Негритёнок


Негритёнок
Все мои истории не вымысел, они основаны на реальных событиях, произошедших в середине 70-х годах и начале 80-х.

Сложно, практически невозможно вспоминать свои юные годы.

Проживаемые дни, годы, казались мне, в тот период, бесконечно долгими.

Нестерпимым желанием было, как можно быстрее повзрослеть и забыть навсегда этот этап жизни. Стереть из памяти весь этот адский ужас и унижения.

Лишь по прошествии времени, пришлось осознать сущность этих испытаний, свалившихся в те годы на меня, тогда ещё не полную сироту, попавшую в детский дом при родной матери.

В детстве меня считали трудным подростком, но, для своего возраста, достаточно амбициозным и целеустремлённым.

Начиная с пяти лет, я была не только физически сильнее многих своих ровесников, но умела читать и писать. Этому меня никто не учил. Азы наук постигала самостоятельно, изредка прибегая к помощи воспитателей.

Внешность моя была не славянская: смуглая кожа, широкий нос, огромные чёрные глаза, мелкие кудряшки. Меня называли либо негром, либо цыганкой. Я страдала от этого и часто ненавидела своих обидчиков, а больше всего злилась на маму, которая родила меня от отца-иммигранта.

Если кто-то увлекался обзыванием, приходилось в ход пускать кулаки.

Это было время "сам за себя"! Нельзя жаловаться, ныть, нельзя показывать слабость. Если ты сильный, ты "выживаешь". Без разницы, сколько тебе лет!

В интернат по распределению попала сразу после детского дома. Мне было шесть с половиной лет, хотя выглядела немного старше за счёт роста.

Нас, пятерых детей, привезли из небольшого посёлка в чуть больший по размеру провинциальный городок Самарской области.

Одинаково одетые: в сереньких колготках, в сереньких платьях, на мальчиках серенькие пиджаки и тяжелые кожаные ботинки.

Провожатая, оставив нас в фойе, пошла искать директорскую.

Мимо нас, по коридору, проносились старшеклассники, оглядывая нас с усмешкой.
С каждой минутой, я нервничала больше и больше и жалела о своём приезде.
Шум, гам- меня сразу же напугали.

В детском доме мы не особо отличались друг от друга по годам, а тут были дети гораздо старше нас.

Взрослый белобрысый пацан подошёл к нашей группе. Взгляд его был наглый, руки он держал в карманах брюк и противно ухмылялся.

Увидев меня, его понесло:

- С Африки? Мама тебя под пальмой родила? - смех был громким и язвительным.

Собралась толпа из таких же, как он. Указывая на меня пальцем, истошно заржали.

Я старалась не смотреть на них, еле сдерживая слёзы.

Наконец-то, после некоторого отсутствия, подошла наша провожатая с директором и увела нас в кабинет.

Второй день был более мучительным…

После завтрака нас, первоклашек, строем, разбитым по парам, вывели из столовой и направили в класс, где ждал учитель.

Вдруг, кто-то резко схватил меня за шиворот и выволок из строя.

Я узнала знакомый смех вчерашнего обидчика.

Это был Слава Копылов, девятиклассник, гроза школы. Его все боялись. И даже учителям и воспитателям с ним было нелегко.
Первая попытка вырваться не удалась - пробежать смогла лишь несколько метров.

Рассвирепевший Копылов, настигнув меня тремя прыжками, потащил в конец здания, к кладовым, где никогда никого не было, и прислонив к стенке, держа одной рукой за волосы, другой стал наносить удары в живот.

Это была невыносимая боль. Боль, которую невозможно было терпеть. Жгучая, пронизывающая, резкая.

Не хватало воздуха, я задыхалась. Не кричала, не звала на помощь, плакала и тихо стонала. Поиздевавшись, он отпустил меня.

- Никому не говори, - прошипел он мне в лицо, - иначе будет хуже.

Прошло несколько дней после этого инцидента.

Во время обеденной прогулки, когда наш класс играл на дворовой площадке, я, с двумя девчонками, побежала смотреть футбол.

Поле, на котором играли интернатские мальчишки против «домашних» (так обычно называли ребят, живущих с родителями), из соседней школы, было в ста метрах от двора.

По пути я увидела идущего нам навстречу Копылова.

Ничего не объясняя одноклассницам, пустилась бежать. От страха мне казалось, что бегу со скоростью света. На деле удалось пробежать метров сто.

Поймал.
Схватил опять за волосы, нагнул голову назад и по очереди, сначала в один, затем в другой, стал плевать в глаза. Правильнее сказать, харкать, как верблюд, выдавливая из себя со звуком эти слюни.

- Нигер, - хохотал мерзкий Копылов.

Уже не плакала - старалась не плакать, интуитивно, понимала, что слабых ему нравилось обижать больше.

Месяца через три, уже могла убегать от Копылова на приличное расстояние, хотя он всё равно догонял и продолжал издеваться.

Ближе к лету Славка терпел фиаско!

Маленькую худенькую меня уже не мог догнать.

В лагере, куда отправили после завершения первого класса, меня заметил тренер по лёгкой атлетике. Он сказал, что скорость у меня необыкновенно высокая для такого возраста и что в будущем из меня получится хороший спринтер!

Позже я стала кандидатом в мастера спорта, но вынуждена была оставить бег из-за травмы.

Остаётся только иронизировать по этому поводу и рассказывать всем, что первый мой тренер был именно Слава Копылов и мой страх перед ним!






Рейтинг работы: 12
Количество рецензий: 2
Количество сообщений: 4
Количество просмотров: 34
© 08.02.2018 Ирина Проскурина
Свидетельство о публикации: izba-2018-2193222

Рубрика произведения: Проза -> Миниатюра


Раиля Иксанова       20.02.2018   15:51:18
Отзыв:   положительный
Доля незавидная у интернатских детей. Однако дети учились в таких условиях выживать.
Хотя лучше было бы не терпеть эти унижения и издевательства.
Поведение Копылова отвратительное.
Остается догадываться, что сам терпел унижения со стороны старших и взрослых, поэтому в отместку обижает слабых. Это нисколько не красит старшеклассника. Его уже ничего не исправит. Конченый человек. Никакая добродетель не растопит его ледяное сердце!
СПАСИБО БОЛЬШОЕ, ИРИНА, ЗА МУЖЕСТВО ПИСАТЬ РАССКАЗЫ НА РЕАЛЬНЫХ ФАКТАХ! НЕ КАЖДЫЙ НАЙДЕТ В СЕБЕ СМЕЛОСТЬ ДЕЛИТЬСЯ САМЫМ "СОКРОВЕННЫМ"
Ирина Проскурина       20.02.2018   20:53:58

Раиля, как ни странно, Копылов стал полковником. служил в Афганистане. Родину защищал...больше я о нём ничего не знаю...но очень хотелось бы встретиться с ним и посмотреть в глаза...ну, да бог то с ним, дела минувших лет.
Раиля Иксанова       21.02.2018   06:20:40

А знаете, мне бы захотелось о нем написать рассказ. Если бы только побольше знать о нем. Как такой жестокий человек мог дорасти до полковника и еще и защищать родину..










1