Уходя - оглянись. Главы 13 -14 Франция... Госпиталь...


Уходя - оглянись. Главы 13 -14  Франция... Госпиталь...
 

Шум водопада все усиливался… Он, то разрастался в ширину, то вдруг становился узеньким и пронзительным, а сейчас совсем был похож на журчание ручейка,преодолевающего коварные препятствия лесных дебрей на пути к свободе, рассвету... Глаза Наташи так ясно озарили все вокруг, а потом погасли и превратились в маленькие маячки и стали исчезать вместе с ручейком. Вадим открыл глаза. Его ослепила перламутровая белизна… Алебастровые стены в больничной палате отражали солнечный свет, и получался этот удивительный эффект. Над ним суетились какие-то люди, а речь журчала, как ручеек. По лицам, которые становились все яснее, и интонации голосов понимал, что все радуются его пробуждению. Смутно пытался понять, где он и что произошло… В теле была такая невероятная слабость, не позволяя о чем-либо думать… Беспомощно обмяк и закрыл глаза. Вдруг услышал знакомые звуки: говорили на странном языке, но, немного прислушавшись, Вадим узнал Майин голос. Она разговаривала с кем-то в палате, открыв глаза, сквозь пелену уже смог различить ее лицо, которое, несмотря на то, что разговаривала с другим человеком, неотрывно было приковано к нему. Все время, пока Вадим не приходил в себя, Майя сидела в коридоре госпиталя. Ею владели странные чувства. Ведь, по сути, она получила отставку, но в исповеди Вадима это прозвучало довольно странно. Он сумел, отказываясь от нее, одновременно поднять на недосягаемую для ее понимания высоту. Совершенно не чувствовала себя униженной, растоптанной - это какое-то доселе незнакомое чувство… Его можно было назвать состраданием к человеку, отвергнувшему тебя же, но оставшегося в твоих глазах еще лучше, благороднее, чем ранее себе представляла. Из размышлений вывел голос медсестры: обрадовано сообщила, что Вадим пришел в сознание, и Майя рванулась к палате, но тут, же осеклась.
-Да, но ведь ему, наверное, не её хочется сейчас видеть, — подумала Майя. На мгновение от этой мысли появилась горечь на сердце, но тут вышел доктор Вадима, и она устремилась к нему, чтобы услышать информацию о состоянии. Врач слегка успокоил, сказав, что сейчас ему чуть-чуть лучше, но... Тут он остановился и, задумавшись, произнёс, что такой обширный инфаркт не может иметь благополучный исход без аортокоронарного шунтирования... Поэтому ему просто необходима операция. Сегодня будет созван консилиум, и ему предстоит решить дальнейшую судьбу больного.

Майя не знала, что это такое, но он объяснил, что только после этой операции можно будет говорить о возвращении Вадима к полноценной жизни и, вообще... Речь шла о выживании. Попросила разрешения зайти к Вадиму, и, получив согласие, на мгновение задумалась... Причиной стали слова доктора о том, что Вадиму после операции будут нужны самые положительные эмоции. Предложил ей подумать, что для этого можно сделать... Так как об отправке на Родину пока еще не может быть и речи. Майя оказалась в довольно сложном положении. Дело, ради которого сюда приехали, не сделано; расходы предстоят серьезные, она не представляла, о чем будет докладывать Владлену... Но сейчас было важнее, чтобы все обошлось благополучно. В полной задумчивости вошла в палату. Вадим лежал с закрытыми глазами, ей сказали, что просто отдыхает. Майя пошла к кровати, и Вадим почувствовал её дрожащую руку, которая нежно гладила по голове. Ему не хотелось открывать глаза. Медленно зашевелился, и, казалось, хотел подняться, как бы ища кого-то. Майя дотронулась до его руки и он, не открывая глаз, ответил на прикосновение слабым сжатием пальцев. Она держала беспомощную ладонь; по щекам текли крупные, прозрачные слезинки от радости его пробуждения. Одновременно - прощания с человеком, который успел своими корнями глубоко прорасти в ее сердце. И слезы новых ощущений, принесшие с собой осознание того, что прежняя Майя умерла, а сейчас рождается новый человек. Она медленно вышла из палаты, поблагодарила врача и заказала такси, чтобы ехать в отель. Предстоял серьезный разговор с братом. Владлен любил очень свою сестру, но его не устраивали ее бесконечные эксперименты с мужчинами. Знала, что брату хотелось, и, видимо, совершенно справедливо, чтобы она, наконец, обрела семью и поддержку в лице своего мужа, а вместо этого она сейчас ему преподнесет еще и такие большие проблемы. Майя курила очень редко, да и то, только когда держала в руке бокал шампанского, а красивая сигарета была как бы дополнительным штрихом в этой элегантной комбинации. Но сейчас почувствовала потребность закурить, чтобы это помогло ей собраться с мыслями и решиться набрать номер телефона своего брата... Там долго не отвечали, и Майя уже хотела звонить на мобильный телефон, но тут...

- Да, да, я слушаю, — запыхавшись, говорил Владлен.
-Привет, Волька! — так всегда ласково называла его сестра и мама, потому что он был очень похож в юности на мальчика Вольку из книги «Старик Хоттабыч» Ты что, нёсся, что ли?! Задыхаешься так?!
-Привет, сестричка! Да нет, не мчался, а ползал под столом — искал зажигалку.
-О, господи! Да у тебя же их целая коллекция на столе в шкатулке, которую я подарила?!
-А-а! Так, то колле-е-е-кция, а эта действующая, люби-и-и-менькая, — шутливо, как в детстве, парировал Влад. Он не успел еще открыть рот, чтобы поинтересоваться, как там у них идут дела, — сестра опередила его.
-Влад! — сказала она уже серьезным и тревожным голосом, у нас проблемы. Вадим с обширным инфарктом лежит в госпитале... На другой стороне провода повисло тягостное молчание... Майе стало просто жутко, но потом, прочищая голос от хрипотцы, Владлен спросил:
-Как он чувствует?
-Только сейчас пришел в себя, но доктор говорит, что требуется операция... — она пыталась вспомнить, как ее называл врач, — аортокоронарное шунтирование. Сказали, что только после него можно будет надеяться на положительный исход. Ну, и как ты понимаешь, он пролежит там довольно долго. Владлен молчал некоторое время, а потом спросил:
-Что-нибудь успели сделать по фирме?
-Я перевела документ о слиянии, он с ним познакомился, и как показалось, остался, не совсем удовлетворен. Собирался поговорить с тобой, но тут... — она не договорила... Опять повисла тишина, чувствовалось, что Владлен лихорадочно соображает, как выходить из создавшегося положения.
-Помощь какая-нибудь сейчас требуется? — спросил он.
-Владлен, я хочу попросить, только ты, ради бога, выслушай, как следует. Не перебивай и, поверь, что так надо. Пожалуйста, постарайся заехать как можно быстрее к жене Вадима. И-и-и, - заикаясь от волнения, говорила Майя, — и попроси приехать во Францию Париж. Да, да! В Париж!

Майя догадывалась, что у брата от этой просьбы брови залезли на лоб. Ну и, наверное, ей надо будет в этом помочь… Я… я… я не знаю, как там обстоят дела с деньгами? Скорее всего... никак... Ты должен мне поверить, что я знаю, о чем прошу. Это может его спасти, а все остальное я объясню при встрече. Молю тебя! Не говори мне сейчас ничего об этом! Мне и так очень тяжело, но только поверь...
И еще... — не зная, как об этом сказать, Майя замолчала, — ну, ты же знаешь, как себя часто ведут женщины в таких случаях? Поэтому должен быть готов, что на тебя может обрушиться все, что надлежало получить нам с Вадимом... Еще раз прошу, заехать самому и никому не перепоручай. Только ты, со своим обаянием, сможешь убедить это сделать. Ты, т-т-ты скажи, что она очень ему нужна… — совсем тихо добавила Майя.
-Майка! Ты, что там, с ума сошла?! — взволнованно спрашивал брат. Он тебя, что там, обидел?! Или ты чего-нибудь выкинула, как обычно?! Что у вас там, черт подери, произошло?! — закипал Владлен.
-Ничего такого, о чем можешь предполагать. Я должна возвращаться в Питер — меня ждут дела, но нельзя его оставлять здесь одного, поэтому прошу выполнить мою просьбу. Все объясню, если потребуется, дома, — говорила уже твердым и уставшим голосом Майя.
-Но ты должен знать, что я хотела завести себе, как домашнего животного: мягкого, покладистого, и непременно умненького мужичка, который бы не пытался оседлать мои амбиции, но промахнулась. Вадим — сильный и порядочный человек. Ты мне можешь дать обещание, что...
-Могу-могу! — перебил с досадой брат. И взяв обязательство позвонить ей, положил трубку. Майя тяжело вздохнула и стала набирать номер телефона в госпитале, чтобы уточнить — на какое число назначена операция? Оттуда ответили, что еще не принято решение.
-Не решено! — повторила вслух Майя и упала ничком на кровать, закрыв руками лицо...





Рейтинг работы: 0
Количество рецензий: 0
Количество сообщений: 0
Количество просмотров: 32
© 10.02.2018 Надежда Шереметева - Свеховская
Свидетельство о публикации: izba-2018-2195462

Рубрика произведения: Проза -> Роман












1