МЕЖДУ ЗАПАДОМ И СТЕПЬЮ (1235-1260)



1235 год, ЦЗЯ ШИД

Канцлер Южной Сун пребывал в тревоге. С каждым годом положение его страны ухудшалось. Сбывались худшие опасения его предшественника, который изо всех сил старался не допустить падения чжурчженьского государства Цзинь. Кто-кто, а старый лис понимал: если северные варвары — татары — захватят его, то следующей целью станет Империя. Но даже предшественник не мог вечно оттягивать неизбежное. Едва он скончался, как пала последняя столица Цзинь. И сунский гарнизон своими руками помог татарам взять её. За это Империя получила одну из провинций. Хоть что-то, ведь варвары рано или поздно разобрались бы с чжурчженями и без поддержки со стороны, а Южная Сун осталась бы вообще ни с чем. Впрочем, так и получилось...

Дело в том, что император, а точнее влиятельные царедворцы, помимо провинции замахнулись на все тамошние земли, чем вывели татар из себя. В итоге они разгромили сунский отряд, подходивший на помощь сидевшему в городе Лоян и в итоге покинувшему место дислокации гарнизону, а потом, открыв плотины на реке Хуанхэ, утопили всю сунскую армию. Теперь каждый обладатель хотя бы скудного ума понимал, каким будет следующий шаг варваров. Вопрос состоял только в одном: когда именно ждать нападения?

Имперская разведка работала без перебоев и канцлер Цзя Шид получал огромный объём информации о шагах противника. Сейчас варвары проводили великое собрание где-то в безграничных степях. На него съехались все высшие лица.

«Затишье перед бурей!» - понял Цзя Шид.

И оказался прав! На собрании татары раздумывали о том, в какую сторону направить копыта своих коней. Сунский канцлер с нетерпением и страхом ждал итоговых донесений. Он уже не раз сообщал императору:

-Варвары имеют два варианта для удара. Они могут напасть на нас и Корё, а могут устремиться в полуночные страны.

Лишь через много бессонных ночей получил Цзя Шид заключительный отчёт об основных положениях большого татарского совета. Проглядывая свиток, он то и дело удивлённо восклицал:

-Что?! Решили наступать на всех направлениях? А не надорвуться ли? Впрочем, нам же лучше будет. Сколько они покоряли чжурчженьских выскочек? Четверть века? Им ещё нужно переварить завоёванное! Государства Шёлкового пути вместе взятые пали несравнимо быстрее. Видимо, чем дальше к закату — тем слабее народы. Но какой же фронт первостепенен? Где враги сосредоточат основные войска? Ага, верховный вождь Угедэй собирается возглавить поход на половцев! И большинство царевичей отправится туда же! Замечательно! У нас появляется шанс отбиться. А там, глядишь, половина татар сложит головы в западных краях, а другая — разжиреет на трофеях, как это случалось с предшествующими захватчиками. Таким образом наша Империя простоит ещё не одну сотню лет.

1236 год, БЕЛЛА

Неожиданно в венгерские пределы вторглись половцы. Король Белла Четвёртый призвал собирать своих рыцарей и оповестить баронов о том, чтобы они шли к нему на подмогу. Едва войска расположились в чистом поле напротив друг друга, как слуги оповестили о прибытии половецких парламентёров.

-Пусть говорят! - распорядился король. - Надо же знать, с чего вдруг они явились из-за Карпат.

К его удивлению степняки хотели не воевать, а отдаться под покровительство. На такой отчаянный шаг их сподвигла атака восточных полчищ, которые перешли Волгу и обрушились на на них. Многие половецкие вожди решили сражаться за родные края не на жизнь, а насмерть. Однако вождь Котян не раз сталкивался со страшными тартарами, неизменно им проигрывал и после очередного жестокого разгрома ушёл с подвластными ему кланами на запад. Их было от двадцати до сорока тысяч людей.

После долгого раздумья и отчаянных споров с вельможами Белла сказал котяновым послам:

-Ступайте к своему хану и сообщите, что я возьму вас в своё подданство при условиях, что ваше племя признает меня верховным сюзереном, перейдёт в христианскую веру, станет нести пограничную службу на восточных рубежах королевства и в любом случае окажет мне помощь в противостояниях как с внешними, так и внутренними врагами.

Когда послы удалились, всполошившиеся бароны принялись по новой отговаривать короля.

-Эти дикари не могут быть надёжными вассалами, - наперебой доказывали они. - Когда-нибудь половцы обязательно взбунтуются в самый неподходящий момент и отберут пожалованные вашим величеством земли.

-Если я откажу им, - отвечал Белла, - то они взбунтуются сей же час, а не когда-нибудь.

-Так давайте же разобьём их!

-Мы понесём большие потери даже в случае победы! Как тогда будем отбивать нашествие идущих следом тартар? Вряд ли братья по вере нам помогут. Чем королевство слабее — тем лучше его соседям.

-Выгони половцев — и тартары не придут в Венгрию.

-Они придут! А половцы помогут нам отбиться от восточных орд.

Как не пытались вельможи, Белла был непреклонен. Про себя он тоже не верил в приход тартар. Просто с помощью новых подданных он расчитывал упрочить королевскую власть и приструнить баронов, зарвавшихся ещё во времена отца.

К радости Беллы вернувшиеся послы сообщили, что Котян и его народ согласны принять выдвинутые условия.

Весна-осень 1236 года, УГЕДЭЙ

Верховный хан наблюдал из Монголии за развёртыванием западной кампании. Нет, разведка Южной Сун не подвела. Угедэй действительно хотел лично возглавить этот большой поход, однако многочисленная родня, составляющая значительную часть правящей верхушки, почти единогласно выступила против.

-Стоит тебе уйти на другой край света, как покорённые народы поднимут восстание и тогда мы не только не приобретём новые владения, но и лишимся старых. Вот почему сам Чингисхан поручал военные операции дальше каспийских вод другим. Последуй же его примеру.

Угедэй подчинился общему мнению. А главнокомандующим назначил своего племянника Бату, сына Джучи. На сей раз никто не посмел возразить, даже если и был недоволен выбором. Данное решение не шло в разрез с волей Чингиса, по которой именно Джучидам вменялось в обязанность покорение заволжских народов.

Первый удар был нанесён половцам. Полностью уничтожить их войска во главе со старым противником Котяном не удалось, но половцы на время вышли из игры. Пусть отсиживаются пока за рекой Дон и зовут на подмогу урусских князей. Монголы в соответствии с планом, разработанным при непосредственном участии великого хана, повернули на север. Теперь необходимо было расправиться с Булгарским царством и их союзниками. После чего не составит труда вторгнуться в урусские владения, пока их князья станут искать монголов в приазовских степях.

Однако быстро реализовать задуманное не получилось. Сначала вышла осечка с башкирами, которым Бату проиграл сражение. К чести племянника, он решил эту проблему оперативно, предложив победителям союз. Те согласились, благо монголы не были разгромлены, а просто отброшены. К тому же башкиры знали силу и обширность их империи, а также то, что в любой момент им могут послать многочисленную помощь. Лучше разделить с монголами честь завоеваний царств в качестве полноправных союзников, чем в перспективе стать их бесправными рабами.

В таком составе войска Бату вторглись в Булгарию. Они подчинили себе одно мордовское племя, изгнали в дремучие леса другое и дошли до столицы Булгарского царства, где разбили их армию. К исходу лета Бату расчитывал вторгнуться в Уруссию, однако булгары только притворялись покорными. Выгадав время, они укрепили свои города, набрали новые полки и подняли восстание. В результате монголы завязли в местных лесах и болотах. Западный поход грозил захлебнуться. Чтобы этого не произошло, Угедэй решил отправить на помощь ещё одно войско.

-А командование им я поручаю Субудэю-багатуру! - объявил верховный хан.

Конец 1236-осень 1237 гг., СУБУДЭЙ

Выбор Угедэя был сделан не случайно. Субудэй хорошо знал те места. Впервые он посетил их ещё в 1224 году, когда вместе с Джэбэ-нойоном возвращался из похода на половцев.

В тот раз попытка захвата волжского государства закончилась плачевно. Вышедшее против пришельцев булгарское войско применило военную хитрость, которую сами монголы не так давно использовали против половцев и уруссов в битве на реке Калке. Булгары сделали вид, что не выдержали натиска и побежали. Монголы бросились добивать их и... оказались окружены со всех сторон. Немногие вырвались из этого котла. Джэбэ погиб вместе с большинством. Тяжело раненному Субудэю удалось вырваться вместе с четырьмя тысячью человек, он потерял глаз и стал хромым.

После долгих скитаний остатки монгольского войска добрались-таки до ставки Джучи — старшего сына Чингисхана. Оттуда Субудэй послал великому хану отчёт о походе. Немного погодя пришёл ответ, в котором Джучи было велено собирать войска и идти в карательный поход против Волжской Булгарии. Однако он не состоялся. Сначала из-за смерти Джучи, потом из-за смерти самого Чингиса.

Только два года спустя, после избрания нового верховного владыки монголов, Субудэй с вверенными ему полками вновь вторгся в Булгарию и нанёс тамошней армии поражение. Правда из-за недостатка в людях он не смог оккупировать сам край. Уже тогда основные военные ресурсы Монгольской империи были направлены на захват чжурчженьского царства Цзинь. Вскоре и Субудэя отозвали на восточный фронт. Там он увеличил свою огромную славу, захватив одну из вражеских столиц.

И вот шестидесятиоднолетнего полководца вновь бросали против булгар в качестве начальника штаба Бату-хана. На сей раз он находился в полной уверенности, что сумеет подчинить непокорное племя.

Прибыв к месту назначения и разобравшись в обстановке, Субудэй разделил армию на несколько мобильных групп. Они разбили отряды булгарских повстанцев, после чего начали захваты городов. К концу зимы волжское царство было разорено и предводители монголов собрались на совещание для выработки дальнейших действий.

-Время на завоевание Уруссии упущено, - убеждал Субудэй хана Бату и других чингисидов. - Через пару недель начнётся оттепель, тамошняя земля раскиснет и наши кони завязнут в неизвестных нам лесах и болотах. Предлагаю дождаться следующей зимы.

-Что же нам делать почти целый год? - возразили ему.

-Пополнять припасы, посылать разведчиков, добивать булгарских партизан и их мордовских друзей. Нужно смирить непокорных арджан, а также неверных мокшан и буртасов. В общем, следует обезопасить наши тылы перед новым броском.

Неизвестно, удалось бы старому военачальнику отстоять свою точку зрения, если бы из южного Поволжья не пришли вести о восстании половецких племён. Бату вынужден был послать на его подавление часть войск, а оставшиеся части принялись добивать средневолжские народы. Поход на Уруссию пришлось отложить. Лишь к началу осени монголы покончили и с теми, и с другими.

Декабрь 1237-январь 1238 гг., ЮРИЙ ВСЕВОЛОДОВИЧ

Покончив с Волжской Булгарией, татары вплотную приблизились к восточным границам земли Русской. По сообщениям беженцев они разделили свои войска на четыре части, три из которых двинутся на Русь и только ждут зимы, чтобы удобнее было переправляться через замёрзшие реки.

Татарские послы явились во Владимир в первой половине декабря. Они потребовали признать себя слугами ихнего владыки и в доказательство покорности выдать дань в виде десятой доли от всего имеющегося: воинов, коней и продовольствия. Щедро одарив наглецов, великий князь Владимирский Юрий Всеволодович велел им передать своему повелителю, что не отказывается быть ему равноправным союзником, но никогда не станет данником.

Немногим позже прискакал гонец от рязанского князя с предложением выступить против поганых вместе. Юрий отказал и ему.

-Часть татарских полчищ по слухам может обойти рязанские земли с севера и оказаться в моих владениях. Кто тогда станет их выгонять, ежели я и мои полки будут отсутствовать? Нет уж, пусть каждый обороняет свою вотчину самостоятельно.

Прошло ещё немного времени и Юрий узнал о том, что рязанский князь, схлестнувшись с татарами у реки Воронеж, потерпел тяжелейшее поражение. В битве погибли два муромских князя. Рязанский правитель вместе с одним из племянников бежал в свою столицу. Второй его племянник по имени Роман отошёл с остатками войска к Коломне.

Обсудив с ближним кругом сложившееся положение, Юрий решил отправить владимирские полки во главе со своим старшим сыном Всеволодом и опытным воеводой Еремеем на границу с Рязанским княжеством. В Коломне они должны были встретиться с Романом и сообща готовиться к отражению поганых.

Проводив своё воинство, в котором находились также и новгородцы, великий князь очень скоро узнал от посланцев сына, что они благополучно добрались до Коломны. Там Роман сообщил о падении Рязани.

-Теперь идти дальше города им не имеет смысла, - сказал Юрий Владимирский. - Татары сами придут к рязано-суздальским границам. Нам остаётся ждать вестей об исходе решающей битвы.

И они пришли в первых числах января вместе со Всеволодом и остатками дружины. Выжившие-то и рассказали о жестоком поражении от татарской орды.

-Остаётся уповать на крепость владимирских стен, - заключил Всеволод.

-Такая пассивная тактика приведёт к неминуемому поражению, - ответил Юрий. - Нужно собирать большое войско. Я уже разослал гонцов даже за пределы своих владений. На черниговского князя я не слишком расчитываю, но помощь должна появиться из Новгорода и Киева. Общий сбор назначен в Ярославле, куда я отправлюсь незамедлительно. С собой возьму лишь небольшую часть дружины, основное войско остаётся здесь. Принимай его под своё начало, сын. Воевода Пётр Ослядюкович поможет тебе, если возникнут проблемы. Он опытный военачальник.

-Брат Мстислав остаётся или уезжает с тобой? - спросил Всеволод.

-Остаётся под твоей рукой равно как и другие члены нашей семьи.

-А остальных почто решил оставить, отец? Забери матушку, а также наших с Мстиславом жён и детей отсюда. Ведь нет же проку в их пребывании здесь!

-Если горожане увидят, что княжеская семья покидает Владимир, - возразил Юрий, - то уверятся в неминуемом поражении, падут духом раньше времени и окажут врагу слабое сопротивление. Тогда столица точно не сдержит татарского натиска. А оставляя жену, детей и внуков здесь, я подаю людям знак того, что за стенами они смогут пересидеть до моего возвращения.

С этими словами великий князь отправился в Ярославль.

Январь 1238 года, АЛЕКСАНДР ЯРОСЛАВИЧ

Тяжело быть князем! А новгородским вдвойне! Молодой Александр познавал эту истину на собственном опыте. В отличии от других княжеств все общественные вопросы — какого князя пригласить, кого поставить посадником, кого тысяцким, с кем воевать, с кем мир заключать — здесь решало народное вече или городской совет. Князь в Новгороде являлся не самостоятельным правителем, а лишь главнокомандующим в военное время, исполняющим волю площадного большинства (иногда даже черни) и живущим отдельно — в своём Городище. В любой момент ему могли указать за ворота.

Когда в Новгород прибыли посланцы владимирского князя Юрия, Александр велел дружинникам собираться. Он расчитывал привести дяде большое войско, однако новгородцы не пожелали идти на выручку и Александру запретили.

-Уйдёшь, - пригрозили они, - и не князь ты нам больше. Пусть Юрий Владимирский сам отбивается от поганых, а нам свои рубежи защищать требуется. Тевтоны замышляют поход на Псковскую землю, папа римский благословил шведов на крестовый поход против финских племён, датская корона захватила территории северных эстов и вплотную приблизилась к нашим границам, литва тоже косится на исконно русские области. Мы не можем сейчас оставлять свои земли.

-А если татары после победы над дядей отправятся на Новгород? - спросил Александр. - Ведь тогда мы окажемся между двух огней!

-А почему ты уверен, что они пойдут именно на Новгород? - возразили ему. - Но уж если так случиться, то будем бороться на своей земле. Вот наше последнее слово.

Александр вернулся в Городище сильно разгневанным.

-Всё равно поеду! - кричал юный князь.

Боярин Фёдор Данилович, бывший его дядькой-пестуном в отрочестве, не произнёс ни слова.

-Что же ты молчишь, Данилыч? - спросил Александр. - Или я не прав? Или отец поступил бы по-другому на моём месте?

-Думаю, что да.

-Не может быть!

-Князь Ярослав не придёт на помощь Юрию Всеволодовичу, - уверенно сказал боярин. - И тебе бы не посоветовал покидать Новгород при таких обстоятельствах. Иное дело, ежели бы за тобой пошло ополчение. Но у новгородцев связаны руки. Латиняне готовят бросок на Новгородскую и Псковскую области, они только и ждут подходящей возможности для нападения. Поэтому не может Новгород предоставить Юрию помощь. А ты один с дружиной будешь слабым подспорьем владимирскому князю. Примерно в том же положении сейчас находится твой отец. Киевляне не пойдут за ним отражать татарскую атаку в Залесские края, а одна его дружина мало что изменит. Поганые слишком многочисленны.

-Так ведь к Юрию Всеволодовичу подтянемся не только мы с отцом, - возразил юный князь. - Есть ведь ещё дядя Святослав из Переяславля-Южного, есть мои двоюродные братья Константиновичи.

Фёдор тяжело вздохнул.

-Константиновичи, скорее всего, станут под стяг князя Владимирского, - ответил он. - У них выхода другого нет. А у тебя и отца ситуация другая. Если вы покинете ключевые для контроля над Русью престолы, то ими завладеет другая ветвь Рюриковичей. Черниговская, например. И перехватит инициативу. Тогда Владимиро-Суздальская земля утратит первенство и постепенно превратится во второразрядное княжество. Этого допустить никак нельзя.

Скрепя сердце Александр согласился поставить на свою репутацию чёрное пятно ради того, чтобы Новгородское княжество оставалось в сфере влияния потомков Всеволода Большое Гнездо.

Февраль-март 1238 года, ЯРОСЛАВ ВЛАДИМИРОВИЧ

Князь-изгой милостью рижского епископа получил в кормление жалкое село и четвёртый год прозябал в Ливонии. Но всё ещё лелеял планы захватить Псков с помощью рыцарей-крестоносцев. Правда до последнего времени о подобном нечего было и мечтать. Владимиро-Суздальское княжество по-прежнему оставалось сильнейшим на Руси, а в Новгороде сидел племянник Юрия. Единственное, что мог позволить себе в такой ситуации Ярослав, так это тайно переписываться со своими псковскими сторонниками. Самым влиятельным среди них был боярин по имени Твердила Иванкович. Он-то и оповестил изгнанника о том, как резко всё изменилось в связи с нашествием татар на северо-восточную Русь.

Владимиро-Суздальское княжество на глазах обращалось в пепел. Достаточно было перечислить разорённые города, чтобы догадаться о масштабах трагедии: Москва, стольный град Владимир-на-Клязьме, Суздаль, Переяславль-Залесский, Юрьев-Польский, Стародуб, Тверь, Городец, Галич, Ростов, Ярославль (Юрий Владимирский бежал оттуда), Углич, Кашин, Кснятин, Дмитров... За исключением Москвы все эти города пали в феврале и уже в конце того же месяца татары вторглись в новгородские пределы.

-Нужно собирать рыцарей и занимать Псков, - наседал Ярослав на епископа. - Никто не придёт ему на помощь, ведь владимирцам и новгородцам сейчас сильно не до него. Взять город будет совсем нетрудно. Там есть мои сторонники, они уговорят или заставят остальных псковичей открыть ворота и провозгласить меня князем.

Рижский епископ кивал, соглашался, но с сожалением констатировал, что в ближайшие месяцы поход невозможен.

-Как ты знаешь, мои воины в составе общей армии ливонского отделения Тевтонского Ордена приводят к покорности племя эстов. К тому же у нас продолжается неразбериха в руководстве. Действующий ландмейстер тяжко болен и находится в Баварии, а исполняющий его обязанности пока не вступил в должность официально. Сейчас я ничего не могу сделать. Поход на Псков состоится не ранее, чем через полгода. Столько лет ты терпел, Ярицлейв, потерпи ещё немного.

-Но мы упустим благоприятный момент! - кипятился Ярослав. - Пока соберёмся — Владимир и Новгород оправятся от татарского удара.

-Судя по твоим данным, они никак не оправятся в ближайшее время, - возразил епископ. - Вдобавок нужно проследить за тем, как события пойдут дальше. Рассправившись с Новгородом, татары могут сделать своей следующей жертвой Псков, а там и до Ливонии недалеко. В этом случае все наши силы уйдут на отстаивание собственных территорий.

В середине марта Ярослав получил от Твердилы ещё два послания. В первом сообщалось о поражении великокняжеского войска и гибели Юрия Владимирского, Всеволода Ярославского, а также Василька Ростовского на реке Сить. Во втором, чуть более позднем, Ярослав узнал о том, что татары ушли на юг, не дойдя до Новгорода каких-то ста вёрст.

-Без поддержки владимиро-суздальских полков даже невредимый Новгород вряд ли смог бы выбить нас из Пскова, - с горечью сказал Ярослав Безземельный по-прежнему пассивному епископу.

Весна 1238 года, БАТУ

По нескольким причинам идти на Новгород монголы после битвы на реке Сить не стремились. Они выполнили свою задачу: разорили самый могущественный улус Уруссии и покончили с его правителем. После такого триумфа Новгород не представлялся сверхценной добычей. Его захват не дал бы никаких стратегических преимуществ или значительного обогащения. А ещё сокрушение Владимиро-Суздальского княжества далось, мягко говоря, нелегко. Армия устала, ей требовался отдых. Солдаты жаловались на заканчивающиеся провиант и фураж. И на то, что их лошадям всё труднее продираться через лесные дебри этого угрюмого края.

-Скоро начнётся оттепель! - гнул свою линию старый Субудэй. - Снег и лёд растают, а суша превратится в тесто. Как мы выберемся отсюда?

-Уруссы передвигаются же как-то! - нетвёрдо возражал Бату.

-Они плавают на лодках. В речном бою уруссы одолеют нас в два счёта. При весеннем отступлении нам придётся вырезать лошадей и уходить пешими, опасаясь за собственные спины. Это будет смахивать скорее на бегство.

Собрав совет и выслушав те же доводы, Бату постановил возвращаться в Степь. Почти сразу выяснилось, что армия настолько истощена, что им придётся вырезать пленных, а также бросить значительную часть захваченной добычи и осадной техники.

Для лучшей маневренности вновь разделились на отдельные отряды. Они как и раньше оперативно сообщались между собой и их можно было собрать в кулак если бы пришлось столкнуться со значительными силами неприятеля. По дороге завоеватели вымещали злобу на маленьких городках и деревушках. Некоторые части монголов сильно отклонились на запад и вышли к Смоленску, после чего подверглись нападению жителей этого города. Битва окончилась гибелью многих славных воинов с обеих сторон.

-Мы слишком сильно зашли вглубь непокорённых урусских улусов, - понял Бату и приказал поворачивать на восход.

Монголы разорили маленький городок Вщиж, поспешно прошли мимо Брянска и Карачева, затем резко повернули на северо-восток, стремясь выбраться к разорённым и оттого беспомощным рязанским областям, когда наткнулись на городок под названием Козельск. Вал и стены его были добротными, но сам Козельск размерами не поражал. Через парламентёров Бату потребовал от жителей сдаться, на тех условиях, что он заберёт их имущество и десятую часть людей, зато пощадит остальных. Козельчане ответили отказом.

-Тогда пусть пеняют на себя! - воскликнул Бату и приказал идти на приступ.

Без осадных машин первый штурм не удался. Следующие тоже. Так прошла неделя, потом другая, третья... Ситуация ухудшалась из-за оттепели. Монголы вязли в грязи и воде. Субудэй уговаривал плюнуть на бесполезный во всех отношениях город и уносить ноги. Однако невероятное упорство Козельска так вывело Бату из себя, что он поклялся взять его во что бы то ни стало. Одержимость полководца передалась многим воинам. На седьмую неделю осады к Козельску подтянулись отряды, сохранившие немного техники. С её помощью за два с половиной дня монголам удалось сделать в городской стене брешь и взобраться на вал, где началась резня. Козельчанам удалось отбиться. Более того, они предприняли вылазку, разрушили осадные машины и убили около четырёх тысяч монгольских воинов, прежде чем их удалось истребить.

-Наши войска наконец-то проникли в лишённый защитников город! - сообщили хану. - Теперь упрямцы обречены!

-В плен никого не брать! - закричал разьярённый Бату. - Вырезать всех до одного! Сам город разнести до последнего брёвнышка и сравнять с землёй! Его название я приказываю забыть! Тот, кто даже случайно произнесёт его при мне, поплатится жизнью!

Только когда с Козельском было покончено, монголы возобновили своё продвижение в степи.

Осень 1238 года, БРЯЧИСЛАВ ВАСИЛЬКОВИЧ

Брячиславу Полоцкому досталось тяжёлое наследство.

Ещё пятьдесят-шестьдесят лет назад его предшественники собирали дань с ливов и латгалов, а также контролировали важнейшую для них водно-торговую артерию — Западную Двину. В 80-х годах 12 века в тех краях вдруг обьявился некий миссионер. Он попросил у тогдашнего полоцкого князя Владимира разрешение проповедовать прибалтам христианство. Владимир дал согласие, несмотря на то, что миссионер был последователем римского, а не константинопольского толка. Скорее всего, князь расчитывал, что язычники рассправятся с наивным проповедником, как поступали с его предшественниками. Но всё обернулось иначе.

Миссионер выжил. Он построил церковь, учредил епархию и потребовал от ливов и латгалов десятины. А когда те отказали — призвал на помощь рыцарей-крестоносцев. Прибывшие на зов рыцари основали в устье Двины замок под названием Рига, тем самым закрыв для полоцкой торговли Балтику. Также эти воины стали прибирать ливов и другие племена в свои руки. Обстановка усложнялась, начались конфликты всех против всех. Политические союзы то возникали, то распадались. Вчерашние друзья становились врагами и наоборот...

Брячислав, княживший раньше в Витебске, сел на полоцкий престол семь лет назад. До него кто только здесь не правил! Княжество, как и любое другое на Руси, было давно разделено на уделы и ослаблено до предела. Внешние враги тоже не зевали. Хуже всех проявляла себя литва — ещё одно племя, когда-то бывшее данником Полоцка. Брячислав с ужасом наблюдал за её усилением. Раньше литва ограничивалась набегами на Русь - теперь стала прибирать земли, принадлежащие потомкам Всеслава-колдуна. Причём, не только силой!

Совсем недавно умер Изяслав Новогрудский, чей небольшой удел ютился на западе Полоцкого княжества. Когда-то, ради сохранения своих владений в неприкосновенности от литвы, Изяслав был вынужден выдать свою единственную дочь замуж за одного из их вождей — Миндовга. И вот теперь этот Миндовг и по праву сильного, и по закону наследовал Изяславу. Кроме Новогрудка он получил также Слоним, Волковыск и Сдитов. Рюриков дом потерял целый удел, а у возвысившегося над своими соплеменниками Миндовга аппетиты только возросли: Брячислав получил сведения о том, что он собрал большое войско и направляется в сторону Полоцка. Нужно было готовится к отражению агрессии.

-На владимиро-суздальских князей надежды нет, - рассуждал Брячислав. - Они разбиты в пух и прах. Новгород тоже вряд ли придёт на помощь из-за нашего хотения время от времени заключить союз против литвы с тевтонами. Посылайте гонцов к Святославу Смоленскому и волынским Романовичам. Михаила Черниговского тоже на всякий случай не забудьте. Авось случится чудо и он придёт на помощь или пошлёт кого-нибудь от своего имени. Ничего, отобьёмся!

Миндовг пришёл. А смоляне, волыняне и черниговцы — нет! Брячислав дал бой под стенами Полоцка. Литва одолела русских и выжившие укрылись за городскими стенами. Наступили томительные недели осады. Полочане не могли тягаться с неприятелем в открытом бою, а неприятель не имел возможности взять город. Время шло, но никто не спешил осаждённым на выручку. Запасы и терпение заканчивались, начиналось глухое недовольство. Брячислав подозревал, что литве тоже приходится несладко, ведь нелегко держать долго такое войско в бездействии, однако они не уходили. Тогда Брячислав решился на переговоры, видя готовность полочан отдаться под правление Миндовга, лишь бы прекратить осаду. Литовский князь ответил. Он соглашался уйти восвояси в обмен на заключение союза против тевтонов и браком его племянника Товтивила на одной из дочерей Брячислава.

Брячислав колебался. Ведь Товтивил в таком случае будет после его смерти претендовать на Полоцк. А учитывая поддержку со стороны Миндовга, брячиславовых сыновей быстро ототрут в сторону. Но выбора не было и князь дал согласие на брак с условием, что Товтивил примет православие. Вскоре сняли осаду и сыграли свадьбу.

Литва недолго задержалась в окрестностях Полоцка. И ушла отнюдь не к себе. Стало известно, что Святослав Смоленский не пришёл Брячиславу на помощь, так как участвовал в битве с отрядами татар, после которой немного погодя скончался от ран. Его брат Всеволод сидел на смоленском престоле ещё не очень прочно, он попросту побоялся покинуть город. Миндовг решил воспользоваться тамошней неразберихой и повёл войско на Смоленск. Он надеялся и со Всеволодом заключить династический союз, поскольку племянников у него хватало.

Зима 1238/1239 гг., ЯРОСЛАВ ВСЕВОЛОДОВИЧ

После ухода татар Ярослав покинул Киев и принял княжение во Владимиро-Суздальской земле. Новые владения сильно пострадали, но долго предаваться горю было некогда. Предстояло отстраивать города и возрождать пошатнувшееся могущество.

От сына Александра Новгородского приходили тревожные вести. Шведы и рыцари-крестоносцы вплотную подбирались к его владениям. Ярослав чувствовал, что с ними ещё предстоит схлестнуться. Но это будет позже. А вот с литвой нужно было что-то делать прямо сейчас. К Ярославу за помощью обратился Всеволод Смоленский, изгнанный литвой из собственного города. Оставив на время внутренние дела, Ярослав собрал воинов, дождался старшего сына с дружиной и выбил захватчиков из Смоленска, вернув его законному владельцу. Потом он узнал о том, что вдогонку литве отправилось большое чернигово-северское воинство во главе с Михаилом Черниговским. Они добрались до литовских земель и славно там повоевали. Ярослав тоже хотел закрепить успех и идти на Полоцк, но сидевший там Брячислав Василькович изъявил желание заключить с ним союз, скрепив его браком между своей дочерью и Александром Новгородским. Подобным шагом Полоцк отдалялся от литовского влияния.

Не успел Ярослав перевести дух, как снова проявились татары. Зимой 1239 года они вновь вторглись в булгаро-мордовские земли и подвергли их жестокому разорению. Досталось и русским владениям. Поганые сожгли Муром, Городец, Гороховец, Нижний Новгород и, повторно, Рязань.

-Ну что, княже? - вопросили ближники. - Собираем дружину и ополчение?

После тяжкого молчания Ярослав ответил:

-Нет. Не будем ничего предпринимать.

-Как же так? А ежели вороги пойдут вглубь нашего княжества?

-Тогда признаем ихнего царя своим господином и отдадим десятую часть имеющегося!

-Модно ли помыслить о таком?!

-Лучше потерять десятину, чем всё!

Долго ещё бояре и воеводы обсуждали слова Ярослава и никак не могли прийти к единому мнению. Порой доходило до драки. Тогда вновь заговорил великий князь:

-Моё слово вы слышали, но если большинство из вас несогласно, то я откажусь от него и пойду на татар. Только вряд ли мы их одолеем, скорее сложим буйны головы на поле брани. Не за жизнь свою я боюсь, а за последствия нашего поражения. Пройдут татары по нашему княжеству и точно превратят его в обезлюдевшую пустыню. В общем, решайте, други, как быть. Я последую общему мнению.

После тяжёлых споров ближники приняли ярославову сторону. Но татары не двинулись дальше. Они снова ушли. Чтобы в начале марта взять штурмом Переяславль-Южный, отделённый от Владимиро-Суздальского княжества Черниговским.


ПРОДОЛЖЕНИЕ СЛЕДУЕТ С ПОНЕДЕЛЬНИКА ПО ПЯТНИЦУ. ПРОИЗВЕДЕНИЕ БУДЕТ ВЫЛОЖЕНО ПОЛНОСТЬЮ





Рейтинг работы: 0
Количество рецензий: 0
Количество сообщений: 0
Количество просмотров: 15
© 11.02.2018 Вадим Кириленко
Свидетельство о публикации: izba-2018-2196459

Метки: Александр Невский, Даниил Галицкий, Батыево нашествие, монголо-татарское иго, Тевтонский Орден,
Рубрика произведения: Проза -> Повесть












1