Амалий и его лохматый друг


Первая глава: Ночные страхи

Душный вечер, в комнате и округ дома, перешёл для десятилетнего Амалия в ночь кошмаров, а началось с того, что отчим пасынка, валявшегося в простудном жаре, поколотил его пса Рилея, лишь за то, что домашний волкодав-двухлетка стал подвывать, чувствуя страдания маленького хозяина. Отчим – знатный гражданин Акко и единственный ювелир, всегда хорошо относился к пасынку: обучал своему ремеслу, развил в Амалие способность понимать животных, и вдобавок мальчик уже умел бегло читать латынь и сносно по-гречески. Заболел Амалий исподволь быстро, с поминутно растущим жаром.
Когда все разлеглись по лавкам, поочерёдно: мать, отчим и лакей-альбинос, на дрёму больного накатил кошмарный бред. Длился он не долго, но для Амалия он был словно вечность. Когда громкая тьма бреда рассеялась, мальчика охватил такой жар, что насквозь мокрая сорочка через пару минут высохла. Стало лучше, даже легче, чем закатным часом, когда стремительно развивалась болезнь. К мальчика вернулась способность размышлять, вдобавок наблюдать за бликами, отбрасываемых мутно горящим фитилём в керамическом лотке с маслом. Обида на отчима рассеялась, горевшее тело мало-помалу остывало до дневной температуры, и Амалий впал в забытье. Сон стохастичный, поначалу спокойный, постепенно, как бы неуклюже, втягивал в себя не ясную тревогу, которую дремлющее сознание мальчика боялось идентифицировать. Мальчик намеренно не принимал повтора. Не удалось! Бред, такой же ужасный, с оглушительным рокотом, опять навалился на Амалия, ослабев лишь с вершины басов. Высвобождение из лап жара опять повторилось, и мальчик, не дойдя до порога, стал писать бессильно долго, со стонами, ведь сутки таких позывов не было, а выпил он множество пиал маисового кваса.
Лишь когда он опустил сорочку, в отблесках серой тьмы увидел мать с бечёвкой, вдвое сложенной, на расстоянии трёх локтей от него. Первый удар пришёлся по спине, второй оставил след на ключице:
-Гад, ты что не знаешь, что малую нужду законно справлять за порогом! – звонко проорала она, перетянув плетью мальчика в третий раз.
Последующие удары сдуревшей мамаши Амалий принимал руками, совсем не ощущая боли, с немедля возникшей ненавистью поглядывал на мерцающее лицо палача. Не могла, ох, не могла она перенести этих взглядов, поэтому попыталась засунуть голову сына меж колен, перенеся ослабевшие удары бечёвкой на голую попу мальчика. Нет, не удалось ей зафиксировать голову Амалия, который неимоверным усилием напрочь вырвался, выпрямился и, уже не отступая и не мигая ресницами, глядел в её бегающие глаза. Отступив к лавке, на которой бредил Амалий, мать тяжело опустилась на её краешек, выронив орудие наказания.
Амалий, на негнущихся ногах, откинул полог дверного проёма и зашагал в сторону пляжа Средиземного моря, через заросли лаванды, показав Рилею слабым взмахом руки следовать за ним. Они, то споро, то степенно двигались в сторону Хайфы, а мальчик понаслышке знал, что путь до маяка будет долгим. Амалий, не обув при бегстве воловьи шлёпанцы, тщательно выбирал дорогу между прибрежными камнями, обходя сплетения сухостоя, пока не принял довольно-таки неожиданное решение: зашёл по плечи в рябь моря, хотя плавать он не умел, и стал с головой погружаться в пучину неразличимого дна, немедля выбрасывая струи солёной воды из носа и рта при выныривании, не обращая внимания на кружившего вокруг него волкодава.
Восход друзья встретили на ногах, сделав ни одного привала… После лечения морской водой Амалий шёл к цели без остановки, органично преодолевая боль в боку. Только в дельте реки Киссон Амалий сел на валун, покрытый мхом, и опустил гудящие ступни в студеную воду. Восстановилось дыхание, отошла резь в правом боку, вернулась способность здраво размышлять. Рилей отсутствовал долго – видимо искал в дельте реки пропитание. Когда пёс улёгся у ног Амалия, мальчик по-настоящему ощутил голод. Трудно поднявшись на ноги, Амалий двинул вверх к маяку.
Смотритель маяка радушно принял беглецов, накормив мальчика тёплыми маисовыми лепёшками. Запив обильную пищу горячим травяным настоем, икая, Амалий пошёл справлять обе нужды в глинобитную уборную, в двадцати локтях от маяка.





Рейтинг работы: 0
Количество рецензий: 0
Количество сообщений: 0
Количество просмотров: 53
© 13.03.2018 Getera Volshebnaya
Свидетельство о публикации: izba-2018-2223290

Рубрика произведения: Проза -> Повесть











1