Тексу, он представился:
— Амон. Как тебя зовут я знаю. Нет необходимости называть своё имя Текс.
— Амон, — задумчиво повторил Текс. — Да, Светлана как-то упоминала твоё имя. Вроде, собака принадлежит тебе?
— И не только собака, — с иронией заметил Амон, поворачиваясь к столу и наливая себе коньяку. — Но и некто, к кому ты похоже, неравнодушен.
— Кем ты приходишься девушке? — заглядывал в мёртвые глаза Амона, спросил Текс.
— Скажем... Опекун, — держа рюмку в руке. Амон снова повернулся к парню. Отставив мизинец, указывая им на вальсирующих, заметил: — Не правда ли, красивая пара, — и покосившись одним глазом, тихо сквозь зубы процедил: — Жаль, ты не видишь сияние, исходящее от неё. Она так и светится добротой и любовью. Эта аура украшает её, но и подобно магниту притягивает к себе отрицательные личности.
— Уж не я ли эта отрицательная личность? — вспыхнул Текс. — Ты лучше на себе посмотри. Я никак не могу поверить, что ты – опекун. Тебе же лет тридцать, кто доверит такому... — он хотел сказать «страшному», но закончил: — девушку?
— Текс! — схватил за рукав Лэнс, пытаясь усмирить негодующего друга.
Амон в свою очередь, спокойно и с долей насмешливой иронии наблюдал за вспышкой гнева ковбоя.
— Текс, успокойся. Что на тебя нашло? — удивился Лэнс.
— Ничего, — буркнул Текс отдёргивая рукав. Он с неприязнью посмотрел на ухмыляющегося Амона. — Ещё что-то хочешь сказать?
— Хочу, — кивнул Амон снова наливая себе коньяк. Внимательно разглядывая в свете свечей цвет коньяка в рюмке, сказал: — Оставь её, она не игрушка.
— Это - всё? — нехорошо прищурил глаза Текс, сжимая руки в кулаки.
— Нет. Я хочу, чтобы ты, Текс, сам сказал Светлане, что она не нужна тебе. — Амон перевёл глаза с рюмки на замершего Текса. — Я, ясно выразился? — улыбнулся Амон, демонстрируя клыки.
Лэнс был поражён. Клыки были самые настоящие, а не искусственные как те зубы, что вставил себе ряженый «вампир».
Текс, не заметив шокового состояния друга, с ненавистью уставился на опекуна, с одним лишь желанием - убить его.
Амон в свою очередь, с неприкрытою злобой «буравил» его взглядом.
Увидев, что друг «завёлся», Лэнс забеспокоился.
— Мужики, — сказал он, хватая обоих за рукава, старясь привлечь их внимание.
Нехотя они обернулись.
— Мужики, давайте решим спор иначе: я возьму три карты, перемешаю и кто угадает нужную, тот выиграет спор.
Выудив из кармана свою неизменную колоду карт, Лэнс выбрал три из них.
— Смотрите, два «короля» и «туз пик». Кто найдёт «туз пик», тот победитель. Пусть решит жребий.
Повернув карты рубашкой вверх, Лэнс ловким движением «базарного напёрсточника» перемешал, повернулся к Тексу и Амону.
— Кто первый?
Амон указал на Текса.
Пожав плечами, Текс перевернул карту. Там оказался «король».
— Ты проиграл. Щенок! — сквозь зубы процедил Амон. Повернулся, собираясь уйти.
— Посмотрим, что вытянешь ты, — с вызовом сказал Текс, подмигивая мухлющему Лэнсу. Последний быстро подменил «туз пик» на ещё одного «короля». Теперь в тех, трёх картах туза не было.
Амон повернулся к Лэнсу. Усмехаясь, сказал:
— Давай.
Лэнс быстро перемешал, и разложив карты на столе, выжидающе посмотрел на Амона. Тот, недолго думая, перевернул крайнюю карту. Лэнс удивлённо выдохнул воздух. Там был «туз пик». Продолжая усмехаться, Амон перевернул и остальные, и там чернели «тузы пик». С иронией, разведя руками, Амон покинул их. Текс посмотрел на Лэнса.
— Ещё друг! — с горечью произнёс он.
— Я не знаю, как это получилось! — попытался оправдаться Лэнс.
Взяв из кармана колоду, он собрался вернуть остальные карты, и изумлённо присвистнул:
— Текс смотри, — сказал Лэнс, показывая веером все карты колоды, все они были «туз пик». Переведя потрясённый взгляд на удаляющуюся фигуру Амона, тихо произнес: — Он выиграл. Он бесспорно победитель. Текс! — возбуждённо прошептал Лэнс, даже не пытаясь приглушить громкость своего шёпота. — Тебе этот особняк и его обитатели никого не напоминают?
— Кого? — вздыхая, спросил Текс, занятый главным образом наблюдением за танцующей Светланой.
— Старые фильмы смотришь?
— Ближе к теме.
— Они очень напоминают персонажей сериала «Семейка Адамс». Такие же, не от мира сего.
— Скажешь тоже, — фыркнул Текс. Оставив Лэнса стоять возле стола, направился к веселящейся группе ребят.
Лэнс пожав плечами, повернулся к столу, сказал тарелкам:
— Потом не говори, что тебя не предупредили.
Потянулся, было к гамбургеру, но его отвлекли от столь приятного занятия, вопросом, заданным в спину.
— О чём они говорили?
Оглянувшись, Лэнс увидел Светлану. Она видела беседующих Амона и Текса и ожидая самого худшего, поспешила сюда как только смогла избавиться от Барона. Барон, в свою очередь тут же подхватил другую девушку и продолжил танец. Похоже было, что он не успокоится пока не провальсирует со всеми представительницами женского пола.
Лэнс бросив прощальный взгляд на нетронутый гамбургер, поспешил успокоить её:
— Ничего особенного. Просто беседовали...
— Они не угрожали друг другу?
— Нет. Всё нормально.
Вздохнув с облегчением. Светлана оставила Лэнса в покое, и налила себе кока-колы.
— Светлана, — теперь Лэнсу было интересно кое-что выяснить.
— Ум, — промычала девушка, давая понять «гоблину», что она слышит его. С интересом посмотрела поверх стакана, ожидая, что он скажет.
— Светлана, а Амон - фокусник? Он сейчас такой фокус с картами показал, невероятный!
— Нет. Он не фокусник, — оторвалась от стакана девушка.
— Тогда, кто он?
Посмотрев в зал, на весёлых гостей девушка сказала:
— Мне кажется, достаточно только посмотреть на него, чтобы догадаться.
— Он... — поставив стакан на стол, заглянула в глаза Лэнсу. — Он дьявол. — отвернувшись направилась к Тексу, которому явно было грустно и одиноко.
Лэнс обиженно сказал ей вслед:
— Я не имел в виду, в кого он вырядился.
— Он не в костюме. В этом доме нет переодетых, им незачем рядиться в самих себя.
На секунду обернувшись, ответила ему Светлана. Лэнс проводив её взглядом до Текса, почесал затылок и потянулся к манящему себе гамбургеру.
— Текс! Перестань хмуриться! — потянула за руку Светлана. — Пойдём, потанцуем.
Оттаявший Текс позволил увести себя в центре зала. Гости расступились, давая имениннице первой начать танец. Весело рассмеявшись Текс, обняв девушку, закружил в медленном вальсе.
Барон, найдя себе другую партнёршу, присоединился к ним. Вскоре множество пар, оценивая искусство музыкантов, кружились под их мелодию.
Оставшиеся в стороне, с некоторой завистью поглядывали на вальсирующих.
Светлана потеряла счёт времени, одни танцы сменили другие.
Наевшийся наконец-то Лэнс, развлекал гостей фокусами.
Свита Дорна куда-то исчезла, и никто о них даже не вспоминал на протяжении всего вечера.
Далекие часы пробили двенадцать, и музыканты внезапно остановились.
Недоумевая, гости посмотрели на них.
Низкий голос Дорна раздался сверху. Подняв голову, они увидели хозяина дома на лестнице второго этажа:
— Наступила полночь, время когда духи посещают мир людей, — медленно и величественно говорил он, и низкой голос заставлял колебаться пламя свечей. В зале царила мёртвая тишина. — Они придут. Придут те, кого вы совсем не ждали. Но, я думаю, мечтали увидеть, — Дорн на несколько секунд замолчал и в этот момент раздался один громкий, отчетливый удар в дверь.
Дорн продолжил:
— Это гости не к нашей имениннице, а к вам, пришедшим поздравить её.
Дорн протянул руку, и створки дверей распахнулись, являя взору присутствующих, стоящих на пороге группу людей разного возраста и пола.
Сделав несколько шагов в зал, они замерли. Несколько секунд томительной тишины.
Крик полный боли и радости разорвал кокон тишины. Со слезами на глазах, протягивая руки к двери бросилась девушка:
— Мама!.. Мамочка!
Подбежав к женщине, она крепко обняла её, подняв голову и счастливо улыбаясь, вгляделась в лицо женщины. Слёзы радости текли по щекам, когда она сказала:
— Мамочка, ты пришла! Ты не забыла меня!
Женщина ласково улыбнулась и нежно обняла девушку, отошла с ней в сторону, и там, прижавшись друг к другу, молча стояли. Им не нужны были разговоры, они всё понимали без слов.
Вслед за девушкой, из ряженных отделился парень, одетый под рыцаря и неуверенным шагом направился к неожиданным гостям. Остановившись парень вопросительно, словно не веря своим глазам спросил:
— Дедушка?!
Седой старик медленно склонил голову, соглашаясь. Парень бросился ему на шею.
— Дедушка, дедушка, прости меня. Я был таким дураком. Я не успел сказать тебе, что я люблю тебя!
— Я знаю, — мягко ответил старик, прижимая к себе внука. Я знаю. Не огорчайся, что тебе не хватило времени разобраться в себе.
И тут, словно кто-то приоткрыл крышку, впуская звуки. Громкие возгласы зазвенели в зале. Многие гости Светланы, узнавая своих родных, друзей бежали к дверям, чтобы приветствовать, обнять и сказать им то, что не успели сказать до этой встречи. Похоже, то была ночь раскаяния и прощения.
Текс обняв за плечи тёмноглазого мальчика, лет двенадцати подвёл его к Светлане. Мальчик застенчиво поглядывал на девушку из-за Текса его глазами. Только почему-то они были не голубыми как у Текса, и всё же это были его глаза. Ещё до того как Текс заговорил, девушка поняла, кем они приходятся друг к другу.
— Это мой братишка, — замявшись, Текс добавил: — Старший брат Дэвид. Я его не видел уже одиннадцать лет. После автокатастрофы. Как я по нему скучал!
— Привет, Дэвид, — наклонившись к мальчику, сказала Светлана. — Рада видеть тебя здесь.
— Я тоже очень рад прийти сюда, — смущённо проговорил Дэвид..
— Не буду мешать, — улыбнулась Светлана, чувствуя ком в горле, поспешила отойти в сторону. Ещё немного, и она бы расплакалась.
Мимо прошел Джек одетый вампиром и с ним держась за руки, шла миловидная девушка с грустными глазами. Эллиот, Лэнс и ещё несколько парней хлопали по плечу, весело улыбаясь, пожимали руку парню пришедшему вместе с остальными необычными гостями.
— Светик, не жди своих родных. Мы не пригласили их, — раздался из-за спины голос Барона. А он тем временем продолжил: — Отца ты всё равно не помнишь. Он умер до твоего рождения, а что касается матери то её появление здесь невозможно.
— Почему? — искренне удивилась Светлана, услышав в признании Барона, что есть что-то неподвластное ему.
— Она заслужила Свет, — вздохнул он. — А жаль, ей нашлось бы место в царстве моего Хозяина.
— То, что вы сказали, вполне меня устраивает. Я рада, что мама заслужила Свет, — улыбнувшись, ответила девушка и уже озабоченно поинтересовалась: — А они все... Неужели они в Аду?
— Ах, Светлана! Какое недалёкое представление о нашем мире! —вздохнул, сожалея Барон. — Помнишь, тебе говорили про «сумерки», это тоже относится к владениям Дорна. Они заслужили покой. Но не Ад. Им там хорошо… Может быть. Но увы, там нет любви, чем так богат Свет.
— Несчастные, — прошептала Светлана, бросая взгляд на оживлённую толпу. Из неё доносились рыдания, смех, дружеские выкрики, громкий говор. Но кто-то стоял молча, обнявшись со своим дорогим и потерянным человеком. Издали донёсся звук колокола, два удара.
— Когда прозвучат двенадцать ударов, они исчезнут, — сообщил Барон, потирая руки. — Их встреча – мгновение. Мгновение перехода одного дня в другой. Мы немного продлили его. Двенадцатый удар колокола возвестит о приходе следующего дня.
Словно в ответ на его слова, прозвучало три удара. Светлане показалось, что звон приблизился. Но еще до последнего звука колокола, родные последний раз обнявшись, уходили за дверь, растворяясь в ночи.
На двенадцатый удар, который казалось, прозвучал здесь заполнив мягким гулом каждый уголок дома, в зале из неожиданно посетивших гостей уже никого не осталось.
Парни и девушки тихо переговариваясь, сходились в центр зала. Кто-то из них украдкой убирал слезу, а кто-то наоборот облегчённо улыбался, словно сбросил тяжелый груз, который давил ему на плечи на протяжении многих лет.
Заиграли музыканты, но танцевать никому не хотелось. Все были слишком взволнованы прошедшей встречей. Светлана решив, что теперь её гостям не до веселья, подошла к ним.
— Друзья, я очень благодарна, что вы пришли в этот день поздравить меня. Я тронута. Наверное, кто-то мечтал увидеть привидение, которое якобы обитает здесь, — она улыбнулась. — Но к сожалению, оно не решилось появиться перед столь многочисленным обществом.
— Минуточку! Прощу прощения! — перебил её дребезжащий Барон. — Маленькая поправочка.
Гости с интересом посмотрели на него. Подняв руку, призывая к вниманию, Барон продолжил свою речь:
— Ваши надежды сбудутся. Оно уже идёт сюда. Разве вы не слышите?
Барон замолчал, давая возможность всем прислушаться. В полной тишине зала послышался легкий звон цепей и далекий стон, от которого стыла в жилах кровь. Звон цепей был непостоянен, словно кто-то шёл волоча их за собой. Барон с удовлетворением окинул взглядом аудиторию, оставшись довольным их раскрытыми ртами и широко открытыми глазами, он громко крикнул:
— Свет! Уберите свет! Его нужно встречать почти в полной темноте!
Как дыханье пронеслось над залом, гася свечи в канделябрах, оставляя для всего огромного зала лишь три свечи в разных углах помещения.
Глухо и жутко захлопнулись все двери, и в воцарившемся полумраке снова раздался стон, и теперь гораздо ближе и громче звон цепей.
Вздох ужаса зашелестел по залу, когда белый силуэт ступил на лестницу ведущую вниз. Гремя цепями каждый раз, когда опускался на ступеньку ниже, призрачный силуэт приближался, вытянув руки перед собой.
Светлана видела, как сквозь туманную фигуру просвечивались ступени.
Призрак казалось, был в саванне, укрытым с головы до ног. На руках цепей она не разглядела, похоже ноги, были скованны ими. Издав очередной, жуткий стон призрачное видение ступило на пол зала.
Гости в панике отпрянули к дверям, пытаясь разглядеть его лицо, испытывая одновременно ужас и непреодолимое любопытство.
Вздрогнув, Светлана прижалась к стоящему рядом человеку.
— Не бойся, это создание Юма. Его решение «обрадовать» гостей и не позволить им уйти разочарованными. — тихо шепнул на ухо, человек к которому она прижалась. Светлана оглянулась. Рядом стоял Амон. Кивнул в сторону призрака: — Посмотри. Не каждый день увидишь призрака, — посоветовал он.
Девушка снова повернулась лицом к залу, гости не тая страха, отступали к выходу из дома.
Приведение подняло «руки» к капюшону и соскользнув, одеяние обнажило их по локоть. Несколько человек в панике выскочили на улицу, когда увидели вместо рук оголённые кости. На большом пальце блеснул, отразив огонь, перстень с золотисто-зелёным оливином.
Самые стойкие ещё смотрели на призрак, в надежде всё-таки разглядеть, что там, под капюшоном. И он не заставил их ждать. Костяные пальцы откинули призрачную накидку.
Череп с кусками полусгнившей кожи, которая язвой чернела на лбу и скулах, заставило и самых смелых сломя голову броситься к спасительным дверям, прочь из дома. Пустые глазницы вспыхнули фиолетовыми огоньками и привидение растаяло в воздухе.
Громыхнула, затворяясь дверь и все свечи одновременно вспыхнули, освещая опустевший зал.
Светлана перевела дыхание.
— Ничего ужаснее не видела, — призналась она Амону. — Если конечно не считать Канарские острова. — Теперь, после таких кошмаров, побоюсь остаться одной в комнате.
— Это не проблема, — Амон внимательно посмотрел в лицо и сказал без тени улыбки. — Всё зависит от тебя. Только позови, и ты уже не будешь одна.
Промолчав Светлана, подняв голову, посмотрела на лестницу где появились Юм и Барон, к ним подходил Дорн.
— Сир, я признательна вам.
— Не стоит, — отмахнулся Дорн. — Считай, это подарок. Ведь у людей принято, дарить именинникам подарки?
Дорн исчез.
Светлана поднялась по лестнице на второй этаж, там всё ещё стояли Юм и Барон. Направилась в свою комнату. Но Барон остановил. Вежливо взяв за руку, надел на палец перстень, с отполированным тёмным камнем, в глубине которого, сиял фиолетовый свет.
— Он подскажет тебе где правда, где ложь, — пояснил Барон, и весело улыбнувшись, добавил: — Но нас проверять бесполезно, он выявляет только людскую ложь.
Светлана с сомнением посмотрела на подарок:
— Может лучше быть в неведении? Ведь не всегда хочется услышать правду. — заметила она Барону.
Хитро прищурившись, он предложил:
— Проверь его один раз. Не думаю, что ты разочаруешься. Многие люди дорого бы заплатили, чтобы узнать чьи-нибудь мысли. Особенно друзей, хоть на секунду. В этом городе, перстень пригодиться тебе. А потом, поступай, как знаешь.
— Вы хотите сказать, что меня кто-то обманывает? — удивилась Светлана.
— Нет. Я такое не говорю. Я дарю перстень, а ты проверь насколько искренни твои друзья.
— Как это низко - не доверять своим друзьям! — возмутилась девушка, пытаясь снять перстень, заявила: — Нет! Я не буду проверять, я им верю.
Перстень никак не хотел покидать палец. Барон покачал головой:
— От моих даров так просто не отмахнёшься. Когда придёт время, перстень сам соскользнет с пальца. И дальше по-своему усмотрению будешь пользоваться им. Поверь мне, я оказываю тебе услугу.
— Не думаю, что хорошую, — вздохнула девушка, прекратив попытки снять перстень. — Но несмотря на это, я благодарна вам за вечер. Хотя, наверно, привидение было лишним.
— Да, нет же! — не стерпел обиды Юм. — Как раз оно и было самым главным моментом на празднике. Представляешь, какие счастливые он идут сейчас домой!
— Не представляю, — с сомнением покачала головой девушка.
Кот продолжал:
— Они теперь, всю жизнь будут помнить сегодняшний вечер! Представляешь, какое незабываемое зрелище увидели!
— А вот это представляю, — сказала соглашаясь Светлана. — Оно и для меня незабываемо.
В своей комнате Светлана устало опустилась на кровать, посмотрела в окно. Глубоко вздохнув, с наслаждением зарылась в подушку и моментально заснула. И снились ей сказочные сны, но внезапно она проснулась с ощущением, что в комнате кто-то есть. Вспомнив привидение, Светлана со страхом всмотрелась с темноту боясь увидеть сияние призрака. Но было черно и мрачно. Слишком мрачно.
Тёмный силуэт сдвинулся с места и приблизился к кровати. Судорожно вздохнув, девушка с головой накрылась одеялом, пытаясь найти в нём защиту.
— Похоже, я напугал тебя. — прозвучал носовой голос Амона. Слышно было как он щёлкнул пальцами и огонь заплясал на фитилях свеч.
Осветилась комната и Светлана, отогнув краешек одеяла, одним глазом посмотрела на ночного гостя, отмечая про себя, что он выглядит довольно странно. С плеч Амона ниспадал плащ, касаясь пола. В отличие от плаща Дорна с огненным подбоем. Плащ Амона был чёрен как ночь, со всех сторон, только золотой аграф с непонятными письменами, цепью соединял концы плаща на плечах. Рассмотрев пришельца, Светлана сняла одеяло с головы. С изумлением воззрилась на него,
— Чем обязана столь позднему визиту? — полюбопытствовала она, унимая бешено бьющееся сердце призналась: — Вы меня здорово напугали, Амон
— Пора привыкнуть к неожиданностям, — заметил он. — Мой визит связан с твоим днём. Вставай и одевайся теплее.
— Ещё один «сюрприз»? — с сомнением спросила Светлана, не ожидая ничего хорошего от ночных визитов.
Амон весело сверкнул глазами.
— Можешь считать и так. Я преподнесу тебе нечто, от чего ты не откажешься. Но не задерживайся, эта ночь и так будет одной из самых длинных, ведь так много нужно успеть сделать, пока солнце освещает другой континент. Благодаря этому тебе даже, не понадобиться способность видеть в темноте.
— Странно говорите, — одеваясь, сказала Светлана. — Я не понимаю.
— Ничего, сейчас всё будет понятно, — пообещал Амон.
Светлана подошла к нему:
— Я готова
— Секунду, — сказал Амон, накрывая её с головой своим плащом, и тут же одергивая его.
Светлана оглянулась, недоумевая где находится. Окружавшие со всех сторон дома были так знакомы. Улицы, освещаемые солнцем, были светлы но солнце явно шло к закату, миновав зенит. Не замечая, мимо сновали люди. Что-то шевельнулось в памяти, охнув девушка сжала руки, пристально всматриваясь в стоящий напротив дом.
— Это... Это… — от волнения она не смогла выговорить ни слова.
Амон ответил за неё:
— Это дом где ты провела несколько лет своей жизни. Свои первые годы. Как видишь, он стоит на месте, ничуть не изменился. Разве что постарел.
— Можно мне заглянуть во двор? — робко попросила девушка.
— Недолго, — разрешил Амон. — Сразу предупреждаю, для людей ты невидима, не пытайся разговаривать с ними.
Светлана вошла во двор, такой близкий и родной сердцу. Дети копались в песочнице, как она сама казалось целую вечность назад, строили замки из песка. Подошла к качелям и села на деревянную доску, где каждая трещинка была знакома. Дети с удивлением посмотрели на внезапно закачавшиеся, будто от ветра качели, но день был хоть и холодным, но безветренным. Бросив прощальный взгляд на окно своей квартиры, девушка вышла на тротуар.
— Простилась? — спросил он.
Глубоко вздохнув, Светлана соглашаясь, качнула головой. Амон снова накрывая её с головой плащом и сразу снял.
— Узнаешь?
— Да, — прошептала Светлана «поедая» глазами знакомый фасад здания. — Это, Детский дом. Когда мама умерла, меня направили сюда.
— Простись и с ним, — посоветовал Амон, зловеще прозвучал его совет.
Но не слушая его, Светлана всё смотрела и смотрела на дом и сад возле него, пытаясь запечатлеть навсегда в памяти каждую скамейку, дерево, клумбу и окно, где она часто сидела на подоконнике, выглядывая на улицу.
Амон с любопытством бросил на неё взгляд:
— Ты довольна?
— Да! — сияющие восторгом глаза посмотрели на него с благодарностью. — Я благодарна, что сегодня вы показали мне места по которым я тосковала, Амон…
— Да?
— Может, оставите меня здесь? Пусть прошлые месяцы будут как сон.
— Я предвидел такую просьбу, — заметил Амон, окидывая скучающим взглядом людей гуляющих по улице.
— Что ответите? — взволнованно опросила Светлана.
— Ничего! — рассмеялся он. — Неужели ты не поняла, что я привёл проститься?
И снова изменился мир. По-прежнему светило солнце.
Громко пели птицы. Место было чужим и незнакомым. Они оказались на окраине поселка состоящего из невысоких, глинобитных хижин. Занавешенные противомоскитными сетками оконные проемы, были изнутри темны.
Солнечный свет с неохотой проникал внутрь хижин. Уловив вопросительный взгляд девушки, Амон указал на окно, предлагая заглянуть в хижину. Последовав совету, Светлана, тихонько подойдя к дому, заглянула внутрь. Там, она увидела сидевшего за столом человека окружённого очень скромной обстановкой. Светлана удивлённо выдохнула, вдруг узнав его. За столом писал заметки не кто иной, как её опекун. Человек, удочеривший её и которого она любила как родного отца. Она набрала в грудь воздуха, собираясь окликнуть, но ладонь закрыла ей рот, а другая рука оттащила от окна.
— Не надо крика, — предупредил спутник, убирая руку. — Он всё равно не помнит тебя. Ты для него незнакомка. Видишь? Он очень доволен своей судьбой. Здесь, в Африке, он нашёл себя. Сейчас пишет книгу, которая в будущем станет популярной. Он не променяет этот быт на другой. Нам пора уходить. Ночь на исходе.
— Но ведь солнце ещё светит! — воскликнула удивлённо девушка.
— Это здесь. В Америке скоро наступит рассвет, — иронизируя: — Нашей девочке ещё нужно поспать.
— Вот уж нашли, о чём беспокоиться! — пробормотала Светлана. — После того, что вы мне показали, я не усну.
— Уснёшь, — пообещал Амон. — Неужели ты никогда не замечала и не удивляясь тому, с какой лёгкостью засыпаешь? Видеть растерзанное тело, а через несколько часов глубоко спать? Может, ты думаешь, у тебя стальные нервы?
— Нет, я не думаю. Но действительно, поздно вечером, на меня что-то находит. Я буквально, засыпаю на ходу. Но я не сопоставляла «сонливость» с вами. И такое возможно?
— Пустяки, — жёстко улыбнулся Амон. — Мне не нужен сходящий с ума человек. Сон служит для тебя разгрузкой. Ощущения и воспоминания притупляются, теряют яркость, но не исчезают. Ты помнишь всё, но более спокойно и философски подходишь ко всему.
— Какая трудоёмкая работа! — с сарказмом произнесла Светлана. — Неужели теряете на меня так много времени и сил?
— Подмечено точно, — нехорошо ухмыльнулся Амон и с подтекстом заметил: — Сил действительно уходит много, особенно на борьбу с самим собой. — внимательно посмотрев на смутившуюся девушку, растягивая слова, приятно изменившемся голосом, бархатистым тембром заметил: — Попробуй изменить отношение, и тогда мои силы и время будут уходить на другое. На более приятное…
Амон замолчал, немного насмешливо поглядывая на растерявшуюся девушку. Она явно не знала, что ему ответить. Затянув многозначительное молчание на несколько томительных секунд. Амон, уже своим, более привычным для девушки голосом, сказал:
— Пора возвращаться.
Амон откинул плащ, и Светлана увидела комнату, которую они покинули совсем недавно.
— Когда вернётся Катерина? — садясь на кровать, Светлана подняла голову на Амона, ожидая ответа.
— Они присоединятся к нам на побережье океана. А теперь спи, — приказал Амон.
— Не буду! — с вызовом сказала девушка.
Ей не нравилось, что ею управляют. Но похоже, её мнение меньше всего интересовало дьявола.
Он щёлкнул пальцами раз: девушка тут же свалилась на подушку в глубоком сне. Он щелкнул два: погасли свечи. Дьявол растаял в ночи.

Утром, когда вся компания собралась в комнате с камином, за завтраком, кто-то настойчиво и громко постучался в двери особняка. Светлана вскочила с диванчика.
— Я открою, — полувопросительно обращаясь к Дорну, сказала она.
Тот прищурившись, что-то обдумывая, внимательно посмотрел на неё, но через секунду соглашаясь качнул головой.
Быстро спустившись в зал, на первый этаж, Светлана распахнула входную дверь и с удивлением посмотрела на девушку лет двадцати с грустным лицом и заплаканными глазами.
— Вы стучали? — спросила она девушку, тщетно пытаясь вспомнить, где же её видела совсем недавно.
— Вчера я приходила сюда с друзьями, — объяснила та, помогая Светлане вспомнить. — На Хэллоуин.
— Что-нибудь потеряли? — поинтересовалась Светлана. После появления привидения не мудрено было и голову забыть, в спешке покидая дом.
Девушка отрицательно покачала головой:
— Нет. Вещи я не теряла. Маму, я хочу снова увидеть маму. Мне это очень нужно.
— Не думаю, что тебе здесь помогут, — с сомнением ответила Светлана. — А если и захотят помочь, то потребуют слишком большую плату.
— Всё готова отдать! — перебила девушка Светлану, заламывая руки в мольбе. Я отдам, всё что у меня есть. Мне очень нужно поговорить с ней. Скажите им, что я на всё готова.
— Не говори так, — испугалась за неё, Светлана. — Раз говоришь, что на всё готова, то значит, ты не знаешь на что именно. Здесь живёт Зло, и добра от него не жди.
Но девушка и не думала уходить. Со страданием смотрела она на Светлану и умоляюще бормотала:
— Всё. Всё отдам. Ничего не нужно. Берите всё.
— Уходи. Уходи. — прошептала Светлана и протянула руку к ручке двери, чтобы закрыть её. Но ей помешали.
— Кто к нам пришёл! — дребезжащий голос Барона раздался за спиной. — Анита, каким ветром тебя сюда занесло? Должно быть попутным. Мы тебе очень рады, заходи!
Анита вошла в дом, с презрением кинув взгляд на огорчённую Светлану, отвернулась к суетящемуся Барону.
— Я краешком уха услышал, у тебя проблемы?
— Я маму хочу увидеть, — заявила девушка.
Светлана заметила, как алчно сверкнули глаза Барона, когда он уточнил:
— Ещё ты говорила, якобы всё готова отдать? Даже... — он с сомнением хмыкнул. — Даже душу?
— Всё! — отрезала с вызовом девушка.
— Отлично! — радостно воскликнул Барон, приглашающим жестом указал на лестницу ведущую на второй этаж.
Светлана со вздохом посмотрела на открытую дверь, которая тут же захлопнулась без чьей либо помощи.
Когда она поднялась наверх, Анита уже сидела в кресле и Барон всячески увивался вокруг неё. Продолжив прерванный завтрак, девушка прислушалась к происходящему разговору Аниты и компании.
— Магистр, — обратился к Дорну Барон, указывая на Аниту, сообщил: — Желает повидаться со своей матерью.
— Отчего ж не хочешь дождаться, когда произойдёт естественным путем? Анита к чему такая спешка? — прищурив золотистый глаз, спросил Дорн.
— Я скучаю, — просто ответила Анита, закрыв лицо руками.
— Не скажу, что это повод, — заметил Дорн, всё ещё пристально изучая девушку. — Время чудес прошло, осталась реальность.
— Вы можете устроить встречу? Вы - медиум? — Анита с надеждой посмотрела на Дорна.
Тот, откинувшись на спинку кресла, соглашаясь кивнул:
— Да. Могу. Но я не медиум. Она не будет говорить через меня. Она сама явится сюда. Только стоит вопрос, какой мне интерес вызывать духов давно покинувших этот мир?
— Я могу заплатить, — неуверенно произнесла девушка.
— Деньги! Зачем они мне? Мне нужно то, что имеет каждый человек, но он с такой неохотой делиться своим сокровищем. Приходится выманивать.
— Если у меня есть - я отдам! — вскочив с кресла, заявила Анита.
Барон вежливо усадил её обратно.
— Речь идёт о душе. О бессмертной энергии жизни. Только это мне нужно. Отдашь ли свою душу, за минуту свидания. Буду откровенным - это огромная плата, за такую малость.
— Но если это такая мелочь, почему берёте так много? — удивилась Анита.
Криво усмехнувшись, Дорн развёл руками:
— Не люблю мелочиться. Будь то большая услуга или пустяк, плата одна - душа. Человек, обращаясь ко мне должен знать, на что идёт. И так, ты передумала и хочешь вернуться домой? Мы не будем удерживать тебя, и чинить препятствия.
— Нет, — твёрдо произнесла Анита, снова вскакивая с кресла.
— Нет? — не удерживалась от изумленного возгласа Светлана. Не обращая внимания на нахмурившегося Амона, сказала: — Одумайся! Ты же подписываешь свой смертный приговор!
— Тогда я навсегда останусь с мамой, — заметила Анита.
— Нет! Мать останется без тебя.
— Света! — рявкнул, обрывая Амон. — Сейчас не твоё время говорить!
— Ты всё равно не переубедишь меня, — добавила Анита. — Я заплачу за свидание своей душой.
Светлана с жалостью посмотрела на девушку и отвернулась. Казалось, она погрузилась в изучение золотого прибора на столе. Руки, лежащие на коленях, выдавали её волнение. Судорожно стиснув кулаки, Светлана потупила взор и была лишь молчаливым свидетелем.
— Нужно что-нибудь подписывать? — вопросительно посмотрев на Барона, спросила Анита. — Кажется, когда заключают сделки что-то подписывают?
— Необязательно, — легко поведя рукой, Барон пояснил: — Подписывают на долгий срок, чтобы клиент не забыл о своём долге, а ты расплатишься сегодня. Сразу после свидания со своими родными.
— Когда я её увижу? — перебивая, спросила Анита.
— Не торопись, — скривился Дорн. — Сначала ты повторишь то, что скажет тебе Изер. Не хотелось бы услышать, что ты передумала, когда переговоришь с матерью. Человек часто стремиться сжульничать, приходится пресекать в корне. Итак, если ты готова и согласна, тогда повторяй за Изером.
Зловещие слова зазвучали в воздухе. Анита послушно слово в слово повторяла всё, что ей говорили, и это не заняло много времени. Закончив, Анита вопросительно посмотрела на Барона, его глаза мягко излучали жёлтый свет. Уловив взгляд, он с удовлетворением сказал:
— Теперь создатель не властен над тобой. Ты принадлежишь мне. Я - твой господин. Но долг платежом красен. Как зовут твою мать?
— Вы разве не знаете? — удивилась девушка.
Барон зловеще произнёс:
— Не сомневайся в могуществе своего господина. Ведь её зовут Луиза, так?
— Да, — подтвердила девушка.
— И она умерла от болезни сердца.
— Да, — снова подтвердила она. Удивление снова мелькнуло в её глазах. — Да, так и было.
— Магистр, — с почтением произнёс Барон. — Я могу пригласить Луизу в этот дом?
— Зови, — кивнул Дорн, не отрывая взгляда от Аниты.
Светлана подняла голову, прекратив рассматривать свои пальцы, и с интересом стала ожидать появления Луизы.
Дверь раскрылась и в комнату вошла женщина лет сорока, с чистым и светлым лицом. Она обвела помещение отсутствующим взглядом, и в её глазах появилось осмысление, когда они остановились на Аните. Прижав руки к груди, женщина с глубокой печалью, мелодичным голосом обратилась к дочери с укором:
— Что ты наделала! Ты погубила себя! Зачем вызвала меня из мира Теней? Почему не бережешь себя? Разве я для этого произвела тебя на свет?
Со слезами на глазах. Анита бросилась ей на шею.
— Мамочка! Мамочка не ругай меня! Зачем ты меня бросила! Я так скучаю по тебе!
Женщина сурово заметила:
— Анита, доченька моя, ты сделала большую ошибку. Если не поздно, исправь.
— Поздно, — влез в разговор Барон, потерев ладони, заключил: — Дело сделано!
— Анита, ты хотела мне что-то сказать? — вздохнула женщина.
— Нет. Я хотела только увидеть тебя, — призналась Анита, теснее прижимаясь к женщине.
Прошло несколько минут, прежде чем Барон рухнув в кресло и закинув ногу на ногу, со сладчайшей улыбочкой заявил:
— Время истекло. Нашу часть договора мы выполнили.
Женщина лёгким облачком растаяла в объятиях Аниты.
— Дело за малым, — заключил Барон, искоса поглядывая на девушку.
Пренебрежительно указав на Аниту, Дорн сказал:
— Изер, она твоя. Займись.
Светлана умоляюще посмотрев на Дорна, стараясь предотвратить неизбежное, сказала:
— Сир. Она так молода, неужели вы будете жестоки? Простите её.
— Чтобы распоряжаться своей душой, человеку не нужно достигать совершеннолетия. С самого рождения он волен поступать так, как диктует его разум и сердце. Каждый получит сполна.
Поднявшись с кресла Дорн вышел из комнаты. Анита затравленно оглянулась вокруг, она была на грани срыва.
— Иди сюда, — позвал Барон. Похлопав рукой по колену, приказал, — садись не бойся.
Вздрогнув, девушка покорно подошла к креслу, где развалился Барон. Взяв за руку и притянув к себе, заставил сесть на колени.
— Не бойся, — повторил он одной рукой поглаживая ей спину, другой играя её пальчиками. — Видишь, мы не такие страшные как думают большинство людей в мире.
— Вы отпустите меня? — неуверенно спросила она его.
— Конечно! О чём речь! — возмущённо воскликнул Барон и добавил: — Сейчас ты будешь свободна от всего, даже от своего долга. А пока, закрой глаза и погрузись в негу жизни. Почувствуй, что ты жива каждой клеточкой тела.
Девушка подчиняясь, закрыла глаза и лёгкая улыбка заиграла на её губах.
Барон продолжал говорить, поглаживая спину:
— Вспомни светлые моменты в своей жизни. Всё, что принесло тебе радость и счастье. Всё хорошее. Ощути всю радость бытия.
Барон ещё что-то шептал на ухо, и Анита закрыв глаза, весело улыбалась. Она не видела того, что видела Светлана.
Тело Аниты стало излучать голубоватое сияние, похожее на туманную дымку. Но сияние недолго задержалось у Аниты. Руки Изера казалось, поглощали и впитывали голубоватый туман, засасывая его ладонями. Особенно сильно сияние входило в руку которой Изер поглаживал спину девушки. Видимые визуально, волны энергии покидали Аниту и демон подобно вампиру, забирал их в себя, не останавливаясь и жадно впитывая. Тело постепенно стало усыхать. Кожа пожелтела и стала похожей на пергамент. Улыбка Аниты приобрела хищный оскал с торчащими из-под высохшей губы зубами, мышцы и кожа настолько ссохлись, что казалось череп обёрнут тонкой бумагой, и лишь глаза выпирали из глазниц. Последний вздох девушки и глазные яблоки погрузились внутрь черепа. На коленях Изера сидела мумия, скаля в злой усмешке молодые зубы. Сияние померкло.
— «... и римлянами будет Рим разгромлен», — процитировал Барон, сбрасывая труп на пол.
Тело вспыхнуло жарким пламенем, оставляя после себя лёгкий, серый налёт
— Вот именно, — согласился с ним Амон: — Сама пришла к такому завершению жизненного пути. Nomen illi mors (и имя ему – смерть. лат.).
Хитро прищурившись, Юм добавил по латыни:
— Cuncta erant bona (Всё было весьма хорошо).
Вся компания весело рассмеялась. Молчавшая до сих пор Светлана, встала с диванчика и направилась к выходу.
— Куда направилась? — гнусавя, поинтересовался Амон.
— В город, — с неохотой буркнула девушка, ни с кем из них, ей разговаривать не хотелось.
Амон великодушно и с долей иронии махнул рукой:
— Иди, — сказал он, отворачиваясь к камину.
Светлана поспешила покинуть дом, который стал казаться склепом.
Пройдя на дорогу, направилась в город.
Погода стояла отличная. Солнце ласково грело землю лучами, золотя пожелтевшую листву деревьев. Роща, блистала всеми красками, от зелёного до бордового. Все сверкало чистотой и свежестью, как будто тёплый дождь пронёсся над городом, а солнце высушило его. Пахло влажной, опавшей листвой и хвоей, и было сказочно прекрасно. Светлане прошедшие часы показались страшным сном, от которого проснулась.
Недалеко от колледжа она столкнулась с взмыленным и растрепанным Джеком. Он безуспешно пытался завести свою машину, периодически копаясь в моторе и выкидывая из него ненужные запчасти, облегчая вес машины. Потерев лоб рукой, оставив на нем тёмную полосу масла, Джек широко улыбнувшись, поприветствовал подходящую к нему Светлану. Она с интересом посмотрела на разбросанную машину и с сомнением покачала головой:
— Джек, поставить всё на свои места, потом сможешь?
— Что за вопрос! — вскинул голову Джек. — Мне не впервой копаться во внутренностях этой рухляди,
— Скажешь тоже, рухлядь! Машина очаровательна!
— Красивая, правда? — оживился Джек. — Старые марки, загадочно красивы, но и хлопот гораздо больше. Постой тут, я сбегаю за Тексом.
— Он наверное занят, — заметила девушка.
— Ничего, скажу что звонили из полиции, разбился его дедушка. Его мигом освободят от лекций и отправят в морг на опознание.
— Какой кошмар, — не смогла сдержать улыбки Светлана. — А как он сам отнесется к такому сообщению? Не думаю, что он тебя похвалит за такие «шуточки».
— Всё нормально, — заверил Джек. — Ещё на той неделе, он ездил «опознавать» своего соседа. Я мигом. Подожди.
Джек действительно не заставил себя долго жать и вскоре прибежал назад, порядком запыхавшийся
— Порядок, — сообщил он отдышавшись. — Пришлось немного побегать по этажам, пока нашёл его. Сейчас выйдет.
— Когда-нибудь тебя исключат из колледжа за такие шуточки, — попыталась предсказать его «роковую» судьбу, Светлана.
— Нет. Конечно нет, — ухмыльнулся Джек, снова погружаясь в недра машины, и голос его глухо донеся оттуда. — Просто, надо знать кому и что говорить, а главное когда.
К ним уже подходил Текс, зажав подмышкой сумку, легонько шлепнув Джека по выступающей части тела из машины, он весело спросил:
— Где же мой растерзанный, исковерканный дед, которого так необходимо опознать, что выкопали из могилы?
— Вот он, — донеслось приглушенное ворчание из чрева автомобиля, и Джек не оглядываясь, ткнул пальцем в неизвестном направлении.
— Привет Текс! — сказала Светлана, выходя с другой стороны машины.
— Привет! — воскликнул Текс и добавил, по-видимому обращаясь к Джеку: — Мне действительно необходимо опознать дедушку, правильно сделал, что вызвал меня. Обращаясь к девушке, спросил: — Какие планы на сегодня?
— Никаких, — пожала плечами она. — Просто вышла прогуляться. Похоже, в ближайшие дни мы покинем эти места, а возможно и Америку вообще. Не исключено, что я пришла попрощаться.
— Жаль, — помрачнел Текс. Поворачиваясь к Джеку, сказал: — Джек, в обычнее время, в баре.
— Хорошо, — пробормотал Джек, что-то с грохотом отвинчивая в моторе.
Текс со Светланой медленно пошли по тротуару, вглубь города. Пройдя несколько метров, Текс, заглянув в лицо, поинтересовался:
— Амон, он твой опекун?
Некоторое время девушка шла молча, наконец, с неохотой ответила:
— В каком-то смысле…
Подпихнув попавший под ногу камешек, Текс спросил:
— Опекун до скольких лет? Шестнадцати? Восемнадцати или двадцати одного года?
— Пока сам не пожелает прекратить, — отворачиваясь в сторону проговорила Светлана и спросила: — Аниту знаешь?
— Да. А почему ты спрашиваешь о ней?
— Она с кем живет?
— С отцом. Он души в ней не чает. Лэнсу она очень нравится, но капризная - ужасно. Ты её где-то видела?
— В особняке.
— Ах да. Это Лэнс притащил её с собой.
— Её мама давно умерла?
— Полтора года назад. Что-то с сердцем. После смерти отец прямо-таки помешался и замкнулся на своей дочери. Для него она теперь всё. А откуда ты знаешь, что у неё умерла мать? Ты разговаривала с ней?
— Приходилось. Бедный Лэнс! — вздохнула девушка. — Он такой хороший.
— Только Лэнс? — ревниво поинтересовался Текс, беря за руку и заглядывая в глаза. — И почему «бедный»? Может это я бедный. Ты ведь меня покидаешь, а Анита остается с ним.
— Нет. Она продалась демону, — выдохнула Светлана.
Текс весело рассмеялся:
— Ну и шуточки у тебя. Хотя, от Аниты всего можно ожидать. Оставим её. Объясни, как удалось вызвать моего брата Дэвида, кто-то у вас медиум?
— Я скажу, но ты не поверишь. Сочтешь сумасшедшей.
— Интересный вывод. Может, тебе запретили рассказывать о доме и его обитателях? — усмехнулся Текс.
Светлана пожала плечами:
— Нет. Никто ничего не утаивает, и не запрещает, просто в это нелегко поверить.
— Вот как? — заинтересовался Текс.
— Дело том, что хозяин дома Люцифер.
— А ты - ведьма, — перебивая, подытожил Текс весело улыбаясь.
— Нет. Не ведьма. Я простой человек, как и все вы, — обнажая руку, добавила: — Это клеймо поставили они.
— Татуировка? — потрогав рисунок черепа, уточнил Текс.
— Если верить экспертам - родинка. Но появилась она несколько месяцев назад.
— Фантастикой не увлекаешься? — озабоченно спросил Текс. — Какое бурное воображение! Анита, значит, им продалась? Что они с ней сделали?
— Забрали душу, — вздохнула девушка.
— С маньяками живешь? — вежливо поинтересовался он.
— Маньяки не могут вызывать души умерших, — возразила девушка.
— Кто знает, этих маньяков! Тот, рыжий, мне совсем не понравился. Может, бросишь их и останешься в нашем городе?
— У меня нет документов. Меня просто посадят за шпионаж или ещё за что-нибудь. Да и вообще это невозможно.
— Были бы деньги, будут и документы. — заметил Текс. — Мои предки будут рады тебе. Я женюсь на тебе.
Острый удар тока, заставил на время онеметь руку. Невольно потерев и наткнувшись на перстень, девушка вспомнила о подарке Барона, неужели перстень даёт о себе знать?
— Что ты сказал?
— Я женюсь на тебе.
Снова болезненный удар тока.
— Что случилось? — заботливо склонился Текс, увидев как она вздрогнув, невольно потёрла руку.
— Н-ничего, — пробормотала озадаченная Светлана и попросила: — Продолжай, ты уверен, что хочешь жениться?
— Да! — воскликнул Текс.
Это возглас совпал с зарядом прошедшим по руке девушки. Ничего не ответив, она молча шла по дороге.
Текс заволновался:
— Обиделась?
— Нет, — кратко ответила Светлана, думая о чём-то своём,
— Я тебе не нравлюсь?
— Нравишься, — улыбнулась девушка, бросив на него короткий взгляд, снова стала смотреть себе под ноги.
— Ты останешься со мной?
— Нет.
— Я люблю тебя!
Девушка вздрогнула от боли. Перстень никак не хотел утихомириться. Она попросила:
— Текс, не надо говорить об этом.
— Но почему? — удивился Текс. — Я люблю тебя. Люблю.
— Да замолчи же! — почти простонала девушка. — Ты причиняешь боль, говоря так. Я уже не знаю, верить тебе или нет.
— Ты сомневаешься во мне?
— Я - нет. Но кое-что заставляет меня это делать. Поверь, мне просто не позволят остаться здесь, как бы я этого не хотела.
— Куда же ты уедешь?
— Не знаю. Где-то в Атлантике ждет корабль «Летучий голландец» и название это он носит по праву. Куда он отправиться дальше, не знаю. Не знаю, когда прекратиться путешествие, но догадываюсь, как оно завершиться.
— Как? — потребовал ответа Текс.
— Они покинут мир людей, возможно прихватят меня с собой.
— Боже! Что ты говоришь! — воскликнул Текс, привлекая внимание прохожих. Сбавив тон, сказал: — Намекаешь, что тебя убьют?
— Я не знаю! — схватилась за голову Светлана. — Вроде убивать не собираются, но и отпускать тоже. А какие могут быть выводы, если рядом демон-убийца? Текс, я видела, как он убивает.
— Нужно сообщить в полицию, — оборвал Текс, хватая за руку. — Пойдём в полицию.
Девушка остановилась, спокойно посмотрев на взволнованного парня, спросила:
— Ты хочешь, чтобы они уничтожили город? Не трогай их, и они не тронут тебя.
Помолчав, добавила:
— Возможно не тронут. Это как игра с солнечным зайчиком, никогда не схватишь в руку.
— Не знаю как насчет дьяволов, но самоуверенны они чрезвычайно, — заметил Текс, пропуская мимо ушей предупреждение девушки.
— Их самоуверенность не беспочвенна. — сказала девушка.
Подойдя к городскому фонтану, она села на скамейку неподалеку. Посмотрев на играющие в лучах солнца капельки воды, не оборачиваясь, спросила:
— Амон тебе угрожал?
— Нет, — весело рассмеялся Текс. — Он предложил мне выпить с ним.
Перстень, пославший предупреждающий заряд в руку заставил Светлану усомниться в честности ответа. Текс вскочил со скамьи:
— Пойдём, голубей покормим, — предложил он, указывая на стаю голубей, с противоположной стороны фонтана. — У меня есть хлеб.
Светлана, хитро прищурившись, спросила:
— Эти голуби не боятся людей?
— Нет, — удивился Текс. — Чего им бояться?
— Текс, как ты думаешь, что будет если я подойду к ним?
— Ничего не будет. Может подбегут или наоборот, расступятся чтобы их не растоптали, — пожал плечами Текс.
— Я тебе гарантирую, что как только я подойду, они улетят, — пообещала девушка таинственно улыбнувшись. Но что-то грустное, проскользнуло в её веселье.
— Почему они улетят? — вытаращил глаза Текс. — Это их законное место, они проигнорируют твоё появление.
— Проверим? — снова загадочная улыбка промелькнула на лице. — Если улетят, ты поверишь во всё, что я рассказала.
— Про демонов? — уточнил Текс.
— Про них, — кивнула девушка и встав со скамейки, направилась вместе с парнем к стае голубей.
Ещё за несколько метров до стаи, стало заметно, что птицы чем-то обеспокоены. Не обращая внимания на зернышки на асфальте, голуби в тревоге озирались вокруг. И чем ближе подходила парочка, тем взволнованней выглядела стая. Четыре голубя тяжело оторвавшись от земли, с шумом хлопая крыльями, набирая высоту, устремились к крышам близстоящих домов. Остальные голуби, попытались переместиться по другую сторону фонтана, быстрее перебирая лапками и раскрывая крылья для равновесия. Но люди никак не хотели от них отстать.
— Видишь? — показывая на голубей, спросила Светлана.
— Но они же не улетели, — с иронией заметил Текс.
— Ты корми. Я постою здесь, — предложила Светлана.
Последовав совету, Текс подошёл к стае, кинул им несколько кусочков хлеба. Голуби с благосклонностью приняли его дар не оставив и крошки, выжидающе уставились на него. Внезапно вся стая, сорвавшись с места и обдав его волной крыльев, перьев, с шумом устремилась в небо, с такой поспешностью и паникой, будто стоял вопрос жизни и смерти. К Тексу подошла Светлана.
— Убедился?
— Да, но как это получилось?
— Фокус, — усмехнулась девушка.
— С кем ещё можешь такой «фокус» показать?
— С любой тварью, только не каждая отреагирует как голуби. Некоторые могут бросить вызов.
— Кому довелось бросить? — прислоняясь к фонтану, спросил Текс.
— Льву, — ответила Светлана.
— И что с ним стало? — вежливо полюбопытствовал Текс.
— Я убила его, — Света затянула ему в лицо, с интересом наблюдая за реакцией.
— Где это было? — спокойно уточнил парень, ничуть не удивившись.
— В Нью-Йорке.
Текс недоверчиво посмотрел на девушку и рассмеялся.
— Признаться, я думал, что это произошло в Африке.
— Я и Африке была, — заметила Светлана. Она, казалось, не замечала иронии в словах веселящегося Текса.
— Да, ну? — снова весёлые искры заплясали в голубых глазах Текса. Лёгкая улыбка блуждала на его губах. Было очевидно, что слова Светланы он серьёзно не воспринимал.
С каким-то обречением, махнув рукой, Светлана «закрыла» тему разговора.
Ещё некоторое время, облокотившись о фонтан они молча наблюдали за проезжающими мимо машинами и спешащими по своим делам людьми. Но столь же пристально за ними наблюдали с крыши многоэтажного дома, зоркие глаза. Сотни голубей, столпившись на самом краешке шифера, напряжённо и со страхом смотрели вниз, на площадь, где фонтан рассыпал искры брызг. Они ощущали как зловещее пятно, окутывая, расползается над площадью. Всё живое покинуло это место за несколько десятков метров вокруг. Прохожие, ведущие собак, приближаясь к площади с фонтаном, удивлялись, взирая на своих любимцев, отмечая их необычное поведение. Собаки тянули хозяев прочь, внезапно изменив своё отношение к излюбленному месту.
Не замечая царившую вокруг панику и страх, люди спокойно проходили мимо, сидели, отдыхали на скамейках или просто глядели по сторонам. Их восприятия были притуплены прошедшими веками в борьбе за выживание и приобретение разума. Теперь же, «благодаря» ему, они отвергали всякое проявление потусторонних сил, ссылаясь на факты и логику. Теперь они скептически относятся к заявлению о том, что дьявол ходит по земле совсем недалеко от них. Скептически отнесутся к заявлению о существовании ведьм и вампиров. Высмеют известие о появлении оборотня. Переселение душ, воспримут, как интересную сказку. А вызов их в мир людей превратили, в пустую забаву. Основная масса населения никогда не поверит существу, заявившему, что он является Сатаной, и потребуют от него неопровержимых доказательств. И тут же, отвергая всякую логику, основываясь на легендах и записях прошедших через века, слепо, фанатично, веруют в доброго создателя, смотрящего на них с небес. Они не требуют доказательств Его существования. Живут покоряясь судьбе, снося все её тягости и удары, веруя, что Господь, таким образом, испытывает их, руководствуясь лучшими намерениями, и любовью к ним. Проходят столетия. Войны опустошают страны, уносят жизни невинных детей, а люди веруют, что все это с попустительства Бога, посланные им испытания.
И все же странных созданий сотворил господь. Встречая не один раз за свою жизнь тёмные силы, они никак не хотят поверить в них, требуя конкретных доказательств. А встречаясь с ликом Бога, смотрящего на них с любовью и добротой со статуй, икон, сотворенных самим же человеком! Веруют в Него, как ребенок верит в Санта Клауса, всем сердцем и душой. Пока не повзрослеет.
Глубоко вздохнув своим мыслям, Светлана повернулась к парню.
— Текс, мне пора назад.
— Я провожу тебя.
— Но только до конца города, — уточнила Светлана.
— Как скажешь, — пожал плечами Текс. Обняв девушку за плечи, он повел её прочь из города.
Не привыкшая к такому выставленному на всеобщее обозрение проявлению чувств, девушка испытывала чувство неловкости, хотя она уже давно заметила свободу общения среди молодежи, не смущающихся посторонних людей.
Текс остановился, показывая на стоявшую неподалеку телефонную будку, вопрошающе сказал:
— Я на минуточку, позвоню кое-кому, ты не против?
— Отчего же.
Парень не заставил себя долго ждать и через две минуты с довольной улыбкой вернулся к девушке.
— Всё в порядке, — неизвестно зачем сообщил он ей и тут же добавил: — Может в кино сходим?
— Мне нужно возвращаться, — покачала головой девушка.
— Жаль, — разочарованно вздохнул Текс на секунду погрустнев. Обняв за плечи, сказал: — Потом сходим?
— Не знаю, — нерешительно протянула девушка.
Они вышли на дорогу, ведущую из города и не спеша направились по ней. Текс словно забыв о своем обещании, как-то рассеяно следовал за Светланой. Последний дом скрылся за поворотом, девушка повернулась к Тексу.
— Спасибо, что проводил. Дальше я пойду одна…
Договорить фразу девушке не дала полицейская машина. Вылетев из-за крутого поворота взвизгнув покрышками и скорректировав направление, круто ушла в следующий поворот дороги. Слышно было, как и на том повороте, машину занесло. Где-то вдалеке зазвучала сирена, возвещая о движении «представителей закона».
Изумлённо посмотрев на оставленный колёсами чёрный след, девушка ни кому не обращаясь, сказала:
— Куда это они так спешили, как на пожар? Бандиты что ли дали о себе знать?
— Не знаю, — пожал плечами Текс. Почему-то он прятал глаза, уводя взгляд в сторону, рассматривая стоявшие у обочины деревья.
Ощутив укол перстня, посмотрев на озабоченное лицо парня, Светлана поняла, что он не всю правду сказал. Текс явно знал, что происходит или догадывался. Но почему не говорит?
Парень медленно двигался вслед умчавшейся машине. Промолчав, девушка устремилась за ним.
По мере приближения к особняку звук сирены становился громче. Догадавшись о конечной остановке полицейской машины, девушка сойдя с дороги, направилась к дому через рощу. Текс, молча следовал за ней.
Из-за стволов деревьев замелькали синие и красные огни. Сирена смолкла, притихший лес окутала мёртвая тишина. Не звенели голоса птиц, но звучали голоса людей. Голоса команд, ударяясь о деревья, эхом уносились вдаль.
Преодолев густой кустарник, крадучись девушка приблизилась к следующему кусту, находившемуся неподалеку от особняка. Там уже была открытая местность, занятая сейчас двумя полицейскими машинами.
Спрятавшись за кустом, Светлана с интересом наблюдала, как разворачиваются события. Позади, послышался шум, оглянувшись через плечо, обнаружила подползающего к ней Текса. Похоже, он тоже собирался понаблюдать из-за укрытия. Упав на колени, он аккуратно раздвинул ветки и уставился на особняк, к дверям которого, настороженно осматриваясь, подходили полицейские. Оружие они не вынимали, но были начеку, об этом можно было судить по крадущимся движениям и руке на кобуре.
— Похоже, мы прибыли к началу действия, — пробормотал Текс «поедая» глазами закрытые двери особняка.
Неизвестно от чего поёжившись, как от озноба, Светлана ждала последующих действий. Но количество любопытных глаз на этом не ограничилось. Кое-кто тоже облюбовал местечко, где скрывались Светлана и Текс.
Тихо мурлыкнув фразу по-русски, чёрный кот беспардонно развалился между девушкой и парнем. Прищурив зелёный глаз, посмотрел на Светлану.
— Не помешаешь, — прошептала она в ответ.
Тек, изумлённо обернулся:
— С кем ты говоришь?
— Со мной, — внятно ответил ему кот, с удовольствием разглядывая, пораженного таким чудом парня. — При первой встрече нас не представили друг другу.
Вежливо произнёс кот, протягивая лапу. Машинально пожав её Текс, уставился на кота. Последний по-видимому, был расположен к продолжительной беседе:
— Вот решил посмотреть, что творится с этой стороны здания, — сообщил он по-английски, и отвлекая от своей персоны заметил: — Полицейские любят нас, — поворачиваясь к Тексу, спросил: — Как ты думаешь, зачем они нагрянули?
Светлана удивлённо посмотрела на Юма:
— Он откуда знает?
— А я вот думаю, что знает, — хитро прищурившись, ответил кот.
— Не знаю я ничего! — вспылил Текс, но сохраняя предосторожность, прокричал шёпотом: — Отстаньте от меня!
Но слишком уж неуверенно прозвучал его голос, и Светлана засомневалась в правдивости, да и перстень ещё раз напомнил в себе.
Юм отвернулся от парня:
— Хорошо отстану, — чересчур смиренно пробормотал кот и заметил: — Полицейские-то уже в доме.
— Юм, почему ты здесь, а не там? — спросила его Светлана.
— Там скучно. Никого нет. Полицейские зря теряют время.
— Но они могут подождать, — возразила девушка и тут же поинтересовалась: — Почему ты наехал на Текса? Он-то тут причем?
Оторвавшись на секунду от особняка, чтобы бросить презрительный взгляд на Текса. Юм снова отвернулся:
— Он позвонил полиции, — прошипел кот и Текс замер, услышав эту фразу по-английски. Сладким голосом обратился уже конкретно к нему: — Ведь так Текс? Ты позвонил в полицию и сообщил им об убийстве, дав адрес нашего дома?
Текс виновато посмотрел на изумлённую Светлану, опустив голову глядя на опавшую листву, кивнул:
— Да. Это сделал я.
— Как приятно слышать слова правды! — тихо воскликнул Юм, лукаво блеснув глазами. — Ведь так, Светлана?
— Я не понимаю. Зачем? — Светлана посмотрела на понурившегося парня.
За него ответил кот:
— Хочет, чтобы ты осталась здесь.
Вздрогнув, парень резко отстранился от кота, со страхом в глазах:
— Демон, — прошептал он. — Ты непросто говорящий кот, ты читаешь мысли, демон!
— Какое открытие! — с сарказмом фыркнул кот. — Предположим нас «приютила» полиция, но и девушку тоже забрали бы.
— Я об этом не подумал, — признал Текс, отодвигаясь в сторону подальше от говорящего демона в обличие кота. Но с вызовом заявил. — Тогда она не досталась бы Амону. Если не мне, то никому вообще.
Юм, изогнув дугой спину, довольно сказал, обращаясь к огорчённой Светлане:
— Дружок-то твой эгоист. Чистой воды эгоист. Может проучить его? Наркотик там, подсунуть. Пусть на своей шкуре испытает каково быть за решёткой?
— Нет, — твёрдо сказала девушка. — Пусть будет на его совести. Я прошу, не трогай его.
— Встретимся ещё! — дёрнув хвостом, Юм отвернулся.
В этот момент из дверей особняка выходили озадаченные полицейские. Тихо переговариваясь, сели в машины. С тихим стуком захлопнулись двери, выехав на шоссе, умчались прочь.
Светлана и Текс покинули кусты, и вышли на лужайку возле дома. Юм крутился поблизости. Покраснев, Текс протянув руку девушке, уводя глаза в сторону, сказал:
— Всё-таки я хочу, чтобы ты осталась. Я женюсь на тебе
Светлана вздрогнула, ощутив удар тока. Юм подпрыгнул и визгливым тоном заметил:
— Опять ложь, всюду ложь. Текс нужно быть более правдивым.
Услышав заявление Текс отпрянул от кота. С испугом посмотрел на него. Запинающимся голосом, пробормотал Светлане:
— Я пойду, ещё встретимся.
Поспешил покинуть это место.
С усталостью опустившись на ступеньку лестницы, девушка с укоризной посмотрела на кота. Юм важно надувшись, гордо выпятив грудь, заявил:
— Как я его! Будет знать, как лгать при мне! Светик, ты убедилась, что ему ты не очень-то и нужна?
Он выжидающе посмотрел на девушку. Она молча перебирала пальцами опавшую листву. С трудом, оторвав глаза от рук, перевела на Юма.
— Оставь меня одну, — попросила она глубоко вздохнув.
Юм, молча и деликатно исчез. В ту же секунду девушка почувствовала, как перстень ослабил захват и теперь свободно надет на пальце. Быстро сорвав его, зажав в кулаке размахнувшись, зашвырнула перстень в кусты, но звук удара, который должен был последовать за этим, так и не прозвучал. Перстень растворился в воздухе, не коснувшись земли. Оглянувшись вокруг, медленно направилась к дому, делая паузу на каждой ступеньке, поднялась на площадку перед дверьми. Оседлала одного из мраморных зверей, стоявших по обе стороны лестницы. Скрестив руки на высеченной гриве и положив на них подбородок, Светлана устремила взгляд на дорогу, где нет-нет, да мелькнёт разноцветной молнией какой-нибудь автомобиль.
— «Грусть-тоска меня съедает», — прогнусавил голос за спиной, цитируя Пушкина, описывая настроение девушки.
Не поднимая голову не оглядываясь, она ответила:
— Вы правы.
— Как всегда прав, — подчеркнул за спиной всё тот же голос.
— Может быть, — неопределенно ответила девушка, не меняя позы.
Воцарилась тишина. Через минуту, Светлана спросила того, кто находился за спиной, не зная там ли он ещё:
— Почему полицейские так быстро покинули дом? Вы их в чём-то убедили? Успокоили?
— Что искать, в пустом особняке? — отозвался голос. — Многолетняя пыль. Никаких следов.
— Они наведут справки. — возразила девушка, не отводя глаз с дальней дороги. — Они ещё приедут сюда.
— Возможно, — согласился голос. — Интересное зрелище «мы» тогда увидим.
Несколько минут молчания. Светлана обернулась.
— Амон, брат Текса Дэвид, отчего он не заслужил Свет? Он же ребёнок.
Демон, стоявший в открытых дверях, засунув за пояс пальцы, цокнул языком на её вопрос. Он не спешил с ответом, разглядывая растущие неподалеку деревья и кусты. Светлана уже решила, что не услышит ответа, когда переведя взгляд на девушку, сказал:
— Есть штаты в Америке, где наказание за преступления - смертная казнь. Ты это знаешь?
— Да, — соглашаясь, кивнула девушка недоумевая, в чём заключается ответ Амона.
Но он продолжил:
— Но есть штат. Где электрический стул или газовую камеру вполне могут присудить и ребёнку. Как говориться: каждый получит сполна. Видишь, даже для людей возраст преступника играет не такую уж и значимую роль. А что говорить о судьях в масштабах вселенной? Беспристрастных и неподкупных?
— Разве Дэвид – убийца? — удивлённо вскинула глаза девушка.
— Он виновник смерти своего деда. Деда Текса. Но, это не одна его вина. А исправить ошибки не успел. Автокатастрофа унесла как жизнь деда, так и его. Дальше их пути разминулись. Судьи суровы. Но, он ещё получит шанс, впереди его ждёт новое рождение, может Дэвид ещё возвысится духовно? — последнюю фразу Амон произнёс, презрительно скривив губы, вероятно он сомневался или не одобрял реинкарнации.
— Если не возвысится? — используя термин Амона, полюбопытствовала девушка.
— Тогда он навеки останется в царстве Хозяина, — пожал плечами Амон.
— Кто взял на себя такую обязанность: судить людей. Кто выше Дорна и создателя, имеющий право «сортировать»?
— Судьи как такового-то и нет. Сам человек себе судья. Порочная душа стремиться к материи, к земле. Чистая и светлая в небеса. Впрочем, последняя может по собственному желанию опуститься в царство Ночи, сохраняя при этом свою непорочность. Дальше Дорн поступает с ними как сочтёт нужным.
Амон замолчал. Насторожившись, пристально всмотрелся в заросли кустов. Повернулся к Светлане.
— К нам гости, — сообщил он немного прищурившись. — Поистине, сегодня день посещений! — обращаясь к кустам, громко сказал: — Подойди, не бойся, я выслушаю тебя.
Ветки кустов неслышно раздвинулись, и оттуда бесшумно вышел маленький, столетний старичок. Не поднимая головы, он крадучись, раболепно приблизился к ступеням дома. Девушка вгляделась в странного человека.
Чем-то, он был ей неприятен. Может быть из-за того, что его седые волосы были всклокочены и торчали в разные стороны, спускаясь по шее и исчезая на спине под одеждой, густой серебристой волной. Такая же серебристая волна шла по рукам, заканчиваясь на пальцах с длинными острыми ногтями. Светлане ещё никогда не приходилось видеть человека с таким волосяным покровом. Похоже, волосы росли даже на ладонях. Одетый в серые оборванные одежды, старик казался нищим, не имеющим крыши над головой. Стоптанные, грязные башмаки, оттуда торчали голые ступни со скрюченными пальцами, на которых тоже серебрился густой волос, добавляя неприглядный вид этому человеку.
Он поднял голову. Девушка вздрогнула. Белые, затянутые бельмом глаза уставились на дьявола, стоявшего в дверях. Каким-то образом старик видел и совсем неплохо, если не сказать отлично. Бельмо, таившее за собой зрачок, позволяло, тем не менее, ему всё обозревать. Снова опустив голову, старик низким глухим голосом что-то пробормотал.
Амон надменно ответил ему на том же языке, обернулся к девушке:
— Я думаю, тебе ещё не приходилось видеть волкодлака, — сказал он, указав рукой на седого старика, добавил: — Вот он, собственной персоной.
— Оборотень? — уточнила девушка, пристальней вглядываясь в пришельца. Он явно чувствовал себя на солнце неуютно, и всё пристраивался к тени качающихся на ветру деревьев. — Я представляла их более страшными, сильными и злыми. Старичок не похож на оборотня. Разве, что вид у него, действительно малоприятный глазу.
Амон рассмеялся:
— Не сильный говоришь, — приказав что-то старику на незнакомом языке, швырнул ему под ноги кованую цепь, каждое звено которой, было не меньше детского кулачка. — Посмотри, не всякий человек способен на такое.
Оборотень, подняв с земли цепь и ухватив за концы, легко без напряжения, разорвал её. Уронил на траву, беспокойно озираясь, прошептал что-то, обращая затянутые бельмом глаза на дьявола.
Амон великодушно махнул ему рукой и старик, склонившись в поклоне, поспешил покинуть лужайку, бесшумно растворившись в роще.
— Он не переносит лучей солнца. — объяснил девушке дьявол. — Теперь язвы покроют его тело. Он слишком смело вышел на солнце, впрочем он подчинялся моему приказу, — многозначительно посмотрев на девушку, добавил: — Он знает, что страшнее для него не солнце, а невыполнение моих приказов.
Промолчав на последнее замечание Амона. Светлана спросила:
— Чем он отличается от простых людей? Такой, безобидный старик.
— Безобидный говоришь? — усмехнулся Амон. — В полнолуние он покрывается жёсткой шерстью. Позвоночник искривляется, и он тогда, опускается на четвереньки. Удлиняются зубы, лицо претерпевает изменения и становится похожей на волчью морду. В лунные ночи его мучает жажда. Жажда теплой, человеческой крови. И голод. Голод, который он утоляет сладким мясом человека. Он хитрый. В курсе всех событий, и поэтому, его почти невозможно изловить. Он бич беспечных людей.
— Почему он пришёл сюда? Ночь ещё не наступила.
— Он счёл необходимым предупредить нас, о готовящейся облаве.
— Вот как? — девушка слезла с мраморного зверя, подойдя к дьяволу, посмотрела в лицо. — Не нужно долго ломать голову, чтобы догадаться: это из-за Аниты. Я права?
Соглашаясь, Амон склонил голову. Повернувшись, направился в дом. Светлана последовала за ним, пытаясь услышать ответ на волнующие её вопросы:
— Амон, вы опять исчезнете из дома?
— Нет, Дорн решил что этих незваных гостей, нужно встретить подобающим образом.
Они поднялись на второй этаж, в комнату с огромным камином. Ещё на пороге, девушка услышала звонкий голос Юма, что-то с азартом повествующий.
Барон, сидевший в кресле, закинув ногу на ногу, похлопывая рукой по колену, веселился слушая кота, вставляя иногда и свои реплики.
Юм на секунду умолк, дожидаясь когда Амон и Светлана рассядутся возле камина. Пёс тут же оставив своё место, подбежав к креслу, улегся у ног Амона, возложив морду на его ноги.
Барон, поблёскивая зеркальными очками, лёгким, неизменно ироничным поклоном поприветствовал девушку и повернувшись к Юму с нетерпением сказал:
— Юм, друг мой, продолжай. Мне думается, вновь прибывшим будет не без интереса узнать о твоих похождениях.
— Действительно Юм, рассказывай что натворил, — подержал Барона Амон. — Я знаю, что ты увивался за монашенкой, очаровательной надо сказать, молоденькой, неопытной.
— О, богиня! — воскликнул Юм. — Мне пришлось обольщать довольно долго.
— Конечно, — ухмыльнулся Амон. — На кота не сразу внимание обратишь.
— Она обратила внимание на священника, — заметил в ответ Юм. — Пришлось же мне повозиться, пока убедил о своей особенной миссии.
— Продолжай, — перебил Барон. — Они по ходу разберутся.
— Когда она мне исповедалась...
— Постой, — снова остановил Барон. — Ты что, в церкви был?
— Нет. Она исповедалась тут же, в прелестном саду.
— И ты отпустил ей грехи? — не выдержал Барон.
— Конечно, — оскорбился Юм. — А как же иначе! Она рассказала, что прибыла из далекого, почти заброшенного монастыря, не видевшего цивилизации, что сирота и среди монахинь находится с детства. Сюда приехала с поручением.
— Короче, — потянулся Барон, — уважай тайну исповеди. Скажем, разговаривая о религии, ты затащил в свой номер.
— Ну, да. Сказал, что нам есть о чём поговорить, и у меня есть что показать. А в номере уже посетовал, что она верующая так и не постигла того, что создал бог. Обвинил её в неуважении к создателю в том, что игнорирует его творения и усилие на их продолжение, — Юм замолчал, вспоминая сцены.
— Дальше. — потребовал Барон, добавляя: — Седина в бороду, бес ребро.
— Дальше я великодушно посвятил во все тайны и сказал, что негоже отказываться от даров посланных богом.
— Она? — не унимался Барон.
— О, она была в восторге. Ушла с гордостью, осознавая что выполнила предназначение определенное ей создателем. Светик, — повернулся Юм к девушке. — Может, и ты не знаешь, для чего существуют два пола?
— Знаю, — отрезала девушка и со снисходительностью пояснила: — Об этом достаточно понятно проходят в школе.
— А практику проходят? — забеспокоился Барон, подключаясь к разговору. Юм с интересом ожидая ответа, повернулся к девушке.
— Нет, — рассмеялась Светлана, на секунду представив такую «практику», — дальше надеются на природу.
— Какое упущение! — схватился за голову Барон. — Что делает школа! Как она портит наших детей!
— Да. Наших, — поддакнул ему Юм. — Как сейчас помню: ходит несчастный, маленький Юмчик весной по дворам и кричит, кричит. А практики-то и нету. Да, нашим детям приходится трудно.
— Трудно, — согласился с ним Барон, и они оба замолчали, погрузившись в самые мрачные мысли, то и дело вздыхая и с грустью закатывая глаза к небу.
Амон прервал их скорбь, грубо бросив:
— Хватит паясничать. Ты, прохиндей, — обращаясь к коту, — договорился о новой встрече?
— А как же! — воскликнул кот. — Она сказала, что сестру Сару приведёт с собой, а я приведу с собой отца Григория, — покосившись на Барона, пояснил Юм.
Огонь в камине заплясал и вспыхнул с удвоенной силой, будто кто-то подкинул в него дров.
В комнату вошёл Дорн.
Небрежным жестом усадив вскочивших, Дорн расположился на низком диване, подогнув под себя ногу. Обведя присутствующих взглядом и остановив его на Юме, сказал:
— Твою монашенку отправляют на периферию. Слишком громко похвасталась, вновь обретёнными знаниями.
Юм лениво махнул хвостом:
— Найду, — уверенно и равнодушно ответил он. — Мы ещё не всё прошли по этому «предмету».
— Сегодня, покидаем город, — глаза Дорна мягко вспыхнули и погасли. Барон вскочив, поднёс ему кубок. Отпив. Дорн продолжил: — Но сначала встретим гостей. Нехорошо оставлять их ни с чем. Пока же скрасим наше ожидание, достойным ужином. Кое-кто, — он посмотрел на девушку, — особенно нуждается в нём.
Хлопнув в ладоши, Барон вызвал прислугу, которая быстро заставила низенький столик блюдами и напитками. После, она так же быстро и бесшумно исчезла.
— Да. Светик! — вспомнил Барон, протягивая девушке знакомый перстень. — Похоже, ты потеряла его.
— Нет не теряла. Он стал мне не нужен.
— Вот как, вероятно услышала не совсем то, что хотела бы. — ухмыльнулся Барон, пряча перстень в карман брюк. — Но наверное, достаточно чтобы сделать выводы.
— Нет, я не сделала никаких выводов.
— Отчего же? — удивился Барон.
— У меня не было достоверных фактов. Фактов, которым я могла бы полностью доверять.
Юм, подмигнув Амону, заметил:
— Кое-что, я вижу усвоила. Но, только вместо того, чтобы не доверять людям, она не доверят нам.
— Правильно делает, — сказал Дорн пододвигаясь к столу, но тут же сам себе возразил: — Это правильное решение, если бы ты, девочка, не была бы при моей свите. Но ты находишься здесь, и шуточки Изера тебя не касаются.
Светлана удивлённо вскинула глаза на Дорна:
— Сир, но тогда получается - меня обманывает Текс.
Краем глаза девушка увидела, как Амон презрительно скривился и скосил глаз на неё.
Дорн повёл рукой:
— Omnis homo mendax confitire (каждый человек лжец. лат). — сказал Дорн и пояснил: — Человек преследует свои интересы, и каждый по-разному пытается воплотить их в жизнь. Кто через правду, а кто и через убийство. Он не стремился связать свою жизнь с твоей, — помолчав несколько секунд, Дорн заговорил о другом: — Сегодня к нашей компании присоединится ещё кое-кто. Ненадолго. Но эти минуты будут очень значимы для всей Земли. 3а время проведенное у нас этим гостем, не умрет ни один человек. Священники, морги, крематории, могильщики, врачи могут отдохнуть.
— Местр! — подскочил в кресле Барон. — Сир, вы зовёте сюда Местера?
— Да, — склонил голову Дорн, — город этим вечером будет единственным местом в мире где жизнь людей повиснет на волоске. Одна ошибка и я не позавидую оставшимся в живых. А пока, время не пришло. У нас ещё есть возможность насладиться едой и вином.
— Магистр, — с почтением произнёс Амон. — Может, я и мои ребята справятся лучше?
— Не сомневаюсь, — согласился Дорн. — Но Местр более беспристрастен. Он знает, когда остановиться. Мне нужно наказание, а не бойня, которую твои ребята могут учинить.
— Сир. — склонив голову, проговорил Амон. Но что-то похожее на разочарование, прозвучало в этом коротком слове. С такой неохотой, профессионал уступает своё место другому специалисту.
— Итак, — Дорн щёлкнул пальцами.
В комнате зазвучала величественная и волнующая музыка. Подобно волнам она двигалась в воздухе, беря за душу, она то поднимала её в небеса, то опускала на землю. Печаль сквозила в ней, словно невидимый исполнитель пытался высказать в музыке состояние своей души, одиночество и скорбь. Мелодия звала за собой, распахивая бесконечность Вселенной, уводя с Земли в тайны космоса.
Казалось, сам Люцифер задумался, уйдя от реальности в воспоминания, погрузившись в свои мысли. Наконец, он словно пробудился, поднял голову и обвёл присутствующих взглядом, остановился на притихшей девушке. Она вздрогнула от неожиданности, когда низкий голос Дорна пробудил её от воспоминаний.
— Эту мелодию сочинил человек уже давно покинувший мир людей. Но как он выразил скорбь бытия, своё одиночество. Здесь он говорит, что мир существует, пока существую я. Я уйду, уйдёт и мир. Вселенная бесконечна, но как мало в ней энергии жизни. В других галактиках, только предпосылки к её зарождению. Девочка, ты чувствуешь как органная музыка высказывает величие разума, и его одиночество?
— Да, — прошептала девушка. — Она завораживает и… Сводит с ума. Неужели это сочинил человек?
— Да. Он познал истину и добровольно ушёл в Небытие. Довольно необычное решение для такого человека. И… глупое. Но мы существуем, и будем существовать вечно!
Свита Дорна встав, хором провозгласила неизменный тост, во славу властелина тьмы и теней. После этого, уже никаких тостов не произносилось.
— Яхве погубит мир, — продолжил Дорн. — Он утаил слишком много возможностей человека, силу разума. Мне необходимо завладеть им, и тогда, я открою новые границы, погружу в хаос и обновлённая энергия получит новый источник. Питаясь им, моё царство и моя власть будет великой.
— Сир, вы и так достаточно могущественны, — заметила девушка, внутренне похолодев от планов Дорна.
Глаза Люцифера засветились, холодно улыбнувшись, он возразил:
— Зачем мне отказываться от Абсолютного владения миром?
— Зачем? — в один голос повторила свита, снисходительно посмотрев на подавленную девушку.
Промолчав, она бросила взгляд за окно. Там уже смеркалось. Солнце ушло за горизонт.
— Да, — сказал Барон, перехватив её взгляд. — Темнеет, гости уже в пути к особняку. Ждать осталась немного. Советую подкрепиться, впереди дорога к океану.
— Почему бы сейчас не поехать? — страшась предстоящей встречи с жителями города, предложила Светлана.
— Но, так же не вежливо! — возмутился Юм. — Покидать дом, когда гости на пороге?
— Сдаётся мне, они простят, — ответила Светлана, снова посмотрев в окно.
— Мы себе не простим, — возразил Барон, опуская очки и посмотрев поверх них на девушку. Водрузив их снова на нос, сцепив руки на колене, откинулся на спинку кресла. — Какие интересные дни мы здесь провели. И уйти не попрощавшись. Нет. Это невозможно.
Музыка оборвалась, и в комнату проникли другие звуки: шум съезжающих с шоссе машин. Громко зашелестела опавшая листва, под колёсами приближающихся к дому автомобилей. Свет фар заплясал по комнате, перекрывая освещение свечей, делая в зале ещё светлей. Свет фар продолжал освещать фасад здания, когда захлопали двери машин. Зазвучали возбуждённые мужские голоса.
Барон с удовольствием в голосе заметил:
— Вот и гости пожаловали. Видно, очень торопилась. Рановато прибыли.
Светлана, вскочив с дивана подошла к окну посмотреть, кто же к ним пожаловал.
На лужайке возле дома, стояло машин шесть, различных марок. Особенно выделялись из общей массы два «джипа». Основной источник света приходился на них. Мало того, что четыре фары «били» по окнам, на крышах «джипов», поперёк шла полоса из пяти горящих фар. В лучах света мелькали фигуры людей. Металлическая поверхность оружия то и дело сверкала отражая свет. Почти каждый человек держал его в руке. Зловеще блестели револьверы, винтовки, обрезы, охотничьи карабины. У некоторых в руках, в качестве дубинок были отполированные спортивные биты.
Сквозь стёкла, глухо доносились голоса людей. Кто-то грязно ругался, пытаясь вытащить из салона машин охотничьих и натасканных сторожевых собак. Судя по злобе в голосе, собаки не желали покидать своего убежища. Они прятались под сиденьями кресел, переходя на жуткий вой, словно уже видели покойников.
Наконец, хозяева прекратили попытки вытащить собак и подняв стёкла, со злостью захлопнув двери, приглушили голоса своих питомцев. Но даже из-за закрытых дверей, доносился леденящий кровь вой.
Мороз прошёлся по коже девушки, когда этот звук достиг и её.
Чертыхаясь, толпа вооружённых мужчин двинулась к лестнице, поднимаясь к входным дверям притихшего особняка.
— Они вооружены винтовками, — пробормотала Светлана, поворачиваясь к окну спинкой и опираясь о подоконник. Вой собак по-прежнему холодил душу.
— Вот как? — пожал плечами Барон. — Зря они это сделали.
— Что? — не поняла его девушка.
— Оружие взяли зря. И судя по звуку, собак тоже зря.
— Отойди от окна, — приказал Амон.
— Почему? — удивилась девушка.
— Мишень, — кратко объяснил он и спросил: — Сколько насчитала?
— Человек двадцать пять, может больше, — ответила Светлана, следуя совету, отошла от окна. — Настроены весьма враждебно.
— Ещё бы, — усмехнулся Барон. — Мало ли мы им крови попортили? И потом, Анита не вернулась, а отец отлично знал куда она пошла.
— Сир? — повернувшись к Дорну, Барон ожидал от него указаний.
И словно в ответ на его вопрос, зазвучали громкие удары в дверь. Дорн указал на первый этаж, и на мгновение в его глазах заплясало отразившееся пламя камина.
— Нужно открыть дверь, — сказал Дорн, недобро усмехнувшись: — Негоже заставлять гостей утруждать себя взломом. Тем более что двери слишком уж прочные. Мы потеряем время, дожидаясь их таким образом.
— Сир, я открою? — полувопросительно предложила Светлана.
Амон что-то хотел сказать или возразить, но Дорн остановил его движением руки, соглашаясь склонил голову.
Не без внутреннего трепета девушка спустилась в зал. Она надеялся остановить людей, но как, об этом она ещё не думала.
Входные двери дрожали от многочисленных ударов и прогибались внутрь, как будто множество тел напирало на них снаружи. Но Дорн был прав, лютовавшим людям, пришлось бы хорошо повозиться с ними, прежде чем проникнуть внутрь дома. Подойдя к двери, она в нерешительности замерла, ругань и злоба звучали за ней. Немного поколебавшись, она всё-таки коснулась рукой створки. Двери не имеющие замка, но надежно сторожившие тайны дома, подчиняясь распахнулись и девушка оказалась лицом к лицу с разъяренными и возбужденными приближающейся бойней, людьми. Они действовали мгновенно. Не дав ей сказать и слова, грубо отшвырнули. Прижали прикладом к стене. Ввалились шумной толпой в зал, мгновенно заполнив его. Не видя больше никого, они обернулись к прижатой к стене девушке. Дула оружия направились на неё. Мужчина, взявший на себя обязанности главаря, подошёл к ней. Кивнув головой в сторону, приказал освободить, сам направил карабин. Ткнув стволом в рёбра, прорычал:
— Ведьма, где они? Где прячутся? Говори где моя дочь Анита, или клянусь Богом, ты отведаешь свинца!
— Она. — Светлана замолчала, подыскивая слова.
Давление дула усилилось. Толпа на мгновение утихла, пытаясь услышать, что она скажет.
— Говори! — зарычал мужчина, и жажда крови загорелась в его глазах. Палец опустился на спусковой крючок.
— Почему бы не спросить меня? — раздался сверху низкий голос.
Стоящие в зале подняли головы стараясь рассмотреть говорившего.
Дорн медленно спускался по лестнице, рядом с ним шел худой человек в массивных чёрных очках. Позади следовали Барон и Амон. Не доходя последних ступенек, Дорн остановился и облокотившись о балюстраду, с любопытством окинул взглядом наполненный вооруженными людьми зал. Его спутники хранили молчание.
Ворвавшиеся в дом тоже ожидали, что скажет хозяин особняка.
— Почему бы вам, не спросить меня? — повторил свой вопрос Дорн.
Светлана увидела, как рука Амона легла на рукоять кинжала. Барон, с живым интересом всматривался в лица людей. Совершенно беспристрастно было бледное лицо незнакомца наполовину скрытое очками. Почему-то, смотря на его очки, девушка почувствовала как на неё накатывают волны страха и ужаса. Судя по трепету пробежавшемуся по залу, она не единственный человек, которого ужаснул этот спокойный и равнодушно взирающий на них незнакомец.
— Отпустите девочку, — прозвучал в тишине властный голос Дорна. — Вы пришли ко мне. Со мной и говорите.
— Нет, — громкий бас главаря, казалось разбудил людей. Они зашевелились, заворчали, направили винтовки на Дорна. Над головой мелькнули поднятые дубинки. — Нет, — возразил хозяину особняка мужчина. — Мы не отпустим, пока не вернете мою дочь Аниту.
— А мне Нору, — прозвучал ещё один голос.
— Иначе, — продолжал главарь, подтверждая свои слова новым тычком дула в рёбра, — пристрелим её тут же на ваших глазах.
— Серьёзная угроза, — заметил Дорн усмехнувшись, но глаза оставались безразличными и холодными. Скрестив на груди руки, спокойно спросил: — Предположим, вы её пристрелите, что из этого выйдет?
— Мы отомстим за наших детей! — выкрикнул из зала чей-то голос.
— Есть ещё версии? — обвёл глазами зал Дорн.
— Убьём тебя, и всех кто здесь обитает, — уточнил главарь.
— Я сомневаюсь, что вам это удаться, — спокойно возразил Дорн. — Или вы считаете себя могущественнее Бога? Какое тщеславие!
Толпа возмущённо загудела, зазвучали щелчки затворов. Главарь, нахмурив брови, пристально посмотрел на стоявших, на лестнице.
— Причем здесь создатель? — недоумённо спросил он Дорна. — Вот отправим тебя к нему, тогда увидишь кто могущественней.
Дорн страшно захохотал. Завибрировали стекла в окнах, затрепетали язычки пламени в свечах. Дикий вой собак зазвучал с удвоенной силой. Поморщившись, Дорн бросил короткий взгляд на распахнутые створки. Люди, находящиеся в зале вздрогнули, когда звук захлопнувшихся дверей прокатился по дому, будя эхо. Хозяин снова перевёл взгляд на толпу. Вежливо пояснил:
— К моему сожалению, кое-кто из вас первым засвидетельствует своё почтение создателю, и я надеюсь, передаст Ему мой привет. Я очень огорчён, что нескоро лично увижусь с ним, — вздохнул. — Общаемся всё как-то через посредников.
— Слишком много разговоров, — перебив Дорна, воскликнул главарь. Приставив дуло к голове девушки, предупредил: — Если сейчас же не вернешь мою дочь, то её ты больше не увидишь.
— Так мы не придём к пониманию, — покачал головой Дорн. — Хорошо я сам освобожу её, но это не улучшит ситуацию для вас.
— Попробуй, — прищурился главарь и замер в ожидании, когда владелец дома спуститься в зал.
Но он не спешил приблизиться к ним.
Дорн, скрестивший руки на груди, усмешкой осмотрев собравшихся, поднял руку и щёлкнул пальцами. Изумлённый вздох пронёсся по помещению. Только что, тут стояла девушка под дулом винтовки и раз - её не стало. Застучали по паркету каблуки, люди угрожающе придвинулись к лестнице.
Глаза Дорна мягко засветились. Спутники за его спиной так же взирали на потрясённых людей, светящимися жёлтым светом глазами. Худой человек, стоявший рядом с хозяином особняка, по-прежнему был бесстрастен и равнодушен. Тёмные очки скрывали половину его лица.
Дорн заговорил, не скрывая своего презрения:
— Можете не креститься. Пустая трата времени. Я не мелкий бес, чтобы изгонять меня таким образом.
Ответом ему прозвучали выстрелы.
Трясущимся руками, нападающие заталкивали патроны в ствол оружия и почти не прицеливаясь, спускали курок. Всех присутствующих охватила паника. Звук выстрелов, вероятно, был слышен в городе. С безумными от страха глазами, дрожащими губами шепчущими молитвы, люди пытались защититься, надеясь на силу оружия. Оно всегда безотказно помогало им в трудных ситуациях.
Но не здесь.
Запах пороха наполнил помещение. Дым стелился над головой, заставляя слезиться глаза.
Опустошив один магазин пистолета, его владелец вставлял другой, и стрелял, стрелял в демона до полного использования патронов.
Людям в зале было видно как пули, проходя сквозь тело демона, вонзались в стену и мелкая пыль, куски штукатурки сыпались дождём на головы нападающих. Глухо рявкали карабины и их заряды превращали в труху деревянную балюстраду.
Рыжий демон, в ухмылке показав клыки, пнул перила и они с громким треском рухнули, придавив несколько человек.
Выстрелы редели.
Кончался запас патронов.
У кого-то совсем опустел патронташ. Кто-то сам прекратил стрельбу, увидев бесплодность попыток.
Еще пара выстрелов, пробивших дырки в стенах и воцарилась тишина.
Дорн пошевелился:
— Признаться, вы позабавили меня, — пронёсся низкий голос над залом. Его глаза по-прежнему излучали свет. Он спустился с последних ступенек и ступил на паркет.
Толпа поддалась назад, отшатнувшись в страхе.
— Кресло мне, — негромко произнёс Дорн и перед изумлёнными зрителями на секунду забывшими свой страх, появилось неизвестно откуда, кресло с высокой, раздвоенной спинкой. Когда Дорн опустился в него, положив руки на подлокотники, то для присутствующих показалось, что за спиной демона развернулись чёрные крылья.
Его спутники встали позади, только человек в очках пристроился сбоку.
Глаза дьявола померкли, и теперь они равнодушной бездной смотрели на людей. Барон снял зеркальные очки, пальцами протерев стёкла, водрузил на нос, было ощущение, что он приготовился к продолжению «спектакля» и не собирался из него ничего пропускать. Амон отпустив рукоять кинжала, засунув пальцы за ремень брюк, замер, окидывая недобрым взглядом присутствующих.
Дорн, подняв левую руку с подлокотника повернул ладонью вверх, сверкнув голубым светом, молния легла на неё, приобретая очертания шпаги. Взяв её за эфес, Дорн опустил острие на пол, используя как трость.
— Давно я так не веселился, — признался хозяин в мёртвой тишине. — За это сообщу вам приятную новость. Я думаю, она вызовет в вас чувство гордости и значимости своих персон. — Дорн замолчал, прощупывая взглядом каждого. Казалось, он играет с ними, как кот играет с мышью, с удовольствием наблюдая за агонией страха. — Из-за вас. Я повторяю. Только из-за вас, сейчас во всем мире сотни, тысячи людей ждут своей смерти, а она задерживается. Небывалое явление, согласитесь.
— Чего его слушать! — взревел голос. — Пули не берут, так может, осиновый кол возьмет?! С этими словами из общей массы выскочил верзила с поднятой битой над головой.
Угрожающе двинулся к Дорну.
Человек возле кресла на мгновение приподнял очки, словно пытаясь получше разглядеть наглеца, и тот с глухим стоном свалился под ноги сидящему на троне. Из горла верзилы навылет торчал кинжал, кровь стекая по клинку собиралась в алую лужицу.
Дорн вежливо поинтересовался:
— Кто следующий? Здесь смерть не задержится.
Желающих не оказалось.
Рыжий демон подойдя к трупу, выдернул кинжал. Не вытирая кровь, которая как в губку втянулась в клинок, вложил в пустующие ножны. Вернулся за чёрные крылья трона.
— Мы остановились на смерти. — вспомнил Дорн. — И снова преподнесу приятное известие. Ваш город, скоро войдёт в историю. Завтра, весь Мир заговорит о местечке, где совсем неожиданно возродится «чёрная смерть», разумеется, если событие не засекретят власти. Вспомните середину тринадцатого века. Миллионы, — глаза Дорна вспыхнули и померкли, — миллионы людей тогда погибло. Местр, — Дорн повернул голову к стоявшему рядом человеку в чёрных очках. — Помнишь, тогда тебе пришлось хорошо поработать. Шесть лет как бич божий носился по Европе?
Местр склонил голову. Дорн, удовлетворенный таким ответом добавил:
— Сегодня ты вспомнишь прошлое, но ограничишься лишь этим городом, и время даю - до восхода солнца.
Местр снова склонил голову. Хозяин повернулся к толпе:
— Видите, как делается история? — спросил он, весело улыбаясь. — Но её конец вы не увидите. Вы останетесь здесь и люди будут долго ломать голову пытаясь понять, что тут произошло. Опасно бросать вызов тёмным силам, без соответствующей подготовки. Подготовки к смерти.
— Минуточку, магистр! — раздался разбитый голос Барона. — Тут было выдвинуто обвинение по поводу Норы.
— И что, Изер ты хочешь сказать? — поинтересовался Дорн.
— Нора сбежала из дома и в этом не наша вина! — торжествующе провозгласил Барон в полном молчании. Слышно было, как презрительно фыркнул рыжий демон на его заявление.
— Теперь точки на «i» расставлены и вы мне больше не нужны. Кое с кем я ещё встречусь. Местр, старшего не трогай. С ним поговорим отдельно.
Снова прозвучал выстрел, прерывая Дорна. Пуля, пройдя сквозь тело и кресло, застряла в стене. Дорн посмотрел на стрелявшего и ласково улыбнувшись, сообщил:
— С тебя-то мы и начнём.
И человек взвыл, когда пламя окутало его гудящим коконом. Люди оцепенев, наблюдали как их товарищ корчится в агонии на полу, не предпринимая никаких попыток его спасения. Местр сняв очки, смотрел на него. Те, кто бросал взгляд, мгновенно испепелялись адским пламенем.
Толпа бросилась к дверям, пытаясь их снова выломать теперь в обратном направлении. Но бледное лицо Местера с пустыми впадинами глазниц, преследовало повсюду.
Дрожащий главарь отвернулся к стене, отказываясь видеть происходящую бойню.
Особняк наполнился криками и вой собак, проникнув сквозь двери вторил им. Отзвучали последние стоны боли, мертвую тишину разорвал голос хозяина. Главарь съежился от страха, услышав его.
— Местр, — приказал Дорн. — Пройдись по улицам города, пусть зловонные трупы усеют их. Боб повернись к нам.
Вздрогнув, словно по нему прошёлся ток, главарь несуществующей толпы линчевателей, обернулся. Сгоревшие трупы людей устлали пол сплошным тошнотворным ковром. Краешком глаза Боб увидел, как Местр уже в очках исчезает в стене, а к нему подходил рыжий демон. Беспечно ступая по трупам, он приближался. Боб в ужасе вжался в каменную стену, словно пытаясь подобно Местеру пройти сквозь неё. Но камень остался камнем, человеческая плоть была бессильна перед её твердостью. Остановившись в двух шагах от Боба, демон окинул его презрительным взглядом.
— Гад, хотел девчонку пристрелить, — с ненавистью прошипел дьявол.
Грозное рычание подобно далекому грому пронеслось над залом. Боб вскинул глаза и увидел, как чудовищный чёрный пес стремительно спускается по лестнице, покрывая в прыжке сразу несколько ступенек. Гигантский прыжок и монстр на пути к нему. Алые глаза рубинами сверкали на узкой морде пса. Слюна капала с выступающих длинных клыков, шерсть на загривке стояла дыбом. Преодолев последние метры, пес раскрыл пасть в предвкушении жертвы.
Боб закрыл глаза, ожидая, что вот- вот клыки монстра вонзятся в тело.
Звучно клацнули зубы. Совсем рядом. И снова зазвучало рычание, и что-то похожее на разочарование прозвучало в нём.
Главарь открыл глаза.
Рыжий демон удерживал пса за ошейник, и клыки щелкали всего в нескольких сантиметрах от него. Амон скривив в усмешке рот, усмирил пса и заставил сесть неподалеку от себя. Боб с надеждой посмотрел на хозяина дома. Ведь не зря же он оставил его в живых, когда все остальные были сожжены.
Дорн встал с кресла, которое тут же растаяло в воздухе, направился на второй этаж в сопровождении длинного типа в зеркальных очках. На секунду повернувшись, махнул рукой:
— Амон, он полностью в твоём распоряжении. Делай с ним что хочешь.
Не высказывая больше никакого интереса к судьбе Боба, Дорн скрылся в дверях комнаты второго этажа.
— Делай с ним что хочешь, — повторил Амон подходя к Бобу совсем близко.
Боб заметил, что дьявол ниже его и чтобы посмотреть в лицо, демону приходилось поднимать голову.
— О, что я хочу с тобой сделать, — почти прошептал дьявол, вынимая кинжал из ножен. — Выдавлю глаза. Полосками срежу кожу и переломаю каждый палец. Я не позволю своим ребятам работать. Нет. Я лично тобой займусь.
Боб задрожал всем телом. Собрав смелость и силы, сжал кулак и врезал дьяволу по лицу. Не оглядываясь, бросился к дверям надеясь, что они не заперты. Позади он услышал свист рассекаемого воздуха и что-то гибкое опутало ноги, подсекая и валя на пол. И тут же отпустило и подобно змее отползло, извиваясь в сторону. Всё еще лёжа на полу Боб поднял голову. Демон держал в руке длинный кнут, который словно живой то скручивался в узел, то распускался, описывая круги под ногами.
Отбросив кнут, дьявол не спеша, подошёл к Бобу. Мужчина попытался отползти но наткнувшись на сожженный труп, замер. Дьявол присел возле него. С каким-то дружелюбием усмехнувшись, проведя рукой по челюсти, сознался:
— Подловил меня. Неплохой удар. И попытка сбежать неплохая.
— А ты держишь удар неплохо, — несмотря на ситуацию, не смог не признать Боб. — Ещё ни один человек, после моего «коронного» удара не вставал раньше двух часов.
Амон весело усмехнулся, услышав от человека такое признание.
Боб попытался встать, но кинжал лёг на горло не давая ему это сделать.
Амон заметил:
— Ты ещё не рассчитался за свою ошибку.
— Какую? — Боб тянул время. Он видел, что демон настроен более дружелюбно. Задавая вопросы надеялся, что помощь успеет подойти вовремя. — Я признаюсь, что сделал ошибку ворвавшись в дом вооружённым. Но ведь пули вас не берут?
— Нет, — покачал головой Амон, по-прежнему держа кинжал у челюсти Боба. — Самая большая ошибка в том, что ты не выполнил приказ хозяина, не освободил девочку, — с иронией вздохнув, добавил, но без злобы: — За это ты умрёшь. Я отступил от своих первоначальных планов. Ты умрёшь быстро.
Боб вздрогнул, услышав приговор произнесённый с безразличием и звучавший как факт который нельзя изменить.
— Что вы сделали с моей дочерью Анитой? — умоляя, спросил он склонившегося над ним дьявола.
Амон неопределенно повёл рукой, словно пытаясь сказать: такова жизнь. В левой руке он по-прежнему держал кинжал.
— Она добровольно отдала свою душу, — удовлетворил вопрос Боба. На секунду нахмурившись, он сообщил: — У меня мало времени, иначе, я бы позабавился с тобой. Слушай… — демон явно повеселел. — А может, ты по пройденному пути пойдешь? Вслед за Анитой? И всё будет легко и просто, а главное без боли. Согласен?
— Нет, — твёрдо ответил Боб в подтверждении слов, отрицательно качая головой.
Глаза дьявола вспыхнули адским огнём, и погасли.
— Напрасно, — сказал Амон, совладав со злобой, которую вызвал отказ человека лежащего на полу. — Подумай, — попытался убедить его снова.
— Нет, — отрезал Боб. — Убивай меня. Я встречусь со своим создателем. Но я никогда не отдам тебе душу.
— Чёрт! — выругался демон. — Может взять тебя с собой? — спрашивая Боба, предложил он. — Я б со своими ребятами хорошо повеселился бы.
Боб обречёно пожал плечами.
Амон, отстранив кинжал, быстрым движением пригвоздил руку Боба к полу. Не сдержав крика, Боб с ужасом уставился на окровавленную кисть. Попытался выдернуть кинжал другой рукой.
Вскочив на ноги, Амон с любопытством взирал на его старания.
— Лежать, — рявкнул он, сопровождая приказ ударом носка сапога в плечо, заставляя Боба лечь на лопатки.
Мелькнул молнией ещё один кинжал и Боб закричал, почувствовав как лезвие рассекая сухожилия, ломая кость, приковывает и вторую руку к паркету.
Прибитый к полу Боб оказался беспомощным перед возвышавшимся над ним Амоном. Попытки вытащить кинжал привели к новой вспышке боли. Боб застонал. Расщепленная кость заставляла терять сознание, вызывая дикую боль, казалось, по всему телу.
— Не пытайся вывернуться, — посоветовал демон, — мои кинжалы тебе не по силам. Может скормить тебя псу? Я думаю, есть он начнет с живота, а может, — усмехнулся, — с кое-какой штуковины…
Боб похолодел, услышав цоканье когтей. Пес с вожделением уставился на него.
— Нет, — возразил сам себе Амон. — Я обещал быструю смерть.
Приказав псу на незнакомом Бобу языке, он заставил чудовище скрыться из виду.
— Отпусти меня, — еле ворочая языком, попросил Боб в душе даже и не надеясь на милосердие.
— Сейчас, — согласился Амон. — Действительно, действие затянулось. Пора заканчивать. — и по-видимому, обращаясь к псу за головой Боба, сказал: — Ничего, сейчас и тебе что-нибудь перепадёт.
Амон присел на корточки рядом с распятым Бобом, заглянул в глаза.
— Мне нужно идти, — сказал он. — Ты останешься здесь. Твоя смелость мне понравилась. Я не держу на тебя зла. Ты будешь обеспечен моим покровительством, если конечно, встретимся.
Боб набрал воздуху в грудь, собираясь что-то ответить, но не успел.
Рука дьявола мелькнула в воздухе, проникая внутрь грудной клетки, ломая ребра. И тут же выныривая оттуда прихватив с собой ещё сокращающееся сердце. Обрывки артерий торчали из него в разные стороны, брызги крови летели вниз, заливая разорванное тело и пол. Боб, живущий последние секунды с ужасом увидел бьющееся сердце в руке демона и кровь, летевшую в лицо.
Содрогнувшись в судороге замер, уже навсегда. Он не видел, как демон швырнул сердце псу, и тот мгновенно сжевал его, не забыв напоследок пройтись языком по всей морде.
— Всё хорошее когда-нибудь да кончается, — сообщил Бобу Амон, выдергивая кинжалы из тела.
Вой собак просачивающийся из-за закрытой двери внезапно смолк.
Мёртвая тишина окутала особняк.

— Всё, срываемся, — вскакивая с дивана, на котором до этого довольно удобно лежал, сказал Юм.
Девушка, сидевшая рядом, глубоко вздохнув, спросила:
— Они все… Убиты?
— Обязательно, — потянулся Юм. — Они неуважительно отнеслись к Хозяину. Иди за мной.
Светлана направилась за ним, выходя через низкие двери во двор. Комната, в которой она провела с Юмом некоторое время, достаточное чтобы Дорн расправился с толпой линчевателей, осталась позади.
Они вышли с противоположной стороны фасада, где уже стояли в ожидании своих пассажиров два чёрных лимузина. Дверь крайнего к ней распахнулась, и из салона выглянул Барон, приглашающим жестом зазывая в машину.
Сев в лимузин, девушка огляделась. Кроме Барона и Юма в нём никого не было (если не считать водителя).
Автомобили не трогались, кого-то ожидая.
Из-за угла дома показался Амон, рядом с ним трусил Пёс, смачно облизываясь. Распахнув дверь салона первого лимузина, Амон пропустил пса вперед, а затем сел и сам. Захлопнулась дверь. Зашумели моторы и автомобили, плавно покачиваясь выбрались на шоссе, объезжая по пути оставленные без хозяев машины.
Фары «джипов» продолжали освещать фасад опустевшего дома, внутри которого остались только трупы.
Взяв путь на Восток, лимузины набрали скорость, с каждой секундой увеличивая расстояние до города, где по улицам гуляла смерть, оставляя за собой бездыханные тела.

В городе, машины идущие по дороге, внезапно потеряв управление, влетали в дома, в деревья, в людей. Тьма пришла с заходом солнца, укутывая тёмным покрывалом город. И только половина жителей города увидят утреннее солнце.
А два лимузина тихо мчались в ночи. Звёзды скупо освещали им дорогу. Теперь путь лежал на Восток, где в тихой лагуне покачивался «Летучий голландец» в ожидании своих пассажиров.
Светлана не знала, что особняк, в котором она прожила два месяца, внезапно вспыхнул ярким пламенем одновременно во всех помещениях. Пожарники, прибывшие на место происшествия, обнаружит только сгоревшие руины и множество обуглившихся останков людей. Кости сплошным ковром покрывали зал первого этажа. Освободив воющих собак из машин, они будут поражены той поспешности, с которой псы покинут это проклятое место. А возвращаясь назад, в город, обнаружат истинный ад.
Трупы. Сбитые в единую кучу машины, словно спрессованные огромным прессом. И пожары. Они освещали тёмные переулки и стелили клубы дыма над домами, над городом.
Триумфальное шествие смерти только начиналось и лишь с восходом солнца она покинет город, унеся с собой половину населения.
А пока, ночь только начиналась…






Рейтинг работы: 0
Количество рецензий: 0
Количество сообщений: 0
Количество просмотров: 29
© 08.04.2018 Алиса
Свидетельство о публикации: izba-2018-2245934

Метки: приключение, путешествие, корабль, дьявол,
Рубрика произведения: Проза -> Фэнтези











1