Амалий и его лохматый друг, глава 2


Глава вторая: Обживая обитель

Второй летний месяц, в год начала царствования Ирода Агриппы 1-го, выдался душным и не дышащим ветрами, но последующий день для беглецов на маяке Питиима был вкрадчиво весенним, несмотря на мелкие смерчи. Вчерашний день ушёл у Амалия на перемену одежды: из льняного полотна, любезно предоставленного Питиимом, он соорудил хламиду, обметав края кроя и укоротив под свой рост – тяжка была работа даже для ловких пальцев Амалия. Позвать-то позвал с утра смотритель музея их на рыбалку, но когда мальчик осмотрел килевую плоскодонку, сообразил, что и троим на ней будет тесно, отчего ему пришлось остаться, вдобавок одному есть холодный ужин, а Рилей прежде наловил перепелов, принося к маяку лишь перья.
Третий день прошёл в трудах до самого вечера. Амалий, увидев, что рыбак знает лишь прямой узел, научил Питиима вязать узлы петлями на сетях, что ремонтировались с утра. Следующие три дня Амалий посвятил вырезанию инструментов из кипарисовых заготовок для вязки новой сети
Со следующего утра беглецы провели в совместных трудах после отъезда Питиима в коммуну ессеев, приловчившись к синхронным движениям: Рилей то держал большую петлю, когда хозяин орудовал планкой и челноком, то поочередно принимал инструменты, именно когда Амалий, сбросив ряд новых ячеек сети, расправлял её в сторону грузил из прибрежной гальки, не давая растущей сети запутаться. По завершению работы, друзья расположились рядом с ручьём дельты Киссона, наблюдая за мутной Луной и россыпью мерцающих звёзд. В этой положении их и застал смотритель маяка. Спешившись, Питиим кинул мальчику кожаные калигвы и две пары фибул для хламиды Амалия. Долго не надевал новую обувь мальчик, лишь позже объяснив Питииму причину своей неблагодарности:
-Чулки - галифе, рифленая подошва, достойно широкие шнурки – такого и у моего отчима никогда не было, а он один из самых богатых граждан Акко! Кланяюсь, Пити, кланяюсь! – тут же неуклюже вскочил Амалий, отвешивая руками поклоны.
- Это что в ручье? Не новая ли сеть? – остановил руку мальчика рыбак.
-Ах, да! Я замочил её, чтобы узлы в ячейках не развязывались и не кашлатились.
-Умница! Ты с лихвой заработал эти калигвы,-осклабился во всю ширь рта, до этого не улыбчивый, смотритель маяка.
-Хорошо, но без Рилея я бы не справился.
Следующий летний месяц уже не был столь душным, поэтому выходы в море участились, конечно, без Рилей, хотя в восстановлении повреждённых сетей он всегда принимал участие. Один раз они, тоже без Рилея, съездили на арбе, под ослиной тягой, на меновый базар в коммуну ессеев, купив за недавний богатый улов два богатых пояса с серебряными тренчиками.
В Северной Иудее два разговорных языка были в ходу: эламский и финикийский. Ассириец Питиим владел обоими, поэтому к середине осени Амалий обучил его и греческому. Резко наступавшую осеннюю тьму троица встречала у костра на пригорке за маяком, где Амалий рассказывал греческие мифы о богах и героях Олимпа, изредка соскакивая на латынь. Питииму особенно нравились шалости Зевса, а двенадцать подвигов Геракла он воспринял критически, хотя расчистку Авгиевых конюшен смотритель назвал лучшей историей из мифов и белых стихов, рассказанных Амалием за два последних осенних месяца.
В эти же месяцы одиннадцатилетний трудяга вносил новшества в плетении сетей, упрочняя и комбинируя размеры ячеек. Заработав новыми сетями и деньги, они за два статира купили четыре овцы, для которых пастухом стал раздобревший волкодав.
Наступила ровная субтропическая зима, ночи стали приносить стылость, поэтому мужчины уже ужинали не у костра, а в верхней полукруглой комнате с винтовой лестницей, ведущей к масляному костру маяка. Как-то мальчик, переводя легенду о Нарциссе на финикийский, испуганно вздрогнул из-за оглушительного лая Рилея.
Питиим, ровным шагом подойдя к оконному проёму, подняв кожаную занавеску, успокоил Амалия:
-Это шлюп Харифа причалил. Он каждые полгода привозит жалование и оливковое масло для маяка. Разгрузим палубу?
Беззубый вестовой из Иоппии, кроме денег и масла, предложил для выгрузки три мешка маисовой муки, смолу для лодки и киаф белого вина, размером в две головы Питиима. Всё было сложено в подсобке под лестницей, кроме тяжёлого киафа с вином, который доверили Амалию перенести в комнату наверху.
Вино Амалию не понравилось -ещё кислее кваса, хотя он всё же цедил его, пока приятели не напились до отключки. Весёлый по натуре Хариф рассказывал и серьёзные истории смешно, так как постоянно мешал финикийский с арамейским, то вставляя гласные, то наоборот. На рассвете шлюп отплыл в порт отгрузки.





Рейтинг работы: 0
Количество рецензий: 0
Количество сообщений: 0
Количество просмотров: 33
© 14.03.2018 Getera Volshebnaya
Свидетельство о публикации: izba-2018-2223688

Рубрика произведения: Проза -> Повесть












1