Горькие яблоки


«Бойтесь данайцев, дары проносящих»

                                                                                           Горькие яблоки


                                                                                        Перед дальней дорогой

В конце сентября отары уходили на Черные Земли. Черные они совсем не по обилию чернозема, которого на полынных пастбищах кот наплакал, а потому, что здесь в малоснежные зимы овцам всегда хватает подножного корма.
--Дрюков и Савельев ,вечером в семь часов жду вас у себя в кабинете, закончил утреннюю планерку директор совхоза Василий Николаевич Шевчук.
Алексей Дрюков, зам директора по общим вопросам вопросительно посмотрел на шефа, пытаясь понять ,что за тайну хранит от него директор нервно вздернул плечами и хмуро пошел из кабинета. Я потянулся за ним.
--Сергей, останься. Присядь ближе. Ты закончил татуировку ?
--Да. Три маточных по 700 и две валушковые по 900 голов, которые пойдут на черноземельские зимовья. Отары очищены от зуббрака, обработаны дезосредствами. На трассу перегона выходим вслед за совхозом»Юбилейный».Чабанские вагончики буксируют три трактора. Я на вахтовом «Урале» буду идти впереди отар, определять места ночевок у колодцев.
--Трассу изучил?
--Проехали с Магомедом Омаровым туда и обратно.
--Как травостой?
-- Говорят, был не плохой. Но впереди нас прошли отары четырех хозяйств!17 тысяч голов. Семьдесят тысяч копытных пропылили в сухой степи. Мы идем последними.
--Задержал ты перегон со своей татуировкой.
--Вы были в отпуске почти два месяца, а ваш зам Дрюков был тогда ,да и сейчас, не в восторге от мечения совхозных овец, уходящих на отгонные пастбища. Но теперь никто не подсунет в отару свою хурду вместо наших меченых маток.
--Хм.. Волк и меченых ест. Ну , ладно, дело в общем-то неплохое. Контроль нужен. А то некоторые ловкачи приспособились заменять хороших совхозных валухов неизвестно где приобретенными полудохлыми. И получается так, что каждый месяц ты смущенно преподносишь мне акты падежа на утверждение, а у чабанов в личном пользовании безотходное производство. Дурят нас степные умники с продажной ветслужбой. Андрей Стрелков, твой предшественник пытался навести в гуртах и отарах порядок учета, но встретил молчаливое упорное сопротивление. С тем и погиб парень.
--Я уже слышал. Печальная история.
-- Вот по этому я тебя и предупреждаю- будь осторожен с горцами. Ты уходишь за тридевять земель от совхоза. От наших черноземельских точек до райцентра Яшкуль пятьдесят верст. Там более –менее надежная телефонная связь. Звони мне домой в любое время дня и ночи. Это твоя первая зимовка , первый экзамен на зрелость. У кого будешь квартировать постоянно?
--У Омарова.
--Добре. Мужик неплохой. Хотя ,как и все дагестанцы, повязан традициями круговой поруки, и родовыми связями. Не то, что мы-русаки. Ты сейчас куда?
--Проверю весь наш обоз. Все ли погружено. Рештаки , щиты для временных базов, в каком состоянии тракторы и сами трактористы. Один из них ,Паша Сурков, какой день не просыхает.
--Это он здесь, в селе, бражничает. А в степи чабаны не поднесут, так и негде буде взять.
--Свинья грязи найдет. А в дороге его и заменить будет некем.
--Пусть буксирует чабанский вагончик Магомеда Омарова. Тот ему воли не даст. И у тебя будет в поле зрения. И вот еще что- ты сегодня по точкам на своем Алтае проезжай в последний раз .Конь славный. Андрюшу Стрелкова, царство ему небесное, поносил по степям и фермам дай боже! Ты его отправь на Лесистый Остров. На родину, к Нуртыну Самитову. На трассе перегона у тебя будет вахтовый вездеход . А весной вернешься с хорошей сохранностью поголовья и с приплодом в маточных отарах -отдам тебе свой «УАЗ» в совхозное и личное пользование. Мне обещают внедорожник. Ну, ладно, ладно засиял, заулыбался. И не забудь ,Сережа, сегодня будь у меня в семь вечера.
--Экстренное совещание?
--Хуже. Гости будут незваные.
Гюльнара
Где бы ни носил меня по степным просторам мой вороной дончак полукровка, но если приходилось заночевать на чабанской точке, то приют я находил в семье Магомеда Омарова.
Магомеду немногим больше сорока, выше среднего роста с курчавой огненной копной и чистым без пятнышка лицом, овеянным степными ветрами. Голубоглазый блондин с белозубой улыбкой в черноволосой черноглазой семье смотрелся явным альбиносом.
--А.а.а захады, Серега, захады, джигит,- разнуздал он коня, снял путы с крутой шеи и ловко стреножил моего скакуна, снял седло,- пускай его в барханы, там овсюг найдет. Ей! Гоните лошадь пастись,- добродушно приказал он двум сорванцам десяти-двенадцати лет, которым в радость была любая новизна в степных забавах.
В прихожей просторного чабанского дома мне приветливо кивает Райсат, жена Магомеда. Типичная миловидная горянка ,по-домашнему повязана черной косынкой в длиннополом темном платье, неторопливая в движениях по своему привычному хозяйству.
Я уже знаю, что она останется зимовать здесь у нас на местных пастбищах с пацанятами, с дочерью, с многочисленным птичьим двором, с дойными и стельными коровами. Отсюда в далекую яшкульскую степь мать с дочкой будут посылать отцу и сыну Азамату домашнюю провизию. А когда начнется в отаре окот, к ним на помощь я привезу и Гульнару.
Легкая на помине, она выплывает из женской половины дома. Любимое чадо семьи.
Я никогда не отпускал комплиментов юной Гульнаре даже в самой деликатной форме. Тем паче прилюдно. Но не мог не замечать ее миниатюрной фигуры, еще не сформировавшейся с мальчишескими порывами. Я был бы неискренним сам с собой, если бы уверял себя , что меня оставляют равнодушным ее темно- карие глаза с грустно опущенными веками, за которыми таится страстная натура. Метаморфоза от веселого задора до нежности и гнева и мелодичный голос еще незрелой девочки не оставляли сомнения в том, что в поклонниках и воздыхателях уже в скором времени у нее не будет недостатка. Но пока мир ее кругозора в пятнадцать лет ограничивался степными просторами с буйными космами ковыля на горячих суховеях с неумолкаемым блеянием овец на базах и на пастбищах. Обласканная материнской любовью , детской привязанностью младших братьев, скромной сдержанностью отца и старшего брата Азамата, Гуля знала уже , что недалек тот день, когда однажды в доме отца будет тесно от гостей из того горного селения, в котором она училась в одной школе вместе с Хасаном, и этот Хасан увезет ее, как невесту, в дом своих родителей
С Азаматом мы ровесники. И потому он без ложной скромности подшучивает над сестрой, пока мать собирает на стол поздний чабанский завтрак, а Магомед во дворе о чем- то наставляет наемного работника.
--Нарожаешь ты, сестренка, своему Хасану кучу маленьких чабанят, и будут они пасти сакманы, только смотри - как бы орел-ягнятник вместо ягненка не утащил в небо твоего чабаненка.
-- Мои мальчики будут расти в городе. Мой Хасан заканчивает институт. Он будет архитектор. А я хочу быть медсестрой, как жена Сергея- Ирина.
При имени моей жены звонкий голос Гульнары потускнел, и она зарделась румянцем.
--Эй..эй..эй,- шутливо грозит ей брат, и Гуля ,топнув ножкой, скрывается в своей комнате.
Райсат зовет нас к столу. Завтрак затягивается разговором о предстоящем перегоне, о наших будничных делах. И ,конечно, о личном поголовье-тема щепетильная, но неминуемая.
Магомед не числится в «передовиках производства», но и не тянется в хвосте надуманного соревнования. Он не скрывает от учета своих овец, коз, коров и лошадей.
--За прокорм совхозным сеном и комбикормами мы платим по вашим ценам. Разрешаете держать по двадцать пять маток на члена бригады- вот я и беру в Калмыкию на зимовку своих сто маток и полсотни ярок. Ты, Сергей, вчера их всех пересчитал, я расписался в акте. Коровы, телки и телята останутся здесь. Шерсть с личных овец и приплод мы вам продали по совхозным ценам. Есть к нам претензии?
--Если бы были ,не сидел бы я за вашим столом как у себя дома, не спал бы с Азаматом под одной буркой.
--Вот и хорошо. Дружите, доверяйте друг другу во всем, зачем вам, молодым, хитрить-мудрить. Вот мой дом, вот моя семья, для хорошего человека дверь всегда открыта.
--Сережа,--прерывает мужа Райсат,--твоей жене сделали операцию. Удалили желчный пузырь, как она бедняжка себя чувствует? Что ей можно кушать?
--Ничего соленого, ничего жирного , постные бульоны , соки, овощи .
--Козий сыр, слабую брынзу я сделаю для нее. Молодых индеек возьми. Азамат, иди заруби парочку. Гуля, положи ему в рюкзак яблоки, сколько увезет верхом на лошади. Все это у нас, Сергей, есть. Ты не стесняйся. Магомед привез из Дагестана из нашего сада персики, виноград, скоро хурма поспеет. Кишмиш, курага, айва – все есть, все привезем. Жалко твою девочку, молодая ,мальчишка на руках и купить –то в вашем селе нечего. Воду носят с речки на коромыслах, по дворам развозят на одной машине ; ни огородов, ни садов. Идите с Гулей в летнюю кухню , она соберет, как ее зовут? А, да-да помню- Ирина. Пускай поправляется.
--Пойдем, бедненький женатик,- манит меня пальчиком плутовка. Она расчехляет мой рюкзак, выбирает пузырьки с тушью, никелированные коробочки с набором игольчатых цифр и буковок.
--Эти причиндалы тебе пока не понадобятся. Пусть хранятся у меня. Как память о тебе. Вернешься из Калмыкии - все получишь в сохранности. А в рюкзак для твоей женушки я соберу всю вкуснятину. И яблоки. Смотри , какие они свежие, сочные, аппетитные. А тебе в далекий путь я положу соленую брынзу, сушеное на солнце соленое мясо и соленый курдюк. Повернись ко мне спиной , я накину тебе лямки на плечи.
Я беспрекословно повинуюсь и слышу неподдельную грусть в ее голосе и…. замираю от прикосновения упругих сосков к моим плечам. Теплые смуглые руки обвили мою голову и закрыли ладонями мои глаза.
--Зачем так,Гуля?,- судорожно шепчут мои губы .
--Пусть твои глаза не видят моей печали. Пусть твои губы целуют только твою Ирину,- и жгучая горечь ее слов парализует мое слабое сопротивление. Я бережно коснулся горячих ладоней, и пальцы мои уловили флюиды дрожи в юной трепетной душе. Но вдруг игривая шалунья порывисто отпрянула от меня и со звонким смехом подняла за лямки мой рюкзак.
--Стой смирно ,товарищ начальник, оп, ля шагом марш к своему Алтаю.
Я недоуменно обернулся. В дверном проеме стоял Азамат с обезглавленными индейками.
***
Двойка с минусом
Вечером ,когда я выложил на стол гастрономические изыски перед изумленной моей ненаглядной, Иринка напомнила мне о необходимости быть у Шевчука.
--Приехали какие – то чинуши из города и две милицейские машины. Что-нибудь случилось?
--Понятия не имею.
У здания конторы кучкуются горцы, казахи, калмыки-знакомые и незнакомые степняки. Здороваюсь со своим чабанами, киваю приезжим. В смущенных приветствиях чувствуется какое-то невысказанное беспокойство.
В кабинете директора во главе длинного стола стоит высокий тучный холеный казах. По облику и галстуку догадываюсь- протокольно выраженный прирожденный партайгеноссе из верхнего эшелона областной номенклатуры. Оборачивается ко мне с мягкой укоризной
--Опаздываете, молодой человек, проходите , садитесь поближе. Не удивляйтесь, что я занял место вашего директора. Сегодня это моя прерогатива вынужденная сложившимися обстоятельствами. Обком партии и облисполком обеспокоены бесспорным фактом, что в Северном районе нашей области неучтенное поголовье личного скота почти превышает поголовье общественное. С точки зрения общегосударственных интересов в этом ,кажется, нет ничего предосудительного. Но это суждения поверхностные. В этом аспекте кроются глубокие противоречия не только социально-экономическому развитию, но и нашим межрегиональным взаимоотношениям. Поясняю общедоступно. По научно обоснованным нормам почвенно- климатических условий в нашей области и сопредельной Калмыкии мы обязаны содержать на одном гектаре степных пастбищ одну условную овцу. Но при халатном попустительстве руководителей хозяйств и специалистов в вашем районе махровым цветом расцветает волчья хватка мародеров природных ресурсов. По неполным данным природоохранной службы ваши пастбища трижды перегружены. Ботанический состав трав крайне истощен.Шерстная и мясная продуктивность поголовья самая низкая в области. От ста овцематок вы получаете к отбивке пятьдесят ягнят. Падеж от истощения и заболеваний самый высокий в области. Хуже того- наши соседи, руководители Калмыкии, выражают свое неудовольствие тем, что мы, вопреки всем нормам и правилам, пригоняем к ним на территорию ,кроме общественного, десятки тысяч неучтенного личного поголовья, скрытого от ветеринарного надзора. Не мудрено понять - почему на Черных Землях, после нашего пребывания, там отмечаются вспышки массовых инфекционных заболеваний животных. Мы и так залезли на их земли с бахчеводческими бригадами, поднимаем пыльные бури, а в придачу еще и выбиваем пастбища молодой республики.
Вот почему областной комитет партгосконтроля проводит в вашем районе пересчет всего поголовья перед отправкой на отгонные пастбища. Предупредите чабанов, скрыть от учета ни у кого не получится. Пересчет мы произведем в один день во всех отарах района. К этому мероприятию мы привлекаем независимых контролеров из среды специалистов района, активистов партийных , комсомольских и профсоюзных организаций. С участием районного отделения милиции и участковых инспекторов. Сопровождать группы народных контролеров обязаны специалисты хозяйств.
***
Итак, нам выражен вотум недоверия и поставлена большая двойка с жирным минусом. Шевчук, Алексей Дрюков , наш партийный вождь Полупанов и профсоюзный лидер молча слушали грозного бонзу, понуро глядя в зеленое сукно длинного стола директорского кабинета.
***
-- Савельев, у нас сегодня пир горой. Умывайся и прошу к столу,- весело встретила меня Ирина,- щедрые дары твоих дагестанских друзей украшают наш убогий пыльный поселок, затерянный у черта на куличках. Нет, ты глянь на этого хапугу - полный рот винограда и выгребает из вазочки сладкую курагу. Ну-ка кыш отсюда,- добродушно гонит мама своего ненаглядного первенца. Я сажаю двухлетнего сластену к себе на колени.
--Бери , бери ,сынок, не куплено, не крадено. Добрый дядя Магомед не первый раз нам дарит эти красные яблоки и сладкие персики.
И полушутя добавляю моему несмышленышу в назидание»Бойтесь данайцев, дары приносящих».
--Ты это к чему?- недоумевает моя подруга ,глядя на сочное надкушенное яблоко.
--Так. Дедушку Гомера вспомнил. Эх, Олежка! Пировать ,так пировать, неси, жена, заветное игристое.
***
Козел провокатор
В степь выезжаем задолго до рассвета. В» УАЗе» нас четверо. Вчерашний Грозный Контролер на переднем сиденье, полуобернувшись, обращается к партогу Полупанову
--С кого начнем ?
«Где, когда я уже видел этого высокого грузного казаха? Ах, да, это он на областном совещании специалистов сельского хозяйства не одобрял с трибуны нововведение Перестройки- семейный подряд в животноводстве.—Это кончится тем, что наши фермы и чабанские точки вместе с овцами и пастбищами, а потом и наши села заполонятся выходцами из перенаселенного Дагестана. Я –сын степного табунщика не понаслышке знаю как это происходит.
Тогда, на многолюдном собрании в актовом зале областного управления, какой-то новоявленный деморос не без ехидства спросил оратора
--Вы что же, уважаемый Энвер Амангалиевич, отказываете нашим горским гражданам вправе жить и работать там, куда их охотно принимают руководители хозяйств? Эта ваша старая партийно-советская сегодня уже не котируется.
Зал загудел, как потревоженный улей. Вопрос для всех болезненный. Ведущий совещание благообразный партийный босс звонко стучал по хрустальному графину, призывая участников к регламенту. Деморосы провоцировали старую гвардию на дискуссию. Но аудитория скотоводов к этому вопросу была, явно, не расположена. И Мусаев умело вернул совещание на хозяйственные проблемы. Да, да –Мусев! Партгосконтроль. »
--Так с кого начнем пересчет?- переспросил он в полутемном салоне машины. Полупанов смотрит на Мусаева и как-то вкрадчиво произносит
--Энвер Амангалиевич, Вы, вероятно, лучше нас ознакомились с предлагаемым на всеобщее обсуждением проектом новой конституции.
Мусаев выжидающе смотрит на моего соседа.
--Я это к тому , что теперь ,вроде бы, провозглашается неприкосновенность к частной собственности граждан, а мы едем как бы эту самую конституцию..
--Фу, парторг, от тебя ну, прямо несет оппортунизмом. Я тебе так отвечу, и поверь моему многолетнему партийному опыту, какая бы власть ни пришла нам на смену государственный контроль сохранится над всеми формами собственности. Такова, брат аксиома диалектики. Я вас, молодой человек, спрашиваю- с какой бригады начнем пересчет скота?
--Сергей,по курсу у нас первая точка Набиуллы Хайрулина,- говорит водитель.
--На всь степь один татарин сохранился. У него шестьсот совхозных ярок, два десятка своих маток три козы о корова с теленком. Он остается зимовать на здесь, но слезно просит передать отару любому дагестанцу. Семью уже отправил в Астрахань. Бич пасет, а он сидит на чемоданах. Будем считать?
Мусаев молча машет рукой- гони прямо без остановки.
--Следующая точка Омарова Магомеда. Маточная отара. Готовится завтра на трассу перегона в Калмыкию. Будет зимовать в районе Утты. Вчера я закончил тутуировку совхозных маток. Своих у него сто пятьдесят голов .Все животные прошли ветобработку. Нас к нему никаких претензий. Работает по семейному подряду.
--Вот с него и начнем.
--Я только вчера…
--Это было вчера,--себе на уме улыбается Энвер, -Останови-ка ,дос, машину. Я на зорьке промнусь немного, подышу родной полынью. Тут до точки недалеко. Я дойду, а вы начинайте без меня.
И пошел в еще темную теплую барханную степь.
Нас встречают злобным лаем чабанские псы. Сидим в машине, ждем хозяина. Из летней кухни, откуда меня вчера вечером проводила Гульнара, вышел Магомед. Как не спал. Здороваемся в свете фар.
--Не ждал?- виновато жмет его руку Полупанов.
--Все чабаны вас ждут с полуночи. Где третий? Самый главный.
--Травку нюхает.
-Один в барханах. Не боится?
--Казах в степи как у себя дома.
--Сережа, ты решил начинать пересчет с меня?- не скрывает укора Магомед.
Провалиться бы от стыда и досады. Еще вчера мы общались- душа нараспашку. А уже сейчас я ему и не враг, но и не друг. Привел чужих людей для проверки на вшивость?.Я понимаю его молчаливую горечь и обиду. Неужели он не догадывается ,что я сам невольник недоверия к нему, к его сыну, моему бескорыстному ровеснику Азамату? Проснется и выйдет из дома всегда ласковая Гульнара, какими глазами я буду смотреть на бесконечно добрую чистосердечную мать этого семейства, в котором я не раз и не два находил я приют и понимание моих забот. Совхозных и личных. И как бы читая мои невеселые мысли, великодушный горец положил мне руку на плечо, слегка потрепал всепрощающе,
—Надо, значит надо. Иди, разбуди Азамата . Мне нечего скрывать от учета. Пошли ,Полупан, начнем с коровника.
***
Энвер в свои шестьдесят не растратил родовые традиции слушать и слышать звуки и шорохи в полынно-ковыльном раздолье одинаково хорошо и под синем безоблачным небом , и в звездной ночи на сыртах и барханах.
В начале сентября, когда степь после первых осенних дождей покрывается изумрудной зелень разнотравья, чабаны нередко оставляют овец на ночлег неподалеку от точек и водопойного колодца. Сам хозяин или бич приблудный ночуют на вершине еще теплого песчаного холма, полагаясь на чутье сторожевых собак.
Энвер стоит на высоком бархане и чутко вслушивается в предрассветную тишину. Из далека до него доносится слабый звук, больше похожий на хрип. И Энвер догадался- так необычно хрипит через губы крупный козел пере самкой в брачный период осеннего гона, выражая свою неистовую неустрашимость перед воображаемым соперником. И Энвер, выломав увесистую палку из куста сухого тамарикса, на случай обороны от вероятных псов, пошел на этот звук. Но к удивлению своему отметил , что на песчаный хруст под ногами, сторожевых собак было не слышно. Он уже поднимался на очередной холм, поросший полынью, когда увидел на вершине силуэт крупного животного. Могучий козел на фоне тусклого неба смотрелся необычайно грозным стражем пока еще невидимого племени.
Энвер безбоязненно подошел ближе. Козел сердито фыркнул, гулко ударил копытом и не сдвинулся с места, занял боевую стойку, нацелив острые рога на двуного пришельца. Обходить его стороной было опасно. Он непременно кинется на врага, и придется наградить его дубинкой.
Энвер сунул руку в широкий карман демисезонного пальто, взял пачку»Мальборо», смял ее и протянул презент ночному стражу.
--На, брат, понюхай и пожуй. Я знаю – ты это любишь. А мне позволь полюбопытствовать, кого ты так ревниво охраняешь.
Это было давно испытанное средство быстрого общения с козлами-провокаторами, которых используют на скотобойнях и на погрузке овец в фуры скотовозы. Глупые бараны и доверчивые козы , не раздумывая идут за козлом по трапам фуры или на эскалатор бойни. Козлу открывают потаенную дверь ,награждают сигаретами и ведут за новой партией обреченных. Прием срабатывает безотказно. Наркозависимый провокатор навсегда привыкает к ароматной жвачке.
Козел покорно пошел за соблазнителем, и Энверу представилась покойно почивающая в низине небольшая отара .На звуки его голоса из сереющей мглы рассвета появился сонный пастух.
--Какого черта, шастаешь по ночам?,- подошел он ближе и остановился с ружьем в руках. Мужик зрелых лет в поношенном пуховике с накинутым на кудлатую голову капюшоном.
--Зачем, земляк, так грубо?- миролюбиво ответил Энвер и отбросил свою дубинку в сторону.---
--Иду на точку Омарова.
--Рыжего или Черного?
--Рыжего,- наугад соврал Мусаев.
--А . а.а., это к нам. Видишь- фары горят?
--Вижу. Я на этой машине приехал.
--А чего отстал?
--По нужде.
--Приспичило? Куришь?
--Было. Угостил козла. Хотя,- пошарил Эльдар в кармане пальто, -вот остались две помятые.
--Давай. Земеля, а то уши пухнут без курева.
Чиркнул зажигалкой, бросил быстрый взгляд на незнакомца.
--Э.э, да ты при галстуке-гайтане, и морда сытая. Тя как зовут?
--Энвер
--Татарин или казах?
--И то ,и другое. Давно бичуешь?
--Как догадался?
--Интуиция.
--Мудреное слово, но точняк. Три года, как с зоны откинулся. Пятак давали за малолетку. Могли надолго законопатить, но учли- по совместному согласию . Пришел домой- бабы нет. Слиняла с хахалем. Дочка замужем. С зятьком нел
ады вышли. И пошла житуха наперекосяк
Покурили, помолчали, сидя на теплом гребне песчаного холма. Занималась заря. Над степью в молочное небо потянулись розовеющие лучи еще смуглого солнца.
--А до зоны где работал?— сочувственно спрашивает Энвер заросшего темной вязью мягких колец оттаявшего собеседника.
--Здесь же в совхозе. Я - сварной. И по газу, и по дуге. В мастерской технопарка заказов- море. Мы в паре с медником были всегда завалены работой. Ну, сам понимаешь, шабашки- хоть отбавляй. К нам шофера, трактористы, слесаря стояли в очередь. Несут и пойло, и закусь. Я иной раз свалюсь в своей бендюжке на ночь, но утром заказ на совесть выполню .Зятек мой, после института работал инженером по технике безопасности. Стал коситься на меня. У меня иной раз с бодуна резак из рук выпадал. До глюков дело доходило. Какой тут мир в семье? Зять молча сопит, дочка ,бывало, разярится- слов не выбирает, давит на психику. Не выдержал-ушел в степь, теперь вот звездочки на небе считаю, чужое добро берегу.
--Хозяин не обижает? Платит?
--Харч и курево, и по червонцу за день работы. Стакан чачи к мясу и лаваш каждое утро Райсат приносит ко мне в вагончик. Нормально Через день-другой тронемся в Калмыкию. Там Магомед обещает зачислить меня на ставку сакманщика.
--Я смотрю овец у тебя не много. Коз больше.
--Козы в отарах в счет не идут. Это собственность женщин. Они пух чешут весной и домой в Дагестан его отвозят. Там бабы ихние платки и шали вяжут. Бабий бизнес,- шутит пастух. –И овцы эти не нашего Магомеда, а брательника его двоюродного. Тоже Магомеда Омарова. Только Черного. Не возьму в толк- зачем Рыжий позволил Черному спрятать эту шайку вблизи нашей точки. Эти овцы и не только Черного Магомеда. Полсотни главбуха Сулеймана Горбатого, сорок маток Амирхана тоже Омарова ,Лехи Дрюкова, зам директора, больше сотни ярок. От Черного Магомеда бич сбежал, вот мне эту сборную команду вчера и навязали. И спохватившись, пастух воззрился на Энвера
--Тебе это зачем знать? Ты кто вообще-то?
***
--Вилька, нечего пялиться на Гульку. Поезжай за Мусаевым,- приказывает водителю Полупанов.
Молодой шофер директора, что-то мурлычет вышедшей из дому полусонной красавице. Она заложила руки за голову и сладко потягивается, беспечно извивается гибким станом, встречая алый диск восходящего солнца.
Азамат пропускал отару через узкий раскол. Я заканчивал пересчет. Мы сверили с Магомедом количество сломанных спичек в наших зажатых ладонях. Каждый обломок означал пятьдесят голов. И совхозных и личных. Вскоре прибыл Мусаев. Я протягиваю ему зажатые в ладони обломки.
--За минувшую ночь в отаре Омарова овец не прибавилось, не убавилось. Ровно столько значится в акте на перегон, заверенном ветеринарным участком,- докладывал Главному Контролеру совхозный парторг Полупанов.
--Молодцы, быстро вы управились. А скажите мне , товарищ Омаров, где сейчас находится ваш работник?.
Я вижу ,как помрачнел добродетельный друг моей семьи.
--Эй!,- злобно крикнул он дочери,-- что ты здесь стоишь, иди в дом.
И чтобы не подставлять брата вызывающе издали бросает Мусаеву
--Мои это овцы и бич мой. Что еще тебе надо?
Он не договорил , с досадой махнул рукой и молча пошел в предрассветную степь.
Вместо эпилога
Затея контролеров грозила чреватыми последствиями. После окончания всеобщего пересчета Мусаев собрал экстренное совещание.
--Я уполномочен заявить, что все выявленное скрытое от учета поголовье будет отправлено в откормочный совхоз треста « Скотопром».Владельцы после взвешивания конфискованных овец получат расчет по государственным расценкам. Операция по изъятию излишков возложена на ОБХСС под личную ответственность начальника районного одела милиции.
Последняя фраза была шокирующей.Директора совхозов уныло поплелись во свояси. Председатели колхозов ,было, возмутились - »Это произвол. Покушение на коллективную и частную собственность».Но, но, но! Грозно окликнули недовольных. И смолкло в зале.
Силовое решение проблемы не предвещало ничего хорошего. Отары на трассе перегона остановились. К вечеру следующего дня Алексей Дрюков положил на стол директора совхоза двадцать заявлений на увольнение «по собственному желанию», написанных подозрительно одним почерком, с корявыми подписями заявителей.
Шевчук позвонил соседям. У всех- тоже самое. Мусаеву доложили в целом о району- свыше семидесяти заявлений. И все « по- собственному.» Степная связь сработала безотказно. Завидная солидарность, и ни какого лидера. Это был уже не бойкот, а ,очевидно, организованное массовое открытое сопротивление. Заменить чабанскую семью, а тем более на трассе перегона сложнее сложного. И власть имущим пришлось пойти на уступки. В хозяйства за подписью теперь главы администрации района поступила телефонограмма, с текстом « конфискация излишков скота временно приостановлена,»
Горцы сдержанно встретили это извещение.
Шевчук поручил секретарю-машинистке размножить текст телефонограммы.
--Ознакомь чабанов под роспись и собери отказные заявления, - посылал он в степь своего заместителя. Леша Дрюков даже не скрывал самодовольной ухмылки
. ***
Амирхан третий брат в клане Омарвых срочно прибыл с острова в степь. Райсат собирала на стол. Мужчины скупо обменялись приветствиями. Ждали Дрюкова с главбухом Сулейманом Горбатым.
--Как ты, Сулейман, думаешь забрать своих овец из запретной группы?,- пытал своего подельника Леха, привычно выводя директорский УАЗ на степные малоезженые дороги.
--Есть одна мысль,- подскакивал горбун на переднем сиденье,- Зоотехник Савельев просил привезти татуировочный набор. Он его оставил у дочки Рыжего Магомеда.
--Да неужели?- не отрываясь от руля, воскликнул Леха.
***
Козел-провокатор заводил свое стадо в раскол за привычное вознаграждение. Сорт и цена сигарет ему были безразличны.
Сулейман привычно различал мелкие металлические игольчатые цифры и буковки ,Амирхан ,зажав голову овцы, мазал тушью чистую раковину левого уха ,Дрюков ловко орудовал никелированным зажимом и втирал тушь в наколку. Магомед сортировал на базу маток от ярок. Работали согласованно, быстро, без лишних слов и без эмоций.
--Ну, вот и все решение проблемы,- самодовольно провозгласил за обильным ужином Дрюков, поднимая третью рюмку дагестанского коньяка,- Остальная забота с учетом и переучетом в отаре Омарова твоя, друг наш Сулейман Измайлович. А твоего болтливого работника .Магомед, Амирхан возьмет к себе на остров. Пусть пасет там совхозный табун лошадей. Наш поборник справедливости Савельев проведет зимовку на Черных Землях. Туда ему и дорога. Ну, еще по единой и по домам. Спасибо тебе, хозяюшка, за вкусное хинкали. Все очень вкусно, все от души.
Райсат ничего не ответила на похвалы незваного гостя.
***
Горцы умело заметали следы. Хотя уже весной события в жизни страны и нашего совхоза разворачивались в пользу частной собственности. Мусаев где-то затерялся в административных органах .Чабаны получали льготные кредиты и в качестве новоявленных фермеров за бесценок скупали кошары, жилые дома и овец ,коров и лошадей вместе с пастбищами. С отсрочкой налоговых платежей на первые пять лет.
***
По заданиям редакции районной газета я иногда приезжаю в свой совхоз, навещаю семью фермера Омарова. Магомед и Райсат доброжелательно встречали нас с фотокорреспондентом, и Райсат, провожая , пичкала нам на дорогу свои кулинарные изыски.
Гульнары на точке давно уже не было. Она уехала домой в свое горное селение, рожать Магомеду внука. Азамат с Амирханом выкупили совхозную конеферму на острове, и по проекту зятя Хасана строят на острове базу отдыха.
Провожая, Райсат сокрушалась
--Не обижайся .Сережа, не привозил еще Магомед из дому фрукты. Не созрели яблоки. Горькие пока.





Рейтинг работы: 0
Количество рецензий: 0
Количество сообщений: 0
Количество просмотров: 55
© 10.03.2018 Николай Слесарев
Свидетельство о публикации: izba-2018-2220120

Метки: Бойкот горцев, Астраханские степи.,
Рубрика произведения: Проза -> Рассказ












1