Нежданная гостья часть восьмая


Капитан не сразу ответил на его слова, погружённый в свои мысли. Да, он нехотя, но вынужден согласиться с доводами Франсуа. Ревность, хотя для этого не замечалось никакого, хоть мало-мальски заметного повода, присутствовала в его сердце. И даже знание, что Жоффруа и Элизабет, ничего, кроме дружбы не связывает, не могло развеять этих мыслей. Они, словно самостоятельно жили в его сердце, в его душе.
По тому, что пассажиры переглядывались между собой, было понятно, что они о чём-то переговариваются, но расстояние не позволяло расслышать их разговора.
- Франсуа, это настолько заметно? – вопросительный взгляд Антуана, устремился на штурмана.
- Может быть, и не всем, но я-то тебя знаю настолько давно, что это не ускользнуло от меня…
Тем временем Жоффруа и Элизабет продолжали стоять и смотреть на море.
- Жоффруа, а помнишь мы играли в пиратов ?
- Конечно, помню. А ты у нас всегда была атаманшей, -подколол Жоффруа.
- Не всегда, почему ты перевираешь факты? – кокетливо надула губки Элизабет.
- Ну, хорошо. Не всегда, - пошёл на попятную, уступая право первенства виконтессе, Жоффруа.
Антуан, оставив штурмана возле рулевого, направился к ним. Они увлечённые представившейся панорамой не заметили его приближения, и только услышав приветствие, оба разом обернулись.
- Рад приветствовать Вас, мадемуазель, а также Вас, юный друг. – Вызывая смущение у юноши, он обратился к ним и после, уже обращаясь чисто к Элизабет, промолвил:
- А Ваш спутник достаточно ловок. Боцман не нарадуется счастливому приобретению, - при пристальном рассмотрении в его глазах можно было заметить лукавые смешинки. Но юный возраст Элизабет не позволил разглядеть этого.
- Благодарю, мессир, за добрые слова. Не далее, как вчера то же самое высказал мне и боцман, когда я проходила к себе в каюту. Жоффруа, вот только сейчас рассказывал мне о вчерашней вахте. И должна признаться, с его слов морское дело ему по душе, - не без гордости за своего спутника поведала виконтесса.
- Жоффруа, а как насчёт службы марсовым? – вдруг спросил он у юноши, вскинув голову, разглядывая марсовую площадку на фоке, куда в свою очередь устремил взгляд и юноша.
- Мессир, на службе команды не обсуждаются, а выполняются. Прикажет боцман, полезу, - нисколько не задумываясь, ответил Жоффруа.
- Молодца, - похлопал по плечу юношу капитан. – За этим дело не станет, поход ещё долго продлится, и ты к концу похода вполне сможешь освоиться и стать морским волком.
Юноша сердечно поблагодарил капитана, и отошёл в сторону матросов, чтобы не мешать их разговору, внутренне почувствовав, что капитан имеет разговор к его спутнице…
Подошедший боцман нашёл ему занятие на палубе, и юноша ушёл выполнять приказ.
- Мессир, а как Вам не надоест бесконечное блуждание в море, когда каждое утро просыпаясь, видишь море и, отходя ко сну опять то же, - заинтересованно посмотрела виконтесса на Антуана.
- Вы хотите сказать, что море без берегов представляет скучное и однообразное зрелище? – уточнил Антуан. - Видите ли, мадемуазель, надоедает большей частью рутина, что ты делаешь с большой неохотой. Да и когда, тебе осталось только море, где ты можешь чувствовать себя свободно, выбирать не приходится, - проговорил он. – А Вы, похоже, уже успели опостылеть от морских просторов?
- Напротив, мессир. Иной раз только накатывает тоска, но я стараюсь отгонять подобные мысли. Да и, что бы меня ждало там? – пытливый взгляд виконтессы обратился к капитану, прямо упираясь в глаза Антуана…
«Виконтесса, стало быть, говорила правду, когда рассказывала о том, что юноша укрощал самых строптивых коней, - думал Де Вир, наблюдая за ним. – А что, если его приобщить к морскому делу? Сноровка есть, силой тоже Бог не обделил, а не хитрым морским премудростям Франсуа научит. Почему бы и нет?»
После пережитого шторма, экипаж продолжил слаженный порядок, установленный на всех кораблях, матросы заступали на вахту, кто-то один из них по вантам взбирался на фок-марс площадку, наблюдать за горизонтом. От этого матроса зависела сама судьба корабля, если упустит, какое либо судно, имеющее совсем недружелюбное намерение, то одно Провидение и безрассудная отвага матросов может спасти.
В период затишья, когда корабль шёл в бейдевинд, служба на фоке была спокойной,- знай своё дело, посматривая время от времени вдаль,- но не дай Бог, посвежеет, тогда мачта качалась и если внизу это не особо ощущалось, то наверху каждый порыв ветра отклонял мачту на несколько градусов от вертикали и, казалось, корабль ляжет на бок.
И здесь своим хладнокровием отличались представители скандинавов, у кого не было даже намёка на страх на лице. Да и в штормовую погоду они справлялись значительно лучше других, взлетая по вантам до брамселей, под бьющие в спину волны, свирепствующий ветер и распутывали фалы, порою просто обрезая до завершения шторма.
Каждое утро Де Вир и виконтесса завтракали в капитанском салоне, после чего граф закуривал на балкончике свою сигару, выпуская клубы дыма в небо. При этом они вели ненавязчивые беседы с Элизабет и всякий раз, он пытался узнать её тайну, не задевая её никоим образом, что порою вполне удавалось. И ему уже верилось, что разгадка близка, когда Элизабет стала избегать ответов на каверзные вопросы и ловко сменяла тему на что-то не существенное, никакого отношения к ней не имеющее.
То ли это было обычным кокетством или же продуманным ходом мадемуазель, Де Вир ещё не осознал, но и из разрозненных фрагментов, что ему удалось выведать во время предыдущих бесед, у него уже сложилось определённое впечатление о виконтессе. Никаких порочащих девушку фактов не имелось, всё было, так или иначе, благопристойно, да и так ли существенно для него, изгоя французского высшего общества, её происхождение.
На данный момент, он всего лишь морской разбойник, кого могут повесить без суда и следствия, на любом корабле королевского флота, независимо, чей бы он ни был. И сегодня при дворе Его Величества, едва ли кто вспомнит блистательного шевалье графа Антуана Де Вир д Оджоно. Некогда близкие друзья и те постараются обойти его стороной, не признав былых знакомств, в страхе навлечь на себя немилость.
Так что говорить о девушке, у которых прав и того меньше, кого отцы использовали иной раз в качестве чуть ли не разменной монеты, лишь бы приумножить богатства или стать вхожим в лучшие дома. В этом ключе, едва ли можно обвинять девушку, пожелавшую сбежать из отчего дома, только чтобы не быть игрушкой судьбы в руках алчных родителей, коим безразлична дальнейшая судьба дочерей. Но Де Вир понимал и то, что во многих случаях отцы поступали так из лучших побуждений, дабы дочь не испытывала нужду в чём-либо.
Понять же вражду между двумя состоятельными родами, чьи корни уходили в глубь веков, он так и не смог. И когда, Элизабет попросила у капитана, какую-нибудь да сменную одежду, Де Вир предложил посмотреть в сундуке, что стоит у неё в каюте. Элизабет, из нарядов, имевшихся в предоставленной ей каюте, смогла выбрать наиболее близкие к её внешности и отвечающие фигуре, благодаря чему позволяла себе смену платьев. К тому же платье, в котором она взошла на борт, не спасало от продувающих насквозь ветров, как и от холода, что чувствовался по вечерам на этих северных широтах.





Рейтинг работы: 0
Количество рецензий: 0
Количество сообщений: 0
Количество просмотров: 18
© 13.02.2018 Аскольд Де Герсо
Свидетельство о публикации: izba-2018-2198843

Рубрика произведения: Разное -> Легенда












1