Эх, жизнь!...


- Вот и осень пришла, - размышляла озабоченно Мaтрена, разливая утреннее, еще теплое парное молоко, по трехлитровым банкам.
- Рано пришла. Эта ночь была совсем студеная. Печь, протопленная с утра, почти остыла. Если уже сейчас начать топить, то дров на зиму никак не хватит. Надо опять в лес идти за хворостом. А хворост - дрова что ли? Вмиг сгорает... Дрова нужны, да где ж их взять-то теперь? Теперь уж не купишь. Был жив Иван - какие-никакие деньги в доме были. Пенсия по инвалидности была. Опять же руки золотые - кому печку сложит, кому что починит, кому валенки сваляет. Все умел! Только хворый он с войны пришел. Два ранения, почти год по лазаретам... Семья на нем держалась. В деревне его все уважали... В последнее время совсем не работал - не мог уже. В прошлом ноябре схоронили его...
А теперь... Старшие дочери замуж вышли, да разъехались. Старший сын - в Москве на стройке работает. Помогают, конечно, да им и самим не сладко. Они где? Они далеко, а хозяйство, да скотина каждый день уход требуют. Как тут управишься? Младшенькие, конечно помогают, но какой с них спрос - дети еще. Жалко их. Как Ивана похоронили, они, словно повзрослели на глазах. И просить их не надо. Сами знают, что делать. После школы и воды натаскают, и обед приготовят, и скотину накормят... Только вот, почти перестали улыбаться они.
Да, что вздыхать-то? Иван говорил - если даже тяжело, виду не показывай. Пусть думают, что все хорошо... Какое тут, хорошо? Руки, порой опускаются. Эх, жизнь!...

Подмерзшая с ночи дорога. Монотонный скрип колес пустой деревянной тележки, прыгающей на ухабах. Дует холодный ветер. Младшенький - Валерка, дома остался. С матерью средний, Веня пошел. Увидел, что мать собирается, не говоря ни слова, оделся, и выкатил тележку за ворота, прихватив веревку, пилу и топор. Серьезный такой, немногословный. Подрос за последний год. Тужурка старая, с чужого плеча, совсем мала стала, рукава короткие... Ежится от холодного ветра, как воробушек малый, но молча катит и катит тележку по извилистой проселочной, дороге, полого поднимающейся к лесу.
Вся деревня ходит в этот лес за дровами, отчего лес и чист и опрятен, как центральный парк в райцентре. Чтобы что-то насобирать, приходится уже идти далеко. Хворост - сухие ветки, да высохший кустарник, все в дело идет. Упавшие деревья трогать нельзя, засохшие нельзя, запрещено. Лучше пусть сгниют, чем людям достанутся. Трогать нельзя, конечно, но всяко бывает. Кто с лесником договорится за четверть самогона, кто - никого не спросит, напилит, и вывезет телегу-другую, ночкой темною. Каждый, надеясь на Господа, выживает, как может.
Дрова, конечно, можно выписать и купить. Но это надо ехать в район, писать заявление, потом идти получать подпись, а с этой бумажкой потом ехать в город, в леспромхоз, оплачивать и получать разрешение, и уж потом - к леснику. Он должен указать, какие тебе деревья в его королевстве дозволено распилить и увезти. Придешь с бумажкой и с пустыми руками - достанутся одни гнилушки.
Все бы ладно, за разрешением еще можно поездить, да вот с деньгами совсем беда. Денег в колхозе не платят. За трудодни работаешь - бригадир в тетради галочки ставит. Поди-ка проверь, что он там ставит... По осени колхоз зерно дает за эти трудодни. Но детям одежду надо? Надо! Керосин, дрова, спички, соль, сахар тоже без денег не купишь, а тебе вместо денег - галочки в тетрадке, да зерно... Эх, жизнь!...

Сильный ветер, бушевавший ночью, с корнем выворотил пару сосен поодаль от опушки леса. Чьи-то скорые руки большую часть каждого дерева уже распилили и увезли. Матрена с Веней второпях, обрубили и собрали сучья, и, пользуясь оказией, попилили остатки хлыстов. Их сложили вниз на тележку, укрыли сверху сучьями и валежником и крепко обвязали веревкой, чтобы не растерять ценную поклажу на тряской дороге. Лишь бы лесника не встретить. Но, выкатывая тележку с хворостом из леса, столкнулись с ним нос у носу.
Лесника звали Виталий. Был он угрюм и нелюдим. На войну не попал - родственник в военкомате посчитал, что мал еще, хотя его сверстники из деревни повоевать успели. После, кто вернулся живым, относились к нему с презрением. Мало кто водил с ним дружбу. Как попал в лесники, никто толком не знал, но обязанности свои он выполнял исправно. Был, правда, грешок - выпить любил. Не до белой горячки, конечно, но в меру и после работы. Многие этим пользовались, для решения своих вопросов.
Вот и в этот раз, был он, мягко говоря, не совсем трезв.
- Это чего вы тащите из моего леса? - вместо приветствия проворчал он.
- Все тащат и тащат, добро народное.
- Вот, хворосту насобирали. Зима не за горами, как можно дружелюбнее сказала Матрена.
- Это где же, интересно, ты, Матрена, столько хворосту насобирала? Уж весь лес обобрали давно.
- Так, ведь, ветер ночью был, нападали сучья.
- Ветер, говоришь? Что ж, твой ветер, топором сучья рубил? - сказал лесник и указал на срубленные ветви. Раздвинув валежник, и увидев спиленные торцы тонких бревен пришел в ярость.
- Скидывай все с тележки своей!
Ни Матрена, ни Веня прижавшийся к ней, не шелохнулись.
- Скидывай, я сказал.
- Был бы жив Иван, ты бы не посмел, - с обидой в голосе произнесла Матрена. Лесник глянул на нее злобно, выхватил топор из-за пояса, и с размаху обрушил его на тележку, перерубая веревку. Раскидав всю кучу хвороста, распиленные бревнышки зашвырнул подальше в кусты, а веревку смотал и изрубил. После этого он принялся за тележку. С какой-то необъяснимой яростью, он крушил несчастную обухом топора, хрипло выдыхая на каждом ударе. Стоящий рядом с матерью Веня, ошеломленный этой картиной, сжав свои кулачки, тихо но отчетливо произнес: "Фашист!" Топор лесника замер на взмахе.
- Что ты сказал?! - угрожающе спросил он, повернув искаженное гримасой лицо.
- Ты - фашист! Мой отец убивал таких на войне! - уже громче и тверже сказал Веня. Лесник было двинулся в сторону ребенка, но вдруг как-то обмяк и удивленно огляделся вокруг. Потом засунув топор за пояс, нелепо взмахнул руками, протяжно застонал, и, понурив голову, отправился своей дорогой.
Матрена стояла сама не своя в каком-то оцепенении, от случившегося, от чувства полной беззащитности, и от ощущения несправедливости этой жизни. Веня, покрасневшими от холода руками, связал обрубки веревки и, собирая разбросанный хворост, успокаивал ее,
- Ничего, мам, ничего... Вот вырасту, обязательно стану лесником. Он тогда у меня попляшет, все ему припомню!
Однако, исполнить задуманное Веня не успел. Года через три после этого случая, лесник умер от рака.
А Веня, Веня вырос, успешно закончил лесотехническое учебное заведение. Работал в системе "Авиалесоохрана" летнабом*, затем в Управлении лесного хозяйства одного из субъектов Российской Федерации. В 1997 году стал Заслуженным лесоводом
России. Много лет прошло, но случай этот он помнит до сих пор. Собственно, он мне о нем и рассказал.
Эх, жизнь!...

*Летнаб - летчик-наблюдатель

12.03.2018






Рейтинг работы: 11
Количество рецензий: 4
Количество сообщений: 8
Количество просмотров: 128
© 13.03.2018 Виктор Титов
Свидетельство о публикации: izba-2018-2222622

Рубрика произведения: Проза -> Рассказ


Алексей Балуев       27.06.2018   10:29:34
Отзыв:   положительный
Хороший рассказ, Виктор. Прочитал с удовольствием. Удачи в творчестве!
С уважением, Алексей
Виктор Титов       27.06.2018   19:20:28

Благодарю Вас, Алексей, за добрые слова!
Мне очень приятно, что рассказ понравился. Заходите еще, буду рад!
С теплом,
Виктор
Рита Снежная       13.05.2018   19:07:07
Отзыв:   положительный
Виктор, я уже читала этот рассказ у тебя, но почему не написала отзыв,
не помню... Он меня тогда потряс... Сила слова! Пацан стал настоящим
мужчиной. В этом я точно уверена! А ты говоришь - "мои стихи..."
Да мои стихи пшик, по сравнению с твоим творчеством....
Спасибо за рассказ!
С теплом и улыбкой)
Виктор Титов       13.05.2018   21:57:39

Ну, насчет твоих стихов, я в корне не согласен. Отличные стихи!
Приятно, конечно, что рассказ понравился, хотя... рассказ, как рассказ, мне кажется. Может, я чего-то не понимаю... :)
Герои и события - реальные. Собственно, сам Веня (давно уже Вениамин Иванович) мне и поведал эту историю.
Кстати, герой моего другого рассказа "Попутчик" - это он же. События, тоже реальные. По его просьбе, я изменил имя, ну и ту обстановку, в которой услышал от него этот рассказ, перенес в купе поезда.
Не знаю, читала ты или нет мой рассказ "Учитель истории"? Мне кажется, неплохо получилось. Может, будет интересно.
Спасибо большое за поддержку и теплые слова!
Всего светлого и радостного!
С теплом,
Виктор
Лидия Клочкова-Заруцкая       18.03.2018   20:48:46
Отзыв:   положительный
С огромным интересом прочитала рассказ ! Очень взволновал...!
Классно написано !
Виктор Титов       18.03.2018   21:37:59

Спасибо большое, Лидия! Очень дорожу Вашим мнением.
Пусть каждый день приносит Вам радость!
С теплом,
Виктор
Лера Мелихова       13.03.2018   08:53:41
Отзыв:   положительный
Очень понравился рассказ,очень!!!!

Виктор Титов       13.03.2018   14:27:04

Большое спасибо, Лера!
Мне очень приятно, что Вам рассказ понравился.
Хорошего дня Вам и радостного весеннего настроения,
С теплом,
Виктор










1