" Свободный полёт " Книга вторая Главы 21 - 23




ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ПЕРВАЯ

Вернувшись в своё поместье, маркиза Сент - Солин приказала снять бесчувственного Инти с лошади и перенести его в небольшой флигель, который находился рядом с домом. Юношу сняли с лошади, внесли в маленькую чистую комнатку и бережно уложили на кушетку.
Дни, проведённые в навозной яме, не прошли даром для индейца: его сжигала лихорадка, и он таял на глазах. Местный лекарь, которого пригласила маркиза к больному, проверил у него пульс, осмотрел зрачки. Приложив ухо к груди пациента, он внимательно прослушал сердце. Затем, виновато взглянув на женщину, поправил сползшие на нос очки и беспомощно развёл руками.
- К сожалению, мадам Сент - Солин, я ни чем не могу помочь бедняге, - сказал врач с участием. - В этом вопросе я просто бессилен. Жить этому несчастному осталось день - два, возможно, три дня, но не более. У вашего раба воспалились раны на спине, оставленные плетью, и, как Вы сами могли догадаться, ко всему прочему присоединилась тропическая лихорадка. Ради Вашей же безопасности не подходите к нему близко! И сынишке своему накажите, чтобы держался подальше. Единственное, что я могу сделать, так это пустить кровь и дать больному хинин. Мне очень жаль, мадам, но медицина тут бессильна!
Доктор сделал больному кровопускание, влил ему в рот раствор хинина и, виновато улыбаясь, откланялся, унося с собой всякую надежду. Проводив врача до коляски, Альтда Сент - Солин вернулась в комнату и села в изголовье кровати, на которой лежал Инти. Проигнорировав совет доктора, она дала себе слово, что не отойдёт от постели юноши пока он не встанет с неё или не умрёт.
" Пока в нём ещё теплится жизнь, - подумала она, - я сделаю всё возможное, чтобы облегчить страдания бедняге".
Сына женщина поручила заботам старого, верного слуги - мулата, который был приставлен к мальчику вместо воспитателя. А чтобы Рене не скучал без матери и не забегал в комнату, где лежал больной индеец, она приказала купить ребёнку щенка пуделя. Теперь Рене целыми днями возился со своим четвероногим другом и не мешал матери.
Третий день Инти метался в жару и бредил. В его больном воображении стоял только одни образ: образ любимой девушки, и время от времени, отрывая голову от подушки, он звал Бланку. Когда маркиза заботливо меняла ему примочки, смазывала раны на спине или подносила к сухим губам больного чашку с водой, он хватал её за руку и называл Бланкой. Альда с чувством глубокого сострадания, по - матерински поглаживала молодого индейца по влажным от пота волосам и шептала ему ласковые, нежные слова, смысл которых до него не доходил.
Как - то раз вечером, когда женщина, задумавшись, встала и подошла к столику, чтобы приготовить питьё, она услышала стон, сорвавшийся с губ больного. Звук этот заставил женщину вздрогнуть. Очнувшись, от раздумий, она вернулась к кровати, где лежал больной.
При слабом свете догорающей свечи маркиза взглянула на юношу. Невзирая на съедаемую его болезнь и страдания, он оставался прекрасен. Тёмные кудри рассыпались в беспорядке по подушке. Правильные черты лица свидетельствовали о благородном его происхождении. Его кулаки были крепко сжаты, словно он всё висел на коромысле. Грудь юноши дышала ровно, но, вероятно, его мучили во сне кошмарные видения, потому что брови его страдальчески сдвигались, а губы судорожно сжимались. Вдруг больной снова заметался на кровати и с гневом воскликнул:
- Прочь португалец! Я никогда не буду твоим рабом!
- Бедный мальчик! - прошептала женщина - вся во власти чувств. - Даже во сне он не находит себе покоя.
Инти очнулся, услышав голос человека, хорошо памятный ему. Он увидел наклонившееся над ним лицо белокурой женщины, у которой были добрые глаза и нежная улыбка. Больной пролепетал несколько бессвязных фраз и снова прикрыл отяжелевшие веки.
- Ты услышал мои мольбы, Господи! - воскликнула француженка. - Благодарю тебя!
По приказу хозяйки индейцу принесли поесть. Он с жадностью выпил бульон и съел кусок хлеба.
- С тебя снимут цепи, - ласково сказала женщина, дождавшись, когда больной утолит голод, - если ты пообещаешь, что не убежишь из моего дома. В противном случае, меня ждут большие неприятности.
- Клянусь, мадам,что я никогда не сделаю этого! - прошептал Инти. - Подвести Вас - это значит отплатить Вам чёрной неблагодарностью...
Маркиза вызвала кузнеца, и тот при помощи напильника осторожно распилил наручники и освободил Инти от кандалов, которые так и были на нём в течение всей его болезни: Альда специально не трогала индейца, чтобы не причинять ему лишних страданий. Затем женщина велела Инти заснуть, и он покорно прикрыл глаза.
Так продолжалось много времени. Пробуждение и сон, сон и пробуждение, пока однажды утром, проснувшись, Инти почувствовал себя лучше. Первым делом он осмотрелся и увидел, что находится в маленькой опрятной комнатушке. Сквозь лёгкие шёлковые шторки на единственном окне пробивались весёлые солнечные лучики. Напротив него на стуле сидела маркиза Сент - Солин. Её лицо просияло, когда юноша открыл глаза, и она улыбнулась. Теперь француженка была уверена, что болезнь отступила, и пациент действительно пришёл в себя.
- У Вас - золотое сердце, мадам, - с чувством глубокой благодарности сказал он, приподнявшись на локте. - Что я мог бы сделать для Вас?
- Пока ты должен лежать спокойно, хорошо есть и слушаться во всём меня, - мягко сказала женщина. - Меня зовут Альда Сент - Солин, а сына моего - Рене. Знай, мы - твои друзья.
- Где португалец? - вдруг вспомнил Инти и грозно свёл брови.
- Пока ты болел, Мигел ди Алмейда уехал по торговым делам в Парамарибо. В Кайенну он вернётся не скоро. Поэтому можешь не беспокоиться. Пока ты в моём доме, тебя никто не посмеет обидеть. Но мне хочется узнать, как твоё имя?
- Меня зовут Инти, мадам. Я - сын вождя племени чарруа Тупаку Амару и Шанталь Лефевр, дочери бывшего французского посла в Рио - де - ла - Плате.
- Теперь мне понятно, почему ты так хорошо знаешь французский язык.
- Я закончил Сорбонну, мадам. Помимо своего родного наречия я владею четырьмя языками: испанским, французским, английским, итальянским. Неплохо понимаю латынь.
Альда Сент - Солин удивлённо вскинула брови.
- Вот как? - удивлённо воскликнула она. - Значит, ты - учёный человек? Послушай, Инти, а ты не мог бы позаниматься с Рене испанским языком? Я испанским почти не владею, а мальчику он просто необходим.
- С большой охотой, мадам. Думаю, Ваш сынишка легко освоит этот язык.
- Спасибо, Инти. Когда ты окончательно поправишься, можешь приступать к занятиям. Рене послушный и усидчивый мальчик. Уверена: вы подружитесь с ним.
- Я буду рад иметь такого младшего друга.
Теперь после стольких дней мытарств Инти, наконец-то, уснул по - настоящему спокойный.

ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ВТОРАЯ

Гавр встретил путешественников резким пронизывающим ветром и дождём, переходящим в снег. Переместившись из южного полушария в северное, Бланка и Шанталь Лефевр попали в настоящую зиму. В порту было темно, пустынно и неуютно.
Когда судно бросило якорь, путешественники вышли из каюты, зябко кутаясь в тёплые плащи, и пока матросы носили вещи на берег и укладывали в карету, женщины ещё на палубе тепло простились с Ноэлем ла - Боэси, синьором Антонелло - Венециано и капитаном " Мальтийского Сокола" Этторе Фьерамоской.
Поблагодарив радушного хозяина за приятное путешествие. Шанталь вежливо поинтересовалась, какие планы у него на будущее.
- Отсюда клипер прямым ходом отправится в Ла - Валетту, - сказал синьор Венециано, целуя француженке руку. - Неделю мы пробудем на Мальте, а там, я думаю, заключить выгодный контракт с каким-нибудь богатым купцом. И снова в путь, бороздить моря и океаны.
- Не согласитесь ли Вы отвезти нас с Бланкой в Гвиану, синьор? - спросила женщина. - Во время плавания наши планы изменились. После некоторых важных дел, которые ожидают нас в Париже, мы с дочерью решили погостить у моей старой тётушки, которая живёт в Кайенне.
- Что ж, - лукаво улыбнулся купец. - Такие пассажирки, как Вы, синьора, и Ваша очаровательная дочь, будут бесспорным украшением моего клипера. Команда с удовольствием снова примет Вас на борт " Мальтийского Сокола". Честно говоря, за три недели плавания я так привык к Вашим милым улыбкам, что без них будет чего-то не хватать. Думаю, весь экипаж со мной согласится. Решено:ровно через три недели "Мальтийский Сокол" снова бросит якорь в Гаврском порту и будет с нетерпением ожидать Вас, синьора Лефевр и синьорину Бланку.
Шанталь от всей души поблагодарила милого старика и по-матерински обняла Ноэля.
- Желаю тебе удачи, сынок, - сказала она, потрепав юношу по белокурой шевелюре. - Знай, что на свете есть два человека, которые любят тебя, как родного. Правда, Бланка?
- Да, Ноэль? - ответила креолка. - Считай, что у тебя теперь появилась мать и родная сестра. А мы с Шанталь тебя не забудем никогда.
- До свидания, Этторе, - обернулась Бланка к капитану. - Я никогда не забуду того, что Вы сделали для нас. Я уверена, что придёт день, когда Вы тоже встретите большую любовь.
- Когда я приеду домой в Ла - Валетту, - сказал молодой человек, я непременно схожу в церковь святого Иоанна и помолюсь за Вас и Вашего жениха, Бланка. Господь милостив. Он услышит мои молитвы и обязательно пошлёт Вам мир и тихую радость.
Фьерамоска приложил руку к груди и склонил голову. Этот благородный жест говорил о том, что в лице мальтийского капитана Бланка обрела ещё одного верного, надёжного друга.
Но вот вещи погружены в карету, все тёплые слова сказаны. Настала минута расставания. Женщины по трапу сошли на берег и ещё раз оглянулись на корабль. Вся команда " Мальтийского Сокола" во главе с капитаном стояла на палубе вдоль левого борта при полном параде и приветствовала пассажиров.
Бланка украдкой смахнула с щеки слезу и помахала морякам рукой. Потом они с француженкой сели в карету. Кучер взмахнул кнутом, и экипаж тронулся. Путешественницам предстоял долгий путь из Гавра в Париж, где они надеялись добиться аудиенции у короля Франции.

ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ТРЕТЬЯ

Болезнь Инти затянулась. Он очень медленно поправлялся. Влажный климат Гвианы, перенесённые пытки, сделали своё дело. Они подорвали здоровье молодого индейца, и он смог встать с постели только через месяц. Похудевший, осунувшийся, шатающийся от слабости, но не потерявший чувства собственного достоинства, он предстал перед Альдой Сент - Солин в одной набедренной повязке.
Женщина внимательно осмотрела своего пациента и, смущённо улыбнувшись, поправила золотистый локон. Потом она сказала:
- Этот костюм придётся заменить, Инти. Он не соответствует твоей нынешней должности.
С этими словами она протянула ему небольшой узелок, в котором лежали аккуратно сложенная белоснежная сорочка с широкими рукавами, отделанная изысканным кружевом, и брюки из тонкого сукна. Возле кровати стояли высокие сапоги из мягкой кожи.
- Думаю, эти сапоги тебе подойдут, - сказала Альда. - В наш сад иногда заползают ядовитые змеи. Нужно быть осторожным.
Инти принял одежду из рук новой хозяйки и с благодарностью посмотрел на неё.
- Спасибо, мадам, - сказал он. - Но мне кажется, Вы бросаете вызов сеньору ди Алмейде, наряжая раба в такую роскошную одежду.
- Для меня ты не раб, Инти. Ты - личность, которая требует к себе уважения. Хотя месье ди Алмейда имеет на этот счёт иное мнение. Ну, ничего... Ты не беспокойся. С Мигелом я сумею как-нибудь договориться. Сейчас ты примешь ванну, а потом мы пройдём в дом. Я хочу показать тебе комнату, которую велела переоборудовать под класс для занятий с Рене.
После водных процедур Инти предстал перед маркизой в новом виде. Она взглянула на высокого, изящного юношу и не узнала в нём бывшего раба Мигела ди Алмейды. Белоснежная сорочка удачно оттеняла смуглоту тела, узкие брюки красиво облегали его крепкие стройные бёдра. Волосы индеец тщательно промыл, расчесал и собрал их сзади в хвост.


Альда вскрикнула от восхищения и отвела взгляд.
- Ты похож на Аполлона, друг мой, - сказала она, дрогнувшим от волнения голосом. - Тебе очень идёт европейская одежда.
Смущённый таким признанием, Инти подошёл к своей спасительнице и в знак благодарности припал губами к её нежной руке. Ангельская кротость мадам Сент - Солин покорила его окончательно
У входа в особняк, куда потом пригласила Инти хозяйка, их встретил радостный Рене. Он подбежал к матери и бросился к ней на шею. Индейцу мальчик подал свою маленькую, но крепкую ладошку, которую тот по-мужски пожал.
Класс для занятий понравился и учителю и ученику. Он был светлый, просторный, с окнами, выходящими в сад. Здесь уже находилась маленькая парта со стулом для ученика и большой стол для учителя. Напротив парты стояла аспидная доска. Ничего лишнего, что могло бы отвлечь внимание ребёнка, в комнате не было.
- Помимо испанского языка я мог бы позаниматься с Рене литературой, - предложил Инти, обернувшись к маркизе. - Думаю, мальчику будет это интересно. Вот только боюсь, что в Вашем доме, мадам, нет тех книг, которые потребуются нам для занятий.
- О! Об этом можешь не беспокоиться, Инти! - с восторгом воскликнула женщина. - В этом доме есть прекрасная библиотека. Мой покойный муж был страстным поклонником художественной литературы. Он много читал и старался выписывать мировые шедевры из многих столиц мира. В библиотеке ты найдёщь книги на разных языках. Можешь свободно ходить по дому и брать то, что тебе нужно для занятий.
После первого урока мать, сын и учитель обедали в саду под высоким деревом грецкого ореха. Там был накрыт стол, уставленный всевозможными деликатесами. Инти никогда не приходилось лакомиться такими изысканными блюдами, которыми угощала его хозяйка поместья.
Рене за обе щеки уписывал обед. Глаза мальчика сияли от счастья. Он был в восторге, что отважный индеец, который так понравился ему ещё в Кайенском порту, будет жить у них в доме, да ещё учить его всяким премудростям.
Инти с достоинством держался за обедом, и маркиза Сент - Солин не переставала удивляться тому, сколько благородства и такта в этом на первый взгляд, суровом и гордом человеке. Она незаметно поглядывала то на сына, то на учителя и умилялась той гармонии, которая воцарилась в их маленькой семье с приходом индейца.
- Рене очень способный ученик, мадам, - нарушил тишину молодой человек.
- Зови меня Альдой, Инти. Для тебя я просто Альда.
- Как Вам будет угодно, Альда. Сегодня я понял, что Ваш сын быстро выучит испанский. В этом языке самое сложное - это спряжение глаголов. Но у Рене светлый ум и необыкновенная тяга к знаниям. Из него выйдет толк. В скором времени, надеюсь, он прочтёт Вам " Дон Кихота" в подлиннике. Ведь правда, Рене?
- Да, мамочка, - поднял голову мальчик, отрываясь от тарелки с едой. - Обещаю тебе. И вообще, с этого дня я буду послушным, буду хорошо учиться и ни чем не огорчу ни тебя, ни моего дорогого учителя!
Альда и Инти переглянулись и улыбнулись, растроганные такой детской мудростью и непосредственностью.
Поблагодарив хозяйку за вкусный обед, индеец прошёл к себе в комнату, во флигель, где находился во время долгой болезни. Маркиза предложила ему перебраться в дом, но юноша отказался, сославшись на то, что не привык жить в роскоши. Маркиза не стала спорить и согласилась. Она уважала скромность Инти и его неприхотливость. В комнату, где обосновался новый учитель, женщина приказала принести стопку писчей бумаги, перо, чернильницу, книги. Она предполагала, что, оставшись наедине с собой, Инти непременно захочет позаниматься своим любимым делом. А так он он учёный, лингвист, рассудила Альда, письменные принадлежности ему просто необходимы.
Когда поместье окутала ночная мгла и в доме погасли последние огни, молодой человек зажёг лампу и подсел к письменному столу. На него вдруг нахлынули воспоминания. Целый ряд лиц, сюжетов, событий встал перед ним, и Инти взялся за перо. Он решил сейчас же, немедленно приступить к делу и отобразить на бумаге историю своей нелёгкой, но в то же время прекрасной и удивительной жизни.

РИСУНОК ХУДОЖНИКА ВСЕВОЛОДА НИКОЛАЕВА






Рейтинг работы: 5
Количество рецензий: 1
Количество сообщений: 2
Количество просмотров: 38
© 14.02.2018 Долорес
Свидетельство о публикации: izba-2018-2199921

Рубрика произведения: Проза -> Исторический роман


Светлана Мельникова       15.02.2018   11:56:26
Отзыв:   положительный
Добрый день, Галочка! Я не сомневалась, что у Альды Инти будет
чувствовать себя намного лучше, чем под властью мерзкого Мигела
де Альмейды, но действительность превзошла все мои ожидания.
Только долго ли Инти будет оставаться в этом раю? Когда Альмейда
всё увидит своими глазами, то будет взбешён. Поможет ли французкий
король Белой Голубке? У меня мало на него надежды, но кто знает,
на что способен этот монарх. Но эта глава вселила в меня надежду,
что, несмотря на все перепетии судьбы, Инти будет свободным
человеком. Спасибо, Галочка, за прекрасные страницы романа!
Радостного и плодотворного тебе зимнего дня!
Обнимаю с нежностью!


Долорес       15.02.2018   17:34:26

Спасибо, моя родная, что ты так горячо переживаешь за моих героев. Это такое большое счастье!
Да, ты права: пока португалец в отъезде, Инти будет жить, как в раю. Но ди Алмейда обещал Альде, что
не потерпит, если она будет либерналничать с Инти. Что же делать?
Португалец скоро вернётся в Кайенну. И... А как поведет себя король Франции?
Об этом ты уже прочитала.
Благодарю тебя, милая Светочка, за интерес к этому роману. Очень рада, что он помогает тебе забыть наши серые будни.
Обнимаю нежно и желаю тёплого вечера в семейном кругу.












1