Уходя - оглянись... Главы 32 - 33 - 34 Вход в новую жизнь...


Уходя - оглянись... Главы 32 - 33 - 34 Вход в новую жизнь...
 

«А иначе, зачем на земле этой вечной живем!?»
Б. Окуджава

                                                        
                                                                                                ВЫПУСКНОЙ ВЕЧЕР.


На сцене играл духовой оркестр воспитанников кадетского корпуса. Атмосфера напоминала бал конца девятнадцатого начала двадцатого веков. По залу разливался переливающийся всеми цветами радуги и созвучий - коктейль из возбужденных голосов, одеяний, эмоций. Педагоги рассаживались в президиуме, а родители образовывали собой полу-чашу, оставляя первые ряды виновникам торжества. Наконец, зазвучали призывные фанфары, и в зал под полонез Шопена стали входить наши ЦВЕТЫ, построенные по парам, держась за руки... Первой шла Вика со своим одноклассником Женей, ведущими выпускного вечера и по праву начинали это красочное юное шествие. Наташа едва не сошла с ума от нахлынувшего траги-счастливого рыдания. Горе сжимало грудь, оттого что сидит совершенно одна из всей семьи и не может разделить радость, счастье, гордость с близкими ей людьми... Одному богу известно, какое двойственное чувство поселилось в ней. От резкого перепада эмоций, стало плохо. Кружилась голова, но рядом была Лариса, и все время следила за Наташей. Сейчас она дала приготовленную бутылочку с водой и успокоительную таблетку, а именинники все плыли и плыли. Торжественная юность, смущенная пристальным вниманием. Слегка испуганные непонятной взрослой жизнью, манившей и одновременно, пугающей неизвестностью. Но сейчас были счастливы, молоды и задорны. Шествие остановилось перед президиумом.

Вика и Женя, проникновенно и взволнованно начали произносить приветственные и благодарственные слова педагогам. Наташа сквозь печаль и боль, любовалась дочерью. Платье делало из ее девочки – необыкновенную принцессу... Вместе с Леной, и еще двумя одноклассницами - действительно похожи на юных выпускниц в воздушных платьях. На Вике были длинные белые перчатки и коротенькое белое платье, утонувшее все в воланах, отчего она казалась эльфом. Многие девочки одеты богато, но их платья напоминали скорее наряды из гардероба мам. Огромные декольте и откровенно зазывающие разрезы, делали юные, еще не оформленные фигуры - несуразными. Прически же, навороченные в дорогих салонах равнодушными стилистами и иже с ними, по всей видимости, стоили немалых денег, но начисто убивали юную нежность милых, еще детских, личиков. Было жаль, что они перешагнули через трепетный и нежный этап своей юности и очутились сразу во взрослой круговерти безвкусия и неразберихи, где им долго придется барахтаться самим, пока сумеют прийти к истинному пониманию, что хорошо, а что плохо. Женя, настоящий юный денди, не сводящий влюбленных глаз с одноклассницы... Сегодня она его просто ошеломила своим обликом из сказки. Ни для кого не было секретом, что он в нее влюблен, но оставались только очень хорошими друзьями, а дружить Вика умела.

Ах, вы! Милые наши дети!
Как же короток этот миг!
И как же он сладок!

Из президиума поднялась директор гимназии - Людмила Георгиевна. Она выступила с торжественными ответными приветствиями в адрес выпускников и их родителей. Потом стала называть фамилии родителей золотых медалистов и выражать им благодарность за воспитание. Первая фамилия была Черкашина Наташа. Ее просили встать и пройти в президиум. Зал аплодировал, а у нее подкосились ноги, но мужественно карабкалась между стульями и держалась изо всех сил, улыбаясь. Наташа подошла уже почти к президиуму, но внезапно развернулась в сторону выпускников и рванулась к Вике... Обняла ее крепко, вложив в объятие всю свою любовь и невыразимую муку, потом пошла и села в президиум на место, рядом с Людмилой Георгиевной. Зал долго аплодировал порыву матери. Все родители испытывали похожее чувство к своим детям, но вряд ли понимали сейчас, что чувства этой женщины сегодня проходили закалку, как сталь. Когда, наконец, все расселись по предлагаемым им местам, началось торжество. В неописуемый восторг всех присутствовавших привело появление первоклашек. Эти цыплята проявили неиссякаемый задор и талант. Зал зашелся от аплодисментов, а юноши-выпускники взяли зайчиков на руки и совершили с ними торжественный проход по залу. Наташа, поддавшись общему веселью, каковое бывает только один раз в жизни каждого человека, смеялась со всем залом, и тут ее глаза наткнулись на огромный букет, подобранный по цвету. Это были только нежно-розовые цветы, и от них шла необыкновенная первозданная, целомудренная свежесть.
- Интересно, кого же ждет такая прелесть?! - подумала она и тут же, подняв глаза на мужчину, державшего эту прелесть, увидела Владлена Германовича. Он смотрел на Наташу и улыбался. Его лицо выражало детскую гордость, что удалось-таки сразить наповал. Надо ли говорить, что испытывала эта женщина сейчас... В голове полная неразбериха, связанная и с горем, и счастьем за дочь, и с непонятным поведением этого человека... Когда закончилась торжественная часть, Владлен подошел к Вике и поздравил с праздником, а неизвестно откуда возникший Витек, преподнес ей свою неизменную корзину с гостинцами для всех ее одноклассников.
- Букет, предназначенный тебе, передам маме, чтобы не загружать тебя. Хорошо? - спросил ее Владлен Германович.

Виктория потеряла дар речи от непривычного внимания и подарков. Счастье было безмерно. Благодарность за праздник дочери, бальзамом разливалась по сердцу матери. Лариса смотрела и ничего не понимала. Наташа спрятала лицо в цветы и заплакала...
- Ну-ну-ну-ну-ну! Немедленно утрите слезы! - шутливо заметил Владлен. Наташа, не стану вас более смущать. Желаю вам отгулять этот вечер как можно радостнее. Я вам позвоню. Она ничего не могла произнести, да, этого и не требовалось. Все было написано на ее лице. Выпускной вечер получился на редкость романтичным. Приглашенные кадеты и юные артистки бальных танцев начали бал. Правильность, стройность движений профессионалов, разорвали своим задором и щенячьим восторгом выпускники - хозяева выпускного вечера. Первого, незабываемого бала в жизни, из которого начиналась самостоятельная дорога туда, где не все будет зависеть только от них, и это самое трудное, что им придется научиться понимать, терпеть и мириться с этим. Главное, не терять при этом самих себя. Но это будет завтра, а сегодня… Утром раздался телефонный звонок. Наташа посмотрела на часы - одиннадцать!
- Это мы так долго спим?! - потягиваясь, удивилась она.
- Наташа, доброе утро! - говорил Владлен. Еще раз поздравляю с завершением важного этапа в жизни. Извините за столь ранний звонок, но у меня, очень, на мой взгляд, интересное предложение, если, конечно, у вас нет других планов. Наташа не успела открыть рот, как он продолжал. Мне предстоит деловая поездка в весьма живописное место. Хочу вас с Викторией пригласить с собой. Вы прекрасно отдохнете и продолжите праздник вдвоем. Вам никто не будет мешать, если хотите, и меня не будет рядом. Наташа была озадачена и не знала, как ответить на это предложение:
- Здравствуйте, Владлен Германович! Я благодарю вас за такое участие в нашей жизни, но даже не знаю, что вам сказать... Дело в том, что мы сегодня собрались с друзьями поехать в какое-нибудь приятное заведение и провести время с девочками. Совершенно сбитая с толку, не зная, что говорить, Наташа внезапно замолчала.
- Ну и замечательно! - продолжил свой напор Владлен. Берем подружку, ее маму, и едем вместе со мной. Вы же мне доверяете? Ну, так, о чем может быть речь?!
- Конечно, доверяю, но мне просто неловко злоупотреблять вашим участием. Да и денег все это стоит немалых. У вас ведь есть своя жизнь, а вы столько тратите на нас. Нам же еще предстоит поездка туда... Не так ли? – с некоторым сомнением спрашивала она.
- Наташенька, дорогая! Я планов не меняю, тем более таких. Вы не думайте, что я совсем уж бескорыстный. Корысть у меня есть, еще и какая! Так что мы с вами будем в расчете.
- А вы думаете, что я пойду на любой расчет?! Да и что вы можете хотеть от меня?! Вы человек из другого мира?! - с достоинством ответила Наташа, уловив в его предложении что-то не совсем приемлемое для себя.
- Ну, нет! Мы так не до чего не договоримся, - остановил он, ушедший не в двусмысленную сторону разговор.

Вы просто должны мне в очередной раз довериться и принять предложение. А рассчитываться вам, если и придется, так это будет нечто такое, что никоим образом не будет задевать ваше достоинство и честь. Наталья Сергеевна? - просто и участливо спросил вдруг Владлен. Я никак не даю вам полелеять в себе горе? Да?! Все время отвлекаю вас от него?! Да?!
- Ну, что вы Владлен Германович?! Вы правы. Вы - вы... – она недоговорила, спросив, когда они должны быть готовы. И на какое время едут, чтобы знать, что с собой взять.
- За вами заедет Виктор в четырнадцать, а кроме одежды на два дня, ничего не надо. Договорились? Все, я с вами прощаюсь и, надеюсь, вы не пожалеете. Наташа положила трубку, опустилась в кресло возле телефона, и сидела так, задумавшись, пока Вика не вывела ее из этого состояния...
- Маму-усь! Ты что?! Что-нибудь стряслось?! Кто звонил?!
— Нет дочик, ничего не случилось. Пойдем пить чай, и я тебе расскажу, кто звонил. На кухне Наташа передала Вике все, о чем говорил Владлен, а Вика с восторгом отреагировала на предложение:
- Мама! Это же здорово! Слушай, он, наверное, богатый дядька, раз так нам помогает.
- Вика! О чем ты?! — пожурила она дочь.
- Ну а что тут особенного?! Ведь папа у него работает... - не унималась девочка. Он же, наверное, чего-то там заработал, а сейчас болеет. Так что вполне может нам помочь, - не сомневаясь в своей категоричной юношеской логике, убеждала она мать.
- Вика! Я прошу тебя! Считай, что это благородный поступок. Он нам ничем не обязан, к этому предложению необходимо отнестись просто с благодарностью.
- Ма-а! Ну, конечно, я ему благодарна. Я и не собираюсь ему все это говорить. Просто очень обрадовалась, да и тете Ларе с Ленкой сделаем добряк. Они и так не очень веселятся из-за ее троек. Жалко Ленку - хорошая девчонка, но такая тюха-матюха.
- Ничего! - ответила Наташа. Быть хорошим человеком - это дорогого стоит. Она еще свое место в жизни непременно найдет. И никакие отметки этому не помешают.
- Ну да!- поддержала Вика. Вот лицо у нее вроде бы не красивое, но такая милая, обаятельная!
- Тут я с тобой полностью согласна, - согласилась Наташа. Ну, что? Надо звонить им и договариваться. Может, они еще и не захотят ехать.

ВИТЕК.

Витек подъехал, как и договорились, четырнадцать. Компания уже ждала на улице. Наташа стояла и разговаривала с Ларисой, а Виктория и Лена носились вокруг, как козлята, задираясь, и подтрунивая друг над другом. Тройки на время были забыты, юность брала свое, и поездка сулила что-то неизведанное приятное, да еще и с мамами... Они были домашними девочками, и их радовала возможность провести два дня вместе с родителями. Дружная компания загрузилась в большой, комфортабельный джип и Витек помчался за шефом.
- Ну, добрый день, молодежь! - приветствовал Владлен Германович, усаживаясь на свое кресло.
- Владлен Германович! Вы так классно вчера меня поздравили. Спасибо вам большое! Я была просто в шоке, поэтому не могла и слова сказать! И за сегодняшнее приглашение спасибо, - восторженно рассыпалась Вика в благодарностях. Владлену, судя по всему, это было очень приятно. Он улыбался, и все время оглядывался на своих гостей.
- Очень рад, что угодил вам, юная леди. Вы ведь наше будущее-надежда! Вам надо помогать, чтобы потом была замечательная жизнь.
- А вы верите в то, что она будет?! - вступила в диалог Лена.
- Ну а как же жить без веры?! Без нее ведь ничего не получится. Что бы нам ни предлагали обстоятельства, надо идти вперед, совершенствовать себя и стараться прожить свою жизнь на полную катушку. Я так думаю, – и добавил, - помните у Булата Окуджавы: «А иначе, зачем на земле этой вечной живем?»
- Как здорово вы сказали! - подпустила леща Вика, но Наташа почувствовала, что последние слова Владлена касались ее лично.
- Возможно, мне это показалось... - подумала она.
- Ну, это не я, а Окуджава, хотя правильно применить сказанное классиками стоит некоторого таланта...

-Какой все-таки интересный человек, - подумала Наташа о Владлене. За разговорами, не заметили, как Витек подкатил к усадьбе. Они не поняли, даже где находятся, вокруг был лес и множество цветов. Красивый дом из красного кирпича был весь обвит плющом и украшен красивыми кружевными балкончиками. Девочки казались в диком восторге, а Наташа и Лариса чувствовали себя несколько неловко, как бы ни в своей тарелке. Владлен заметил это и попросил немного подождать, пока звонил по телефону. Через минуту появилась приятная пожилая женщина.
- Мария Петровна! - представилась она гостям.
- Вот, мои дорогие гости, прошу любить и жаловать - Мария Петровна будет вашим помощником и гидом в окрестностях. По всем вопросам обращаться к ней. Все, что есть сейчас в доме – к вашим услугам. Рядом прекрасный ночной клуб для небольшой компании. Я приеду часика через четыре, а Витек вечером сопроводит вас на дискотеку. Сейчас растворитесь в гостеприимстве, пожалуйста, – добавил Владлен. Я вас покидаю... Ненадолго. Когда машина выехала за большие красивые ворота, девчонки подпрыгнули, и давай носиться по дорожкам, а Мария Петровна стала их соблазнять.
- Ой, распрыгались! Да вы не представляете себе, что вас ждет внутри. Вот там вы будете прыгать до полка... Ну, теперь, конечно, их уже было не удержать. Все прошли в дом. Перед большим холлом висел огромный плакат с яркой надписью:
«С началом новой жизни, милые девочки!» Потолок украшен разноцветными яркими шарами. Такого не было даже на выпускном вечере. Девочки даже притихли, а у Наташи и Ларисы на глазах выступили слезы.

- Как красиво! - с неподдельным восхищением сказала Лена, а Вика только кивком головы поддакивала подруге...
- Да! Устроители работали тут, целую ночь, а Владлен Германович постоянно звонил и просил обязательно к утру успеть, — с удовольствием доложила гостеприимная Мария Петровна. Ну, что гости, дорогие, — радушно обратилась она к ним, — прошу меня выслушать. К вашим услугам баня русская, сауна и большой бассейн, теннисный корт, и можете играть в бадминтон, все для этого есть. Кто любит бильярд — пожалуйста. Сейчас покажу вам ваши комнаты и столовую, где будете обедать. Вы, может, хотите сейчас перекусить? Но я бы вам порекомендовала вначале попариться в бане, потому что после еды этого нельзя делать. Вредно для организма, - по-доброму, без назидательных интонаций, объясняла все Мария Петровна. И хотя Наташа была искушена в банных правилах, раньше регулярно посещала сауну, тем не менее, терпеливо выслушала наставления. Хором заявили, что есть, пока не хотят. Женщины решили пойти в сауну, а девочки, узнав о бассейне, уже ни о чем больше и не мечтали... Честная компания была настолько поражена гостеприимством женщины и прекрасного дома, приготовленного именно для них, уже не испытывала
никакого смущения и предалась полноценному отдыху.  Наташа вышла из парной, услышав мелодию своего телефона. Пока она вытирала руки и доставала телефон из сумочки, кто-то терпеливо ждал на том конце, как будто знал, что её может не оказаться рядом.

- Алло! Наташа! Жажду знать – вам хорошо там? Я не испортил ваших планов?
- Знаете, о большем невозможно было, и мечтать, - с чувством глубокой признательности ответила Наташа. Девочки не вылезают из бассейна, а Мария Петровна их совсем разбаловала. Она прямо к ним подвозит столик с фруктами, напитками, а те воображают себя звездами Голливуда.
- Это прекрасно! Я переживал, что вы будете смущаться. Хочу, чтобы вы знали, все это приносит мне большее удовольствие, чем вам. И это гольная правда. Наташа молчала. Ну, хорошо! Отдыхайте, а вечером, если не возражаете, я заеду вас проведывать. Надеюсь, нам с Витьком перепадет, что-нибудь поесть?! — лукаво прибеднялся Владлен.
- Конечно, это ваше право, – смущенно ответила Наташа.
- Никаких прав. Два этих дня все права там ваши. До встречи, - сказал Владлен.
-Какая культура! Все преподнести так, что действительно почувствуешь себя почти как хозяин положения, – с уважением и благодарностью думала Наташа. Как в сказке! Не верю, что все это происходит со мной! И тут же сердце защемило от воспоминаний о сыне и бабушке. Какие противоположные ситуации... Хотя, по телефону Дениска сказал, что их хотят отправить куда-то на неделю, чтобы бабушку подлечили. Ницца, кажется. С ними будет Сезанна, но ей Владлен об этом не говорил. Наташу из размышлений вывели голоса девочек.
-Ой, мамочка! Какой ка-айф! Мы просто без сил, - выпалила Вика и повалилась прямо на пол. Здесь было очень тепло и красиво. Наташа подошла к ней погладила по голове, поцеловала и про себя подумала...
-Отдыхай, моя милая! Тебя ждет впереди такое страшное известие! - и тихо пошла к Ларисе. Лариса сегодня особенно молчалива, но Наташа чувствовала, что она благодарна им за нежданное приключение. Это подняло настроение Лены, да и смирилась с положением дочери, глядя, как мужественно Наташа переносит свое горе. А у нее все живы — это ли не счастье?! Женщины привели себя в порядок после бани и бассейна и уже почувствовали голод. Мария Петровна, как будто ждала команды, спохватилась и помчалась проверять, все ли уже приготовил повар? Нашим дамам хотелось слегка чего-нибудь лишь перекусить, но то, что они увидели на столе... Хотя, надо признать, было учтено, что в гостях – женщины, поэтому на столе стояли преимущественно салаты, фрукты и десерты. Конечно, по пожеланию можно было делать заказ: мясо или рыбу — форель, семга. Все попросили рыбу. Марию Петровну уговорили обедать вместе, отказываясь садиться без нее. Чувствовалось, что так здесь не принято, но она не отказалась, хотя немного смущалась.

После обеда девочки пошли на корт, пробовать большой теннис, а Наташа и Лариса, отправились знакомиться с окрестностями. Сосновый аромат насыщал каждую клеточку организма живительным воздухом. Говорить совсем не хотелось. Просто гуляли и наслаждались природой. Когда женщины вернулись, они увидели джип Владлена Германовича. На крыльце стоял он сам и приветствовал их.
- А мы уже заволновались! Не заблудились ли? Почему же вы не взяли с собой телефон?! Мы с Витьком сейчас немного попаримся, а потом, я надеюсь, вы составите нам компанию за ужином?
- Мы, кажется, наелись на неделю вперед, - ответила Наташа. Но компанию составим. Очень хочется чаю. Да, Лариса?- обратилась она к подруге.
- С удовольствием, - немного все-таки смущаясь Владлена, ответила она. Владлен попросил Марию Петровну организовать самовар. Женщины ушли приводить себя в порядок. Из бани доносились вопли мужчин, ныряющих в ледяной бассейн, который находился прямо в помещении бани: небольшой, только чтобы окунаться, а другой - огромный, с чистой бирюзовой водой с подогревом, располагался прямо на открытом воздухе, окруженный соснами. За столом было очень уютно из-за самовара и аппетитной свежей выпечки. Мужчины, раскрасневшиеся от бани, уплетали приготовленные для них отбивные и подтрунивали над женщинами с их салатиками и десертиками. Дразнили их аппетит, но у них ничего не получилось, потому что такая вкуснота была подана к чаю, что никакое мясо, на их женский взгляд, не шло в сравнении. Появились девочки. По тому, как они выглядели, было понятно — тут продумано все до мелочей, что из одежды взять с собой, на природу… Девочки действительно были похожи на юных звезд Голливуда. Поймав на себе пристальные и восторженные взгляды присутствующих, слегка засмущались, а потом Вика заулыбалась по-девичьи кокетливо.

- Владлен Германович, а что там за дискотеку вы нам обещали?! Кто там будет?! - с неподдельным интересом спросила она.
- Ну, я вам скажу так, что я-то и не знаю, кто там будет, - витиевато пытаясь выйти из затруднительного положения, плел свой ответ Владлен. Дело в том, милые юные леди, что этим вопросом у нас лучше ведает Витек... Да, Витек? — с лукавой улыбкой спросил он своего Санчо-Пансо.
- А как же? Как всегда, - с готовностью ответил тот. Да, сегодня там будут такие же, как и вы… Их вывезли родители после выпускных вечеров.
- Это, что?! Дети всяких там олигархов, что ли?! - несколько огорчившись, спросила притихшая Вика.
- Ну, что-то вроде того, - ответил Витек.
- Нет! Так, дело не пойдет, - вмешался Владлен, заметив смущение девочек. Какие там олигархи?! Обыкновенные предприниматели. А ты что это, струсила, что ли?! - подзадоривал он своим вопросом Вику.
- Ну, прям! Нет, конечно. Я просто не знаю, как они там будут себя вести с нами?
- А вас это и не должно интересовать. С вами будет Витек. Не совсем с вами - он будет в соседнем зале играть в бильярд и иногда приглядывать за вами. Надеюсь, что вы их покорите искренностью и веселостью. Вы чудесные девочки. Я бы не возражал, чтобы мои сыновья дружили именно с такими же, как вы, — совершенно искренне заметил Владлен, поддерживая девочек таким образом.
- А у вас, сколько сыновей? – спросила общительная Вика. Владлен как будто ждал этого вопроса, немедленно ответил и не без гордости:
- У меня два сына. Старший Александр - ему двадцать два года. Он сейчас находится в Лондоне. Саша закончил Оксфорд - готовится к дипломатической работе. Несмотря на свое прекрасное образование, очень простой и милый юноша. Увлекается, и небезуспешно, всеми водными видами спорта, которых я, к моему стыду, боюсь как черт ладана. Все заулыбались с недоверием. Было странно, что есть нечто, чего этот человек может бояться. Хотя это искреннее, простодушное признание сделало обстановку в компании как-то совсем уж доверительной. И совершенно не подорвало авторитет Владлена Германовича. А младший, Петр - ему сейчас девятнадцать лет, - живет и учится в Америке, в Бостоне, – продолжал рассказ о сыновьях. Этот - непревзойденный романтик. Даже не знаю, кто из него получится!? Разве что, ботаник какой-нибудь, - интонация, с какой говорил о младшем сыне, выдавала с головой обожание отца. Но при всем своем романтизме - он у нас владелец черного пояса. Это вам, деУки, не халам-балам, - шутливо закончил рассказ о сыновьях.

- Да-а-а-а! - почему-то протянула, задумавшись, Вика. Потом ни с того, ни сего вдруг вкрадчиво спросила... А жена ваша, чем занимается? - и добавила, — она, наверное, очень красивая? Наташа с ласковым укором посмотрела на разошедшуюся дочь, но Владлен после некоторой паузы ответил:
- Моя жена сейчас изучает основы малого бизнеса. Собирается открывать косметический салон.
- О! Она косметолог?! — с восхищением спросила Лена, впервые осмелившись, подать голос. Она всегда с восхищением относилась к этой профессии.
- Нет. Совсем не обязательно быть косметологом, чтобы иметь такой салон. Достаточно пригласить профессионалов для работы, - доброжелательно пояснил Владлен и добавил, - все, девчонки! Пресс-конференцию будем считать закрытой, Витек уже бьет копытами в ожидании вас и, почему-то посмотрел на Наташу. Девочки расцеловали мам, досталось и Марии Петровне от них, и умчались на танцульки. Владлен Германович предложил немного поиграть в бильярд.
- Если не умеете, - постараюсь немного научить. Наташа сказала, что с удовольствием просто посмотрит, а Лариса изъявила желание попробовать. Владлен не стал настаивать, понимая, что Наташе сейчас и так сложно выносить весь этот протокол, и предложил ей просто посидеть на диванчике. Он включил очень красивую музыку. Инструментальная музыка Французских композиторов. Она слегка прикрыла глаза и не заметила, как провалилась, расслабленная баней, бассейном. Разбудил гомон вокруг нее - это девочки вернулись с дискотеки и наперебой рассказывали Владлену Германовичу о своих впечатлениях. Было уже три часа ночи...

Наташа была заботливо укрыта пледом, а рядом в кресле полулежала Лариса...
- Ну, Наташа! - с удивлением докладывал ей Владлен, - подруга у вас такая способная, скажу я вам. Ей просто необходимо заняться бильярдом всерьез.
- Ой! Да что вы, Владлен Германович! Вы же, знаете, новичкам всегда везет, - смущаясь, оправдывалась Лариса.
- Нет уж! Вы можете мне поверить! Я в этом кое-чего соображаю.
- Мамусь! - налетела восторженная дочь, - мамусь, ты представляешь! Там такие классные ребята оказались. Мы так с ними подружились. Обменялись даже телефонами.
- Да, тетя Наташа, - добавила Лена. Даже не ожидала, что будет так легко с ними общаться. Такие умные и простые...
- Я так рада за вас девочки, - ответила Наташа.
Компания еще раз рассыпалась в благодарностях Владлену Германовичу за импровизированный отдых и разошлась по своим комнатам.
- Спокойной вам ночи, милые девчонки!
- Спокойной ночи, Наташа! - думал Владлен, глядя им вслед.

Рано утром Наташа и Лариса решили погулять по лесу - на прощанье еще разок набраться сил и энергии от деревьев. Им, правда, с трудом удалось найти ольху. Она была такая тоненькая и неокрепшая, что даже жалко было засорять ее своей отрицательной энергией. Вначале следует подержаться за ствол ольхи, чтобы избавиться от отработанной, ненужной энергии, а потом уже подпитываться от своего дерева – об этом в специальной литературе о здоровье начитались. Наташа прижалась к сосне и буквально растворилась в слиянии с ее внутренними импульсами. Действительно, она чувствовала, как легкое журчание внутри дерева пронизывало все тело, и в организме ощущалось прохладное соединение с энергией дерева. Сосна щедро делилась живительным соком, пробуждая в ней силы. Наташе не хотелось расставаться со своим донором, так она называла сосну, влившую в ее организм свою кровь. Лариса оживленно что-то рассказывала, но до Наташи почти ничего не доходило и, лишь когда подруга несколько раз громко позвала по имени, очнулась.
- Ой! Лариса! Прости, пожалуйста! Я словно провалилась куда-то глубоко, глубоко. По-моему, я даже немного уснула, - оправдывалась Наташа...
- А! Я это знаю. У меня, правда, так глубоко никогда не получалось, а вот мой муж… Он, так уж и в самом деле спит, прижавшись к дереву. Его дерево дуб, — лукаво заулыбалась Лариса, а потом добавила, смеясь, - да, мне кажется, у всех мужчин дубы - родные деревья. Хотя, если взять Владлена Германовича... Слегка задумалась, а потом вопросительно посмотрела на Наташу и, как бы призывая с ней согласиться, спросила:
-Мне кажется, что он не похож на других мужчин? Было непонятно: утверждает она или спрашивает... Наташа промолчала, но по ней было видно, что слышала, о чем говорит подруга. Лариса, не найдя поддержки, переключилась на девочек. Наши-то девчонки, небось, уже в бассейне?
- Д-да, наверное, проголодались, - проговорила слабым голосом Наташа и тихонько пошла к дому.
- Наташа, я что-то не так сказала?! - с тревогой спросила Лариса.
- Ну, что ты! Нет! Я просто сейчас представила свое возвращение домой, и мне стало снова невыносимо пусто и ужасно холодно...

Лучше, наверное, не испытывать никаких праздников, чтобы потом не ужасали будни своими проблемами. Хотя, как сказал наш классик: «Человек, который не познал, что такое грязь — никогда не оценит, что такое чисто». Они шли, молча, каждая думая о своем, но потом Наташа остановилась и сказала:
- Лариса! Я возьму себя в руки и постараюсь не испортить праздник девочкам. Хотя у меня это плохо получается... Пожалуйста, не обижайся на меня.
- Ну, что ты! Наташенька! О какой обиде ты говоришь? Это я должна перед тобой извиняться, что лезу в душу. Мы вам так благодарны, за то, что вы внесли в нашу жизнь что-то новое. Я еще и сама пока не пойму, что это такое, но уже не могу жить, как жила раньше. Для меня очень важна дружба с тобой. Лариса с благодарностью обняла Наташу, и они так и пришли, обнявшись к дому. Мария Петровна всех приглашала к завтраку. Девочки еще спали, как убитые, а Владлена Германовича уже и след простыл. Он попрощался с ними через Марию Петровну и уехал по делам.
- Ему сегодня надо срочно улетать в Магадан.
- В Магадан?!- удивленно воскликнула Лариса.
- Да, а что?! Я уж привыкла - он постоянно куда-то летает. Мужик деловой.
Сейчас, кажется, собирается создавать что-то новое или, наоборот, продавать...
А, я уж и запуталась... Мне ж, ничего не говорят. Так только намеками, хотя он меня любит, как свою мать. Я это чувствую, - с гордостью за свою принадлежность к прекрасному человеку, говорила она, накрывая на стол.

Вообще, надо признать, как только вся компания узнала об отъезде хозяина - всех сковал маленький страх и пустота без него. Скрашивал настроение бассейн, бадминтон и даже новые друзья приходили прощаться с нашими девочками, а вечером приехал Витек. Он отвез в аэропорт шефа и вернулся за ними. Виктор предложил остаться еще хотя бы на денек, но они отказались.
-Здесь просто замечательно, но надо приходить в себя в привычных условиях, - решила Наташа. Мария Петровна надавала всяких гостинцев домой. Там всего, кажется, было на неделю.
- Наверное, Владлен Германович ее заставил, - шепотом сказала Лена.
- Нет! Она у нас не ждет распоряжений. Сама такая хлебосольная. За что ее и любит босс, - услышав шепот Лены, опроверг ее довод Витек, чем привел ее в полное смущение. В город приехали уже в одиннадцать вечера. Распрощались и пошли по домам, а Витька, к его удовольствию, девочки дружно расцеловали в обе щеки. Дома ни о чем не хотелось уже говорить - нормальная реакция на активный отдых на природе, что Наташе было сейчас на руку... Она приняла душ, выпила снотворное и, поцеловав Вику, пошла в спальню. Сильный дождь бился в стекло, и было слышно, как ветер хозяйски распоряжался в верхушках деревьев. Они не могли никак справиться с его напором, отчего самые тонкие деревья почти ломались, сдаваясь перед его силой, и поникали своими тоненькими веточками. Наташа, открыла глаза и сразу же почувствовала тяжесть на своей груди и лице... Ее сознание еще было скованно сном, вызванным снотворным, но она всем своим материнским сердцем ощутила боль... На ней лежала Вика, прижавшись мокрым лицом... Она тихонько плакала и стонала по-детски беспомощно...
- Вика! Что с тобой?! - закричала Наташа,  но крика не получилось... Она была сдавлена, поэтому звук собственного голоса еще больше напугал бедную женщину. Наконец, смогла слегка приподнять дочь и посмотреть в глаза. Вика вся тряслась и прижималась к матери... Ничего не говорила... Наташа попыталась высвободиться из-под дочери и разомкнуть руки. Тут она увидела смятый лист бумаги...
- О, боже мой! - простонала Наташа. Нет! Не может бы-ы-ы-ть! В глазах стоял ужас. Это было письмо Вадима, адресованное только ей... Как, как Вика его нашла?! Она не понимала и не знала, что делать... Наташа схватила дочь в охапку, прижала к себе.

- Милая! Милая моя девочка! Родная моя! Солнышко мое! Пойдем! Пойдем в ванную. Я тебя умою прохладной водичкой! Вика слегка поддалась и так сильно прижалась к маме, что почти не давала ей идти... Наташа все-таки привела ее в душ. Наклонила слегка голову, и чуть тепленькой водичкой поливая, намочила волосы, отжав, обмотала полотенцем. Она почти не понимала, что делает, но интуитивно старалась помочь своей девочке. Довела дочь до кровати и уложила, подложив под голову две подушки. Вика не открывала глаз, безропотно принимая от мамы заботу. Чувствовалось, что ей принесли облегчение водные процедуры. Приоткрыла глаза и попросила попить. Наташа принесла стакан с водой и таблетку снотворного. Виктория машинально все это выпила и вдруг зарыдала в голос, бросившись к маме на грудь.
- Мамочка! Мама! Моя милая! Родная моя! Как же ты мучилась все это время! Моя родная! Никакая нога у тебя не болела... Ты нас, нас берегла... Зачем ты все взяла на себя?! Мамочка! Как жалко тебя! И ты еще нашла силы поехать туда, - негодовала Вика. Извини, что залезла в твою сумочку, но я в неё положила вчера свой мобильник, а сегодня утром хотела взять - он звонил. Ты крепко спала, и я боялась разбудить, а это письмо выпало из сумочки... Я узнала папин почерк, думала, что это касается всех нас... - рыдая, извинялась дочь совсем обессиленным голоском. Наташа ничего не говорила, а только гладила, гладила и гладила девочку по голове. Вика стала понемногу успокаиваться и вскоре уснула крепким сном, но часто вздрагивала и еле слышно постанывала. Наташа сидела рядом с дочерью, держа за руку. В прихожей зазвонил телефон. Наташа слегка прикрыла дверь в зал и пошла к столику.
- Алло!
- Мама! Мулька! - тревожно взывал Дениска. Забери нас отсюда, пожалуйста! - умолял сын. Наташа заволновалась, что там еще произошло?!
- Почему?! Успокойся, что случилось, мой мальчик?!
- Ничего, ничего ни... Сейчас на каком-то крутом курорте с бабушкой, и с нами мама дяди Жана, но мы хотим домой... к вам с Викой.
- Родной мой! Мы же скоро приедем… Ну, да ведь ты же так мечтал попасть в Диснейленд...
- Нет! Не хочу никуда больше. Не хочу. Я очень хочу к тебе, - Денис хлюпал носом, и Наташа, не удержавшись, разрыдалась сама. Бабушка все время молчит и тихонько плачет… Ее здесь лечат и она какая-то заторможенная, и просится домой... Часто зовет во сне, и о чем-то тебя упрашивает. Мама, забери, пожалуйста, нас, - тихим голосом едва проговорил Денис... Чувствовалось, что он переживает сейчас серьезные проблемы еще в детском сердце.

- Хорошо, сынок, - шепотом сказала Наташа. Не плачь, мой милый. Конечно же, заберу, если не желаете. Я ведь хотела, как лучше для вас. Тем более что Вика уже все знает, - горестно созналась. Завтра дядя Владлен возвращается из командировки, и я его попрошу вас отправить обратно. Хорошо? Ты немного потерпишь?
- Да, мамочка, подожду...
- Успокой бабушку. Ты же теперь у нас один сильный мужчина... Очень на тебя надеемся, сынок. Поцелуй ее. Я вам завтра позвоню, и все скажу о вашем выезде. Наверное, так будет лучше, - подумала она после разговора. Ночью Вика проснулась и попросила пить. С жадностью выпила целый стакан и опять провалилась в сон. Утром в девять часов, открыла глаза, и Наташа сразу подняла её с дивана, взяв на руки. Сидела на диване, обхватив свою девочку: целовала глаза, уши, носик и всю-всю-всю - милую девочку.
- Мама, - прошептала Вика, - мама, я не хочу ехать в Париж...
- Почему?! Девочка, моя?!
- Не знаю пока ничего... но не хочу... Они помолчали, и потом Наташа сказала, успокаивая ее:
- Да, наверное, и не придется ехать… Звонил Дениска. Они тоже хотят сюда, домой.
- Знаешь, мам, - произнесла, раздумывая Вика, - я очень соскучилась по Дениске, - а потом немного помолчала и добавила, и по бабуле. А, где она теперь будет жить? - спросила осторожно девочка.
- Я хочу, чтобы она жила с нами, но как решит сама, - Наташа не договорила, зазвонил телефон:

- Наталья Сергеевна! Это я, Виктор.
- Здравствуйте, Виктор!
- Наталья Сергеевна! Владлен Германович попросил вас привезти на фирму - хочет поговорить о делах... Наташа вдруг сильно заволновалась, сама не понимая почему... Ответила Виктору, как ей показалось, резковато, что уже не нужно никого везти в Париж, и вообще, больше не надо помогать. Будет справляться сама, как сможет...
- Наталья Сергеевна! Мне об этом не стоит говорить, потому что я здесь ничего не решаю. Ну, и, если хотите мой совет… Слушайте Владлена Германовича, он вам плохого не посоветует. Наташе стало немного стыдно оттого, что так раскрылась в своей боязни перед водителем Владлена, но потом все-таки поблагодарила его и робко добавила:
- Извините, что втягиваю в свои проблемы, но просто немного страшно… Мне ведь нечем будет рассчитаться с Владленом Германовичем за все, что он делает.
- Наталья Сергеевна! У меня совсем мало времени, поэтому, если вы сможете поехать... Она не дала ему договорить:
- Нет! В настоящий момент я должна быть с дочерью. Ей плохо... Она вчера все нечаянно узнала об отце... Извините, - сдержанно сказала она.
- Хорошо! Я передам шефу, - ответил Виктор и попрощался. Внутри остался неприятный осадок после разговора, но ничего уже не могла исправить, да и не хотела... Пусть будет, как будет. Сейчас, главное, душевный покой моих детей, потом найду выход. О себе она уже и не думала. Казалось, что вся связь с Владленом Германовичем уже разрушена... Она прошла к дочери и спросила, что приготовить на завтрак. Вика ничего не хотела, но только прижималась к матери и молчала, молчала…
Невзирая на отказ дочери, Наташа пошла на кухню и сделала ее любимый коктейль. Мороженые ягоды промыла кипятком, потом смешала в блендере с медом, залив эту смесь кефиром. Вика безропотно выпила целый большой бокал. Наташа была спокойна, она знала, что дочь получила сильную энергетическую поддержку в виде витаминного коктейля. Сама выпила то, что осталось в кувшине, и снова пошла к своей девочке. Через некоторое время предложила прогуляться по парку. Вика сначала отрицательно покачала, но Наташа сказала, что у нее немного кружится от усталости голова, и тогда согласилась, желая поддержать маму, а она таким образом, пыталась протянуть руку помощи дочери. Наташа помогла Вике одеться. Девочка еще не совсем отошла от снотворного и не твердо держалась на ногах...

ВЛАДЛЕН.

-Владлен Германович! Она не может... Там, что-то, кажется, опять случилось… Владлен вопросительно посмотрел на Виктора. Мне показалось, что Наталья Сергеевна очень переживает, что не сможет с вами рассчитаться. Она решила, что для этого приглашаете в офис. Да, и там еще, Вика нечаянно узнала про смерть отца и ей плохо... Владлен встал и нервно стал искать свою трубку хотя она лежала прямо перед ним, а Витек, молча подал ее шефу. Владлен Германович? А вы что, теперь будете всю жизнь помогать этой семье, потому что Майя ваша сестра?! - тут же уже пожалел, что спросил об этом, но было поздно... Владлен пронзал взглядом своего водителя, пытаясь судорожно раскуривать трубку...
- И где ж это вы, батенька, научились такой прозорливости?! А?! И все-то знаете! И все-то вас интересует! А?! А ты, брат, что, бросил бы в этой ситуации людей?! Да?! Ну, чего молчишь? Виктор уже был не рад, что полез, куда не следует, но...
-Да нет, почему же? Помог бы... Да и, вообще - они очень приятные люди…
- Ну, так вот иди и подумай - бычий… - Владлен в сердцах перефразировал известный анекдот, который Витек, ему же сам и рассказывал. Тот от греха подальше вышел из кабинета, буркнув, что будет на месте, если что...
- Если что, будет совсем скоро, - бросил вдогонку шеф. Ах, я болван! Окончательно потерял человечность, - ругал себя вслух, - нет, чтобы позвонить самому... Конечно, она и так вся как пружина, каждый день подсчитывает расходы, а я еще и вызываю на ковер... Бо-о-ол-ва-ан! Вдруг, что-то вспомнив, стал звонить:
- Ты, Сенека! Надеюсь, не проболтался ей, что должен был отвезти их не в офис?! И, вообще, про сюрприз? И, видимо, услышав положительный ответ, уже подобревшим голосом попросил приготовить машину... Что, кто такой Сенека? Это философ. Надеюсь, кто таковой философ - это ты хоть знаешь? Ну, и на этом спасибо, - добродушно ворчал Владлен на своего Санчо. Он уже собирался выходить из кабинета, как кто-то позвонил на мобильник. Это была жена – Люсьена.
-Да, слушаю! Здравствуй, здравствуй! Я не успел еще тебе позвонить. Недавно вернулся из Магадана. Да, да твои документы почти готовы. Мне уже сказали, что ты приступила. Ну, что же рад. И помогу... Люсенька, моя дорогая! Пожалуйста, не начинай... Мы уже обо все поговорили... Извини, но у меня много еще дел. На миг задумался после беседы с женой, но тут, же решительно достал из сейфа, какой-то пакет и вышел из кабинета. Витек уже стоял под полными парусами.
- К Наталье Сергеевне домой, - решительно изрёк Владлен. Витек посмотрел на шефа, а потом вдруг заявил:
- Вот за это я вас и уважаю шеф.
- Ладно, ладно не подмазывайся. Подверни лучше к цветам, где-нибудь...

Наташа и Вика.

Они медленно вышли из подъезда, и направились к парку. Неподалеку от них был очень уютный небольшой сквер. Но вдруг Вика увидела, как к дому подрулил джип Владлена Германовича...
-Мама, к нам, кажется, приехали. Наташа оглянулась и действительно - в их подъезд быстрым шагом входил Владлен Германович с огромным букетом. Она замерла на месте и не знала, что делать... Но вспомнила про звонок сына и его просьбу. Попросила Вику немного подождать на скамеечке рядом с домом:
-Ты лучше себя чувствуешь, моя дорогая? - спросила она дочь
-Ничего мама, иди... Я подожду. Пока они разговаривали, Владлен уже выходил из подъезда и встретился взглядом с Натальей.
- Вот как хорошо, что мы не разминулись! – воскликнул он, направляясь в их сторону. Сразу понял, что дела плохи, лишь взглянув на Вику. Ничего не стал спрашивать, а только подошел и обнял ее за плечи:
- Крепись, моя девочка! Ты же вон, какая у нас умница! Отличница!
-Это не я молодчина, а мама. Она взвалила на себя столько всего, - слабо возразила Вика.
- Ну, о маме твоей особый разговор. В объятиях Владлена Германовича Вика расплакалась и прижалась к нему еще сильней.
-Ну, ну, ласково успокаивал он. Вдруг вспомнив про цветы и не найдя повода для их вручения - положил на скамейку, предложив следовать в машину.
Вику почти нес на руках. Она не сопротивлялась, а Наташа вернулась и забрала цветы. Владлен с благодарностью посмотрел на нее.
- Витек! На дачу!
- Владлен Германович, мы не можем ехать далеко. Мне нужно решить с вами вопрос о сыне, – заволновалась, было, она...
- А это и недалеко вовсе. Мы же на машине. Это очень скромное милое место - мое убежище от суеты. Вам понравится. Я уверен, - успокоил он Наташу. А что за проблема с сыном?! Они же, сейчас в хорошем месте?! И, насколько я знаю под чрезвычайно надежным присмотром?
- Да, да! Все так, но он очень просится домой, да и мама тоже, - как бы извинялась за свою неблагодарность Наташа...
- Ну, что же! Я вполне понимаю их... В такой момент хочется быть с близкими людьми, и никакие красоты не могут заменить тепла родных стен. Завтра же я попрошу Жана отправить, если Анна Васильевна плохо себя чувствует - он сам привезет их.
- Боже мой! - буквально застонала Наташа. Сколько мы создаем для вас вопросов...
- Наташа! Давайте договоримся! О проблемах больше ни слова! Хорошо? - почти строго попросил Владлен. Гости вышли из машины, оглядываясь по сторонам, а Витек по-хозяйски направился прямо к дому.
-Хозяйничает здесь он, как бы отвечая на немой вопрос гостей, - заметил Владлен. Нет никакой Марии Петровны... И, вообще, женщин не бывает... Вы, можно сказать - первые. И Владлен Германович действительно не лукавил.

В домике было скромно и уютно. Особенно привлекал внимание камин. Рядом брошена огромная овчина и стоял небольшой диванчик, а чуть в стороне на маленьком столике - возвышался старинный патефон. Во всем чувствовалась душа хозяина... На стене весели ружья.
– Древние, - с гордостью заметил Витек, заметив, что Наташа пристально рассматривает их. Каждая деталь интерьера имеет смысл и несёт информацию, ценную для Владлена Германовича. Он пригласил их пройти на второй этаж по очень красивой деревянной лесенке с балясинками. Там находилась спальня и комната, где стояло все, что было дорого его родителям. На стене весел их портрет.
- Вы очень похожи с мамой, – сказала Наташа.
- Да! Вы правы, пожалуй. На отца больше похожа сестра, - вспомнив о Майе, виновато посмотрел на Наташу, но она сделала вид, что ничего не произошло... Пока совершали ознакомительную экскурсию по дому, Витек уже сотворил обед. Надо сказать, что голод уже разговаривал со всеми желудками, и даже Вика ощущала легкое подсасывание под ложечкой. Тем более что из садика доносился дурманящий запах шашлыка, но это оказался, правда, не шашлык, а люля-кебаб, любовно заготовленный женой Виктора, а он только обжарил на углях. На столе было все аппетитно расставлено. Ну, во-первых, скатерть была в нежно-зеленую клеточку, так любимую Наташей и шторы на окне тоже, а во-вторых - промытая зелень стояла в большой широкой специальной вазе в воде, чтобы долго сохранялся свежий вид. Наташа так тоже держала зелень в холодильнике. Обязательно в воде и под пакетом - эффект парника. Пахло печеным картофелем и помидорами. Решили обедать в домике у камина, потому что на улице сегодня несколько прохладно. Пронизывающий ветерок с залива, но дверь в сад была открыта, и создавалось полное ощущение, что ты на природе со всеми удобствами рая. Место было действительно, самое благоприятное для убежища души… Витек поставил старую пластинку с джазом Утесова, и обед протекал в полном молчании, но с аппетитом и взаимопроникновением.

Слова никому не требовались. После обеда Витек собрался немного порыбачить, а Владлен Германович предложил дамам разговор о делах, если они, конечно, имеют на это силы. Все расположились у камина. Наташа с Викой, обнявшись, сидели на диване, а Владлен сел в плетеное кресло-качалку.
- Виктория, а у тебя уже есть план? Куда собираешься поступать учиться? Девочка немного помолчала и ответила без всякого энтузиазма:
- Сейчас об этом совершенно не хочется думать.
- Нет, моя дорогая девочка! Думать об этом надо именно сейчас. Маме, как никогда, нужно твоё содействие. А помощь эта должна заключаться в твоем стремлении, не так ли, Наталья Сергеевна? – пытался найти поддержку Владлен. Она одобрительно закивала головой, не понимая к чему, он клонит. Я хочу обратиться к вам, девушки за подмогой… Недоумение окрасило сразу лица и мамы, и дочери.
- Помощи?! У нас?! - с удивлением спрашивала Наташа. Чем же это мы можем прийти на выручку вам?!
- Дело в том, что я продаю в России часть бизнеса и хочу продолжить дело своих родителей и Жана - во Франции. Но не стану вам забивать голову. Хочу сказать только следующее: мне нужны молодые, образованные кадры. К сожалению, мои сыновья уже выбрали свой путь. Ну, может быть, младший и заинтересуется когда-нибудь, но пока это весьма размытая перспектива. Виктория! Я предлагаю тебе обучение во Франции, а именно в престижном университете - Сорбонне...

У Наташи от этого предложения похолодело в сердце. Она-то знала, что такое Сорбонна. А Вика сразу запротестовала, что никогда не оставит маму.
- Подожди, подожди! Пока не принимай никаких решений, а просто слушай меня. У тебя будет перспектива после окончания иметь интересную работу. Хочу, чтобы ты изучила международную экономику и право. Твоя мама, думаю, понимает, что это такое и потом поможет принять решение. Вот это и есть моя корысть, Наталья Сергеевна.
- Какая, же это корысть?! Ведь это предложение, о котором не всякий может даже мечтать...
- А вы, разве каждые?! — шутливо спрашивал он. Вика в страхе прижалась к матери. Она ничего не понимала. Ей попросту было не по себе. Такое множество всяких эмоций еще не приходилось никогда переносить. Организм защищался, как мог, и девочка уснула в объятиях мамы. Владлен Германович смотрел на Наташу, и глаза его были наполнены нежностью. Она засмущалась такого взгляда и спросила:
- Владлен Герма…
- Называйте, пожалуйста, меня просто Владлен, – перебил он, - мы ведь с вами уже старые боевые друзья и столько пережили вместе. Она задумалась. Действительно... Такое ощущение, что их так много всего уже связывает...
- Владлен? Почему вы принимаете такое участие в нашей жизни?! И как на это посмотрит ваша семья?! Ведь вы так много отрываете от них!
- Нет, Наташа! Не продолжайте, пожалуйста, эту тему. Поверьте, если я что-то произвожу, то, как правило, знаю, что делаю.
- Но я не могу злоупотреблять вашим вниманием и принимать такую заботу. Это не для меня, – сопротивлялась, как могла Наташа.
- Но ведь вы уже принимаете и давно, - говорил Владлен, лукаво улыбаясь. Бедная женщина совсем растерялась...
- Вы, вы имеете в виду похороны?
-Нет, нет, нет! Гораздо раньше... Она во все глаза смотрела на него, ничего не понимая.
- А фиалки?! А фрукты в отеле!?
- Но ведь Жан сказал, что это входит в обслуживание?! - Наташа совсем была смущена.
- Да, да, сервис! Но мой.
- Что, что это значит?!
- Наташа я знаю каждый ваш шаг в Париже. Где вы любили бывать, сидеть, гулять... Что больше всего интересовало. И хотя Жан мне сообщал каждый день, что не соглашаетесь почти ни на одно его предложение, все-таки привязанности у вас маленькие были. Не правда ли? - все еще лукаво улыбался Владлен. Наташа вдруг стала настороженно-серьезной. Она нежно переложила Вику на диван со своих рук. Укрыла ее и вышла из дома. Владлен понял и пошел вслед за ней.

- Вам не кажется, что ваш разговор просто неприличен?! Особенно в такой момент, когда... Но Владлен перебил ее:
- Пожалуйста, не старайтесь... Я понимаю, вы хотите сказать, что в то время, когда Вадим умер... Понимаю, но прошу меня выслушать...
- Владлен Петрович! Вы мне очень помогли и я бесконечно благодарна, но не позволю пользоваться моей беспомощностью и как я понимаю, начинать недостойный вас, флирт, - Наташа была просто великолепна в своем праведном гневе. Ее лицо приобрело новую, еще более привлекательную окраску. У вас, что же, не оказалось более достойной и молодой дамы для этого?! Неужели в вашем мире олигархов не нашлось кандидатуры для вашего отцовского инстинкта мужчины-отца?! Я думаю, что вы не имеете проблем в этом вопросе! – негодовала она. Прошу с больше не тратить свои силы на этот бессмысленный разговор. Мне неприятно и...
- Наташа! - попытался он опять перебить ее.
- И, я вам обещаю, что все, что вы на нас потратили, верну, - настойчиво продолжала она. Я пока не знаю когда, но думаю, что вы можете несколько подождать? А сейчас хочу немного побыть одна в саду, пока Вика спит. И пожалуйста, отвезите нас домой. Вся, дрожа, села на деревянную скамеечку. Владлен, молча, повернулся и пошел в дом. Через некоторое время вышел, неся большой теплый плед, и бережно укрыл им Наташу. Она не сопротивлялась.
- Это любимый плед моего отца, я его берегу очень, - торжественно и просто сказал он. Наталья Сергеевна! Я выслушал вас, не правда ли? Должен сказать, что после всего, что тут сейчас наговорили - еще больше усугубили ваше положение тем, что теперь я просто вынужден много — много говорить... Прошу только об одном. Не говорите ни слова, и не перебивайте, пожалуйста! Даже можете закрыть глаза... Она хранила молчание. Просто уже не было сил спорить и говорить. Да! Наталья Сергеевна! Что касается вашей беспомощности, то тут, пожалуй, еще надо разобраться кто из нас беззащитный? Вы сейчас нагнали на меня такого страха, что до сих пор не могу собраться, чтобы продолжать наш разговор.

Никакой я не олигарх. Вы разве еще ничего не поняли обо мне?! Хотя бы по этому домику?! Мне казалось, вы почувствовали, что моей душе нужно... Понимаете, после института увлекся изобретением, которому отдавал все время, и даже женился на супруге близкого друга, после его смерти... Нет, я об этом не сожалею. Просто хочу вам сказать, как мало у меня было времени на всякие там развлечения. Думаю для вас не секрет?! Помните, как в нашей стране трудно было пробивать идеи, тем более претворить их в жизнь?! Я и не заметил, как сам начал заниматься бизнесом, помогая тем самым своему детищу пробиваться в народ. Не хочу вас грузить рассказами, как и что, делалось, но поверьте, что свой бизнес поднимал по крохам, собственными лапами, и руками таких же, - одержимых друзей. И то, что вы меня сравниваете с новоявленными русскими - это не совсем корректно. Мы с ними шли к своей цели разными путями. Хотя, должен признать, что в последние годы, действительно, приходилось и не раз идти на сделку со своей совестью. Но так менялась вокруг жизнь, люди, что я почти не заметил сам, как втянулся в эту пустую бессмысленную возню... Ненужные дела, разговоры ни о чем, корпоративные вечеринки... А ведь я из интересной семьи ученых, трогательных своей интеллигентностью людей. У меня хорошее, добротное, правильное воспитание. И душа видимо не до конца приняла новую веру, понял это, знаете когда? У-у! Нет, нет! Ничего мне не отвечайте... Понял это, когда уплетал за обе щеки на вашей кухне на кухне солянку. Помните? Да, вы-то, наверное, этого и не заметили... Это и понятно. Всегда жили и поступали по велению сердца, а оно у вас чистое. Я бы даже сказал - целомудренное, ну, во всяком случае, его таким вижу и чувствую. Знаете! Ведь я впервые сам увидал женщину. Да, да! Это, по всей видимости, звучит неправдоподобно, но, тем не менее, рекомендую принимать как факт. Для этого было совсем неподходящее время и ситуация, но что произошло, то произошло. А я ведь шел к вам тогда со страхом, что сейчас на меня обрушится что-то истеричное, ну, знаете, как это чаще всего бывает в таких случаях? Но увидел вас. Как же было тогда уютно и тепло в вашем доме... Мне - брату вашей разлучницы. Вы глядели на меня совершенно нормально. Понимаете? Невероятно естественно... Так, сейчас уже не смотрят. Либо заигрывают, либо что-то норовят от меня поиметь, либо боятся... Зная ваше состояние на тот момент, вы мне своим поведением показали, что еще не все потеряно в этой суррогатной стране; есть еще что-то истинное, достойное и настоящее.

А понял я все это уже потом, когда ушел от вас. Вы у меня не выходили из головы ни на минуту. Я все время вспоминал ваши грустные, спокойно-умные глаза, жесты, манеру говорить... Уж, каких я только интерьеров не насмотрелся в своей жизни, но более всего меня поразил ваш незамысловатый скромный садик, но такой милый и гордый в своей простоте решения! И мне становилось от этих воспоминаний так спокойно, будто вы уже полностью принадлежали мне. И только мне... Думаю, что вы уже поняли, что я не самодовольный осел, но то, что я вас никому уже не отдам, было мне понятно еще до смерти Вадима. Как доказательство этому я вам сейчас покажу путевку, оформленную на имя Вадима на два месяца прохождения реабилитации после больницы. Подальше от вас. В Ницце. Я знал, что вам будет трудно, если он вернется домой после всего, что... Ну, вообще, вы и так все понимаете... Я чувствовал, что не сможете, как прежде, любить своего мужа. Я готов был за вас бороться и победить. Жан отвечал за любой ваш шаг и должен был договориться в отеле, чтобы каждый день в номере стояли ваши любимые цветы - они меня связывали с вами. Совершенно отдаю себе отчет в том, что сейчас происходит в жизни, но вы должны были от меня все это услышать для того, чтобы не рвать себе душу и сердце вопросами - как жить дальше?! Я докажу свое уважение к вашему горю и никогда не попрошу ничего для себя, пока сами не решите, что я вам нужен. Но вы мне очень, очень необходимы, чтобы мог начать новую жизнь. Да! Я сейчас меняю в своей жизни все, и даже бизнес... Поверьте! Мне, как никогда, сейчас интересно и хочется существовать, идти вперед. Я ощущаю небывалый подъем, а дали мне все это вы, дорогой мой человек! А вы спрашиваете, чем отблагодарить меня?! Да это я должен благодарить вас за новый виток моей жизни. Уверяю, что больше, ни единым словом, не жестом не напомню об этом разговоре. Лишь прошу принять мое деловое предложение и шагать рядом со мной, но пока не в личной жизни. Я все понимаю и буду терпелив и выдержан. Наташа только сейчас подняла на него глаза, наполненные слезами, ужасом, благодарностью и страхом...

Она не проронила ни слова. О своем деловом предложении я вам сообщу позже, когда мы решим вопрос с учебой Виктории... Исповедь Владлена прервал голос Вики:
- Мама! Ты где? - звала она, выходя из дома. Она подошла к матери и поцеловала. Я долго спала? Да?
- Нет, моя девочка! Это очень хорошо, что немного поспала. Тебе будет легче. Сама же Наташа была словно во сне...
- Мы можем немедленно ехать? – еле промолвила, не глядя на Владлена.
- Да, конечно, как вы хотите. Домой возвращались в полном молчании. Когда прощались - Наташа еще раз попросила отправить сына с бабушкой, но уже в интонации не было ничего жалко-просящего. Она смотрела на Владлена прямо и открыто, и молча пошла за Викой в дом, попрощавшись с Виктором. Витек держал язык за зубами всю дорогу. Чувствовалось, что произошло нечто, отчего атмосфера была наэлектризована до предела. Через два дня вернулись: Анна Васильевна и Дениска. Виктор заехал за Наташей, чтобы вместе встречать. Вика обняла бабушку и долго не отпускала, а Дениска гладил сестренку по спине и сильно сопел носом. Наташа не спала эти два дня почти совсем, но, что-то новое держало на ногах. Она не могла пока понять, что это за сила такая, дающая опору и надежду?! Когда Витек привез их домой, прощаясь, Наташа спросила, как бы, между прочим:
- А Владлен Германович, наверное, уехал?
- Да! Он улетел по делам в Париж.
Хотелось спросить надолго ли, но не решилась и пошла домой... Владлен не звонил. Наташа старалась не думать об их разговоре, хотя - это плохо удавалось, но надо было жить, и она вышла на работу в агентство.

Там сейчас происходили разные изменения и Наташе предложили возглавить свой прежний коллектив. Её помнили и любили, хотя миновало немало лет и многие ушли из агентства. Она попросила дать на адаптацию хотя бы месяц. Ей пошли навстречу. В атмосфере дома некогда жизнерадостной семьи - поселилась печаль. Дениска все время пытался разговаривать о папе, а Вика уходила от этой темы и всякий раз отводила глаза. Анна Васильевна стала замечать, что внучка не может или не хочет вспоминать об отце. Это ее настораживало и очень ранило. Однажды Анна Васильевна попыталась даже уйти к себе домой, но Наташа сказала, что очень нуждается в ее помощи, потому что идет работать. И, вообще...
- Мама! - ласково уговаривала Наташа, - это и ваш дом, если вы хотите, можете сдавать свою квартиру и жить здесь. Через неделю уже сорок дней, как нет Вадима. Мы должны быть все вместе. Нам без вас будет очень плохо. Да, и я буду за вас спокойней, если вы будете под нашим присмотром. Вечером Наташа попросила Вику быть внимательней к бабушке:
-Доченька! Мы не имеем такого права судить кого-либо, тем более тех, кто сам себя уже наказал. Родная моя! Папа вас очень любил. Ты случайно стала свидетелем нашей с ним тайны... Мне это очень больно, но изменить уже я ничего не в силах. Да, да! Доченька - это только наша с папой тайна… и только наша, поэтому прошу тебя, не делай никаких выводов, а помоги мне и бабушке своим пониманием и добротой. Хорошо? Моя родная, я тебя очень прошу. В жизни каждого человека, наверное, бывает какое-то помутнение, но давай мы не будем сейчас ворошить прошлое. Нам надо жить дальше и поддерживать друг друга. Для чего же тогда близкие люди, если и они не смогут этого понять и простить?! Пожалуйста, помоги бабушке. Она ведь потеряла сына - это самое страшное в жизни каждой матери. Виктория прижалась к ней и тихо сказала:
- Прости меня, пожалуйста! Я постараюсь. На работе Наташа немного отвлекалась, и в голову даже стали приходить свежие мысли.
- Неужели возможно возрождение?! — с тихой грустью думала она.

На сорок дней были приглашены друзья Вадима и сослуживцы. Наташа решила их встречать дома, а не в казенном помещении, тем более что не все смогут прийти в одно время. Целый день шел поминальный фуршет, и только к вечеру утвердилась тесная компания друзей Вадима. Они сидели допоздна. Вспоминали, вспоминали... Из Парижа позвонили Жан и мадам Сезанна: выразили соболезнование и рассказали, что были на кладбище и положили цветы от всей семьи. Анна Васильевна не находила слов... Сезанна сказала, что станет заботиться о могиле ее сына. О Владлене не было сказано ни слова. Сам он не позвонил... В двадцать один час приехал Виктор и передал от шефа цветы. Наташа решила, что ему неловко за тот разговор, и, тем самым поставил на их взаимоотношениях точку. Ни с того ни с сего, вдруг спросила Виктора, не знает ли телефон Майи?! Он замялся, но потом все-таки дал её номер.
- Алло! Майя, здравствуйте!
- Здравствуйте! А кто это? Наташа немного помолчала, беря себя в руки:
- Это Наташа — супруга Вадима.
- Здравствуйте, Наташа! - еще раз, но уже очень тихо ответила Майя.
- Майя! Сегодня сорок дней, как не стало Вадима… В моей семье о вас никто не знает, и я хочу, чтобы вы, если, конечно, желаете, пришли к нам. Виктор вас привезет, Наташа вопросительно смотрела на него - он одобрительно кивнул в ответ. Сама не понимала, что делает, но уже отступать было нельзя. На другом конце провода воцарилась  мертвая тишина, и только потом раздался голос:
- Я знаю, - дрожащим голосом проговорила она. Спасибо вам за приглашение. Конечно, хочу, но вряд ли смогу это сделать. Наверное, у меня не такая сила духа, как у вас... Спасибо вам еще раз. Вы великодушная женщина... Я, я тоже... сейчас сижу одна за столом и пью вино... за него... Возможно, мы когда-нибудь и сможет выпить вместе, а сегодня... Она недоговорила, заплакала и положила трубку. Виктор одобрительно посмотрел на Наташу, попрощался и, покачивая от удивления головой, вышел.

Постепенно жизнь втягивала всех в круговорот своих событий и заставляла идти вперед, каких бы усилий это ни требовало. За делами, незаметно пролетел еще месяц. Наташа с Викой подали документы в университет. Ей не надо было сдавать экзамены, как медалистке. Вика каждый день занималась с Леной, чтобы помочь подруге поступить. Лена подала документы на экономику. Собеседование было назначено на шестое августа. Сегодня Наташа задержалась в агентстве позже обычного. Хотелось до конца довести работу над старыми эскизами, чтобы больше к ним не возвращаться. Она выбрала несколько фасонов, на ее взгляд, более продвинутых с которыми был смысл еще повозиться, а остальные просто порвала, чтобы не отвлекаться. Позвонила домой, чтобы не волновались, и предупредила, что немного прогуляется после работы. Анна Васильевна робко сообщила о звонке Владлена... Сказав, что спрашивал о ней...
- Я ему ответила что ты еще на работе, - как будто оправдывалась свекровь.
- Хорошо! Хорошо! Спасибо! - успокаивала Наташа маму, а сама погрузилась в задумчивость, и уже заторможено сказала, что скоро будет дома. Сообщение Анны Васильевны вызвало непонятное волнение. Наташа тут же попыталась сбросить его со своей души. Положила трубку и неспешно стала собираться. Медлительно закрыв кабинет, также неторопливо - отнесла ключ на вахту. Когда уже выходила из агентства, навстречу шел Владлен. Он был необычно серьезен и подтянуто - официален:
- Да! Не звонил! Таким образом, дал время и вам, и себе… Мне необходимо поговорить о деле. Мы можем где-нибудь посидеть и...
- Но я пообещала, что скоро буду дома, и не хочется делать больно маме, — Наташа как-то особенно подчеркнула это слово в своем ответе.
- Да, конечно, понимаю... Ну, что же! Это даже лучше. Едем к вам домой. Он решительно уже собрался идти к машине, но остановил вопрос Наташи:
- К нам?!
- Да! А что, мне уже нельзя к вам?!
- Нет, почему же. Просто так неожиданно... Извините. Конечно, едем к нам.

Вся семья уже поужинала, и ждали только Наташу, но она оказалась не одна, и Анна Васильевна поспешила накрыть стол и для гостя, хотя он заверял, что не голоден. У Наташи совершенно пропал аппетит. Владлен Германович извинился за поздний визит, хотя было еще девять вечера, и тут же приступил к разговору:
- Наталья Сергеевна! - торжественно начал он, прошу вас о помощи. Дело в том, что я, как вы знаете, хочу продолжить деятельность своих родителей - начинаю заниматься виноградниками и заводом. Но попутал черт... Жан познакомил меня с одним очень известным кутюрье, который по каким-то трагическим обстоятельствам уезжал из Франции и продавал свой салон. Ну, чего там долго объяснять? В общем, я его купил, а что с ним делать, не знаю пока, да и некогда этим заниматься. Хотел было из агентства сделать офис и так далее, но потом мне пришла очень интересная, на мой взгляд, мысль. А почему бы не сделать там свое модельное агентство?! Мне всегда было интересно осваивать, что-то новое. Посовещались с Жаном, и он поддержал. Поскольку у нас с ним сейчас все время отдано нашему новому детищу - мы решили пригласить на место управляющего агентством вас, Наталья Сергеевна.
- Ме-ня-я?! – воскликнула невероятно удивленная женщина. Но ведь для этого надо жить в Париже, и тем более ничего не смыслю в бизнесе.
- А вам пока и не требуется в нем разбираться, - отшутился Владлен. А проживать? Да, действительно! Там надо жить подолгу. Но пока будет реконструироваться помещение, необходимо пройти обучение французскому языку и приблизительно составить свое представление об агентстве на бумаге. Каким видит его, так сказать - бизнес-план, – уточнил он, видя недоумение Наташи. Вы должны выражать только свои собственные мысли, ничего не стесняясь и не опасаясь, не оглядываясь на смету. Я, таким образом, предлагаю начинающим специалистам выражать творческое мнение. И, вы знаете, результат всегда потрясающий. Немало своеобразных, свежих решений исходит из этой писанины. От их оригинальности многое будет зависеть при подготовке кадров и так далее. Он замолчал и вопросительно уставился на Наташу.

Анна Васильевна вдруг чего-то засуетилась и побежала на кухню, а Виктория подошла к матери и совершенно взрослым, рассудительным тоном сказала:
- Мама! Ты не должна отказываться. Ведь всегда грезила о таком.
- Да, конечно! Я мечтала, но прошло столько времени... Не уверена, что имею право браться за это дело. Не хотела бы подвести вас.
- Наташа! У меня крайне мало времени - ждут дела. И, поверьте, дьявольски большие... Помогите, пожалуйста,- Владлен смотрел на Наташу с мягкой мольбой и нежностью. Вы должны поехать в Париж на этой неделе, чтобы я мог познакомить вас с документами и агентством. Ну, и о главном, - Владлен перевел взгляд на Викторию. А вы, барышня, готовы ли ехать учиться, куда предлагал? Вика покрылась красными пятнами от волнения:
- Но я, я уже подала документы в университет. Думала, вы просто пошутили.
- Ну, это горе не беда! А шутить я, конечно, люблю, но не на такие темы. Итак, мои дорогие! Думаю, что вы сейчас в семье посоветуетесь, и примите единственно-правильное решение. Он подошел к Анне Васильевне, обнял за плечи и сказал:
- Надеюсь, что ваша мама и бабушка наставит на правильный путь. Не так ли? - спросил он ее и поцеловал руку. Сцена в прихожей напоминала заключительную мизансцену из известной пьесы Гоголя «Ревизор». Владлен попрощался и уехал.
Анна Васильевна и Дениска стали уговаривать, не волноваться за них:
- Ведь мы же будем часто видеться. Ты должна вначале съездить посмотреть, а потом принимать решение. На том и пришли к согласию. Накануне их с Викой отъезда в Париж Анна Васильевна и Наташа долго секретничали в спальне - было слышно, как они, то плачут, то опять говорят... Когда вышли, их лица выражали полное взаимопонимание и контакт, а что может быть важнее этого.





Рейтинг работы: 0
Количество рецензий: 0
Количество сообщений: 0
Количество просмотров: 50
© 10.02.2018 Надежда Шереметева - Свеховская
Свидетельство о публикации: izba-2018-2195531

Рубрика произведения: Проза -> Роман












1