Мишкины "университеты". Глава 1. Экзамен.


Мишкины «университеты».
Глава первая. Экзамен.
Скорый поезд номер семьдесят девять «Владивосток – Харьков» прибывал на конечную станцию в шесть часов двадцать пять минут утра. Задолго до прибытия, пассажиры общего вагона номер двенадцать, уставшие за дорогу, проснулись, начали собирать вещи и приводить себя в порядок. Вагон наполнился детским плачем, шарканьем ног, стуком дверей и полок. В оба вагонных туалета выстроились очереди из заспанных мужчин и женщин с полотенцами на шее и верхней одеждой в руках. Те счастливчики, кто уже успел умыться и переодеться, с интересом прильнули к окнам. Там просыпался огромный город: по дорогам двигались автомобили, на остановках общественного транспорта толпились люди, медленно проплывали серые многоэтажки, заводские корпуса, железнодорожные склады и пакгаузы.
Несмотря на суету, царящую в вагоне, в середине его, на багажных полках, спали три пятнадцатилетних подростка: Мишка, Юрка и Серёга. Закончив в этом году восемь классов, ребята ехали в город Харьков, поступать на учёбу в техникум. Чтобы сэкономить деньги, полученные от родителей, билеты они купили до ближайшей станции и не привлекая к себе внимание проводников, зайдя в вагон, сразу забрались на верхние полки и уснули крепким сном.
Состав постукивая колёсами на стыках и стрелках заходил на третий путь второй платформы станции «Харьков пассажирский». Молоденькая проводница шла по вагону и напоминала пассажирам о том, чтобы они не забывали вещи и не устраивали толчею в проходах. Дойдя до середины вагона. она обнаружила торчащие с третьей полки ноги в разношенных сандалетах. Не поленившись подняться на ступеньку, проводница увидела сладко посапывающего во сне кудрявого подростка. Улыбнувшись, девушка со словами: «Приехали, «заяц», просыпайся!» – потрясла за ногу мальчишку. Мишка, а это был он, недовольно дёрнул ногой и сквозь сон пробормотал: «Мам, я ещё немножко посплю». Проводница засмеялась и снова затеребила подростка: «Просыпайся, приехали – Харьков!» Услышав это, мальчик открыл глаза, увидел проводницу, и видимо вспомнив где он находится, спросил: «Что, уже Харьков?» «Харьков, Харьков, вставай, приехали!» – ответила девушка, и снова улыбнувшись, но теперь уже Мишке, добавила: «А ты хорошенький!» – и спустившись на пол, пошла дальше по вагону.
Окончательно проснувшись, Мишка огляделся: в купе было пусто, лишь на полке напротив, подложив под голову большую холщовую сумку, спал Юрка. Мальчик попробовал дотянуться до него, но это не получилось. Спустившись на одну ступеньку, он так же, как ранее его будила проводница, со словами: «Вставай, приехали – Харьков!» – потряс за ногу друга. Юрка проснулся и не понимая где он, и почему его так бесцеремонно будят, завертел головой, но увидев, своего товарища спросил: «Где мы, Миш?» «В Харьков приехали, вставай». В этот момент в их купе вошёл, спавший в соседнем, Серёга. Ребята быстренько собрали свои вещи и вышли из вагона.
Харьков встретил мальчишек утренней прохладой и, несмотря на ранний час, нескончаемой людской суетой, присущей всем крупным вокзалам. По громкоговорящей связи женский голос почти непрерывно объявлял о прибытие и отправление поездов, информировал пассажиров о правилах поведения на вокзале, рассказывал об услугах, предоставляемых вокзальными службами. Никогда ранее не видевшие носильщиков в белых фартуках, с алюминиевыми бляхами на груди, толкающими перед собой тележки, доверху нагруженные чемоданами, мальчишки с удивлением открыв рты смотрели на них. А кругом сновали люди, с чемоданами, мешками, корзинами, баулами и сумками. Чтобы попасть с платформы в помещение вокзала, ребятам пришлось спуститься в подземный переход, что для них было тоже в новинку.
Сам вокзал подавил мальчишек своей красотой и мощью: стоя на мраморном полу, посреди огромного зала, они задрав вверх головы с удивление рассматривали вокзальный купол подпираемый громадными мраморными колонами и расписанный картинами военной и революционной тематики. Когда они вышли наружу, то увидели, что по обе стороны от основного здания стоят две высоких одинаковых башни. На верху одной из них были расположены часы, а на другой герб Советского Союза. По раскинувшейся перед вокзалом привокзальной площади с лязганьем и грохотом ехали два трамвайных вагона. Вдруг из-под токосъёмной дуги трамвая посыпались искры. Это случилось так внезапно, что мальчишки от неожиданности вздрогнули. Всё вокруг было ново и пугающе необычно.
Понимая, что в такой ранний час ехать в техникум не имеет смысла, ребята побродив по вокзалу и привокзальной площади изрядно проголодались и решили подкрепиться. Купив каждый по три горячих пирожка с ливером (пять копеек штука) у толстой тётки, торговавшей возле вокзального входа, они отыскали на привокзальной площади лавочку, стоящую рядом с автоматами газированной воды и, разместившись на ней, стали с аппетитом «уминать» пирожки. Закончив с ними и выпив по два стакана газировки с сиропом, (три копейки стакан) сытые и довольные, пригревшись на солнышке, мальчишки задремали.
«Вам, что здесь спальный вагон?» – сквозь сладкую дрёму услышали ребята чей-то голос. Открыв глаза они увидели, стоящего перед лавочкой, милиционера. Расставив ноги на ширину плеч, в летней серой рубашке с галстуком, сержант милиции строго смотрел на подростков. «Вы что здесь делаете?» – спросил он увидев, что они проснулись. Перспектива оказаться в отделении милиции совсем не входила в планы ребят, и они испуганно наперебой стали рассказывать стражу порядка, что только сегодня утром приехали из другого города поступать в техникум, ночью не выспались – присели на лавку перекусить и сморил сон. Выслушав сбивчивый рассказ мальчишек, милиционер показав рукой на вокзальные часы ответил: «Так время уже девять часов, что ж вы здесь дрыхните. Дуйте в свой техникум! Кстати, на какой он улице»? «Дмитриевская, двадцать шесть!» – чуть ли не хором ответили ребята. «Ну это совсем недалеко. Сядете на трамвай «тройку» и сойдёте на пятой по счёту остановке. Это и будет улица Дмитриевская. Удачи вам», - сержант повернулся и пошёл в сторону вокзала. Поняв, что всё обошлось, мальчишки облегчённо вздохнули, и собрав свои нехитрые пожитки пошли на трамвайную остановку. Мишка больше всех радовался тому, что милиционер отпустил их, потому что в его кирзовой школьной сумке. вместе с чистым бельём и продуктами, положенными мамой в дорогу, лежал завёрнутый в майку финский нож с наборной ручкой из плексигласа.
Нужный трамвай ждать пришлось недолго. Никогда не ездившие на таком транспорте подростки с опаской зашли в трамвайный вагон вместе с другими пассажирами. Оглядевшись вокруг они обнаружили, что вместо кондуктора у входных дверей расположены билетные кассы. Люди подходили к кассе, в узкую щель бросали деньги за проезд, а затем покрутив чёрную ручку отрывали билеты. Мальчишки, посчитав, что пять остановок можно проехать бесплатно, билеты покупать не стали, а прошли и сели на сиденья в конце вагона. Покинув привокзальную площадь, трамвай вскоре повернул налево и выехал на широкую улицу плотно застроенную красивыми зданиями, в которых располагались магазины, рестораны, столовые и закусочные. На зданиях висели красочные вывески, одни из них были написаны на русском языке, а другие на украинском. Вывески на украинском мальчишкам показались смешными. Они тыкали в них пальцами и прочитав громко смеялись. Ребята так увлеклись этой игрой, что чуть было не проехали свою остановку.
Техникум нашли быстро, он оказался в ста метрах от трамвайной остановки. Судя по архитектурным излишествам на фасаде, здание техникума было построено ещё до революции. Отворив массивные дубовые двери, подростки оказались в просторном фойе с мраморными полами и вычурным высоким потолком. В глубине фойе стояли три стола, за ними сидели две женщины средних лет и седовласый мужчина. На стене над ними был прибит лист ватмана с надписью «Приёмная комиссия». Робея от важности момента мальчишки подошли к столам.
Члены комиссии по очереди стали знакомиться с документами подростков и задавать им вопросы. Больше всего спрашивал седовласый мужчина, как потом оказалось – председатель комиссии. И судя по его вопросам ребята поняли, что их родной городок, откуда они приехали по его словам, имел дурную славу. Наконец седовласый, посовещавшись с женщинами, с тяжёлым вздохом, принял у мальчишек документы. После этого секретарь приёмной комиссии, симпатичная блондинка, выдала им направления для заселения в общежитие на время сдачи экзаменов, и подробно рассказала ребятам, как и на чём доехать до их временного жилища. Радостные от того, что у них всё так удачно складывается, подростки покинули учебное заведение.
Если техникум был расположен почти в центре города, то общежитие было в другом районе, и до него нужно было добираться общественным транспортом. Пропустив три автобуса, ребята с горем пополам втиснулись в, набитый под завязку людьми, четвёртый. Доехав до нужной остановке мальчишки потные, взъерошенные и сердитые, выбрались наружу и пошли искать общежитие.
Поплутав по узким улочкам они в глубине квартала, застроенного потемневшими от времени кирпичными зданиями, наконец нашли то, что искали – трёхэтажный мрачный дом с давно немытыми окнами. Это и было общежитие, или в просторечье – общага. На входе в общагу сидел вахтёр – седой старик с красным, как помидор лицом. Тут же на первом этаже находился кабинет коменданта. Комендантом оказалась строгая неулыбчивая женщина. Выдав мальчишкам постельное бельё, она сняв ключ с доски вахтёра, вместе с подростками, поднялась на второй этаж, показала им комнату, и рассказала правила проживания в общежитие. Когда комендантша ушла, ребята заправили кровати и завалились спать.
Проснулись мальчишки, когда солнце по небу прошло большую часть своего дневного пути. Очень хотелось есть, и они вспомнив, что каждому из них родители положили в дорогу что-то съестное, стали доставать из сумок припасы. Сало, варёные яички, картошка в мундире, огурцы, помидоры и хлеб были у всех, кроме того у Юрки в холщовой сумке оказалась, завёрнутая в промасленную бумагу, жареная курица. Разложив продукты на стол застланный газетой, подростки уселись вокруг него. Потом Мишка достал «финку» и пополам разрезал курицу. Юрка, чтобы удостовериться, не испортилась ли она, понюхал обе половинки и дал добро: «Налетай, пацаны!» Мальчишки, тут же набросились на еду, крепкие белые зубы начали перемалывать: куриное мясо, яички, помидоры и огурцы. Насытившись, они убрали со стола, и пошли искать где помыть руки.
В одном конце коридора был расположен санузел (душевая и туалет), а в другом – кухня. На кухне они увидели: разделочный стол, две газовых плиты, раковину с латунным краном, а в шкафчике стояла посуда: чайники, кастрюли, эмалированные кружки и чугунные сковородки. Это ребят очень обрадовало. Помыв руки, они тут же налили чайник и поставили его на огонь. В шкафу нашлась, будто для них, кем-то оставленная полупустая пачка грузинского чая, а в стеклянной банке на донышке был сахар. Попив чайку, они ушли в комнату, и хотя комендантша говорила, что в комнате курить нельзя, упав на кровати – закурили.
Так, как до первого экзамена оставалось два дня, мальчишки стали думать, чем занять это время. Хотелось многого: посетить цирк, зоопарк, сходить в кино и просто посмотреть город, но все желания ограничивались денежными возможностями. Подросткам нужно было как-то прожить эти четыре-пять дней: кушать, платить за проезд в транспорте и ещё оставить денег на обратный билет. День уже подходил к концу, в общежитие сидеть не хотелось, и они решили съездить погулять по той улице, по которой ехали на трамвае. И заодно где-нибудь купить заварки и сахару, чтобы утром и вечером можно было в одщежитие попить чаю. Ну и если получиться отыскать в районе техникума дешёвую столовую.
В автобусе, как и в трамвае вместо кондуктора тоже стояли кассы, но стоимость проезда была выше – пять копеек. Пассажиров в салоне было мало и когда мальчишки проехав одну остановку не купили билетов, водитель, то и дело посматривающий на них в зеркало заднего вида, попросил их оплатить проезд. Подросткам ничего не оставалось, как выполнить эту просьбу. Посматривая в окошко мальчишки замечали и запоминали дорогу и достопримечательности, попадавшиеся на пути. Не доезжая одной остановки до техникума, у проходной какого-то завода они увидели вывеску «Столовая» и справедливо посчитали, что в ней будет удобно и дёшево обедать.
Улица, по которой ездили трамваи, называлась именем революционера Якова Свердлова, она была прямой, как стрела, длинной и шумной. В одну сторону насколько хватало глаз, улица уходила вдаль и поднималась в гору. В другую – там, где по всем признакам был центр города, упиралась в высокое здание. Посовещавшись, подростки пошли в сторону центра, по пути рассматривая вывески, витрины и попадавшиеся на их пути красивые старинные дома. Сравнивая названия магазинов на украинском языке и товар выставленный в витрине ребята осваивали незнакомый им язык. Легко было догадаться, что надпись «взуття», над магазином в витрине которого стояли ботинки, означала обувь, а если на вывеске написано «человечий одяг», и продают мужские костюмы, то мужская одежда. Двигаясь прогулочным шагом мальчишки всё ближе и ближе подходили к высокому зданию в конце улицы, но внезапно дома по обеим сторонам закончились, и они оказались у моста через речку, по ширине своей не превосходящей Валуй. Но в отличие от Валуя вода в речки была мутной, а на поверхности воды плавали радужные пятна.
Но противоположном берегу, на набережной, по обе стороны от моста ребята рассмотрели два зелёных сквера, а за ними виднелась широкая площадь. Высокое здание, которое они видели издалека, оказалось стоящим на площади Центральным универмагом. Уставшие от пешей прогулки, мальчишки перешли через мост и углубились в сквер. Выбрав лавочку подальше от посторонних глаз, и присев на неё, они закурили. От переполнявших их впечатлений кругом шла голова, а от пешей прогулки гудели ноги. Сперва все молчали, переваривая впечатления, потом Мишка нарушил тишину: «Пацаны, я придумал как можно сэкономить на проезде. За три билета нам нужно в трамвае заплатить девять копеек. А кто проверит сколько мы опустили в кассу? Бросил три или две копейки и оторвал три билета. А «зайцем» ездить не стоит – контролёры могут поймать». На том и порешили.
От речки веяло прохладой, вокруг были чистенькие асфальтовые дорожки, зелёные газоны на которых росли липы с раскидистыми кронами, в сквере ребятам очень понравилось. Посидев полчаса они решили, что пора возвращаться в общежитие. Выйдя на площадь, мальчишки купили в продуктовом магазине сахар и чай, а киоске где продавали сувениры колоду игральных карт. Дождавшись сдвоенного трамвая, они вошли во второй вагон. Ещё стоя на остановке подростки договорились, что билеты будет отрывать Мишка. Он заранее приготовил две копейки и крепко зажал их в потной руке. Поднявшись в вагон, в душе понимая, что совершает нехороший поступок, подросток опустил монетки в кассу и торопливо оторвал три билета. Оглядевшись по сторонам и увидев, что никому из пассажиров до него нет дела, он радостный от того, что всё получилось удачно, прошёл к друзьям, стоящим на задней площадке. Такой же трюк с билетами мальчишки проделали и в автобусе.
До общаги подростки добрались засветло и без приключений. Но там их ждал сюрприз – ключа от их комнаты на вахте не оказалось. Вахтёр объяснил мальчишкам, что к ним заселили ещё одного абитуриента. Значение слова абитуриент ребята не знали, но спрашивать у краснолицего старика постеснялись. Поднявшись на второй этаж, они обнаружили, что их комната изнутри заперта на ключ. Прижавшись ухом к двери, и не услышав ни каких звуков, Мишка тихонько постучал. В ответ ни звука. Он постучал громче – ни каких изменений. И только когда ребята втроём стали барабанить, дверь отворилась. На пороге стоял смуглый, черноволосый, похожий на цыгана, заспанный подросток. «Ты что ли абитуриент»? – спросил его Юрка. «Не, я Дмитро Мовчан», - ответил мальчишка. «Что ж ты, Дмитро Мовчан, не открываешь? Полчаса уж стучим», – строгим голосом спросил Мишка. «Спав я, хлопцы! Намаявся у дороги, и спав!» – ответил Дмитро. «Ну ладно на первый раз тебя простим», - сказал Серёга, и ребята оттеснив Мовчана зашли в комнату.
После прогулки по городу они изрядно проголодались, организм требовал восстановить потраченные силы, и мальчишки первым делом сели трапезничать. Пригласили к столу и абитуриента, но он отказался, и, развязав узелок с едой, устроился отдельно от ребят на тумбочке. После еды, закурили и стали расспрашивать нового соседа, кто он и откуда взялся. Рассказывал про себя он неохотно, видимо стеснялся сельского происхождения. Ребята с трудом, но выяснили, что он из Полтавской области, в большом городе оказался впервые, и сегодня сдал документы в приёмную комиссию. Мальчишки сказали соседу, что звать его будут Митей, а прозвище у него будет Абитуриент. И пусть он на это не обижается – так его назвал вахтёр.
Спать было ещё рано, и чтобы скоротать время до сна, пацаны сели поиграть в карты. Распечатали новую колоду, пригласили в игру и Митю, тот согласился. Сперва играли в «дурака», а потом Серёга, подмигнув Мишке, сказал: «Пацаны, надоел уже «дурак», давай в «очко» по копеечке сыграем!» «Давай!» – поддержали Юрка и Мишка. Дмитро сославшись на то, что не умеет играть – отказался. Но подростки рассказали ему, что игра лёгкая, он быстро научиться. мол поиграем для начала на спички, а уже потом, если он захочет можно и на деньги, и Митя сдался. Ребята быстренько объяснили ему правила, раздали карты, и игра началась.
Играть в «очко» Абитуриент действительно научился быстро, уже через пятнадцать минут он, как заправский игрок, подражая пацанам, говорил: «Ещё одну карту. Себе. Иду на банк». И честно говоря, ему, как и всем новичкам здорово везло – горка выигранных спичек росла возле Мити после каждого круга. Он оживился, заблестели глаза, чувствовалось, что паренёк входит в азарт. После того, как почти все спички скопились возле Мити, а у других игроков осталось всего по нескольку штук, тот окончательно поверил, что фортуна повернулась к нему лицом и сам предложил: «А давайте, хлопцы, на гроши сыграем, по пять копеек на банк!» Пацаны переглянулись. «Что ж на гроши, так на гроши! Банкуем!» - ответил за всех Мишка. Поставили на банк по пять копеек, и игра началась.
Первым банковал Серёга. Юрка пошёл на десять копеек и проиграл. Следующим играл Митя, в банке было тридцать копеек, и он их выиграл. Потом банкиром стал Юрка, и опять Митя снял с кона двадцать копеек. Выиграв за две минуты пятьдесят копеек, он повеселел, и толи от волнения, толи от радости на его смуглых щеках заиграл румянец. Очередь банковать перешла к нему и снова фортуна была на его стороне – снял с кона пятьдесят копеек. Наступила Мишкина очередь быть банкиром. И тут случилось неожиданное, вместо того чтобы положить в банк как все пять копеек, он положил пятьдесят. Потом тщательно перетасовал карты, и дал сдвинуть колоду Абитуриенту. Когда тот сдвинул, то Мишка незаметно повернув боком колоду, увидел, что внизу лежит десятка. Бросив всем по карте, он зажал колоду в левой руке так, как его учил когда-то Валерка Буркин и переместил лежащую под низом десятку назад. Серёга и Юрка оба сыграли на банк и у обоих оказался перебор. Теперь на кону было два рубля шестьдесят копеек. Митины глаза зажглись алчным светом. Ни секунды не колеблясь он пошёл на всё. Банкир бросил ему карту. Открыв её Митя сказал: «Играй себе». Перевернув карту, лежащую перед ним, и увидев, что это десятка, Мишка ловко выкинул сдвинутую им назад десятку. «Двадцать – банкирское очко! Ваши не пляшут!» - сказал он. Алчный огонёк угас в глазах Дмитро, вскрыв свои карты он показал, что у него тоже двадцать. Так как сумма в банке утроилась, то Мишка объявил «стук». Раздав всем по карте, он в точности повторил предыдущий номер, то есть, скосив глаза увидел, что под низом лежит бубновый туз и отодвинул его назад. Подыгрывая банкиру и поднимая ставки, Серёга и Юрка пошли на банк и оба проиграли. Теперь на кону стояли громадные деньги – десять рублей сорок копеек. Чёрные цыганские Митины глаза вновь запылали алчным огнём. Он долго думал, как ему быть, но видимо уверивши, что фортуна на его стороне, а прошлый проигрыш был случайным, да и карта на руках, наверное, была хорошая, решился. «На всё! Давай одну карту», - осипшим, от волнения, голосом сказал Дмитро. «А у тебя есть чем расплатиться?» – вкрадчиво спросил Мишка. «Есть», - Митя достал из кармана две измятые пятирублёвки. Посмотрев протянутую банкиром карту задумался. «Давай ещё одну», - после долгих раздумий сказал он. «Видимо к десятке или тузу пришла мелочь». – подумал Мишка, и вытащив, сдвинутого назад, туза протянул ему. Увидев туза, Абитуриент изменился в лице – вместо розового оно стал серым. «Ну, что там у тебя? Что ты застыл, говори?» - почти одновременно спросили Серёга и Юрка. «Перебор», - чуть слышно ответил Митя – «Хлопцы, як же так? Шо теперь робыть?» «Шо робыть? Проиграл – деньги гони», - сказал Серёга. Дрожащими руками Митя достал десять рублей и положил на стол. «Ну что ещё поиграем, или отбой?» - спросил, Мишка, сгребая деньги со стола. «Чаю попьём и спать», - ответил Юрка.
На следующий день мальчишки проснулись, когда солнце, поднявшись уже довольно высоко, заглянуло к ним в комнату. Единственные часы, старенькая «Победа», были у Юрки, и он посмотрев на них, оповестил, что уже десять часов утра. Ребята выйдя умываться, с удивлением обнаружили, что общежитие, ещё вчера казавшееся пустым, забурлило жизнью. В коридоре они встретили не только своих сверстников, но молодых людей значительно старше себя, на кухне были слышны голоса и звон посуды, а за дверями других комнат раздавался смех. Впрочем, это всё было понятно – завтра предстоял первый вступительный экзамен, и поступающие из других городов приезжали в Харьков.
Посмотрев свои продуктовые запасы, на завтрак решили пожарить картошку на сале. Митя, видимо переживая свой вчерашний проигрыш, с утра не произнёс ни слова. Чтобы как-то поднять ему настроение, пригласили к столу. Немного поломавшись, он согласился. За завтраком решили сходить в зоопарк – посмотреть на зверей. Позвали с собой и Абитуриента, он поначалу, сославшись на отсутствие денег, отказался, но мальчишки уломали его, пообещав, что проезд в транспорте, билеты в зоопарк, а также мороженое и обед в столовой за их счёт.
Время уже перевалило далеко за полдень, когда ребята, узнав у вахтёра, как добраться до зоопарка, покинули общежитие. Зоопарк был расположен в центре города, на территории парка имени Тараса Шевченко. До него добрались довольно быстро и без приключений. В автобусах и трамваях, мальчишки уже не озирались по сторонам, а уверено подходили к кассе и опустив две-три копейки отрывали четыре билета. Внимания на них никто не обращал. Пока добирались до зоопарка увидели много интересного: вечный огонь, планетарий и несколько красивых церквей.
Купив билеты и мороженое, «Эскимо» на палочке, ребята пошли бродить по зоопарку. Он занимал огромную территорию, а уж сколько на этой территории проживало зверей и птиц, сосчитать было невозможно. Сначала подходили к каждому вольеру и клетке, подолгу рассматривали животных, читали таблички, но поняв, что до закрытия они не смогут осмотреть и половины, решили подходить только к тем животным, возле которых толпилось много людей. Больше всего времени не менее часа мальчишки провели у клеток с обезьянами. На них можно было смотреть до бесконечности, приматы кривлялись, строили рожицы людями и выделывали всякие смешные номера. Народ собравшийся у клеток с обезьянами, тоже гримасничал и строил рожицы, но уже обезьянам. И люди, и их ближайшие родственники глядя друг на дружку заливались смехом. Погуляв по зоопарку и вдоволь насмотревшись на животных, мальчишки изрядно проголодались, и пошли искать где бы покушать.
Время было уже вечерние, ехать в заводскую столовую, которую они видели в районе техникума, было бессмысленно, кушать в кафе дорого и поэтому ребята остановились на пирожках. На выходе из зоопарка, на их счастье, рядом с мороженым продавали горячие пирожки, подростки купив по четыре штуки на брата, устроившись на лавочке за считанные минуты скушали их.
Чтобы не заблудиться, назад возвращались той же дорогой. Когда вышли на площадь, где был расположен Центральный универмаг, то на город опустились сумерки и зажглось уличное освещение. Было очень тепло и Юрка предложил: «Пацаны, давай посидим на лавочке в сквере у реки, вечер такой замечательный!» Мишка его тут же поддержал, а Серёга и Митя, сославшись, что завтра экзамен и нужно рано вставать, решили ехать в общежитие. И мальчишки разошлись в разные стороны.
Перед тем, как идти в сквер Мишка и Юрка, пошатавшись по площади, обнаружили в дальнем её конце подвальчик с вывеской «Вино на разлив». Переглянувшись, они решительно открыли дверь и зашли в него. В подвальчике висел плотный сизый дым, за высокими столиками расположились мужчины. По раскрасневшимся лицам и оживлённому разговору было заметно, что все они были изрядно выпивши. В полутёмном углу стояли два приблатнённых подростка, со стаканами вина в руках. Увидев вошедших Мишку и Юрку, они с нескрываемым интересом стали рассматривать их. Не обращая ни на кого внимания, мальчишки подошли к прилавку и заказали по «сотке» белого портвейна и по конфетке на закуску. Женщина-продавец с хмурым лицом отмерила мерным стаканчиком два раза по сто граммов, положила рядом две конфетки, и подвинув всё это в сторону ребят, сказала: «С вас восемьдесят четыре копейки». Мишка вытащил из кармана выигранные у Мити две пятирублёвки и одну протянул продавцу. Выпив вино и закусив конфетками, ребята прямым ходом пошли в сквер, и усевшись на лавочку недалеко от фонаря, закурили. От выпитого портвейна по телу разлилось приятное тепло, а в голове слегка зашумело. Настроение было отличное: над головой раскинулось звёздное небо, от речки тянуло прохладой, а в сквере было безлюдно.
Вдруг в конце аллеи возникли две тёмные фигуры, неспешно двигавшиеся в их сторону. Когда фигуры поравнялись с лавочкой, то мальчишки узнали в них приблатнённых подростков, что были в винном подвальчике. Конечно, это могло быть чистой случайностью, что приблатнённые оказались здесь, но выросшие на Монастырке и воспитанные по суровым законам улицы, ребята мало верили в такие случайности, и сразу насторожились. Выбросив папироску, Мишка засунул правую руку в карман, и сжал наборную рукоятку «финки». Приблатнённые развинченной походкой почти вплотную подошли к лавочке. Один из них, тот что был ближе к Мишке, вытащил из кармана наган и тускло сверкнув жёлтой фиксой, сказал: «Ну, что, колхозники, обхезались? Не бздите, вас не тронем, это гоп-стоп! Гоните, филки! О! Смотри-ка у него бочата! Сева, помоги ему расстаться с ними!» Фиксатый показал стволом нагана на Юркины часы. В первый момент, когда Мишка увидел наган, то испугался, а потом присмотревшись понял: «Наган не настоящий, а скорее игрушка, пробками стреляет. На понт хотят взять гады!». Если бы он никогда не видел и не держал в руках настоящее оружия в том числе наган, то, наверное, бы поверил. Но он и видел, и держал, и даже у него самого был когда-то пусть и ржавый, но настоящий «Парабеллум», а из чёрного воронёного «ТТ» ему давал стрелять Женька Поп, за два дня до того, как самого замели на восемь лет, за вооружённый налёт на инкассаторов.
Судя по поведению фиксатого, Мишка безошибочно определил, что тот главный. «Значит, нужно бить его», - подумал он, и видя, что всё внимание налётчиков сосредоточено на Юркиных часах, вытащив из кармана «финку», дрожащей рукой с размаха ударил фиксатого в ягодицу. Нож проткнув тонкие штаны и сатиновые чёрные трусы, как в масло вошёл в тощую задницу налётчика. Тот в горячке не почувствовав боли и скорее всего не поняв, что случилось, перевёл взгляд на Мишку, но увидев у него в руках окровавленный нож, а потом почувствовав, как вниз по ноге потекла кровь, побледнев сказал: «Сева, он меня «финкой» пырнул». Сева, невзрачный прыщавый подросток в кепке восьмиклинке, отпустив Юркину руку, растерянно посмотрел на своего кореша. Юрка, воспользовавшись замешательством прыщавого налётчика, не вставая со скамейки ударил его справа в челюсть. Устояв от удара, Сева развернулся и со всех ног побежал в темноту. Его дружок с ужасом смотревший на окровавленный нож в руках Мишки, и обнаружив, что он остался один, тоже развернулся и прихрамывая на левую ногу попытался скрыться, но Юрка, который вскочил со скамейки раньше его, подставил подножку. Уронив своё оружие, фиксатый рухнул на землю. Мишка встал со скамейки и поднял револьвер, он действительно был игрушкой, стреляющей пробками. Внутри у подростка всё дрожало от напряжения, и он понимал, что пока никого нет, нужно срочно уходить, но просто так уходить было нельзя. Пнув ногой фиксатого, он спросил: «Ну что, сявка, лаве есть? Гони быстро, не заставляй меня шмон устраивать». Налётчик встав на колени вытащил из кармана три рубля с мелочью. Мишка сунул деньги в карман, дрожащими руками вытер нож об штаны фиксатого и сказал: «Час лежи и не вставай, падла. Встанешь - вернёмся и зарежем». И когда он это говорил, верил, что так и он и сделает. Потом они с Юркой нырнули в темноту и побежали со всех ног в сторону трамвайной остановки.
До общаги пацаны добрались за десять минут до того, как краснолицый вахтёр закрыл её двери на замок. Запуская в здание подростков он посмотрев на них, сказал: «Отчаянные вы хлопцы, по ночам шатаетесь. Здесь Холодная гора – бандитский район, раздеть могут». Юрка с Мишкой посмотрев на вахтёра, которому они уже давно дали прозвище Помидор, в ответ усмехнулись, и скромно промолчали.
Перед тем, как заснуть, Мишка долго ворочался и думал, а правильно ли он сделал, что ударил ножом фиксатого, но как он не крутил, получалось правильно, если бы он не ударил, то налётчики оставили бы их без копейки денег, в чужом городе и среди чужих людей. И как бы им пришлось выкручиваться из этого, он представить не мог. Сделав такой вывод подросток уснул крепким здоровым сном.
Утром следующего дня, хоть ребята и проснулись в шесть часов, общежитие гудело, как растревоженный улей. В умывальник стояла очередь, а на кухню пробиться было просто невозможно. Чтобы не испытывать судьбу и не опоздать на экзамен назначенный на десять утра, мальчишки решили позавтракать в заводской столовой, что присмотрели в квартале от техникума.
Меню висевшее на входе в столовую приятно шокировало ребят: суп стоил восемь копеек, котлета – десять, а любой гарнир к ней – пять, если взять компот или молоко, то вполне можно уложиться в тридцать копеек. Сытно позавтракав, подростки, довольные жизнью, пошли пешком в техникум.
В учебном заведение царила экзаменационная суета: нарядные юноши и девушки сновали по лестницам вверх и вниз и спрашивали друг друга, о том, где будут принимать экзамены. Особо впечатлительные раскрывали душу каждому встречному-поперечному, как они волнуются по этому поводу. Так как, время ещё позволяло, мальчишки побродили по техникуму, переходя с этажа на этаж, они заглядывали в аудитории и лаборатории. Всё им очень понравилось и после этой экскурсии, им ещё сильнее захотелось учиться в этом учебном заведение.
Вступительных экзаменов сдавали два, и первый был сочинение – проверка знаний по русскому языку и литературе. По поводу экзаменов, Мишка нисколечко не волновался – писать сочинения он умел и любил. А математику в пределах восьмого класса знал замечательно. Ближе к девяти часам утра фойе и коридоры техникума были полностью забиты молодыми людьми возрастом от пятнадцати до двадцати пяти лет. Девчонок среди них было очень мало, что очень удивило подростков.
В фойе, на входе в здание, там, где была раньше надпись «Приёмная комиссия», теперь вывесили списки с фамилиями поступающих и номерами аудиторий в которых они будут сдавать экзамены. Поискав глазами в списках себя, ребята обнаружили, что Юрка, Серёга и Митя сдают экзамены в аудитории номер двадцать четыре, а Мишка – в аудитории номер двадцать шесть.
Без десяти десять стали приглашать на экзамен. Мишку, так как его фамилия начиналась на «Б» вызвали четвёртым. Экзаменуемые сидели за столами по одному, а на написание сочинения было отведено полтора часа. Когда аудитория наполнилась, всем раздали по четыре сшитых вместе тетрадных листа, с печатью учебного заведения на первой странице, и по два листика на черновики. Предложенных для сочинения тем было три, а так, как они полностью совпадали с темами школьных экзаменов, то Мишка недолго думая выбрал ту, что писал два месяца назад в школе – «Образ России в произведениях русских классиков». Не раздумывая ни одной минутки, он быстренько набросал на черновике основные тезисы сочинения, и уже через сорок минут без спешки и суеты переписал всё на чистовик. Закончив, он с интересом незаметно для преподавателя, стал рассматривать сидящих в аудитории ребят. В основном это были его ровесники мальчишки и девчонки, но среди них было несколько молодых людей которым далеко за двадцать. В частности, прямо перед ним сидел одетый в клетчатый пиджак мужчина с обширной плешью на голове, тщательно скрываемой зачёсанными сбоку редкими волосами. Неожиданно для Мишки, этот мужчина повернулся к нему и указал пальцем вниз. Посмотрев под стол, Мишка увидел, лежащий на полу лист бумаги, подняв его, он прочитал: «Помоги. Тема «Павка Корчагин, как герой нашего времени». Тема была лёгкая и подросток быстренько набросав на черновик всяких идеологических штампов и лозунгов, бросив исписанный с обеих сторон листок под стол соседа, и тихонько толкнул его в клетчатую спину. Затем поднялся, сдал экзаменатору свою работу и пошёл курить на улицу.
После экзамена мальчишки посовещавшись решили, первым делом сходить пообедать в столовую, а затем съездить на вокзал и узнать расписание поездов назавтра. Завтра они должны были сдавать второй устный экзамен, а также узнать итоги сегодняшнего, и независимо от того будут они положительные или отрицательные, в любом случае можно будет уехать домой.
На привокзальной площади царила суета: подъезжали и отъезжали автобусы, трамваи и такси, из них выходили нагруженные чемоданами, баулами и корзинами пассажиры, а другие пассажиры с чемоданами, баулами и корзинами, наоборот заходили в автобусы, трамваи и садились в такси. Подростки, за три дня, привыкнув к шуму и городской скученности людей, ничему этому уже не удивлялись, и выскочив из трамвая сразу отправились искать расписание движения поездов. Недолго побродив по вокзалу они нашли его рядом с билетными кассами. Собственно, поездов которыми можно было добраться до дома было два, и оба скорых – «Одесса – Новосибирск» и «Харьков – Владивосток». Первый отправлялся в два часа дня и прибывал в их городок в шесть пятнадцать вечера, а второй – в шесть тридцать вечера и прибывал в одиннадцать ночи. Решили, что завтра будут ориентироваться по времени, на какой успеют, на том и поедут.
По приезду в общежитие, когда мальчишки поднялись на свой этаж, первый кто им встретился был Мишкин знакомый в клетчатом пиджаке. Увидев подростка он заулыбался, и, взяв его за руку отвёл в сторону. «Хочу тебя поблагодарить за помощь, и давай познакомимся. Женя», - он протянул мальчишке руку. «Миша», - ответил тот. Потом возникла неловкая пауза. Чтобы продолжить разговор, Мишка решился задать мучивший его весь день вопрос: «Слушай, Жень, а как так получилось, что вместе с нами восьмиклассниками, поступает много людей старше нас? Вот ты, например». «А, вот ты про что. Мы все с производства. Я, к твоему сведению, восемь классов десять лет назад окончил. Потом на монтёра связи в училище учился два года. И восемь лет работал монтёром. Вот теперь решил в техникум проступить. Только не знаю экзамены сдать получиться или нет? Но шанс есть – нас принимают вне конкурса, все понимают, что школьную программу мы забыли».
Утром следующего дня ребята, собрав свои вещи, сдали постельное бельё и комнату коменданту общежития, после этого плотно позавтракав в заводской столовой пошли в техникум. Как и вчера экзамен начинался в десять часов. Сдавали математику устно. В отличие от вчерашнего дня в аудиторию одновременно заходили по десять человек, брали экзаменационные билеты и по мере готовности отвечали.
Мишка зашёл в первой десятке, взял билет, назвал его номер. Сел за свободный стол и стал готовиться. В билете было три вопроса: два по алгебре и один по геометрии. Мишка посидев и подумав над ответами, через пятнадцать минут был готов отвечать, но оказалось, что не только он хорошо знает математику в объёме восьмилетней школы. Первой вышла к доске невысокая девчонка с русыми волосами, собранными на затылке в тугой узел. После того, как она отбарабанила свой билет, её место занял худенький светловолосый подросток. Когда он ответил на все вопросы, к доске вышел Мишка. Через пять минут получив за математику четвёрку, он радостный покинул аудиторию.
Дожидаясь своих друзей Мишка, потолкавшись среди желающих поступить, узнал, что проходной балл на отделение «Проводная связь» - «восемь» и тех, кто сдал оба экзамена на «четыре» примут в техникум без вопросов, и хотя он был уверен, что за сочинение ему поставят не меньше «четвёрки», всё равно волновался. Вскоре, в коридор, выскочили друг за другом радостные Юрка и Серёга. «Сдал! Четвёрка!» - были первые слова каждого из них. Теперь мальчишкам осталось узнать примут их в учебное заведение или нет, и можно со спокойной душой ехать домой. Ждать списков пришлось долго. Только в четыре часа дня в фойе вышла секретарь приёмной комиссии и повесила их на доску объявления. Мальчишкам повезло, что они в этот момент находились рядом с доской, так как через несколько минут фойе заполнилось до предела людьми, и к спискам пробиться было уже невозможно. Мишка, отыскав свою фамилию, с облегчением выдохнул: «Поступил!» Поступили в техникум и его друзья. До отправления поезда оставался час, и ребята чтобы не опоздать, помчались на вокзал.
Ближайшая станция, на которой останавливался поезд, называлась Чугуев, и билет до неё в общем вагоне стоил девяносто копеек. Купив билеты до этой станции, подростки стремглав понеслись на четвёртую платформу, где уже стоял их поезд. Двенадцатый вагон находился почти в самом конце. Предъявив билеты проводнице, стоящей у входа, друзья поднялись в вагон и пошли искать свободные места. Проходя мимо служебного купе проводников, Мишка услышал, как кто-то из купе сказал: «Вот так встреча! Глазам своим не верю! Неужели, опять это ты, кудрявенький?» Подросток повернул голову и увидел молоденькую проводницу, что будила его в то утро, когда он с друзьями приехал в Харьков. На лице девушки одновременно отражались радость и удивление. Она широко улыбалась, а в её глазах бегали озорные чёртики. Мишка, посмотрев на неё, в свою очередь улыбнувшись сказал: «Привет!» «Что опять «зайцем» собираешься ехать?» - лукаво спросила проводничка. «Нет, билет есть до Чугуева», - ответил подросток. «А дальше, как?» «Дальше, видно будет»,- стараясь не ударить лицом в грязь перед девушкой, храбрился Мишка. «Хочешь дам совет? Обычно ревизоры садятся в Харькове, до Купянска они успевают проверить билеты в поезде и там выходят. Как только выедим из Харькова идите в ресторан – там они билетов не проверяют. А после Купянска возвращайтесь назад – сегодня ночью я дежурю. Кстати, меня Леной зовут, а тебя как?» «Миша», - ответил паренёк и пошёл искать друзей.
Чтобы не подвергать себя риску, ребята решили последовать совету Лены и, как только поезд вырвался за город, пошли в вагон-ресторан. Он находился в середине поезда, и чтобы попасть в него, мальчишкам пришлось пройти через четыре вагона. Один из них был такой же, как и у них – общий, а три других – купейные. Подростков поразила разница между вагонами. Если в общем все были на виду, и проходя через него можно было увидеть плачущих детей, выпивающие или играющие в карты компании, и даже наткнуться на чьи-то торчащие с верхней полки в рваных носках ноги, то в купейном, двери в купе в большинстве своём оказались закрыты, а в длинном коридоре лежала красивая ковровая дорожка. Единственное, что объединяло эти вагоны – тамбуры, где было не продохнуть от табачного дыма, и не протолкнуться от курящих мужиков. Наконец ребята преодолев, лязгающий сцепкой, наполненный стуком колёс и свистом ветра, очередной переход между вагонами, добрались до ресторана.
Никто из мальчишек никогда в своей жизни не бывал в таких заведениях, поэтому в ресторан они заходили с опаской. Но оказалось, что опасаться нечего, а наоборот, стоящая за стойкой женщина, увидев их сказала: «Заходите, ребята, не стесняйтесь». Приободрившись, таким приёмом, подростки вошли и заняли столик в середине зала. Посмотрев меню, они прикинув свои возможности и сопоставив их со своим аппетитом, заказали каждому по салату, отбивной котлете с гарниром, бутылку белого портвейна и три нарзана. В ресторане кроме них не было никого, и мальчишки в ожидание заказа, освоившись, удобно откинулись на спинки стульев, а увидев на столе пепельницу, закурили. Заказ пришлось ждать долго, и за это время зал постепенно наполнился посетителями, а вместе с ними и шумом, звоном посуды и табачным дымом. Торопиться подросткам было некуда и они, как настоящие прожигатели жизни, лениво потягивали вино и курили папироски. Приблизительно через час-полтора через вагон-ресторан прошли два ревизора одетые в форму железнодорожников. Поначалу увидев их ребята несмотря на хмель в голове, немного испугались: «А вдруг начнут проверять билеты!» Но ревизоры не задерживаясь прошли через зал, и мальчишки проводив их взглядом, облегчённо вздохнули: «Пронесло!» Когда за окном проплыл вокзал с надписью «Купянск», подростки весёлые, чуть хмельные и довольные, что всё так удачно складывается, покинули ресторан и возвратились в свой вагон.
Оставшуюся часть дороги до дома, почти два часа, Мишка просидел в купе с Леной. Они пили чай, сидя напротив друг друга. Купе было узким и под откидным столиком Мишкины колени постоянно касались круглых коленок девушки, и от этих касаний подростка почему-то бросало в жар и чаще стучало сердце. Ему казалось, что он делает что-то неприличное и Лене это неприятно, но к его удивления она не делала по этому поводу никаких замечаний, а также как и Мишка при каждом прикосновении краснела и смущалась.
Девушка рассказала, что она окончила второй курс железнодорожного техникума, живёт в пригороде Харькова, а на летних каникулах решила поработать проводником в стройотряде. За каникулы она уже в третий раз едет во Владивосток. В свою очередь, Мишка поведал о себе, где он живёт, зачем они с друзьями ездили в Харьков, про свои впечатления от города, и о том, как они сдавали экзамены. Единственное, что он утаил от Лены, это как они обыграли в карты Митю, и их с Юркой приключение в сквере. Узнав, что Мишка будет учиться в её родном городе, девушка обрадовалась и тут же написала на листке бумаги свою фамилию, имя, домашний адрес, телефон, и номер группы в которой учиться, и взяла с подростка слово, что он обязательно её найдёт в сентябре. Расстались они друзьями.
На вокзал Мишка с Юркой не поехали, а попрощавшись с Серёгой и Леной сошли на сортировке и уже через полчаса Мишка стучал в двери родного дома. Несмотря на то, что было уже довольно поздно, мама, как будто чувствовала, что должен приехать младший сын. На его стук двери распахнулись почти мгновенно, и Мишка не дожидаясь вопроса сказал: «Поступил, мам! Всё хорошо!» Мама обняла сына и слёзы радости упали на щёку подростка. На душе у Мишки было радостно и тепло, он поступил в техникум, познакомился с замечательной девчонкой, а главное, что он вернулся домой, на Монастырку! Жизнь продолжалась.





Рейтинг работы: 2
Количество рецензий: 1
Количество сообщений: 4
Количество просмотров: 89
© 09.03.2018 Борис Беленцов
Свидетельство о публикации: izba-2018-2219795

Рубрика произведения: Проза -> Повесть


Толоконцев Валерий       13.03.2018   00:02:01
Отзыв:   положительный
Ура!!!! Буду читать!!!!!
Борис Беленцов       13.03.2018   06:59:08

Спасибо, Валер! Я тебе аудиофайл сброшу, Игорь, озвучил главу. Просто файл большой сюда не входит.
Толоконцев Валерий       15.03.2018   12:23:00

Борис Иванович, только что прочитал. Так тепло на душе. Продолжай, дорогой, Бог в помощь!!! Классно всё!!! Файл, если можно, вышли! И тебя и Игорю - , и Оленьке - счастья, здоровья, удачи во всём, дорогие мои!!! Жму руку!!!!
Борис Беленцов       15.03.2018   12:30:59

Спасибо, Валер! Файл сброшу на почту или в ОК.









1