Он опоздал


ОН ОПОЗДАЛ

По гулким улицам большого города шёл мрачный мужчина средних лет. По самой кромке тротуара, сторонясь прохожих. Вечер темнел и грязь на его дорогом чёрном костюме отливала серебром. Мимо по шоссе проносились разнообразные автомобили, освещали его фарами, а он, не жмурясь, уставился в одну точку впереди. Если кто-то шёл позади нашего героя, то видел отпечаток подошвы мужского ботинка на чёрном костюме. Отпечаток как бы гнал одинокого грязного мужчину вперёд. И был незнакомец зол. Зол и разочарован. Одно лишь тешило его и вселяло надежду. До происшествия он направлялся к хозяину с важным сообщением. Но перед докладом поддался на уловку задушевной беседы и за одно лишь робкое замечание на ужасную фразу хозяина был мгновенно лишён должности помощника, всех благ, роскошного жилья и буквально выброшен в эту рабскую тьму. Он-то, будучи помощником, много сделал для триумфа хозяина, а его сотрудников охрана наверняка уже уничтожила. Понимают, что он без них, как без рук. Ему же хозяин придумал иную долю – медленную мучительную смерть среди опущенных рабов без необходимых привилегий и привычных условий нормальной человеческой жизни.
Так бы всё и было. Но в своём пузатом самодовольстве хозяин не узнал и после ликвидации его сотрудников не узнает, что он шёл с итогом долгого расследования поведения тёмных рабов. Те шептались, поддерживали друг друга бормотаниями о грядущем Спасителе. Он отнёсся к этому серьёзно, помня о давних церковных предсказаниях. И вычислил, что этот Спаситель рабов явился. Не такой благостный, как в той религии, а грозный маг явно не человеческого происхождения – могущественный враг и точно мститель. Спаситель явился недавно и уже нашёл себе логово – заброшенную церковь на холме старого города – понял, значит, где на бескрайних просторах таится штаб хозяина.
Вот туда, на холм, и направлялся грязный злой мужчина. Остальных, незнакомых людей этого города да и всей планеты он презирал – уже как своих рабов и от вынужденного присутствия в их среде по рукам и плечам постоянно пробегали мурашки. В грозном маге он надеялся обрести своего нового покровителя. Но не для мести, нет. Дело гораздо серьёзнее. Необходим был щит от воплощения в реалии ужасной фразы хозяина.

*

В это время измученный, обессиленный больной лежал на кожаном диване в зале одинокого бревенчатого дома в зоне пригородного лесопарка на берегу широкой реки, несущей в большой город чистую воду. В зале ярко горела лампочка, что-то бормотало на окне FM-радио. На табурете у дивана сидела согнутая в дугу, сухонькая старая женщина, у которой из-за бескрайних морщин, сухих седых волос, собранных сзади древним гребнем, ветхих поблекших одежд, вот из-за всего этого жизнью были полны одни глаза – большие, яркие, наполненные отражённым светом. Через слёзы в них бликами пылало сочувствие к больному. Старая женщина держала своими невесомыми морщинистыми ладонями кулак больного. Тот же не только сжал пальцы на обеих руках. Он сжал зубы, заиграл желваками на скулах, затаил дыхание, выкатил глаза и уставился в потолок в попытке предотвратить надвигающиеся непереносимые судороги. Но всё напрасно. Скоро рыками задвигались ступни и колени, послышался тихий приглушенный стон, переросший в судорожное дыхание. Старая женщина могла только держать в своих ладошках раскрывшийся кулак больного и сочувственно молчать.
Дыхание больного внезапно прервалось. Затем ноги и руки обвисли, из открытого рта вылетел глубокий выдох, но глаза не закатились и не остекленели, а устало закрылись.

*

Грязный мужчина поднялся по старой асфальтовой дороге к полукруглому проёму входа в заброшенную церковь. Железные ворота уже успели снять и он прошёл внутрь по звонким плитам к площадке, которая раньше была полна церковными таинствами. Сейчас же место таинств занял широкий некрашеный срубной стол на одной внутренней подставке. За столом виднелась такая же деревянная скамья со сплошной спинкой и прямыми подлокотниками. На стол и скамью из верхних витражей падал якобы лунный свет. Но мрачный мужчина лишь усмехнулся. Обманка для дурачков-рабов! Через витражи такой силы дальний отражённый свет иметь не может. Ещё раз хмыкнув, бывший помощник поднялся по скрипучим ступенькам на площадку, обошёл нелепый стол и сел в центр скамьи. Таинственный свет хорошо подействовал на нашего героя. С его лица постепенно исчезла мрачность, а потом и злость. Он стал живо осматриваться. Никакой утвари в каменном здании не осталось. Только разноцветная штукатурка виднелась в темноте. Под потолком по всей окружности сверкали витражи.
Грязный мужчина вдруг почувствовал острый голод. Ведь он с утра ничего не ел, а для его образа жизни это немалый срок. Хорошо ещё, что попил воды с фонтанчика под холмом. Пригодились старые церковные забавы. Бывший помощник пару раз судорожно сглотнул и притупил чувство голода.
- Когда же он придёт? – вырвалась злоба из его рта и исчезла в заброшенном храме.
Мужчина вздохнул, облокотился о крышку стола, положил на ладони голову, зевнул и заснул.

*

Из глубокой тёмной тишины вдруг донеслось раздражающее чувство занывшей спины. Больной терпеть не мог лежать вверх животом. И вот это недовольство заставило его раскрыть глаза и с трудом повернуться на бок.
- Сыночек родной, я сейчас приготовлю чай, - послышалось рядом и старая женщина заспешила на кухню.
Больной захотел встать и тело неохотно подчинилось. Шатаясь, он подошёл к окну. В лесу уже царствовала ночь.
Слабость вновь стала одолевать его.
- Боже, опять всё сначала, - устало произнёс он.

*

- Вам же запрещено приближаться к духовному! – громом прогремел властный красивый баритон.
Бывший помощник встрепенулся, опёрся о спинку скамьи и стал оглядываться. Сзади него стоял стройный бородатый старик в белом плаще с капюшоном и буравил его глазами. По описаниям сотрудников грязный мужчина узнал Спасителя-мага, поднялся и улыбнулся:
- Наконец-то! А я спешил к вам и уже боялся, что вы поменяли убежище.
-Убежище? – грозно переспросил маг. Чёрная с проседью борода стала торчком.
Старик заложил руки за спину и медленно перешёл к грязному мужчине.
- Извините за мой вид, - суетился бывший помощник. – Это не моя вина.
Маг взглядом ощупал гостя и принял вольную позу.
- Ерунда, - вскользь произнёс старик и легко взмахнул левой рукой.
Вся грязь с одежды помощника пылью исчезла где-то под столом. Чёрный костюм вновь засверкал блёстками под таинственным светом.
- Покинь моё место, - властным баритоном маг отогнал мужчину на край скамьи, привычным движением умостился в центре и спросил стоявшего гостя:
- Как же ты здесь оказался, если вам запрещено это?
- Кем запрещено? – растерялся помощник.
Рука мага поднялась. Из широченного обшлага белого рукава появился длинный тонкий палец и указал на лоб мужчины.
- Вот этим предательским рыхлым веществом! – отчеканил старик.
Помощник испуганно сглотнул.
- Я по делу. По очень важному делу, - прошептал он, мигом потеряв былую радость.
Маг снял капюшон, показав длинные и тёмные с седыми ручейками волосы, задумчиво постучал костяшками пальцев обеих рук по крышке стола – прямо как расслабленный пианист. Вдруг старик неожиданно тёплым голосом произнёс:
- Человек, я в растерянности, замешательстве и безысходности, - здесь к нему вернулась былая властная решительность. – Садись, докладывай и подробнее.
Помощник молча кивнул головой, сел на краешек скамьи и начал свой рассказ.

Рассказ помощника о том, почему он предал хозяина

- Я был ближайшим помощником хозяина, активно занимался операциями по превращению анархических взбалмошных толп людей в послушные стада рабов. То есть состоял в рядах врагов Спасителя, то есть вас, - помощник смущённо закашлялся, во взгляде мага промелькнуло удивление. – Сообщения моих сотрудников говорили о том, что всё – конец. Рабы уже полностью готовы к открытому появлению властителей и ревностному служению нам. Даже о Спасителе они стали говорить всё тише и реже, как о несбыточном. Но хозяин и не думал останавливаться. Он продолжал отдавать репрессивные распоряжения по уничтожению и самой необходимой медицины рабов, и подготовки всех специалистов, и доступности к продовольствию. Требовал закрыть все возможности выживания в среде молодняка. Мне тогда казалось, что из других источников хозяин замечал какие-то попытки сопротивления и своими операциями всё глубже вгоняет рабов в их состояние. Но настал момент, когда я понял – всё, хватит! Иначе нам не перед кем будет явить свою власть.
- Власть, - перебил помощника маг. – Жажда власти – вот что тебе открыло глаза. Как это забавно! Продолжай.
- Вдруг мне начали докладывать, что здесь появился какой-то религиозный тип в белой рясе, извините. И он, то есть вы стали приставать к рабам, напоминать им о забытом Спасителе, как-то пытаться воодушевлять их. Уже был готов спецагент со шприцом, но пришла информация, что вы прекратили это гиблое дело и стали регулярно выходить за город и там исчезать – то есть превращаться в блеклый мираж и пропадать в тени деревьев. Потом опять появляться на дороге к этим развалинам в расстроенном виде, закрывшись ото всех капюшоном, и маяться здесь, не находя себе места, до очередного исчезновения в пригородной зоне. Я всё понял. Вы не человек, а Спаситель. Сейчас вы накапливаете необходимую энергию страданий для решающей вспышки. Вас уничтожить невозможно. Я отменил репрессивные действия, снял наблюдение, присвоил операции гриф «Секретно» и подготовил доклад для сообщения хозяину. Подумал – пусть он займётся настоящим врагом и даст рабам возможность хоть чуть-чуть оклематься. И вот вхожу я к нему в таком приподнятом настроении, чтобы привлечь его внимание, а он, расстроенный, стоит у окна. Чёрт меня побрал проявить к нему участие, пуститься в душещипательный разговор! И вот хозяин мне заявляет со слезами на глазах: «Что я не делаю, а эти люди умудряются как-то выживать. Обложил их со всех сторон, лишил их любой помощи, надежды, а условия для мора и поголовной резни никак не наступят.»
Здесь кровь ударила мне в голову и я спросил: «Если рабы вымрут, кто же нас будет кормить, поить, одевать? Кто нам обеспечит достойный уровень жизни, кем же мы будем повелевать? Кто похоронит миллиарды рабов? Их место займут чумные крысы и тараканы. Что, они нам всё это обеспечат?»
Хозяин крепко схватил меня за плечи. Глаза у него пустые-пустые. Вижу – ничегошеньки он не понял. Потом как оттолкнёт меня прочь! А на лице его – раздражение и разочарование, как от надоедливого просителя. Позвал свою охрану и говорит: «Вышвырните этого предателя к его рабам. Пусть его кормят, поят и одевают, а он властвует по самое горло».
И его слуги с удовольствием издевались надо мной, хотя раньше кланялись по пояс.

*

- Как же ты любишь власть, - усмехнулся маг.
- Нет, я вывернулся наизнанку, - стал протестовать помощник. – И теперь на вашей стороне, Спаситель. Как Павел. А хозяин безумен.
- Так ты религию ещё помнишь? – удивился маг.
- Я серьёзно занимался операцией, - ответил помощник. – Хозяину туфту нельзя докладывать.
- Какому хозяину? – резко спросил старик.
- То есть… - растерялся помощник. – У нас сотрудники по всему миру, всемирный фронт работы.
Маг вздохнул, подобрал рукава и провёл ладонями по крышке стола. Постепенно стали проступать блекло светящиеся границы континентов и вдруг карта прямо брызнула красными точками. Вся планета покрылась ими как корью.
- Смотри, сколько их, - мрачным тоном сказал маг. – Появились новые. Их число растёт.
- Кто это, хозяева? – помощник уставился на виртуальную карту. – А почему мы о них ничего не знаем? Вот и наш город. А почему наша точка такая маленькая?
- Не называй их больше так, человек, - отрезал маг. – Ошибочное имя привело тебя в тупик. Это активисты. Уже все вожди людей перешли в их ряды. И они друг друга не видят, потому что их действия согласованы на высшем уровне материи и разделены. Их внимание притянуто к одной задаче.
- Какой задаче? – рассеяно спросил помощник, так как карта планеты стала тухнуть.
Маг ударил ладонями по крышке стола. Широкие рукава опять опустились.
- Ты же сам своему активисту предъявлял! - раздражённо сказал старик. – Давай, напрягай своё рыхлое предательское вещество!
- Уничтожение рабов? – предположил помощник.
- Рабы, власть – это ошибочные имена, - маг вышел из-за стола и стал гордо прохаживаться перед мужчиной. Тот не упускал его из вида. – Активисты заняты уничтожением сомневающихся. Материя должна извести человечество, но люди сомневаются в необходимости своей гибели. К тому же у человечества уже не осталось полноценных врагов. А время поджимает. Тогда материя специальными нейронами ввела предательство в их рыхлое вещество. Предательство успешно глушит оставленную предками веру в Спасителя. Материя всячески поддерживает активистов, решившихся наконец уничтожить свою среду обитания. Активисты никогда не болеют, беспрекословно приказывают то, что внушают предательские нейроны. Обманутые своим рыхлым веществом люди обеспечивают им роскошные условия жизни, - помощник смущённо одёрнул свой дорогой пиджак. – Их жизнь по горло полна яркими эмоциями – от искренних слёз до безудержного веселья. А у сомневающихся только тупое сплошное горе. Уже отроки стали переходить на сторону активистов. Ведь насколько же у них жизнь ярче, здоровее и веселее! – с издёвкой произнёс маг.
- Ну, а если они уничтожат этих людей? – с придыханием спросил помощник. – Что тогда?
Старик остановился и уставился на мужчину. Затем обратился к нему, как к ребёнку:
- Ты же сам объяснял это своему активисту.
Помощник стал лихорадочно вспоминать.
- Ах, да. Некому будет нас кормить, поить, одевать, убирать за нами.
- И здоровье сразу пропадёт, - добавил старик. – Зачем его поддерживать?
- Мы же вымрем намного быстрее, чем все эти люди. Просто сгорим как спички.
- Конечно, - подтвердил маг. – Вы такие же люди. Ваше предательское рыхлое вещество внушило вам иное.
Но на это помощник отреагировал неожиданно. Он выбежал из-за стола и принялся обнимать старика.
- Вот и прекрасно, что Спаситель явился! – воскликнул мужчина.
Маг резко отстранился и строго сказал:
- Выслушай меня, человек. Внимательно слушай и не перебивай! Ты мне, скорее всего, понадобишься. Твои предательские нейроны заглушились жаждой власти, поэтому ты не такой смиренный, как сомневающиеся, и не такой глупый, как активисты. Раскрою тебе всю правду.

Правда от мага

- Когда люди забросили книги, персонажи перестали получать подпитку…
Помощнику заклинило мозги. Он так и не понял перехода от Спасителя к персонажам. А маг продолжал:
- …Там, где появился я, издали только первую часть моей книги. Продолжение запретили на долгое десятилетие и я так и остался для местных читателей сомнительным белым магом, изучавшим зло, и, возможно, допустившим кое-какие ошибки. Но я ещё не перешёл роковую черту, нет! За эти десять лет мои читатели подросли, забросили книги, но в их памяти я остался таким же магом на грани. Я представляю их! – старик почему-то погрозил длинным пальцем помощнику. Тот отшатнулся. Маг перешёл на более спокойный тон. – И вот когда персонажи решились улететь за ненадобностью в антимир, я со спокойным сердцем отправился с ними.
- А они разве не взорвались в антимире, когда встретились сами с собой? – проявил свою осведомлённость помощник.
- Персонажи это не материя. Они слились, усилив друг друга. Могли выглядеть натуральными людьми, а отойдёшь подальше – уже сверкают как огоньки. Но я-то остался без себя. Промежуточного мага там не было.
- Почему? – помощник всё ещё не понимал тирады мага.
- Да потому что там настоящий мир, а тягостный антимир здесь! – вскрикнул старик. – Там предопределению открыта широкая дорога, там зло действовало решительнее, быстро перемешав всех людей в одной юдоле с их увлечениями и верованиями. Границ мы там уже не нашли. И любви избыточной там нет. Но всё это не важно. Мы ведь успели к самому главному событию. Пришёл Спаситель.
- Да вы что!
- Я стал самым рьяным летописцем всех его деяний. И начал он с этого города, поэтому я здесь. Какой-то закоренелый грешник встретился ему, ещё не ведающему, и с трепетной искренностью попросил: «Помоги нам. В городе беда.» И по словам самого Спасителя вот это несоответствие, отчаянный призыв из, казалось, уже духовно мёртвого тела разбудили в нём истинную силу и решительность. Как он прошёлся по всем людям! Никаким магам за ним не угнаться. Непрерывный световой поток. Проредил там людей изрядно, хоть и без войны. Пары аккордов его музыки хватало, чтобы один входил в пору расцвета, а другой рассыпался в чёрный порох, соответствуя носителям зла. Ибо ему были видны будущие скрытые умыслы. После его деяний осталось последнее поколение людей. У них больше ни стариков, ни больных, ни детей не будет.
Помощнику стало дурно. Он обошёл стол и рухнул на скамью.
- Что же это за Спаситель такой, - хриплым голосом спросил мужчина, - если при нём вымрет последнее поколение людей?
- Почему вымрет? – удивился маг. – Я его волшебство впустую описывать не стану. Это выглядело грозно, но в итоге оставшиеся люди будут жить вечно. Иных он оставил в виде чёрного пороха. И запорошило там всю планету, - со значением закончил маг.
Помощник тупо смотрел на стол. Он думал о том, каким странным может быть рай.
Старик дал мужчине возможность переварить информацию и затем постучал длинным указательным пальцем по крышке стола. Помощник вздрогнул и взглянул на мага.
- Далеко этот антимир? – спросил мужчина.
- Скоростью мысли – рядом, - важно ответил старик. – Для нас это не проблема. Стрелой я летел туда, стрелой вернулся обратно. Материя же ваша никогда мысль не ощущала и не слушалась. Да, но надо мной там сгущались тучи. Спаситель своего добился и люди стали мало чем отличаться от персонажей. Просто один народ. Но меня они не переставали задирать – почему, мол, я не обращаюсь в серый дым? Объяснять обо всех границах в этом мире сложно, а Спаситель там скор на расправу. Я не стал дожидаться, пока он обратит на меня своё внимание. Но перед бегством я сломал посох и громогласно заявил, что докажу – меня с тем неудачником ничего не связывает и у каждого своя судьба. После этих гордых слов я умчался сюда, в тот город, где должен был явиться Спаситель. Но его здесь не было. Я принялся расспрашивать людей. Про Спасителя они слышали только с древних преданий. Мне даже пришлось их как-то поддержать, чтобы оправдать новую судьбу, - маг сверкнул глазами на помощника. Тот вздрогнул. Старик в сомнении вздохнул и продолжил: - Он давным-давно должен прийти.
- Ах да, вы же в антимире были его летописцем, - вспомнил мужчина.
- Вот именно! Здесь сейчас уже в силе дети и внуки последнего поколения! – возмущался старик. – В том числе и тех, кого он должен был обратить в порох. Предназначенные для вечной жизни люди уже вымерли. А нынешняя материя категорически не хочет быть людьми. У неё совершенно иные планы. Я тебе даже не хочу показывать ваши гены, - помощник мысленно поблагодарил мага за это. – Эти пустышки не несут никакой информации. Лишь дух поддерживает жизнь людей. Свершилось то, чего никогда ещё не было. Вся материя против духа. А его всё нет!

Рассказ промежуточного мага о том, почему не пришёл Спаситель

Спасителя ещё грудничком подобрала бездетная вдова лесника, гордая и больная женщина. Скрытой милостью обычно рвущая все ткани человека болезнь затаилась и позволила женщине вырастить сына и защитить его отдалённым местом жительства от всяческих угроз. Настал момент, когда женщина почувствовала неодолимое предопределение для обоих и буквально вытолкала юношу из дому. Хотя Спаситель и чувствовал необычную для антимира любовь и признательность к матери. С горечью он вышел на дорогу и там его встретил закоренелый грешник со словами-паролем. От этого пароля в юноше проснулась сила последнего судьи человечества. А к его матери после ухода благодати вернулась болезнь и всё решилось за несколько дней. Ведь её материя должна была умереть давным-давно и держалась только силой духа Спасителя. Отныне только одна скорбь живёт в антимире – светлая скорбь Спасителя по утраченной матери.
Но это там. Всё, что предрешено, выполнено строго и неукоснительно. Здесь же опять помешала эта излишняя любовь. Матери было жалко выставлять сына из дому на дорогу мира, который опять стал жестоким. Сыну жалко было оставлять мать, пожилую женщину, одну в пригородном лесу. И доигрались они в родственную любовь до того, что болезнь прорвалась к матери при Спасителе. Потому что так было записано в материи, она уже не должна была воспроизводиться. Сын прочёл боль в глазах матери и отныне все его скрытые силы были заняты тем, чтобы оставить в живых то, что не должно быть живым.
Когда я по людям понял, что Спаситель не приходил, то отправился к тому месту, откуда он должен был появиться на дороге. Но на границе пригородного леса я превратился в призрачную тень. В стремлении создать для болеющей матери идеальные условия Спаситель невольно превратил лес в край вечной весны. Туда не должно было проникнуть зло ни в каком из обликов. Потому что, видите ли, мать обожала весну и совершенно не понимала зло. Так что теперь они одиноки. На то, что меня граница так исказила, я не обижаюсь. Ведь я не идеален.
Пролетая над опавшими лепестками вечно цветущих деревьев вдоль широкой реки с упитанными утками и лебедями, со стаями довольных рыб, я добрался к дому лесника. У берега реки с туманной дымкой стояла удобная скамейка – чего не было в антимире.
Но то, что я увидел в доме, меня потрясло. Я вернулся оттуда в сильнейшей горечи. Это было невероятно. Долго я приходил в себя. Чтобы подтвердить или опровергнуть первые выводы, мне пришлось возвращаться туда вновь и вновь. И получать новые порции горечи.
Вот что я выяснил. Создав для болеющей матери край вечной весны, Спаситель взволновал остальную природу. Отсюда эти аномалии. Матери Спасителя уже больше ста лет. Распад её материи должен был наступить шестьдесят лет назад. Постоянная борьба неизбежного с желаемым привела к тому, что её тело иссохло до ужасного состояния. Эта прекрасная женщина сильно уменьшилась и навечно согнулась в дугу. Лишь глаза её горят лунным светом. Спаситель так хотел вернуть матери былую красу и здоровье, что невольно стал отдавать ей свою скрытую силу. Но материя всё отвергала, так как должна была умереть. А дух всё вбирал в себя. И желание жить получало новую подпитку. Спаситель же истратил себя не в предназначении, а в тщетной борьбе. Теперь, обессиленный, он стал умирать. Умирать многократно и трагически. И к жажде жизни матери теперь добавилась вселенская скорбь из-за вечного умирания сына.
Вот так в этом мире я увидел Спасителя беспомощным и бессильным, ничего не понимающим, уставшим от этих умираний и переживающим из-за состояния его матери. Единственного его друга и соратника на планете. Как это горько!

*

- Получается, оба этих мира связаны, - помощник вдруг пустился в рассуждения. Они его пугали, но он упрямо продолжал: - Они заложники своих подходов и каждый доказывает, что он прав.
- Уже и доказывать ничего не надо, - отрезал маг. – Но Спаситель должен здесь прийти. Безнадёжно всё и я не представляю, как он выкрутится.
Помощник открыл рот, но маг не позволил ему высказаться. Он сердито махнул рукой. Старик стал столпом и закинул голову назад. Луч света упал на него и белая мантия засверкала бликами.
- Мне надо устраивать свою судьбу, - потусторонним голосом произнёс маг. – Но уже не в этом мире. В моей речи перед тобой было два каких-то тяжёлых слова. Я тогда всё проглотил, а сейчас чувствую – в них будет моё спасение. Да и твоё выживание, - старик замолк и стал судорожно вспоминать свою длинную речь.
Помощник сдвинул брови, чтобы выглядеть умнее. А старик разочаровано вздохнул и расслабился. Затем сердито взглянул на мужчину.
- Нет, человек не зря здесь сидит, - пробурчал маг и затем спросил помощника: - Признавайся, что тебя больше всего поразило в моих речах? Пусть даже и неприятно.
Мужчина думал недолго.
- Скорбь в раю, - пожал он плечами.
Маг хитро усмехнулся в бороду и согласно покачал головой.
- Да-да. Светлая скорбь по матери…и грешник. Есть связь! Стоит попробовать. Пошли, - маг стал спускаться по ступенькам. – Быстро! Уже утро наступило.
Помощник посмотрел на якобы лунный луч света, вздохнул и поднялся со скамьи. Маг нетерпеливо подгонял его. Помощник быстро пересёк пустое звонкое помещение. Маг преследовал его. У светлого выхода старик обернулся и взмахнул левой рукой. «Лунный» свет пропал, а стол и скамья превратились в упавшие с потолка доски.
- Мы уже сюда не вернёмся, - сообщил он мужчине.
Но тот думал совершенно о другом. Попав в городское утро, помощник прямо захлебнулся в голоде. И впервые жизнь показалась ему адом.
- Я никуда не пойду! – отчаянно крикнул помощник. – Я целый день ничего не ел!
Маг подошёл и посмотрел мужчине в глаза.
- Хочешь, обращу тебя в дерево? – серьёзно предложил старик. – Здесь холм, подрожишь листочками, запасёшься энергией. А затем снова станешь бодрым человеком.
Помощник испуганно отшатнулся.
- Боишься, - засмеялся маг. – Значит, не веришь мне. Ладно. Где здесь мясная лавка?
Мужчина кивнул вниз, на огромный супермаркет.
- Только у меня карманы пустые, - тихо сказал он. – Слуги хозяина вытряхнули всё.
- Зайдём туда вместе, - деловито сказал старик. – Прямо там наедайся, напивайся, бери в котомку побольше еды, потому что жизнь твоя изменится. Главное, пока мы не выйдем оттуда, не отходи от меня больше, чем на пять шагов!
Помощник с уважением посмотрел на мага.

*

Светило яркое утреннее солнце. Город жил обычной жизнью, смущала лишь необычная пара людей. Они шли прочь из города – странный стройный старик с чёрно-белыми длинными волосами и бородой в белом плаще до пят с капюшоном и широкими рукавами и небритый мужчина в расцвете сил в дорогом чёрном костюме с синим рюкзаком за спиной.
После массива многоэтажек они подошли к туманной лесополосе.
- Граница здесь, - остановился старик.
Мужчина послушно встал.
- Ты действительно решил переметнуться к Спасителю? – строго спросил старик. – Не держишь камня за пазухой?
- Да как я без вас выживу? – удивился помощник.
- Тогда пройдёшь границу. Он любит просителей. А меня граница сейчас исказит. Но голос и сила останутся. Ступай на восток и слушай мои указания.
Мужчина поправил лямки рюкзака и отправился в туманный лес. Маг пропал, лишь какая-то тень летала вокруг помощника, превращая в блики лучи утреннего солнца.
Благоухание цветов и свежей зелени, шум испуганных птиц сопровождали помощника. Вскоре добавилась свежесть близкой реки. От мелькающей тени слышались звуки какой-то торжественной музыки.
- Что это вы мне гимны поёте? – тихо спросил помощник.
- Вспоминаю темы Спасителя, - чётко ответила тень и поправила: - Поворачивай налево. Ещё. Вот сюда. Иди своей дорогой и не обращай ни на что внимания.
Туман становился гуще и наконец появился берег реки. Показалась поляна с бревенчатым домом под старыми деревьями. Входная дверь была открыта и проём чернел в общей светлой картине. У берега стояла удобная скамейка. На ней сидела согнутая старая женщина в вязаной серой кофте, ветхом платье, стоптанных тапках и с гребешком в седых волосах. Она смотрела отсутствующим скорбным взглядом на двух крупных лебедей, периодически выплывающих из тумана.
- Стой здесь тихо и смирно! – услышал мужчина командный шёпот за спиной. – Я слетаю в дом. Если он опять без сил, то успею заняться своим спасением. А когда тебе вступать, сам поймёшь.
Тёмная тень вылетела вперёд, исчезла в чёрном проёме двери, затем появилась вновь и медленно двинулась к скамейке. Обогнув её, она поплыла прямо в туман. Лебеди испугались её и с гуканьем и шумом стали взлетать куда-то вглубь тумана. Старая женщина удивлённо перевела взгляд на тень. А та на фоне тумана наконец-то прояснилась, став снова стройным призрачным стариком. Только теперь не только плащ, но и волосы с бородой были белыми. Он чуть приподнял руки и стал расти. Вернее, он поднимался вверх, но полы плаща оставались у воды. Старая женщина подняла голову. В левой руке мага оказалась сверкающая труба. Маг поднёс её к губам, опустил голову вниз и заиграл незнакомую музыку – грозную, тяжёлую, давящую. Помощник поморщился и как-то сжался. А старушка легко упала на скамейку, затем скатилась на песок и замерла.
Маг отвёл трубу от губ. Сердце в груди помощника продолжало бешено колотиться. Старик быстро опустился вниз, закинул голову назад и заиграл вверх ту самую торжественную музыку, которую тренировал по дороге сюда. От лежащего тела старушки плавно поднялась призрачная гордая молодая красавица в старинном летнем платье и с гребешком в собранных волосах. Одновременно из-под ветхих одежд старушки чёрный порох посыпался в реку.
Красавица смотрела то на трубача, то в небо. Внезапно труба исчезла и музыка разошлась по округе. Маг поднял голову, в бороде его виднелась улыбка. И призрачный старик с почтением протянул руку призрачной молодой красавице. Та ласково улыбнулась помощнику и кивнула в сторону дома. Затем она, бросая взгляды вверх, доверчиво положила свою ладонь в ладонь старика. С печатью победы на лице маг взмахнул свободной рукой и призрачная пара стрелами унеслась вверх, в туман.
Недолго мужчина удивлялся. В доме скрипнула дверь. Ещё раз с ужасом посмотрев на одежду старушки с осыпающимся чёрным порохом, помощник перевёл взгляд на проём двери. В его голове прыгали разные фразы, доказывающие его невиновность. На лутке двери вначале появилась худая ладонь с длинными пальцами. Затем чёрный фон проёма двери отступил перед светлой мужской фигурой. Не дожидаясь, пока Спаситель начнёт осматривать округу в поисках источника тревожных звуков, помощник судорожно сжал лямки рюкзака и отчаянно крикнул:
- Помоги нам! В городе беда!

2018 г.





Рейтинг работы: 0
Количество рецензий: 0
Количество сообщений: 0
Количество просмотров: 39
© 10.02.2018 Андрей Скрыпник
Свидетельство о публикации: izba-2018-2195354

Рубрика произведения: Проза -> Рассказ












1