Пастораль птицелова. Глава седьмая.


Пастораль птицелова. Глава седьмая.
 

.
- Я никогда ночью не боялся.. Просто спал. Это же наш дом был.. Мама с отцом часто ссорились.. Она уходила тогда к тете Вике ночевать, подружке, и я часто один был… Папу ведь могли среди ночи вызвать, и они уезжали на полигон на неделю, а то и больше.. Потом папа возвращался, они мирились.. Знаешь, жизнь, как камушки перебирали горячие… А камушки остывали.. …Постепенно. Они и не замечали этого – Сеня вздохнул, глядя в потолок. Локти, торчащие из –за головы, дрогнули, ямки на них обозначились резко…
- А ты замечал, да? – Марина, ласково усмехнувшись, потянулась к его вихрам, погладить. Он резко отвернулся к стене: Потом сел на тахте, натянул одеяло на коленки.
– Замечал. Не веришь, не надо.
- Сеня, я верю, верю. - Она растерянно отдёрнула руку. - Прости.
- Это мои родители, понятно? … Я чувствовал. – Мальчик шмыгнул носом и его каре – зеленый глаз, казалось, засветился в темноте, напряженно, нервно. - Бабушка маму любила.. У нее подруга была певица, в хоре ветеранов пела и на скрипке играла тоже. Потом уехала в этот как его.. Израиль, и там умерла... Одна… Её муж бросил, хотя и старик был… И её похоронили возле моря… У нас пластинка есть, где Вероника поет для бабушки.
- Вероника? – Марина удивилась непритворно - непривычной фамильярности Сени.
- Она не разрешала называть ее по имени отчеству. Говорила: «Со скуки сдохнешь, Вероника Львовна, фу! Как в зоопарке!». И так смешно нос морщила.. А потом - чихала. На весь дом, представляешь? Даже я так громко не умею… Ещё она умела засушивать цветы и делать мармелад. Бабушка говорила, что мама на Веронику похожа очень. Такая же необычная…Ба скучала очень по Веронике.. Скучает. – поправился Сеня и тихонько кашлянул. - И все мечтает поехать к ней, на могилу у моря… А я бы не хотел ни на какую могилу! Лучше Веронику живую помнить… Ведь правда же? – Сеня резко подтянул колени к подбородку, и Марине показалось, что глаза его влажно заблестели… И вдруг он начал насвистывать.. Неточно, слегка перевирая старинную, забавную песенку савояра, чуть печальную, нежную, временами ей даже думалось, что - прозрачную, если только это слово могло подойти к мелодии, и в давности своей сохранившей трогательную свежесть…

…Прошу я грош за песнь мою
И мой сурок со мною.
Попить, поесть я так люблю.
И мой сурок со мною!
И мой всегда и мой везде,
И мой сурок со мною…[1]

Неожиданно для самой себя, тихо, нежно, почти что - шёпотом запела Марина, совсем не напрягая горла, звуки журчали, словно пенящаяся в горном ручье, вода - легко, мягко.. Сеня не прекращая насвистывать, не отрывал от неё глаз, потом тронул легко, кончиками пальцев за руку:
-Знаешь, Вероника говорила, что эта песенка счастье приносит тем, кто хоть две нотки знает… Она мне ее пела перед сном, если у нас ночевала. И научила насвистывать… Ба смеялась, говорила, что свистит она, как мальчишка – хулиган….
- Строгая у тебя бабушка, да? – Марина осторожно притянула к себе вихрастую голову Сени, коснулась пальцами, дуя на волосы.
-Почему? – неожиданно пожал плечами тот. – Нормальная. Тревожится много, но ведь все бабушки такие. Здесь море, скалы, ветра, много разного люда бродит… За всех поручиться нельзя.. В прошлом году, когда я жил здесь летом, к нам два раза пытались через мансарду залезть воры …Хорощо, что у нас есть Гея… Она залаяла, и они сбежали…
- Воры?! Зачем? – Марина потрясённо уставилась на мальчика. – Что у Вас брать то? – По ее представлениям, Ксения Михайловна Азарова, бывший костюмер местной филармонии, жила более, чем скромно.
Всю роскошь ее маленького уютного дома составляли две огромных репродукции Айвазовского над потёртым плюшевым диванчиком в гостиной, коллекция пластинок, полуразбитый сервиз в старом буфете, три бронзовых подсвечника на кабинетном, расстроенном рояльчике, и ещё, пожалуй, огромная, тщательно подобранная библиотека со старинными изданиями Марса и Вольфа: пушкинский «Онегин» в кожаному футляре. собрание сочинений Бестужева – Марлинского, Одоевского, Чарской, Бальзак, Диккенс, Батюшков, Державин… Но кому все это сейчас было бы нужно?! «Онегин»? Зачем? Грабить, лезть в незнакомый дом, пугать старушку и мальчика? Какой - то абсурд! Она тотчас же, нетерпеливо и горячо, высказала свои сомнения Сене…
- Ты не поняла.. Они залезли в мансарду.. Искали там саблю Блюхера и дневники дедушки Миши с чертежами тайного пещерного хода.- Терпеливо тихо объяснил Сеня.
Насколько она могла понять, он вообще был очень терпелив и рассудителен, не по годам. Не мальчик девяти с половиной лет, а старший пионервожатый в артековской дружине!
- Саблю Блюхера? Какую саблю Блюхера? Ну, ты еще скажи – Колчака! – Нетерпеливо фыркнуда Марина.
- Опять не веришь, Ну и не надо… Просто у марщала была сабля и он подарил ее моему прадедушке. Когда был в Симферополе. На память. Не все об этом знают. Маршала ведь пытали Он умер от пыток в тюрьме .О нем нельзя было говорить.. Даже и на Дальнем Востоке.
- А при чем тут – Дальний Восток? – опять удивилась Марина. Она не знала, как относиться на самом деле к этому мальчику. Он все больше и больше ее удивлял. Но с ним было безумно интересно.
- Так прадед же служил в Уссурийске.. И папа потом там служил. Там вот даже нашлись какие -то люди, которые про эту саблю слышали… Но ничего не сказали папе. Только вежливо кивали и поили его горячим и горьким чаем… Отец говорит, невкусный. Пахнет жиром и дымом, но с какими то травами, после него пот прошибает и не простываешь.. Я искал, здесь таких нет.. Жаль, да? –
- Конечно! – Марина одобрительно кивнула. - Очень жаль. Надо еще поискать. Может, что и найдём… А тетради дедушки Миши зачем ворам были нужны?
- Ну.. Они же думают, что в пещере - клад… И сабля там тоже.. Глупые!
- А где сабля? – внезапно севшим, хриплым голосом спросила Марина.
- Не знаю точно. Я сам ее ищу. В доме есть тайник… Где – то в стене. Я пока еще не нашел, а бабуля не знает. Она спрашивала у деда, но тот сказал, что не дамское это дело, знать про сабли… - Сеня опять пожал плечами.
- А почему она не спросила у самого твоего прадеда? Ну, у свёкра то есть? – ошеломлённо поинтересовалась Марина, немного теряясь в нитях родословной странного мальчика.
- Ну, что ты! Она его же не застала. Они с дедом познакомились, а он уже умер… Да. За полгода до этого, что ли… Я не очень знаю… Он был очень раненый, дед.. В госпитале умер… Как-то так…
- А прабабушка твоя? Она знала?
- Не –а.. Она такая была… на рояле играла. Музыке учила. Зачем ей сабля? Ее потом куда то сослали, она умерла рано. Фото есть в альбоме, завтра покажу.. Она красивая, как графиня. Или цыганка, артистка…У нее был еще один какой - то сын в ссылке. От другого человека. И она умерла, когда он родился… Его потом отдали в детдом… Бабушка и дед его все искали, но не нашли, а потом война.. может, детдом разбомбили или перевезли…это.. эвакировали.. – Сеня зевнул и прижал щеку к подушке, возясь полусонно, под пледом.
- Эвакуировали – осторожно поправила мальчика Марина.- Ладно, давай, спи уже.. Я пойду. Поздно. Интересно как все это. Бесконечно можно слушать.
- Деду писали, что дом детский перевели куда – то сюда, в Крым. Почему они и приехали с бабушкой .. К деду Мише.. Но не нашли тоже ничего. По всему побережью искали. Просто остались здесь… Влюбились совсем в море… В него же все влюбляются. Оно - такое..- Последние слова Сени Марина услышала уже возле двери, стараясь . сделать шаги бесшумными…
- Ты эти байки про саблю не больно то слушай! – Ксения Михайловна тщательно вытерла сухим полотенцем серебряную сухарницу… - Мало ли что мальчишке в голову взбредет… Если даже и была у маршала она, так ей место в музее, а не лагах домовых или в пещере какой - то. – Пожилая женщина посмотрела на Марину ясными, изумрудно – светлыми, до влаги слезной, глазами с темным, угольным зрачком, Они были удивительно молоды и усталы одновременно, эти глаза…Он мечтатель у нас, Сенечка, что ты с ним поделаешь! Все мечтает пещеру исследовать, которую Миша описал… Красавец был Мишенька! Под стать Полине Дмитриевне, матушке своей.. Я помню, как увидела ее в первый раз, обомлела. Глаза оленьи, с поволокою, дымчатые, как озеро, омутные, волосы колечками, шея лебяжья, щеки такие мягкие… И Миша в нее, как в каплю то и вылился… Только когда сердился, глаза темнели, как аметисты делались или небо в грозу…Юный был совсем. И в кости не широкий…Она его баловала, Мишу, все тянула к пианино, а он .. И не противился, и не хотел…Огорчить ее не смел, наверное.. Да……
-Он вам нравился? – неожиданно горячо прошептала Марина, в себя, одними губами.
Ксения Михайловна подняла вверх одно плечо, усердно отскребая тряпкой невидимое пятно на матовой полировке стола.
- Да. Ожгло меня. Но понять я, девчонка, ничего толком не успела… Он погиб в сорок втором, свекровь умерла в ссылке, мы жили в разных местах, мотались по городкам и гарнизонам, военные картографы тогда нужны были всюду.. Потом вот, осели здесь, как в морскую воду камни. Ивану тогда уже лет пятнадцать было… Он в переплетную мастерскую отдал дневники Мишины, тетради, все пыль сдувал с них, хранитель! – Ксения Михайловна ласково усмехнулась. – А потом у самого жизнь началась кочевая, тут и Соня, и Сеня… И Сеню он втравил в степи, пещеры, запахи, ароматы, тайны всякие… В адмиральские сны, маршальские байки… Все думает его в Уссуриск отвезти… По местам дедовой славы! А какой такой славы.. Никто и не ведает толком.. Он с маршалом дружил, его потом по допросам все таскали, как арестовали Блюхера, отчего раны старые открылись, и умер быстро.. И там, видать, его про саблю дареную спрашивали, да не выпытали никак……Хорошо, что глаз не вырвали, как у Василия Константиновича.[2]


Маршал  В. К. Блюхер в годы Первой мировой с унтер - офицерской наградной саблей.  Снимок 1915 года.

- Господи! Вы… Вы откуда знаете это?! – бледнея, Марина осела на стул, чувствуя внутри сердца ожог медленно кипящей, горячей, волной.
- Да Ванечка же и прочел мне как то в книге о маршале - про пытки эти, допросы.. Я и не помню, как слушала, все внутри горело, после Ванечка ругал себя, что читать мне начал, а я не спала две ночи, потом книгу ту сунула куда дальше, в шкаф. И до сих пор руки трясутся, если мельком на нее гляну…Наравне с фашистами над народом то издевались. Да. А потом еще и войну чуть не проиграли…
Остались в армии после расстрелов да ссылок три с половиною маршала, да два генерала. Это муж мой иногда так шутил, горько и тихо, когда никто не слышал. Вот за них то, маршалов, двадцатилетние орлята и гибли.. Целыми ротами. Батальонами. И Миша наш так погиб.. Где? Под Москвой? Под Вязьмой? Не знаем даже толком… Там целые деревни выжигались.. Котел…- хрипло выдохнула Ксения Михайловна, яростно протирая столешницу. Плечи ее слегка дрожали.
- Марина, вскочив со стула, подбежала к ней, раскинула руки, обнимая…
- Не надо, не плачьте.. Мы их помним.. гордимся.. Значит, они - живые.. С саблями и без них они все равно – герои. Все. Все герои… - Тихо, беззвучно шептала она, гладя обеими руками затылок и голову женщины, в одно мгновение ставшей ей вдруг родною и близкой, е утаённой своей, полудевичьей, полуженской, печалью, слезами горечи и бессильного гнева, несбывшимся улыбками, мечтами, надеждами, развеянной по разным краям и городам жизнью, ранним своим вдовством, неудавшейся до конца судьбой сына и трудным детством внука… Она гладила ее голову, мягкую, беззащитную ямку на затылке, и вдруг, бессознательно начала напевать, почти насвистывать, легонько, дрожанием губ, сама не осознавая почему , странный, полузабытый, из далекого детства, нежный, пронзительный мотив:
…Если я из далеких краев
Слишком долго известий не шлю
Все равно ,значит, жив и здоров,
Просто писем писать не люблю!

Ты. крылатая песня, слетай.
С ветром буйным в родные края
Все жива ли, как прежде, узнай
Дорогая подруга моя

Коль ей грустно, ты сразу поймешь.
Приласкай, за меня обними…
Понапрасну ее не тревожь,
Только в сердце мельком загляни

Я и сам бы с тобою слетал,
Да с рассветом мне в бой уходить...
Я и сам бы любимой сказал
Что в разлуке невесело жить

И поведать о том не боюсь,
То для нас не большая беда
Я ведь скоро с победой вернусь
Не на час, а навек, навсегда

Ты , крылатая песня, слетай
С ветром буйным в родные края
Ждет ли парня, как прежде, узнай
Дорогая подруга моя....[3]

Он совсем не подходил ее властному и глубокому меццо сопрано ,этот дрожащий, пленительный, альтово - хрупкий, романс, словно нежная, голубоватая бусина дрожащий жемчужно в горле, но она пела, полно раскрывая ноты, на весь вдох, и слова приобретали какой то новый оттенок, новый смысл, полный сокровенной печали, тепла, прелести, памяти…

Солнечные лучи плавили квадраты линолеума на полу, плясали на дырчато нежном, блекло палевом кружеве занавесок.. Деннь вступал в свое полное право: ноябрьский, мягкий, слепяще –затаенный, янтарный, здесь, в южном городе и падал нежными отблесками на две фигуры за окном, словно хотед защитить, уберечь, смягчить, укрыть.. От чего. Никто не сумел бы сказать определенно… Никто…




[1]«И мой сурок со мною» - Песня савояра, бродячего шарманщика, популярный романс, сочиненный Л. ван Бетховеном на слова И. В. Гете. Со временем мелодия стала популярной музыкальной пьесой, классическим этюдом, знаменитым и без слов… Автор. [2]О пытках, примененных на допросах к арестованному маршалу В. К. Блюхеру см, например, документальное повествование Н. Т. Великанова «Измена маршалов». Или цикл книг В. Красковой «Кремлевские тайны». Автор. [3]Романс из кинофильма “Жди меня» на слова К. Симонова. Звучит в исполнении актрисы В. Серовой. И фильм, и романс стали культовыми в годы войны. До сих пор исполняется в концертах современными певицами, таким как Нина Щацкая, Инна Разумихина. ( автор).  






Рейтинг работы: 15
Количество рецензий: 3
Количество сообщений: 2
Количество просмотров: 138
© 18.03.2018 Madame d~ Ash( Лана Астрикова)
Свидетельство о публикации: izba-2018-2227443

Рубрика произведения: Проза -> Повесть


Шостакович       28.03.2018   21:05:59
Отзыв:   положительный
Очень интересно, Светлая!!! Сколько ты знаешь! Сколько ты можешь!! Не оторваться... благодарю за удовольствие от чтения романа. Жду продолжения...
Madame d~ Ash( Лана Астрикова)       29.03.2018   09:27:47

Спасибо огромное...
Ди.Вано       21.03.2018   12:16:51
Отзыв:   положительный
...Вот этот - полузабытый, из далекого детства,
нежный, пронзительный мотив....
Слышу, читая...
и ..образ ЛГ оживает...
и проникаешься ощущением в душе....
медленно кипящей, горячей, волной... - строки.
Спасибо!
Madame d~ Ash( Лана Астрикова)       21.03.2018   12:18:00

спасибо... Так рада, что Вы читаете...
Инна Филиппова       19.03.2018   06:26:08
Отзыв:   положительный
Прекрасная проза!
Прочитала на одном дыхании... Сюжет развивается в интригующем направлении...
Написано чудесно... так больно было читать экскурс в прошлое семьи, рассказанный мальчиком...
Спасибо, что пишешь...

Обнимаю.











1