2.2 Генетический мусор



Подумать только, а ведь когда-то Марс был символом надежды и процветания для всего человечества. Глядя на ночное небо, люди Земли видели одинокую яркую звёздочку и думали, что их вид покорил эту планету, сделал своей колонией, продвинулся так далеко, как никогда прежде. Человек видел новый виток своего развития в красных песках Марса - так было с самого начала третьего тысячелетия.

Но романтика уступила место прагматизму. Учёных быстро оттеснили с марсианской арены, и в дело вступили корпорации. Они основывали города, создавали огромные добывающие комплексы, вели настоящие войны за ресурсы и финансировали разработку и создание способа передачи добытых на Марсе ископаемых.
Красная планета стала сырьевым придатком стремительно растущей и развивающейся Земли, не больше, но и не меньше. Люди теперь редко когда шли в колонисты от хорошей жизни. Марс более не был для человечества новой ступенью в освоении космоса, он стал местом, где можно добыть уже начавшие иссякать на Земле ресурсы. «Добровольцев» в марсианские шахты чаще всего брали из изрядно переполненных земных тюрем, где озверевшие от безысходности люди хватались за любую, пускай даже самую призрачную возможность обрести свободу.

Таково было положение дел на момент фактического окончания Четвёртой мировой войны. Марс потихоньку развивался, оставаясь в тени своей властной голубой соседки, и не подавал голоса. Местный губернатор из года в год продлевал полномочия у президента Земли, формально являвшегося протектором красной планеты, и у совета корпораций, фактически владевших ей. Конечно же, в научных кругах часто звучали речи о том, что Марс будет использоваться как площадка для дальнейшей колонизации Солнечной системы. Учёные без конца строили планы по освоению спутников Сатурна и Юпитера, но… дальше слов дело никогда не заходило.

Человечество вступило в стадию победившего гуманизма. Ресурсы и деньги тратились в первую очередь на то, чтобы улучшить жизнь всё увеличивающегося населения Земли. Лечение болезней, развитие неблагополучных регионов, создание «лучших условий для жизни»… Всё это требовало невообразимого количества ресурсов. Армия и космос остались за бортом этого нового человечества, которому больше не нужна была защита, и не нужны были звёзды. Человек хотел наладить жизнь на родной планете, а не тратить ресурсы на какие-то непонятные ему поиски жизни в далёких мирах.

Но потом случился Ваал Раут. Всего за пару десятков лет взяв в свои руки всю Землю, он начал строить новое человечество. Общество потребления в его руках обращалось в единый, прекрасно отлаженный механизм, живущий и существующий с одной единственной целью – развитие. Развитие через боль, развитие через кровь, развитие через страх. Десятилетиями выстраивавшаяся норма: всё должно быть направленно на благо каждого отдельного человека – рухнула. На смену ей пришла другая, куда более неприятная: человек – ничто, человечество – всё.

Разумеется, нашлись несогласные с политикой нового лидера, но проблема была в том, что недовольных было слишком мало. Большая часть человечества, изнеженная и лишённая собственной воли, осталась покорной Ваалу Рауту, а тем, кто пытался противостоять новому порядку, дали простой выбор – умереть или быть сосланными на Марс.

Таким образом, Земля получила несколько сотен тысяч тех, кого назвали первыми «нежелательным элементами человечества». Небольшое количество из тех, кто отказался покинуть Землю, действительно были ликвидированы. Впоследствии Марс получил одно из самых крупных за всю свою историю пополнений населения. Люди покидали родную планету с одним очень простым напутствием лично от Ваала Раута: «Живите, как считаете нужным».

Это послужило первой ласточкой метаморфозы, произошедшей с красной планетой. Земля за последующие несколько лет прекратила добычу каких бы то ни было ископаемых на Марсе. Прекратила поставки новых «добровольцев», которым, судя по всему, нашли куда более хорошее применение, а затем и вовсе оборвала почти все контакты с Марсом, оставив лишь одну ниточку.

Несколько роботизированных кораблей ровно два раза в год, в строго определённое время прибывало на красную планету с Земли. Кораблей, несущих в себе всё те же «нежелательные элементы» человеческой расы. Но теперь это были даже не «несогласные». Теперь земляне ссылали на Марс тех, в ком обнаруживался дурной набор генов. Предрасположенность к чему-то, что могло повредить «человечеству», которое строил на Земле Ваал Раут.

Марс, с его медленно ветшающими городами, стал помойкой, куда Земля сливала человеческий мусор. А марсиане… поначалу губернатор, пришедший на смену последнему земному назначенцу, пытался поддерживать порядок, но выходило у него плохо. Прошло всего несколько лет с того момента, как Земля бросила их, но колония, среди населения которой частенько ходили мечтательные разговоры о «свободе», получив эту самую свободу, так и не поняла, что с ней делать.

Шахты стояли. Заводы ветшали. Города пустели… В конце концов, население Марса разделилось на две группы: тех, кто жил в последних ещё сохраняющих какое-то подобие цивилизации городах, которых осталось всего три штуки, и тех, кто ушёл в пустыни, образовав бесконечные банды, воюющие между собой. Банды, словно стаи диких псов, рвали друг другу глотки в бесконечных стычках за обладание синтезаторами пищи и воды, за руины оставленных городов, за брошенный космопорт, на который всё так же прибывали всё новые и новые роботизированные корабли до отказа набитые «нежелательными элементами» с Земли. Или, как называли их на Марсе, – «пополнением».

Многие из тех, кто остался за границами уцелевших городов, теряли человеческий облик, подчиняясь звериным инстинктам. Но были и другие. Те, кто видя, во что превращается их народ, задавались одним простым вопросом.

Как же низко может пасть человек?

Подобная мысль уже не один раз посещала Атру за последние несколько лет. Не один раз ей приходилось удивляться глубинам бездны, в которую так стремительно падает существо, мнившее себя умнее, сильнее и главное – хитрее всех прочих. Но у бездны этой никогда не находилось дна, и следующий всегда стремился переплюнуть предыдущего в подобном весьма сомнительном состязании. Взять хотя бы этот кусок говна, висящий перед ней.

Крепко натянутая цепь держала мужчину (а говнюк этот, несомненно, когда-то был мужчиной) в паре сантиметров над полом, так, чтобы обрубки ног не касались грязного, покрытого обильным слоем мочи, дерьма и крови бетона.

Света лампы, свисавшей на одиноком проводке с того же самого крюка, хватало, чтобы Атра могла оценить масштаб того, что ублюдку пришлось пережить за последние несколько дней. Когда-то красивое тело, лишённое всяких мутаций, сейчас представляло из себя какую-то смесь из ошмётков кожи и кровоточащих кусков мяса. Лицо, правда, парни не особо уродовали. Так, выбили несколько зубов, выкололи один глаз, да отрезали язык, который… Атра обошла пленника, чтобы убедиться – да, отрезанный язык покоился прямо в заднице мужчины.

– Шутник, значит, – сказала Атра, оскалившись в хищной улыбке. – Да. С шутниками у моих ребят разговор короткий.

Мужчина, каким-то странным образом всё еще остававшийся в живых, раскрыл было рот, но вместо слов издал какой-то еле слышный хрип, а с губ его потекли ручейки крови. Трудно говорить, когда язык застрял в заднице. Но ничего. Говорить ему и не надо.

– Сколько раз я вам, дебилам, объясняла одну простую вещь? – Атра толкнула пленника, развернув его к себе лицом. – Мне о тебе рассказали. Умный парень. Послушный, исполнительный. Был. Мог далеко пойти… а что вместо этого?

Сплюнув себе под ноги, Атра отошла на два шага, подойдя к небольшому железному столику – единственному предмету мебели, оставшемуся в камере, которая раньше служила то ли складом, то ли ещё чем-то, но с появлением новой хозяйки была переоборудована в «комнату увеселений». Обладая почти полной звукоизоляцией, она просто идеально служила для пыток, допросов и ещё множества интересных вещей.
Атра взяла со столика маленький, не больше напёрстка, кусочек металла, блеснувший жёлтым в свете дрянной лампочки, которую уже давно надо было заменить.

– Вместо жизни нормального человека, ты решил жить как вор! – крикнула она, швырнув железку в грудь мужчине. – Как тупой, никчёмный вор!

Лёжа на полу, металлическая штучка сначала начала искриться, а затем вокруг неё появилась голубоватая полусфера, являвшая собой грубое, подёргивающееся и рябящее изображение старушки-Земли, с её океанами и материками.

– Что же вы за люди такие, – прорычала Атра, подходя к пленнику вплотную, – да тебе просто попросить было достаточно, и я бы подарила тебе эту хреновину! Зачем ты её крал, дебил?! Зачем ты её крал?!
Почти каждое своё слово она сопровождала крепким ударом в лицо неспособного ответить мужчины. Вновь и вновь она лупила его, как какой-то мешок с песком. Вновь и вновь кулаки ломали кости, рвали кожу… Но ответа на свой вопрос она так и не получила. Отчасти из-за того, что у бедняги был вырезан язык, а отчасти из-за того, что он, в конце концов, умер то ли от её побоев, ставших последней каплей, то ли от того, что с ним творили все эти дни… Да не важно. Одним гадом меньше на свете станет.

Подобрав голопроектор с пола, Атра подошла к закрытой железной двери и три раза пнула её, давая знак стоящим снаружи, чтобы те выпустили её. На секунду в голове мелькнула мысль – а что, если они не откроют дверь? Что, если решат: «Всё. Хватит с нас этой сраной бабы и её порядков!». Что, если они оставят её задыхаться здесь, рядом с дохлым вором?..

Но скрип задвижки развеял зарождавшиеся страхи. Дверь раскрылась, и Атра увидела перед собой высокого мужика, похожего на того, что сейчас висел у неё за спиной. Только, в отличие от того, этот, во-первых, был жив, во-вторых, был одет, а в-третьих, конечности у него были на месте. Правда, одёжка его не отличалась каким-то особым блеском и шиком – комбез химической защиты, поверх которого он натянул бронированный нагрудник.

- Приберись тут, - выдохнула Атра, оттолкнув здоровяка с дороги и выходя в коридор.

Тот торопливо кивнул и, не говоря ни слова, прошмыгнул в комнату. Тело воришки снимут с цепей, почистят, а потом… Потом его пустят на мясо. Да, жрать себе подобных никогда не считалось почётным делом, но добывать еду становилось всё труднее, а народу меньше не становилось. Банда с каждым днём всё увеличивалась, и жрать хотели все. Когда же стало ясно, что марсианские камни на вкус не очень, им пришлось выбирать между голодной смертью и человечиной. Тех, кому больше нравились камни, сожрали первыми.

А этот парнишка… мог стать хорошим человеком, но даже подохнув, послужит общему делу. Хоть какой-то от него толк будет.

- Сраный вор… - выругалась Атра, двигаясь по пустому, плохо освещённому коридору. Мысли скакали и сменяли друг друга, но одна из них так и не утихала ни на секунду. В банде проявил себя ещё один долбанный вор.

Были же простые, проще чем дважды два, чёрт побери, законы. Слушать вожака, не убивать, кого вздумается, не трахать чужих баб, не ломать технику без разрешения и, самое главное, не воровать у своих. Всё! Простые правила, не позволявшие её людям скатиться в то, что из себя являло большинство жителей Марса. Но какого хрена они не могли держать себя в руках?! Ответ напрашивался сам собой. Атра прекрасно знала его, но всё равно не желала принимать.

Мусор. Все они были генетическим мусором, который вот уже полторы сотни лет обильными партиями высылали с Земли на этот пыльный красный кусок говна, именуемый планетой Марс. Все они были отбросами эволюции, хоть Атра и отчаянно пыталась верить в то, что это неправда, и у них есть шанс стать нормальными людьми. Только вот веры с каждым таким ублюдочным вором оставалось всё меньше.





Рейтинг работы: 0
Количество рецензий: 0
Количество сообщений: 0
Количество просмотров: 24
© 10.02.2018 Григорий Павленко
Свидетельство о публикации: izba-2018-2196019

Рубрика произведения: Проза -> Фантастика












1