"Край издревле нам родной", ч.4 "Цыгане, немцы, пруссаки в Великом княжестве Литовском, Русском и Жемойтском. Боги Литвы


«Ex libris Край издревле нам родной, ч. 4»


Цыгане, последние выходцы из Индии, по изысканиям Чацкого, пришли в Литву около 1500 года; последующие однако изыскания Даниловича, Нарбутта и др. убеждают, что они появились вероятно гораздо раньше. В Польше они были уже в XIII столетии. В последнее время Цыгане, как мы уже заметили, обратили на себя особенное внимание археологов, и, кажется, не подлежит сомнению, что именно они ещё в доисторическое время занимались выделкою бронзовых изделий.
Насколько сохранилось предание о Цыганах в Литовском Полесье, они всегда вели кочевую, бродяжническую жизнь, подчиняясь своим королям, по собственному выбору. Так 17 августа 1780 г король польский Станислав-Август особым рескриптом утвердил главою Цыган лидского шляхтича Якова Знамеровского, избранным им и величаемого королём, за его храбрость и мужество, именно за то, что когда у него Цыгане украли лошадь, он с двумя Цыганами напал на целый табор и отколотил всех бывших в нём цыган /вот какой уровень «интеллектуальных задач» решали тогда цыгане. Всё определяла очень крепкая клыпа-лапа-рука, как впрочем, и в некоторых странах СНГ сейчас, хотя на дворе уже не XIX, а XXI век… -- С.К./.
Знамеровский властвовал деспотически над всеми цыганскими таборами в уездах Лидском, Виленском, Трокском и Ковенском; столицею же его было местечко Эйшишки в Лидском уезде /ныне это приграничный милый городок Эйшишкес в Литовской республике, там живут наши знакомые – С.К./. В 1789 г вспыхнуло восстание Цыган против Знамеровского. Его обвиняли в разных злоупотреблениях, несправедливых приговорах и излишних поборах. Собралось несколько таборов, Знамеровского арестовали и предали суду старшин. Последние решили, что надобно его высечь. Старшины однако позаботились, чтобы от этого наказания достоинство народного главы не пострадало. Связанного по рукам и ногам и раздетого Знамеровского положили в длинный мешок, завязанный сверху, и потом прикрепили к потолку, поставив под ноги скамейку. Исполнители приговора, с своими чупнами, т.е. нагайками, стали кругом; один из них медным тазом прикасался к мягким частям тела, из предосторожности, чтоб удар был произведён в определённое место. Так отсчитали Знамеровскому 100 ударов /весьма немало! Сильно, видать, нагрешил этот король-барон– С.К./. Счёт вела старейшая годами цыганка, сидя внутри мешка и натягивая его каждый раз, чтобы удар был солиднее. Прежде начала экзекуции эта же цыганка произнесла присутствующим речь.
Когда приговор был исполнен, Цыгане не прежде развязали своего властителя, как получив от него полнейшую амнистию. Затем выпустили его, надавали подарков и с почестями проводили до его места жительства. Наказание так хорошо подействовало, что Знамеровский совершенно исправился и отлично правил своим народом. Он умер в 1795 г /а почему бы и простым евреям так же было не попробовать повоспитывать распоясавшихся «деспотической властию фанатических своих раввинов и корыстолюбивых кагалов», утративших чувство меры -- ведь из-за них было столько проблем и властям, да и простым евреям. Или цыгане в этом вопросе оказались дальновиднее и мудрее?.. – С.К./.
Ему наследовали по избранию Цыган тоже лидский шляхтич Милосницкий /т.е. шляхтич из региона г.Лиды – С.К./. Новые порядки в стране не понравились цыганскому королю /т.к. именно в 1795 году западная часть Белоруссии была присоединена к России и Милосницкому это не понравилось – С.К./, и он в 1799 г с своими таборами перекочевал в Турцию /где наших цыган сильно ждали; как говорят: «баба с возу – и коню легче, и волки сыты» -- а российские полицейские только из-за того лишний раз перекрестились – надо же, российские порядки даже цыган распугали…– С.К./.
В Литве осталось незначительное число Цыган, не имевших уже ни установленного начальника, ни правильной организации. Отдельными толпами они переходят с места на место, воруют лошадей и что удастся. В Зельве, Гродненской губернии, во время ярмарки, и в других местах Цыгане ведут торговлю лошадьми /этот городок славился своей ярмаркой и еврейским курортом; причём, как мне рассказывали старожилы, ещё в 1930-х годах можно было зайти в любую еврейскую лавку Зельвы и купить там, например, рояль фирмы Беккера. Делалось это так: ты оставляешь конкретный заказ и задаток еврею-хозяину, тот списывается со своими агентами в Вене, Берлине и Париже, и через месяц рояль стоит у тебя дома. Накрутки при этом были сравнительно невысокие – С.К./. Никакие меры для прочного водворения их на месте жительства не имели до сих пор никакого успеха. Они приписаны теперь к городским и сельским обществам и число их неизвестно, но оно
с.21 -- незначительно. В Ковенской губернии считают до 180 человек обоего пола.
Немцы первоначально выписаны в Литву великим князем ВКЛ Гедимином в XIV столетии. Они поселились здесь навсегда и давно уже потонули в омуте коренной народности /история, например, Гродненской кирхи свидетельствует об обратном (см. нашу рецензию на книгу «Кронон» о Гродно (в «Письма профессорам») – С.К./.
Вильно в особенности имеет способность поглощать чужие национальности /это действительно так – в сути данного феномена стоило бы разобраться. Выше было сказано о причинах преданности татар властям ВКЛ: уважение национального достоинства и человеческой личности. Но и российские столицы, как нам кажется, до сих пор ещё имеют некоторую склонность к этому (отмечалось простыми людьми -- теми же американцами, французами и англичанами, даже в советские часы), хотя говорить об уважении человеческой личности сейчас как-то затруднительно – тоже интересный феномен. (Может быть в притягательности русских городов «виновата» широта и открытость русской натуры?) «Рыба ищет там, где глубже, а человек – где лучше…», это понятно… (В ту же тему см. также о иноплеменных сподвижниках царя в опубликованной нами «Эпохе Александра I»). Но есть города прямо противоположного свойства. Например, многие приехавшие в Гродно белорусы из восточных регионов страны, которых я несколько лет назад спрашивал «каково им в Гродно» отвечали, что у местных не хватает душевности, искренности и открытости, столь присущие остальным восточным славянам: сей фактор создаёт значительные препоны в общении. Отчего так? Возможно оттого, что как раз в гродненском – западном регионе Беларуси до сих пор проходит «конфессиональный Рубикон» -- «плавное перетекание» православия в католичество, а это уже другая ментальность, иные ценности, в чём-то противоположные культурные установки и традиции (например, как уже упоминалось, часто в этом городе соседи – домовладельцы не здороваются с друг другом и не поддерживают никаких отношений, кроме эпизодических скандалов; на добро здесь далеко не всегда отвечают добром (познал это на собственной шкуре!); причём такие отношения между соседями проявляются не только в Гродно, но и, например, на Пинщине. Ну всё как по-Гоголю «О том, как Иван Иванович поссорился с Иваном Никифорычем…». А ведь католицизм на Гродненщине уже 600 лет в ходу – можно было бы за это время человеческую натуру и постараться подкорректировать, костёлах, однако. Рассказывал мне молодой гродненский поляк, вздумавший жениться (а там перед женитьбой обязательно в костёле пройти «курс молодого бойца»: жених и невеста чуть ли не месяц посещают специальные курсы при костёле. И вот нестарый ещё ксёндз, беседуя в не очень приятном тоне с моим знакомым женихом, начал грубо лезть в его интимные жизненные подробности, такие как, напрмер, занимается ли он онанизмом? Парень развернулся и вышел… -- – С.К./.
В третьем, в четвёртом колене остается уже только фамилия, напоминающая немецкое происхождение, но представители его уже ни аза не знают по-немецки /с этим тоже можно поспорить. Мой гродненский знакомый, чьи предки немцы, специально пошёл на переводческий факультет универа изучать немецкий язык, так как у него в семье до сих пор язык помнят плюс глубже освоить германскую культуру – С.К./.
Как в 1831, так и в 1863 годах, некоторые из этого рода потомков переселившихся сюда Немцев, а также Итальянцев, принимали участие в восстаниях, некоторые казнены /казнены русским правительством за участие в антироссийских восстаниях 1831 и 1863 годов; справку об этих восстаниях мы уже давали в «Эпохе Александра I» – С.К./.
Немцы и вообще иностранцы в особенности любят Ковенскую губернию, как пограничную и плодородную /несколько раз бывал в Каунасе; возможно особая привлекательность этого города из-за отсутствия столичной суматохи и распущенности «великокняжеского двора», с его вечными интригами. Да и до немецкого Кенигсберга с его портом (по-белоруско-польски «Крулевца», нынешнего Калининграда) рукой подать. Кстати, и в Гродно немцы оказались в основном благодаря активной торговле, отправляя вверх по Неману свои барки с иноземными товарами (из Гродно получали зерно, пеньку, мёд, кожи); затем подтянулись и немецкие ремесленники -- рукоделы знаменитые, возникла немецкая слобода, затем приход, молитвенный дом, а потом и кирха построена – такая вот диалектика -- С.К./.
Здесь вы найдёте не только Немцев, но также Датчан, Шведов, Бельгийцев и даже Англичан. Общее число их составляет с небольшим 15 тысяч. В Виленской губернии иностранцев считается 2.810 человек, но в это число не входят Немцы русские подданные. Но число сих последних тоже незначительно.
В бывшей Белостокской области осталось немного Пруссаков, как наследие прусского владычества. В самом Белостоке и его окрестностях живёт, хотя немного, но весьма полезных немцев-фабрикантов /неоднократно бывал в Белостоке – этом некогда белорусском городе, но с более оживлённой промышленной деятельностью (в конце XIX – начале XX века, тогда в Белосток из инертного Гродно хлынула основная масса молодых и энергичных евреев); сейчас это северо-восточная окраина Польши, сильно по менталитету отличающаяся и от велькопольской нации, и от белорусов из центральных регионов РБ – С.К./.
В Брест-Литовском уезде ещё в прошлом столетии /т.е. в XVIII веке – С.К./ Голландцы основали две колонии в имениях князей Радзивиллов: Нейбров и Нейдорф /чувствую, что зазвал голландцев в Брест сам граф А.Тизенгауз! Но под прикрытием князей Радзивиллов иезуиты не смогли навредить делам голландцев на брестчине. Заметим, и сейчас население Бреста очень сильно отличается от гродненского народа: возможно, это вызвано отсутствием в Бресте аналогичного Гродно главного символа города (никогда в Бресте не было площади Четырёх костёлов – Соборной площади, и засилья монахов-католиков, которых даже сейчас в Гродно -- например молодых францисканов в чёрных хламидах с капюшоном, можно нередко встретить на улицах), плюс сказывается близость Украины и обилие российских военных отставников. В Бресте более динамично развивается и бизнес (граф Тизенгауз благословил?.. Например, английское посольство в середине 1990-х смогло в Бресте создать первый в Беларуси активно работающий Бизнес-центр (в Подмосковье это сейчас называется «Сколково», только московское погромаднее), но в Гродно брестский опыт у англичан успешно провалился, по аналогии с реформами графа Тизенгауза в Гродно в 1765-1780гг; да и нынешние минские бизнесмены ставят Брест в пример «вяло-текущему», ну очень специфичному Гродно) – С.К./.
Как в Литве, так в особенности на Жмуди народ чрезвычайно набожен /а ведь Жмудь дольше всех – более 300 лет держалась и не позволяла христианству одолеть своё исконное язычество, чем известные нам музыканты-виленцы до сих пор гордятся! – С.К./.
Влияние духовенства весьма сильное, и добрый пастырь может всецело руководить своей паствою /католик-Автор видимо имеет в виду католичество. Судя по Жмуди, в Литве живёт честный, трудолюбивый, добрый, талантливый, искренний в своих чувствах и верованиях народ, потомок древних ариев — потому-то литовцам так тяжело было ужиться с западными славянами в рамках ВКЛ и Речи Посполитой? Да и с восточными тоже -- «в лагере СССР»… – С.К./.
Большая часть духовенства Жмуди происходит из народа, что, конечно, ставит его в близкие и благоприятные к нему отношения. Оно знает его слабости, его хорошие и дурные качества; в нём не может не таиться особенной любви к народу, к которому оно само принадлежит, в среде которого у него ещё могут быть родные, друзья и товарищи детства.
Несмотря на такое сильное влияние духовенства, последствием которого народная нравственность гораздо выше нежели в других областях Полесья /например, чем в Гродно, примеры мы приводили выше – С.К./, мы заметим, однако, что набожность заключается только в обрядности, которую народ очень любит /очень ценное замечание Автора, но он, видимо, имеет в виду католическую обрядность, хотя и на Православие всё вышеизложенное можно практически полностью перенести тоже. На наш субъективный взгляд и в нынешней России Православие держится в основном на этом нефундаментальном факторе («обрядность», якобы традиция), также как держалось на обрядности и в начале века ХХ (в ущерб истинной духовности!) -- с последующим вполне закономерным материалистическо-большевистским октябрьским переворотом 1917-го шайки расхитителей. Ежели на таком отжившем идеологическом «фундаменте» Россия будет продолжать «строиться» и дальше (т.е. Истинная Вера в Создателя не станет фактором, цементирующим общество плюс гарантом-демпфером от случайных возмутительных флуктуаций разного рода экстремистов, в основном меркантильно заинтересованных в богатых ресурсах России типа покойного Б.Березовского, но по-ленински прикрывающихся популярными идеологическими лозунгами), то развитие сценария по украинскому варианту образца февраля-марта 2014-го нам избежать будет очень сложно… – С.К./.
Народ усердно ходит в свои костёлы, при каждом случае служит молебны, совершает крестные ходы, ставит во множестве на полях, при дорогах, особенно перекрёстках кресты с распятиями, фигуры святых, столбы с маленькими клеточками, в которых помещает лепные изображения Богоматери… эти фигуры украшает ленточками, цветами и т.д.; но этим почти и ограничиваются его религиозные понятия. Вот почему эта набожность, которой суть заключается для него в обрядности, нисколько не препятствует ему в то же время соблюдать завещанные от прадедов разные обычаи, верить в предрассудки, которых начала надобно искать ещё в язычестве /интересный 135 лет назад Автор поставил вопрос: а что же именно считать предрассудком?! С его, г-на А.Киркора, точки зрения христианство, конечно же, не является предрассудком. Но почему же от христианства всё более европейцев отворачиваются и возвращаются к первородным-языческим своим истинам? Истинам, основанным на единении с матерью-Природой. Этому, кстати, и учили своих потомков древние арии, сынами которых остаются и жмудины, и литовцы вообще, сохраняющие в своих ритуалах и древние-арийские ещё обычаи (позднее уничижительно христианами окрещенные «паганьством-язычеством») – С.К./.
Тотчас после рождения ребёнка, его обмывают самою холодною водою. Это значит обмывание потом Лаумы. На крестины друзья и родные по обыкновению приносят с собою что-нибудь съедобное и водку; в числе приношений главную роль играют яйца, хозяйка же непременно жарит в этот день яичницу. При всех обрядах у Литовцев, как и у всех Индо-Европейских народов, яйцо было необходимою принадлежностью.
С.22 – До истечения года со времени рождения, ребёнок остаётся без рубашки, окутываемый кусками холстины /изо льна? Известно, что иерусалимские жрецы носили нижнее бельё из тонкого льна, т.к. лён убивает бактерии, интенсивно плодящиеся особенно в жарком климате. Об антисептических свойствах льна говорит и такой факт (кстати, есть смысл взять на вооружение при строительстве усадьб): западные белорусы, например, укладывая пол в хате или в сарае, проглушин-вентиляции под полом раньше не делали, а раскладывали костру ото льна – такие дома и сараи стояли по 100 лет и более и не гнили! – С.К./.
По этому случаю существует поговорка: «Довольно ещё ему будет времени свой век износить». Выражение аллегорическое из эпохи язычества, теперь, конечно, многими повторяемое бессознательно /понятно, что описываемые Автором обычаи, давно уже утрачены жителями литовских городов, да и в вёсках-деревнях не каждая старуха об этом помнит. Но в национальных суполках-обществах народные традиции в почёте, как и местные легенды и сказания… – С.К./.
У Литовцев было семь богинь (Dejwos Walditojes), имевших совершенно такое же значение, как известныя три греческие Парки. Этим богиням посвящались груды камней, складываемых на берегах рек, которые и теперь ещё можно видеть в некоторых местах в уездах Шавельском, Тельшевском и Вилкомирском. Первая из них Werpantiey была пряхой; она пряла нить жизни человека. Вторая, Metantiey вила нити. Третья, Audietoy, ткала холст. Четвёртая, Gadiutoy, очаровывала своих подруг прибаутками, рассказами, смешила, шалила, чтобы отвлечь их от работы и испортить тканье, а следовательно испортить и жизнь человека, для которого предназначался холст, т.е. чью жизнь пряла богиня. Пятая, Sargietoy, была добрым гением и вела постоянную борьбу с предыдущею, чтобы не допустить её вредить человеку. Счастлив был тот, над холстом которого бодрствовала эта богиня /любительница подремать? – С.К./. Шестая, Nukirptoy, подобно греческой Антропос, отрезывала нить жизни. Наконец седьмая, Yszkaletoy, мыла отрезанный холст и передавала верховному божеству. Из этого холста шили рубашку, предназначавшуюся для умершего, которую он и надевал на том свете. Весь этот рассказ Юцевич слышал в наше время из уст народа, и теперь почитающего помянутые камни священными.
Обряды сватовства, сговора и самой свадьбы замечательны своей простотою и песьнями, из которых иные не лишены поэзии. Обряды эти во многом уже схожи с белорусскими.
У Литовцев, также как и у Белорусов, когда молодцу приглянулась девушка и когда со стороны его родителей последует согласие, посылают в дом родителей девушки официального свата, который ведёт такую заученную и во всех подобных случаях однообразно повторяемую речь: «У старого Жвирблиса изъ Бутеновъ есть молодой голубь, как месяцъ ясный; но вот беда, нетъ для него голубицы. А какой голубь, какой голубь!. За горами, за морями, говорили намъ, что у вас есть голубица. Так нельзя ли бы соединить этих голубков? Сколько бы отъ них произошло голубчиковъ, белыхъ, золотыхъ, алмазныъ!» /у русских, как нам помнится, на этот случай у сватов была присказка: «У вас товар – у нас купец, с честным пирком да под венец!..» -- С.К./.
На такое воззвание родители девушки, если не хотят этого замужества, отвечают кратко: «нетъ у насъ такой голубки». В противном случае, т.е. если согласны, говорят: «хорошо, да благословитъ Господь!» -- Этим судьба девушки считается уже решённою.
Накануне бракосочетания молодой дарит невесте башмаки. Отец молодой после угощения, в присутствии всех собравшихся родных и соседей, объявляет, какое за дочерь даёт приданое, причём он наливает деревянный кувшин пивом и пьёт к молодому; последний кланяется ему в ноги, пьёт к одному из старших в семействе или из числа гостей, а тот передаёт кувшин следующему. Это круговое питье из одного кувшина служит порукою в исполнении данных обещаний с обеих сторон, и если, впоследствии, та или другая сторона не исполнит уговора, Литовцы говорят: «мы съ нимъ опорожнили кувшинъ, а онъ не исполнилъ священной для честнаго человека клятвы».
Пиво в общем употреблении на Жмуди /да и на Беларуси западной, и, как нам известно, и в Финляндии в те времена было тоже – С.К./. Его приготовляют дома в особых сосудах, что со введением акцизной системы, конечно, строго преследуется. Пиво, древний алусъ, считается самым здоровым питием, освященным преданием старины /в 2003 году я услышал, что финские учёные обнаружили способность пива вымывать песок из мочеточников. Решил проверить на себе и пил по 0,5 литра ежедневно в течение 2-3 месяцев. И если до этой пивной процедуры УЗИ показывало песок, то после пивного мероприятия песка уже на УЗИ не обнаружили… -- С.К./. Пивом недаром дают взаимную клятву в исполнении предбрачных условий.
На свадьбу молодой приезжает с друзьями, составляющими его свиту, с сватом, именуемым уже маршалом, сначала в дом невесты, где их сначала не пускают и после заурядных продолжительных объяснений отворяют двери. Когда молодые едут в костёл и потом возвращаются, их сопровождают сват, или маршал, а также дружка верхом и стреляют на пути из пистолетов, причём поют разные песни /как показали московские свадьбы последних лет (с гонками на авто и пальбой из револьверов), данный обычай весьма популярен и у кавказских народов, ныне вместо Казбека, Эльбруса и Арарата осваивающих московские небоскрёбы – С.К./.
После бракосочетания молодые возвращаются отдельно к своим родителям, и потом уже молодой является с своими ассистентами в дом молодой.
С.23 -- Обряды общие с белорусскими распространены у Литовцев и даже Жмудинов почти повсеместно. Появляются даже белорусский коровай /для тех кто не знает – это огромный круглый белый хлеб с солонкой сверху, поставленный на блюдо, покрытое рушником – расшитым узорами полотенцем – С.К./.
Летописец Стрыйковский /известный польский историк XVI века, современник царя И.Грозного; мы уже неоднократно пользовались его исключительно ценными историческими материалами – С.К./ оставил нам любопытное описание погребальных обрядов у Литовцев. Стрыйковский жил на Жмуди во второй половине XVI столетия, и хотя обряды, которые он описывает, относятся в прошлому времени, и которых он был личным свидетелем, тем не менее сопоставление этих обрядов, с особенностями, и ныне существующими, несомненно языческого происхождения, может до некоторой степени уяснить нам значение последних.
По странному понятию языческих Литовцев, человек и после смерти оставался в таком же состоянии, в каком находился при жизни. Вельможа, простолюдин или воин оставались и после смерти тем же /такая кастовость вообще была свойственна ариям, например касты в Индии тех же воинов, брахманов, раджей, неприкасаемых. Позднее мы поговорим о язычестве подробнее – С.К./. Но чтобы достигнуть полного блаженства, требовалось, чтобы на земле, после смерти, родственниками почившего исполнены были разные обряды.
Литовец, предвидя близкую кончину, приказывал заготовить бочку или две бочки алуса (пива) и приглашал всех своих знакомых. С ними он прощался и просил прощения, если кого обидел. Тотчас после смерти тело его обмывали в бане, одевали в длинную белую рубаху и сажали на стул. Тогда один из присутствовавших с бокалом в руке, обращался к покойнику с речью: «Пью к тебе, милый друг! Зачем ты нас оставил? Ведь у тебя была прекрасная жена, дети, скот, друзья и всего обилие» -- Спустя некоторое время, опять пили, прощаясь с покойником и прося его, чтобы он кланялся на том свете их родным и жил с ними дружно.
Покойника одевали в лучшее платье его, препоясывали меч или секиру, вокруг шеи обвязывали полотенце, в которое завёртывалось несколько монет, в могилу ставили хлеб с солью и пиво.
Когда умирал князь или вообще знатный человек, вместе с ним сожигали его слуг, служительниц (невольниц), одежду, драгоценности, лошадей, борзых собак, лук, колчан, саблю и другие вещи, особенно любимые покойником при жизни /обряды древних ариев подробно описаны в книге А.Асова «Арии. Славяне. Русь», а также у Павла Глобы в «Учение древних ариев» -- С.К./.
На костре сожигали также рысьи и медвежьи когти. Эти последние должны были облегчить путь покойнику на высокую гору, на которой верховное божество будет судить хорошие и злые деяния каждого человека /литовцы в своих древних обрядах были недалеки от Истины. Вот как наш современник (уроженец Западной Европы) описывает свои ощущения в момент клинической смерти, которая в нашем измерении времени тянулась всего пару минут, а «клинику» показалось, что истекло несколько суток. Наш «клиник» сначала увидел себя как бы сверху: он лежит на операционном столе, а вокруг него суетятся врачи (это над телом витала уже отделившаяся душа нашего «клиника»). Затем был тёмный туннель и яркий блаженно-приятный свет в конце его. Потом наш «клиник» оказался в саду, где много зелени и ароматных цветов и его вдруг окружили ранее ушедшие в мир лучший его родные и знакомые, одетые в светлые одежды. С ними «клиник» мило общался день-два, а затем его пригласили в огромное светлое здание и попросили подождать в вестибюле. Но через открытые двери наш «клиник» видел светлый зал, посреди которого стоял огромный стол и задумчиво сидело много почтенных людей в белых одеждах, о чём-то степенно беседуя. Затем пригласили в зал нашего «клиника» и спросили его «о его планах». Он поблагодарил за приют, сказал, что ему здесь очень понравилось, и попросил остаться. Мудрецы начали размышлять и советоваться между себой, но затем, по доброму эдак, поведали нашему «клинику», что пока остаться здесь ему невозможно, т.к. он полностью ещё не выполнил свою миссию на Земле, но потенция к этому у него имеется… И в этот момент у нашего «клиника» вновь забилось сердце, он задышал, а врачи обрадовано захлопали в ладоши, радуясь его возвращению к жизни… -- С.К./.
С ремесленниками и поселянами сожигали те предметы, которые они употребляли при жизни. Женщинам клали в могилу иглы и нитки. Когда умершую женщину везли на костёр, ея друзья и знакомые, махая ножами в воздухе, громко кричали: «разступитесь, бежите злые духи!». О сожигании, конечно, Стрыйковский передаёт слышанное им из прежних обычаев.
Стрыйковский говорит также, что он сам был свидетелем в Лифляндии, как во время погребения играли на трубах и пели: «иди съ этого света въ миръ вечнаго блаженства, где тебя уже не въ силахъ обидеть Немецъ или Русинъ!» /не оттого ли Литва так славян да немцев остерегается до сих пор??.. – С.К./.
Поминки по умершим совершались в октябре, чаще с 1-го ноября (день всех Святых). Последние назывались Илги (Ilgi). Хотя в изменённом виде, эти Илги и до сих пор продолжаются. Поминки, кроме заупокойного служения, причитаний на могиле, сопровождались едою и попойкою /ну, такая тризна вообще в обычае была у древних ариев, а заодно и у восточных славян. Кстати, есть достаточно много общих слов у литовцев и западных белорусов, причём эти слова исходно присутствуют в языках этих народов -- намного ранее, чем славяне переселились в прибалтийский регион, начиная с 520-х годов н.э. – С.К./.
В нынешних обрядах, как в похоронах, так и поминках, несмотря на христианскую обстановку, и до сих пор много сохранилось языческого /мать-природу искусственно привитой идеологией не убьёшь… -- С.К./. Как только больной начинает кончаться, из избы выносят все семена, потому что они не взойдут, оставаясь в той же избе, где покойник /в одной из российских столичных клиник несколько лет назад проводили эксперимент на специально сконструированном приборе – замеряли энергетику у покойников в морге. При приборе посменно находилось 4 человека. После 2 недель экспериментов у них у всех упал жизненный тонус, появились апатия, вялость, сонливость, словно после радиактивного облучения. Как объясняют, это вызвано тем, что в момент смерти и в течение нескольких суток после неё открывается специальный канал от покойника вверх, через который «высасывается» и энергия находящихся рядом людей. Так что и в этом случае -- с семенами -- литовцы поступали очень правильно, вынося их подальше, а заодно и детей уводя из этой хаты. Лично я, как себя помню, интуитивно сторонился похорон и кладбищ. Кстати, в одной из книг супругов Тихоплав описан эксперимент, когда по всхожести семян определяли активность того или иного из 7 чакров человека – значительно лучше (в несколько раз!) всходили семена, облучённые щитовидной железой человека. И если живой человек излучает благую энергетику, то покойник, очевидно, её отнимает от живых объектов. Т.е. литовцы мыслили с семенами верно, вынося их из хаты – С.К./.
Если предсмертные страдания продолжительны, из-под головы человека вынимают подушку, а в потолке над ним делают небольшое отверстие, чтобы душа свободно могла улететь /вот ещё подтверждение вышесказанному, про нынешних-то учёных и не учёных… – С.К./.
У Литовцев Сувалкской губернии, умирающего кладут на пол.
С.24 – Тотчас после смерти, покойному закрывают глаза, чтобы он не заманивал других на тот свет.
                                                                                             (продолжение следует)

                                                                                                                                                                                     Прим. С.Канунникова, 5 марта 2014г, Гродно
                                                                                                                                                                                                    Редакция 05.03.2018г, Подмосковье






Рейтинг работы: 0
Количество рецензий: 0
Количество сообщений: 0
Количество просмотров: 68
© 05.03.2018 Сергей Канунников
Свидетельство о публикации: izba-2018-2215867

Рубрика произведения: Разное -> Научная литература











1