Снимите меня с креста. Гл. 5,6


Глава 5

В приёмном покое больницы их встретил дежурный врач.
Осмотрев девочку, он удивлённо покачал головой.
– Вы знаете, я ничего у неё не нахожу.
Померил температуру – она оказалась нормальной. Ирина с Павлом недоумённо переглянулись.
– Может, градусник испортился?
– Счастливого вам обратного пути.
Врач по-доброму посмотрел на молодых родителей.

Совершив очередной кульбит на железнодорожном переезде, выехали за город. Натужно крепившееся пару часов небо наконец-то разразилось проливным дождём. Николай Иванович всё так же уверенно вёл машину, тем не менее, Павла обуяло предчувствие ужаса. Он вцепился в сидение, чего-то ожидая…
Вот оно. Визг тормозов. Перегнавший Ниву автомобиль резко затормозил, и столкновения было бы неизбежно, если бы последний не пошёл бы юзом и не направился прямиков в кювет.
Николай Иванович, казалось, даже не заметил дорожной ситуации и как ни в чём не бывало спокойно, не сбавляя скорости, держался за баранку со всё той же широкой улыбочкой.
– Может, нужно остановиться и помочь людям?
Ирина нервно выкрикнула фразу, дрожа всем телом и ещё сильнее прижимая к себе уснувшую дочку.
В ответ Николай Иванович лишь снисходительно процедил сквозь зубы: «Ни к чему».
Супруги оглянулись. Под ночным осенним дождём занималось зарево пожара, расплывавшееся по мокрым стёклам округлыми оранжевыми пятнами, двоилось, троилось, и больше нечего было добавить к словам, цинично сказанных человеком, от которого, Павел с Ириной очень остро ощутили это, зависела их жизнь.
Усиливалось впечатление, что поездка длится целую вечность. Где же их поворот? Но его всё нет и нет. Шоссе шуршало под колёсами. Дворники подпрыгивали на лобовом стекле, едва успевая справляться с потоками воды.
Боясь произнести хотя бы ещё одно слово, Ирина закрыла глаза, задремала. Павла тоже укачало. И только Николай Иванович вёз и вёз их куда-то вдаль, насвистывая себе под нос…

Одновременно очнувшись ото сна, Ирина с Павлом как-то странно переглянулись. Они лежали в супружеской постели. Между ними – их Леночка.
Когда дочка хворала или если она капризничала по ночам, то, само собой разумеется, Павел перемещался на диванчик в маленькую гостиную. Рядом с мамой малышка чувствовала себя спокойней и легче засыпала.

Но сегодня, как она оказалась сегодня на их кровати, между супругами, которые никогда этого не позволяли, чтобы во сне ненароком не причинить малышке вреда?
Супруги встали, зябко дрожа от утренней прохлады и от едва не случившейся трагедии. Каждый думал о чём-то своём. Павел отправился в сени за дровами, занялся печкой. Ирина, брызнув в лицо холодной водой из рукомойника, принялась готовить завтрак.
Молча без аппетита проглотив полтарелки овсяной каши, Ирина вернулась к дочке в спальню. Девочка ещё спала, и у молодой женщины было время обдумать странный сон. Чтобы успокоиться, продолжила начатое накануне вязание. Дочка дышала спокойно и размеренно, умиротворённо причмокивая во сне пухленькими губками.
А Павел пошёл в церковь – подготовиться к службе, помолиться и привести в порядок мысли, навеянные ему ночным видением.


Глава 6


Несмотря на сырость и холод, в маленькой церкви было уютно.
Выдохнув изо рта на руки струйку тёплого воздуха, Павел зажёг лампадку в левом приделе. Став на колени перед распятым Христом, начал вглядываться в его лицо. Явных мук он не заметил, лишь нечеловеческое спокойствие повеяло вечностью.
Лицо мученика – не перекошено от непереносимой боли, а источает умиротворение. «Я такое не перенёс бы», – Павел нахмурился, памятуя о сне, подумал, что непременно нужно съездить в областной центр за гантелями и уделять как можно больше времени занятиям спортом.
Может, спокойное выражение лица мученика ошибка иконописцев? Они же не представляли себя на месте распятого, как, впрочем, вообще не видели ни одного распятого.
А может, Иисус просто устал страдать, впал в кому. Но при таком виде казни смерть не наступает настолько быстро, как хотелось бы распятым, и даже в бессознательном состоянии внешний вид отражал бы страдания – совсем как в том его сне.
И вот ведь напасть!
Унять греховные мысли не предоставлялось возможным. Они текли и текли, пропитывая тёмными пятнами душу священнослужителя.

Святое распятие, православное распятие. Павел вдумался в эти понятия, в звучание привычных слов и фраз. Когда Христа приговаривали к казни и когда распинали, мало, кто мог представить, что тем самым ему уготовили участь святого, воскрешение и поклонение.
Право, правда и слава. Чьи? Было ли у Христа право на распятие? Такое право заслуживают преступившие закон. А что он преступил? Беззакония?
И ведь рядом с ним, наравне с ним распяли разбойников. Или, может быть, его заодно с ними? Получается, что закон с беззаконием ходят рука об руку? С какой стороны посмотреть и в зависимости от того, кто смотрит.
Правда… Да, он пострадал за правду и за истину. По крайней мере, их так учили.
Слава? Чья? Его, Христа? Но он разделил свою участь с теми, кто нарушил устои человеческого общества, оказавшись сброшенным на один уровень с негодяями, о которых, однако, не забывают упомянуть при каждом удобном случае. Святого и праведного человека поставили вровень с убийцами, ворами, всеми теми, кого приговаривают к распятию. Верней, опустили к ним на дно. Распятие и прочие виды смертельных наказаний не должны быть уделом честных людей.
Но вот – стало? Православное распятие…дало Христу право на вечную славу. Хотя обрекли его на смерть люди. Сами люди, которым не было дела до того, воскреснет Он или не воскреснет. От самых верхов до черни – никто не интересовался Его судьбой.
Злорадствовали, наслаждаясь жестоким представлением, взвалившие и до сих пор навалом валящие на Него свои кресты в виде исповеди и отпущения грехов.

Кто-то громко зашептал над самым ухом Павла:
– Да не должен ты отпускать грехи. Кто позволил? Грехи не отпускаются и не замаливаются! Они искупаются поступками.
Батюшка оглянулся – никого. С ума, что ли сходит? Пока, кажется, нет.
Но шёпот продолжился, шипя змеёй:
– Никому же неохота нести такое тяжкое бремя! Совесть-то, она, хоть и подспудно, но у каждого теплится искоркой. Малюсенькой такой искоркой.
И дошло!
Совесть, вот искру чего он, оказывается, просто обязан был раздувать.
Впрочем, кресты-то, тяжёлые такие, дубовые, люди сами на себя добровольно взваливают, но всегда хотят переложить с больной головой на здоровую…

Нет. То, да не то... Так распорядился Его Отец, Всевышний!!!
Он же и воскресил Его.
А можно ли воскреснуть, не будучи распятым?
Получается, что, следуя Христианским канонам, нельзя? Сначала нужно проповедовать что-то праведное, к чему никто прислушиваться не хочет, чтобы это деяние признали беззаконным и обрекли на смерть, мучения, воскрешение, поклонение, на вечное распятие, хотя с учётом ежегодных инсценировок на распятии находится Иисус не более трёх суток в году.
Так это и с ним, Павлом, могут поступить аналогично, если станет усердствовать.
Хорошая перспектива, однако!
Тёмные пятна в душе поплыли перед глазами тёмными кругами.
Путаница в представлениях приобрела угрожающие размеры, но остановиться Павел не мог.
Православное распятие – образец того, как распинают за правду, за истину?
Чтобы выпутаться из поймавших его сетей, Павел попытался помолиться, но молитвы не шли на ум. Он возвращался к тем тревожным снам и продолжал размышлять.
Если на распятие Его назначил Его отец, то …Павел представил себя на месте Всевышнего, – тот факт, что он, Павел, смог бы пожертвовать своей единственной дочкой, не привёл отца земного ребёнка в восторг. Скорее Павел пожертвовал бы собой, перенеся незаслуженные унижения, чем отдал бы на поругание плод своей любви, возвышенной земной любви, очарование которой несравнимо ни с какими иными благами.
Кощунство так думать?
Тёмные пятна в душе и круги перед глазами превратились в свору чёрных кошек, которые тут же принялись точить коготки о натянутые нервы.
Но молодой батюшка и на этом не закончил свои греховные рассуждения.
Кого же он любит сильнее? Разве можно выбирать между Богом и близкими родственниками? Ирина и Леночка – в них смысл его жизни.
Если с ними что-нибудь случится, не дай Бог, конечно, вот тогда Павел всецело посвятит себя тому, существование которого не отрицает и которому верит искренне, на чью защиту уповает.
Павел и молится-то в первую очередь всё больше о здоровье жены и дочери. Они нуждаются в его заботе, в его мужском надёжном плече.
С такими молитвами он ложится спать и встаёт рано утром.
С такими молитвами просил и просит хранить своих родных.
По-другому молодой батюшка не мыслит.
Просить у Творца…как попрошайка…
Последняя мысль Павлу не понравилась, но ведь многие просят то, чего сами в состоянии добиться.
А он сам разве не мужчина? Нужно всё-таки съездить в город за спортивными принадлежностями.



Автор: Ольга Валентиновна Крюкова

Все права на произведение защищены.
Произведение предназначено для личного прочтения.
Все иные действия с текстом произведения только с разрешения и по согласованию с Автором или законными наследниками.
Цитирование в допустимом Законом объёме, в том числе в вольном пересказе и иной интерпретации – с указанием Автора.

Изба-Читальня © Copyright: Ольга Валентиновна Крюкова, 2018

Предисловие к сборнику

Представляю уважаемым читателям свой сборник "Снимите меня с креста" Он состоит из двух частей:
– Поэтическая.
– Прозаическая.
Я начала книгу со стихов потому, что, на мой взгляд, стихи – это конспект мировоззрения. Чтобы подготовить читателей к восприятию своих неординарных мини-романов и новеллы, посчитала необходимым ознакомить их сначала со своими взглядами и жизненной установкой.
Если вы не любитель поэзии, то можете перелистать страницы, но я бы не советовала. Стихи прочувствованы до глубины души, слагались с душой, написаны для души и предоставлены читателям от всего сердца.
Центральное место в сборнике занимают два мини - романа « Снимите меня с креста» и « Палач», и новелла « Крылья орла».
Так же в сборник включены две притчи « Лань и стая шакалов» и « Как мужик с места на место переезжал».
Почему я обратилась к несуществующему жанру мини-роман? Видимо, потому что мой стиль, мой любимый конёк – лаконичное по форме и ёмкое по содержанию изложение.
Хочу немного охарактеризовать каждое произведение, чтобы читатель не приобретал кота в мешке.

« Снимите меня с креста» – написан в жанре антиутопия. Название говорит само за себя. В захватывающей художественной форме я привожу доводы в пользу данного высказывания, с которым читатель, легко осилив произведение, не сможет не согласиться.

« Крылья орла» – полудетективная новелла, повествует не только о последних часах жизни молодого мужчины, но и о том, как в глубине сознания, сдавленного страхом, из разрозненных проблесков складывается причинная картина, приведшая его, – примерно семьянина и любящего мужа и отца, к изощрённой пытке-казни, практикующейся со времён викингов
«крылья орла».

«Палач» – читатель погрузится с головой в увлекательную историю времён правления Людовика XIV. Роман не претендует на историческую достоверность событий, которые, тем не менее, настолько правдивы, что в их подлинности не возникнет сомнения.
Откалывая крупицу за крупицей от каменного сердца палача, я постепенно обнажаю его душу. Произведение относится к жанру общественная драма.

Произведения (кроме притч и стихов) не предназначены для прочтения беременными и кормящими женщинами, несовершеннолетними, людьми, имеющими проблемы с сердцем, имеющими слабые нервы и психические отклонения.

Книгу можно приобрести, перейдя по ссылке, указанной вверху моей страницы.






Рейтинг работы: 0
Количество рецензий: 0
Количество сообщений: 0
Количество просмотров: 11
© 08.04.2018 Ольга Валентиновна Крюкова
Свидетельство о публикации: izba-2018-2245493

Рубрика произведения: Проза -> Роман












1