Снегопад



                                                                           Снегопад

Сегодня в городе метель. И поэтому сумерки сгустились раньше, чем обычно. Из моего окна видны несколько горящих окон в доме напротив да три фонаря, согнувшиеся над тротуаром. Всё остальное тонет в снежной мгле. Я могу долго смотреть, хотя всё, что я вижу, – это два окна да три фонаря, погруженные в метель.
     Но мне больше ничего не нужно. Я не хочу видеть ни длинную шеренгу домов, ни знакомую улицу, выводящую на мост, ни два ряда фонарей, сливающихся там в одну линию, которой нет конца. Пусть даже это та дорога, по которой мне предстоит идти. Я не хочу её видеть.
                                                                     Боже, пошли метель в мои мысли!...
                                                                                                                                            В своё время я много путешествовал. Я бывал на краю земли – там, где любая медвежья тропа обязательно выводит к океану и где жизнью управляет туман. Всякий, кто чувствовал на себе его влажное дыхание, поймет меня. В тумане конный спешивается, а пеший останавливается, потому что весь мир перевернут с ног на голову, в тридцати шагах ничего не видать, и сотни раз пройденный маршрут становится неузнаваем. Никто не ходит в туман. Но я был нетерпелив и не всегда мог дождаться ветра с севера. Поэтому однажды я обнаружил, что в тумане гора положе, а путь короче.
     Иногда человек нуждается в уединении. Это известно. Раньше, чтобы прийти в себя, отправлялись в путешествие. Теперь достаточно выключить телевизор и послушать, как ветер наваливается на оконное стекло. Или посмотреть на горящий фонарь сквозь завесу снегопада. Это полезно делать перед сном. И тогда, наутро можно спокойно  жить.
     Мир за моим окном свободен. Но его свободу нарушает одинокий силуэт. Это женщина. Уткнув лицо в поднятый воротник, она торопливо идёт по тротуару от фонаря к фонарю. Ей холодно и хочется бегом, но ветер не даёт, останавливает, гнёт к земле. Впрочем, близок уже третий фонарь, последний фонарь на моей сегодняшней планете. Скоро женщины не станет. Маленькая цепочка следов быстро исчезнет в вихрях позёмки.
     Если говорят, что путь был труден, – этим сказано всё. Но, когда в конце пути из тумана проступает спокойный силуэт избушки, многое можно забыть. Сначала она живет только в мыслях. Потом трепещет белёсо, как призрак, как мираж. Плотные волны тумана обтекают её. Но с каждым шагом она наполняется плотью и кровью, и вот, наконец, вступает в твой мир, в твои, дозволенные туманом, тридцать шагов. С первого взгляда видно: избушка необитаема. Но всегда, до последнего метра, надеешься на растопленную печь, на закипающий чайник, на то, что тебя встретят, снимут с онемевших плеч сырой рюкзак. Всегда надеешься, потому что так легче идти… А когда пришел, со всем уже можно справиться и самому.
     Я тушу свет, потому что из темноты лучше видно. Темнота – это мостик между мной и стихией. Если прижаться лбом к стеклу, то будет казаться, что ты плывёшь над улицей вместе со снежинками. Но всякий раз, когда я касаюсь стекла, его холод отбрасывает мои мысли в прошлое. Чтобы вновь убедиться в том, что ничего не изменилось: та же пустынная улица в неверном свете фонарей и то же холодное прикосновение оконного стекла. Что можно добавить к этому прискорбному факту?
     Я не хочу заглядывать в свое будущее! Это получается против воли.
                                                                                                 Боже, пошли метель в мои мысли…
                                                                                                                                                            Как бы мало времени ни оставалось, я всегда находил три дня, чтобы добраться до той избушки. Я приходил к ней, как к старому другу. И это продолжалось не один год… Заброшенная в горах, забытая богом и людьми, избушка переходила от одного путника к другому как семейная реликвия. Она научилась хранить в себе печать безвозвратно ушедшего времени, образ одиноких странников, однажды переступивших порог. Всякий раз, встречаясь с ней после долгой разлуки, я открывал скрипучую дверь с трепетом в сердце, потому что я открывал дверь в своё прошлое, я переступал порог времени. Я боялся увидеть в ней всё по-старому, но избушка щадила меня: каждый год она менялась. А мне казалось, что меняюсь я.
     Всё начинается исподволь: и хорошее, и плохое. Первую снежинку, обычно, не замечаешь, как первый седой волос. Но не успеваешь оглянуться, а снегопад уже в разгаре. Я всегда боялся бега времени, и только недавно понял, что именно этот страх и был той первой снежинкой. Когда снег выбелит и выровняет всё вокруг, можно забыть, как выглядела земля, можно представить, что так было всегда, можно убедить себя, что так и должно быть.
     Хочется отгородиться от всего стеной. Хочется поселиться в воображаемом мирке: два окна, да три фонаря – это тоже немало. Но рано или поздно задует ветер с севера, разгонит туман, и откроются обновленные горы, рано или поздно уляжется метель, и засветится тысячами огней заснеженный город.
                                                                                                   Боже, пошли метель в мои мысли…







Рейтинг работы: 6
Количество рецензий: 1
Количество сообщений: 5
Количество просмотров: 112
© 10.02.2018 Андрей Нечаев
Свидетельство о публикации: izba-2018-2195254

Метки: Метель, фонари, пустынная улица, туман, одиночество,
Рубрика произведения: Поэзия -> Стихотворения в прозе


Николай Шашмаков       30.06.2018   04:39:17
Отзыв:   положительный
.........................................
ОбщеЧеловеческое понимание бытия....
Спасибо Учитель
Андрей Нечаев       30.06.2018   07:43:19

Спасибо, Николай!
Тронут Вашим восприятием...
Николай Шашмаков       13.07.2018   20:55:26

Здравствуйте Андрей
Николай Шашмаков       13.07.2018   21:00:15

Здравствуйте Андрей
Николай Шашмаков       13.07.2018   20:58:58

На Моей странице
Музыка души / чудеса разума









1